Словарь советского социализма. Том 2

Введение первой очереди… Завода, цеха, любого строительного, - осуществляющего монтаж и ввод в строй оборудования, объекта. Введение в строй нового объекта, как его первой очереди (т. е. не полностью, а начав с чего-то, но очень значительного) несло в себе свои объективные преимущества – позволяло бросить все силы и резервы хотя бы на частичный ввод большого объекта. А в другом случае было рассчитано на обкатку одного объекта, чтобы осуществлять ввод последующих с учетом опыта обкатки, проверки надежности, исправления недостатков, улучшения технологии работы оборудования и изготовления продукции определенного качества после введения первой очереди. Зачастую введение и второй, и третьей очереди и т. д. осуществлялось без учета опыта введения первой очереди в связи со своими особыми трудностями и технико-технологическими проблемами. Нередко введение последующих очередей строительства велось уже как придется, без мощных вливаний средств, техники и трудовых ресурсов, поскольку отпадала острейшая, острая необходимость рапортовать о начале работ на тех объектах, что не являлись первыми. Все осуществленное впервые или первым воспринималось как большая трудовая, производственная победа, сопровождалось широкой хвалебной оглаской, большими премиями. Введение всех последующих очередей коллективами могло осуществляться даже безо всяких премий. И хотя с энтузиазмом, с субботниками и воскресниками, но уже без прежнего романтического пыла.

Введение практики работы с личными клеймами качества; энергию сверхприбыли. На определенных участках изготовление продукции частью работников только хорошего и отличного качества в течение долгого времени доказывало, что эти работники не нуждались в лишней проверке службой отдела технического контроля. Существовали даже патриотические почины «За сдачу продукцию минуя проверку ОТК», «За работу с личным клеймом качества» и им подобные. Они были распространены по всему Союзу. Получение высокого доверия – возможность ставить на свою изготовленную продукцию клеймо качества – не обязательно означало, что работник получал больше зарплату или больше премий, чем тот, кто, даже допуская определенный, официально утвержденный процент брака, также справлялся со своим планом по количеству и качеству продукции. Сдача продукции с индивидуальным клеймом качества, однако, не гарантировала формирование товаров стопроцентно только хорошего и отличного качества: все же, существовал и выборочный контроль тех, кто якобы работал вовсе без контролеров. В масштабах страны доверие к лучшим работникам оказывало на их настроение и трудоспособность колоссальное позитивное воздействие. Но повышенная ответственность поневоле рождала и повышенное напряжение. Последнее являлось частью загадочной энергии социализма, обеспечивающей ему необходимую сверхприбыль.

Ввод в заблуждение ради решения сиюминутных задач. Принятие посылов социалистической идеологии, даже и тех в ней, когда в обещанное не верилось, но было выгодно не заострять на этом внимания, невольно распространяло практику и во всех трудовых коллективах - когда ради осуществления каких-то задач руководство шло на то, чтобы ввести коллектив в заблуждение. Например, несколько месяцев держать работу в состоянии штурмовых дней под обещание, что вот-вот будет выбито в министерстве получение разрешения на строительство своего дома культуры. Но такие хитрости, обман всегда несли свои негативные последствия: коллективы затем долго помнили нанесенное оскорбление, таили обиду. И с тех пор они могли даже, как бы, шантажировать руководство. Если тяжелая атмосфера долго не рассеивалась, - вышестоящее начальство старалось заменить руководство, с выговорами. Но те же, снятые с постов руководителей, могли быть направлены на такие же должности в другие организации, или даже на более высокие посты, - как доказавшие, что любыми методами способны выполнить важную государственную задачу. Как правило, обиженным коллективам старались компенсировать их авральный труд премиями тогда, когда это становилось реально возможно. Затем ситуация, в принципе, могла повториться.

