Словарь советского социализма. Том 4

Итак, мы перечислили выражения, которые с разным успехом могут быть трактованы как социально-трудовые явления. Они не являются какими-то принципиально иными, чем те, которые были расписаны и помещены в обоих томах словаря.

Можно ли и из этого сделать дополнительное наблюдение и вывести дополнительный интересный вывод? Да, это на самом деле напрашивается. Если предположить, что ежедневно в течение 75 с лишним лет советские люди произносили различные выражения, подобные тем, что в «Словаре-глоссарии», но покажутся вовсе не обязательными в советской эпохе для того, чтобы обогатить реальную социальную жизнь людей, то, значит, мы смотрим на вещи поверхностно. Поколения советских людей постоянно и повсеместно употребляло все указанные нами не менее 10 000 слов, выражений, смыслов и понятий, и ни на йоту не усомнилось, что говорит на прекрасном русском языке.

Значит, этот язык на самом деле прекрасен. Это не технический язык. Это язык социальный, где все создавалось трудом и в его же сфере, словно, им же самим, и перераспределялось. Нет на весах Труда, считай, обвесил сам себя.

Можно для примера взять даже и Большую советскую энциклопедию. При больших усилиях можно извлечь там выражения заголовков тем, которые именно отражали бы социально-трудовые явления. Но и там чрезвычайно мало. Там, все же, сплошь специфические вещи: имена, названия всего и вся с указанием точного факта: биографического, технического, географического и так далее. Хотя бы весь словарь и являл собой огромной величины социальное явление, не имеющее величины определения своей ценности во временном пространстве. Он – бесценен.

Таким образом, советские люди отнюдь не разговаривали языком техники или языком языка справочников и энциклопедий, даже и не сплошным языком пословиц и поговорок. В своде пословиц и поговорок из знаменитого словаря В. И. Даля мы из них также с определенным трудом выберем отражения социально-трудовых явлений, которые были наиболее характерны именно для советского времени, и которые в нем часто употреблялись.

Все выражения брались из историй предприятий и истории складывания поселков и городов трудовых, деловых людей. Историй, написанных языком жизни, языком воспоминаний, языком тех чувств, на котором общались и с которым всю жизнь проживали несколько поколений людей в период с 1917 по 1991 годы.

Даже в историях предприятий и формирования ими в себе градообразующего потенциала в досоветских эпохах, с тех пор, как обретали черты индустриального, всероссийского масштаба, не так много из того, что мы видим в нашем «Словаре-глоссарии». И не даром именуем его словарем именно эпохи СССР.

Словарь глоссарий, чтобы он служил в совокупности всех своих материалов методическим пособием, должны содержаться доказательства и дуализма всех социально-трудовых явлений жизни в поле каких-то особых естественных для своей эпохи прав влиятельных созидательных управленческих либо производительных сил. Трудовых, «посадско-городских», крестьянских, «христианских», «протестантских», дворянских, «подданнических», «новодворческих», купеческих, «воеводских», «рюриковичских», «романовских», «крепостных», «выкупных», в также «крестьянско-ремесленнических», «крестьянско-фабричных», «философско-научных» или и иных. Для каждой эпохи в определенной державе свои историки определят свои гипотезы и инструментарии подтверждения их какими-либо истинами. И если указывается на какой-то вскрытый исторический или общесоциологический закон жизни определенной эпохи, - как и Закон советского промышленного предприятия (предприятия эпохи СССР) – это также требуется обосновать с разных позиций.

Причем, не обязательно с научных. Вполне достаточно и с философских, и с социологических, и с позиций научно-популярного литературного творчества, и с позиций исторических с содержательно-повествовательным методом доказательств. Лишь бы эти позиции опирались на массы фактов, событий и явлений, наличия доказательств которых отнюдь не требуется массовому сознанию, видящему солнце и знающему о нем настолько, насколько гипотетически о нем трактуют астрофизики.

Глава 7

Условия формирования социально-трудового базиса

России как градообразующего потенциала (1773 -1991 гг.)

