Развод. Ты меня променял

Развод. Ты меня променял

Глава

Глава 1

– Твою ж мать, – тихо выругалась я и вскочила с покрывала.

Небо резко затянуло тучами, и на меня упали несколько капель дождя.

Когда я собиралась на пляж, ничего не предвещало плохой погоды. Теперь придется вернуться и остаток дня одной просидеть в коттедже.

– Что за невезение, – бубнила я себе под нос, собирая вещи.

Муж привез меня на юг страны в какой–то отдаленный от цивилизации городок на недельный съезд бизнес–партнеров. Целыми днями он пропадал на выставках, собраниях и банкетах, а в моем распоряжении лес, огромное озеро и небольшой, двухэтажный коттедж.

С собой меня Паша не брал, хотя я знаю, что жены всегда сопровождают своих мужей на подобные мероприятия.

Крепкая семья – это лицо надежного партнерства, вот только в нашем случае доверие вызывалось, видимо, чем–то другим.

Дождь накрапывал сильнее, и я ускорила шаг. Поднялся ветер и мне, в моем пляжном коротеньком платье, стало прохладно.

Я поднялась на пригорок и зашла в небольшой лес, через который пролегала тропинка к коттеджному поселку.

На самом деле, мне нравилось это место своей тишиной. Здесь нет шума большого города, пыли и выхлопных газов автомобилей. Курортные комплексы еще не успели испортить дикую природу, поэтому здесь я отдыхала в полном смысле этого слова.

Я почти вышла к поселку, когда с неба резко полил дождь. Ливень буквально обрушился на землю, а мое белое платье промокло и прилипло к телу.

Дорожка через лес превратилась в грязное месиво, и ноги в тоненьких сандалиях просто разъезжались в стороны.

Я втянула голову в плечи и побежала. Дождь стоял стеной, вода стекала по лицу и застилала глаза. Я практически ничего не видела и, кажется, свернула не туда.

Стало откровенно холодно, и я ускорила шаг. Неожиданно моя нога поехала по грязи, я замахала руками и, не удержав равновесие, полетела спиной на землю.

Из горла вырвался глухой стон. Приземление было совсем немягким. Кажется, я поцарапала локоть.

Валяясь в месиве из глины и воды, я попыталась встать, но рука, на которую я облокотилась, поехала, и я завалилась набок, ударяясь лбом о камень и царапая ногу о колючий куст.

– М–м–м, – простонала я, почти плача.

Ну как так можно было ошибиться направлением, есть же готовая, вытоптанная дорожка.

Я кое–как поднялась и уже не спеша поплелась на шум дороги.

Дождь начал стихать так же резко, как и полил. Кожа на лбу, голени и предплечье начала саднить. Я как могла, протерла пораненные места полотенцем, а вот платье превратилось в сплошной кусок грязи.

Совершенно поникшая и, чтобы хоть как–то осилить оставшийся путь, я шла и мечтала о горячей ванне и сильных руках своего мужа, который к слову давно не удалял мне внимание. Он вообще в последнее время только и делал, что пропадал в офисе или командировках, а когда приходил домой, просто ел, принимал душ и заваливался спать. Я стала чувствовать себя ненужной, просто красивое приложение к его бизнесу.

Неожиданно между деревьями я увидела белый внедорожник.

Быть такого не может! Я только подумала о Паше, а его машина стоит в десятке метров от меня.

Неужели поехал искать меня?

Мой ты хороший. Не все у нас значит так плохо, как я себе надумала.

Я подбежала к машине и остановилась в метре от водительской двери.

Окна запотели, но было видно, что в кресле сидел мужчина, а сверху на нем скакала девушка и громко стонала.

Мир замер. Я не поверила своим глазам. Это просто не наша машина.

Я прошла к капоту и посмотрела на номера.

Наша.

Смолкли птицы, дождь капал где–то в другой вселенной, тишина леса накрыла мое сознание, и только женские стоны эхом разносились у меня в голове.

Неожиданно окно водительской двери медленно опустилось. Видимо, парочке стало жарко.

– Да, Паша, сильнее, пожалуйста!

Темноволосая девушка скакала с завидной скоростью, пытаясь довести себя до оргазма.

Я медленно подошла ближе, практически впритык. Внутри меня все затихло, кажется, я не только не дышала, но и не моргала.

