Побег

— Как он?

— Сахар и холестерин плохие, вес избыточный, сердце сбоит. А он еще и работает так, как будто ему 30 с небольшим. Никого не слушается, все шутит. Я пытаюсь его в отпуск отправить, так нет же, говорит: "Я от безделья точно с ума сойду, не делай из меня пенсионера!". А инвалида из себя нормально делать? Я беспокоюсь, как же мне одной учебу вытянуть, если что? Ведь еще 3 года, а потом магистратура. И все платное. Мы что-то отложили, но, боюсь, не хватит…

— Уж об этом не беспокойся, пожалуйста, я сама работать смогу.

— Нет, какая ж это учеба, если работать надо? Вот вышла бы ты замуж, я была бы за тебя спокойна. Все-таки надежный тыл…

— Мама! У меня глаза сейчас закатятся на совсем! Мне 18 лет всего, какой "замуж"? Я вообще не уверена, что хочу быть с Лешей. Это одна из причин, по которой я уезжаю.

— Как это "не уверена"? Он такой надежный, такой порядочный человек! Сейчас таких, знаешь ли, очень мало. Все финтить хотят, куролесить, а как ответственность - так в кусты и поминай как звали!

— Я же не работника месяца выбираю, а парня, с которым мне… Нет, не "будет хорошо" или "будет комфортно", а сейчас так, будто без него ничего не будет и ничего не надо. Такого ощущения уже давно нет. Какой смысл выходить замуж?

— Ты говоришь о влюбленности, но она ведь у всех проходит. Думаешь, у нас с папой конфетно-букетный период до сих пор? Нет, конечно! Иногда и на работу люди ходят, просто чтобы дома не сидеть, друг на друга не глядеть. Попробуй поживи лет двадцать с одним и тем же человеком, конечно, никакой эйфории уже не будет, зато претензий - полный воз, девать некуда!

— А зачем тогда?

— Чтоб жилось легче. Мужчина - это поддержка, это защита, это уверенность в завтрашнем дне. Тут одних красивых слов мало, дела нужны. Леша, может, звезд с неба не хватает, зато на него можно рассчитывать. И если даже у нас что-то не заладится, он поможет, я хоть буду спокойна.

— Брак по расчету?

— Зачем же так? Не я его выбирала, вы сами к этому пришли.

— Но если я не хочу замуж? Не уверена я в своих чувствах, тогда что? Нельзя же выходить замуж просто потому, что так удобнее!

— Только так и надо. Но чтобы "удобно" было тебе, иначе смысла никакого нету. Просто ты у нас хорошо живешь, горя не знаешь, спасибо папе, постарался. А люди, знаешь, как живут? Ни в сказке сказать, ни пером описать! Учиться не на что, семеро по лавкам, работа трехкопеечная, еще и нагибают в три шеи. И таким вот девушкам выбирать не приходится, лишь бы было, что на бутерброд намазать. Там и дети вовремя, и блажи меньше. А то взяли моду: до тридцати они гуляют, себя ищут, а потом глядь - всех приличных мужиков разобрали, так одни с кошками…

— Мам, а это еще откуда? Неужели ты еще и наши сериалы смотришь?

— Это не сериалы, а жизнь! Вот у тети Светы дочь, помнишь?

— Мама, если речь зашла про местный фольклор, наш разговор в крутом пике! Я понимаю, что ты думаешь о будущем, хочешь для меня только счастья, как на рекламе ипотечного кредита, но на данный момент мне нечем тебя обнадежить. Отложим эту тему до лучших времен.

— До тех, когда думать будет некогда! Учти, я про отца серьезно. Не исключено, что мы с тобой останемся вдвоем и будем решать накопившиеся проблемы без иллюзий и отлагательств. Но ему не говори, конечно, это между нами, чтобы тебя не шокировать. Ты морально должна приготовиться к тому, что жизнь изменится и прежнего уровня достатка уже не будет.

— Я понимаю, мама, не переживай. Справимся, даже если так будет. Ты можешь на меня рассчитывать.

