Шкатулка с драконом

- Это нетрудно узнать у кучера, - ответил управляющий, - Он становится не в меру болтливым, когда пьян.

- Прекрасно, - сказал барон, - Постарайся узнать это. Где и как долго была графиня, с кем встречалась? Мой слуга, которого ты уже знаешь, поможет тебе в этом. После он передаст тебе такой же кошелёк.

- Покорнейше вас благодарю, - сказал Евграфий Петрович, вставая с кресла.

Барон тоже поднялся.

- И помни. Никто не должен ничего знать, - сказал ему барон, провожая его до дверей.

- Буду нем, как рыба, - ответил управляющий с той же лукавой улыбкой.

Дверь бесшумно закрылась за ним. Барон прошелся по кабинету взад-вперёд, задумчиво поглаживая подбородок. Лёгкая ухмылка появилась на его лице.

- Я не знаю что вам надо в этом доме, графиня, но вы вошли в клетку к тигру, хотя вы ещё не знаете этого, - сказал он вслух.

Сжав кулаки, он подошел к двери и позвал стоявшего в коридоре слугу. Человек в черном, по имени Ришар подошел к хозяину. Жан-Поль заговорил по-французски.

- Ришар, - сказал ему барон, - Вы отправитесь в имение Ростоцких. Но никто, слышите, никто не должен видеть вас. Отныне вы станете тенью мадам Ростоцкой. Я хочу знать о ней всё. Когда она встаёт, когда и с кем она завтракает, обедает, когда ложится спать.

Барон прошел в кабинет к столу и вытащил из ящика такой же кошелёк с деньгами.

- Возьмите, - сказал он вошедшему вслед за ним Ришару, - Сегодня ночью и завтра днём вы будете следить за графиней. Вечером я пришлю вам замену. Ступайте.

Ришар поклонился и вышел.

Жан-Поль вернулся к окну и, отодвинув край занавески, устремил свой взгляд в сторону имения Волхвинских. В его глазах появилась нежность и в то же время, какая-то непонятная тоска, будто он боялся утратить что-то ценное, будто его душу мучила тревога. «Я смогу защитить тебя, любовь моя» - подумал он, мысленно посылая поцелуй Вере. Ему хотелось перенестись сейчас туда. К ней, чтобы её маленькая ручка оказалась снова в его руках, а белокурая головка опять легла ему на грудь. Жан-Поль закрыл глаза, вспоминая тот момент. Его душу наполнила любовь. Только с ним она была бы под защитой, а он, наконец, смог бы быть спокоен. Но законы приличия, траур и прочие условности делали это невозможным. Придётся ждать. Ждать. Это так трудно и невыносимо тоскливо. Барон опустил занавеску и медленно пошел к двери. Завтра он узнает имя загадочной тени. Он был почти уверен, что этим некто окажется графиня Ростоцкая. Но что-то не нравилось ему в этой истории. Что-то было не так. Ростоцкая? Нет. Слишком всё просто. Должно быть что-то ещё. Что-то… Но что?

Глава 7

Свидание с женщиной

Гостиница «Три дороги» никогда не была самой лучшей из местных пригородных гостиниц. Однако и одной из худших её нельзя было назвать. Здесь было чисто и уютно, но слишком уж просто. В гостинице имелось всего 10 номеров и маленький ресторан с отдельными кабинетами для особых посетителей. Это было двухэтажное здание, похожее на сказочный домик, казавшийся издалека совсем миниатюрным. Посередине, над невысокой дверью красовалась вывеска «Три дороги». Гостиница действительно находилась на перекрёстке трёх дорог, от чего и получила своё название. Несмотря на простоту, посетителей здесь всегда было много и номера почти всегда были заняты. Номера снимали на одну ночь, кто для тайных встреч, кто для любовных свиданий. В ресторане, в котором царил полумрак, и на каждом столике горела свеча, трудно было кого-либо узнать. Маленькие столики были разделены перегородками с малиновыми шторами сбоку. Даже днём шторы на окнах в ресторане были приспущены. Владелец гостиницы, как и его служащие, никогда ничего не видели и не знали, и, главное, ни во что не вмешивались, что делало гостиницу популярной среди преступного мира и прочих сомнительных личностей, а также среди тех, кто вёл тайную ночную жизнь, или просто хотел скрыть нежелательную связь.