Платье наездницы задрано кверху. Паша, подцепив пальцем тонкую полоску трусиков и сдвинув их в сторону, обхватил ладонями стройные ягодицы и с нажимом насаживал эту суку себе на каменный член. Он сидел с закрытыми глазами и хрипло стонал.

Чем быстрее скакала эта тварь, тем сильнее они стонали и подходили к пику наслаждения.

Я медленно, словно не в себе, присела на корточки, зачерпнула в ладонь жидкой грязи и, встав, со всего размаха бросила месиво в окно.

Здесь моя отрешенность разлетелась в дребезги, как и эти куски глины.

Получив оплеуху землей, парочка встрепенулась и затуманенными глазами пыталась найти бесстыжего свидетеля. Когда их глаза нашли меня, Паша оторопел, а шатенка дико завизжала.

– Что ты визжишь, как резаная скотина, – зло заговорила я, – продолжай скакать, у вас зрители.

Ярость затопила мое сознание, я схватила еще жменю жижи и кинула в этих гадов.

Через мгновение мой муж пришел в себя, одним движением пересадил свою любовницу на пассажирское кресло и крикнул:

– Пошла отсюда, нищебродка! Чего вылупилась?

Паша нажал кнопку закрытия окна, а до меня долетел обрывок фразы:

– Вроде поселок приличный, а по лесу ходят всякие.

Я остолбенела. Такой реакции мужа на то, что его застукали трахающего любовницу, я не ожидала.

Я подбежала к машине и со всей силы по ней заколотила.

– Тварь, открой дверь! Я тебе все лицо исцарапаю!

Но Паша резко нажал на газ, машина сорвалась с места и обдала меня фонтаном из грязной лужи.

Я споткнулась и упала на колени. Тяжело дыша, я так и сидела, наблюдая, как наш семейный внедорожник скрывается в чаще леса.

Он, что меня не узнал?

Глава 2

Я брела по лесу и медленно осознавала, что только что увидела.

Мой муж Паша изменил мне прямо у нас под домой и, кажется, даже не понял, что я его застукала.

К черту дом! К черту все! Мой муж трахался у меня на глазах с какой–то шалавой.

Зачем? Почему?

Есть же я! Красивая, молодая, я всегда за собой смотрела, ходила на фитнес и никогда, никогда ему не отказывала. В любое время дня и ночи я была страстная, заводилась от одного его прикосновения. Чего ему не хватало?

Волоча по земле пляжную сумку и обливаясь слезами, я вышла на дорогу.

Рыдания душили. Рев рвался из горла, и я позволила себе выть в голос.

На душе скребли кошки, раздирая на ошметки раны, что нанес мне муж, а тело щипало от ссадин, в которые попала грязь. А еще болела голова, на лбу которой образовалась большая шишка.

Я чувствовала себя разбитой, истоптанной, словно надо мной надругались.

Как давно эта шваль у него? Поэтому последнее время я практически не вижу мужа дома, поэтому он забыл, когда в последний раз ложился ко мне в кровать?

Я думала, он сутками пашет, роет землю носом, чтобы достичь своей мечты и заключить контракт с крупным застройщиком. Не трогала его поэтому, ждала, терпела. А он? Нищебродка!

Я подошла к нашему коттеджу и остановилась. Внедорожник уже стоял во дворе.

Быстро же Паша доделал свои мерзкие дела. Надеюсь, я испортила им всю «малину». Или он привез свою курицу к нам в дом?

Нет, не поверю. Не может мой муж быть настолько обнаглевшим.

Руки задрожали, ноги подогнулись, и я села прямо на асфальт. Заходить в дом не хотелось. Было страшно еще раз столкнуться с жестокой правдой, увидеть в его глазах безразличие. Я для него нищенка.

Да, я настолько грязная, что даже мои белые, длинные волосы свисали засохшими серыми сосульками. Но не узнать свою жену, было верх омерзением.

Сбоку от меня резко завизжали тормоза. От испуга я дернулась и практически завалилась на дорогу. Черный джип затормозил буквально в метре от меня, и я поняла, что все это время сидела на проезжей части.

Джип вырулил из–за поворота и чудом успел затормозить, чуть на меня не наехав.

Из машины выскочил озверевший водитель, быстро окинул меня взглядом и, кажется, даже успел придумать, как меня придушить.

– Девушка! – прорычал темноволосый мужчина с черными, словно ночь глазами. – Вам жить надоело?

Я всхлипнула, вытирая слезы тыльной стороной ладони и еще больше размазывая грязь по лицу.

