Развод. Ты меня променял

Мы осмотрели помещения, но так и не решили, где соорудить мне постель, чтобы я не лежала на видном месте и не попадалась под ноги.

– Слушай, – решила Вера, – раз Артем нам предлагал гостевую комнату, то думаю, будет не страшно, если ее займешь ты. Давай я тебя отведу туда. Там все чисто, бери и живи.

– Вер, пусть девочка сама разберется с комнатой, не маленькая. Помажь мне спину, прихватило опять немного.

К нам подошел Василий с мазью в руках.

Вера согласно кивнула и показала мне рукой на второй этаж.

– Иди. Там белье свежее.

Я поднялась на второй этаж, толкнула первую дверь и, не включая свет, прошла к кровати.

Луна несильно освещала помещение, но этого хватило, чтобы снять с себя всю одежду и нырнуть в мягкую постель.

Нужно будет решить вопрос с одеждой. Возможно, у Веры найдется для меня какая–то сменная рубашка для ремонта. Идти в дом Паши за своими вещами опасно и эту идею я оставила на крайний случай.

Я так вымоталась за день, что как только голова коснулась подушки, я моментально уснула.

Кажется, я поспала совсем немного, как резко подорвалась от громкого и возмущенного голоса:

– Не понял?

Я быстро села и оглянулась, пытаясь понять спросонья, где нахожусь.

Передо мной стоял тот самый мужчина, который еще вчера чуть не наехал на меня на своем черном джипе.

Глава 9

Я оглушительно завизжала, пытаясь натянуть на обнаженную грудь скатившееся одеяло.

– Вы, что здесь делаете? – возмутилась я. – Выйдите из моей комнаты!

Мужчина облокотился о косяк двери, сложил руки на груди и удивленно хмыкнул.

– Из твоей комнаты? А ничего, что это моя комната? Как впрочем, и все здесь.

– Отвернитесь! – заголосила я. – Как вам не стыдно?

– О, в моей кровати лежит голая, красивая девушка, почему я должен испытывать стыд? – мужчина сделал ко мне два шага. – Я испытываю совсем другие ощущения.

Незнакомец улыбнулся белоснежной улыбкой, а у меня внутри все замерло. Нельзя быть таким привлекательным.

Сегодня на нем была белая футболка, ткань которой обтягивала крепкие мышцы и выделяла широкую грудь и узкую талию. На бедрах низко сидели черные джинсы.

До меня медленно дошел смысл, как я встряла.

Черные глаза внимательно осмотрели меня, и я сглотнула.

Нельзя, чтобы он меня узнал. Я не знаю, кто это и что он здесь делает, но если незнакомец поймет, что я та неряшливая особа, что сидела на пути его автомобиля, он сразу все поймет и сдаст меня Паше. Ведь мой муж четко дал понять, что я его обслуживающий персонал, который не дружит с головой. А мои посиделки на дороге только это подтверждают.

В комнату влетела Вера и многозначительно ахнула.

– Артем Евгеньевич, простите, мы не ждали вас сегодня, – женщина приложила руки к щекам и в испуге посмотрела на мужчину.

Артем Евгеньевич? Так этот черноглазый вчерашний незнакомец и есть хозяин этого коттеджа, а теперь и мой будущий наниматель?

Какой кошмар! Как я могла так вляпаться?

Сердце бешено застучало в панике. Эти люди поверили мне, впустили в дом, но если он сейчас меня раскроет, то их разочарованию не будет предела.

Я опустила голову ниже, чтобы максимально скрыть лицо, спустила ноги и потянулась за своей одеждой.

– Я вижу, Вера, что не ждали, – хмыкнул Артем Евгеньевич. – Объясните, что происходит?

– Артем Евгеньевич, простите, ради бога, это я виновата. Недоглядела, – бросилась оправдывать себя женщина. – Помните, вы разрешили, чтобы наша с Васей дочь работала здесь вашим поваром? Вот, она приехала. Васе вчера спину прихватило, я отправила Вику в гостевую комнату, но девочка все перепутала, а я не проконтролировала. Простите, пожалуйста, такого больше не повториться.

Мужчина посмотрел сначала на Веру, потом на меня.

– Понятно. Не переживайте Вера, не смертельно. Пусть одевается и освобождает комнату. Я устал с дороги. Хочу отдохнуть. И раз у нас появился повар, пусть что–нибудь приготовит. Есть хочу.

