Сильверлейк. Новенькая

Маленький Грей оказался вундеркиндом, по крайней мере, так его называют в оцифрованных газетных заголовках.

Белокурый мальчишка сидит за огромным роялем на сцене, а потом играет в шахматы на турнире напротив какого-то именитого гроссмейстера. Крошка Грей выглядит как ангелочек, но информация про него быстро испаряется. К тринадцати годам про Грея больше ничего не удаётся найти.

Это любопытно? Для меня – очень. Я не живу в мире фэнтези, но этот парень явно источает ауру тёмного демона. Увы, мрачные демоны притягательны только в книжках. В реальной жизни с ними лучше не сталкиваться.

Когда я иду с Максом по коридору, все нам улыбаются и здороваются. Это не выглядит наигранным. Нас не одаривают липким, неискренним вниманием, как это было в моей старой школе. В Сильверлейк люди проще. На каждой перемене мы с Максом сталкиваемся в коридоре, и он обнимает меня за талию. Мы стоим в кругу футболистов и чирлидерш, смеемся над глупыми шутками. Так проходят несколько дней. Школа готовится к футбольному матчу, тощий парень в костюме белки носится по кабинетам и дает всем пять. Я начинаю ощущать себя частью Мэйплвуда. У меня появились подруги и парень, я заняла свою нишу в школе. Родители купили мне сноуборд, хотя до снега еще далеко.

Макс с ребятами частенько застревают на тренировках. Сегодня они пропустили обеденный перерыв, поэтому я сажусь за столик к девчонкам. Вероника лучезарно мне улыбается, пока остальные обсуждают последние сплетни. Мы с Вероникой подружились. Мы часто созваниваемся, и я пару раз приходила к ней в гости делать домашку. Она тоже встречается с парнем из команды, поэтому мы с Максом один раз позвали их на двойное свидание в пиццерию. С остальными девчонками мы иногда ходим в кофейню недалеко от школы. Там я дожидаюсь Макса, когда тренер его задерживает. О вечеринках больше никто не говорит, хотя Грея в городе давно не видели. В мои мысли снова пролезает иррациональный страх.

Пока девушки смеются над танцами белки-талисмана, я оборачиваюсь через плечо и смотрю на Клариссу. Она не изменяет своему стилю — всегда завернута в черное по самую шею, с очередной книгой в руках. Сегодня она сжимает в пальцах страницы Вирджинии Вульф. И когда она успевает проглатывать книги? У меня есть подозрение, что Кларисса не читает книги, а прячется за ними. Шпионит за одноклассниками и учителями через бумагу. У меня появилась привычка проверять Клариссу в столовой. Она всегда сидела за своим столом одна. Одного взгляда в ее сторону мне было достаточно.

После нашего похода в боулинг Кларисса начала со мной здороваться в классе. Мы с ней не разговаривали, только бросали друг другу доброжелательное «Привет» — и все. Сейчас, пока я смотрю на девушку, она замечает мой взгляд и отрывает глаза от книги. Девушка неловко улыбается, поднимает руку и машет мне. Я машинально делаю тоже самое. Что-то в моей голове щелкает. Я вспоминаю наш разговор в машине, когда мы в панике бежали из боулинга.

– Тебе сейчас Кларисса помахала? – шепотом спрашивает Хлоя. Девушки оборачиваются ко мне.

– Похоже на то, – сама в то не веря, отвечаю я.

Я делаю глоток сока, пока в моей голове вспыхивают вопросы. Я хочу задать их подругам, но не знаю, как. Они отказывались говорить со мной о Грее, когда я их расспрашивала про него, но сейчас я хочу узнать не про него.

– Ты чего скисла? – спрашивает меня Марта, высокая девушка с темными волосами, с ней я тоже неплохо сдружилась. Она заметила мое нахмуренное лицо.

– Кларисса как-то сказала мне, что знала девушек, с которыми Грей творил плохие вещи. А вы их знали?