Ввод в заблуждение; добровольное «заблуждение»; ресурс неоплачиваемой энергии. При постоянном преодолении различных трудностей в работе, когда существовал дефицит в материальном продукте, трудовых и временных ресурсах, коллективам была необходима вера, что без выработки дополнительного ресурса затрат неоплачиваемой энергии, большая задача решена быть не может. Все воспринимали обязанность поделиться такой энергией как необходимую дань социализму, его строительству и укреплению его будущих рубежей. Эта обязанность воспринималась тем более легко и охотно, когда людям обещали что-то очень хорошее, светлое в недалеком будущем. Хотя каждая пятилетка давала новые задачи, и все лучшее, как всегда, оставалось впереди. Однако народ не пребывал только лишь в данном добровольном «заблуждении», он пребывал и в убежденности, что при социализме необходимо быть в состоянии этого вечного «заблуждения», как дополнительного ресурса социализма. Его старшие поколения адресовали младшим – тем, кто, хотя и видел некую усмешку, сомнения, жалость к ним в глазах их отцов и матерей, принимали эстафету добровольного заблуждения как дань уважения предкам, дань любви к Родине, а также и дань мечте: а вдруг да удастся построить общество всеобщей справедливости, а нет - так останется добрый опыт.

Ввод в строй аналогичных и смежных заводов; прототипов. Множество предприятий по выпуску любой продукции имели прототип, аналог - первопроходца в своей отрасли производства. На него ложилась почетная обязанность обкатать технику и технологии производства, наработать свои методы ведения работ в бригадах, пролетах, цехах, бюро и отделах, взаимодействие со всеми своими структурами. Все вводимые после первого – т. е. аналогичные ему и взаимодействующие с ним смежные предприятия могли иметь более благоприятные условия для развития, в т. ч. с учетом опыта эксплуатации первенцев отраслей. Они могли быть уже предприятиями нового поколения с высокой культурой производства. При этом первенец долгое время, десятилетия по технологической культуре мог оставаться на уровне прежней эпохи. Но, как правило, такие первенцы, в т. ч. в столичных городах, превращались в лидеров, в гигантов индустрии, выдавая продукцию на современных линиях с передовыми технологиями, нередко на уровне лучших мировых аналогов.

Ввод в строй новых цехов. Строительство новых цехов могло привносить много проблем предприятию, если осуществлялось под одной со всеми старыми цехами крышей или же долгое время перегораживало траншеями и трубами важные магистрали. Ввод в строй новых цехов становился праздником, в т. ч. по той причине, что кругом после реконструкции воцарялись чистота и порядок. Вообще, ввод в строй новых цехов являлся практикой на всех предприятиях страны, в связи с гарантией получения все более новых и интересных заданий в каждой пятилетке. А также по причине перепрофилирования предприятий, их расширения, слияния с другими родственными производствами. Тысячи и тысячи новых цехов, вступая в строй, имели старые или устаревшие образцы оборудования и технологии. Но количество новых объектов, разительно отличающихся от своих прежних аналогов, постоянно росло. Очень часто в старых корпусах заводов и фабрик можно было увидеть абсолютно современное производство. В то же время в новейшие, громадные модули корпусов в ряде случаев перебазировались цеха со старым парком станков, и их замена могла занимать годы и трудовые пятилетки. В эпоху социализма подавляющее большинство цехов во всех отраслях неоднократно пережили свое обновление.

Ввод новых должностей, штатных расписаний. Первые предприятия и организации страны, бывало, имели в своем штате до десятка человек т. н. начальствующего персонала, куда могли входить и счетовод, и заведующий материальным хозяйством складов и др. Штатное расписание могло быть рукописным, в несколько страниц. Иные предприятия формировались сразу сотнями работников, десятками инженерно-технического персонала, руководящих специалистов фабричного или заводского управления, но, все же, без четкого штатного расписания и должностных инструкций всех сотрудников. Все организации по мере совершенствования структуры управления и технологии производства вводили новые должности. В первых пятилетках на все из них зачастую не хватало квалифицированных, дипломированных специалистов, и назначение на иные инженерные должности предусматривались людей без специального образования, но хорошие умельцы, авторитетные бригадиры, т. н. практики. Новых должностей могло вводиться столько, сколько указывало бы на факт осуществления формирования полноценной, укомплектованной кадрами, готовой к выполнению производственных задач организации.