– Да, – тихо ответила я. – Вы бы не могли, пожалуйста, вернуться обратно за поворот и на время потерять свою бдительность?

У мужчины от изумления расширились глаза и, кажется, стали уже чернее ночи.

– Я не собираюсь из–за сумасшедшей садиться в тюрьму. Уйдите с дороги, – он грозно двинулся на меня, а у меня сердце в пятки ушло.

Такой, наверно, сначала всю душу вытрясет, а потом только придушит.

Я нервно сглотнула. А что мне уже терять? Сегодня я лишилась всего.

– Хотите я вам расписку дам, что сама виновата?

Мужчина навис надо мной и прорычал:

– Я тебе сейчас такую расписку дам, родной муж не узнает. Хотя смотря на твой вид у тебя наверно и дома нет, не то что мужа.

Я истерично засмеялась.

– А меня мой муж и не узнал.

– Девушка, я не знаю, что с вами случилось, но мне надо проехать, меня ждут работники. По–хорошему пересядьте на обочину.

Я резко встала, но перед глазами все поплыло, и я пошатнулась.

Мужчина отпрянул от меня, как от чумы.

– Что, все так плохо? – хмыкнула я.

– А вы себя видели?

– Еще нет, – я задержала на незнакомце задумчивый взгляд.

Красивый, высокий, чертовски притягательный. Весь в черном: туфли, брюки, рубашка, которая к тому же была расстегнута на три пуговицы, позволяя увидеть мощную, загорелую часть груди.

Внутри все содрогнулось. Сколько девочек по нему сохнет, а он такой холодный и надменный, наверняка, тоже изменяет своей жене. Хотя кольца нет.

– Вы женаты? – выпалила я быстрее, чем включила мозг.

– К чему вопрос? – и правда, голос низкий, сексуальный.

– Интересно, вы изменяете своей жене?

– Это ты мне себя, что ли, предложить хочешь? – засмеялся незнакомец.

– А, что, не в вашем вкусе? – возмутилась я такой реакции.

– На тебе чистого места нет. Либо ты любительница грязевых ванн, либо залетная бродяжка. Такие не интересуют. Как ты вообще попала на территорию поселка?

– А вам не приходило в голову, что человек банально мог попасть в беду?

Мужчина не ответил, но и не отвел своего угольного взгляда. Пристально так посмотрел в мои голубые глаза, словно пытался прочитать мысли.

– Вика! – раздался раздраженный голос моего мужа, и я вздрогнула.

– Заберите меня с собой иначе, я чувствую, случиться беда, – я быстро прошептала незнакомцу, пока Паша спускался с крыльца и шел в нашу сторону.

– Кажется, беда это вы, – парировал мужчина и с любопытством посмотрел на подошедшего Пашу. – Ваша?

– Моя, а в чем проблема?

– Сидела на дороге.

Паша бросил на меня недовольный взгляд, посмотрел на джип, что стоял посреди улицы и показал рукой в сторону дома.

– Немедленно в дом.

Паша не попросил. Приказал. Грубо, надменно.

– Ты не будешь мне указывать, что делать. Понял?

Я отошла ближе к незнакомцу, а Паша сделал шаг ко мне.

– Не прикасайся ко мне. Ты мне противен, – повысила я голос.

– Дружище, извини, – обратился мой муж к хозяину джипа. – Мы сами разберемся.

– Не вопрос, только давай без насилия над женой, ладно? Что бы ни случилось между вами, – незнакомец развернулся и пошел к машине.

– Все будет нормально. Тем более, это не жена, а обслуживающий персонал. С приветом.

Глава 3

От такой наглости своего мужа я потеряла дар речи.

Незнакомец хлопнул дверью своего джипа и уехал.

– Паша, ты вообще оборзел? – понесло меня. – Ты, гад такой, сначала трахаешь какую–то шлюху в лесу, потом командуешь мной, теперь называешь прислугой с приветом? Ты вообще не видишь, с кем разговариваешь или, как и в лесу, делаешь вид, что не узнаешь?

– Если ты сейчас не пойдешь в дом, то я затащу тебя туда силой, – на надрыве процедил мой муж, уничтожая взглядом.

В этот момент я поняла, что Паша не только говорит серьезно, но и реально осознанно поступает так со мной. Падать в ноги и извиняться он не собирается.

На ватных ногах я поплелась в дом. Все тело охватило бессилие, словно из меня выжали все соки. Казалось, что все происходящее сон, кино, театральная постановка. Не может все так резко поменяться за полдня.

