Побег

— Так что у тебя там с Лешей?

— Да как тебе сказать? Если бы я знала… Мы вроде как опять вместе, но сейчас я не чувствую ничего, кроме тяжести и сомнения. Собираюсь с духом и говорю ему, что бросаю, но он всегда умудряется вывернуть наизнанку мои слова и начать заново. Мне и упрекнуть его не в чем, он все делает ради того, чтобы эти отношения были. Добивается любви, завоевывает девушку - так он это называет. Эдакий рыцарь в сияющих доспехах перед Прекрасной Дамой, застывшей в выражении гордости и чванства. Я вроде ничего плохого не делаю, но чувствую себя виноватой и сдаюсь, потому что "разрушать любовь плохо" и "это такой период, нужно потерпеть". Мне в моменте нечего возразить в ответ на его молящий и даже взыскующий взгляд. Я смотрю, вспоминаю все то, что было, и не могу отказать, хотя ясно вижу, что "нет" - это честно, а "да" - это просто отсрочка для нас обоих. И, конечно, ложь, от которой даже язык сводит.

— Да ты просто скажи ему, что не любишь, остыла и больше не можешь быть с ним. Это ведь очень просто, никаких оправданий не нужно. Каждый человек имеет право разлюбить, сердцу не прикажешь. Тем более тебе было всего 15, когда вы начали, ты и не могла сознательно выбрать парня "на всю жизнь". Не тот возраст как бы, он должен понимать, что 9 лет разницы - это реально много, особенно когда девушка юная, а тебе скоро 30.

— В его интерпретации все выглядит иначе. Во-первых, на правах первого и единственного он должен жениться и с самого начала этого хотел. Это его долг, право и бла, бла, бла. Во-вторых, разница - только к лучшему, потому что юной деве нужен состоявшийся и стабильный партнер, который готов нести за нее ответственность и покрывать семейные издержки. В-третьих, отношения - это тернистый путь, сначала всем легко, но потом нужно проявлять больше терпения и гибкости, чтобы сохранить партнера. Любовь никуда не девается, просто "такой период" и его нужно пережить, чтобы начать новый этап. Звучит, с одной стороны, правильно и логично, но с другой - чушь какая-то. Если мы просто не подходим друг к другу, мне что, терпеть до самого отпевания?

— Ага, щас, и еще 40 дней, пока твой дух витает среди живых. Не ведись на это, он же рассуждает так, как ему удобно, и любые аргументы подберет, лишь бы добиться цели. По факту я вижу вот что: взрослый мужик без памяти от малолетки и пытается ее удержать, даже если ей это все не особо надо. В его красивой истории о традиционных ценностях не все гладко. Если ему так уж нужен был брак, он бы уже женился на ровеснице сто тридцать три раза. Или один - хозяин-барин. Дети, дача, брак, флаг. Но что мы знаем? Все эти годы он гулял с разными девушками, о своем "долге" даже не заикался, а теперь весь такой патриархально-благостный семьянин, слушать противно! Сколько у него было женщин перед тем, как он решил, что трудности в отношениях нужно преодолевать, а не рубить с плеча?

— Судя по тому, что я знаю, достаточно для морального разложения. Скажем так, будь у нас с тобой столько половых партнеров, нам не выйти из этого бара без улюлюканья медведя из кустов.

— Я даже знаю, из какой он партии.

— Партии любителей нравственности и неформатного порно с рейтингом никогда+.

— И как он это объясняет?

— Ошибался, страдал и был в поиске. А сейчас все осознал, нашел "ту самую" и прекращает безобразничать на совсем.

— Человек года по версии русской православной церкви.

— Он самый. Это со стороны смешно, но в общении с ним все ощущается иначе. Аутентично, что ли. Я верю его словам и его чувствам. Не могу отделаться от того, что между нами все-таки было. Очень много воспоминаний, эмоций, моментов настоящего счастья. Когда жизнь разделилась на до и после, на "с ним" и "все остальное". Когда я изобретала десятки способов, чтобы выйти пораньше из школы или не быть там вовсе, потому что его там нет, а зачем без него какое-то "там" нужно? Когда губы, глаза и щеки в пыльце от его цветов, а внутри закипает нектаром кровь. Он ведь прав, что любовь была, это я не могу понять, куда она делась? Вот поэтому я не говорю категорично "Нет!", когда повисает подходящая пауза. Набухает ватой язык и щекочет глаза навязчивая цветочная пыльца.

