Примитивный вид

– Я так не могу. Может можно как-то обобщить глубокие смыслы этого сложного произведения искусства? – поинтересовался гость, – Или как-то слегка упростить междустрочные подтексты?

– Если говорить прямо, то тут поэтапно изображена гибель наших далёких предков, началось всё с их воли к жизни, которая угасла в числе первых. Затем начала рушиться взаимосвязь слабых и сильных, ведь от болезни гибли все, и не в равном порядке. После этого люди потеряли голову, забыли себя и в итоге сами пронзили себя мечом, значение которого исчисляется десятками возможных вариантов, а последний постамент обладает сразу двумя значениями. Первое – это неизвестное, но однозначно плохое будущее, второе – это гибель народа, в которой автор картины неуверен, потому он и изобразил процесс, а не результат. Люди, окружающие тело олицетворяют не только самих людей, но и внешние факторы, что своими действиями, словно мечами продолжают рубить и без того мёртвого человека.

Закончив рассказ, Нестор свернул последнюю картину и также как и предыдущие, отложил её в накопившуюся кучу. После чего, всё также не спрашивая гостя, взял в руки расписной нож.

– Этот кинжал напрямую связан со всеми четырьмя картинами. С его помощью проводились религиозные обряды, в том числе те, которые требовали человеческой крови. Именно с его помощью, делали насечки на черепе покойника равные числу прожитых им зим. Также, этим лезвием пускали кровь животным для обряда посвящения юнцов. Когда кто-то оскорблял их общих предков, ему пускали кровь у алтаря, пытаясь таким образом уважить жажду мести. Когда жрецы признавали смутьяна опасным для общины зверем, ему перерезали глотку и молили своих прадедов простить своих потомков. И точно таким же кинжалом, последние представители этой цивилизации оборвали свои жизни, боясь столкнуться с гневом предков, – повествуя о роли клинка в истории, рассказчик неспешно крутил нож в руках, почти не отрывая от него глаз, – однако, даже если бы их предки действительно обладали силой говорить с живыми будучи при этом мёртвыми, то я сильно сомневаюсь, что они были бы сильно рады гибели их народа…

– Если это такой важный кинжал, то что он делает здесь, а не где-нибудь в музее? – поинтересовался Артур, – Или этот нож не единственный в своём роде?

– Конкретно этот нож, является искусно сделанной копией, с частично переведёнными письменами, которые точь-в-точь повторяют своё расположение на оригинале, – пояснил Нестор, переведя взор с ножа на слушателя, – Кстати говоря, если хотите, то после рассказа я могу вам показать пример того, как выглядят эти письмена.

– Что ж, я думаю это будет весьма познавательно, – пошёл на уступку гость, в попытке заранее склонить собеседника к выгодному для себя решению, – Так и что же означают эти письмена?

– Сказки. Каждая часть надписи – это одна из сказок, что родители рассказывали их детям. Слова «девять жизней на тысячу перьев» буквально заключительные слова сказки, учащей потомство такому понятию как жертвенность. Сюжет сказки простой и незамысловатый, в ней зажиточный человек думающий лишь о себе, грубо отказал в еде бедняку, что молил его о помощи, из-за чего бедняк его проклял. Богач пнул бродячего кота, осквернил могилу предков, чем сильно их разозлил. И вот, однажды, этому поганцу вздумалось обокрасть своего слепого соседа, он вошёл в дом старца под предлогом помощи в уходе за строптивой лошадью. Всё в чужом доме прошерстил, и нечего стоящего не нашёл, и решил он хоть как-то нажиться и задумал он забрать то немногое, что было у соседа, а именно его лошадь. И вот, когда старик пошёл в лес травы собирать, гадёныш вскочил на коня, вцепился в поводья и как хлестнул лошадь… А она стоит на месте, как ни в чем не бывало. Он снова и снова её хлещет, а ей всё равно. Тогда выхватил он свой нож и давай колоть, а ей хоть бы хны. И тут пришёл старик и говорит ему: «Я простил тебе твоё невежество, когда ты в моём доме свой порядок наводил, я простил тебе твою глупость, когда ты проигнорировал мои предупреждения, но твоё желание отобрать последнее, я не прощу». Топнул старик ногой, и конь обратился в кости, топнул ещё раз, и наглец обратился в облезлого кота, которого сам недавно пнул. «Будешь ты отныне тем, кого когда-то гнал, и узришь ты мир совсем иным, таким, каким его когда-то презирал» – проклял его старик, и исчез, обернувшись стаей ворон. На протяжении истории, богач, ставший котом, испытал все тягости мирские, которые может пройти живая душа. И вот, когда он был на гране жизни и смерти, будучи старым, бессильным, одноглазым котом, он вновь повстречал того старика. Только завидев его, кот что есть мочи бросился к старцу и стал молить его о прощении, на что старик ему ответил: «Пока грешна твоя душа, не видать тебе покоя! Как убьёшь всё зло своё, тогда отпустит тебя горе!». После чего, старик снова исчезает, а бренный кот оставшуюся часть истории исправляет всё то, что натворил, и в самом конце сказки, в отчаянной попытке вернуть себе человечность, ценой своей жизни спасает птенцов из пасти бешеного пса, и умирает, обратившись в человека, как внутри, так и снаружи. После этого сказка заканчивается на словах: «… Вот так и обменял старый кот свои девять жизней на тысячу перьев».