Еще утром мой муж был со мной вежливый и учтивый. Он слишком занят, чтобы тратить время на розовые сопли, но, по крайней мере, я всегда видела его заинтересованность во мне, как в жене и женщине.

Что изменилось за несколько часов?

Я сняла с себя обувь и посмотрела на сандалии. Они превратились в куски грязи. Выкинуть или отмыть?

Я думала о чем угодно, лишь бы оттянуть новую порцию боли, которую приготовил для меня мой муж.

Я остановилась в холле у лестницы на второй этаж и развернулась к Паше.

– Объяснишься? – спросила я, не понимая на самом деле, где теперь заканчиваются мои права на мужа.

Может, и нет больше, этих прав.

– Все, что я могу тебе сказать, так это то, что мне жаль, что ты увидела нас в лесу, – спокойно, но категорично ответил Паша.

Ни мягких, стыдливых ноток в голосе, ни потупленного взгляда в пол от переполняющего чувства вины, ни слов мольбы простить его.

Ему жаль, что его застукали, что доставили хлопот.

– Тебе жаль? Ты трахался у меня на глазах, назвал меня нищебродкой, развернулся и уехал, оставив меня одну в лесу, – от возмущения я начала повышать голос. – Паша, ты слышишь себя? Ты сделал вид, что не знаешь меня. Пустое место, ноль, бродяжка.

Мне дико захотелось сесть. Сил стоять не осталось, но я действительно была такая грязная, что оставляла после себя следы.

Я оглянулась. В доме настолько все было идеально, что я не нашла ни одного места, которое не жаль было испортить.

Кажется, здесь ухаживали и берегли все, кроме меня. На фоне этой чистоты я почувствовала себя настолько безобразной и непотребной, что от отчаяния захотелось завыть в голос.

– Вика, давай ты поднимешься наверх, примешь ванну, отмоешь с себя все это, а потом мы поговорим, – примирительно предложил Паша. – У нас будет долгий разговор.

У меня действительно чесалось все тело, но я не намерена больше оставаться в дураках не минуты.

– Нет. Будем говорить сейчас, – настойчиво сказала я и села на нижнюю ступеньку. – Можешь начинать.

Паша остался стоять. Сесть ему было негде, а опуститься на пол – ниже его достоинства, поэтому он закинул руки за спину и принялся ходить туда–сюда.

– Помнишь, я говорил тебе про крупного застройщика, с которым я хочу подписать контракт? «СтройДом». Так вот, когда я узнал, что Адмиралов всей семьей посетит съезд, я вывернулся наизнанку, но сделал все, чтобы попасть сюда.

– При чем здесь это? – потеряла терпение я.

– При том, что я еще в городе узнал, что Евгений Адмиралов планирует отойти от дел. Не знаю, с чем связано это решение, но бизнес он хочет поделить между своими детьми. И у меня созрел план.

Я вскинула в удивлении брови.

– Удиви. Хотя куда еще больше.

– Девушка, с которой ты меня видела, это дочь Адмиралова – Мила. Еще в городе я навел о ней справки и завел знакомство. Через нее я быстрее доберусь до ее отца и смогу наладить партнерство.

Если до этого слова Паши вызывали недоумение, то после последней фразы я почти задохнулась от негодования.

Я резко встала.

– Я не поняла, ты хочешь сказать, что уже долгое время изменяешь мне? То есть все то время, что ты вешал мне лапшу на уши, что задерживаешься на работе, что у тебя проекты и командировки, ты встречался с этой лахудрой и трахал ее? Каждый раз, когда ложился ко мне в постель и поворачивался набок, вздыхая, что устал, ты приходил после нее? Ты и сюда притащился за ней?

От осознания, что мой муж врал и обманывал меня все это время, пока я, наивная дурочка, верила, что он старается для нашей семьи, меня затрясло от ярости. Я даже начала заикаться, настолько сильную «пощечину» залепил сейчас мне муж.

Весь наш брак просто какой–то фарс.

– А чему ты возмущена? – тоже начал кричать Паша. – Я днем и ночью строю бизнес, хочу, чтобы у нас было все, о чем можно только мечтать. Мне недостаточно жалких, мелких контрактов, я хочу, чтобы треть города принадлежала мне. На что ты жалуешься? Ты живешь в свое удовольствие, работаешь только потому, что сама этого хочешь. Твой заработок «капля в море», так, чисто купить себе трусы и с подругой в кафе посидеть. Когда ты выходила за меня замуж, ты знала уровень моих амбиций, знала мои цели. Что сейчас не устраивает? Подумаешь, засунул член в чужую вагину. Ради денег можешь и потерпеть!

