Драконица для Альфы 2

«Жи-и-ив! На-а-аш кр-р-ра-а-ас-са-авчи-ик!».

– Аврора, всё в порядке? Ты как себя чувствуешь? – Джордан мягко коснулся моего плеча.

Друг поднялся, уступая место лекарям. Они засуетились вокруг, а я не могла понять, что происходит. Кто сидит у меня в голове?! Что вообще происходит?

– Чувствую себя странно, – пробормотала неуверенно. – Но вроде всё хорошо.

– Вроде? – переспросил Джордан нахмурившись.

Делиться с лекарями тем, что слышу посторонний голос, мне сейчас не хотелось. Сначала сама разберусь, кто это. И как замечание на мои мысли – раздалось насмешливое фырканье.

Нетерпеливо посмотрела на лекарей:

– Я хорошо себя чувствую. Могу идти?

– Да, нимха Аврора. Ваш организм быстро справился. Ни следа от яда не осталось, однако я настоятельно рекомендую отдохнуть. Думаю, дело пойдёт быстрее, когда магистр де Туолин снимет блокатор магии с браслета.

– А где он сам?

– Я снял блокатор с остальных нимхов, лекарь Лоурсс, – раздался с порога голос магистра МакЛесса. – Вы и нимх Крамер последние.

Однако едва лекарь ушёл, шотландец не стал возиться с блокатором – просто снял браслет с моей руки. В тело словно хлынула волна энергии – горячая, пульсирующая, родная. Зажмурилась от удовольствия, когда каждая клеточка наполнилась магией, а по венам потекла сила.

«Бла-а-аж-же-енс-ство-о-о», – протянул голос внутри, и я удивлённо распахнула глаза.

– Лучше? – уточнил МакЛесс.

– Превосходно! – выдохнула я, чувствуя, как магия струится по жилам.

– За пределами вашей комнаты никаких обсуждений, и все разговоры там, под куполом тишины. Желательно двойным. Сигнализация не сработает – об этом я позаботился. Браслет вам вернёт магистр де Туолин. Завтра утром жду вас троих в кабинете ректора, – развернулся и пошёл прочь.

Спрыгнула с кушетки и босиком побежала за ним. Прикоснулась к руке – и удивлённо отпрянула: пальцы обожгло огнём, словно я коснулась раскалённого металла. Уставилась на свою ладонь, пытаясь осознать произошедшее.

– Вы что-то хотели, нимха Зеницина? – в голосе прежний холод и надменность.

На мгновение перед глазами возник образ шотландца из альтернативного мира. До последнего момента он был другой – мягкий, заботливый, чуткий, но неискренность чувствовалась во всём. А этот всегда был разным, но без фальши. И всегда спасал нас. Почему? Неужели всё из-за того, что мы достойные кандидаты в стражи? Сомнительно. Этот человек был полон загадок, но я теперь как никогда была уверена, что он не имеет отношения к покушениям на меня.

– Магистр МакЛесс, – подняла глаза и с удивлением обнаружила затухающие разноцветные искорки в глубине его радужки, но, возможно, это мне просто показалось, – а где мой отец?

– Уверен, он успеет вернуться к сроку. Отдыхайте и восстанавливайте силы. Завтра поговорим.

– Можно ещё вопрос, магистр МакЛесс? – Джордан остановился рядом со мной. Получив согласный кивок, продолжил: – Позволите открыть зеркальный портал из нашей комнаты? – чуть помедлил и добавил: – Морион.

– Я отдам распоряжение Гауссу на вре́менное снятие запрета.

– Благодарю, магистр МакЛесс. Простите, что задержали вас.

Шотландец неожиданно подмигнул ему, развернулся и быстро ушёл.

– Обувайся, Ава, и пойдём закажем что-нибудь поесть. Или можем в столовую пойти.

– Воспользуйся лучше глэйном. Не готова сейчас встречаться с другими нимхами, – натянула сапоги и позвала домовика: – Тито!

Похоже, без вариантов – надо отправиться в комнату, чтобы что-то узнать. Да и разобраться спокойно, что там у меня за подселенец?!

Едва мы переступили порог комнаты, одновременно накинули купол тишины, а следом я немедленно поинтересовалась:

– Где Крамер, Джордан? И отец? Кого-то поймали?

«Не-е-ет», – отозвался голос в голове.

– А тебя я не спрашиваю! – рявкнула сердито.

– Ты на Леа налетела? – Джордан посмотрел на меня с подозрением.