– Конечно–конечно, сейчас все сделаем. Простите еще раз, – защебетала Вера и подала мне мои джинсы, до которых я так и не дотянулась. – Вы к нам надолго?

Артем Евгеньевич переступил порог, но в удивлении повернулся.

– Я просто к чему спрашиваю, чтобы понимать, готовить ли обед с ужином, нужно ли согласовывать меню на ближайшие дни, ехать за продуктами.

– Да, у меня здесь появились срочные дела, поэтому задержусь минимум на неделю.

Мужчина ушел, а я быстро сбросила одеяло и принялась одеваться

– Вика–Вика, ну как ты могла заснуть в спальне хозяина? Я же сказала первая дверь направо.

– Простите меня, Вера, я не специально. Я так устала вчера, что на автомате зашла в первую дверь и даже, не включая свет, сразу легла спать. Пожалуйста, не злитесь. Он же не уволит вас?

– Нет. Нам повезло с работодателем. Он хороший. Ты и сама увидишь, только не нарывайся лишний раз. Каким бы понимающим человек не был, все равно вольность терпеть не будет.

Я быстро застегнула джинсы, надела обувь и поторопилась уйти.

– Спустись в гостиную и собери волосы в хвост. На ручке кресла я приготовила тебе бандану, чтобы скрыть твой синий лоб. Не нужны тебе лишние вопросы. Затем быстро приготовь завтрак, а я пока поменяю здесь постель.

Я спустилась вниз, нашла какую–то веревку, отрезала кусок и кое–как завязала волосы. Взяла, приготовленную для меня, синюю бандану и повязала спереди так, чтобы максимально скрыть синяк на лбу.

Очень надеюсь, что Артем Евгеньевич тоже был под впечатлением неожиданной встречи в спальне и не успел меня рассмотреть.

Я дико нервничала, руки слегка тряслись, но я должна собраться и играть роль работницы кухни.

Других вариантов нет. Иначе меня выгонят отсюда с позором, еще и Вере с мужем из–за меня достанется. Я не могу подвести эту пару.

Я пошла на кухню, но на пороге столкнулась с хозяином дома.

Вот вообще не вовремя он решил приехать в поселок. В таком ограниченном пространстве будет тяжело избегать его внимательных глаз, и я рискую быть узнанной.

– Как твое имя, незнакомка из моей постели?

– Виктория, – быстро ответила я и попыталась протиснуться в проход.

– Хорошо. Вика значит, – он не сдвинулся с места, и я буквально застряла между мужчиной и дверью. – А то обычно я в курсе имен тех, кто греет мои простыни обнаженными ягодицами.

Я залилась краской. Он издевается надо мной?

Я подняла глаза и встретилась с бездонными зрачками, от которых по телу побежали мурашки.

Я рванула вперед и все–таки ворвалась в столовую.

– Я буду омлет с овощами и кофе с молоком, – бросил мне вдогонку мужчина.

Ни на что не отвлекаясь, я принялась готовить завтрак. На мое счастье, в холодильнике нашлось все, чтобы удовлетворить желание хозяина дома. Я быстро высыпала замороженные овощи на сковородку, слегка протушила и залила взбитыми яйцами с молоком.

С кофемашиной было немного сложнее. У меня с Пашей была другая, эта более навороченная.

Я наугад нажимала кнопки, но ничего не получалось.

– Нужна помощь? – сзади раздался низкий голос.

Я подпрыгнула от неожиданности и чуть не смахнула на пол пустую чашку.

– Я такой страшный? – вскинул брови Артем Евгеньевич.

– Нет, – голос дрогнул, – не знала, что вы зашли в столовую.

Мужчина нажал несколько кнопок, подставил чашку, и машина заработала.

– Знаешь, Вика, я вот смотрю на тебя, и мне кажется, что я тебя уже где–то видел. И знаешь что?

Что? Меня бросило в холодный пот.

Глава 10

Не могу я так быстро найти выход из своей сложной ситуации и тут же все потерять.

Чтобы он не сказал, буду отнекиваться как могу. Мало ли с кем он может меня перепутать.

Я неподвижно стояла и смотрела, как горячая темная струя кофе наполняла чашку. Волоски на моих руках вздыбились от близости опасного для меня мужчины.

Артем Евгеньевич тоже не собирался отходить к столу, а стоял и сверлил меня глазами.

– Не могу вспомнить. Мысль крутится в голове, но четкой картинки нет, – в итоге заключил мужчина, а я буквально выдохнула. – Но я обязательно вспомню. Не люблю чего–то не знать или не понимать.