(Выявление в истории социально-трудового базиса России

устойчивых смыслов и понятий, перешедших в правовое поле

социально-трудового потенциала советской эпохи)

Формирование устойчивого социально-трудового базиса России

Представляется, что наиболее удобно рассматривать формирование промышленности и ее градообразующий, то есть социально-трудовой потенциал в российской среде с ее спецификой устройства жизни в любых климатических условиях, в золотодобывающей отрасли. А именно там, где при обнаружении возможности заработка поиском драгоценного металла на огромных территориях крестьянского быта, огромная масса людей может легко заменить крестьянский труд на труд рабочих. В том числе и там, где пасет скот и выращивает урожаи.

Таким обширным золотопромысловым районом в тысячи квадратных километров стали с начала XIX века земли Южного Урала, всколыхнувшие Россию наличием в них крупнейших самородков. (И именно здешние, из Миасского района составляют основную коллекцию Алмазного фонда РФ; а золоторудная отрасль набирает обороты, поражая масштабами золотоносных интрузивных пород, в промысловых землях Кочкарский, Светлинский и иных).

Прежде, чем указать на примеры интенсивного роста численности поселков заводского типа и городов в Кочкарском и Миасском районах Южного Урала с начала зарождения здесь золотодобывающей промышленности - в первой половине Х1Х в. до 1917 г. - необходимо, согласуясь с задачей вскрыть исторический градоформирующий потенциал советского промышленного предприятия, рассмотреть одну из главных составляющих этого потенциала, как именно исторического. А именно то, что досоветские фабрики и заводы не условно, а буквально являлись для основного числа работников «вторым домом», где жили годами и часто всю трудовую жизнь.

Историографию этой проблемы с точки зрения раскрытия фактов тяжелого быта рабочих в дореволюционной России , представляют так или иначе все научные исследования советских историков. В современное время это стараются проанализировать с позиций более достойных условий проживания рабочих, имеющих более широкие возможности решать жилищные условия, чем трактовалось прежде. Так, достаточно детально, цельно, с наших позиций, представляет работа «Жилищные условия в дореволюционной России» (Горлов В. Н., Корнеев В. В.), «Жилищно-бытовые условия рабочего класса в дореволюционной России и в СССР» (Бузин Д.) и другие. «Наемные рабочие капиталистической России проживали в различного рода жилых помещениях – собственных квартирах (или домиках), хозяйских квартирах и снимаемых, частных квартирах. Каждый из этих основных типов жилья имел ряд вариаций. В большинстве случаев крестьяне, порывавшие с сельским хозяйством и устроившиеся работать на близлежащую фабрику или завод, имели свои дома (избу в деревне). Квалифицированные рабочие, трудившиеся продолжительное время, могли накопить средства и приобрести небольшой домик в поселке или на окраине города. Но таких рабочих было немного. Хозяйские квартиры были довольно разнообразны по своему типу и достоинствам. Такой «квартирой» могло быть место в рабочем помещении, место в общей казарме, каморка (в которой нередко проживало несколько семей), собственно квартира или даже небольшой домик (или его часть). Лучшими жилыми хозяйскими помещениями пользовалась лишь небольшая часть рабочих, находившаяся на привилегированном положении.

На начальной стадии промышленного развития, а позднее в заведениях с широким применением ручного труда, прежде всего, в кустарных, довольно распространенным явлением было проживание рабочего непосредственно в производственном помещении. Для развивающихся промышленных районов, центров и поселков, где недоставало местных рабочих рук, а также для предприятий с пониженной оплатой труда (прежде всего текстильных) было характерно предоставление предприятием жилого помещения рабочему (квартиры, каморки, места в общей казарме, места непосредственно в рабочем помещении)… наконец, частными квартирами являлись снимаемые у домовладельцев или квартирохозяев койка, угол, комната, квартира; им чаще всего пользовались рабочие издавна сложившихся промышленных центров, а также предприятий ведущих отраслей производства – металлургической, металлообрабатывающей и др. В 60-90-е годы Х1Х в. Часть промышленных рабочих вынуждена была ночевать непосредственно в мастерских. Специальных жилых помещений в конце 60-х годов не было у рабочих большей части заведений Казани и они спали, де попало – на полу, на верстаках, не имея кроватей и даже постелей. Через двадцать лет положение, видимо, мало изменилось, и санитарные врачи города констатировали, что многие рабочие спали «на месте свих работ… где находятся станки». Аналогичная картина наблюдалась на большинстве винокуренных заводов Киевской губ. Рабочие этих заводов спали где попало, а в холодное время года – обыкновенно на паровике или возле него». В трех из шести рапортов уездных исправников Московской губ. За август-октябрь 1871 г., подготовленных в связи с предписанием губернатора представить сведения о положении рабочих, отмечалось, сто рабочие, проживавшие при некоторых фабриках и заводах, ночевали непосредственно в рабочем помещении…»