Улицы погрузились в темноту. Луну скрывали густые облака. Из гостиницы, прикрываясь тёмно-малиновым плащом, вышла женщина, в которой нетрудно было узнать графиню Ростоцкую. Она пыталась быть незамеченной, всё время оглядывалась, натягивая на голову капюшон рукой в чёрной перчатке. Но огненно-рыжие волосы, выглядывавшие из-под капюшона, всё равно выдавали её. Посмотрев по сторонам, она завернула за угол. Вслед за ней из отеля вышла ещё одна особа, в чёрном плаще. Она была чуть выше графини ростом. Кроме чёрных волос, под плащом трудно было что-либо разглядеть. Её руки так же были в чёрных перчатках. Не оглядываясь по сторонам, она села в подъехавший экипаж, который быстро скрылся во мраке ночных улиц. Тут же от дерева напротив дороги отделилась ещё одна тень, которая, неспеша, пересекла дорогу и направилась в отель. Незнакомец в чёрном камзоле и шляпе, надвинутой на глаза, оглядел холл гостиницы внимательным взглядом, и направился к горничной, спускавшейся по лестнице. Юная особа плотного телосложения с длинной белой косой и большими светло-серыми глазами, ласково улыбнулась, увидев незнакомца. Так же оглянувшись по сторонам, девушка подошла к незнакомцу, и, взяв его за руку, быстро увлекла его за собой в подсобное помещение под лестницей, осторожно прикрыв дверь.

Через час таинственный мужчина вышел из гостиницы, поправляя воротник на ходу, и, надвинув на глаза шляпу с широкими полями, сел в подъехавшую богато украшенную карету с гербом. Дверцу в экипаж захлопнула рука с золотым перстнем, кучер взмахнул хлыстом, и экипаж скрылся во мраке ночи, оставив за собой клубы дорожной пыли.

- Вы были абсолютно правы, ваша светлость, - сказал незнакомец хозяину экипажа, - Графиня была в этой гостинице. Но это ещё не самое странное.

- С кем она встречалась? – спросил молодой человек, в котором легко можно было узнать барона Ренеля, - Она вышла из гостиницы одна?

- Графиня встречалась с женщиной, - сказал незнакомец, - Незнакомка появилась в гостинице за 15 минут до графини. Её лица Настя не смогла разглядеть, на ней был плащ с капюшоном. Горничная разглядела только чёрные волосы. Она ни с кем не говорила, кроме управляющего, сняла номер на час и попросила её не беспокоить. Через 15 минут появилась графиня. Никому, ничего не говоря, ничего не спрашивая, она сразу поднялась наверх в номер. Настя пыталась подслушать их разговор, но дамы говорили очень тихо, и она не смогла разобрать слов. У женщины, с которой встречалась графиня, неприятный, низкий, немного хриплый голос. Насте даже показалось, что это может быть мужчина в женском платье.

Барон задумался. Низкий голос. Когда-то он знал одну особу с таким голосом. Но этого не могло быть. Как она могла оказаться здесь спустя 10 лет? Нет. Скорее всего, горничная права. Это вполне мог быть мужчина.

- Что ты думаешь об этом? – спросил барон своего слугу, - Ты видел эту особу со странным голосом?

Слуга утвердительно кивнул головой.

- Я видел её издалека, но это точно была женщина, - уверенно ответил он.

- Ты уверен в этом? – переспросил барон.

- Уверен, ваша светлость, - ответил слуга.

- Долго они беседовали? – спросил барон.

