Блуждающие Огоньки. Часть 1. Королевские тайны

Больше ничего подобного со мной не случалось, но, вполне возможно, это именно то самое пространство, которое мне и нужно сейчас увидеть. Прекрасно! Если у меня один раз вышло оказаться там, получится снова! Что я тогда делала? Учитель был далеко, и я пыталась до него дотянуться

Для упрощения задачи я отошла от оборотницы, устроившейся на диване, чтобы исключить попытки ломиться в сознание моей помощницы напрямую. Тогда, в первый раз, всё вышло как-то само, я даже не успела понять, что случилось.

Присутствие начальника также не добавляло душевного спокойствия, поэтому я закрыла глаза и сосредоточилась лишь на одной мысли: «Она там, и я хочу знать, о чём она сейчас думает».

Само собой получалось, что я начинала к ней тянуться, тянуться чем-то внутри меня через половину комнаты. Я чувствовала, что действую правильно, только что-то мне мешало. Мне потребовалось время, чтобы понять и сравнить свой прежний опыт с нынешней ситуацией. Тогда я хотела увидеть мысли учителя, и мне было не важно было как я этого достигну, а сейчас я пытаюсь заставить себя выполнить задание человека, который меня тревожил.

Не сразу, но мне удалось переключить внимание с одной мысли на другую, и тогда Тогда у меня получилось. Пропало ощущение тела, я стала настолько большой и невесомой, что легко могла заполнить собой всё пространство. Это можно сравнить с водой, которая какое-то время удерживалась рамками чаши, а потом не стало ограничителя, и вода свободно растеклась во все стороны. Я, а точнее моя сила, была такой водой, которая стремилась заполнить всё вокруг. Я снова увидела клубящийся туман и серое пространство вокруг. Впереди возник сияющий яркий шар, когда моя сила докатилась до Дореи.

Я, как заворожённая, стала приближаться к нему, медленно, осторожно, словно страшась спугнуть прекрасную бабочку. Я замерла рядом с сияющим ореолом и вгляделась в сам шар. Шаг (ну или что тут, в этом пространстве), и я уже не видела сам шар, я словно вошла в какую-то комнату без явных признаков стен и пола с потолком. Пространство казалось пустым Нет, в нём определённо что-то было: какое-то непонятное колыхание или мерцание в кристаллической белизне этого непонятного места.

«Я что-то не то делаю? Я не смогла преодолеть защиту оборотницы?» — я растерянно заозиралась.

Внезапно белизна передо мной заколыхалось, пошла складками, а в следующий миг я уже видела Дорею, примеряющую белоснежное платье напротив зеркала.

Я часто-часто заморгала, возвращаясь в реальность. Краем глаза отметила, что лорд Уоторин незаметно ушёл, пока я осваивала новые грани своего дара. Дорея уже успела удобно облокотиться на подлокотник, подложив под спину подушку, и, казалось, не замечала, что я смотрю на неё.

— Кхм, — прокашлялась я, возвращаясь к дивану, и женщина резко выпрямилась, поправляя взъерошенные волосы, и растерянно посмотрела на меня. — А ты случаем... — я неловко замялась, — не о свадьбе сейчас думала?

Дорея замерла, а на её бледных щеках проступил неестественно яркий румянец.

Глава 16

Взгляд смущённой женщины забегал по помещению.

— Да... я... Ну... — Дорея запнулась, резко встала и прошлась туда-сюда вдоль дивана. — Понимаешь, хоть и говорят, что... — тут она снова запнулась и резко застыла рядом со мной. — Так у тебя получилось?

Я ошеломлённо смотрела на это статную и уверенную женщину и пыталась понять, почему ей вдруг захотелось оправдаться передо мной за своё вполне естественное женское желание выйти замуж за любимого мужчину? Или служащие департамента безопасности не должны делиться на мужчин и женщин?

— Я видела, как ты примеряешь белоснежное платье, — решила пояснить я, пока оборотница пыталась совладеть с накатившим на неё волнением.

Дорея покраснела так сильно, что, казалось, от её щёк можно было обжечься.

— Это хорошо. Но времени у тебя ушло очень много, тебе придётся тренироваться, пока это не станет у тебя получаться так же просто, как и видеть мысли в обычном состоянии. Ты молодец.