На Южном Урале положение по жилищному устройству рабочих было, конечно, почти таким же, с той разницей, что золотодобытчики, не занятые на золотоизвлекательных, аффинажных фабриках и заводах, а на дистанциях, если было далеко от дома долгое время жили в общежитиях-казармах или в индивидуальных, в зависимости от сил и средств отстроенных домиках, которые могли разбираться и перевозиться на новое место золотопромысловой дистанции прииска.

В любом случае понятие «работа- второй дом», «фабрика – второй дом» или «завод – второй дом» имели под собой большой смысл, а иные, не исключено, имели в жизни только этот один дом: любая доступная возле цеха ночлежка.

В 1897 году из 265 тысяч рабочих Урала и Приуралья проживало на предпринимательских квартирах 30 процентов рабочих, а на собственных и снимаемых – остальные рабочие. (Имеется таблица «Распределение промышленных рабочих России по их проживанию на предпринимательских или снимаемых и собственных квартирах в 1897-1918 годах»). Для сравнения, в Центральном промышленном районе тех и других условий для проживания было, примерно, поровну. А всего, согласно данным источника, в 1897 г. почти две пятых промышленных рабочих России проживало при предприятии.

Имея целью указать на естественные, «народные» предпосылки проявления в рамках промышленных предприятий советского периода исторического потенциала, а в рамках системы социализма в СССР – Закона исторического потенциала советского промышленного предприятия, мы выявляем этот потенциал в сфере значительной самодостаточности рабочего коллектива для выживания в самых трудных условиях с возможностью активного развития социально-бытовой сферы и складывания на этой основе градообразующего предприятия и ряда предприятий.

Объектом исследования автором «Словаря-глоссария», как указано выше, становится протяженный исторический этап формирования трудовых ресурсов и формирование процессов урбанизации в Южноуральском регионе с первой половины Х1Х в. до конца ХХ в. на примере Миасского и Кочкарского районов Челябинской области. При изучении складывавшихся предпосылок зарождения исторического потенциала промышленного предприятия в Южноуральском регионе автор рассматривает этот процесс на примере становления и развития золотодобывающей промышленности, с которой и начинался промышленный расцвет этого края.

Изучение этой промышленности наиболее эффективно в связи с тем, что в ней участвовали все поколения жителей района, а также с тем, что она распространялась на обширных территориях, тем самым как бы синтезируя в этом секторе экономике, имевшем сложную структуру, различные по содержанию процессы и элементы промышленности и урбанизации, находящиеся в системе разнонаправленных взаимосвязей и взаимозависимостей, как внутрисистемных, так и имевших характер внешнего воздействия. И хотя территориальные границы исследования в некоторой степени условны, поскольку подробно мы рассматриваем историю промышленности и историю зарождения городов лишь в нескольких районах региона, тем не менее они позволяют обнаружить основные особенности процессов и явлений, тенденции и закономерности, относящиеся к выбранному предметы исследования.

Рассматривая историю золотодобычи на Южном Урале в этом контексте, мы тем самым рассматриваем фактор формирования пространственной целостности промышленности Южного Урала в ее естественном развитии в Х1Х в. Этот фактор в различных административно-территориальных единицах (губерний) проявлялся в результате самоорганизации, специфической исторической деятельности людей, населявших регион. Под понятием «регион» подразумевается территория, отличающаяся характерным направлением развития экономико-географических, социально-демографических, национально-культурных и политических структур, совпадающую или не совпадающую с административным делением государства1. Мы указываем на формирование понятия «регион» или «промышленный район» только при условии наличия в нем природных материальных ресурсов и факторов, способствующих размещению населения в максимальной величине населенных пунктов и оптимальной величине объединяющих населенные пункты в торгово-предпринимательском отношении поселений городского типа.