За столом воцарилась гробовая тишина, хотя подростки кругом галдели и звонко переговаривались.

Я назвала насилие над девушками «плохими вещами»? Я действительно боюсь называть вещи своими именами? Моя внутренняя защитница шипит на меня, пока я жду ответа. На секунду я думаю, что не дождусь его. Девчонки смотрят на меня, как пучеглазые рыбы в аквариуме.

– Да, мы знали одну девушку, – мягко отвечает Вероника. Она поднимает голову, и остальные девушки оживают. Они тихо кивают и что-то шепчут в знак согласия.

– Мы дружили с ней, – горько отвечает Марта.

– Дружили? Что с ней стало?

И снова девочки переглядываются, будто гадают, стоит ли мне рассказывать подробности или нет. Вероника вздыхает. Хлоя закатывает глаза.

– Я думала, что Кларисса тебе рассказала о Рут. Она с тобой вроде общается.

Я фыркаю. Кларисса? Общается? Если она один раз помахала мне в столовой, это еще не значит, что мы теперь лучшие подружки – не разлей вода. Да, Кларисса здоровается со мной по утрам и, вроде, больше ни с кем, но это ничего не значит. По крайней мере, для меня.

– Так что случилось с Рут?

– Рут была лучшей подругой Клариссы, – начинает Вероника, но Хлоя ее перебивает. Сплетни – это вотчина Хлои, и от своих обязанностей она отлынивать не собирается.

– Рут и Кларисса были нашими капитанами в прошлом году, и да, они дружили с средней школы.

– Стоп, что? Кларисса – чирлидерша? – не верю.

– Да, – хмуро говорит Вероника. – Она ушла из команды в последнюю неделю учебного года и не вернулась. Кларисса поругалась с Рут и отдала ей пост капитана.

– В июне Рут устроила крутую вечеринку, – Хлоя наклонилась к столу и стала шептаться, всем пришлось придвинуться к ней. – Там было дофига народу, и Кларисса с Максом тоже пришли. Они еще тогда, вроде как, встречались. Грей с его компанией тоже приехали. Они что-то подмешали Рут в коктейль. Никто точно не видел, как Рут села в машину к тем придуркам, и ее увезли. Мы не знаем, что с ней там делали. Обычно банда Грея не нападает на школьниц. Они цепляют взрослых девчонок в клубах. Говорят, Рут вернулась домой через неделю…

– Вранье, – ворчит Китти, – не было такого. Рут вернулась домой на следующий день…

– Неважно, – прерывает ее Хлоя. – Рут не смогла вынести того, что с ней сделали Грей и его приспешники. Она…

Хлоя театрально закатывает глаза и выворачивает шею. Поднимает руку над головой, будто держит там что-то. Мои глаза распахиваются. Я правильно ее понимаю?

– Рут…

– В собственном гараже, на потолочной балке, – кивает Хлоя. – Ее мама и Кларисса нашли Рут, но было поздно.

Жесть какая. У меня нет слов. Точнее, есть, но только ругательства.

– А через неделю у Клариссы погибли родители, – продолжает Хлоя. – В аварии. Кларисса переехала к тётке в похоронный дом, бросила Макса и теперь ходит по школе как принцесса готики.

– И мы не ее виним за это. Клариссе здорово досталось, – сурово замечает Вероника. Хлоя смиренно кивает.

– Рут была классной, – в конце добавляет она.

Я не знаю, что сказать. В столовой становится слишком тихо, как будто все остальные тоже услышали эту страшную историю.

Глава 6.

Джесс.

Я думала, что, узнав частичку правды, мне станет легче, но этого не случилось. Правда сделала реальность страшнее. Погибла моя ровесница. Я не знала ее лично, но мне и не нужно этого, чтобы осознать всю опасность Мейплвуда. Очарование маленького захолустного городка начало испаряться. Живописные холмы? Густые леса? Ха. Это красивая ширма, не больше. Очаровательная природа и гнилые люди, точнее, несколько человек. Надеюсь, я с ними никогда не столкнусь.