Вводить в строй действующих, как чудо; возможности хозяйничать в общественно-производственной жизни. Для миллионов людей, которым посчастливилось быть участниками и свидетелями ввода в строй каких-либо новых объектов строек, предприятий и организаций, это событие воспринималось как, своего рода, чудо. Большинство в коллективах предприятий составляли выходцы из сельской местности, и своеобразное оживление всего, что было создано из металла, железобетона, что было переплетено трубами, путепроводами, кабелями и проводами и т. д., производило неизгладимое впечатление. Миллионы людей, вступая в сферу такого труда, позволяющего выпускать гигантские масштабы изделий, даже и за один день, навсегда влюблялись в промышленное производство, в атмосферу коллективного управления им, атмосферу профессионализма, высокой ответственности с одновременной возможностью хозяйствовать в организациях, в т. ч. активно участвуя в различных общественных мероприятиях. Много возможностей для этого имелось у тех, кто стоял у истоков ввода в строй предприятия, прилагал усилия, чтобы в условиях самоотверженного труда ввести его в строй действующих. Он имел право на первоочередное получение выгодных, любых почетных должностей.

Вдохновителей смелых технических начинаний по ликвидации проблем. Перед коллективами, порой, проблем впереди вставало так много, что очевидным становилась простая истина: если эти проблемы не устранить самим, то они могут сопровождать коллектив еще долгие годы. В т. ч. технические проблемы: несовершенные технические линии, технология использования имеющихся мощностей, излишние потери материалов при изготовлении изделий и др. В любом коллективе с такими проблемами в какой-то момент ядро сотрудников, не согласных мириться с таким положением вещей, предлагало взяться за рационализацию, что-то придумать, что-то к чему-то приделать, или, наоборот, - что-то лишнее удалить, т. е. усовершенствовать в сложившейся ситуации. Это ядро вдохновителей могло предложить очень смелые, сложные технические решения. За них брались, порой очень дружно, добивались успеха. Эта работа могла занять и много времени, например, и столько, когда уже централизованно поступали более совершенные технологические линии, и вся рационализация попросту шла на свалку и в металлолом. Однако это не вменялось в вину вдохновителям начинаний, потому что, в основном, на том, что люди придумывали сами на местах, переделывая что-то, порой, очень значительно, десятилетия стояла вся экономика. Понимая свою нужность и незаменимость, миллионы вдохновителей смелых технических решений стойко преодолевали нагромождения всех трудностей и вдохновляли свои коллективы. И когда нужда в постоянных переделках не доведенного до ума стала отпадать, стал отмирать «класс» вдохновителей, а с ним - и всеобщий советский энтузиазм, базирующийся на самоотверженности в труде при ликвидации проблем.

Вдохновленность на трудный, тяжкий труд. Труд, если был легким, только приятным, не требовал особой вдохновленности от работника: он приходил на рабочее место, отрабатывал положенное, и это повторялось. Но трудный труд, очень необходимый в период социализма, - труд, нацеленный на решение текущей задачи и долгосрочной общей одновременно, мог быть только вдохновляемым. Без вдохновленности на труд многие работники попросту утеряли бы ориентиры в жизни. Многие высокоразвитые в техническом и культурном отношении страны Запада выглядели привлекательно, труд их работников более легким, приятным. И в СССР только осознание, что на Западе поднимают свое благосостояние в т. ч. за счет эксплуатации других народов, империалистическими методами, делало трудный труд советских людей в их глазах несравнимо более благородным, хотя в определенные периоды и несравнимо более тяжелым, тяжким. Очень многие советские люди сознательно брали на себя более тяжелую ношу труда в производстве не только для того, чтобы больше зарабатывать, но иметь больше почета и иметь к себе самим больше уважения.