– Да она спит! Неважно, лучше ответь. Остальное – потом!

– Я не знаю пока подробностей, Аврора. Крамер успокаивает Мориона. Ты же знаешь, как дракон рьяно тебя защищает. Почувствовал неладное и взбесился. А твой отец сейчас занят твоей матерью.

– Тьма вышла из-под контроля, да? – догадалась я.

– Вероятно, да. Такой я её никогда не видел.

– Папа справится, – заявила уверенно. Уж в этом у меня не было сомнений. – Он знает, что делать. Заказывай еду и пойдём к Крамеру!

– Ты без браслета и пока не можешь покинуть стены МАМ, – напомнил Джордан.

– Хаос подери! Точно! Но я

– Я открою зеркальный портал и отправлюсь к ним, а ты – Он протянул мне зеркальце. – Поговоришь с Морионом. Ему надо видеть, что ты жива, а не только чувствовать.

– А ты умеешь?

– Как выяснилось, это очень простое заклинание.

Чёрный дракон с недоверием принюхался, несколько раз ткнул поверхность зеркала огромным носом, будто проверял, не обман ли это. Глаза сверкнули алым, но, получив от меня очередные заверения, что всё хорошо, фыркнул – коротко и облегчённо – и окончательно успокоился. В знак этого Морион привычно подтолкнул Крамера ко мне, словно говоря: «Ну чего стоишь?». Мужчины рассмеялись и шагнули в зеркальный портал.

Крамер обнял меня так крепко, что на мгновение перехватило дыхание, а его губы нашли мои. Ответила на поцелуй с такой силой, будто пыталась убедиться, что это не сон. В глубине души раздалось довольное, почти кошачье урчание (и снова не Леа!), но сдержанное покашливание Джордана напомнило, что мы не одни.

– Так и знайте: когда мы покинем стены академии, я буду жить отдельно!

– В отдельной комнате? – уточнила, оторвавшись от моего блондина и не скрывая улыбки.

– В отдельном доме, Аврора! Но так и быть – поедим, и я оставлю вас наедине ненадолго.

– Тебе будет скучно без нас, – улыбнулся Крамер.

«Мне-е-е бу-уде-ет пло-охо-о бе-ез не-его! Мо-ой вс-с-са-а-адни-ик!»

Замерла от этих слов и отпрянула от Крамера. Окинула обоих хмурым взглядом:

– Присядьте, надо поговорить.

– Аврора?

Мужчины переглянулись, но не пошевелились. В ногах правды нет. Мои точно сейчас подкосятся. То, к каким выводам пришёл мой мозг, меня немного пугало.

– Что случилось после того, как я упала со скалы?

– Ты слышишь её, да? – неожиданно улыбнулся Джордан, оторвав взгляд от глэйна.

Похоже, я ни одна чего-то не понимаю. Крамер смотрел на друга с таким же удивлением.

– Кого, Джордан?

– Аврора, ты только не пугайся, но – друг говорил мягко, успокаивающе, словно я должна была точно вспылить после его слов, – похоже, Леа больше нет и

«Опя-ять ус-сы-ыпи-или-и!» – одновременно с его словами в мысли ворвалось возмущённое ворчание волчицы.

«При-иве-ет, Ле-еа-а!»

«Во-от это-о я-я-я всё про-ос-спа-ала-а!» – подытожила волчица, похоже, совсем не удивляясь посторонней гостье.

– Леа со мной, Джордан, – произнесла с улыбкой. Злиться на то, что сейчас происходило в моей голове, было невозможно. – И не только она.

Парни в который раз синхронно переглянулись, а я подалась вперёд и скрестила руки на груди:

– Ну, рассказывайте, как в меня подселился дракон?

– А дело в том, Аврора, что ты создала ещё одно уникальное существо. Это не просто драконица внутри тебя – это волкодраконица, – заметил Крамер с улыбкой. – Она спасла нас.

– Тогда я вас огорошу ещё одной новостью: уникальность у нас троих в крови. Крамер удивил всех своим уникальным даром Заклинателя, а вот ты, Джордан, всадник.

– Всадник? – переспросил он удивлённо.

– Да. Волкодраконица – твоя. Она тебя выбрала.

«Ва-а-аш-ш-ша-а-а!» – выдала моя третья ипостась?!

Это умозаключение заставило меня вздрогнуть. Получается я дам оседлать себя Джордану?!