На следующий день Вероника показывает мне фотографию Рут в стеклянном шкафчике в школьном коридоре. На снимке — красивая блондинка с пухлыми губами и лисьими глазами. Она стоит на футбольном поле в костюме чирлидерши с помпоном в поднятой руке. Девушка задорно улыбается и морщит аккуратный носик. Другой рукой чирлидерша обнимает Макса, а Макс обнимает Клариссу. Эта троица вероятнее всего, была запечатлена во время футбольного матча или после него. Несколько футболистов маячат на заднем фоне, но основная часть снимка принадлежит Клариссе, Максу и Рут. При виде улыбающейся Клариссы в желтом костюмчике и с блестящим помпоном у меня случается легкое замешательство. За месяцы учебы в Сильверлейк я не видела, чтобы эта девушка смеялась или носила цветные вещи. Она ни с кем не разговаривала и шарахалась от людей. А этот снимок доказывает, что и у Клариссы была счастливая жизнь. Рядом со снимком — табличка с датой и дешевый позолоченный кубок. Прошлогодняя игра.

Я размышляю над тем, что бы я делала на месте Клариссы. Ее лучшей подруги и родителей не стало практически в одно время. Уверена, я бы тоже ушла в депрессию.

– Мы пытались до неё достучаться, и я много раз приходила к ней домой, но она меня прогоняла, – говорит Вероника. Она прижалась спиной к стене и скрестила руки на груди.

Мне нравится Вероника. В ней есть что-то взрослое и рассудительное, тогда как остальные девочки в команде похожи на стаю чаек во время кормежки. Сквозь выгоревшую челку Вероника подглядывает за Клариссой. Та собирает тетради и книги из шкафчика. Учебный день закончен, и школьники собираются домой. Макса задержал учитель по физике. Я хотела подождать его возле машины.

– Спасибо, что показала фото и побольше мне рассказала, – благодарю я подругу.

Вероника пожимает плечами.

– Мне не трудно. Ты, наверное, думаешь, что мы странные, молчим про Грея, будто он Волан-де-Морт из «Гарри Поттера». Он действительно жуткий. Как-то я шла со школы, а его машина остановилась возле меня, и он назвал меня по имени. Предложил довезти до дома.

– А ты что? – ахнула я.

– Сбежала, разумеется. Ломанулась через чужие дворы, перелезла через забор. Я раньше никогда так быстро не бегала. Среди девчонок ходит молва, что Грей знает всех здешних девушек и ему докладывают, если про него кто-то распускает слухи. Это всё чушь собачья, но меня испугало то, что тогда он действительно знал мое имя.

Вероника содрогнулась, но в ту же секунду взяла себя в руки. Выпрямила плечи и сжала губы.

– Ладно, мне пора. У меня еще скрипка. Увидимся завтра.

Подруга обнимает меня и скрывается в недрах оживленного коридора. Я лишь качаю головой. Ума не приложу, как эта девушка всё успевает. На ней держится группа поддержки, и она играет в оркестре на скрипке.

Я не умею играть на музыкальных инструментах и теперь грущу от этого. В детстве я занималась легкой атлетикой, но потом сломала ногу и занялась серфингом. У меня даже есть несколько грамот за то, что я кайфовала от волн на доске. Теперь я понимаю, что зря складывала все яйца в одну корзинку. В Висконсине серфинга нет, а больше я ничего не умею. В первую учебную неделю я думала записаться в какую-нибудь спортивную секцию, но команды уже были сформированы, и я не показала достаточный результат, чтобы попасть на скамейку запасных. Вероника и Марта уговаривали меня пойти в чирлидерши, но мне хотелось чего-то посерьезнее. Сейчас я бы согласилась на их предложение, но набор в команду уже закончился. Я так долго размышляла, что осталась ни с чем. Впрочем, я должна привыкать к новому месту постепенно, а не бросаться в него вниз головой.