Говорила оборотница нарочито бодро, чтобы перебороть своё смущение, и вид у неё был такой, словно я застала её за чем-то ну очень постыдным.

— Может, я лезу не в своё дело, но... Почему ты боишься признаться, что хочешь замуж? Ведь это нормально, — осторожно спросила я.

Кажется, женщине стало совсем жарко, потому что она принялась расстёгивать свой камзол.

— Ну, сама посуди, какая может быть семья у двух агентов секретной службы? Если я скажу Джордану, что хочу замуж, это будет означать, что я хочу дом, детей, стабильности... И как минимум, мне придётся уйти со службы. Допустим, вопрос с домом мы решим, но как я смогу сидеть дома и нянчить детей, когда буду знать, что где-то там его могут убить, а я об этом даже не узнаю. Во всяком случаи сразу, — Дорея всхлипнула, достала платок из кармана и спешно оттёрла слёзы, бросив косой взгляд на дверь. — И Джордан, уходя на службу, будет знать что я остаюсь одна и буду переживать и волноваться, думая, увижу я его ещё раз живым или нет, — тут она уже совсем не сдержалась и заплакала в голос, пряча лицо в ладонях.

В первое мгновение я растерялась, прежде ещё никто не приходил жаловаться ко мне на свою непростую жизнь, но я быстро сориентировалась и обняла её, одновременно приводя себя в то состояние, когда могу внушить человеку спокойствие. Я стала медленно дышать, успокаивая сердцебиение, а когда в груди возникло привычное ощущение абсолютного непоколебимого спокойствия, разлила его вокруг себя, даря это ощущение плачущей рядом со мной женщине. Я знала, что получиться, потому что проделывала это и с большим количеством людей. Одним своим желанием я могла успокоить всех людей в аудитории.

Дорея стала успокаиваться, вытирая нос платком и утирая слёзы тыльной стороной ладони. Потихоньку её тело перестало сотрясаться от всхлипов, и какое-то время мы в полной тишине сидели, глядя на догорающие поленья в камине.

— Прости, что тебе пришлось это видеть и... спасибо, — неуверенно улыбнулась она. — Мне давно нужно было с кем-то поговорить, но у самой смелости бы не хватило. Мне даже с Пен неловко говорить, хотя она моя подруга, да ещё и эмпат, и я точно знаю, не станет меня осуждать.

— Да я ведь ничего такого и не сделала, — теперь была моя очередь в смущении заламывать руки. — Это тебе спасибо, что не обиделась на то, что я твои сокровенные мечты подглядела.

— Да что уж тут, сама виновата, сама согласилась помочь с тренировками, — она ещё раз шмыгнула носом и встала. — Наверно на сегодня хватит. Нужно привести себя в порядок, пока Джордан не увидел меня в таком виде. Объясняй ему потом, что это мы с тобой по душам общались, а не какой-то хам меня обидел.

Я тоже встала, и мы вместе покинули кабинет. За порогом пожелали друг другу спокойных снов и разошлись в разные стороны.

Неспешно шагая к своей комнате, я с облегчением подумала, что мне очень повезло, что Дорея так спокойно отнеслась к тому, что я узнала её маленькую тайну. А какая-нибудь другая вполне могла обидеться и почувствовать себя уязвимой, и превратилась бы в моего злейшего врага. Так что надо быть очень осторожной. Людям не нравится, что кто-то ненароком может выведать их тайну. Тайны делают людей уязвимыми, слабости — доступными к чужому влиянию.

Думая об этом, я невольно перескочила навоспоминания о Миларде. Я знала его слабости и уязвимые места, и если бы пожелала, то могла бы ловко их использовать. Но мне это было не нужно. Как и не нужны были тайны других людей, чьи мысли я ненароком видела. Пользоваться чьими-то слабостями я считала ниже своего достоинства. Я знаю, как это больно. И как бы я плохо не относилась к человеку, бить по самому больному никогда не стану. С телесной болью можно справится, её можно притупить какими-то снадобьями, рано или поздно тело само справиться и исцелится, а душевная боль и через десятки лет может быть такой же острой. Об этом я могла судить по своей матери, которая за прошедшие годы так и не забыла о причинах, из-за которых пришлось покинуть свою родину и уехать в чуждое королевство. И ведь бабушку она до сих пор не простила. Она не знала, жива ли та или нет, но продолжала обижаться и злиться на неё. Я этого не понимала, но пять лет назад бросила попытки разговорить маму. Если когда-нибудь она захочет, сама всё расскажет.

