Драконица для Альфы 2

Мощное, мускулистое тело, покрытое красными чешуйками, которые при движении переливались, как густой, шелковистый мех. Они плавно переходили друг в друга, создавая эффект мерцающей шерсти. В лучах солнца вспыхивали оттенками от тёмнобордового до огненноалого, будто внутри тлели угольки.

Серая грудь, более светлая, почти пепельная, невероятно контрастировала с огненным телом. Широкая, мощная – видно, что зверь обладал невероятной силой.

Длинный лохматый хвост двигался плавно, но целеустремлённо – покачивался из стороны в сторону, словно балансируя вес тела. Мех на хвосте был гуще и длиннее, чем на остальном теле, и отливал серебристым блеском с алыми оттенками.

Массивные, сильные лапы с широкими подушечками, покрытые тем же переливающимся мехом, но с чётко проступающими чешуйчатыми участками на суставах. Каждая лапа заканчивалась мощными чёрными когтями – не слишком длинными, но явно способными и удержать добычу, и вцепиться в скалу.

Голова была волчьей – вытянутая морда с острым носом, стоячие треугольные уши с кисточками на концах. Но глаза Они были не волчьими. Большие, миндалевидные, с вертикальными зрачками, как у хищной птицы или ящерицы. Яркоголубые, почти сапфировые, они светились внутренним светом, словно хранили в себе магию поколений.

На голове, чуть выше лба, росли два длинных кожистых рога – не ветвистые, как у оленя, а гладкие, слегка изогнутые назад. Они выглядели одновременно изящно и угрожающе, словно оружие, созданное природой с особой тщательностью.

Это был метис волка и дракона – существо, неизвестное в межпространстве! Но может быть, это яд всё ещё играл со мной злые шутки? Может, разум видит то, чего нет? Или это какойто особый бонус ради спасения – существо, которое существует только на арене?

Когда волкодракон благополучно доставил Аврору с Крамером вниз, я откинулся на спину, наслаждаясь тем, как быстро малыш Линкс исцеляет меня. Тепло его энергии разливалось по венам, возвращая ясность мысли.

То, что «мистер Икс» снова загнал нас в ловушку, сомнений не вызывало. На этот раз ловушкой стала сама арена. У всех существ Хаоса, содержащихся в академии, был зачарованный алый браслет на лапе – он подавлял смертоносные способности, чтобы никто не пострадал. Ведь мы не всегда встречались с ними в иллюзорных комнатах.

На птице, которую мы повстречали, тоже был такой браслет – но другого цвета. Бледнозелёный, почти прозрачный, с мерцающими вкраплениями. И это, я был уверен, было важной деталью. Ктото заменил артефакт – в этом не было сомнений.

Лёгкое поскуливание прервало мои размышления. Я открыл глаза и удивлённо сел. Линкса уже и след простыл, а прямо на меня смотрели яркие голубые глаза с волчьей морды. Огромной такой морды – как у настоящего дракона. Зверь вообще был нереально красивый.

– И тебе привет, спаситель! – хрипловато произнёс я, всё ещё не до конца веря в реальность происходящего.

В ответ меня наградили фырканьем – глубоким, утробным звуком, от которого всё вокруг задрожало. Волкодракон оттолкнулся от скалы так, что камни градом осыпались вниз, а затем завис напротив меня, медленно взмахивая крыльями. Они плавно вздымались и опускались, создавая лёгкий ветерок. Взгляд голубых глаз неотрывно следил за мной – внимательный и изучающий.

– Иди к ним, я скоро спущусь! – заметил я, хотя понятия не имел – понимает меня существо или нет.

Поднялся и сделал шаг в сторону, но меня нагнал грозный рык – низкий, вибрирующий, от которого заложило уши. Я замер, инстинктивно отступив.

Их спас, а меня сожрёт? Ну нет, так дело не пойдёт! Что за приколы такие?

Прежде чем успел хоть чтото сообразить, существо развернулось и ударом хвоста скинуло меня со скалы, как мячик. Испугаться не успел – приземлился прямо на спину волкодракону. Мы стремительно снижались, и я с удивлением обнаружил, что чешуек как таковых действительно не было. Тело было покрыто густым, шелковистым мехом, а вот к лапам уже плавно переходили чешуйки – словно природа не до конца определилась, каким же создать это чудо.

Мы приземлились мягко, почти невесомо, и волкодракон улёгся на траву, позволяя мне слезть с его спины. Я скатился по крылу, не отрывая восхищённого взгляда от этого невероятного создания, и тут же бросился к Крамеру, который бережно сжимал в руках Аврору.