Я забираю куртку из ящика и выхожу сквозь стеклянные двери. В нос ударяет прохладный ветер. Он лохматит волосы, но я этого не замечаю. Думаю о том, что сегодня у мамы день рождения, и мы с папой устроим ей неожиданную поездку в ресторан. Мои родители тоже отказались от старых друзей и знакомых, переехав в Мейплвуд. Раньше на мамин день рождения к нам забегали ее подруги и устраивали винные вечера.

– Убирайся, не подходи ко мне…

Меня отрывают от мыслей, и я поднимаю глаза. Я вышла на парковку и стояла в окружении редких машин. Многие уже успели смыться. В десяти шагах от меня я заметила Клариссу. Ее черный рюкзак валялся на асфальте. Девушка стояла спиной ко мне, всё внимание отдавая парню перед ней. Высокому голубоглазому парню.

Перед ней стоит Грей Бладекс. Он преграждает девушке дорогу к школьному автобусу. Кларисса пытается обойти Грея, но он снова закрывает ей путь, нависая грозной тучей и что-то нашептывая. Чуть поодаль на парковке я замечаю блестящую черную машину. Я не могу разглядеть ее марку, но уверена, что в такой катался один из Бэтменов в фильме. Эту машину я раньше не видела. Она принадлежит Грею? Возможно.

– Отстань, Грей, я не хочу с тобой разговаривать, – рычит Кларисса.

Она хватает рюкзак и пытается сбежать, но Грей ловит ее за запястье. Девушка жалобно скулит.

– Эй, отстань от неё, – грозно кричу и бегу на помощь Клариссе. Он не причинит ей вреда, если нас будет двое. Может, ученики Сильверлейк перестанут быть такими трусами, когда увидят, что Грею можно дать отпор.

Я быстро подхожу к Клариссе и пытаюсь оттянуть ее от Грея, но он цепко сжал пальцы. Только сейчас я замечаю лицо одноклассницы. Оно пепельное, губы чуть приоткрыты, растрепавшиеся волосы лежат вокруг лица. Кларисса была напугана. Она смотрела на плотно сжатое кольцо пальцев на запястье. Безумный взгляд Грея, направленный на Клариссу, обратился ко мне.

– Здравствуй. Джесс, верно? В прошлый раз нам не дали как следует познакомиться. Я хотел подвезти Клариссу до дома и только. Не знаю, что она успела наплести тебе про меня. Уверен, какую-нибудь чушь. Если Кларисса не хочет, то я могу подвезти тебя. Я тебя не обижу. Местные девчонки любят поливать грязью невинных людей.

В елейном голосе Грея сквозил холод. Его речь больше походила на угрозу, чем на дружеское приглашение. Кларисса никак не реагировала на слова Грея. Она смотрела на своё запястье, как загипнотизированная.

– Отпусти ее, или я вызову полицию и позову школьного охранника, – грубо говорю я.

Грей смеется. Его рот растягивается в белоснежной улыбке, обнажая острые клыки. Этот парень красивый, обаятельный, и он знает это. Использует свои чары, словно токсичное оружие. Смех у Грея глубокий и звучный. Кларисса поднимает на него глаза и начинает дрожать. Она облизывает пересохшие губы, пытается взять себя в руки.

– Сейчас приедет мой брат и…

– Рекс? Не смеши меня, медвежонок. Я знаю, что он вернулся в Нью-Йорк.

– Пожалуйста, Грей, – тихо умоляет Кларисса.

Она пытается вырваться, но не может. Я бессильно наблюдаю за происходящим. Если я отойду, чтобы позвать на помощь, Грей без промедления затащит Клариссу в машину, но и сама я ничего не могу сделать против этого парня. Я вытаскиваю телефон из кармана, чтобы набрать полицию, когда слышу за спиной знакомый голос.