– Как-то слегка сумбурно, и не очень понятно, – отметил слушатель, и сложив пальцы домиком облокотился на стол, – а причём здесь жертвенность?

– Возможно, из-за погрешности перевода вам стало не очень понятно… – Нестор продолжал крутить кинжал в руках, будто бы всматриваясь в изречённые на нём слова, – если вкратце, то в понимании этого народа, он был зверем в человеческом обличии в начале произведения, после чего его обратили в зверя и сделали изгоем. Осознав то, как хорошо было быть человеком, он просит сделать всё как было, но старец, который играет роль предков выставляет ему ультимативное условие, и в результате он становится человеком лишь в конце, когда искупает грех своей кровью.

– Так себе сказочка, – теперь уже Артур смотрел пустоватым взглядом на нож, будто бы задумался о чём-то своём, – и чему она могла научить? Тому, что придёт престарелый каратель и проклянёт их за все плохое?

– Не совсем. Эта история учит тому, что если однажды они «озвереют», то так просто никто человеком их не сделает. Сначала они станут животными внутри, а затем и снаружи. После чего, лишь благородная смерть сможет искупить их вину, – сказитель положил кинжал на стол, после чего открыл сундучок и достал один из футляров, после чего продемонстрировал его содержимое собеседнику, – Изображение на этом свитке тоже срисовано, но с уже со свитка, который отправился на экспертизу.

– Оно тоже как-то связано с клинком? – жизнь вернулась в глаза гостя, который заинтересовался ранее невиданной копией артефакта древности, – Это кот из истории?

На гравюре было изображено переплетение сцен поединка кота с бешеным псом, птицей, летящей к солнцу, человека с факелом, перед которым расступается чёрное море, и скрюченная человеческая рука, торчащая из не менее чёрного, жуткого дерева, чьи корни и лысые ветви походили на паучьи лапы.

– Да, это изображение связано сразу с несколькими сказками, одну из которых я вам уже поведал, – вещающий, отодвинув нож в сторону, разместил посреди стола этот занимательный пергамент, и указав пальцем на птицу продолжил,

– Эта часть картинки, относится к сказке о птице, что своими крыльями укрыла весь мир от солнца, именно отсюда и были взяты слова «две звезды на один океан».

– О чём же говорится в этой сказке? – Артур внимательно смотрел на этот небольшой кусочек картинки, пытаясь заранее разгадать её смысл, – тоже учит чему-то?

– Эта история повествует о том, как маленькая птица, смогла своими крыльями затмить всё величие солнца, – начал рассказ Нестор, не отводя глаз от клочка рисунка,

– Птенец, что худо-бедно жил на небольшом островке посреди моря в полном одиночестве, однажды, встретил черепаху, что лежала на спине и отчаянно пыталась перевернуться. Птенец не знал, что за зверя повстречал, и решил подойти поближе. Завидев мальца, черепаха тут же спряталась в свой панцирь. Птенец стал осматривать это нечто, что всего за мгновенье перестало подавать признаки жизни. Не зная, как подступиться к черепахе, он стал ждать. Солнце припекало, и птенец, не желая больше ждать, из любопытства клюнул панцирь. «Ай!» – послышалось изнутри, и птенец снова клюнул несколько раз, после чего взобрался на зверя и стал метить в место, откуда совсем недавно торчала голова. «Кыш, крылатый!» – завопила черепаха, – «Съесть меня удумал? Да я сама тебя съем!». «А зачем мне тебя есть?» – спросил птенец, «Ты ведь не жук и не гусеница». «А зачем тогда царапаешь мой панцирь?» – не унималась черепаха. «Я хотел узнать, что ты такое», – ответил птенец, – «И куда исчезла твоя голова». «Я черепаха. А пропажа моей головы, не твоего ума дело!» – угрожающе гаркнула черепаха. «Но как же ты будешь жить без головы?» – продолжал донимать пернатый, – «если у тебя нет головы, то как ты можешь знать, что я пернатый?»