От такой беспринципности мужа я буквально задохнулась. Открывала и закрывала рот, не в силах подобрать точные слова, чтобы описать то, что сейчас чувствую.

Мой мир рушился на глазах моим же мужем, а я обреченно стояла и смотрела на этот мрак.

– Паша, ты себя слышишь? Ты готов плести интриги, унижать меня, обманывать людей, идти по головам ради чего? Ради власти? Я вышла за тебя замуж потому, что любила. Не ради квартир, машин и шмоток. И ты это знаешь. Я твоя жена, а ты променял меня на деньги, которые не сделают тебя счастливым.

Понимание, с кем я все это время жила, привело меня в ужас. И самое страшное, что Паша не остановится. Он поставил себе цель и все поставил на кон. Даже семью.

– Любовь? Ею сыт не будешь. Но так даже лучше. Тогда тебе несложно будет вжиться в роль ради меня. Здесь о тебе никто не знает. Я не сказал. Поэтому Вика, с этого момента ты мне не жена. Ты прислуга.

Глава 4

Я, кажется, ослышалась. Что он сказал? Прислуга? Мой мир никогда не будет прежним.

– Егоров, ты в своем уме? А не пойти ли бы тебе куда подальше со своим бизнесом и любовницей в придачу?

Я развернулась и пошла по лестнице на второй этаж, но муж окликнул меня.

– Вика, ты не понимаешь. Это же все ради нас, ради нашего будущего благополучия.

Видимо, Паша решил зайти с другой стороны, вот только семью и ее будущее я представляла себе совсем не так.

– Паша, ответь мне только на один вопрос, – негодовала я. – Какого черта ты притащил меня сюда? Почему не предложил расстаться и поднимал бы свой бизнес, как хотел? Просто упростил бы себе жизнь, и меня не унижал.

– Потому что ты моя жена, и я хотел, чтобы ты отдохнула.

Я даже засмеялась в голос.

– Да, мое отношение к тебе не розовые единороги, и я по–другому отношусь к сексу. Это просто процесс для достижения цели. С тобой это удовольствие, с Милой – чтобы использовать ее и уговорить подписать со мной контракт.

Я обессиленно стояла и поражалась циничности своего мужа. Когда он стал таким жадным? Когда потерял всю элементарную мораль?

– А если твой план не сработает? Ты действительно думал, что я прощу тебе ничем не прикрытую измену и буду жить дальше?

Я снова села на ступеньку и устало привалилась к перилам. Меня знобило. То ли от потрясения, то ли перемерзла под дождем.

– В мои планы не входило разоблачение меня. Но раз ты все узнала, то прошу понять и принять мою сторону.

Паша подошел к лестнице и поднялся на одну ступеньку.

– Замолчи! Перестань нести этот бред. Я никогда не прощу тебя, тем более не пойму, как можно быть таким алчным мерзавцем.

– Послушай, давай договоримся. Я отдаю тебе двадцать процентов акций моей компании, а ты становишься моими глазами и ушами у братца Милы. Устроишься у него поваром или горничной. А когда все закончиться, если захочешь я дам тебе развод.

Я подорвалась с места, ошарашенная его предложением. Он за кого меня принимает? Точно не за любимую жену.

– Пошел к черту. Ты выжил из ума. Мало того что ты предлагаешь мне подсудное дело, так еще собираешься вертеть членом перед другой женщиной. Егоров, я никогда тебя не прощу. Мне мерзко находиться с тобой в одном помещении. Ты аморальный. Я собираю вещи и уезжаю. Оставайся здесь со своими шлюхами, планами и шпионами, а я займусь разводом.

Я собрала все силы и побежала наверх.

У меня лишь одно желание, смыть с себя лесную грязь и быстрее убраться из этого дома.

Ненавижу. Как жаль, что нельзя мылом промыть память и смыть нечистоты, которыми загадил мою душу тщеславный муж.

– Вика! – услышала я вдогонку, – Я пошел ва–банк. Мне нужны были деньги, чтобы войти в их круг и сыграть благотворителя. Здесь так принято. Плюс недельное проживание в этом коттедже. Ты вернешься в город, а дальше что? Я заложил квартиру. Если у меня ничего не получиться, мы останемся на улице. Лучше помоги мне.