— У тебя проблемы с личными границами. Если не хочешь - скажи прямо, не тяни кота за… жестокое отношение с животными. А то выходит, что из-за прошлого ты теряешь контроль над настоящим и виды на будущее. Ты не пробовала поискать кого-то другого и просто попробовать пообщаться? В сравнении как-то виднее, нет?

— Это нечестно. Сперва нужно завершить одни отношения, потом, если надо, начать другие. Иначе это измена, Эль, на это я не пойду. Сомнительно не только с точки зрения морали, кстати, но и логика хромает: я с одним-то разобраться не могу, куда второго? Мне вообще никто не нужен, пока я не пойму, что нужно от жизни мне. Я ведь никогда одна не была и вообще не знаю, что это значит. Не успела вырасти - уже в паре, причем по полной программе влюблена и по уши увязла в этом состоянии. Возможно, стоило бы нажать на «стоп» и подумать, кто я и кого хочу рядом с собой видеть.

— Так давай, звони прямо щас, не раздумывай. Скажи точь-в-точь то же самое, не занимайся прелюбодеянием с мозгами!

— Это не измена, а разнообразие! Если серьезно, пробовала, но он говорит, что думать мне не мешает и вообще подождет, пока я созрею… для осознания его необходимости в моей жизни, надо полагать. Типа не навязывается и не настаивает, но на поверку то у подъезда встретит, то названивает целыми днями. Я вроде держу дистанцию, но в то же время он является, когда хочет, и не дает мне ощущения свободного полета, в котором я нуждаюсь тем острее, чем дольше его жду. Я все равно в отношениях и что толку в моих попытках в них разобраться, если я ничего не решаю?

— Ты ни на что не решаешься - так вернее.

— Может, мне нужно время, чтобы все это разрулить. Вдруг он прав? Вдруг все станет так, как было, или еще лучше? Или просто решится само собой? Честно говоря, мне было бы легче, если бы он сказал, что устал от моей неопределенности, неблагодарности, неспособности к любви (нужное подчеркнуть) и уходит. Я отчетливо понимаю сейчас, что почувствую только растерянность и облегчение. Но никак не слезы в три ручья.

— "Растерянность"? Это отчего же?

— От того, что я уже привыкла к его вниманию. Даже если оно, нежеланное и опостылевшее, пройдет, меня удивит это, более того, обескуражит и, пожалуй, расстроит. Но и развяжет руки. Амбивалентность человеческих чувств, да, так хреново она и выглядит.

— То есть ты собираешься ждать, пока все разрешится само собой? По мановению волшебной палочки?

— Знаешь, как у нас на телевидении говорят? "Время покажет". А фак или фигу - все едино, ничего другого у времени для нас нет.

— Скупой у тебя язык жестов. Есть еще кулак, окей и палец у виска. Хочешь умную цитату в тему?

— Давай.

— "Нельзя дождаться того, что тебя ждет. К этому надо идти". Если ты уверена, что твоя судьба в другом месте, нужно встать и пойти за нею. Под лежачий камень вода не течет!

— Зато под лежачую плитку - запросто! Наступаешь и море по колено прямо у тебя в кроссовках. Нет, я понимаю, о чем ты, но не могу понять, куда двигаться дальше.

— Позитивные аффирмации из инсты мне не впрок. Выпьем?

— Пускай Минздрав предупреждает, но лишь мудак не наливает!

— Тост? Годится!

Бывает же такое: правы все. Эля дело говорит, Леша правильно поступает, родители "принимают любое твое решение", но "не советуют торопиться". И я права тоже, раз семь раз прикладываю линейку, прежде чем отрезать кому-то голову. Но мудрая мысль осела на сердце инеем: чем дольше чего-то ждешь, тем легче без этого обходишься.

Глава 9

Я шла одна, босоножки глухо постукивали по тротуару, но город больше не притворялся, что он - Москва. Он переломился, будто стекло в витрине, и в трещину между минутами пролезали призраки. Большой театр качнулся, как корабль с алыми парусами, занавес на фронтоне полыхнул красным, на пуантах вращались тени с крыльями вместо рук. И шептали мне сорванные с ресниц стихи, которых я никогда не знала.

Метро закрылось и прохожие исчезали, будто ветер их уносил с Мясницкой. ГУМ светился витринами изнутри, точно грот в аквариуме с подсветкой. Золотые карпы сулили многое за банковские транзакции. И царицей морскою можно здесь - не проблема. Я вот поднялась по прозрачной лестнице. На втором с половиной уровне продавали фасованную луну. Продавщица была похожа на Марину Цветаеву и спросила меня, люблю ли я горькие рябиновые гроздья? Я ответила, да, мол, и получила пробник — полумесяц в стеклянной капле. Не обманула - горечь проголоди на вкус.