Вдохновленность наградой; права награжденных. Советское народное хозяйство поднимало себя в парадигме провозглашения диктатуры пролетариата, что означало, по крайней мере, что труд рабочего столь же полезен (или не бесполезен), как и труд любого другого работника промышленности. Однако при этом существовали не только различные профессии и специальности, но рабочие разряды, классность инженеров, различные должности, субординация, необходимость признавать начальство, ему подчиняться, даже если начальник казался менее достойным, чем иной рядовой, и др. В этих условиях компенсацией за это неравенство для миллионов рабочих, рядовых строителей, бригадиров, мастеров являлись их высокий почет, награды. Награды давали право иметь свое авторитетное слово на собраниях, перед лицом начальства, перед молодежью, на выступлениях в школах. Каждая такая награда вдохновляла и любого начальника, у которого имелось свое начальство, вдохновляющее его на личные трудовые свершения. Награждались и целые предприятия, и организации, и города. Принимая награду от имени коллектива, благодаря за нее, руководство нередко заверяло, что заслуженная награда является и авансом коллективу за его дальнейшую плодотворную и самоотверженную работу. Такое положение дел у одних вызывало вдохновение, а у других усмешку, некоторое равнодушие к тому, награждают коллектив наградами или же нет - если каждую награду надо, как бы, еще и отработать. Правда, награждение организации всегда сопровождалось выдачей премий всему коллективу: это не оставляло равнодушным никого. Награда несла в себе право на улучшение жизни.

Вдохновляющие итоги. Вся система промышленности базировалась на гарантированном выполнении производственных и государственных планов. То, чего не добивались по итогам месяца, квартала, года, то обязательно достигалось к концу пятилетки, и чаще всего с перевыполнением плана. Советская система развития отраслей и промышленных предприятий была очень эффективной, хотя и уступала по производительности труда на многих операциях системе развитых фирм Запада. При подведении итогов, на Запад не оглядывались, а сравнивали с тем, что было достигнуто ранее. Как правило, эти итоги впечатляли и вдохновляли на новые свершения. В принципе, любой итог, когда нес с собой выполнение задания, плана – был хорошим итогом, потому что выполнение любого месячного, квартального, годового задания требовало определенного количества затрат труда, нервов, переживаний, больших надежд.

Ведущие места в смотрах. В различных смотрах-конкурсах принимали участие все без исключения трудовые коллективы страны, и каждый из них являлся ведущим в определенной сфере достижений, на которые был способен более других. Любой производственный коллектив, не являющийся патологически отстающим, удостаивался каких-то призовых мест, хотя бы и в области развития художественной самодеятельности. Долго не получая призовых мест, в нем обязательно найдут способ хоть в чем-то однажды да отличиться, а не найдут сами – им подскажут из профкома, парткома или комитета ВЛКСМ. Общая работа в организациях должна была вестись только на трудовом подъеме с определенным уровнем настроения и настроя быть не хуже других. Для этого было важно и отстающим время от времени дать возможность стать лидерами, на такие участки обращали больше внимания. Имелись цехи, отделы, предприятия и организации, которые по целому ряду показателей - производительности, чистоте и культуре производства, работе с молодежью и т. д. очень часто в различных смотрах конкурсах занимали призовые и ведущие места.

Ведущие спортсмены, тренеры-общественники. На всех предприятиях и во всех организациях планово проводились спортивные мероприятия, существовали программы по созданию коллективов физкультурников, спортсменов, а впоследствии спортивных секций, спортивных команд, сборных команд по различным видам спорта, участию в эстафетах и др. Всюду, где велась спортивная работа, имелись свои ведущие спортсмены-разрядники, в т. ч. и очень талантливые, выдающиеся - кандидаты в мастера спорта и мастера спорта и даже, порой, - международного класса. Часто и по шахматам. В таких спортивных командах часто работали тренерами представители своих ведущих спортсменов либо представители других организаций. Как правило, это были люди, очень увлеченные спортом, некоторые работали с командами десятилетиями; многие работники предприятий и организаций являлись передовиками труда и любителями активного отдыха, спортивных игр, спортсменами, увлекающими за собой поколения новых работников. С активным участием спортсменов и тренеров-общественников строились тренажеры, обустраивались спортивные площадки, строились спортивные сооружения. Всех их долго помнили добром.