«Мне – владычице морей и не такое подвластно!» – ответила черепаха, – «без головы, я всё знаю и умею, я вижу, слышу и живу. Захочу, и рыбкой стану, захочу, летать начну». «А меня летать научишь? А то лишь ходить, да плавать я могу», – птенец уселся на черепашье брюхо и стал внимать её словам. «Просто так я не колдую, мне нужно что-то дать взаймы. Можно вещь, еду, или услугу, главное, чтоб нужно было мне. Но учти, я – не ты, жуков не ем. Листья лишь меня погубят. Мне б хватило рыбы две, но и одной меня не разочаруешь», – сказала черепаха, и замолкла в ожидании ответа от крылатого. Оглядевшись по сторонам, птенец не нашёл ничего что может подойти для черепахи, немного подумав спросил, – «Где рыба водится – не знаю, и вкуса отродясь её не знал. Быть может, могу помочь тебе иначе, или хочешь, чтобы я в тенёк тебя толкал?» – встрепенулся пернатый, приготовившись действовать. Недолго думая, черепаха пошла навстречу, – «Не нужно тени, мне своей хватает. Уж лучше слегка толкни меня, а там уж сама доковыляю». «Если тебя переверну, то куда и как ты побредёшь? Ты же будешь вверх ногами. И где мы встретимся потом, чтобы меня летать ты обучала?» – вопрошал птенец у хитрой черепахи. «В моей просьбе ты смысла не ищи, его постигнуть ты не сможешь. Живу я в небе среди звёзд, а солнце – моё гнездо родное. Меня ты там и встретишь», – произнесла хитрюга. «А как туда я доберусь, оно ведь высоко на небе?» – недоумевал детёныш сокола. «А ты взберись на любую высь, раскрой крылья и быстро ими двигай. Вмиг оторвёшься от земли, а там уж и солнце будет близко», – на том и порешили. Как только птенец перевернул её, так та мгновенно улизнула в воду, а птенец взобравшись на дерево, лишь пару раз махнув крыльями – взлетел, и сделав пару виражей, направился прямо к солнцу. Чем ближе к солнцу он летел, тем больше становился. Пока в конце концов, его крылья не закрыли солнце. Так с первого затмения и появилась новая звезда зримая лишь ночью. Так ныне и приходится «две звезды на один океан» именуемый небом, и время от времени, когда птенец навещает черепаху, одна звезда перекрывает другую.

– Минутку, получается, что они считали солнце и луну звёздами, а небо океаном? – всколыхнулся уже засыпавший Артур, – И чему всё-таки учит эта длинная сказка?

– Так они пытались объяснить непостижимое. Также, возможно, что первый кто придумал эту сказку – увидел луну впервые, лишь после затмения. Сама же сказка была призвана объяснить детям такое явление как затмение, и учила их тому, что вера словам предков и в них самих, является тем, что приносит лишь пользу, – Пояснил Нестор, доставая при этом из сундучка другой свиток, – конечно, из моих уст и с моими комментариями про хитрость черепахи вы восприняли историю иначе, чем должно были. Думаю, имея перед глазами это, вы сможете понять причины того, почему я слегка видоизменил сказку.

Очередной свиток, на котором были иллюстрации чем-то отдалённо напоминающие помесь живописи Древних Китая и Египта. На иллюстрации была изображена черепаха со скипетром, на котором красовалось солнце – в одной лапе, а в другой лапе был кубок, из которого лилась вода, образовав в месте своего падения водную гладь. Рядом с черепахой был рисунок массивной птицы, из-за спины которой пробивались лучи предполагаемого солнца. Соседние же рисунки, были прикрыты рукой Нестора.

– Эти картинки, что-то вроде гравюры к мифам и легендам? – силы будто уходили сквозь пальцы, отчего слушатель уже не сильно вникал в получаемую информацию, – А черепаха – это местное божество воды с властью бога солнца?