— Мне бы тебя пристроить, чтобы душа не болела, но куда там, упрямая больно стала! Раньше слушалась родителей, прелесть, а не дочь, теперь вот командировки какие-то и мысли несерьезные, как будто переходный возраст только начался. Говорила же отцу, не надо было тебя одну в Москву отпускать, меняет она людей…

Самое время сделать паузу и подняться к себе в комнату. Все равно последнее слово за отцом. А он отпустит. Конечно, можно было сказать, что я никуда не уезжаю, а просто сказала об этом Леше, чтобы… и вот тут колеса вязнут. Как объяснить другим, что ты не решаешься порвать с парнем лично и ищешь дурацкие отговорки, лишь бы с ним не видеться и не объясняться? Звучит бредово, как будто тебе лет 12 и ты в заложниках. Взрослые люди решают проблемы самостоятельно. Им хватает слов, чтобы выразить свои мысли и возразить. А я… Мне пришлось бы признать, что я, гордость маминых подружек, никакая не взрослая, что у меня, блин, проблемы и немеет язык, когда нужно настаивать на своем. И сейчас, после этого разговора, я все больше хочу "уехать". Номинально, конечно, но все-таки оторвать для себя хоть кусочек веревочной лестницы и исчезнуть на пару недель для всех. Окопаться в квартире и вести партизанскую войну за право побыть собой. И не знать о том, как мне лучше жить.

А пока я открываю цифровую шторку, чтобы очутиться в…

Глава 11

…Америке, штате Мэн. Элизабет Страут сама родилась в этих краях, поэтому действие романа "Оливия Киттеридж" происходит в южной глубинке. Такой же маленький провинциальный город, как наш. Спору нет, живут сытнее, даже на пенсии по ресторанам ходят. Но у них голод другого рода - голод по другой жизни. И, в отличие от ресторана, там не подают ни меню, ни угощений. Там, где нас нет, существует с одним лишь единственным условием - ноги нашей там не будет и не о чем говорить. Оно не применимо к реальности, поэтому и прекрасно.

Едва ли не каждый герой, осознавая матрицу, мечтает о красной таблетке, но выбирает синюю. Когда жителям этого захолустья выпадает шанс изменить свою жизнь, выйти за пределы обыденности, пойти на поиски себя настоящего, они замирают там, где были, и не тянутся за запретным плодом. Остается скучное, но привычное и комфортное бытие, где нет резких поворотов и судьбоносных решений. Рай Бога-отца, где все предсказуемо и в порядке. А ты - хорошая девочка или хороший мальчик. Твой фасад бесподобен, тебя не в чем упрекнуть, но внутри багровеют пропасти и темнеет кровавый след. Пока ты не приставишь ружье к виску, никто тебя не узнает.

Я сижу в светлой комнате и смотрю в перемотке на жизнь Оливии Киттеридж - школьной учительницы, которую многие недолюбливают за прямолинейность и грубоватые манеры. Ей с трудом удается держать под контролем пристойный фасад американского пригорода. Но это так важно, что приходится вытеснять из памяти и ума неудобную правду о себе. Лишь к концу пленки я понимаю: любимая всеми учительница била своего сына и до истерики плакала от того, что разбился ее несостоявшийся любовник. Оливия любит, но этой любовью ранит, как острие, влюбившееся в мягкую и податливую плоть. Все эти кадры были вырезаны и запечатаны в тайниках так крепко, что приходится по крупицам, намекам из прошлого собирать слова, не произнесенные вовсе. А как об этом расскажешь? Разве может учитель бить своего сына? До синяков, до ссадин, до состояния, когда вызывают соцработника? Разве может человек, который работает с детьми, ненавидеть свое материнство, тяготиться им, как ярмом? Ведь не сходится же, не сходится, разъезжается на полу плитка, а под ней - признание, что пошла под откос вся жизнь. И нельзя повернуть назад, потому что некуда. Застрелился отец, отдалилась мать, больше нет для Оливии места. Она уже взрослая женщина, у нее есть дом и работа, партия сыграна. Чемодан, вокзал? Поздно! Нет таких билетов, которые проложат путь, если ты не знаешь, куда деваться. Это страшное ощущение, оно может свести с ума. Внешне все вроде бы нормально, но до очередного срыва, когда разрыв между тобой и тем, кем ты должен быть, снова по шву разрезает плитки. Мне так жалко Оливию, когда она стоит на кухне и кричит: "Не хочу это делать!". Я понимаю, что она имеет в виду. Не ее роль, не ее выбор, а исправить уже ничего нельзя. И как быть? Если честно, надо бежать. Если реально, бежать некуда. Героиня была прекрасным учителем, но плохой матерью и женой. А муж, при всех его добродетелях и плюсах, был для нее лишь лучшим на свете другом. Это много для жизни, но для любви так мало.