Процесс такого размещения населения уже с ХVIII в. проходил в результате взаимовлияния ряда факторов: во-первых, социально-экономических, то есть характера производственных отношений, уровня развития и размещения производительных сил, порайонных различий в условиях жизнедеятельности населения. Во-вторых, природных факторов, т. е. климата, рельефа местности, характера почв, наличия полезных ископаемых в условиях залегания руд, влияние которых чаще всего опосредовано первой группой факторов. В-третьих, демографических факторов – региональных особенностей протекания демографических процессов, т.е. рождаемости, смертности, миграции. В целом размещение населения по территориям страны расценивается как результат воспроизводства населения его естественного прироста с одной стороны, и как итог межтерриториальной миграции и урбанизационных процессов, с другой. При этом хозяйственно-экономическая деятельность населения служит одной из главных характеристик, формирующих его облик, и в этой связи очень важным является изучение его промышленных традиций, формирования рабочих коллективов и складывания условий для формирования уже не «промышленных», а «производственных» традиций, что есть суть встающих на путь правового регулирования производственных отношений и трудовых отношений, посредством которых вскрывается закладываемый в коллективе градообразующий потенциал, несущий в себе, кроме официального узаконения правовых актов?

И - негласный закон, негласные традиции, негласные отношения, привычки, условности, трудовые приемы, методы противодействия априори невыполнимому (например, никогда не опаздывать на работу, никогда не сквернословить, никогда не ломать оборудование, никогда не работать в грязи, никогда не открывать окон без разрешения начальства, никогда не пьянствовать в общежитии, никогда не приводить на работу ребенка младше 14 лет, никогда не устанавливать «дедовщины», никогда не нести домой (не красть) заводское топливо и т. п.

Таким образом, изучаемая нами социально-экономическая, промышленная сфера – формирование промысловых, промышленных образований и поселений городского типа в период протоиндустрии и в индустриальный период рассматривается во взаимосвязи с процессами и явлениями, которые, с одной стороны, обусловили ее развитие, а с другой, стали следствием индустриальных процессов.

«На формирование характера промышленности в Х1Х веке в известной степени повлияла петровская модель промышленного развития, в основе которой лежали принудительный труд и государственное покровительство, зачастую проявляющиеся в форме довольно жесткого регулирования. Она включала в себя и государственное, и частное предпринимательство, в некоторых случаях принимая довольно оригинальные смешанные формы (например посессионные предприятия). Ее технико-технологическое состояние соответствовало мануфактурной стадии, иногда достигая фабричного уровня» (Г. Р. Наумова. Материалы по Русской фабрике).

Книга автора «Словаря-глоссария» по истории золотодобычи на Южном Урале, охватившая более чем двухсотлетнюю историю развития промышленности в Южноуральском регионе, указывает на предопределение его развития и расцвета в связи с огромным интересом, проявленным к этому краю царским двором еще задолго до Петра 1. Однако именно с петровских времен мы наблюдаем решительные меры правительства для серьезного налаживания горного дела, организации топографических, геологических и других служб. «В 1719 году 10 февраля Петр I подписал документ, установивший новое отношение к горному делу. Он производит реорганизацию управления всем горным делом в России. Распускает ославивший себя неумным ведением добычи и обработки руд Приказ рудокопных дел и создает вместо него бергколлегию для обеспечения государства медью и серебром… Блюэр и Татищев, которым царь предписал «дружеское соединение» в делах, а «дела разбирать и указы по оным чинить… с общего совету», были единодушны в том, что надо поставить поиск и разработку руд на современную основу, обучить кадры поисковиков, снабдить их соответствующими инструкциями, «посадить» поисковые работы на надежную топографическую основу, пробить хотя бы главные дороги для организации новых рудников и заводов, перевозки добытых руд к местам переработки…»