Так вот куда отправился Линкс! Малыш помог другу и без чувств свалился на траву неподалёку. Много же ему сил пришлось в нас влить, чтобы избавить от яда. На Аву, похоже, его не хватило...

Волкодракон медленно поднял голову и обдал малыша облачком тёплого дыма. Линкс неожиданно встрепенулся и посмотрел на зверя. Мгновение – и он исчез, как будто растворившись в переливающейся шкуре существа, оставив после себя лишь мерцающую искру, которая тут же впиталась в мех.

– Крамер! – опустился на колени рядом с другом, заглядывая в лицо Авроры. Её кожа была бледной, дыхание – прерывистым, но грудь мерно поднималась и опускалась.

– Она жива – тихо отозвался друг, а затем перевёл взгляд на волкодракона и добавил с улыбкой: – Ты вовремя решил появиться на свет.

Зверь фыркнул и завилял хвостом – мощными взмахами, обдавая нас порывами ветра, от которых волосы развевались, а одежда хлопала на ветру. Он наклонил голову, глядя на нас своими сапфировыми глазами, и в них читалось чтото почти человеческое. Понимает каждое слово, как истинный дракон!

– В смысле «появиться на свет»? О чём ты? – нахмурился, переводя взгляд с друга на загадочное существо.

– Мы искали яйцо дракона в стенах МАМ, – начал объяснять Крамер, – а его там никогда не было. Аврора – хранитель драконицы. Она и есть драконица. Этот дракон – такой же, как Леа.

– И ты слышишь его?

– Её, Джордан. Это драконица, – мягко поправил меня друг. – Не слышу, но чувствую её. И она меня тоже.

– У Линкса не хватило сил на нас троих, – я кивнул в сторону места, где только что исчез малыш. – Авророй должен заняться или ты, или лекари. Давай решать, как выбраться отсюда.

Драконица неожиданно встрепенулась, пригнулась к земле, игриво взмахнула хвостом и сделала несколько шагов вперёд, словно щенок, готовый порезвиться. Слегка толкнула носом Крамера в плечо, затем повернулась ко мне, будто приглашая присоединиться к игре.

– Она в предвкушении, – заметил Крамер с улыбкой, в которой смешались облегчение и восхищение. – Предлагаю довериться ей. Судя по всему, снаружи ворота открыть не могут, поэтому мы ещё здесь.

– Можно было бы попробовать взломать изнутри, – задумчиво произнёс я, – но, судя по всему, у нашего волкодракона есть план. Так что положимся на неё. Давай, красавица, вытаскивай нас отсюда!

Едва я произнёс это – красный зверь запрыгал вокруг нас по поляне, сотрясая землю мощными лапами. Он то подпрыгивал, то кружился, то делал резкие развороты, словно танцевал какойто древний ритуал. Затем драконица пригнулась и подставила крыло, приглашая располагаться на своей спине.

Меня так ещё и ткнула мокрым носом, подгоняя. Мало нам было одного дракона-подростка, теперь у нас их два. Надеюсь, с этим Аве будет сподручнее справиться. Всё-таки они единое целое.

Как выяснилось, просто так открыть портал драконица не могла – хотя на короткий миг я понадеялся на драконий трюк, как у всадников. Но нет – это всётаки был не очередной мир межпространства, а искусственный зеркальный мир, созданный специально для испытаний. Однако у любого такого мира есть слабые места – точки, где магическая структура тоньше. Найти их нелегко, и даже опытный маг не справится с этим быстро. Но драконица, похоже, чувствовала, где искать.

Она взмыла в небо, расправив перепончатые крылья, и начала наматывать круги, словно высматривая чтото внизу. Её глаза сверкали, как два сапфира, а нос слегка подрагивал, улавливая магические потоки. Остановила выбор на озере и плавно снизилась к нему. Ничего необычного я в нём не видел точно, но она, похоже, так не считала.

Драконица принялась бить по воде ледяной магией – раз, другой, третий. Каждый удар сопровождался магической вспышкой, и постепенно поверхность озера застыла, скованная прозрачным, почти хрустальным льдом.