– Отвали от них, – кричит Макс. Он чуть ли не бежит к нам, яростно глядя на Грея.

Макс хватает меня за ладонь и прячет за своей широкой спиной. Я обнимаю его и прижимаюсь к плечу. Грея это забавляет.

– Ох, Спенсер. Ты в каждой бочке затычка. Опять не можешь выбрать девушку? Пытаешься усидеть на двух стульях? Ты ведь знаешь, наша Рут любила потрепаться…

– Господи, Грей, отпусти меня, – закричала Кларисса.

Последние пару минут она выглядела как каменная статуя. Собрав остаток сил, она вырвала ладонь и отпихнула от себя парня. Грей попятился на пару шагов. Кларисса быстро развернулась и торопливым шагом отошла от парня. Макс побежал за ней, увлекая меня за собой.

– Быстро, к моей машине.

Грей еще стоял на парковке и улыбался нам вслед. Да что с этим парнем не так?!

Кларисса слабо кивает и несется к дефендеру. Мы несемся. Макс обнимает меня за плечи и ведёт к машине. Он отключает блокировку на ключах. Кларисса садится на заднее сиденье. Я оборачиваюсь на неё с пассажирского и вижу, как девушку трясет. По ее щекам начинают стекать слезы. Макс садится за руль и пытается отдышаться.

– Ты как? – спрашивает он меня, и я быстро киваю. Со мной всё нормально, чего не скажешь про Клариссу.

Мы оборачиваемся на неё, как на нашего общего ребенка, которого только что забрали из школы. Кларисса обхватила голову руками и нагнулась к коленям. Она приподнимает лицо и смотрит на нас. Из ее горла вырываются всхлипы, а глаза в панике бегают по салону.

– Мне нечем… нечем… Макс… я не могу….

– Что с ней? – я в панике оборачиваюсь к Максу.

– Паническая атака, – быстро отвечает парень. – Эй, Кларисса, посмотри на меня. Ты слышишь? Смотри на меня. Дыши. Спокойно. Вдох. Выдох. У меня кончились бумажные пакеты, но тебе они не нужны.

Девушка подняла глаза на Макса. Ее хриплое дыхание не заходило дальше горла. Кларисса вцепилась ногтями в кожаный материал своей куртки.

– Я не могу…

– Ты сможешь, – упорно говорит Макс. Тяжело вздохнув, он вылезает из машины, а через секунду уже сидит возле своей бывшей. Он обнял ее за плечи, пытаясь поймать ее глаза взглядом. Положил ее руки себе на грудь.

– Кларисса, смотри на меня. Повторяй за моим дыханием. Ты в безопасности. Ты со мной и Джесс. Все хорошо. Тебе никто не навредит.

Макс успокаивал девушку, гладя ее по волосам и заставляя дышать вместе с ним. Он обнял ее, давая ощущение тепла и покоя. Не сразу, но Кларисса стала приходить в норму. Ее тёмные глаза перестали безумно вращаться, дыхание выравнивалось, хрипы исчезли.

– Я с тобой, я с тобой… – тихо шептал Макс, баюкая девушку.

Я смотрела на всё это с переднего сиденья. Переживала за Клариссу, но, с другой стороны, чувствовала себя лишней. Я осознала, что Макс еще не скоро отпустит эту девушку, а если и отпустит, то все равно будет к ней привязан.

Что я делаю в этой машине? Хочется выйти и хлопнуть дверью, пересесть на школьный автобус или позвонить маме. Вероника и другие девчонки не зря меня предупреждали.

Когда Кларисса успокоилась, Макс вернулся за руль. Он быстро застегнул ремень безопасности и выехал с пустой парковки. Мы всю дорогу молчали: Кларисса сидела, вжавшись в сиденье и глядя в окно, Макс смотрел только на дорогу. Мы даже не включили музыку.

Когда мы подъехали к похоронному дому, Кларисса зашуршала рюкзаком.