– Вам не нужно утруждать свою память. Я в поселке впервые, только вчера приехала. Вы не могли меня нигде видеть, если только я на кого–то не похожа.

Кофемашина издала звук, и на маленьком экране высветилось слово «Готово».

Я схватила чашку и, чтобы быстрее разорвать нервирующий меня контакт, отошла к столу.

Черт, омлет!

Я бросилась к сковородке. На мою удачу, завтрак не подгорел, но был уже готов.

Я потратила некоторое время, чтобы найти, где здесь лежат тарелки, высыпала содержимое сковородки и отнесла в столовую.

Артем Евгеньевич сидел за столом и что–то читал в телефоне. Кажется, он полностью потерял ко мне интерес, и мне от этого стало легче дышать.

Я вернулась на кухню и тайком принялась наблюдать за мужчиной.

Он подвинул омлет, над которым клубился пар, подозрительно ковырнул кусочек вилкой, внезапно оторвал взгляд от тарелки и посмотрел в мою сторону. Его глаза безошибочно нашли меня, а я невольно вздрогнула, быстро развернулась к раковине и сделала вид, что мою посуду.

Что сказать, готовить я умела, а вот подача желала лучшего. Не для кого мне было учиться оформлять блюда.

Сердце нервно стучало. Он наверно подумал, что я за ним подглядывала, только это... Черт, я это и делала. Как же стыдно.

В столовую вошла Вера.

– Приятного аппетита, Артем Евгеньевич.

Мужчина кивнул и продолжил заниматься изучением содержимого в телефоне.

– Вика, после того как Артем Евгеньевич покушает и уйдет, садимся мы, – предупредила меня женщина.

– Угу, – только и сказала я и начала расслабляться. Рядом с Верой было спокойнее.

– Обычно мы встаем раньше хозяина дома. Завтракаем и приводим себя в порядок, до того, как нужно будет обслуживать его.

– Поняла.

– Приготовь нам что–нибудь, а я пойду, переговорю насчет продуктов.

Вера ушла, а я принялась готовить завтрак для персонала.

Пакет с овощами вскрыт, поэтому я не стала выдумывать что–то новое, а решила приготовить такой же омлет.

У меня заурчало в животе. По утрам я была всегда дико голодная.

Пока жарились яйца, я подошла к кофемашине и попыталась все–таки ее добить.

Артем Евгеньевич лишь раз вскинул на меня взгляд, но продолжил беседу с Верой.

– Смотрите, Вера, я заказал вам водителя в местной компании, он подъедет через полчаса. Карту, как обычно, я оставлю на столе. Купите все, что надо по вашему списку. Объясните Вике, что дома я предпочитаю есть обычную еду. Поэтому заморачиваться не нужно.

Вера закивала и совсем согласилась.

Артем доел завтрак, встал и отнес пустые тарелки в раковину.

– Ну, что вы, Артем Евгеньевич, мы бы сами убрали, – воскликнула женщина.

– Вера, я здоровый мужчина с руками, и вполне донесу после себя тарелку с вилкой, – улыбнулся мужчина и повернулся ко мне. – Виктория, омлет был очень вкусный. Спасибо. Вот только я пью кофе с сахаром. Одна ложка.

Я подпрыгнула на месте. Черт, опять оплошала. Даже не догадалась спросить.

– Извините, я запомню, – ответила я, а себе под нос добавила. – Думала, вы следите за здоровьем.

– Я все слышу, – приструнил меня мужчина и в отместку добавил. – Вера, научите дочь пользоваться посудомойкой. Отдельно за мытье посуды руками я недоплачиваю.

Артем вышел из кухни, и мы услышали, как хлопнула входная дверь.

Я выдохнула и на секунду прикрыла глаза. Только сейчас я осознала, как напряжена. Я расслабила плечи и с опаской посмотрела на Веру.

– Много накосячила, да?

Женщина улыбнулась своей добродушной улыбкой и махнула рукой, показывая на омлет на плите.

– Ты умница. Хозяин дома приехал неожиданно, ты просто растерялась. Но старайся не высовываться и вести себя тихо. Тогда спокойно заработаешь денег и уедешь домой.

Я накрыла на стол, Вера позвала Василия, и мы в спокойной обстановке позавтракали.

Ровно через полчаса приехала арендованная машина с водителей.