Плавно опустились к самой поверхности замёрзшего озера. Волкодракон глубоко вздохнул, сосредоточился – и ударил в центр задними лапами. Лёд треснул с оглушительным звуком, разлетаясь на тысячи осколков, и в тот же миг пространство заполнил механический голос:

«Арена разрушена»

Нас рывком выкинуло из зеркального мира – но не в холл, а во двор замка. Абсолютно всех нимхов, участвовавших в испытании. Они появлялись один за другим, ошеломлённые, растерянные, но целые и невредимые.

Похоже, выход с арены сюда перенёс отец Авроры. Быстро он принял верное решение – дракон в холле арены попросту не поместился бы, на такие габариты он не рассчитан.

Кроме нас, судя по всему, пострадать никто не успел. И да, все взгляды были устремлены на нас, а мы не спешили спускаться с драконицы, ожидая распоряжений магистров.

Пространство содрогнулось от дикого рёва Мориона – глубокого, вибрирующего звука, от которого драконица мгновенно напряглась. И следом прозвучал голос магистра МакЛесса, твёрдый и властный, не терпящий возражений:

– Всем нимхам незамедлительно проследовать в академию и собраться в актовом зале! – он сделал паузу, обвёл взглядом поляну, задержавшись на нашей команде, и добавил: – Кроме вас, нимхи.

Лёгкий взмах руки – и на поляне остались только мы. Остальные нимхи благополучно отправились в МАМ созданным шотландцем порталом: мерцающая арка вспыхнула ярким светом, поглотила десятки фигур и тут же исчезла, оставив после себя едва заметное мерцание в воздухе.

От леса поднималось чёрное облако – клубящаяся тьма, пропитанная магией Хаоса. Земля содрогалась от тяжёлых шагов Тёмного дракона. Каждый удар его лап отдавался в груди, заставляя сердце биться чаще. Вдалеке, сквозь дымку, виднелись очертания его силуэта – огромные крылья, чешуя, отливающая антрацитным блеском, и глаза, горящие алым огнём. И рядом с ним двигался кто-то ещё. Человек? Или демон?

– Как она? – спросил магистр де Туолин, не сводя беспокойного взгляда с Авроры на руках Крамера. Его голос дрогнул, выдавая отцовскую тревогу, которую он так старался скрыть за маской спокойствия.

– Без сознания, но, думаю, всё хорошо, – ответил Крамер, крепче прижимая к себе Аврору. Её голова безвольно покоилась у него на плече, волосы разметались по куртке, но дыхание было ровным. – Мы остановим Мориона, а затем отправим Аврору в лекарское крыло. Ему нужно убедиться, что она в порядке. Дракон не поверит даже мне, если не увидит её.

– Дело не в нём, – отец Авроры бросил взгляд в сторону леса, и взгляд его был полон решимости, почти отчаяния. В нём читалась не просто тревога за дочь, а что-то большее – долг, ответственность, возможно, даже вина. Да что же случилось в наше отсутствие? – Я должен был убедиться, что с вами всё в порядке, а теперь мне нужно туда. Джеймс

– Я иду с тобой, – перебил его шотландец и коснулся его плеча в жесте поддержки. – Крамер, Джордан, займитесь Морионом и сразу уходите оттуда.

– Опять портал Хаоса? – выдохнул я удивлённо, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Мы только справились с одной бедой, и теперь пришла другая.

– Нет. Это моя жена, – произнёс магистр де Туолин тихо, но твёрдо. В его голосе прозвучала такая глубина чувств, что на мгновение всё вокруг замерло. – Только я могу её остановить, но сначала – остановите Мориона.

Перевёл взгляд на Крамера, и тот молча кивнул, прижимая к себе свою бесценную ношу. Его взгляд был сосредоточенным и хмурым, а на виске пульсировала тонкая жилка – след пережитого напряжения. В глазах друга читалась не только усталость, но и холодная решимость.

Мне тоже надоело уже биться день ото дня с невидимым врагом – неуловимым, коварным, меняющим маски. Одно дело – быть Стражем и знать, кто твой соперник. Знать его тактику, его слабые места, понимать, что ожидает впереди. Готовиться, выстраивать стратегию, полагаться на опыт и навыки.

Совсем другое дело – то, что происходило в академии с появлением шотландца. Мы не знали, кто наш враг. Не знали, откуда ждать удара. Каждый день подбрасывал всё новые сюрпризы, норовя стать последним. Сможем ли мы, наконец, вычислить этого «мистера Икс»? Он умело заметал следы, но не оставлял попыток добраться до Авроры.

