Драконица для Альфы 2

Вместо этого дракон сложил крылья, резко нырнул под волкодракона, а потом распахнул их, как два огромных паруса, – с таким звуком, будто разорвали гигантское полотно. На миг мы зависли в воздухе (надо сказать, я реально решил, что Ава попросту сейчас свалится на нас вместе со своим всадником), а затем Морион плавно скользнул в сторону и вверх, и мы снова оказались над волкодраконом.

– Ава, так и знай – моя смерть будет на твоей совести! Нелепая смерть, между прочим! – выкрикнул Джордан без тени страха. Знаю, у него точно есть запасной план. И это не только Морион.

Друг всё ещё пытался достучаться до неё, и когда до земли оставалось совсем рукой подать – она справилась! Крылья распахнулись, вздулись от потока воздуха, наполнились силой, и эта хулиганка оттолкнулась мощными лапами от земли, вспарывая её когтями, а через мгновение с восторженным визгом, звонким и чистым, пронеслась мимо нас, стремительно набирая высоту и оставляя за собой вихрь воздуха.

Почувствовал облегчение не только я, но и Морион. Дракон натурально вздохнул – шумно, протяжно, будто сбросил с плеч тяжёлый груз, – и направился за ней, расправив крылья во всю ширь. Когда мы поравнялись, до меня донёсся голос Джордана. Несмотря на недавнее спокойствие, сейчас в его тоне слышались суровые нотки со смесью радости:

– Если это была шутка, то мне было не смешно, а если нет, то я рад, что ты быстро научилась!

– Пр-р-ро-ос-сти-и, – неожиданно вырвалось из пасти волкодракона – прерывисто, с рычащими нотками, – и Джордан бросил на меня удивлённый взгляд.

– Ава, и ты ещё считала себя неправильной? – протянул друг и рассмеялся. – Да это же просто невероятно! Дракон разговаривает!

– Впе-ер-ре-еди-и! – заметила Аврора, растягивая звуки, и прибавила скорость, рассекая воздух с новой уверенностью.

Снова вспышка в небе осветила силуэт ещё одного дракона.

– Похоже, там портал или что-то вроде того, – голос прозвучал глухо, будто сквозь вату. Пространство вокруг было странным, словно наполненным чужеродной магией.

Гнев и страх Мориона накрыли меня с головой, и я снова погладил мощную чешуйчатую шею, пытаясь успокоить.

– Что бы там ни было, мы обязательно разберёмся с этим.

Тёмную ночь расколола молния – резкая, ослепляющая, будто кто-то разорвал ткань реальности, – и мы скользнули в другой мир. Тёмный мир, наполненный существами Хаоса. Всё, что было в нашем распоряжении из средств защиты, – драконы, магия и магическое оружие. В отличие от ловушки, в которую мы когда-то угодили с Джорданом, шансы выжить здесь довольно высоки.

Всадники были здесь. Верхом на драконах, они бились с тварями – их движения были отточенными, быстрыми, почти механическими. Кроме командира Стражей остальные были нимхами, но быть всадником – значит быть всегда готовым принять бой. Ни одного Стража. Только всадники. И это было странно. Они не успели вызвать Стражей? Но это уж точно не тот вопрос, над которым сейчас сто́ит ломать голову.

Несколько раз огненный диск Света разрезал темноту, настигая существ Хаоса и превращая их в пепел, который тут же растворялся в мрачном холодном воздухе. Командир стражей, восседая на красном драконе, руководила боем и ни на минуту не выпускала никого из поля зрения. Нас заметила сразу, но возмущения, вопреки моим ожиданиям, не последовало. Вместо этого она коротко бросила, чеканя каждое слово:

– Найдите Тёмного!

Дракон, который с момента своего появления на свет так настораживал её, мгновенно напрягся, мышцы под чешуёй вздулись, и резко повернул голову вправо. Я не видел там ничего, кроме сгустившейся Тьмы, плотной, вязкой, будто живая субстанция, а вот он, похоже, видел и чувствовал. Громоподобный рык наполнил пространство, вибрируя в костях, и Морион выдохнул иссиня-чёрное пламя – оно ударило в Тьму, рассекая её, заставляя отступить. Облако стремительно рассеялось, и пред нами предстал высокий мужчина в серебристом строгом костюме и развивающемся чёрном плаще. Глаза светились серебряным светом – он смотрел прямо на нас, и во взгляде читалось невероятное удивление. Щёлкнул пальцами одновременно с движением Лили, и чёрные щупальца клубящейся Тьмы обвились вокруг всадников и их драконов, оплетая их, словно живые лианы. Она бы и не успела ничего сделать. Этой краткой секунды оказалось недостаточно.