На следующий день в сопровождении Роланда я отправилась к мадам Лириен. Для сотрудников департамента в её доме был настроен портал, поэтому сразу из подземелья мы переместились в роскошные апартаменты. Мы оказались посреди множества зеркал, манекенов с одеждой, ширм для переодевания и удобных диванов для ожидающих. Огромные окна заливали пространство ярким солнечным светом, вызывая в моей душе искренний восторг. Как же я скучала по солнцу Я счастливо улыбнулась, всем своим существом потянувшись к прекрасному светилу. И всё это сопровождалось тонким изысканным ароматом роскоши и дорогих духов.

Наше появление обнаружили сразу, мы успели только присесть на диван, обитый голубым шёлком, как вошла хозяйка этого места. Про хранительницу царства красоты и изыска я узнала лишь то, что она вдова и приходится лорду Уоторину дальней родственницей. Она была лишена магического дара, но в полной мере одарена утончённым вкусом и умением создавать невероятные образы. К нам подошла высокая стройная женщина в элегантном сером платье лет пятидесяти, волосы убраны в аккуратную причёску на затылке, во взгляде сдержанное любопытство.

Мы вежливо поздоровались, и без лишних слов мадам Лириан с задумчивым видом обошла меня, произвела лентой какие-то замеры и записала в блокнот.

— Госпожа Аддер, с вашими физическими данными и вашими способностями — быть шпионкой у вас на роду написано. С удовольствием с вами поработаю. Мальчик мой, оставь нас пока, через три часа заберёшь.

Обозначенное время пролетело быстро. К нам присоединились помощницы модистки, вчетвером мы быстро подобрали мне платье восхитительного голубого цвета; оно напоминало мне то, что я оставила дома. Далее женщины обсуждали мой образ, изредка спрашивая моё мнение.

Я молча наблюдала за их работой и не могла не испытывать чувства восхищения. Со мной обращались вежливо, при необходимости объясняли свои решения. Так было решено на предстоящий бал превратить меня в изящную брюнетку, поскольку на прошедшем балу лорд Уоторин уже приходил с блондинкой, а он, как правило, не повторялся. Был соблазн расспросить о личности моего начальника, но раз эта женщина работает на департамент безопасности, едва ли она станет откровенничать с новенькой сотрудницей. И мой интерес она, скорей всего, поймёт превратно. Пришлось ограничиться обсуждением аксессуаров к платью и моими пожеланиями по причёске. Через пару дней мне всё подготовят, надо будет прийти на примерку.

— Не все ситуации требуют такой тщательной подготовки, но вы посетите королевский бал, и я хочу быть уверена, что вы будете великолепны. Из соображений безопасности чары иллюзий развеиваются при прохождении врат, поэтому на королевский бал готовятся по-старинке, без магии. Нужно многое учесть.

Я была не против. Это был мой первый выход в свет, хотелось, чтобы он был особенным и запоминающимся.

Глава 17

Мне не запрещалось общаться с семьёй, поэтому вечером я написала письмо родителям с вопросами о Миларде и с заверениями, что у меня всё хорошо: в конце лета перед началом занятий, я побуду дома. Запечатывать письмо не стала, понимала, что его сначала прочтут, поэтому лишь попросила у лорда Уоторина, чтобы письмо передали побыстрее. Сначала мне показалось неловко просить его об этом, но неожиданно поняла, что не знаю, кто мог ещё с этим помочь.

Меня с моей просьбой не выгнали из кабинета и даже пообещали завтра передать письмо и дождаться ответа. Мне это показалось странным, но расспрашивать не рискнула. Моё положение в этом месте было совершенно непонятно, чётких границ нашего взаимодействия мне тоже не обозначили.

Я сомневалась, что такая организация как департамент безопасности нашего королевства не имела чёткой внутренней субординации, но в моём контракте упоминалось лишь следование инструкциям старших по званию, и то лишь в ситуациях, где это было возможным. В экстренной ситуации я могла действовать на своё усмотрение, целесообразность тех или иных действий будет рассматриваться уже позднее. Очень хотелось верить, что эти самые экстренные ситуации обойдут меня стороной Совершенно не могла представить себя в ситуации, где нужно будет принимать быстрые, решительные меры. Я привыкла всё продумывать заранее и не создавать конфликтных ситуаций. Мне так было проще.