– Что-то вроде того, – рассказчик отодвинул скопление свёрнутых картин подальше, после чего указал пальцами на изображение черепахи и птицы, – эти изображения демонстрируют их объекты поклонения, смотреть на них лучше всего зная при этом контекст. Из их внушительного пантеона богов, до наших дней дошли лишь три сказки о нескольких из тех, кого наши предки почитали. И что забавно, именно столько иллюстраций нам и удалось найти.

– И что, прям совсем ничего не сохранилось? – контент полезный для работы рос с каждой новой деталью, благодаря чему Артур стал успешнее бороться с сонливостью, – Они других своих божеств меньше почитали?

– Насчёт этого, увы, ничего точного сказать не могу, – Нестор свернул свиток с гравюрой и убрал его в сторону, оставив лишь тот, на котором были иллюстрации к сказкам, – в сохранившихся фресках, наши предки преподнесли черепаху как обитель мудрости. В сказке это хорошо показано, ведь одними лишь словами, черепаха сделала птенца могущественным существом, способным затмить солнце. Но несмотря на то, как её преподнесли, современным людям черепаха кажется просто хитрюгой, что продала простой совет за огромную по личным меркам цену – свою жизнь.

– Как по мне, такая хитрость, тоже своего рода мудрость, – высказался слушатель, – Во всяком случае аллегория мне ясна. Предки выступают в роли черепахи, а птенцы – это потомки. Могучие, всезнающие предки, в обмен на скромные, но важные для них почести, раскроют своими наставлениями весь потенциал потомков, благодаря чему любой из них сможет затмить солнце.

– Со смыслами вы не прогадали, – подтвердил догадки сказитель, – грань между хитростью и мудростью очень размыта, если она вообще есть. Кстати говоря, в выставочном зале есть полотно, на которое была перенесена фреска, про которую я говорил. Если вам интересны детали их мифологии, то мы можем и на неё взглянуть.

– Если у меня останутся силы после оставшихся двух сказок, то обязательно посмотрю, – вновь проигрывая подступающему сну, будто бы выдыхая жизнь сказал Артур, – Был бы рад услышать их краткую версию.

– Хм… Хорошо, думаю, их можно объединить, – Нестор достал из сундучка коробочку, и положил её на стол, но открывать не спешил, – Эти две истории взаимосвязаны, и являются частью легенды об ещё одной вещице, которую я хотел вам показать после рассказа о кинжале.

– Надеюсь, эти истории не слишком размашисты, – гость старался экономить силы, утекавшие сквозь пальцы, но мягкое удобное кресло делало своё дело, – боюсь, что от ещё одной такой истории моя голова превратиться в кашу.

– Я сделаю всё возможное, чтобы не перегрузить вас, – Нестор убрал картины под стол, после чего продолжил повествовать,