– Прости меня, пожалуйста, больше такого не повторится, – виновато пробормотала девушка. Она быстро вылезла из машины и убежала домой.

Макс подвез меня до дома. Он хотел поговорить со мной и уже открыл рот, но я не стала его слушать. Вылезла из машины и хлопнула за собой дверью.

Меня выбило из колеи то, что я увидела. Кларисса не виновата, и Макс тоже. Он помогал ей. Но я все равно чувствую себя паршиво.

Глава 7.

Джесс.

Пару раз вечером Макс звонил мне и отправлял сообщения, но я поставила телефон на зарядку в спальне и проигнорировала их до утра. Не знаю, что меня больше разозлило во всей этой ситуации. И на кого я вообще злюсь? На себя? На Макса? Он не сделал ничего плохого, даже наоборот. Он помог девушке, с которой у него есть общее прошлое. В их объятиях и словах не было ничего двусмысленного, но…

Честно, я не ревнивая девушка, которая следит за парнями и проверяет их переписки. Но что-то во всем этом не дает мне покоя.

На следующий день я остываю. Когда Макс позвонил мне по видеосвязи, я ответила.

– Привет, Джесс, – неуверенно пробормотал парень.

Взгляд у него был серьезный. Светлые волосы слиплись на лбу после душа.

– Привет, – попыталась говорить нормально, но реплика все равно вышла блекло.

– Я заеду за тобой через час, наша прогулка все еще в силе? – Макс считал мои эмоции, но никак на них не отреагировал. Я вздохнула. Мне в любом случае нужно с ним поговорить.

– Да, конечно, напиши, как будешь выезжать.

– Джесс, – Макс тяжело выдыхает мое имя. – Прости за вчерашнее. Я знаю, что со стороны всё выглядело неправильно. Но я бы поступил точно так же, если бы на месте Клариссы был кто-то другой. Я переборщил.

– Нет, всё нормально. Ты помог ей. Я раньше не видела панических атак и растерялась, а ты сразу сообразил, что делать.

– У моей мамы такое иногда случается, – Макс хмурит брови. – Она слишком тревожная и любит смотреть новости.

Макс говорит открыто, и меня это подкупает. Мы прощаемся, и я спускаюсь к родителям, предупредить их, что меня сегодня не будет до вечера. Сегодня суббота, и у всей семьи выходной.

Когда черный автомобиль останавливается возле нашей лужайки, я уже сижу на белоснежном крыльце. На траве под деревом копошится белка. Она в истерике собирает еду на предстоящую зиму. Еще только конец сентября, но на улице уже прохладно. Я надеваю вельветовую горчичную куртку и шерстяные лосины. Я бы и от шапки не отказалась, но их еще никто не носит, и я буду выглядеть смешно.

– Привет, – Макс вылезает из машины и протягивает мне стаканчик. – Один бабл-ти в знак примирения.

– Ты так легко не отделаешься, – смеюсь я. Я не могу злиться на этого улыбчивого парня. Сегодня его ждет много вопросов, но я не хочу портить атмосферу раньше времени.

– Разумеется. В машине лежит коробка с пончиками и сэндвичами. Мы с тобой едем на пикник у озера.

Уголки моих губ непроизвольно тянутся наверх.

– Неужели?

Мы полчаса едем в машине, пересекаем границу Мейплвуда и углубляемся в лес. Листья на деревьях стали золотыми и красными. Мне очень нравится. Я прошу Макса остановить машину, чтобы сделать пару снимков. Он терпеливо тормозит возле каждого симпатичного дерева и фотографирует меня. Позже я отправлю фотографии подругам, которые сейчас греются на солнышке под искусственными пальмами.

Довольно скоро мы подъезжаем к берегу прозрачного озера. Листья и пух плавают на поверхности воды. На другой стороне от нас высится небольшой утес. Уверена, с него удобно прыгать в воду летом. Озеро небольшое, и его можно обойти пешком за час.