– Вика, – наставляла женщина, – мы вернемся задолго до обеда, поэтому приготовить блюда еще успеешь. Пока нас нет, не сиди без дела. В гостиной нужно ободрать старые обои. Там лежит шпатель и губка. Возьми их и помоги Васе, сколько успеешь. Если Артем Евгеньевич вернется раньше, то увидит, что ты не сидишь к верху ногами.

– Я все поняла, не переживайте. Первый шок от встречи прошел, теперь я буду более внимательная.

Женщина бросила на меня полный беспокойства взгляд и вышла к машине вместе со своим мужем.

Наконец–то я осталась одна. Я привалилась к стене и закрыла глаза.

Пока в доме были люди, и стоял шум, я не думала о вчерашнем дне, но сейчас на меня обрушилась тишина, и мысли роем окутали сознание.

Снова обуяло беспокойство: ищет ли меня Паша, звонил ли моим родителям, что сделает, когда найдет?

Слава богу, мне не нужно выходить из дома, так меньше риска столкнуться с мужем. Но меня страшит то, что этот черноглазый айсберг может меня вспомнить. Чувствую, в этом случае он работать мне здесь не даст.

Так все! Я открыла глаза. Хватит думать о том, чего еще нет. Панику в сторону и вперед по намеченному плану.

Цель – заработать денег, со всеми мирно попрощаться и уйти в закат. Дома, на своей территории я буду, как рыба в воде и спокойно разберусь с мужем и его любовницами.

Я поставила тарелки в посудомойку и пошла в гостиную.

Фронт работы увидела сразу, как и инструменты для нее.

Одежды у меня другой нет, поэтому приступила к делу, в чем была.

Я взяла шпатель и принялась соскребать слой обоев, которые, казалось, намертво приклеены к стене.

Господи, так целую вечность можно очищать стену. В час по чайной ложке, еще и отваливаются вместе со штукатуркой, оставляя дыры от углов шпателя.

Кажется, я делаю что–то не так.

Мое внимание привлек шум за окном. Я прислушалась и поняла, что у дома остановилась машина. Наверно Вера с Васей что–то забыли.

Я неосторожно отвлеклась на звуки улицы, продолжая давить на шпатель. Бесконтрольный инструмент соскочил со стены и вонзился в ладонь, на которую я опиралась.

– М–м–м–м.

Шпатель вывалился из рук, в глазах потемнело, а я привалилась к стене и тяжело задышала. Я вытянула руку перед собой, держа ее за запястье, а по ладони на пол медленно потекла струйка крови.

Я панически боялась этой бордовой жидкости.

Кажется, я начала уплывать в забытье, но чьи–то сильные руки подхватили меня и осторожно прижали к себе.

Последнее что я почувствовала, это аромат можжевельника с легкой ноткой грейпфрута.

Глава 11

Я медленно возвращалась в реальность. Кто–то осторожно похлопывал меня по щеке и звал по имени.

Через мгновение до меня начал доходить смысл.

– Вика, очнись. Давай открывай глаза. Ну, что ты как маленькая.

Низкий мужской голос проник в мое сознание и окутал давно забытой искренней заботой.

Я еще не открыла глаза, но уже пришла в себя, и до меня внезапно дошло, чей это голос.

В одно мгновение я распахнула глаза и утонула в черных омутах, которые были так близко, что казалось, я снова тону, а не выплываю.

Я дернулась в растерянности и вжалась в спинку кресла.

– Тш–ш, ты чего? Я все–таки такой страшный? – Артем улыбнулся, а я потерялась окончательно.

Но жизнь не спит, как и боль в руке, которая меня отрезвила.

Я сидела на кресле в гостиной, а рядом со мной на корточках расположился Артем Евгеньвич.

Рана на руке беспощадно дергала и отвлекала.

– Вы... Как я здесь оказалась? – я по–прежнему нервничала в присутствии мужчины и никак не могла справиться со своей скованностью.

– Я забыл ключи от местного офиса, вернулся, а ты как раз в это время сползала по стене.

Я в недоумении посмотрела на стену, у которой работала, затем снова на мужчину.

– Спасибо, – а что я еще могла сказать?

Артем встал и протянул мне руку.

– Пошли, доведу тебя до ванны.

Я сначала ухватилась за большую ладонь и встала, но потом резко вырвала руку.

– Я сама, – пробубнила я, ругая себя, что приняла помощь.

Нужно держать от этого человека как можно дальше, только тогда у меня есть шанс остаться незамеченной.

Хотя, кажется, уже вряд ли.