- Примерно час. Потом они по очереди покинули гостиницу, - ответил слуга.

- Хорошшооо, - задумчиво протянул барон, - Женщина.

Устроив слежку за графиней, он ожидал найти разгадку всем странностям, но взамен он получил новую загадку. Это пугало Жан-Поля. И этот хриплый голос.

Экипаж подъехал к дому барона Ренеля и мужчины вышли наружу.

- Продолжайте следить за графиней, - сказал он слуге, поднимаясь по лестнице, - И узнайте кто эта загадочная особа.

Слуга поклонился и ушел. Барон не спеша вошел в дом. Злоба и ненависть переполняли его. Только одна женщина могла решиться на такое Что если он прав? Женщина с низким голосом. Если так, то Вере грозит серьёзная опасность. Отдав лакею плащ и шляпу, он поднялся в спальню. Что затеяла графиня? Может это никак не связано с тайнами графа Волхвинского? Это могут быть её личные дела, связанные с долгами мужа. Чтобы вытащить своего супруга из неприятных ситуаций, в которые он не раз попадал из-за своей пагубной страсти к картам, Ростоцкой приходилось поступаться своей честью, дабы сохранить добрую репутацию семьи. Правда ей так и не удалось ничего скрыть, но ей всегда удавалось отсрочить выплату долга или уменьшить сумму. То, что являлось предположением для общества, было очевидным для барона. Он давно следил за этой женщиной и знал абсолютно всё о её делах. Неведение было непривычным для Жан-Поля. Он должен узнать, что всё это значит, с чем это связано? Во что бы это ни стало. Какой бы не оказалась эта правда. Ему нестерпимо сильно захотелось увидеть Веру. Завтра он навестит её, чтобы увидеть чудные серые глаза и на миг почувствовать спокойствие, которое он испытывал рядом с ней.

Из дневника Жюльена Мирея

С первого дня нашего знакомства я понял, что путь к сердцу Люции лежит через её брата Антонио. Она-то как раз была не против, но братец так ревностно берег честь сестры, что не подпускал к ней ни одного воздыхателя. Мне показалось это весьма глупым, учитывая, что кандидатов итак было немного. Мало кто хотел провести ночь с такой особой, а уж тем более связать свою жизнь. Я знал немало женщин, которые при довольно незавидных внешних данных умудрялись собирать возле себя толпы поклонников. Люция, увы, к таковым не относилась. Она была наивна и глупа. Её чрезмерная эмоциональность и несдержанность вообще не делали ей чести. К её достоинствам я, пожалуй, мог бы отнести её доброту, умение выслушать, что очень важно для женщины. Она была не болтлива в отличии от её брата. Антонио, как и его сестрица, был страстным и весьма доверчивым малым. Моё красноречие помогло мне быстро завоевать его сердце, и спустя месяц нашего знакомства он готов был назвать меня чуть ли не братом, ни минуты не задумываясь о том, что вовсе не знает ничего обо мне. Дела у графа шли не очень блестяще и потому на предложенную мною, весьма сомнительную, сделку он согласился сразу. Рано осиротевший Антонио не был готов к свалившемуся ему на голову большому наследству. Дела он вёл не очень умело. Не раз он предлагал сестре продать оставленные отцом драгоценности, но Люция выказала невероятное упрямство. Как любая женщина, она любила дорогие украшения и бриллианты. Если бы она согласилась, Антонио Чемецци стал бы самым богатым человеком в Италии. Но Люция не готова была расстаться с любимыми и дорогими её сердцу вещами. Больше чем украшения, она, пожалуй, любила только меня. Мне льстила такая привязанность, но я не любил её. Наверное потому мне так легко было изображать влюблённого и тайком от брата ночью посещать её спальню. Однако чтобы окончательно усыпить бдительность братца мне пришлось просить руки Люции. Разумеется я не собирался жениться на ней, но учитывая характер графа, я вынужден был пойти на такую жертву. Много раз потом я жалел об этом, и не раз мне хотелось вернуть назад время.