К вечеру следующего дня я получила ответ от родителей.

«Нияра, солнышко моё, — писала мама своим красивым аккуратным почерком, я сколько ни пробовала, таких красивых завитушек, да ещё и чернилами, написать не смогла, — спасибо, что пишешь нам, мы очень за тебя волновались. У нас всё хорошо, с нас взяли клятву неразглашения, Арвелу отправили письмо, что помолвка отменяется, и возвращаться из поездки ему сейчас необходимости нет. Нам очень трудно принять данную ситуацию, но я молюсь Великой Матери, чтобы всё сложилось для тебя самым прекрасным образом.

Что касается виконта эр Жанея Он приходил в наш дом три дня назад, — я ощущала тревогу мамы и неосознанно прикусила губу, продолжая чтение, — Он требовал встречи с тобой, мы повторили ту версию, которую ты нам озвучила, пытались объяснить, что не можем устроить вам встречу. Он разозлился и стал угрожать, что если ваша помолвка не состоится, он сделает всё, чтобы выжить нас из графства и полностью разорить».

Я отвлеклась от чтения, чувствуя, как внутренности подрагивают от страха за близких, как трясущиеся пальцы сильно сжали края письма, оставив уродливые вмятины. Я никогда не любила конфликты. Я привыкла быть той, кто их гасит, а не создаёт. Вежливая, спокойная, дарящая умиротворение окружающим, за два года знакомства с Милардом, у нас не было ни одной ссоры. Все его мысли для меня были открыты, и я всегда знала, как себя вести с ним.

Но сейчас сейчас я понимала, что ровным счётом ничего о нём не знаю. Меня не интересовало, как он вёл себя с теми, кто ему не нравился, мне хватало того, что он думает обо мне. Теперь же понимала, что эта неизвестность станет меня преследовать и лишит покоя. Будучи сыном хозяина земли, где мы проживали, он мог провернуть что угодно, если решит, что мои родители причастны к моему внезапному отъезду.

Может, всё-таки увидится с ним и поговорить Но как? Или может я зря паникую?

«Милая, я не знаю, как ты относишься к произошедшему, как сильно тебя ранила разлука с ним Но, может, и лучше, что так всё получилось? Я тебя очень хорошо знаю. Ты не сможешь жить в клетке чужих требований и ожиданий, если сама не примешь такой образ жизни. Теперь у тебя есть время подумать, как жить дальше. Уверена, обучение в МАГе пойдёт тебе на пользу, и без внимания ты не останешься. За нас не беспокойся. Один раз мы уже уезжали, оставив прежнюю жизнь, второй раз это будет сделать ещё проще. Любим тебя, твои мама, папа и братишка.»

На глазах против воли выступили слёзы. Как же я их всех люблю! И как не хочу, чтобы из-за меня у них были проблемы Что же делать?.. Я и перед Милардом чувствовала свою вину, я понимала, что своим (отчасти моим) поступком ранила его, и не знала, как лучше поступить

Ноги сами привели меня к кабинету лорда Уоторина. Я не была уверена, что застану его здесь, но всё равно постучала — потому что больше идти было не к кому. Мне разрешили войти, и я, испытывая смешанные чувства облегчения и беспокойства от собственного решения, открыла дверь.

Мой начальник сидел и просматривал бумаги, на меня бросил лишь мимолётный взгляд, что-то быстро написал, поставил штамп, и лишь когда Джед забрал письмо, обратил на меня внимание.

— Если ты ещё с одним письмом, то в ближайшие дни не получится его отправить. В столицу начинают съезжаться гости, все будут заняты.

— Благодарю, что передали ответ от родителей, я понимаю, что это было не рядовое явление, не знаю, чем обязана такому отношению, но я очень благодарна за понимание. Но я не по этому поводу зашла. Понимаете я боюсь, что Лучше сами прочтите.

Лорд Уоторин взял письмо. Его взгляд, до этого безучастный, стал острым, как бритва. Он быстро пробежал текст глазами, цокнул языком и откинулся на спинку стула, словно оценивалновый любопытный факт. Я с замиранием ждала, что он скажет.