Судя по лицу моего мужа – мы пришли к одной мысли. Он нахмурился, а Джордан поднял руки в примирительном жесте:

– Я не собираюсь ездить на Авроре! Это какой-то бред!

«На-а мне-е-е!» – фыркнула волкодраконица.

– Похоже, здесь не всё так просто, парни, – вздохнула и пожала плечами. – И с этим мы тоже разберёмся. Сейчас я понимаю одно: отдельно от меня она так же самостоятельна, как и Леа. Надеюсь, со временем у меня хватит сил отпускать их обеих надолго от себя.

«Вс-с-са-адни-ик до-олже-ен да-ать и-имя-я!» – заметила Леа, до этого лишь слушавшая нас со стороны.

– Джордан, ты должен дать ей имя, – озвучила ему слова волчицы.

– Я?!

– Ты. Всадник даёт имя своему дракону, – Крамер хлопнул друга по плечу улыбнувшись. – Поздравляю со вступлением в ряды всадников уникальных драконов!

Джордан неожиданно расплылся в широкой улыбке и уверенно произнёс:

– Мне не нужно придумывать. Я знаю её имя. Санха́ли.

– Первое, что пришло на ум? – спросила, однако уже зная ответ на этот вопрос.

– Оно просто возникло, как подсказка. Она сама подсказала, да?

– Да, видимо, так. Санха́ли – задумчиво произнесла, пробуя имя на вкус и с наслаждением ощущая, как прислушивается к моим эмоциям волкодраконица. – «Рождённая из пепла», – перевела то, что знала непостижимым образом. – Добро пожаловать в мир, Санха́ли!

Глава 16

Ректор МАМ

– Госпожа ректор, нимхи в порядке? – поинтересовался магистр Глум, когда я вошла в комнату.

Судя по всему, его действительно это беспокоило. Взгляд был искренним, но и это могло быть тщательно замаскированной ложью. В свете всех последних событий я всё чаще ловила себя на мысли, что доверять безоговорочно нельзя никому, даже тем, кого знаю не первый год. Сомнений в том, что «мистер Икс» – прекрасный актёр, не было. Это был кто-то из академии – наверняка один из магистров – и он мастерски скрывал свою личность. Этот человек улыбался всем в лицо, а затем тихо вонзал нож в спину.

Задержала взгляд на седовласом мужчине чуть дольше, чем требовалось. Его пальцы нервно теребили край мантии, а на виске пульсировала жилка. Или мне просто хотелось увидеть признаки вины там, где их нет?

Мысленно одёрнула себя. Нет, пока мы не знаем, кто скрывается под маской «мистера Икс», я не вправе никого обвинять голословно.

– В полном порядке. Все до единого, – ответила ровно, не выдав своих истинных чувств.

Эмоции были под полным контролем – все до единой, и я отлично владела собой. Также хорошо, как делала это всегда. То, что позволила Тьме вырваться наружу Нет, я не жалела об этом. В тот миг я думала лишь о том, что мы не смогли защитить дочь. Её раз за разом пытаются убить, а мы не в силах ничем помочь.

Моё желание было одно – уничтожить того, кто сделал это. Только я позабыла то чувство, когда Тьма полностью владеет сознанием и телом. Не учла того, что в сердце останется только пустота и желание отомстить. Когда она поглотила меня, вытеснив из сердца Свет, я хотела только одного: уничтожить всех без разбора. За то, что они могут быть предателями. За то, что они ничем не помогли.

Теперь я понимала, что так нельзя. Моя демоническая сторона не должна стать главной. Я сильная ведьма и без Тьмы. Я ректор Межмировой академии магии и не должна поддаваться слепой ярости. «Мистер Икс» будет найден и отправлен в королевскую тюрьму. Он ответит за всё по закону межмирового пространства.

Была и ещё одна проблема: нимхи видели меня с морионом. Какой видели – вот это вопрос. Сдаётся мне, именно той, которую я успешно скрывала в себе многие годы. Что, если они заметили холодное дыхание Тьмы, коснувшееся моего сердца? Они могли увидеть во мне демона. Мне не хотелось, чтобы кто-то знал, что ректор академии может быть воплощением Тьмы, ведь это может поставить под удар Аврору.

Однако Ланселот и Джеймс заверили, что с нимхами всё обговорят. Они умеют говорить так, чтобы успокоить, чтобы направить мысли в нужное русло. Но всё зависит только от того, что они успели увидеть и к каким выводам пришли.

Магистры знали, что с ареной произошла беда, но большей информацией они не обладали, ведь я отправила их сюда, как только арена была заблокирована.