Вежливость, вежливое обслуживание. Оно было относительным; вообще, вежливостью во многих случаях служили доброжелательность, добродушие, осознание общей нелегкой судьбы и – как следствие - товарищеское понимание, взаимовыручка, свойский товарищеский тон. А «в сфере обслуживания» – часто вместо улыбок и подчеркнутого внимания - подчеркнутые деловитость, сухость и строгость, что уже было неплохо, потому что много было также равнодушия, грубости и хамства – по причине непрофессионализма и от того, что все в обществе, в основном, чувствовали себя равными остальным и не особенно заискивали ни перед кем. И сами клиенты, разумеется, в том числе. Обслуживание населения в домах отдыха, гостиницах, поездах, столовых, парикмахерских, медицинских учреждениях, учреждениях торговли и т. д. долго осуществлялось, в основном, на удовлетворительном уровне, часто хорошем, реже отличном. В сфере обслуживания зарплаты были не очень высокие, и в этой сфере работники не считали себя обязанными быть слишком вежливыми с теми, кто был также не богат, ничем особенным от остальных не выделялся. Хороший тон и доброжелательная улыбка вполне удовлетворяли большинство.

Вежливость, грубость и хамство передовика; кичливую черту характера. Подавляющая часть передовиков труда были людьми очень уважаемыми, приятными в общении, скромными, а подчеркнутая скромность иных из особо выдающихся людей делала их в глазах рядовых чуть ли не небожителями. Однако определенная часть людей выбивается в лидеры из внутренней потребности давать советы, указывать, повелевать или скрыть свои слабости, получая возможность выглядеть, как бы, и умнее, и опытнее, и полезнее для коллектива, для общества. При отсутствии большого ума, такта такие лидеры, передовики производства могли быть и кичливыми, и высокомерными, и задиристыми, и гоношистыми, а то и грубыми, проявляя и хамство – т. е. отвечая на добро, предупредительность и готовность более умного и тактичного человека быть подальше от шума и скандала повышенным тоном недовольства, гонором, в т. ч. с указанием на собственные заслуги. Но виной мог быть и просто характер.

Везение и невезение. Им в той или иной степени в тех или иных случаях был наделен каждый работник – могло повезти с наиболее лучшим рабочим местом, станком, начальником, должностью, окладом, поступающим металлом и др. материалом, с погодой, с соседями и т. д. Предприятию, коллективу могло повезти, когда обсуждался вопрос, какому именно отдать предпочтение при выделении денег на реконструкцию, выделении средств на усиление позиций соцкультбыта, выделении большого количества путевок в престижные санатории страны, количество мест для зарубежной поездки, в т. ч. по обмену опытом и пр.. А также, если пришел очень хороший директор, прислали очень хорошего главного инженера. Или в коллективе на его политику и успех стали играть положительную роль его главный технолог и главный конструктор. Везло, когда не трогали, чтобы ликвидировать предприятие или перебазировать на другое место. Везло, когда, наоборот, перебазировали на новое место; когда при необходимости нового строительства рядом уже имелись железнодорожные пути, узкоколейки, очень большие запасы артезианской воды, обнаруживались запасы инертных материалов; когда рядом имелся хорошим совхоз, становящийся по партнерскому соглашению поставщиком свежих дешевых продуктов в столовые и т. д., и т. д. Невезучих коллективов практически не было, любое предприятие и министерства не могли функционировать без постоянных усилий на совершенствование своей работы. Но «менее везучих» коллективов имелось в равной степени по отношению к «более везучим». В жизни у всех имелись свои везения и не везения в обстоятельствах и в судьбе.