Улицы скручивались в уютные завитки улитки. Тверская упала вниз, как эскалатор, влекомый в бездну, и там, внизу, стоял мертвый Сергей Есенин с фонарем вместо головы. Он провожал меня взглядом без глаз, и его трость чертила на асфальте фразу: «Перспектива наоборот: то, что ближе, дальше».

Красная площадь дрожала, как натянутая мембрана барабана. Мавзолей вспыхивал и гас, внутри пели погребальные песни дети, и от этого пения шла по брусчатке рябь. Спасская башня навстречу глазам раскрылась, а внутри нее дирижер управлял ветром, и каждый нетерпеливый взмах раздавался музыкой тысяч листьев.

А Москва-река не водой текла. Отражениями из глубины реки на меня с любопытством глазело светящееся огнями небо. В звездах я распознала Садовое кольцо, оно было полупрозрачным, но уже населенным трамваями, что наполнены были светом. Ну здравствуй, Стоглазый Аргус, не смотри на меня так холодно! Лето коротко, как подол у платья, что носибельно раза три в году, пока отдыхает ветер.

Мир удвоился и скручивался в спираль, как цветная проекция ДНК, и я шла по ней, будто по лестнице в другой язык. Неважно, в сущности, где я — в Москве или внутри сна, в котором город стал продолжением локона. Этой ночью метро закрутило покрепче стеклянный шар с серебристым пеплом, где застряла живая статуя, подозрительно похожая на меня. И от станции к станции меня провожали волны глицерина, замедляющего бег искр и секундной стрелки. Вы не знали? Антифриз обеспечивает эффект slow mo.

И мне так хорошо одной, что не надо ничего больше. Золотые рыбы меня не выдадут, они - не мы.

Набираю трусливый текст: "Я на месяц в командировку, позвоню, когда смогу. Сам не набирай, съемки напряженные и без графика. Буду на связи по возможности. Не обижайся, duty calls!".

Глава 10

Все бы ничего, но обычно в таких случаях наступает утро. Утро, которое выставляет счет. Серое, уставшее и под конец смены. Ему не до ужимок, не до приличий, оно просто хочет получить то, что ему причитается, и закрыть лавочку. Дайте-ка взглянуть! Хм… Моя карета превратилась в тыкву, а платье рассыпалось ворохом серебристой листвы. Голова тяжелая, пульс предательски участился. Покрываюсь неровными красными пятнами. 20 пропущенных. Селяви. Хотя вкус моей утренней жизни точнее определяет слово "салями". Блин с итальянской (ага, щас, воронежской) колбасой - лучшее, что есть на вокзале. Еще успею на раннюю.

Нет, не туда. Моя воображаемая командировка начнется с реального путешествия, пусть и не такого масштабного, как у Радищева или Одиссея. Зато не менее опасного, ведь всегда сохраняется вероятность случайной встречи с тем, для кого меня нет. Для него это тоже родной город.

Электричка пропитана… нет у меня литературных слов для этого описания. Достаточно того, что ночью в них часто устраиваются бомжи. Запах, не склонный к кочевому образу жизни, остается здесь насовсем. Но вагоны - куда ни шло, они не идут ни в какое сравнение с тамбуром, где обычно находят себе воплощение самые темные помыслы. Например, курение в общественных местах. Блин, у меня потом все волосы в этом… смраде! Не думала, что мне когда-нибудь пригодится это слово, но поди ж ты!

Однако под музыку все эти мелочи опадают, теряя власть. Я возвращаюсь в себя и понимаю: все, что на самом деле важно, происходит у меня в голове. Нигде больше. И сейчас там играет музыка. "Эхо тысячи вокзалов" Гуши Катушкина и Марии Чайковской. Если я в отъезде, так тому и быть. Так и есть, по большому счету. Ведь я - это то, что у меня внутри, а наружно я номинально, из одной лишь формальности и дани традиционным устоям. За окном идет быстрая перемотка леса - пример оптического обмана, в который верят. Чем я хуже?