Я больше не собиралась скрывать, что подозреваю каждого из них. Шотландец посоветовал мягко намекнуть об этом. Не смогу мягко – скажу как есть. В конце концов, имею право. И как мать, и как ректор. Под угрозой уже в который раз оказалась не только дочь, но и другие нимхи.

– Арена?

– Разрушена, магистр Вангерс.

– Потрудитесь объяснить, госпожа ректор, каким образом врата арены испытаний внезапно заблокировались? – скрестил руки на груди, но смотрел удивительно спокойно.

– Полагаю, у одного из вас есть на это ответ, – пожала плечами как ни в чём не бывало и опустилась в кресло.

Кольцо Света успешно сдерживало закипающую во мне ярость, рождённую Тьмой. Я ощущала её – бурлящую, жгучую, рвущуюся наружу. Холодок приятно покалывал кончики пальцев. Она была мне родной, но я всегда должна была контролировать её. Так, словно она была приручённым диким зверем: вот он ластится, но сто́ит перешагнуть черту, и он теряет контроль.

Увы, нового браслета с морионами у меня пока не было. Искать тот, что я сознательно сбросила, времени не было – каждая секунда могла стать роковой. Однако Ланселот уверил, что моих сил и сил артефакта лесных нимф хватит, чтобы контролировать Тьму. Его голос звучал уверенно, но я-то знала, насколько хрупок этот баланс.

В этой комнате не действовала никакая магия, но мою демоническую силу не сдержат эти стены. Она имеет другое начало: её источник – древняя магия первородных демонов. Свет возможно сдержать, Тьму – да, а её – нет. Она пульсировала во мне, как второе сердце, готовое взорваться в любой момент.

Кольцо же в этом помещении отлично справлялось со своей задачей – голубой камень едва заметно мерцал, распространяя по телу светлую энергию, усиливая мой собственный Свет. Заблокировать магию духов невозможно, и оно сейчас доказывало это всей своей силой.

– Что вы хотите этим сказать? – бывший командир стражей нахмурился. Его пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а взгляд стал острым, как клинок. Кажется, он не верил, что я весьма недвусмысленно намекнула о причастности магистров к произошедшим событиям.

– Ничего. Пока ничего, – ответила холодно, выдерживая его взгляд. В комнате повисло тяжёлое молчание, нарушаемое лишь тяжёлым дыханием Вангерса.

– Кто дал вам право держать нас здесь под замком, в неведении и без магии, госпожа ректор? – а это уже не выдержал магистр Сантьяни.

Мужчина средних лет, он обладал довольно специфической, но весьма интересной внешностью. Невероятно высокий, с обманчиво хрупкой фигурой – я не раз видела его в деле, и то, с какой лёгкостью и мастерством он управлялся с мечом, говорило о недюжинной физической силе и выносливости. Тонкие черты лица и слегка выступающие заострённые уши – в моём представлении этот образ идеально подходил эльфу. Светлые, почти белоснежные волосы ниже плеч всегда были собраны в идеальный хвост. Никогда не видела эльфов, но по описаниям из книг магистр Сантьяни был очень похож на представителя этого народа.

– Я дал госпоже ректору это право, – заметил магистр МакЛесс, входя в комнату в сопровождении старшего домовика Гаусса. Его голос прозвучал, как удар молота. – Как член Высшего Совета магов. Вас что-то не устраивает?

Он остановился в центре зала, расправив плечи. Аура власти, окружавшая его, заставила даже самых несговорчивых опустить взгляды. Шотландец не водил дружбы ни с кем из магистров и всегда держал определённую дистанцию. Исключением стали я и Ланселот, да и то в основном из-за Авроры. Особенно после того, как он безошибочно вычислил, что мы её родители. Этот мужчина был против девушек в академии, но наша уникальная девочка растопила даже это чёрствое сердце.

– Вопросов больше нет, – светловолосый маг склонил голову в знак почтения и отступил.

Этот вряд ли мог вообще решиться на любое нарушение магических законов. Он слишком правильный. Хотя и этого исключать нельзя. В конце концов, самые страшные предательства часто совершают те, от кого их меньше всего ждёшь.

– Всё настолько серьёзно, магистр МакЛесс? – снова взял слово магистр Глум. Стариковские глаза смотрели на шотландца с беспокойством.