— Проще было бы дать понять, что ты сейчас под нашим покровительством, но по ряду причин твоё присутствие должно быть в строжайшей тайне. Никто за пределами департамента не должен знать о твоём участии ни прямо, ни косвенно. Хорошо, будем иметь в виду и постараемся вмешаться, если ситуация того потребует.

Я всё это время практически не дышала, и когда слова прозвучали, сердце забилось с утроенной скоростью.

— Спасибо, — только и смогла вымолвить, от накативших чувств благодарности и облегчения горло перехватило и на большее меня не хватило.

Начальник лишь кивнул и вернулся к своим делам.

Так просто ситуацию я отпустить не могла. Я лежала и представляла, как бы я себя чувствовала на месте несостоявшегося жениха И мне было гадко.

Я испытывала острую жалость к себе, к Миларду, к своей жизни Удушающие слёзы подкатывали к горлу, но я не позволила себе скатиться в это состояние. Я справлюсь. Я не буду плакать. С любой ситуацией можно справиться, если не позволять эмоциям брать верх.

Глава 18

Время до бала пролетело стремительно. Всё меньше людей я наблюдала во время трапезы, всё чаще оказывалась одна в мрачных коридорах.

На тренировках у Джордана несколько раз порывалась спросить, чем конкретно занимается наша секретная служба, ведь непосредственной безопасностью гостей занималась другая служба, где, собственно, и главенствовал мой начальник. Может, шпионят за особенными гостями? Мне, например, придётся следить за самим наследником нашего прекрасного королевства.

До сих пор испытываю смешанные чувства по этому поводу. Я совершенно не ощущала себя той, кто должна будет незаметно присматривать за принцем и прямо или косвенно обеспечивать его безопасность. Я? Шпионка? Фраза звучала так же нелепо, как если бы я назвала себя повелительницей духов. Каждый раз, когда я произносила это перед зеркалом, нос морщился сам собой. Иногда накатывали приступы необоснованной паники, но я их старательно гасила.

После второго посещения мадам Лириен я больше не покидала пределов департаментских подземелий. Знакомство со столицей пришлось перенести на более спокойный период. У меня, правда, были сомнения по поводу того, что у службы безопасности в принципе были «спокойные периоды».

Полигон Джордан обещал показать не раньше, чем закончится кутерьма с приёмом, к тому же из-за нехватки людей и чрезмерной занятости нашего главного специалиста по безопасности, осмотр периметра полигона на наличие прорех в защитном куполе проходит медленно, и в данный момент это место считалось потенциально опасным. Не то чтобы я прямо рвалась проверить свою физическую форму, но сидеть целыми днями под тяжестью камня и земли над головой было трудно. Не знаю, сколько нужно проработать в департаменте, чтобы привыкнуть к этому, но для меня времени, по всей видимости, прошло ещё слишком мало.

На занятиях по заклинательству призывать существ мы ещё не пробовали, изучали значение символов, которые использовались в составлении магических кругов, и разбирали наиболее часто встречающиеся ошибки. Как мне объяснил мастер Захариус, по стандартной программе в первые два года обучения студенты не должны никого призывать из соображений техники безопасности, но, зная, какой жаждой знания и действия горят молодые заклинатели, преподаватели под свою ответственность и под своим присмотром проводят несколько ритуалов призыва, но только с лучшими учениками, остальные могут только присутствовать.

Это, во-первых, поощряет учебное рвение; во-вторых, на живом примере наблюдаются последствия поспешного вызова и разбираются ошибки; а в-третьих — надолго охлаждает пыл юных дарований от тайных самостоятельных экспериментов. Как правило, две-три демонстрации дают ясно понять ученикам, что в таком сложном и тонком деле, как призыв существ из иных миров, поспешность излишня. Поэтому ближе к концу наших занятий и перед началом нового учебного года я в обязательном порядке от и до проведу один полноценный ритуал.

Занятия по преодолению ментальной защиты незаметно легли на плечи оборотницы. Лорд Уоторин присутствовал на двух моих тренировках с Дореей, один раз ему не повезло: выступил в качестве подопытного («Лорд Уоторин, и не стыдно вам?» — возмущённо воскликнула я, когда без особого труда смогла увидеть его мысли, которые были А она явно не из служанок, вон какие бриллианты в ушах), а в дальнейшем просто покидал кабинет при нашем появлении или его и вовсе не наблюдалось в департаменте.