"У нас с тобой есть future, но оно такое нечеткое". А у кого оно "четкое"? Так и хочется встрять посреди песни, растопырив на боках локти. Если я нарисую отрезок, представлю его своей жизнью и сделаю отметину там, где сейчас нахожусь, получится, что около 80% времени еще впереди (если мы исходим из сотни лет, хотя это слишком оптимистичный прогноз). Многие испытали бы экзистенциальный шок, видя, сколь мал и незначителен наш путь в виде этого мизерного отрезка. Но я пойду дальше и вычеркну эти 80%. Потому что они мне вообще не принадлежат. У меня их нет. Конец игры может настать в любую минуту, мне никто не гарантирует продолжения. Люди умирают каждую секунду. Это не драма, это статистика. Кто поручится, что я не стану следующей? Выходит, Тургенев был прав: у счастья нет завтрашнего дня. Потому что его ни у кого нет. Лишь гипотеза, намек, обещание. Ну нарушат его и что? Все эти планы строятся на песке. И песок отмеряет время, которого у нас нет. Так чего же он хочет от меня? Чтобы я расписала свои шаги на всю "жизнь" вперед? И «сегодня» потратила лишь на то, что, возможно, сгодится завтра? Ведь сейчас я не хочу создавать семью. Не хочу создавать отношения "на будущее", вдруг что, как бы чего не вышло. Не хочу готовить сани летом, потому что оно и так пролетает быстро, не сидеть же в сарае с этими санками, черт меня возьми! У меня в итоге не останется ни зимы, ни лета, только сани с телегой и вечный сарай, где я их готовлю…

Мне могут возразить, мол, а разве Стрекоза из басни Крылова рассуждала не похожим образом? И куда это ее привело? Понимаю справедливые опасения, но юному читателю невдомек, что Стрекоза прожила хоть мало, но по-человечески, а Муравей, считайте, не жил вовсе. Работал, работал, работал, чтобы ожесточиться сердцем и сидеть зимой в одиночестве. Чтобы летом снова работать, не разгибая… что там у них? А Стрекоза "лето красное пропела". У нее все было весело и прекрасно. Так, как должно быть. Она сполна насладилась летом, пусть и не дотянула до следующего. Не в этом ли высшая мудрость того, что по природе своей временно? Человек недалеко ушел от бабочки. Если вычесть всю рутину и волокиту, остается день полноценного бытия. И что, в муравейнике его просидеть? "Не лучше ли устроить пир на эти двадцать семь тысяч и, приняв яд, переселиться "в другой мир" под звуки струн, окруженным хмельными красавицами и лихими друзьями?". Этот роман М.А. Булгакова многое проясняет. Даже если речь идет о Стрекозе и ее летнем отдыхе. Надо же, в голове звучит убедительно, неужели с родителями тоже получится?

Очередь к выходу. Очередь к турникету. Очередь к остановке. Ай, ладно, пойду пешком. Город приветствует натужно, как после операции. Как будто с благими целями разрезали все внутри, а сшили неправильно. И переделывать стыдно, и так оставить - непорядок, что делать? Как вариант, занавесить руины огромными транспарантами с фотокопией дома - тем, каким он должен был быть. Вялая попытка хотя бы мысленно воссоздать этот реликт эпохи, фиговый лист на причинном месте города. Я до сих пор не понимаю, кому в голову пришло завешивать здания изображением зданий? Причем такими плоскими и безжизненными, как рисунки детей в 3 классе. Но у детских хотя бы шарм есть, романтика первых открытий, а тут… экономия сайдинга с имитацией кирпича. Линолеум с эффектом итальянской плитки.

Но по сторонам глазеть недосуг, впереди путь с препятствиями. Выемки, рытвины, кроличьи норы, черные дыры и все это в самых неожиданных местах. Они все спорят, где стреляют, однако, по всей видимости, у нас - в тылу и подбрюшье. Иначе я не могу объяснить такое состояние дорог. И эти могильные оградки, состоящие из краски и ржавчины, символизируют глубокий траур населения по региональному бюджету, павшему в этой неравной борьбе с… чем? Я англосаксонское господство имела в виду, а вы что подумали?

Дома, что пока избегали савана, обросли наступательно-яркой броней. Желтые балконы, голубые стены, серые швы панелей, через которые проступает реальный облик советского города. Даже не знаю, что лучше. Новые цвета давят и напоминают навязчивую веселость детского садика, где должно быть по идее весело, но всегда страшно и неуютно. Под суровым и неодобрительным взглядом ты не так танцуешь, не так поешь, не так ешь или спишь. Напряженная атмосфера передалась городу. Лишь железобетонный квадрат школы остался по-честному серым. Это казенное заведение насупилось и выглядело обиженным, потому что съежилось в моем восприятии до квадратика. Я помнила его большим и сильным, а теперь оно дряхлое и смешное. На фоне Москвы весь город сузился и скукожился до размеров табакерки.