Примерно в этом контексте начинается организация любого промышленного предприятия: необходимость в продукте, решения правительства, назначение руководителей предприятия, обучение кадров, прокладка дорог и коммуникаций, вывоз или завоз сырья, полуфабрикатов, комплектующих, готовой продукции к местам переработки и потребления. В этом контексте начинается формирования вторичного источника – истории любого промышленного предприятия, где мы сразу же можем видеть исторические аналоги видам советского рабочего права: рабочее право на инженерную поддержку, рабочее право на коллективное обсуждение общей задачи, рабочее право на единодушие, рабочее право на внедрение прогрессивных технологий, рабочее право на обучение новых кадров, рабочее право на проектирование завода, рабочее право на благоустроенные дороги, рабочее право на узкоколейку, рабочее право на цех железнодорожного транспорта, рабочее право на снабжение, рабочее право на сбыт и т. п.

Во вторичном источнике «Золотой пласт» до начала исторического становления предприятия «Южуралзолото» (1823 год), указаны конкретные действия, предпринятые названными чиновниками петровской России, как и других организаторов промышленности в после петровские времена, с указанием на факторы государственного управления и предпринимательской деятельности, в том числе организации медеплавильного завода на реке Миасс (ныне в старой части города Миасса) предпринимателем купцом Р. Лугининым с разрешения императрицы Екатерины 11, на факторы поиска и обнаружения золота предприимчивыми людьми простого сословия и закладки в тех местах первых рудников.

В рамках рассматриваемых проблем они имеют важное значение, обусловленное непосредственной взаимосвязью с общей проблемой народного, наемного труда и предпринимательства, рыночно-индустриального развития и капиталистических форм экономической деятельности, а также характером их взаимоотношений с феодально-крепостнической системой в дореформенной крепостной России, что в совокупности является ключевым моментом не только в определении характера и темпов протекания процессов модернизации в первой половине Х1Х в., но и в определении форм и методов трудовых отношений, их своеобразия в коллективном промышленном производстве. А также и в определении характера формирования урбанизационных процессов, связанным как с естественным движением населения, так и со складыванием предпринимательства и торговли для обслуживания работающего населения на многочисленных рудниках и приисках, сельских поселений, ремесленных мастерских и непосредственно в растущих поселках и городах. Сведения обо всех наиболее важные исторических процессах, связанных с развитием экономики и социальных процессов, являются отдельными историческими источниками, которые объединены в единый источник - исторический труд, обобщающий историю различных предприятий.

Создать именно такой труд автору «Словаря-глоссария» удалось благодаря выявлению и изучению большого объема различных источников и изучению состояния дел в золотодобывающей промышленности на многочисленных объектах предприятия «Южуралзолото», заводов, фабрик, драг, участков гидромеханизации, разбросанных друг от друга в регионе, порой, на сотни километров. Огромное количество фактического материала, большой объем ценных наблюдений были получены в результате тщательного ознакомления с самим производством горнодобывающего дела, с работой шахт, приисков, плавучих фабрик – драг, золотоизвлекательными заводами, с золото-мышьяковым производством, цехами ремонта горного оборудования. Были проведены многочисленные беседы с ветеранами предприятий, с руководителями производств; стали очень ценными консультации, замечания и пожелания главных специалистов предприятия «Южуралзолото» и «Миасский прииск», позволившие ввести в обработку дополнительные источники при формирования обобщающего труда по истории золотодобычи и современной работе производственного объединения. Встречи и беседы с местными жителями городов и поселков, ознакомление с их образом жизни, а также ознакомление с условиями труда и быта, с объектами социально-бытовой сферы и всей социальной инфраструктурой городов также нашли свое необходимое отражение в обобщенном труде. (В результате была написана и издана книга объемом 26,88 печатных листов, 512 стр. Она получила хорошие отзывы и в кругу краеведов была сравнена в статье газеты «Миасский рабочий» с энциклопедическим словарем.