Артем вскинул брови, а меня повело в сторону.

Крепкая ладонь схватила меня за руку и удержала от падения.

– Уверена? – хмыкнул мужчина. – По–моему, ты сейчас себе и лоб разобьешь. Идем, и не дергайся. Я не съем тебя.

Я опустила голову, пытаясь удержать равновесие, и молча пошла в ванну под конвоем Артема.

Судя по его шутке, мой реальный лоб он все–таки не заметил.

Артем Евгеньевич остановился у двери и первой пропустил вовнутрь. Моя раненая рука дрожала, и было жутко страшно к ней прикасаться.

Я натянула на лицо маску терпимости, открыла холодную воду, но подставить руку так и не решилась.

Еще он стоит за спиной и буравит взглядом.

Я тяжело задышала. Вид ладони нагонял слабость. Кожа распорота, на порезе виднелось то ли мясо, то ли запекшаяся кровь и вся рука была в красных потеках.

– Ты настолько боишься крови? – услышала я над головой. – Дай сюда, а то так до ночи простоишь.

Артем несильно схватил меня за запястье и сунул ладонь под воду.

Я задергала рукой, пытаясь ее забрать.

– Я сама смогу, – запищала я, – мне просто нужно немного времени.

– Стой смирно, – чуть повысил голос мужчина, – ты чего такая недотрога?

Я поджала губы и перестала дергаться. Так только дольше здесь времени с ним проведу. Пусть промоет и едет на свою работу.

От боли и того, что все идет не совсем по плану, я начала злиться.

Артем аккуратно смысл присохшую кровь с кожи, промыл рану, взял ближайшее полотенце и приложил к ладони.

– Зажми и иди на кухню, – скомандовал он.

– Оно испачкается, – пробурчала я.

– Кто? – в полном непонимании обернулся мужчина.

– Полотенце.

– Ты издеваешься? Вика, ты откуда такая взялась?

На меня смотрели серьезные глаза, в которых светилось искреннее непонимание.

Конечно, он никогда не пытался застирать пятно руками, и элементарная экономия ему неведома.

– Вика, я знаю тебя два часа, а ты уже успела отпечататься у меня в памяти, как самая непутевая девушка, которую я встречал.

Артем завел меня в столовую и усадил за стол.

– Сиди. Молча! – и мужчина достал все ту же аптечку, которую я уже видела вчера. – Сначала оказалась голой в моей постели, потом не смогла разобраться с кофемашиной, принялась мыть посуду руками, хотя в посудомойки не нанималась, теперь чуть в обморок не упала от вида собственной крови, при этом жалея для себя полотенце. Как ты жила все это время?

Артем Евгеньевич открутил крышку с баночки перекиси водорода, аккуратно забрал с моей ладони полотенце, подстелил его под кисть и щедро полил рану лекарством.

Я закрыла глаза и практически не дышала, в ожидании жжения, но лишь услышала тихое «Серьезно?», и теплое дуновение воздуха по порезу.

От изумления я распахнула глаза.

Мужчина наклонился к моей ладони и как ребенку подул на рану, чтобы не пекло.

Кажется, я готова была расплакаться от этой картины.

Брутальный, черноглазый, с трехдневной щетиной мужчина, обхватил своей большой и горячей ладонью мою маленькую и ледяную, и ласково дул, уберегая от боли.

Внутри растеклось тепло и если бы не тот факт, что передо мной сейчас стоял мой работодатель, я бы наверно расцеловала его в обе щеки.

– Жива? – серьезно спросил Артем и нахмурился.

Это для меня такой жест был верхом заботы, а он, видимо, просто не хотел отвечать за травмы своего персонала.

От этого осознания я как–то быстро остыла.

Артем молча намазал рану заживляющим кремом и крепко замотал бинтом.

– Знаешь, Вика. Я вот стою и думаю, может, тебе не стоит работать помощницей Веры и Василия?

– Как это? – испугалась я. – Выгоните меня из–за какого–то пореза? Я обещаю, что впредь буду более внимательной.

– Понимаешь в чем дело, ты не знаешь элементарных вещей. Никто не отдирает сухие обои. Сначала их смачивают водой, там для этого губка лежит, а потом просто инструментом поддевают мокрую бумагу, и она сама сходит.

Артем отвернулся, чтобы убрать на место аптечку, а у меня чуть челюсть не отпала. Ну как я могла так сглупить? Мне же Вера сказала про губку. И это ведь даже логично.