Лишь на миг я застыла наверху пролета, а затем, не поворачиваясь, скрылась в спальне.

Меня потряхивало, поэтому я залезла в душ и сделала воду погорячее. Нужно согреться.

Как мы дошли до этого, я искренне не понимала.

Слезы тихо катились по щекам и, перемешиваясь с грязной водой, стекали в слив.

Я взяла мочалку, налила душистого геля и принялась активно себя намыливать.

С каждым движением, с каждый новым участком тела я все сильнее терла уже покрасневшую кожу, яро смывала с себя присохшую глину, словно это поможет заглушить внутреннюю боль.

Я сдерживала рыдания, не хотела впадать в истерику. Мне нужно быть сильной, чтобы взвешено принять решение и выстоять перед напором Паши.

Он умеет подавлять, но я не сдамся.

Я соберу вещи и уйду из этого проклятого дома и из жизни мужа, раз полный счет в банке ему оказался дороже.

Мыло попало в рану на руке и воспаленное место сильно защипало. Острое ощущение словно оборвало остатки хрупкого терпения и я, упав на колени, со злостью бросила мочалку на пол, обхватила себя руками и зарыдала навзрыд.

Я выла в голос, покачиваясь, как сумасшедшая, а перед глазами стояла картина, как в чаще леса мой муж со страстью насаживал свою любовницу на свой член.

Нет, это не чистый расчет, он хотел ее так же яростно, как и она его. И этому нет оправдания, даже самого безумного.

Наконец, мой припадок начал стихать. Я почувствовала, как покраснели и опухли глаза. Все еще периодически всхлипывая, я вымыла голову, как могла, смыла с себя боль и пену и вышла из душевой кабины.

Укутав себя в мягкое полотенце, я посмотрела в зеркало. Красота: белки покраснели, веки припухли, под глазами впадины, а сбоку на лбу сероватая шишка.

Плевать. Вот именно сейчас мне все равно, как я выгляжу. Единственное, что я хочу, чтобы перестало ныть в груди. Хочу забыться глубоким сном и перестать чувствовать, как внутри все заживо горит.

Я сделала глубокий вдох и вышла из ванны. И тут же остановилась как вкопанная.

– Что ты здесь делаешь? – первая напала я. – Выйди, я не хочу находиться с тобой в одной комнате.

– Вообще–то, это и моя комната, – усмехнулся Паша. – Более того, за возможность тебе находиться здесь плачу я. Поэтому раз по–хорошему не понимаешь, объясню по–другому. Рот закрыла и делаешь, что говорю.

– Я тебе уже сказала, иди к черту. Я ухожу, – начала закипать я.

Зачем он меня вообще трогает?

И тут я увидела в его руках мои вещи. Он держал банковские карты, телефон и паспорт.

– Что ты… – осеклась я, медленно соображая, что мой муж задумал.

– Умная девочка, – улыбнулся муж. – Ты никуда не поедешь. Поняла? Я слишком много сил потратил, чтобы сегодня оказаться в этом месте. Поэтому до конца недели будешь сидеть в доме и помалкивать.

Мои глаза расширились от ужаса. Происходящее, казалось, каким–то сюром. Это не может быть со мной.

– Отдай мои вещи, Паша, и отпусти меня. Занимайся здесь, чем хочешь, я просто уеду домой, – как можно мягче сказала я, но это не сработало.

– Нет! – голос мужа стал жестким и ледяным. – Ты можешь все испортить, проболтаться, захотеть отомстить. Я не могу так рисковать.

Я дернулась в сторону Паши, но он легко схватил меня за полотенце, развернул спиной и крепко прижал к себе.

– М–м–м, как ты пахнешь. Обещаю, без развлечений я тебя не оставлю, – Паша спустил одну ладонь мне к лобку и многозначительно надавил пальцами. – Ты же любишь безудержный секс. А я предварительно тебя разозлю.

Я не успела ничего ответить. По всему дому разнеслась трель дверного звонка.

Паша вместе со мной подошел к окну и посмотрел вниз.

– Какого черта? – воскликнул муж. – Сидишь здесь и рот не открываешь.

Паша толкнул меня на кровать и пошел к двери вместе с моими вещами.

– И, Вика, давай без глупостей. Ты знаешь, я имею достаточно влияния, чтобы сделать твою жизнь и жизнь твоих близких невыносимой.

Мой муж вышел из комнаты, захлопнул дверь и провернул замок.