Все стражи были не только обездвижены, но и лишены способности говорить – их рты открывались в беззвучном крике, глаза расширялись от ужаса. Да, этот странный тип всё продумал. Они ведь могли попытаться уничтожить его заклинанием. Семья всё-таки. Причём сильная магическая семья.

А вот командира стражей он не лишил голоса. Догадаться, кто у всадников главный, конечно, ему не составило труда, а вот почему он оставил ей возможность говорить... На этот вопрос у меня не находилось ответа. Судя по всему, он в принципе способен прикончить всех всадников в одно мгновение, но не сделал этого. Мы нужны ему живыми?

Лили обессиленно зарычала, но во взгляде ни капли страха или смирения с обстоятельствами. Холодный, расчётливый тон будто вбивал гвозди в тишину:

– Отпусти их всех! Сразись со мной один на один, как мужчина!

– Подожди, Страж, – низкий бархатный голос незнакомца прозвучал удивительно спокойно, почти лениво, будто он обсуждал пустяк за чашкой чая. – Я ещё дам тебе шанс показать всю мощь твоей силы, но сначала скажите мне, откуда эти существа? – взгляд остановился на нас. Точнее, на волкодраконе и чёрном драконе, ведь они разительно отличались от других подобных существ: одна – дракон с явными чертами волка, а другой – существенно больше других, а тело окутано чёрной дымкой тёмной магии. Их уникальность всегда будет порождать вопросы.

Конечно, мы стали объектом пристального внимания этого типа. Тьма не смогла захватить Мориона: она словно побоялась приблизиться к нему – отступила, едва приблизившись. Меня, думаю, участь остальных миновала именно благодаря его магии. Аврора не уступила своему Тёмному созданию и также искусно развеяла щупальца одним лёгким движением – чешуйчатая шерсть на миг вздыбилась, пошла лёгкой рябью, и тёмные лианы рассы́пались в прах, не выдержав её магии. К Джордану Тьма не приблизилась, видимо, по той же причине, что и ко мне. Похоже, мы действительно не зря отправились сюда. Всадникам без нас явно не обойтись. Во всяком случае, мы на свободе, в отличие от них. Мы должны справиться с этим магом. Мы через столько всего прошли! Я даже приручил создание Тьмы, так неужели же здесь не справлюсь? Пусть мы и не владеем в совершенстве магией, но мы вместе и в этом наша сила. Так было и так будет всегда.

– Это всадники стражей! – воскликнула Лили, и в голосе её прозвучала такая угроза, что даже воздух вокруг будто заледенел. – Уверен, что справишься с ними?

– Ты прервала мой ритуал, командир Стражей, – протянул мужчина, всё ещё не сводя с нас серебристого взгляда, в котором не было ни капли страха – лишь холодное любопытство и едва заметная насмешка.

«А чего мы, собственно, ждём? Мы же не поболтать сюда пришли!» – мысль ударила резко, остро, и я вскинул арбалет одновременно с Джорданом – наши движения совпали до миллиметра, как на тренировках. Нажал на спусковой крючок...

Магические стрелы вспороли воздух, наполняя пространство сияющим светом, а в следующее мгновение растворились в защитном барьере мужчины – беззвучно, будто их и не было. «Но насколько я слышал, такой силой обладают только высшие Тёмные королевской крови!» – осознание ударило под дых. Судя по лицу Лили, с которой невольно столкнулся взглядом, она пришла к тому же выводу: брови сошлись на переносице, губы сжались в тонкую линию, а в глазах вспыхнула та самая сталь, что делала её командиром. Она тихо выругалась сквозь зубы, а вот наш противник расплылся в торжествующей хищной улыбке. Его развеселило, что мы догадались о его происхождении.

– Мне не страшна ваша магия, детишки! – бросил он небрежно.