Крамер

Драконица оттолкнулась от земли с поразительной грациозностью для своих размеров и рванула навстречу чёрному дракону. Он сразу заприметил нас и остановился, буравя красными глазами, в которых плескались ярость и тревога. Дракон был взволнован и рассержен – крылья подрагивали, а из ноздрей вырывались струйки чёрного дыма. Взгляд его безошибочно выхватил Аврору в моих руках, и я почувствовал охвативший его ужас – почти осязаемый, густой, пропитанный паникой.

– Морион, она жива! Жива! Всё хорошо! – произнёс я спокойно, не отводя от него взгляда. Голос звучал твёрдо, хотя внутри всё дрожало. – Смотри, она дышит. Видишь?

Он не верил, но и не нападал. Его грудь тяжело вздымалась, когти вцепились в землю, оставляя глубокие борозды. Однако едва драконица приземлилась, нас окутало искрящимся ледяным щитом – прозрачным, но плотным, с узорами, напоминающими морозные кружева. Именно в него и пришёлся удар Тёмной магии – глухой, раскатистый звук, от которого зазвенели уши. Морион взревел и развернулся, ощерившись на ту, что попыталась навредить нам. Его клыки сверкнули, крылья резко распахнулись, создавая мощный порыв ветра.

Действовать пришлось быстро и решительно. Передал Аврору Джордану, стараясь сделать это максимально аккуратно, чтобы не потревожить её хрупкое состояние.

– Улетайте отсюда! – скомандовал я и, оттолкнувшись от спины драконицы, перепрыгнул на Мориона.

Ноги заскользили по ледяной чешуе, но в последний момент я ухватился руками за гребень на спине и удержал себя на драконе. Ещё не хватало, чтобы он сражался с матерью Авроры.

– Морион, взлетай! Немедленно!

Чужая ярость накрыла меня с головой – горячая, тёмная волна эмоций, почти подавляющая. Но дракон послушно рванул прочь, взмывая в небо с такой скоростью, что перехватило дыхание. Я оглянулся и удовлетворённо отметил, что драконица летит в сторону академии. Главное сейчас – остановить всё это.

Мать Авроры Такой я её никогда не видел. Женщина, которая контролировала свои эмоции так, как никто другой, была полностью поглощена Тьмой. Глаза заволокло чернотой, а кожу окутывала тёмная дымка, пульсирующая, словно живое существо. Вокруг неё кружились вихри магии, выжигая траву и камни.

Я знал, что в её жилах течёт кровь не только сильнейшей ведьмы, но и демона, однако не верил, что ректор может быть такой. Причина была понятна без объяснений. Она решила, что нас загнали в ловушку, из которой мы не выберемся живыми, – и Тьма, дремавшая внутри, вырвалась на свободу.

Если то, что происходит, выйдет за пределы академии Эта сильная, властная женщина потеряет место ректора. Главное, чтобы её смогли остановить. Вернуть. Тот, кого подчинила себе Тьма, уже не может вернуться в Свет просто так. Да, однажды отцу Авроры удалось вернуть её, но сможет ли он сейчас?

Что, если магистр МакЛесс прав и Аврора никогда не была целью? Что, если цель – ректор? Вывести её из себя очень сложно, чтобы она потеряла контроль, но то, что Аврора едва не погибла, выбило её из колеи. Что-то подсказывает мне: она осознанно выпустила Тьму на свободу. Ею двигало желание отомстить, а Тьме всё равно, кому мстить. Виноват во всём один – умрут все.

Слышал, что по силе с ректором никто не сравнится, и она может одним щелчком пальцев уничтожить весь мир. Чудо, что она ещё не успела этого сделать.

Пригнулся к спине Мориона, вжимаясь в чешую, и он сиганул вниз с обрыва, устремляясь в бескрайнее небо. Ветер свистел в ушах, земля стремительно удалялась, а я закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Мне казалось, если буду мысленно передавать ему свои эмоции – спокойствие, уверенность, надежду, – так смогу достучаться до него быстрее.

Чудо, что он послушался меня без раздумий, а ведь у меня даже нет времени обучиться своему дару! Буквально всё приходится испытывать на практике, на грани жизни и смерти.

Долгий стремительный полёт вниз, а затем дракон неожиданно выровнялся. Взревел, выдохнул чёрное пламя, которое на мгновение озарило небо, и многозначительно фыркнул. Повернул шею и посмотрел на меня – в его глазах читалось понимание. Он успокоился. Поверил. Почувствовал всё, что я пытался донести до него через свои эмоции.

– Молодец, Морион. Всё будет хорошо. Она поправится, и ты увидишь её.