Если чуть отойти от центра и многоквартирных районов, приставленных к заводам и предприятиям, можно лицезреть старый город, сохранивший советскую аутентичность. Но и она уже разбавлена шиком нулевых, когда поперли большие деньги. Среди видавших виды деревянных домиков с резными наличниками и ажурными занавесками уже возвышаются просторные современные коттеджи на американский лад: окна в пол, два гаражных места, стеклопакет и жалюзи. Весь в железный узорах и завитках, забор явно выдержан в стилистике дома, на калитке надменно поблескивает ящичек для писем. К массивным дверям ведет не что-нибудь, а тропа из садовой плитки. Вот в таком осанистом, благородном месте мне довелось родиться. Я из тех, кому в этом районе повезло. А вот Леша - нет. Его половина дома на другой улице. Половина, потому что советские здания этого формата строились по определенному регламенту и рассчитывались на две семьи. Типа дуплекс, но по-пролетарски. Две улицы разделяет глубокий и вечно сырой овраг, где то ли повесился, то ли утонул какой-то пьяница. С тех пор прореха на теле подмосковной земли пользуется дурной славой. Вот туда мне не надо ни в коем случае. Леша в Москве, но меня могут увидеть соседи и мало ли что. Я вообще собираюсь провести дома оба свободных дня. Принцесса повзрослела и осознала, что в башне и с драконом куда спокойнее.

В просторной прихожей все то же: лосиные рога, изящная мебель из натурального дерева, красивая плитка с геометрическими рисунками. С потолка свисает массивная люстра, разодетая в хрусталь. И - неожиданно - арбалет, но его просто никто не убрал на место. Отец забавляется, любит пострелять. "Жениха тебе в болоте настрелял, лучше бы в Москву за этим съездил, но туда с арбалетами не пускают" - любил пошутить он. В семье отношение к Леше было двойственным. Отец над ним подтрунивал, его такая партия не устраивала, но он явно избегал запретов и упреков, чтобы дочь "выбирала сама" и набиралась опыта. Мать, напротив, одобряла надежного ухажера, видела в нем стабильность и уверенность. Вместе они сходились на том, что лучше не запрещать эти отношения, даже несмотря на разницу в возрасте и мои 15 лет. Эффективнее было нас контролировать и держать в строгих рамках, не превращая раннее увлечение в сладкий запретный плод. Каждый день я возвращалась домой ровно в десять, не приведи бог позже. "Взрослый" кавалер после пары тет-а-тет разговоров понимал, что родительская уступчивость имеет четкие границы, и не выходил за очерченный мелом круг. Мама и папа делали вид, что не знали. Он принимал условия игры и создавал иллюзию, что ничего не происходит. Я тоже играла свою роль и ходила к 24-летнему парню поиграть в шашки. Все мы попали в цугцванг: любой ход игроков вел к ухудшению позиций. И мы замерли в ожидании момента, пока что-то на доске прояснится и откуда ни возьмись явится возможность для подковного удара. Но шашки - не шахматы, если тебе некуда ходить - это стопроцентный проигрыш.

Утром из бодрствующих собеседников только мама. После обмена любезностями и новостями я перевела разговор на насущную тему.

— У меня тут командировка намечается от канала, большие перспективы. Где-то на месяц с небольшим, до начала учебного года.

— Куда? Неужели прямо туда пошлют?

— Нет, что ты! Но рядом, в тыловую зону.

— Даже не вздумай! У них что, мужиков нету, что ли? Ошалели совсем! Зачем девушку гонять, да еще и первокурсницу!

— Никто не гонит, это предложение такое. Возможность проявить себя, засветиться…

— Ага, а вручение орденов посмертно! Нет, Саша, я решительно возражаю! Ты, конечно, уже взрослая, но сама подумай: если ранение какое или что, как ты жить дальше будешь? Ни диплома, ни семьи, ни основы какой-то в жизни. Папа уже не тот, сердце у него пошаливает, не дай бог что, как мы справимся?

— Мама, ты драматизируешь. Там ничего такого нет.

— Как "нет"? Вы же сами снимаете, что…

— Мам, очнись, я снимаю это в Москве! Тебя ничего в этой магии не смущает?

— Кадры оттуда тоже есть, ты за этим туда и едешь!

— Откуда эти кадры и как они снимаются - это бабка надвое сказала, я б не поручилась ни за один из них.