– Нимхам и администрации МАМ больше ничего не угрожает. Однако сегодняшнее испытание было кемто намеренно сорвано. Это не случайность и не сбой системы, в этом я уверен. Младшие курсы отправлены домой на период разбирательства. Нимхам старше восемнадцати лет также был предоставлен выбор, однако большинство пожелали остаться в академии. Что касается администрации каждый из вас выйдет отсюда только после допроса артефактом правды. Он будет настроен на работу в немагическом пространстве.

– Вы обвиняете нас?! Между прочим, это с вашим приходом, магистр МакЛесс, началась череда весьма странных событий в академии! – магистр Вангерс шагнул вперёд и, похоже, начал злиться. Вот только эта эмоция в случае с ним ничего не значила. Он всегда был достаточно взрывным и приходил в ярость довольно быстро. – Может, это вообще вы за этим всем стоите?!

– К магистру МакЛессу у меня нет претензий, – посмотрела прямо на него. Голос прозвучал жёстко.

– К остальным, значит, есть?

– Мой муж проверил лорда Баденоха, если вы об этом. В этой процедуре нет ничего страшного. Или вам есть чего бояться, магистр Вангерс?

– Ну, знаете ли! Я первым пройду эту процедуру!

– Как только артефакт будет настроен нужным образом, мы приступим к допросу, – мило улыбнулась. «Мило» в этот вечер – моё второе «я».

К слову, этот допрос был, конечно, фикцией. Мы все прекрасно понимали: «мистер Икс», так умело заметающий следы, к этой процедуре готов. Допрос был частью нашего плана. С помощью артефакта правды Ланселот собирался внести скрытые изменения в браслеты магистров. Это шанс в реальном времени отслеживать каждый их шаг. Если и это не даст результатов найдём запасной план.

После того как муж вернул меня в Свет, я готова была сложить полномочия, однако, заручившись поддержкой Джеймса, он отговорил меня. Разумными доводами. Во-первых, мы не уверены, что Аврора лишь орудие к достижению цели «мистера Икс». Она может быть и целью охоты. Во-вторых, моя отставка не уничтожит этого мерзавца и уж тем более не разоблачит. Уйду я, и на его пути появится кто-нибудь ещё. МАМ захлебнётся в крови. У меня нет права сдаться. И я должна держать Тьму в узде любыми путями.

– Почему арена испытаний заблокировалась? – поинтересовался магистр Корс. Зеркальная магия была его страстью, и, каюсь, именно поэтому он был в числе подозреваемых номером один. Он больше всех был возмущён, что мир арены будет создаваться без его участия.

– Увы, этого мне не известно, – покачала головой, театрально вздохнув. – Магический контур арены был в исправном состоянии, но покинуть испытание никто не мог.

– Как это? – магистр Теории Зеркальной магии удивлённо вскинул брови. – Если контур был исправен – арена не могла заблокироваться.

– Магистр де Туолин лично всё проверил – контур был исправен. Арена превратилась в ловушку, из которой не было выхода.

– Тогда как же вы освободили нимхов?

– Магия драконов, знаете ли, просто чудо как хороша! Свет всегда победит Тьму! – улыбнулась с лёгкой хитрецой в голосе и обвела всех присутствующих внимательным взглядом. Ни у кого и мускул на лице не дрогнул. На провокации никто не вёлся, да я другого и не ожидала. – Мой муж перенёс портал из академии на открытое пространство, и дальше уже всё оказалось просто...

– Такой уникальный опыт обязательно должен быть доведён Высшему Совету! – заметил магистр Корс с восторгом. – Я не слышал о таком!

– Вы, безусловно, правы. Отчёт я направлю в Совет завтра утром.

– А что Тёмный дракон? – поинтересовался магистр Вангерс.

– Морион? А что с ним?

– У него есть имя? – удивлённо пискнул магистр Трилон.

Он, собственно, никогда и не скрывал свою страсть ко всему, что связано с драконами. К слову, в пределах разумного. Эти прекрасные существа и их магия ему были интересны как научный объект, не более того. Он скупал по всему межмировому пространству драконьи артефакты (как выяснилось, прекрасные подделки), но никогда не мечтал стать всадником. Боялся самих рептилий до икоты. На картинках и вне зоны их досягаемости они ему очень нравились, но вблизи этот долговязый блёклый возрастной мужчина откровенно фонил аурой страха. Хотя драконы – существа, которые никогда не навредят человеку.

– Да. Заклинатель дал ему его, – заметил магистр МакЛесс, внимательно сканируя взглядом каждого из присутствующих.

– Значит, у Тёмного дракона ещё и всадник есть?! Вы сошли с ума?