Люция была страстной любовницей. Отсутствие красоты она вполне компенсировала умением в постели. Я был несколько удивлён учитывая то, что до меня у неё не было мужчин. Поначалу мне это нравилось, но вскоре начало немного тяготить. Я ждал момента, когда получу долгожданные драгоценности, которые так любила Люция, и с которыми так спешил расстаться её брат вопреки её воле. О том, чтоб будет с ней, когда я исчезну, я не думал. Меня переполнял азарт и желание поскорее закончить всё. Я готовил свой побег заранее. Зная, что итальянец не простит меня, я был крайне осторожен. Так мне казалось тогда. Однако второй месяц подходил к концу, а мой будущий «родственник» не спешил расставаться с богатством. Пришлось поторопить его, сообщив, что сделка может сорваться, если он не примет решение быстро. Это подействовало. Ничего не сказав сестре, он взял драгоценности и отдал их мне. Нужно ли говорить, что я исчез в ту же ночь. Получив желаемое, я быстро превратил их в деньги и покинул Венецию. Будучи уверенным, что граф опомнится не скоро, я не спешил покидать Италию, но неожиданная новость, которую я узнал случайно, подслушав женский разговор на одном из приёмов, куда мне удалось попасть, повергла меня в шок. Люция покончила с собой. Признаться, до сего дня со смертью моих жертв я не сталкивался. Но был уверен, что весть о чьей-то гибели не вызовет во мне никаких эмоций. Смерть Люции дала мне понять, как я ошибался. Я никогда не любил её, но почему то эта новость так поразила меня. Справившись кое-как с эмоциями, я заставил себя на время выкинуть это из головы. Граф Чемецци теперь жаждал мести. Небогатый, но влиятельный молодой человек разыскивал меня по всей Италии, а значит, мне надо бежать.

Глава 8

Незнакомец в саду

Тёплое солнечное утро заглянуло в дом Волхвинских. Вера сегодня была в прекрасном настроении. За это её немного мучила совесть. Траур не позволял ей радоваться. Она должна скорбеть по умершему отцу. Конечно, не обязательно было плакать целый день у его портрета, но радость в душе казалась ей неуместной. Она старалась быть серьёзной в присутствии слуг и мадам Жанон, но блеск в глазах предательски выдавал её. Ей даже показалось, что француженка как-то странно смотрела на неё в столовой во время завтрака. Может наблюдательная мадам Жанон заметила притворство своей воспитанницы? Стараясь не смотреть никому в глаза, и ничего не говоря, Вера закончила завтрак и, взяв в библиотеке первую попавшуюся книгу, ушла в сад. Летний сад Волхвинских был похож скорее на цветник. Казалось, здесь были собраны цветы со всего мира. Ярким разноцветным ковром они стелились между узеньких дорожек сада, гармонично переливаясь всеми цветами радуги и создавая прекрасный ансамбль. Ровные, идеально сделанные клумбы радовали глаз хозяйки. Вера любила цветы. Она часто помогала садовнику, сама выбирала и сажала их. И теперь, пройдя в маленькую беседку, обвитую колючими розами, она села и открыла книжку. Читать ей не хотелось, но ещё меньше ей хотелось проводить время в обществе с мадам Жанон. Её взгляд скользил по строкам одного из новых романов молодого писателя, но мысли Веры были далеко. Голубые ласковые глаза смотрели на неё со страниц книги. Она чувствовала тёплые мягкие руки, гладившие её волосы, и снова слышала биение сердца. Ей стало жаль, что она не может поделиться с отцом своими чувствами. Излить душу. Отец всегда понимал её. Он умел выслушать, объяснить, подсказать. Глаза Веры стали наполняться слезами. Радость любви смешалась в её душе с тоской по отцу.

Лепестки розы мягко коснулись Вериной щеки. Она обернулась и увидела барона. Улыбаясь он галантно протянул ей цветок.