Разумеется, различный характер происхождения используемых первичных и вторичных источников придает специфику содержащимся в них материалам, что необходимо учитывать при включении в научно-исследовательское поле предоставленных в них данных.Тем не менее в совокупности обнаруженные материалы позволяют на примере данного обобщающего результаты исследования исторического источника предъявить в рамках диссертации состояние и динамику развития отдельных моделей и структур составляющих промышленности – от частных промыслов до промышленной разработки с государственным регулированием и влиянием акционерных кампаний, а также состояние народонаселения в поле естественного, частного права, в состоянии крепостничества, и на основании этого выявить направления закономерности и характер до индустриального развития, индустриальной революции и степень индустриальной зрелости России на пороге ХХ в., как и предпосылки и результаты урбанизационных процессов в Южноуральском регионе, формирования черт трудовых отношений, близких к чертам рабочего права и черт исторического потенциала в промышленно-хозяйственной деятельности на обживающихся территориях региона. В рамках совокупности этих территорий изучались условия формирования заводов и фабрик в районе города Пласта, ставшего благодаря золотодобычному промыслу, распространению натурального хозяйства и развивающейся торговле сначала «столицей» деревень и казачьих станиц, затем и столицей Кочкарского района. Изучались те же процессы в городе Миасский завод, ставшем во второй половине Х1Х в. самым крупным городом Южного Урала, претендовавшем на столичный статус не только в своем районе, но и всего региона, до начала бурного расцвета города Челябинска – ныне столицы Южного Урала.

Изучение урбанизационных процессов в двух указанных районах Южного Урала, генерированных историей золотодобычи и вовлечением в нее большого числа жителей района, в том числе ведущих крестьянское хозяйство, полагаем, достаточно для того, чтобы адресовать результаты этих процессов вообще ко всем районам Урала, связанным с горнодобывающей промышленностью, как, надеемся, и 3 печатных листа тематических источников из 27 печатных листов изданного труда «Золотой пласт», обобщившего историю золотого промысла на Южном Урале за 200 лет. При этом мы представляем историю как она отражена в монографическом источнике, выделяя те факты, события, явления, процессы, которые отражают исторический потенциал промышленного предприятия, включая социально-психологическую составляющую в виде мотивов и мотиваций населения районов на фоне развития индустриальных процессов.

***

История золотодобычи Миасского района началась 9 июля 1797 года – официальная дата обнаружения первого (жильного) золота Евграфом Мечниковым в Миассе; на другой год были «найдены в горе прииски» - первое золото Спиридона Фоминых на Кочкаре (ныне район г. Пласта). Однако формирование первых поселений в том и другом месте начиналось с разработки медных руд. «Кочкарский район относился ранее к так называемому Троицкому уезду. Впервые в уезде горное дело возникло в 1761 году, в 25 километрах южнее поселка Пласт, где находятся ныне Кочкарские прииски, а именно: рядом с Верхней Санаркой, бывшей казачьей крепостью Боровой Санаркой. В 1761 году поисковые разведки обнаружили небольшое полиметаллическое месторождение, на котором и была организована «добыча свинцового блеска, медного колчедана и самородной меди». С этого времени в течение нескольких лет разрабатывался казной Санарский рудник. В 1799 году отставной казак Родион Волхин из Чебаркульской крепости (ныне г. Челябинск) обнаружил в руде признаки золота. В том же году казак Уйской крепости Оренбургской губернии ( в нее входила и современная территория Челябинской области) Спиридон Фоминых с товарищами объявил о находке золота по рекам Санарке, Ую и Увельке, проходящим в районе Кочкарской горнорудной системы. Рабочий поселок кочкарских приисков, разбросанный на версты, получает название Пласт после открытия здесь золотой россыпи «большого пласта». С 1800 года значится и Кочкарское поселение – на карте Троицкого уезда за тот период. Здесь обозначена, скорее всего станица, а это означало постоянный населенный пункт. Пластовский краевед М. Н. Демидов отмечал: «Хорошие места выбрали наши предки для поселений! Посмотрите, как расположились Поляновка с Захаровкой: посредине – речка Кабанка, неподалеку – березовые перелески со множеством ягод и грибов в летнюю пору. Вокруг просторные пастбища, плодотворная земля для пашни…». Но не только наличие пахотной земли, но и богатых руд привлекало на Урал переселенцев со всех губерний. Однако если пахотная земля была главным условием переселением простых жителей, то руды смогли разрабатываться только богатыми предпринимателями.