– Что за ритуал ты задумал? Отвечай мне! – рыжая красавица не повысила голоса, но фраза разрубила воздух словно острый клинок. Ни тени страха на лице – только решимость и ледяная ярость. Что-то подсказывает мне, она прощупывает почву не только для того, чтобы отвлечь внимание, но и чтобы выбрать идеальный момент для удара. Не удивлюсь, если она сумеет развеять чужие чары и только ждёт нужного момента. Не зря же она командир стражей. Она очень сильная ведьма.

– Стандартный, – усмехнулся наш противник, чуть склонив голову набок, словно забавляясь её гневом. – Разве ранг и вид существ, с которыми вы бились, ни о чём тебе не говорят?

По взгляду командира стражей я осознал: она прекрасно поняла, о чём он говорит, – и ритуал был чем-то по-настоящему страшным, таким, от которого кровь стыла в жилах. Лили в который раз дёрнулась в путах, мышцы на её руках вздулись от напряжения. Голос прозвучал свирепо, утробно, будто вырываясь из самой глубины души:

– Я сотру тебя в порошок, Тёмный! Ты не можешь так поступить! Это против законов межмирового пространства!

– Каких законов? – он поднял левую бровь, словно и правда не понимал, о чём она говорит, и этот жест был до того издевательским, что хотелось немедленно броситься вперёд и стереть с его лица эту насмешку. – Войны, сердца, наполненные злобой, и бессилие светлой магии перед Тьмой, – незнакомец с наслаждением втянул полной грудью воздух, как будто он был пропитан самой сутью того, о чём он только что сказал, – и продолжил: – А я буду поддерживать хрупкое равновесие в межмировом пространстве.

Пока он говорил, Лили буквально припечатала меня взглядом – резко и точно. Она поняла и запретила действовать. Почему нет? Чего мы ждём?

Переглянулся с Джорданом, который всё это время переводил сосредоточенный взгляд с командира стражей к Тёмному и обратно. Он коротко кивнул. Держу пари, Аврора тоже понятия не имеет, о каком ритуале идёт речь.

– Лили, о чём он говорит? – я перевёл взгляд на командира Стражей. То, о чём он говорил, было отчасти понятно, но разве такое возможно? В голове не укладывалось, как можно «поддерживать равновесие» войнами.

– Он говорит о разрушении, Крамер. Он хочет разрушить этот мир, – ответила она, и в голосе прозвучала такая горечь, будто она уже видела, как этот мир рассыпается в прах.

По спине пробежал холодок. Это звучало жутко. Я не знал о существовании подобных ритуалов!

– Немного его скорректировать, – поправил этот самоуверенный тип. – Почему Свет считает себя высшей магической силой межмирового пространства? Тьма сильнее. Хотя бы потому что она может мгновенно поработить и не имеет границ, – взгляд Тёмного снова остановился на нашей команде, скользнул по каждому, будто оценивая, взвешивая, прикидывая шансы. – С вами что-то не так, и это точно не артефакты. И я пока не пойму, что это за магия

Аврора утробно рычала, нервно подёргивая хвостом, от которого по воздуху расходились едва заметные волны магии, а Морион – я чувствовал это каждой клеточкой – был очень зол и готов защищать нас любой ценой. Вот только теперь я не был уверен, что его сил хватит для борьбы с этим соперником. Похлопал его по холодным чешуйкам, мысленно успокаивая, хотя сам дрожал от ярости и напряжения. Сдерживал его невероятным усилием, чувствуя, как под ладонью вибрирует мощное тело, готовое сорваться в атаку, но не был уверен, что он послушается меня. Нельзя спешить с этим магом.

– Я расстрою тебя, Тёмный, – ответил вместо Лили, снова наставляя на незнакомца арбалет и прицеливаясь с такой сосредоточенностью, будто от этого зависела сама реальность. Хотя, пожалуй, реальность от нашей победы сейчас зависела как никогда. – Мой дракон – сама Тьма, и если бы не я, он бы уже разорвал тебя. А драконица позади меня – магичка, которая тебе точно не по зубам.

– Магичка? – кажется, только это привлекло его внимание по-настоящему; в серебристых глазах мелькнуло что-то похожее на интерес, острый и опасный. – Это существо – оборотень?

– Крамер, прикажи Мориону разорвать его! Тёмный не отпустит никого из нас! – внезапно скомандовала командир стражей. В голосе звучала непреклонная воля.