- Ваш цветник прекрасен, как и вы, - сказал он

Вера взяла цветок. Барон аккуратно пробрался через клумбы к входу в беседку, поздоровался с Верой.

- Вы так были заняты чтением, что я не решился сразу прервать вас, - ответил он. - Простите, если я напугал вас.

- Отнюдь, - сказала Вера, закрывая книгу, - Я слышала ваше дыхание за спиной.

- Мне нравятся смелые женщины., - барон подошел к Вере и взял в руки книжку.

- «Пагубная страсть» - прочитал он название книги, даже не обратив внимания на имя автора, - Вы это читаете?

- Скорее пытаюсь читать, - призналась Вера, - Это одна из любимых книжек мадам Жанон. Она вчера оставила её в библиотеке.

- У неё странный вкус, - с иронией сказал Жан-Поль.

- Она находит в этих книгах то, чего не нашла в жизни, - ответила Вера, - Я вполне понимаю её. Не думайте, что мне нравится эта чушь. Просто это спасает меня от её нудных нравоучений. Классика не лезет в голову. Поэтому я взяла первую попавшуюся книгу.

Барон присел возле Веры и взял её руку. Она не стала противиться этому, опустив длинные ресницы.

- Но ведь нельзя же целый день читать, - сказал барон.

- А что ещё можно делать в этом доме? – спросила Вера, посмотрев на него грустными глазами, - Мне, собственно, и не хочется ничего делать. Я не могу никого видеть…. Кроме вас, конечно. Вы всегда были и будете желанным гостем в этом доме. Хочется просто посидеть здесь, или прогуляться к реке. Шум воды немного успокаивает.

Барон нежно сжал Верину руку своими руками.

- Я понимаю вас, - сказал он, ласково глядя на неё, - Это просто тоска. Я чувствовал себя так же, когда умерла матушка. Ваш отец был прекрасным человеком, и вы врятле сможете забыть его, но тоска пройдёт. Жизнь продолжается.

- Я не могу понять что со мной, - сказала Вера, доверчиво глядя на барона, - Мне и радостно и грустно. И совестно за эту радость.

Барон улыбнулся. Радость в душе Веры в такой момент могло вызывать только одно чувство. «Наконец она ответила мне» - подумал он.

- Не нужно стыдиться своих чувств, - сказал он вслух, - Вы живы. Значит, вы можете не только грустить, но и радоваться. Ваш отец очень любил вас и, думаю, он был бы рад рад, что его дочь не всегда обливается слезами. Это отнюдь не значит, что вы перестали любить его.

- Спасибо вам, - сказала Вера, - Если бы не вы – я б, наверное, умерла от тоски. В этом доме совершенно не с кем поговорить. Мадам Жанон слишком строга. Она не поймёт меня так, как вы.

- Вы всегда можете рассчитывать на меня, - ответил Жан-Поль, - Вы кусочек света в моей скучной жизни.

Барон наклонился и прикоснулся лбом к Вериной руке. Её другая рука мягко легла ему на волосы.

- Мне так хорошо с вами, - тихо сказал он, - Никогда ещё мне не было так хорошо.

- Бог послал мне вас, - добавил он, подняв голову.

Глаза Веры утонули в небесно-голубой глубине больших ласковых глаз Жан-Поля. Они оба замерли на миг, будто загипнотизированные чувством, которое становилось сильнее с каждым днём. Барон был готов прильнуть к маленьким пухлым губам, доселе не знавшим ещё поцелуев, но шорох где-то неподалёку, заставил их вздрогнуть, прервав приятный момент.

- Что это? – спросила Вера, оглядываясь.

В саду никого не было. Всё вокруг по-прежнему было окутано тишиной. Яркие лучи солнца согревали цветы на клумбах.

- Может, это садовник? – спросил барон.

- Может быть, - сказала Вера, стыдливо глядя на барона из-под длинных ресниц. Он готов был поцеловать её, и ей понравилось это, но теперь ей стало неловко перед Жан-Полем. Не сочтёт ли он её доступной женщиной?