Черт, что же сказать, чтобы он меня не уволил.

– Я отвечаю за людей, которые здесь живут, – мужчина направился к выходу, но обернулся на пороге столовой. – Ты беда, Вика. И дня не прошло. Поэтому извини, но нет. Василий с женой справятся без тебя.

Глава 12

Артем Евгеньевич ушел, даже не пожелав слушать мои объяснения и извинения. Я осталась стоять как вкопанная, пытаясь переварить услышанное.

Я беда. Наверно, это так. И дня не прошло, как меня уволили с работы, на которую даже не успели оформить.

И что я теперь буду делать, как посмотрю в глаза этой милейшей паре, которая за меня заступилась.

Чертова губка. Я совсем не догадалась ее применить. И сразу в памяти возник образ папы, который много лет назад делал ремонт в зале и тоже смачивал обои, перед тем, как их содрать.

Очень вовремя, конечно.

Я села на стул и в отчаянии опустила голову на руки.

Как можно быть такой неосмотрительной? Что мне теперь делать?

Я подняла голову. Может, рассказать все Артему? Возможно, он войдет в мое положение и оставит у себя работать?

Хотя вряд ли. Я чужая жена, а он, получается, меня укрывает. Если мужчина и мой муж с одной сферы деятельности, то здесь сработает не только мужская солидарность, но и бизнес–партнерство, если они пересекаются.

Ох, как же тяжело. Не хочу ничего решать. А надо.

Я прошла в гостиную и посмотрела на злополучную стену. В моей непутевой голове возникла мысль.

К приезду Артема Евгеньевича я очищу всю стену и приготовлю самый вкусный обед в его жизни, и, может, тогда он простит меня и даст еще один шанс.

Главное – не натворить глупостей.

От уверенности в своей идеи и то, что это сработает, я воспарила духом, внутри появился заряд бодрости, и я приступила к работе.

Слава богу, что я поранила левую руку, иначе трудно бы мне пришлось с достижением цели.

Я как заведенная сначала мочила большой кусок стены, затем широкими движениями просто снимала пласты обоев. Это оказалось не только легко, но и очень занимательно. Я никогда не делала ремонт и даже не помогала, поэтому для меня все было в новинку и жутко интересно.

Я даже засобиралась быстрее закончить со стеной, а потом еще и поклеить обои. Наивная.

Через некоторое время, когда я закончила только с одной стеной, я села передохнуть и посмотрела на время.

– Твою ж налево, – воскликнула я и посмотрела в окно.

Прошло уже два часа, как я играюсь в ремонтника, а как же обед? И где Вера с Васей?

Я заволновалась. По идее, скоро должен приехать Артем, а у меня совершенно ничего не готово.

Я бросилась в ванну, кое–как отряхнула одежду, умылась и помыла руки. Очень неудобно, когда нет сменной одежды.

На кухне первым делом я открыла холодильник.

– Что же приготовить на обед, да так, чтобы не заняло много времени?

Я прикусила губу и нервно постучала ногой, осматривая содержимое.

В итоге я достала кусок размороженной свинины, молоко и свежие овощи.

Включила духовку на сто пятьдесят градусов и занялась мясом. Вымыла его, в аптечке нашла шприц с иглой и наколола мякоть молоком. Минут пять я потратила, чтобы найти на этой огромной кухне специи. Натерла свинину, завернула в фольгу и поставила в духовку на час.

Если я правильно рассчитала время, то хозяин дома как раз приедет к окончанию таймера на печке. С мясом я точно не прогадаю.

Я поставила вариться макароны и взялась за овощи. Нарезав соломкой морковь и болгарский перец, больше овощей я не нашла, я щедро посыпала их специями и высыпала на раскаленную сковородку. Теперь нужно быстро помешивать, чтобы обжарить овощи, а не протушить.

Готовить я любила, поэтому эта работа для меня совершенно несложная. Другое дело, что я очень давно этого не делала. Паша больше предпочитал рестораны и изысканные блюда, хотя те же шарики из пюре с жареными грибами, политые сливочным соусом, я могла приготовить и сама. Но мужа было не переубедить.

Только сейчас я стала понимать, что таким образом жизни он хотел подчеркнуть свою статусность. Вот только в моем понимании обеспеченная жизнь дает широкие возможности, а не является искусственно красивой картинкой.

И как я не заметила раньше, что для Паши важна обертка, а не содержимое конфеты.

– Что ты делаешь? – раздался громкий мужской голос за спиной.