— Но тогда зачем это все?

— Это "все"? За покровом тайного мирового правительства, надо полагать.

— Не валяй дурака, я серьезно спрашиваю!

— Там собирается материал для документалок и шоу выходного дня. Интервью, съемки с места событий, живой материал, которого нам так не хватает. Есть на местах люди, которые в Москву не едут выступать, наградные не дают просто. Вот их бы послушать и узнать, что там на самом деле происходит.

— А что неясного? Опять это НАТО нам палки в колеса ставит, задурили голову кретинам, вот они и пляшут под чужую дудку! Не нужна им сильная Россия, вот они и…

— Ты откуда это взяла?

— Из твоих же, Сашенька, репортажей! Там в финале наша фамилия звучит. Мне уже все знакомые позвонили, спрашивают, неужели я свою дочь на войну отправила - эти ужасы снимать?

— Да нету там никакой войны! Просто нам в диковинку, когда есть разные политические силы, когда звучат разные голоса…

— Когда свистят пули и взрываются снаряды - в диковинку и слава богу!

— Они нарочно нагнетают ситуацию, прощупывают, продавливают, не знаю, правда, зачем…

— Кто "они"? Я про вас, Саша, говорю. Это вы снимаете и рассказываете. Что ж я, дочери своей не поверю, что ли?

— Я не делаю весь ролик, я снимаю нужные фрагменты, чтобы штатный корреспондент мог все это успеть. Я не решаю, что ему сказать, и думаю даже, что не решает он. Политика канала…

— Разве это важно? Мы, зрители, доверяем людям, которые эту тему изучили и все проверили, чтобы коротко нам озвучить. Я тебе верю, ты же там работаешь…

— Не работаю, а стажируюсь…

— Это все равно! Твоя фамилия в конце, все это слышат. Мне уже, знаешь, сколько раз звонили? Завидуют, уважают! Кстати, видела на днях твою учительницу, просила в школу зайти и на классном часе выступить. Показать ребятам, что и в нашем городе успешные люди есть. Надо только учиться…

— И помалкивать о том, что думаешь на самом деле. Я профи, могу преподавать. А если честно, я хочу поехать, чтобы лично во всем разобраться. Понять, что происходит в реальной жизни, а не смотреть издалека. Конечно, все мои находки не покажут, но я хотя бы для себя разберусь и, может быть, приму одно важное решение.

— Какое?

— Сми, которое ту ситуацию покажет верно или хотя бы честнее всех, станет местом моей работы. Я приложу все силы, чтоб оказаться там.

— Ты и так добилась места на самом крутом канале, пусть оно и внештатное. Тебе и рано в штат, диплома нет. Так куда и зачем тебе еще стремиться? Надо сосредоточиться на этом направлении.

— Чем дольше я там работаю, тем больше убеждаюсь в том, что это не совсем журналистика, мама, и не совсем мой путь. Тот, за который я себя могу уважать.

— А ты думаешь, в других местах все по справедливости, да?

— Нет, но…

— Ты послушай, как у меня на работе происходит: приводят ребенка - дебил дебилом, господи прости. И говорят: "Мы все видим, но нам нужна справка, иначе в обычную школу не возьмут". Но нельзя его в обычную школу! Нет у нас условий для инклюзивности, его там затопчут просто, если хуже не сказать. Он вообще не бельмеса не понимает, что вокруг него делается. И вот я отвечаю: "Нет, мол, не даю заключения своего, у ребенка диагноз и все показания для коррекционной школы". А в итоге что? Идут в кабинет повыше, платят звонкой монетой, выходят со справкой. И кто будет крайней, если что? Не мое начальство, боже упаси, я буду крайней, хотя по всем правилам отказала. Где справедливость? Что мне делать? Где тот идеальный психоневрологический диспансер, в котором мне надлежит искать свое место? Или правду? Или что там еще в твоих книжках ищут?

— Но ведь можно уволиться, пусть они сами…

— А работать тогда кто будет? Ну уволимся мы все, дальше что? Ты же понимаешь, что от этого только люди пострадают, те, кому помощь нужна, а не справка липовая. С ними как? Они не виноваты в том, что ты хочешь с руководством пободаться. Система будет работать - с тобой или без тебя. Но ты можешь сделать лучше, а можешь всех подвести, но остаться в белых перчатках. Я делаю то, что должно, и бывает так, как бывает со всеми нами. Жизнь. И тебе бы надо это понять, пока не поздно. Мы с отцом не вечные, его здоровье уже подводит.