- Я хочу прогуляться к реке, - сказала Вера, вставая, - Может, вы составите мне компанию?

- Охотно, - барон поднялся.

Они пошли по усыпанным гравием дорожкам вдоль ярких клумб.

- Боже мой, - сказал барон восторженно, - Глядя на всё это, мне кажется, что я попал в рай. Кто создал эту красоту?

- Жерден, - сказала Вера, - Отец привёз его из Франции. Он был одним из лучших цветоводов короля, пока не поссорился с кем-то. Не знаю, что там произошло. Он так и не рассказал ничего отцу, просто попросил взять его с собой. И вот. Мой сад теперь украшен по-королевски.

- Охотно верю, - сказал барон, - И самый красивый цветок в нём – вы.

Вера улыбнулась.

- Вы льстец, - сказала она.

- О нет. Это как раз то, чего я никогда не умел. Отец не раз упрекал меня в этом. Я просто говорю то, что подсказывает мне сердце.

- Надеюсь, что ваше сердце так же искренне, - ответила Вера.

- Да. И сейчас оно принадлежит вам, - сказал барон, - Надеюсь и в вашем найдётся место для меня.

- Неожиданное признание, - Вера смутилась, - Думаю, у вас есть надежда. Правда, обстоятельства, увы, сильнее наших чувств.

Они остановились на миг. Вера аккуратно коснулась его груди, он прижал к себе её руку. Ей снова стало неловко, но так не хотелось сейчас соблюдать приличия. Ей нравилось его прикосновение. И потом, нет ничего плохого, если она просто постоит с ним, вот так, в своём саду.

- Что вы делаете со мной? – спросил он, - Я сойду сума.

Вера отвела взгляд, но не убрала руку. Взгляд скользнул по деревьям, растущим за кустами вдоль дорожки, и заметил странную фигуру в чёрном, которая поспешно скрылась за деревом. Вера вздрогнула.

- Смотрите, там, - сказала она.

Барон легонько сжал её руку.

- Делайте вид, что ничего не заметили. Кто бы это ни был – пусть думает, что мы не видим его.

- Там кажется заяц, - сказала Вера, взяв себя в руки.

Барон обернулся.

- Вам показалось, - ответил он, будто пытаясь разглядеть зайца за кустами.

- Нет. Он точно там был, - сказала Вера.

- Может, - ответил барон, - Вы спугнули его.

- Наверное, - согласилась Вера, стараясь не смотреть в сторону дерева, за которым прятался незнакомец, - Пойдёмте в дом. Там прохладнее. Мне хочется чаю. А вам?

- Охотно выпью с вами чаю, - ответил барон.

Они пошли обратно к дому. Вера старалась сдерживать страх, но её руки похолодели, пальцы дрожали.

- Не бойтесь, - сказал барон, - Если бы этот человек хотел что-то сделать вам, или мне, он бы давно уже сделал это. Возможно, он просто следит за нами. Если мы будем делать вид, что не заметили его – он рано или поздно выдаст себя, и тогда мы узнаем кто это.

- К сожалению, у меня нет вашей уверенности, - сказала Вера, - Эти призраки в доме до смерти пугают меня. Отец. Почему ты ничего не сказал мне?

Последние слова были обращены к небу, будто граф слышал их.

- Ваш отец считал, что неведение спасает от опасности. Он не подумал о том, что ваши и его враги, кем бы они ни были, думают, что вы знаете его тайну, - сказал барон.

- Вы пугаете меня ещё больше, - ответила Вера.

- Простите. Если так – я могу успокоить вас. Этот человек не жаждет вашей смерти, хотя возможно, ненавидит вас. Во всяком случае, шпион из него врятле получится, если вы заметили его. Опытный человек не обнаружил бы себя так легко.