– Фраза «огонь судьбы горит вечность» взята из сказки с плохим началом и счастливым концом. В ней всё начинается с того, как бравый воин, не знающий поражений, посягнул на земли храма. Воспользовавшись тем, что в законах общины не сказано о том, что земли храма неприкосновенны, и не могут быть чьей-то землёй, кроме самих предков, он, угрожая расправой, попытался выгнать жрецов с земли, которая якобы никому не принадлежит. Жрецы отказались, и тогда воин и его люди взялись за оружие. Осада длилась полтора года, и в конце концов храм пал. Варвары разграбили всё подчистую, и не щадили никого из тех, кто встречался у них на пути. Когда выживших старейшин собрали для публичной казни, им предложили спасти свою жизнь ценой своей гордости. От них требовалось упасть на колени и отсечь себе языки, которыми они отказали воину. Однако вместо этого, каждый старейшина проклял всех тех, кто собрался эту землю обживать. После такого поступка им отрубили головы и выпотрошили словно зверей. После этого с их тел обобрали всё то, что не смогли ранее, и именно тогда их предводитель стянул необычное кольцо с руки одного из старейшин. Позже их обезображенные тела вывесили на стены храма. И лишь когда они стали активно гнить, их сожгли, а головы закопали. Спустя десятилетия, проклятие начало сбываться, некогда плодородные земли, стали понемногу умирать, а звериное мясо стало разносить болезни. Те, кто раньше сеял смерть, сами стали её жертвами, и встретили её они в страшных муках. Но гибли не только виновные, но и те, кто пошёл за ними. Среди тех, кто потерял своих близких был и главный герой этой сказки. Им был молодой юноша, чей отец погиб на переправе, мать от хвори, а старший брат, тот кто присматривал за главным героем с малых лет – был тяжело болен, и с каждым днём ему становилось всё хуже. Будучи в глубокой печали, юноша, как и раньше пошёл на рынок за лекарством для брата. Там юнец купил лекарство и встретил знакомого пекаря, которому недавно помог проследить за прилавком и получив в благодарность кусок хлеба направился домой. По пути он случайно встретил старую попрошайку, чей вид вызвал у мальчика сильную жалость, отчего он и поделился с ней куском хлеба. Она в благодарность поведала мальчишке о причине всех бед – проклятье, насланное прежними жителями этих земель. И чтобы снять это проклятие, нужно искупить вину перед ними, вернув им украденное кольцо. Старуха также рассказывает о том, что оно закопано в безымянной могиле на берегу реки, в которой помимо него, лежал безголовый труп того, кто сокровище присвоил. Будучи наивным, парнишка поверил ей, и действительно нашёл странное кольцо, чей камень выглядел зловеще. По указанию старухи, он отправился с кольцом в дебри тёмного леса, окружавшего общину со всех сторон, и закопал его под старым, сухим деревом от которого веяло смертью. Однако вернувшись домой, вместо здорового брата, он нашёл лишь его бездыханное тело. Не зная, что делать, мальчишка побежал в город, искать ту старуху, но у кого бы он не спрашивал, никто не знал о ком он говорит. Познав отчаяние, парень отправился к источнику проклятия – разорённым руинам храма. Рыдая, кричал на могилу черепов, спрашивая о том, за что они так поступили с его ни в чём неповинной семьёй. Не дождавшись ответа, он схватился за лежащий рядом камень и замахнулся для удара о землю, но его остановил голос и схватившая его рука старца, появившегося позади него. Наорав на старика, вместе с злостью и отчаянием, он выплеснул всю трагедию своей жизни. Молча выслушав, старец поведал мальчику о том, что та попрошайка была воплощением зла, а кольцо – её сердцем, которое казнённые старейшины и их предки веками пытались уничтожить. Камень, что восседал на золотом троне кольца, не поддавался ни ударам камня, ни железа, ни огню. Единственное что сдерживало зло, сокрытое в камне – это человеческая жизнь, которую он медленно поглощал. Чтобы ослабить влияние камня, мудрецы решили носить камень поочерёдно. Но когда камнем единолично завладел варвар, он стал постепенно сходить с ума, ведь помимо вытягивания жизни, камень подпитывал все тёмные желания человека. В конце концов, когда он переступил последнюю черту дозволенного, его обезглавили, и похоронили вместе с кольцом. Чтобы развеять проклятия, нужно найти кольцо и отдать во владение тому, кто не ведал в жизни страха, отчаяния, добра и зла, кто не знал вкуса победы, и ни разу не проиграл. По словам старика, кольцо можно было найти на дне нечестивых вод, которые питают паучье древо. Путь туда лежит через это древо, он откроет врата для любого, кто принесёт кровавую дань. Так юнец и поступил. На последние деньги, он купил подбитого зайца и обломленный наконечник у охотника, отправился с ним в лес. Протянув жертву перед собой, медленно шёл к жуткому растению, опустив при этом взгляд на землю перед собой. Чувствуя зловещие дыхание перед собой, он продолжал медленно ступать вперёд. Дерево