Макс вытаскивает плед и скатерть из багажника. Достает пакет с едой. Парень укутывает меня в плед, когда я сажусь на покрывало у воды.

– Здесь так красиво, – у меня замирает дыхание от живописного вида. – Это твое тайное место, чтобы приводить девушек?

– Нет, – Макс не торопится с ответом. Он садится возле меня и берет за руку. – Мы устраиваем здесь вечеринки весной и летом, когда можно купаться. В остальное время в этом месте практически никто не бывает. Тут красиво и тихо.

В деревьях пели птицы, а рыбы оставляли круги на воде. Кроме этих звуков, у озера царила тишина. Макс наклоняется ко мне, и я считываю его намерения. Я тоже двигаюсь к нему, наши губы встречаются. Я чувствую горячий трепет внизу живота, когда его язык проникает в моё горло. Я тихонько стону и забираюсь Максу на колени. Он удивленно вздыхает мне в губы, но всё равно вжимает меня в себя.

В прошлом месяце мне исполнилось восемнадцать, и я уже не девственница. Но я все равно останавливаюсь. Мне нужна эмоциональная связь с человеком, с которым я хочу заняться сексом. Мне очень нравится Макс, и я чувствую химию между нами. Но я ему не доверяю. Я знаю, что парень что-то скрывает, чувствую его ложь, как липкий мазут на коже. Я не могу открыться ему полностью и стать уязвимой. Если бы секс был для меня просто разрядкой, было бы проще. Но я романтик, хоть и делаю вид, что это не так.

Я отстраняюсь от Макса, и он хрипло протестует. Мы целуемся и дразним друг друга сквозь одежду, но дальше не заходим. Через час мы вспоминаем, что приехали сюда на пикник. Мой кофе остывает и превращается в сладкую массу, но Макс предусмотрел и это. Он взял с собой термос с зеленым чаем. Мы едим молча. Я не хочу начинать серьезный разговор. Только в машине я смелею. На обратном пути я спрашиваю то, что не давало мне покоя весь предыдущий вечер:

– Как вы с Клариссой расстались?

– Она меня бросила. Почти сразу после похорон родителей. Она не хотела никого видеть, – ответил Макс, даже не задумавшись.

– Вчера Грей сказал, что ты не можешь выбрать девушку, совсем как раньше.

Я вспоминала вчерашние слова голубоглазого парня. Его безумная улыбка скрывала злость. Его бесило, что Кларисса не садилась к нему в машину, и парню хотелось поскорее с этим разобраться. Что такого Грей сделал, что она его так боится? Девушка выглядела безвольной, слабой и травмированной. Если бы мы с Максом не вмешались, Грей точно затащил бы ее в автомобиль.

Фраза Грея, что Макс всё также не может выбрать девушку, задела меня. Она была сказана не просто так. В ней скрывался смысл, известный только этой троице. Я видела реакцию Клариссы, когда она услышала это. Вспомнила фото на полке в школе: Макс, Кларисса и Рут. Они обнимаются и улыбаются. Рут держит Макса с одной стороны, а Кларисса – с другой. Будто они не могут поделить парня.

– Ты встречался с Рут раньше? – спрашиваю я, не успев до конца обдумать свою мысль.

Мы подъезжаем к моему дому. Солнце село, небо стало тёмно-синим. Включились уличные фонари. Макс ставит машину на ручник и оборачивается ко мне. Парень растерянно смотрит на меня. Он не ожидал такого вопроса. Признаться, я и сама не думала, что задам его. Макс сглатывает, и кадык скачет на его горле. Я вижу, что парень колеблется. Он раздумывает, что будет лучше: рассказать правду или солгать.

– Мы с Рут… – Макс затихает, собираясь с мыслями. – Прошлый год был очень странным. Джесс, я не думаю, что ты поймёшь, но, пожалуйста, не осуждай меня.