- Это слабое успокоение, Жан-Поль. Лучше открытый враг, чем тайный ненавистник. Я чувствую себя дичью, которую взяли на мушку.

- Да. Вы правы, - согласился барон, - Врагов лучше знать в лицо. Но охотник не всегда попадает в цель. Улыбайтесь. Он всё ещё идёт за нами. Думаю, из этого охотника вскоре получится неплохая дичь, а охотником стану я.

- Пусть Бог услышит вас, - ответила Вера.

Барон перекрестился, посмотрев на небо.

- Бог всегда слышит. Он даст мне силы защитить вас.

Он снова взял её за руку, и ей стало не так страшно. Этот человек, словно высокая стена, готов был закрыть её от всех опасностей. С ним Вера чувствовала себя защищённой.

Барон краем глаза следил за происходящим вокруг. Его слух ловил каждый шорох или шелест в саду. Незнакомец шел за ними, стараясь держаться на расстоянии, уверенный в том, что его не видят. Барон не видел, но слышал и чувствовал его присутствие, как зверь чувствует приближение опасности. Он старался незаметно закрыть собой Веру, чтобы принять удар на себя, если незнакомец решится напасть, или выстрелить.

Они вошли в дом, и Вера тяжело вздохнула, прижав руки к груди, как только входная дверь закрылась. Барон проводил её в гостиную и велел слугам подать чаю. Усадив Веру в кресло, он подошел к окну и аккуратно отодвинул занавеску. В саду никого не было видно, но таинственный шпион, наверняка, был ещё там. Жан-Поль позвал Жерара.

- Я хочу, чтобы вы незаметно осмотрели сад, - сказал он Жерару, - Сегодня мне показалось, что за нами следили.

Жерар кивнул и вышел.

Слуги принесли чай. Горячая жидкость приятно согрела грудь и тело Веры, и ей стало легче.

- Если этот человек не собирается никого убивать, то зачем он следит за мной? – Вера нервно заламывала руки, - Неужели он думает, что я ношу с собой эти сокровища, или прогуливаюсь там, где отец спрятал их.

- Скорее всего, этот некто хочет проникнуть в дом, а мы с вами и Жерар, мешаем ему, - предположил барон.

- Возможно, но тогда не проще ли сделать это ночью? - спросила Вера.

- Вы правы, - согласился барон.

Он догадывался, кто может быть этот человек. Две фигуры ясно виделись ему в этой роли. Но как сказать об этом Вере? И надо ли? Одна из подозреваемых особ не представляла особой опасности, но другая, если это она, вызывала у Жан-Поля серьёзные опасения. Жуткое прошлое снова напомнило о себе. В любом случае о графине Ростоцкой Вере следовало сказать. Врагов и вправду лучше знать в лицо.

- Этим некто может быть ваша милая «тётушка Анна» - барон посмотрел на Веру, - Не сердитесь на меня, но мне она не кажется такой доброй, как вам.

- Да. Наверное, вы правы. Она очень странно себя ведёт в последнее время. Если это ревность – то это смешно и глупо. Ведь у неё есть муж, - неожиданно согласилась Вера, - Она всегда шла ради него на такие жертвы. Врятле это можно сделать ради нелюбимого человека.

Барон усмехнулся. Как много ещё не знает в жизни этот наивный ребёнок.

- Да. Эта женщина ревнива, как тысяча Отелло, но, мне безразлична её ревность, как и она сама.

- Мой кузен, который вчера был у меня, - сказала Вера, - Говорил, что видел на прошлой неделе, как графиня выходила из гостиницы поздно вечером, а за ней некая дама в чёрном плаще. Ему показалось, что они знакомы. Он подумал, что это странно, но не обратил внимания. Несколько дней спустя он видел, как Анна Николаевна и незнакомка снова заходили в ту же гостиницу. Дмитрий большой любитель приключений. И потом, он ещё молод. Я не придала его рассказу значения. Но теперь я думаю, может он не ошибся, и это правда была графиня.