И вдруг в голове возник образ – яркая, чёткая картинка волкодраконицы. И этот образ сопровождался яркой эмоцией удивления, почти детского любопытства. Я ошарашенно пытался осмыслить, что происходит, пока до меня не дошло: это Морион передал мне то, что видел. Он не понимал, откуда она взялась. Или кто это.

– А это, друг мой, волкодракон! – ответил спокойно, стараясь передать ему ощущение спокойствия и доверия. – Не знаю, как это возможно и что это за существо, но она реальна. Она – часть Авроры, как и ты. Поверь, у меня вопросов не меньше, чем у тебя.

По телу дракона прокатилась дрожь, он утробно рыкнул и отправил мне картинку острова – вид сверху, с высоты птичьего полёта, где чётко выделялись очертания академии, леса, озера и даже улочки города. Ну, если он будет так общаться со мной и дальше – это существенно всё упростит.

– Давай ещё немного полетаем, а потом отправимся домой? – предложил я. – Чувствую, без нас им есть чем заняться, а Аврору, вероятнее всего, уже осматривают лекари. Джордан позаботится о ней.

Морион издал низкий, одобрительный звук, расправил крылья и взял курс на восток. Я закрыл глаза, вдыхая свежий воздух свободы, и позволил себе на мгновение расслабиться. Впереди ещё много вопросов, но сейчас главное – что мы живы. И мы обязательно найдём этого неуловимого охотника.

Ланселот, магистр де Туолин

– Пришёл остановить меня? – в голосе Наташи – сталь, холодная и непреклонная. Она лениво скользнула взглядом с магистра МакЛесса на меня, и в этом движении читалось презрение, почти скука. В её ладонях сверкали ледяные кинжалы – излюбленное смертоносное оружие. Лезвия переливались голубым светом, словно живые, а воздух вокруг них дрожал от напряжения.

Вернуть в Свет словами не получится. Она не услышит. Она сильнее меня. И кроме меня её никто не остановит. Надеюсь, что мне хватит сил сделать это снова. В прошлый раз я едва не потерял себя, следуя за ней во Тьму, но больше этого не повторится.

– Джеймс, уходи, – тихо попросил, не сводя взгляда с жены. Её лицо, обычно такое нежное и доброе, теперь было искажено яростью, а глаза полностью почернели, поглотив радужку.

«Если через час мы не вернёмся – закрывай остров», – а это передал ему мысленно.

– Уверен? – откликнулся МакЛесс. Голос прозвучал напряжённо.

– Вы пришли поболтать? – она нахмурилась и подбросила кинжал, словно мячик. Лезвие замерло в воздухе на мгновение, а затем плавно вернулось в ладонь. – А, впрочем, мне неинтересно. Слишком много дел.

Шотландец не успел открыть портал: Наташа стремительно выбросила руку вперёд, ударив его потоком Тёмной магии – густой, чёрной волной, от которой земля под ногами затрещала, покрываясь инеем.

Каково же было моё удивление, когда он не просто защитился, а отразил её собственную силу! Жена поглотила Тьму обратно, словно волна каплю дождя, и ярость мгновенно захлестнула её с новой силой. Её аура потемнела ещё больше, а кинжалы в руках засияли ярче.

Медлить не стал. Переместился ей за спину – так, как делал сотни раз прежде, когда хотел успокоить её в минуты тревоги. Руки сомкнулись вокруг её талии – не жёстко, но непреклонно. Опомниться ей не дал – отправился вместе с ней туда, где нам никто не помешает.

Один раз я уже канул во Тьму вслед за ней, второго раза не будет. Кольцо нимф не позволит этого сделать – бесценный подарок, который преподнесли мне лесные красавицы, чтобы я смог противостоять Тьме. Голубой камень на тонком серебряном ободке едва заметно мерцал, излучая мягкий, успокаивающий свет. Надеюсь, Света, заключённого в кольце, хватит на нас двоих. Снова.

Дом отца в тайге, в лесной глуши, казался мне сейчас идеальным местом. Одновременно с перемещением ударил в жену заклятием обездвиживания. Она попросту не успела отразить его, слишком неожиданной была смена локации. Надеялся, что оно подействует как нужно и даст мне возможность снять с дома чары до того, как она развеет чары.