Валассий и Роланд, когда я сталкивалась с кем-то в столовой, делились последними новостями, о том, кто уже прибыл из высокопоставленных гостей, где разместились, сколько пришлось выделить охраны. Я старательно запоминала — вдруг пригодится.

В день бала к мадам Лириен меня отправили в обществе Пенелопы. Та по секрету призналась, что сама охотно бы поприсутствовала на балу, но её оставили на вызове. А я вдруг поняла, что совершенно не в курсе, у кого из моих сослуживцев есть титулы. В личном общении все вели себя очень просто, что я порой и забывала, где нахожусь и среди каких людей.

Я раньше иначе представляла себе нашу службу безопасности: холодные, безэмоциональные, все подчинены строгой иерархии, всё регламентировано. Нет, разведдеятельность накладывала неизгладимый след на всех своих людей, поэтому такие болтуны, как Валассий здесь, были редкостью. Но в эмоциональном плане мне, что удивительно, было очень комфортно. Только отсутствие солнца огорчало.

Бал был назначен на шесть часов, торжественная часть — на восемь, но нам нужно было прибыть в числе первых гостей, поэтому без четверти шесть лорд Уоторин сам явился за мной в женское царство красоты, где с самого полудня мной занимались самым тщательным образом, словно я буду представлена не больше ни меньше самой королевской чете, а не буду просто в числе гостей. Ну да, с поправкой: я буду спутницей его сиятельства графа Эдара Уоторина. Это почётно, и без внимания я не останусь.

— Но ведь он их постоянно меняет. Зачем меня запоминать?

— Милая, абы с кем его сиятельство не ходит на бал, — снисходительно улыбнулась женщина, поправляя мои тёмные кудри. — Считай, это своего рода представление достойной молодой леди обществу.

— Но позже станет ясно, что меня не существует.

— Ну отчего же, юная леди Даниэлла Ол'Рин вполне существует, младшая дочь лорда Стивена Ол'Рин барона Дамингшера. У них хорошие урожайные земли, муку для королевской кухни привозят оттуда.

Всё это я и так знала, всё-таки свою вымышленную биографию успела запомнить. В один из вечеров Пенелопа проверяла мои знания поведения на подобных мероприятиях, и у нас состоялась задушевная женская беседа, к которой присоединилась и Дорея. И как-то само вышло, что стали обсуждать Нашего общего начальника. Как я уже знала на тот момент, на каждый бал, который считал нужным посетить официально, он приглашал очередную девицу, свежестью и красотой которая спорила со спутницами его сына.

— Женить обоих надо, чтобы глупостями не занимались, — буркнула обортница. — А то где это видано, чтобы отец перед сыном своей пассией хвастался? Понимаю, он вдовец, но встречаться с девицами моложе своего сына — гадость.

— Да ладно тебе, — отмахнулась Пенелопа. — Он же их не соблазняет. Официально выводит в свет, а в благодарность получает лояльность очередной семьи. В общем, Нияра, — душевница повернулась ко мне, — будь готова, что после твоего отказа Валу, он всеми силами попытается «увести» тебя у своего отца. Есть у них такая забава, называется «Уведи мою девушку». Так что будь осторожна и не попадайся на провокации со стороны обоих. В отличие от прежних глупышек, у тебя есть серьёзное преимущество — они не смогут использовать твои мысли в своих целях.

— Но не сомневайся, это распалит их только сильнее, — вставила Дорея, своим строгим взглядом выражая, всё, что думает по поводу глупых мужских игр.

«Ну что же, пусть пробуют, — подумала я тогда, — если им заняться больше не чем, а мне наверно даже будет интересно за этим понаблюдать.»

В любом случае тягать себя как тряпичную куклу я им не позволю. Но в настоящий момент это никак себя не проявилось, и я списала это на личное везение. Ну или всё-таки хотя бы внутреннего регламента они оба придерживались: близкие отношения здесь не поощрялись, как минимум это влекло перевод одного из пары в другой отдел. Но те же Джордан и Дорея были парой и не скрывали этого Чего-то я однозначно не понимала про секретную службу