Наш противник стремительно развернулся к ней, не дав мне ничего ответить, – движение вышло резким, хищным, будто бросок змеи:

– Я не бросаю слов на ветер, командир стражей! Ты хотела шанс, чтобы спасти их всех? С этими, – кивок в нашу сторону. Короткий и презрительный, – я бы тоже не прочь потягаться силами, но ты вне очереди. До первой крови?

– До последнего вздоха! – рявкнула Лили, отчаянно пытаясь освободиться; Циркон под ней гневно рычал, звук выходил низким, вибрирующим, но все их попытки вырваться из тёмных оков были тщетны.

– Как угодно! – взмах руки – и вокруг них быстро начал выстраиваться сверкающий барьер, стремительно разделяя нас, отрезая Лили и её дракона от нашей группы, будто кто-то провёл ножом по ткани пространства.

– Крамер? – Джордан бросил на меня вопросительный взгляд.

Арбалет я, как и он, не опустил, но по законам межпространства Страж вызвала этого Тёмного на бой. Он принял вызов, а мы не можем вмешиваться.

– Это право Лили. Ждём, – на это Аврора злобно рыкнула и дёрнулась. Посмотрел на неё и мягко улыбнулся, надеясь немного успокоить, хотя и понимал, что это мне вряд ли удастся. Знаю, ей плевать на все законы, когда речь идёт о жизни близких. – Ава, не смей. По законам межпространства – это честный бой. Магия не позволит вмешаться. Ты навредишь себе.

– Законам межпространства? – переспросил Джордан. Сердитый взгляд был полон неверия. – Ты в своём уме?! Ему все эти законы нипочём! Нужно вмешаться, пока не сомкнулся барьер!

– Он – принц, Джордан, а значит, сдержит слово, какими бы пафосными речами только что здесь не распинался, – в этом я был как никогда уверен. Королевская кровь не позволит ему нарушить незыблемый магический закон, даже если он говорит обратное. – Морион, то, что я сказал Авроре и Джордану – тебя тоже касается, – в который раз погладил прохладную чешую, чувствую вибрацию под пальцами. Недоволен, но слышит и слушается. Пока что. – Вы с Авророй можете разрушить барьер, но мы не знаем, как это на вас скажется. Лили знает, что делает, – недовольный рык волкодраконицы был мне ответом, и я добавил, вложив в слова всю свою решимость: – Послушай меня хоть раз, Аврора! И не вздумай перевоплощаться! Теперь уж точно. Достаточно того, что я невольно и так сказал ему лишнее.

Мысленно отругал себя за оплошность. Не нужно было говорить ему, что волкодраконица – оборотень. Мы ведь не знаем, кто наш «мистер Икс» и с кем он может быть связан. Что, если мы умудрились сами нырнуть в расставленную ловушку? Крайне необдуманно, но, увы, сказанного не воротишь. «Лили справится с ним, а если нет» – резко оборвал эту мысль, не позволив ей оформиться до конца. План был, но он никому не понравится.

Нахмурился, резко встряхнув головой, будто отгоняя рой назойливых мух, прогоняя дурные мысли, – и снова обратился к чешуйчатому другу:

– Морион, твоя задача – охрана Авроры, – заметил вполголоса и под ладонями в который раз прошла едва ощутимая вибрация – такая, что по рукам пробежал холодок, а где-то внутри отозвалось эхо его звериного рыка. Дракон повернул голову и пронзил меня уголками красных глаз. Он не просто понял, но даже не рассматривал других вариантов. Ну разве что разорвать Тёмного принца, чтобы защитить её. Нас всех. Вот только это может стоить ему и мне жизни. И Морион, уверен, знает об этом – в глубине огромных глаз читалась та самая мрачная решимость, от которой становилось одновременно и спокойно, и жутко.

Циркон, оставшийся за барьером, в панике дёргался в тисках чёрных пут, извиваясь всем телом, будто пытался вырваться из липкой паутины. Его глаза расширились, в них плескался отчаянный, животный ужас; он то и дело вскидывал голову, но не мог издать ни звука. Я должен попытаться освободить всех, пока тёмный маг сосредоточен на предстоящем поединке. Это ведь не против правил. Однако Тёмный принц обрубил эту мысль на корню, словно подслушав:

– Если твой дракон попробует кого-нибудь освободить – Тьма убьёт всех, кто у неё в плену, – он не смотрел на меня, будто я был недостоин его взгляда, а в руках его блеснул меч.