К счастью, Наташа не успела ещё набрать полную силу. Слишком малый срок Тьма владела ей, но и этого было достаточно, чтобы она уничтожила всё живое. Главное – наша дочь жива, а с тем, что произошло на арене, разберёмся потом. Она в безопасности. Там Крамер, Джордан и МакЛесс – они защитят её. Я уж молчу о Морионе и существе, которое спасло команду Авроры. К тому же у них был Линкс. Мы хоть и мало знаем о драконьих фамильярах, но сдаётся мне, этот малыш может не только делиться своей энергией с теми, с кем связан магией.

Уложил жену на кровать и с сожалением отметил отсутствие браслета на руке. Сняла? Или потеряла? Сдаётся мне – первое. Ей не завладела бы Тьма, если бы она сама не позволила ей этого. Это я знал наверняка. Наташа знала, что шансов нет, и не хотела видеть, как дочь погибнет, поэтому ушла. Однажды мы едва не потеряли Аврору, и за это жена всегда винила себя и свою Тьму. И теперь кто-то упорно пытается навредить нашей девочке. Или им обоим. И я не в состоянии их защитить, как бы ни старался. Этот таинственный маг обходит все мои ловушки и не оставляет следов. Что-то мне подсказывало, что и на портале арены нет никаких следов чужого вмешательства. Мы даже не успеваем продумать план по его поимке – беды приходят одна за другой, не давая времени на раздумья. Необходимо сделать то, что я собирался – повесить маячки на браслеты магистров. В обход Высшего Совета. Джеймс МакЛесс дал своё согласие на это, остальное – дело времени. И теперь, когда вернулся Джордан, дело пойдёт быстрее. Без этого талантливого взломщика мне не обойтись.

– Что мы здесь делаем? – жена мгновенно оказалась на ногах, словно и не была под действием заклятия.

Острый ледяной кинжал замер у моего горла. Чёрные глаза смотрели на меня разгневанно, но не с ненавистью. Она никогда не посмотрит на меня так. И истинность не позволит ей навредить мне под любыми чарами. Таков непреложный закон – связь двух душ, скреплённая магией.

– Там нам нечего делать, Нати, – мягко перехватил её руку, стараясь не делать резких движений.

Она не отпрянула и не сопротивлялась, когда коснулся губами её запястья. Ледяной кинжал рассы́пался голубыми искрами в дрогнувших пальцах. Хотела отстраниться, но я не дал – обнял её, прижал к себе, чувствуя, как бьётся её сердце.

– Я не вернусь в Свет, – произнесла решительно.

– Ты вернёшься ко мне. К нашим детям, – заглянул в чёрные глаза, ища в них проблеск того, что осталось от моей любимой.

Склонился, целуя любимые губы – сначала нежно, осторожно, но с каждым мгновением поцелуй превращался в ураган эмоций. Тьма воспротивилась, взбунтовалась, не желая отступать, но я знал, что делаю. Моей любви и Света хватит на нас двоих. Мы сможем это преодолеть. Страсть – это то, что Тьма приемлет как живой источник энергии, и в прошлый раз это сработало, чтобы заставить её отступить. Сработает и сейчас. Она не может остаться такой.

– Он убил её! – простонала жена в отчаянии. А это уже просыпались эмоции, которые Тьма отчаянно пыталась погасить.

– Аврора жива. Всё хорошо. Вернись ко мне, – прошептал в самые губы, подавляя слабое сопротивление.

Свет одолеет Тьму. Так было всегда, будет и сейчас. Мы со всем справимся. Вместе.

Аврора

Облизнула пересохшие губы, и сознание послушно подкинуло воспоминание того, как я срываюсь со скалы. Отчаянные крики Крамера и Джордана. Похоже, они сумели открыть портал до того, как я разобьюсь. Или отец это сделал. Надеюсь, они сумели поймать этого поганца и скормили его Мориону!

«Не-е-е по-о-ойма-а-али-и-и», – раздалось в голове протяжно.

И произнесла это совершенно точно не Леа. Она всё ещё спала, я чувствовала её ровное, спокойное присутствие гдето на краю сознания.

Рывком села на кушетке и тут же утонула в объятиях Джордана.

– С возвращением, Аврора! – выдохнул друг, прижимая меня к себе так крепко, будто боялся, что я исчезну.

Отстранилась, оглядывая лекарское крыло. Белые стены, ряды кушеток, ширмы, запах целебных трав и магии Крамера нигде не было. Сердце ёкнуло. Он же Он же Где он?!

Спросить не успела. В сознание снова ворвался чужой голос – схожий по интонации с голосом Леа, но однозначно чужой, более низкий и хрипловатый: