По ту сторону долга

– А Габриэль?

– Он уже знал. Вывел отряд из казарм и прорывался к ней. Я видела его – высокий, в белом плаще, весь в чужой крови. Он был ближе, чем я. – Голос Мораны дрогнул, но она взяла себя в руки. – Я не могла спуститься – лестницу перерезали враги. Поэтому я сделала то, что умею лучше всего. Магия Крови. Из своей руки, из воздуха, из тех, кто уже умирал внизу. Я соткала купол – тонкий, почти прозрачный – и накрыла им Лиру. Чтобы стрелы не достали. Чтобы её прикрыли, пока я пробьюсь.

Алисия сжала кулаки.

– И что?

– Град стрел. Несколько десятков лучников на стене. Они увидели купол и поняли, что под ним кто-то важный. Сосредоточили огонь. Мой купол выдержал три залпа. Четвёртый пробил – я не успела подпитать его кровью, силы кончились. – Морана открыла глаза, и в них стояли не слёзы, а сухой, выжженный гнев. – Габриэль был в двадцати шагах от неё. Он бежал, не пригибаясь, закрывая её собой. Две стрелы попали ему в плечо, третья в ногу. Он упал на колени, потом встал. Ещё шаг. Но пятая стрела… Лира упала. Он подхватил её уже мёртвую, прижал к себе и развернулся к врагам. Один против дюжины.

– Он погиб?

– Он успел убить еще семерых, пока не рухнул от потери крови. Я спустилась через минуту, когда лестницу отбили. Слишком поздно. Он лежал на ней, прижимая её к груди. Оба уже холодные. – Морана провела рукой по картине, коснулась лица мужчины. – Я не плакала. Некогда было. Я взяла его меч и пошла убивать.

– И ты убила всех? – спросила Алисия.

– Всех, кто был во дворе. Тех, кто на стенах, тоже. Потом появился главный маг вражеской армии. Тот, кто организовал прорыв. – Морана усмехнулась одними уголками губ. – Мы сошлись в центре зала, где король давал балы. Он был силён. Очень. Я отдала всю свою кровь, все резервы, что у меня были. Мы убили друг друга. Он упал первым, я – на коленях, у его тела. И умерла, глядя на пустой трон.

– И тогда твою душу подхватил астрал.

– Да. И она плыла там, пока Виор не сделал свою ошибку. – Морана повернулась к Алисии. – Теперь ты знаешь. Я не хочу власти ради власти. Я хочу контроля. Чтобы никто и никогда не посмел повторить этот день.

– И ты хочешь, чтобы я стала твоей пешкой?

– Нет, – сказала Морана. – Пешки ломаются. Мне нужна союзница. Равная.

– Почему ты мне веришь?

– Потому что ты не сломалась. Твои братья, твой отец – они сделали всё, чтобы превратить тебя в тряпку. А ты стоишь здесь и споришь со мной. – Морана сделала шаг вперёд. – Такие, как мы, не ломаются. Мы становимся сильнее.

Алисия молчала. Внутри поднималось что-то горячее, давно забытое – не страх, не гнев, а странное, липкое чувство. Похожее на надежду.

– Допустим, – сказала она. – Что ты предлагаешь?

– Союз, – ответила Морана, протягивая руку. – Ты помогаешь мне вернуть силу. Я помогаю тебе избавиться от тех, кто хочет твоей смерти. Я не буду лезть в твои решения, если они не угрожают нам обеим.

– А если я решу, что трон мне не нужен?

Морана усмехнулась, и в этот раз в усмешке промелькнуло что-то человеческое – не насмешка, а понимание.

– Тогда найдём другое применение власти. Главное – чтобы она была у нас.

– У нас, – повторила Алисия, пробуя слово на вкус.

Она посмотрела на руку Мораны – тёплую, живую, с длинными пальцами. Потом на свои – бледные, чуть дрожащие.

– Если ты меня предашь, – сказала она, поднимая взгляд, – я найду способ запечатать тебя в астрале навсегда. Даже если для этого придётся убить нас обеих.

– Идёт, – ответила Морана без тени сомнения.

Алисия пожала её руку. Ладонь была горячей, почти обжигающей.

Сон начал таять. Комната, картина, камин – всё поплыло, как дым.

– Спи, – услышала Алисия голос, уже издалека. – Завтра начнём.

Она провалилась в темноту, чувствуя, как внутри разгорается что-то новое. Алисия открыла глаза. За окном только начинало светать, эфирные кристаллы в коридоре гасли, уступая место солнцу. Под подушкой что-то шевельнулось – маленький паучок вылез из складки простыни и замер, глядя на неё.

Она не испугалась. Просто протянула руку, и он переполз на палец. Тёплый, почти горячий.

– Слушай, – прошептала Алисия. – Мне нужно знать всё, что говорят в покоях братьев. Иди.

Паучок сорвался с пальца и побежал по стене, к двери.

Алисия села на кровати, прижала колени к груди.

Союз с чудовищем, – подумала она. – Но чудовище – единственное, кто меня не предаст.

Она встала и пошла умываться. Впереди был долгий день.

Подготовка

Утро после того сна Алисия встретила с холодной головой. Она умылась, оделась, надела под платье лёгкую кольчугу – старую, ещё с тех пор, когда училась фехтованию. Кольчуга была узковата, но лучше, чем ничего.

На подоконнике сидел паучок. Тот самый, что она отправила в покои брата. Он шевелил лапками, будто ждал.

– Ну? – спросила Алисия шёпотом.

Паучок перебежал на её руку, и она вдруг почувствовала – не услышала, а именно почувствовала – обрывок разговора. Голос Аластора, холодный, приглушённый:

«…пусть готовят. Если выживет – всё равно свадьба сорвётся. А если нет – тем лучше. Отец обвинит Августа».

Алисия стиснула зубы.

– Когда нападение?

Паучок замер, потом сплёл из паутины символ – три чёрточки, похожие на римскую тройку. Через три дня. Она знала, что послезавтра отец отправит её в город, на богослужение в старый собор. Ритуальный выезд, который нельзя отменить. Идеальное место для засады.

– Спасибо, – сказала она, и паучок спрыгнул, исчез в щели между камнями.

Алисия подошла к столу, достала лист бумаги. Писала быстро, копируя почерк Аластора – за годы наблюдения она выучила его наклон и манеру ставить крючки на буквах.

«Барон, действуйте по плану. Ранение, не смертельное. Свадьба должна быть сорвана, но труп мне не нужен. После нападения уходите через южные ворота. Мои люди прикроют».

Она свернула письмо, запечатала сургучом, прижав перстнем, который выпросила у ювелира, сославшись на «подарок брату». Теперь нужен был способ доставить письмо барону фон Райнеру, лидеру заговорщиков.

– Морана, – прошептала она. – Твои паучки умеют носить бумагу?

Внутри разлилось тепло. Не голос, а ощущение: «Умеют. Но не одного – трёх. Один понесёт, двое прикроют».

– Сделай.

На стол выбежали три паучка. Самый крупный встал под письмо, приподнял его на спинке. Двое других замерли рядом, готовые отвлекать внимание.

– К барону фон Райнеру, в его столичный особняк. Положите на стол в кабинете, на видное место.

Паучки скрылись за дверью, а Алисия выдохнула. Теперь вторая часть плана – предупредить отца.

Она не могла сделать это напрямую. Император заподозрил бы, что она замешана. Поэтому Алисия написала ещё одно письмо, без подписи, от имени «доброжелателя».

«Ваше величество, на жизнь принцессы готовится покушение. Заговорщики – барон фон Райнер и его сторонники. Они хотят сорвать брак с герцогом Августом. Нападение случится во время выезда в собор через три дня. Усильте охрану, но не отменяйте поездку – иначе заговорщики уйдут в тень».

Она отдала письмо служанке – той, которая была глуховата и не умела читать, но умела передавать конверты.

– Отнеси дежурному офицеру. Скажи, что нашла под дверью.

Служанка кивнула, спрятала письмо за пазуху и вышла.

Алисия осталась одна. В окно бил полуденный свет. Где-то в небе кричали чайки.

– Ты уверена? – спросила она внутренний голос. – Если отец усилит охрану, нападающие могут не рискнуть.

«Рискнут, – ответило тепло. – Они уже зашли слишком далеко. У них нет пути назад. А усиленная охрана сделает их более отчаянными. Ты сможешь показать силу, не подвергая себя смертельной опасности».

– А если меня убьют?

«Не убьют. Я не позволю. И твой некромант скоро будет рядом. Он едет с обозом. Успеет».

Алисия не стала спрашивать, откуда Морана знает про обоз. Паучки, наверное, уже проникли в лагерь.

Она подошла к стене, где висел старый меч – учебный, с затупленным лезвием. Сняла, сделала несколько выпадов. Рука помнила. Тело помнило. Спасибо брату Аластору за «полезные навыки».

– Через три дня, – сказала она вслух. – Посмотрим, кто кого.

Внутри разлилось тепло, похожее на одобрение.

Параллельно: Аластор

В своих покоях Аластор пил вино и смотрел в окно. Перед ним стоял человек в сером – один из его информаторов.

– Она ничего не подозревает, – доложил тот. – Ходит тихая, бледная. Служанки говорят, что плачет по ночам.

– Хорошо, – сказал Аластор. – Пусть плачет. Послезавтра она либо умрёт, либо навсегда останется немой.

– А если выживет?

– Тогда мы сделаем вид, что спасли её. Я лично выеду навстречу с отрядом. И герцог Август будет знать, что обязан мне жизнью невесты. – Аластор усмехнулся. – В любом случае, я в выигрыше.

Он отпил вина и добавил:

– Проследи, чтобы барон не перестарался. Мне нужна раненая, но живая сестра. Мёртвая мне не поможет.

– Слушаюсь.

Человек в сером вышел.

Аластор остался один. Он смотрел на эфирные кристаллы, горящие на стене, и улыбался. Ещё немного, и он избавится от одной проблемы.

Он не знал, что его собственный почерк уже лежит на столе у барона фон Райнера.

Дорога в столицу

На четвёртый день после вылазки Виора вызвал к себе капитан Торн.

– Есть задание, – сказал он без предисловий. – Обоз с эфирными кристаллами из провинции Игнис идёт в столицу. Караван из двенадцати повозок, охрана – два десятка солдат и трое магов. Один из них – ты.

Виор не удивился. В лагере было тихо, новобранцев гоняли на тренировках, а старые бойцы копили силы перед крупной операцией. Сопровождение обозов считалось лёгкой работой, но нудной.

– Почему я? – спросил он.

– Потому что ты проявил себя, – Торн пожал плечами. – И потому что я могу тебя отпустить, не оголяя гарнизон. – Он помолчал. – И ещё. В столице сейчас неспокойно. Принцесса Алисия… у неё могут быть проблемы. Я подумал, что тебе стоит оказаться поблизости.

Виор встретил его взгляд.

– Вы знаете больше, чем говорите?

– Я знаю, что она – одна из немногих, кому я доверяю. И она просила присмотреть за тобой. А теперь, видимо, пришло время присмотреть за ней. – Торн протянул ему свёрток. – Там подорожная и предписание. Выступаете завтра на рассвете.

Виор взял свёрток, поклонился и вышел.

За полдня до выезда он успел собраться, попрощаться с Гансом и Кори.

– Смотри там, в столице, – буркнул Ганс, хлопнув его по плечу. – Эти аристократы – ещё те змеи.

– Сам знаю, – ответил Виор. – Вы тут без меня не скучайте.

– А мы и не будем, – усмехнулся Кори.

Обоз выдвинулся на рассвете. Дорога до столицы занимала три дня, если не было дождей. Виор ехал в середине колонны, рядом с повозками, нагруженными ящиками, в которых тускло мерцали голубые кристаллы. Воздух от них слабо потрескивал, и у некоторых солдат начинали болеть головы.

– Привыкнете, – сказал сержант, сопровождавший караван. – Или нет.

К вечеру второго дня они въехали в лес, где дорога сужалась. Виор насторожился – такие места любили разбойники. Но всё было тихо, только ветер шумел в кронах.

На ночлег остановились у придорожного трактира. Виор сел у костра, глядя на пламя, и думал об Алисии. Она там, во дворце. Среди змей. Справится ли?

Внутри шевельнулось холодное беспокойство. Не его вина, но его ответственность.

– Завтра к утру будем в столице, – сказал сержант, подсаживаясь к костру. – Сдадим груз – и свободны.

– А потом? – спросил Виор.

– А потом делай что хочешь. Можешь остаться в городе, можешь вернуться в лагерь. Но лучше вернись, Торн не любит, когда его маги шатаются без дела.

Виор кивнул. Он уже знал, что останется. Хотя бы на несколько дней.

Площадь перед собором

Виор въехал в столицу утром. Обоз с кристаллами остановили у южных ворот для досмотра – обычная процедура, но долгая. Сержант махнул ему:

– Можешь идти. Груз сдадим без тебя. Торн сказал, что у тебя свои дела.

Виор кивнул, забрал мешок с вещами и направился в город.

Ауралис встретил его шумом и суетой. Эфирные фонари на мачтах уже погасли, уступив место утреннему солнцу. Народ спешил по своим делам: торговцы открывали лавки, носильщики тащили тюки, стража в зелено-золотых плащах патрулировала перекрёстки. Виор шёл быстро, стараясь не привлекать внимания. Он хотел найти таверну «Старый фонарь», о которой говорила Алисия, но сначала решил просто осмотреться.

Город оказался больше, чем он представлял. Узкие улочки, высокие дома с остроконечными крышами, витражи на окнах соборов. В воздухе пахло жареным хлебом, дымом и цветами. Чужой мир, где он был никем.

Он свернул на широкую улицу, ведущую к центральной площади. Там возвышался старый собор – готическое здание из серого камня, с двумя башнями и витражом, изображающим шестерых богов-творцов. Перед собором раскинулась просторная площадь, вымощенная светлым камнем. По краям толпились нищие и торговцы, в центре собиралась небольшая толпа – видимо, ждали выезда принцессы на богослужение.

Виор остановился в тени колоннады, наблюдая. Вокруг было спокойно. Слишком спокойно.

Внутри шевельнулось холодное беспокойство. Он потянулся к астралу – слабые отголоски магии, ничего подозрительного. Но чутьё, натренированное годами жизни в лесу, говорило: здесь что-то не так.

И вдруг – крики.

Не с площади, а с боковой улицы, откуда должен был подъехать кортеж. Лязг металла, ржание лошадей, человеческие вопли.

Виор не стал ждать. Он сорвался с места, побежал к углу здания, выхватывая из-за пояса метательный нож.

Незадолго до этого

Алисия проснулась затемно. В окно стучал холодный ветер, эфирные кристаллы в коридоре горели тускло. Сегодня – выезд в собор. Ритуальное богослужение, от которого нельзя отказаться. Идеальное место для засады.

Она села на край постели, проверила под платьем кольчугу – старая, но надёжная. На поясе, под юбкой, пристёгнут стилет с узким лезвием. Морана советовала взять ещё и кинжал, но он мешал бы в карете.

– Готова? – спросил внутренний голос. Не Морана, а её ощущение – тепло под лопаткой, чуть покалывание.

– Да, – ответила Алисия шёпотом. – Паучки уже на месте?

«Трое на площади. Ещё двое на дороге. Если нападут, мы узнаем первыми».

– Хорошо. Не вмешивайся без нужды. Я должна показать, что сама могу за себя постоять.

«Знаю. Но если будет совсем плохо – я помогу».

Алисия поправила платье, глубоко вздохнула и вышла в коридор.

Кортеж выехал из дворца в девятом часу. Две кареты, десять всадников охраны. Командовал седой ветеран по имени Грегор – человек, которому Алисия доверяла настолько, насколько вообще могла доверять при дворе. Он сидел на коне рядом с дверцей, хмурый и подтянутый.

– Ваше высочество, – тихо сказал он, когда карета тронулась. – Я получил анонимное предупреждение. Возможно нападение.

– Я знаю, – ответила Алисия, не выглядывая из окна. – Будьте готовы.

Грегор кивнул, отдал короткие распоряжения. Стража сомкнулась плотнее.

Дорога до собора занимала четверть часа через центральные улицы. Алисия смотрела в окно: торговцы, нищие, солдаты. Всё как обычно. Но внутри неё росло напряжение.

«Слева, два человека в сером, – прошептала Морана. – Они следят за нами уже три квартала. Это не случайность».

– Я заметила, – сквозь зубы ответила Алисия.

Когда кортеж въехал на площадь перед собором, стало тихо. Слишком тихо. Обычно здесь толпились зеваки, но сейчас площадь казалась вымершей. Нищие исчезли, торговцы свернули лотки.

– Это засада, – сказал Грегор, хватаясь за меч.

И в этот момент из боковых переулков высыпали наёмники. Человек десять, с топорами и арбалетами, двое магов в серых балахонах.

– В круг! – закричал Грегор. – Прикрывайте принцессу!

Алисия выпрыгнула из кареты первой. В руке – стилет, под платьем – кольчуга. Лицо бледное, но глаза спокойные.

– Сзади! – крикнула она, и один из стражников успел принять удар топора на щит.

Начался хаос.

Бой на площади

Стражники дрались отчаянно, но наёмников было больше. Первый ряд охраны смяли, двоих убили сразу. Грегор рубился у дверцы кареты, прикрывая отход.

Алисия отбивалась от двух противников. Стилет скользил по лезвиям, её движения были быстрыми, точными – долгие годы тренировок не прошли даром. Первый наёмник упал с пробитым горлом, второй отшатнулся, получив удар в плечо.

Но маги в сером готовили заклинания. Воздух нагрелся.

«Уходи в сторону!» – крикнула Морана.

Алисия рванула влево, и огненный шар ударил в то место, где она только что стояла. Осколки камня поцарапали лицо, но она не остановилась.

– Держаться! – закричал Грегор, падая на колено – его ранили в ногу.

В этот момент с южной стороны площади раздался топот копыт, крики, и из-за угла вылетел... Виор.

Он пробежал сквозь толпу наёмников, вытянув руку. Из его ладони вырвался ослепительный сгусток света – дух, которого Алисия никогда раньше не видела. Вспышка ударила по глазам, и на несколько секунд все, кто смотрел в её сторону, ослепли.

– Ложись! – крикнул Виор, и Алисия пригнулась.

Он бросился в ближний бой с мечом и метательными ножами.

Световая вспышка ударила наёмников по глазам, как плетью. Кто-то заорал, закрывая лицо руками, кто-то выронил оружие. Двое магов в серых балахонах отшатнулись, их заклинания рассыпались искрами.

Виор не ждал. Он рванул вперёд, выхватывая из-за пояса метательный нож. Короткий взмах – и нож вонзился в плечо ближайшего наёмника, заставив его выронить топор. Второй нож ушёл в ногу другому – тот упал, забрызгав камни кровью.

Алисия тоже не теряла времени. Пользуясь замешательством врагов, она подскочила к раненому стражнику, подхватила его меч и встала спина к спине с Виором.

– Спасибо, что не опоздал, – бросила она сквозь зубы.

– Успел, – ответил он, отбивая удар топора.

Вокруг кипело сражение. Стражники, ободрённые появлением мага, перегруппировались и врубились в ряды наёмников. Грегор, несмотря на раненую ногу, продолжал командовать, его голос перекрывал лязг металла.

– Не дайте им окружить принцессу!

Один из магов в сером оправился от вспышки и начал плести новое заклинание. Воздух между его пальцами заискрился, запахло озоном.

– Левый, огонь! – крикнул Виор, толкая Алисию в сторону.

Молния ударила в то место, где они только что стояли, расколов брусчатку. Виор развернулся и выпустил в мага второй световой сгусток, но на этот раз не ослепительный, а точечный – тот ударил волшебнику в грудь, сбив дыхание и прервав заклинание.

– Взять его! – заорал Грегор, указывая на второго мага.

Двое стражников ринулись к серому балахону, но наёмники прикрыли его щитами.

Алисия дралась как одержимая. Меч в её руке пел, разрубая вражеские топоры и копья. Она уже убила троих, ещё двоих ранила. Кровь заливала рукава платья, но кольчуга держала удар – два лезвия скользнули по кольцам, не пробив кожу.

– Они отступают! – крикнул кто-то из стражников.

Действительно, наёмники начали пятиться, теряя строй. Трое уже лежали на камнях, двое пытались унести раненых. Маги в сером растеряли свою уверенность – один был оглушён Виором, второй лихорадочно жег факелы, не попадая в цель.

– Не дайте им уйти! – скомандовала Алисия, перехватив меч поудобнее.

Она бросилась вдогонку, но Виор схватил её за локоть.

– Стой! Пленный нужен.

Он сам рванул вперёд, настигая главаря наёмников – здорового мужика в рваной кольчуге, который пытался скрыться в переулке. Виор догнал его, ударил ногой под колено, и главарь рухнул лицом в грязь.

– Не двигайся, – Виор приставил нож к его горлу.

Наёмник замер. Остальные, увидев, что командира взяли, побросали оружие и подняли руки. Кто-то попытался сбежать, но стражники перехватили их у переулков.

Бой кончился так же внезапно, как и начался.

Главарь наёмников сидел на корточках, прижатый к стене двумя стражниками. Его лицо было разбито, из рассечённой брови сочилась кровь. Алисия подошла к нему, всё ещё сжимая в руке чужой меч.

– Кто послал? – спросила она. Голос был ровным, но внутри поднималась темнота. Тёплая, липкая, как кровь.

Наёмник молчал, сплёвывая в сторону.

– Говори, – повторила она. В груди разрасталось чужое присутствие. Морана просыпалась, почуяв кровь и страх.

– Я ничего не скажу, – прохрипел пленный. – Мне платили, чтобы ранить тебя, а не убивать. Заказчика не знаю.

– Врёшь, – сказала Алисия. И это была уже не она.

Виор, стоявший в двух шагах, замер. Голос принцессы изменился – стал ниже, с хрипотцой. Она шагнула к наёмнику, и в свете эфирных фонарей он увидел её глаза. Золотые. С вертикальным зрачком.

– Ты работаешь на Аластора, – сказала она, и это был не вопрос. – Его люди привели тебя в столицу через южные ворота три дня назад. Он обещал вам золото и защиту.

– Откуда ты… – начал наёмник и осекся.

– Я знаю всё, что происходит в этом городе. – Алисия наклонилась, заглянула ему в лицо. Её улыбка была чужой, незнакомой. – А теперь ты скажешь это при императоре. Слово в слово. Или я вырежу из тебя правду по кускам.

Наёмник побледнел. Рядом замерли стражники, не зная, что делать. Виор молчал, но его рука легла на рукоять ножа.

– Я скажу, – выдавил главарь. – Всё скажу.

Золотые глаза моргнули. Вернулись зелёные, усталые, человеческие. Алисия пошатнулась, но устояла. Меч в её руке дрогнул.

– Уведите его, – велела она стражникам, и голос стал прежним. – Под усиленную охрану. Я буду говорить с отцом сейчас же.

Стражники подхватили пленного и поволокли прочь.

Алисия повернулась к Виору. Тот смотрел на неё внимательно, но молчал.

– Ты что-то видел? – спросила она.

– Видел, – ответил он коротко. – Потом спрошу.

Она кивнула, не уточняя. Внутри всё горело – адреналин, боль от царапин, и чужое присутствие, которое медленно отступало, оставляя после себя ледяной след.

Аудиенция с императором. Игра лжецов

В малом тронном зале было душно. Эфирные кристаллы на стенах горели ровным голубым светом, но он казался холодным, почти мёртвым. Император Эдвард сидел в резном кресле, положив руки на подлокотники. Рядом, чуть позади, стояли Аластор и Альгир.

Алисия вошла первой. Платье в пятнах крови, лицо бледное, но спина прямая. Виор – следом, остановился у двери, как и положено сопровождающему магу.

– Отец, – Алисия опустилась на одно колено, но император махнул рукой.

– Встань. Говори.

Она поднялась, выдержала паузу.

– На меня напали на площади перед собором. Дюжина наёмников, двое магов. Моя охрана понесла потери, но мы отбились. – Она кивнула в сторону Виора. – Этот маг помог. Его прислал капитан Торн.

– Я знаю, кто он, – император перевёл взгляд на Виора, задержал на секунду, потом обратно на дочь. – Пленный?

– Сознался. Под пыткой, но это не важно. Он назвал заказчика.

Алисия повернулась к Аластору. Тот стоял неподвижно, с каменным лицом, но его пальцы вцепились в край камзола.

– Это был ты, – сказала она тихо. – Твои люди. Твоё золото. Твоё письмо с инструкцией «только ранить, не убивать».

Аластор побледнел. Не много, но заметно – кровь отлила от лица, оставив серый налёт.

– Ложь, – выдавил он. Голос его сорвался, стал выше, почти визгливым. – Ты врёшь, сестра. Ты всегда мне завидовала, всегда хотела меня подставить!

– Письмо с твоей подписью, – холодно сказала Алисия. – И твоя печать на сургуче. Эксперты подтвердят.

– Печать можно подделать! – крикнул Аластор, делая шаг вперёд. – Кто угодно мог...

– Молчать! – рявкнул император, и в зале повисла тишина.

Он медленно поднялся из кресла. Его лицо было напряжённым, морщины залегали глубже обычного. Он смотрел на сына, и в этом взгляде читалось не только гнев, но и что-то ещё. Боль. Разочарование.

– Я знал, что ты честолюбив, Аластор. Я знал, что ты считаешь себя единственным достойным наследником. – Он замолчал, провёл рукой по лицу. – Но чтобы нанять убийц против сестры? Чтобы сорвать мой план с герцогом Августом?

– Я не хотел её убивать! – вырвалось у Аластора. – Только ранить, чтобы свадьба расстроилась... – Он осекся, поняв, что сказал лишнее.

Император закрыл глаза на мгновение. Когда открыл, в них была ледяная решимость.

– Ты признался.

– Я не... – начал Аластор, но отец перебил.

– Ты отстранён от командования «Имперским Кулаком». С сегодняшнего дня. – Голос Эдварда звучал ровно, но в нём слышалась усталость. – Ты будешь сидеть в своих покоях, пока я не решу, что с тобой делать. Если попытаешься бежать или связаться с твоими сторонниками... – Он не договорил, но угроза повисла в воздухе.