Он продумал всё до мелочей. Ждал всадников. Знал, что кто-то придёт, чтобы помешать ему, а может, мы нужны были ему для завершения ритуала. Что-то подсказывает мне, что одними существами Хаоса и заклинанием ритуал не ограничивается. Эта мысль царапала сознание, не давая покоя.

Принц сделал несколько разминочных взмахов сверкающим клинком, рассекая воздух с едва слышным свистом, не сводя пристального взгляда с Лили. Для него это была игра, и он был уверен в своей победе и силе – в позе сквозила та самая небрежная самоуверенность, от которой хотелось стиснуть зубы и броситься в атаку, наплевав на последствия. Страж, в свою очередь, обнажила огненный меч – металл вспыхнул, будто сам по себе загорелся, – и приняла боевую стойку: ноги расставлены, корпус чуть наклонён вперёд, плечи расправлены. Она сверлила соперника сердитым взглядом, в котором не было ни капли страха, лишь ледяная решимость. Ни одного лишнего слова. Только сосредоточенность на предстоящем сражении. Она знает, что соперник силён, и готова к бою – не самоуверенно считает, что победа будет за ней, а именно готова к серьёзной схватке, не питая ложных иллюзий.

Воздушный ринг, сотканный из мерцающей энергии и окружённый таким же барьером, парил в мрачном бесцветном мире, в котором яркими пятнами выделялись всадники и драконы. Это было небо мира Тёмных. Мира, где безраздельно царствовали Тьма и холод, а воздух казался густым и вязким, будто пропитанным чужой болью. Мира, где существа Хаоса – домашние кровожадные питомцы, не ведающие пощады. Вместо облаков – густые сгустки чёрного тумана, клубящиеся и извивающиеся, словно живые существа; они то сжимались, то расширялись, будто дышали.

Тёмный отозвал существ Хаоса, как только мы обнаружили его местонахождение, но надолго ли это?

Я хмуро ожидал начала сражения, машинально сжимая и разжимая пальцы, готовясь в любой момент отдать Мориону приказ, даже если нам обоим придётся пожертвовать жизнью ради спасения остальных. Лили обязана одержать верх, но хватит ли ей сил? Наших может не хватить, чтобы освободить всадников с драконами и снять барьер с арены. В чём был прав Тёмный, так это в том, что Тьма невероятно сильна. Морион – сама Тьма. Он может справиться, но и в этом у меня нет уверенности. От этой мысли внутри всё сжималось, будто кто-то стискивал сердце ледяной рукой. Это будет запасной вариант.

Рыжие волосы командира стражей, будто языки пламени, развевались на незримом ветру, вспыхивая то ярче, то приглушённо, в зависимости от того, как падал тусклый свет этого чужого мира. Карие глаза с прищуром, сосредоточенные и цепкие, не упускали ни одного движения противника; в них читалась холодная ярость, готовая в любой момент выплеснуться наружу. Красный костюм стража был словно продолжением огненной стихии, а в правой руке она сжимала охваченный пламенем меч – тот пульсировал жаром, будто живое сердце, и отбрасывал багровые блики на туман вокруг.

Справа – Тёмный маг. Серебряный строгий костюм отливал холодным светом, контрастируя с чёрным плащом, который развевался за спиной, будто крылья хищной птицы, готовой броситься на добычу. Серебристые глаза сверкали, отражая не то насмешку, не то азарт, а может, и то и другое сразу. В руке – меч, лезвие которого мерцало, словно покрытое инеем, будто само дыхание этого мира окутало металл.

Бой начался внезапно – без предупреждений и пафосных речей. Просто в один миг пространство дрогнуло, и Лили рванулась вперёд первой. Размах – и огненный меч рассёк воздух, оставив за собой след из сверкающих золотистых искр, которые повисли в воздухе, будто крошечные звёзды. Она атаковала стремительно, с чёткими, отточенными движениями: выпад, отскок, снова атака – каждый удар был рассчитан, каждый шаг продуман до мелочей. Истинный Страж. Бесстрашная, решительная, сильная. Взмах меча – и в сторону противника устремились огненные языки пламени, словно преданные псы, рвущиеся с цепи, оставляя за собой дымный след.

Тёмный маг реагировал играючи, словно это была не смертоносная схватка, а тренировочный бой на ринге академии. Легко уклонялся, чуть отклоняясь в сторону, будто танец исполнял, а не сражался. Движения были плавными, почти ленивыми, но при этом безупречно точными. Когда пламя приблизилось, он лишь слегка взмахнул мечом – и огонь, встретившись с холодным лезвием, взорвался снопом искр, шипя и угасая, будто его и не было.

Каждую атаку отражал не спеша, с холодной уверенностью. Меч в руке мелькал, отзеркаливая тусклый ледяной свет от пепельно-серого светила, заменяющего солнце в этом мире. Любое движение сопровождалось всплесками тёмной энергии – она струилась вдоль клинка, собиралась в сгустки вокруг пальцев, пульсировала, будто живая. Один взмах – и в сторону Лили устремился поток ледяного ветра, несущий с собой множество острых чёрных кинжалов, сверкающих в полумраке.

Лили была готова к этому. Перед ней возник сверкающий щит, мгновенно поглотивший атаку. Янтарные глаза сузились ещё сильнее, губы сжались в тонкую линию, а брови сошлись на переносице в гневной гримасе. Сделала рывок вбок, одновременно метнув в противника диск Света – тот полетел по дуге, сияя ярким светом, пытаясь застать врага врасплох.

На губах Тёмного мага мелькнула усмешка. Он крутанулся на месте, уходя от атаки смертоносного оружия, и тут же ответил: меч описал дугу, и вслед за ним потянулись ленты тьмы, стремящиеся схватить Лили. Сковать движения.

Взмах мечом и огненный вихрь сорвался с клинка рыжей ведьмы, разрывая тёмные щупальца на части с громким треском, похожим на раскат грома. Одновременно с этим пространство вспорола сила её голоса – того самого, что своим уровнем децибелов способен был разрушить каменные глыбы. Она била направленно, виртуозно управляя своей фантастической, уникальной силой, выплёскивая в этот крик всю свою ярость и отчаяние, но Тёмный лишь поморщился, будто от назойливого жужжания, награждая её раскатистым смехом. Это было невероятно, но эта магия на него не подействовала! Да она даже на глухого подействует, ведь создаваемые голосом вибрации бьют острее клинков!

Бой достиг кульминации в одно мгновение. Испытав поражение в сражении магией, Лили сделала мощный выпад, целясь в плечо противника. Огненный клинок сверкнул, неся с собой жар и угрозу. Но Тёмный маг виртуозно ушёл с линии атаки – он отклонился назад, почти параллельно земле, и в тот же миг, используя инерцию движения, обхватил Лили обеими руками.

На секунду они застыли так – вплотную друг к другу, лицом к лицу. Пламя от меча Лили лизнуло край его плаща, но так, словно знакомилось, а не желало уничтожить; оно на мгновение вспыхнуло ярче, будто узнало что-то знакомое, а потом снова притихло.

Я видел только непонимающие, ошеломлённые глаза Лили. Эти чувства мелькнули в её взгляде лишь на мгновение, а затем оба противника резко отпрянули друг от друга, отскакивая на несколько шагов.

Всё ещё сжимая меч, командир стражей смотрела на противника, а на лице ошеломление сменилось гневом – таким яростным, что казалось, он вот-вот вырвется наружу огненным штормом. Противники замерли напротив друг друга и молчали. Бой как будто зашёл в тупик, и они не знали, что делать дальше. Ни один из них не спешил продолжать.

Тёмный маг, чуть склонив голову, изучал её в ответ.

Воздух между ними трещал от остаточной магии – огненной и холодной, тёмной и светлой. Чёрный туман вокруг клубился, будто затаил дыхание, ожидая, что будет дальше. Кажется, даже наши драконы – все как один замерли в непонимании; они явно чувствовали больше нас, улавливали то, что оставалось за гранью человеческого восприятия. Я знал это, ощущая неверие в эмоциях Мориона – оно прокатывалось по нашей связи, холодное и острое. Неверие во что? Что бой закончится вничью? Так просто?

Короткий, едва уловимый жест принца и нас всех вышвырнуло сквозь раскрывшийся портал, как кукол, которых швырнули в тёмную бездну. Услышал отборную ругань стражей и душераздирающий крик Циркона. Морион выровнялся в полёте, мощно взмахнув крыльями, и я смог оглядеться, уже предполагая, что случилось, хотя отчаянно не хотел в это верить.