при свете луны казалось совсем чёрным, а жуткий протяжный скрип, с которым неведомое чудище разинуло свою пасть, заставило кровь стынуть в жилах. Продолжая идти, юноша и не заметил, как оказался глубоко в пасти монстра. Но, как и сказал ему ранее старик, в кромешной тьме, он продолжил идти вперёд. Мрак сменился слабым светом факелов, которые зажигались рядом с ним на каждый десятый шаг. Деревянные стены сменились на каменные, а света становилось всё меньше. Жуткая тропа вывела мальчика к берегу тёмных вод, а факел стал тлеть. Тогда он, следуя словам старца, вонзил факел в землю, и чиркнув остриём наконечника свою ладонь на тускнеющее пламя пролил свою кровь приговаривая: «огонь судьбы горит вечность, духи угаснут, когда грянет тьма». Слабеющее пламя сменило цвет на бордовый, и разгорелось пуще прежнего, а прибрежная вода стала расступаться перед его кровавым светом. Сохраняя спокойный темп, он двинулся в глубь мёртвых вод. Водные стены, не смеющие соприкоснуться, утопив собой юнца, смыкались недалеко от спины юнца, зримо отрезая дорогу назад. Чем глубже уходил смельчак, тем больше костей попадалось на пути, пока песок и вовсе не заменился чьими-то останками. Не останавливаясь ни на секунду, не оборачиваясь назад, и никуда не сворачивая, он двигался вперёд, пока не вышел к центру нескончаемых вод, посреди которого массивные чёрные корни, напоминающие паучьи лапы, словно живые колыхались и следовали за расступившейся водой. Подойдя вплотную, парнишка увидел большой сундук размером с него самого, из замочной скважины которого, виднелась тоненькая серая ниточка, которую будто бы соткали из вековой пыли. Попытавшись тянуть одной рукой, он понял, что ему не хватает для этого сил. Воткнув факел в землю в паре шагов от сундука, чтобы его сухие доски не охватило пламя, аккуратно потянув за неё, он услышал щелчок, после которого крышка сундука открылась. Заглянув внутрь, он увидел то самое кольцо с тёмным камнем, в котором ютилось что-то злое. С опаской взяв его в руки, он собрался было возвращаться, как вдруг, из сундука в него вцепилась старушечья рука. Едва он дёрнулся назад от неожиданности, как следом за рукой вылезла голова старухи, со словами: «Не трожь! Не твоё!» Вырвавшись из цепкой хватки, он побежал к факелу. Незримым толчком сундук перевернулся, и из него на всех четырех конечностях, словно зверь, старуха, истошно крича, ринулась за юнцом. Ни свет факела, ни хлынувшая на неё вода, не останавливали её погоню за удаляющемся огнём ни на секунду. Стоило мальчишке выскочить на берег, как вода вновь сомкнулась, а из неё на берег начали выходить разлагающиеся покойники, внешне походившие на покойных близких юнца. Из песка тянулись гниющие руки, некоторые из которых хватались за него. Отовсюду слышались стоны, среди которых разные голоса молвили: «Спаси меня». Вырываясь из лап мертвецов, он стремглав мчался вперёд, следуя тем же правилам что и на пути сюда. Ни руки, тянущиеся к нему из стен, ни земля что стала скользкой грязью не сбивали его с пути, как и преследовавшую его нечисть, что лишь набирала скорость. Сквозь непроглядную тьму, с которой не мог справиться даже факел, он бежал, бежал на свет в конце этого жуткого тоннеля, пока наконец не выпрыгнул из разомкнувшейся пасти чудища, которая сразу же сомкнулась, стоило старушечьей руке из него показаться. Юноша хотел было уже сбежать, но вновь вспомнив последние слова старика, он встал на ноги, схватил факел и бросил его к корням паучьего древа. Огонь быстро поглотил трухлявое чудище, а его жуткий предсмертный вопль навсегда отпечатался в памяти мальца. Вернувшись в деревню, он покончил с проклятиями, подарив кольцо первенцу пекаря, который недавно пополнил его семейство.

– Что-то эта история на сказку не очень тянет, – рецензировал Артур, которого услышанное чуть было не усыпило, – да и краткой её тоже не назовёшь.

– Здесь как никак объединены три истории, – парировал Нестор, – да и к тому же сказки не всегда красивые и приятные.

– А причём здесь слова, выбитые на ноже? Я что-то не очень уловил смысл, – продолжил критику слушатель, – Мне кажется эта фраза не очень подходящей, ведь под конец, вместе с тьмой появились и духи. А в финале и вовсе огонь всё порешал.

– Что ж, вы просили покороче, потому многие детали я и опустил, но вы вновь упустили множество иных мелочей, – спокойно ответил рассказчик, – зло воспряло духом лишь тогда, когда на его сердце посягнули, их не останавливал огонь судьбы который источал факел из-за кольца, что стремительно поглощало жизнь, а вместе с ней угасал и огонь. Кстати говоря, о кольце, я слышал, что, когда исследователи изучали соседние древние захоронения на другой горной вершине, там они находили похожую историю, где камень был не в кольце, а в ожерелье. И в ней, зло из камня помутило чей-то рассудок, открыв возможность сводить людей с ума, но каким способом это удавалось там, к сожалению, не сказано.