Вектор направления; обкатку нового вектора деятельности. Он определялся генеральными задачами правительственных органов, министерств и ведомств, дающих развитию той или иной организации определенный вектор направления ее деятельности. Но нередко путь предприятия, его задачи, его лицо определяли выдающиеся достижения их главных конструкторов или главных технологов, изобретения, открытия. А также, порой, - и традиции, достижения, в т. ч. многократно занимаемые передовые места в различных соревнованиях, что могло обратить на организацию более пристальное внимание руководства страны, отрасли. Нередко именно такие предприятие или организацию начинали отбирать целенаправленно в связи с какой-нибудь общесоюзной политической кампанией либо в связи с проведением реформ, когда предприятие назначалось, например, головным в создающемся производственном объединении. Или оно должно было стать опытным при освоении каких-то важнейших технических и социальных проектов, в обкатке моделей хозрасчета, выпуске новых изделий впервые в СССР, и так обкатывался новый вектор деятельности.

Веление совести; партийную карьеру; «советского» человека. Не по долгу службы, а по велению совести работало большинство советских людей, особенно тех, кто вступал в партию, являлся членом КПСС. Часть из вступающих в партию имела целью иметь фундамент, необходимый на случай, если появится возможность карьерного роста. А кто-то делал карьеру по партийной линии. Но в основном, даже определение «советский человек» подразумевало то, что советский работник должен выполнять работу самым добросовестным образом без всякого, а тем более лишнего, контроля. Многие работали лучше, когда их оставляли в покое, полагаясь на их добросовестность, на их совесть; либо когда работники ощущали, что за ними постоянно наблюдают, но не вмешиваются в процесс работы, не мешая. И, тем не менее, - отмечая добросовестность, в т. ч. для дальнейшего поощрения добросовестного. Когда работники были уверены, что их труд по совести обязательно будет оценен, они работали очень добросовестно. Когда не были в этом уверены – часть из них могла работать уже спустя рукава, тогда как другая часть продолжала работать, как и всегда - только хорошо и только по велению партийной или советской совести.

Великие стройки коммунизма. По генеральному плану индустриализации СССР определялся большой ряд первоочередных - для строительства - гражданских, промышленных и пр. объектов, в т. ч. для реализации различных технических долгосрочных проектов, включая укрепление оборонного комплекса страны. Планы эти, хотя, порой, и с великими трудностями, но, в основном, выполнялись. Такие стройки стали величать даже «великими стройками коммунизма». В дальнейшем любые крупные промышленные объекты могли попасть в разряд «великих». При этом, в связи с различными обстоятельствами, в т. ч. недопоставками зарубежного оборудования, невозможностью реализовать какие-то технические планы иные великие стройки коммунизма могли уступить место тем, что «великими» заранее не являлись, но воистину становились такими по объективным причинам преодолений. Иные всесоюзные стройки могли испытывать большие трудности с возведением жилья, с продовольствием, тогда как менее известные стройки - становиться более привлекательными по ряду своих причин. В принципе, вся страна являлась стройкой коммунизма, и это состояние имело место вплоть до Перестройки восьмидесятых годов.

Великий Октябрь. Советского рабочего права на Октябрьскую революции не может быть объективно, поскольку только в ходе государственных переворотов и социально-политической революции в период становления новой исторической эпохи зародилось Советское рабочее право – т. е. с этапа Февральской и Октябрьской революций 1917 года. Ссылка на революцию получила наименование Великий Октябрь, или Великая Октябрьская социалистическая революция (ныне еще и – Русская революция), воспринимавшаяся всегда как неподверженная сомнению величина свершившегося необходимого для народа и великого в мировой истории. Завоевания Октября в период 1917-1991 годов для народа, если оставить в стороне дискуссию о потерях СССР в годы Великой Отечественной войны, в социально-экономическом развитии воистину величайшие. Как несомненно велики эти свершения во имя развития всего человечества. Не «великим» же Великий Октябрь можно видеть при негативном отношении к революции 1917 г. и нежелании признать ее неизбежной. Особенно же для пожелавших коренных перемен и нового порядка во время Перестройки и поддержавших тех, кто повел страну курсом капитализма XXI века.