– А что вас так волнует, магистр Вангерс? – голос мой был спокоен, но внутри всё бушевало. Сегодня он раздражал как никогда. – Только истинный всадник может дать имя дракону, потому что знает его на подсознательном уровне с рождения чешуйчатого. Этот дракон подчиняется Крамеру и как всаднику, и как Заклинателю.

– Это неправильный дракон! Его необходимо было уничтожить!

– Драконов запрещено убивать, магистр Вангерс, – от холодного, угрожающего тона шотландца даже у меня по спине побежали мурашки. – Вы отдаёте отчёт своим словам? У меня есть все основания и полномочия немедленно отправить вас на королевский суд.

– Он не настоящий дракон! – очередная попытка бывшего командира стражей прозвучала больше как оправдание своим словам.

– Вы проверяли?

– Он не рождён из яйца!

– Мы слишком мало знаем о драконах, чтобы утверждать, что это единственный способ появления на свет этих прекрасных существ, – неожиданно заметил магистр Трилон.

– Совершенно верно, – согласился магистр МакЛесс, однако взгляда от человека с изуродованным лицом не отвёл. – Итак, магистр Вангерс, как мне расценивать ваши слова?

Мужчина нахмурился, буравя шотландца ненавидящим взглядом. Его лицо побагровело, жилы на шее вздулись, а кулаки непроизвольно сжались так, что побелели костяшки пальцев. Он явно с трудом сдерживал себя, однако понимал, чего будет ему стоить его выпад. Поджал губы, а затем процедил сквозь зубы:

– Я не желаю смерти драконам.

– Тогда прошу вас сделать так, чтобы я больше не слышал подобных речей от вас.

– Как прикажете, лорд Баденох, – титул шотландца выплюнул, словно ругательство. – Хотел лишь убедиться, что этот дракон не опасен для людей. Он ведь Тёмный!

– Магистр Глум – тёмный маг, – заметила я, стараясь говорить спокойно и взвешенно. Но тут же поймала возмущённый взгляд старика и немедленно добавила, обратившись к нему напрямую: – Прошу прощения, не принимайте на свой счёт, – перевела взгляд на бывшего командира стражей. – Хочу лишь сказать, что мы ведь не считаем его злом, так ведь? Его магия – Тёмная, да. Но она не сделала его злом во плоти. Так почему мы должны считать Мориона злом только за то, что его магия Тёмная?

– Я вас услышал, – слова Вангерса прозвучали с нескрываемым раздражением. – Как долго ещё продлится наше заточение?

– Вы, видимо, прослушали. Я уже говорила об этом. Как только мой муж всё подготовит, приступим к допросу.

– Каждое ваше слово будет записано кристаллом и направлено в судебный архив Высшего совета межмировых магов, – сообщил шотландец тем тоном, которым отдавал бы указы сам король. – В ваших интересах не лгать ни в чём.

Как ни странно, о моей дочери и её друзьях никто из них не спросил. Ни единого слова, ни намёка на беспокойство. Но, возможно, магистры сделали свои выводы. Если бы с ней чтото случилось – они уверены в том, что я бы сорвалась (собственно, в действительности это и произошло), а я находилась в здравом уме с ними в одной комнате, спокойно отвечала на вопросы, держала спину прямо и голос ровно.

Однако от моего взгляда не укрылось, что все они обратили внимание на кольцо Ланселота на моей руке и точно отметили отсутствие браслета с морионами. С кольцом духов мой муж не расставался никогда, и, держу пари, сейчас каждый из них строил догадки. Не в мою пользу.

Ловила их короткие взгляды – то скользящие по пальцу, то задерживающиеся на запястье. Ктото хмурился, ктото едва заметно переглядывался с соседом. Вот только обвинить меня они не могли. Как и не могли подтвердить ход своих мыслей. Сейчас я была всё той же Светлой магичкой – собранной, сдержанной, контролирующей ситуацию. Другой меня они никогда не видели.

Джордан

После скромного ужина, доставленного из городского ресторанчика, я оставил этих двоих наедине и отправился в спортивный зал. Нужно было чемто себя занять – мысли крутились вокруг сегодняшнего происшествия, и единственным спасением казалась физическая нагрузка. В академии альтернативы у меня не было.

Сегодняшний день в очередной раз доказал, насколько сильно мы зависим от магии и наличия при себе оружия. Будь у меня там меч – я попросту отсёк бы этой птичке Хаоса голову, и дело с концом.