Примитивный вид

«Неужели жизнь среди древних камней и людей у чёрта на куличиках так морально старит людей?» – мимолётом подумал спросивший.

– А какой здесь обычно поток туристов? – парень отвёл взор слегка в сторону, ведь серые глаза просвещённого собеседника будто бы смотрели прямо в душу, но взгляд нельзя было назвать тяжёлым, скорее отстранённым, – Могу поспорить, что если бы это место где-нибудь засветилось, то сюда бы повалили всякие блогеры.

– Возможно это и так, но для этого места туризм – не главная причина существования, – вновь оживился светлый парень, и уставился на каменную плитку сразу перед ногами паренька в чёрных брюках, – Всё здесь имеет свою долгую и нудную историю, которую мне не хотелось бы знать наизусть.

– Но ведь это принесло бы много денег, и просветило людей в целой области истории, связанной с их предками, – чеканя слова, парень с рюкзаком наблюдал за реакцией своего собеседника, выгадывая шанс направить разговор в нужное русло.

– Вас интересует история ваших предков, или деньги, которые вы сможете на этом заработать? – просветлённый перехватил инициативу, вновь вглядываясь в глаза переговорщика, – Если хотите, я могу рассказать вам об этом месте, но предупреждаю сразу, некоторые вещи вы можете понять не сразу, и лишь со временем вам станет ясен их смысл.

Тон разговора сменился с лёгкой непринуждённости, на гнетущую загадочность, отчего у гостя храма голод стал лишь сильней.

– Предпочитаю отвечать на вопросы на сытый желудок, а у вас тут судя по запаху, где-то есть столовая? – выкрутился молодой человек, – Да и как к вам обращаться я не знаю. Меня кстати, Артур зовут.

– Можете обращаться ко мне, как к Нестору, а что касается еды, то рацион местной кухни хоть и не богат, но достаточно питателен, – вновь потеплел светлый человек, – можете не волноваться, червями и жуками мы не кормимся.

Следуя за Нестором, Артур прошёл через главные врата внутрь храма. Ему удалось мельком увидеть расписные стены зала, на которых было изображено какое-то сражение, корабли, терпящие крушение, какое-то природное бедствие, болезнь и какую-то казнь. Также было множество всякого рода украшений начиная от мечей и заканчивая слепками чьих-то голов. Они прошли зал, после чего через дверь в левом дальнем углу без единого слова, гость бегло изучал внутреннее убранство и на основе увиденного подбирал стратегию ведения будущего разговора, а ведущий его просветлённый молча показывал путь.

Пройдя через небольшой коридорчик, в котором из интересного были лишь обветшалые стены из потемневшей каменной кладки, ведущий и ведомый попали на небольшую террасу, выполненную из красного дерева в такт яшмовых стен храма.

Вид с террасы был просто потрясающий, задний двор храма был ещё одним небольшим садиком, в центре которого был чайный домик, который по сравнению с главным зданием казался маленьким, к нему вела аллея из чередующихся деревьев, принадлежащих к разным видам.

Когда Артур с Нестором, направившись к строению в центре сада, спустились с крытой террасы, первыми их встретили необычные яблони, чьи цветы будто бы застыли во времени, сохранив свои пурпурные цветки. Первую пару необычных растений сменили хвойные деревья, чьи иголки были голубоватого оттенка. Сохранив традицию, у их подножия цвели различные цветы, среди которых были те, чей окрас был бледно-голубой, и те чей окрас был нежно-белый.

Несмотря на их большое количество, цветы не оказывали на воздух сильного влияния, и единственное что напоминало о их жизнедеятельности – так это лёгкий флёр их благоухания, который напоминал запах ванили, смешанной с яблоком.

В близи это небольшое здание оказалось более просторным, его боковые стены были ребристые, что позволяло видеть через них почти также хорошо, как и с противоположной от входа стороны, где из ограждений были только перила.

– Зачем мы здесь? Я думал мы шли в столовую, – поинтересовался голодающий, – Я, конечно, видел по пути сюда те яблоки у пурпурных деревьев, но мне кажется слегка противоестественным есть то, чьё существование противоречит само себе.

– Хе-хе, те плоды всего лишь украшение, символизирующее возможность жизни на этой земле, их есть нельзя, – пояснил сопровождающий, – Я привёл вас сюда, так как посчитал что еда на свежем воздухе куда приятней на вкус. Да и к тому же здесь поистине вдохновляющий вид, с которым даже перчёный хлеб покажется чем-то по домашнему вкусным.

– Я давно хотел спросить, по дороге сюда я увидел множество удивительных растений, скажите, неужели они все настоящие? – полюбопытствовал Артур, – Или они такие же живые, как те яблоки?

– Хе-хе, скажем так, часть их них как эти яблоки, а другая часть как вот эти утки, – Нестор покрутил яблоко из корзины посреди стола держа его за хвостик, после чего указал на плавающее в озере утиное семейство, – И каждое создание как плод, так и птица важны для этой земли, ведь каждый из них по своему ценен.

– Должно быть ухаживать за этими произведениями искусства очень затратно, особенно когда они простаивают без дела, – Артур, как и его собеседник перевёл взгляд на уток, – Быть может, известность этого места сыграет вам на руку, и вы сможете найти единомышленников, которые не только помогут поддерживать здесь порядок.

Этот мистически спокойный пейзаж буквально завораживал своим видом, Небольшое побережье, открывающее вид на морские просторы, было по своему притягательным, такие же ивы что встречали гостя, теперь провожали его взгляд, перешедший на водную гладь, которая простиралась до самых стен, что располагались на расстоянии в несколько сотен метров. Однако, несмотря на заросли охватившие стены, жизнь теплилась лишь около острова, утки плавали около берега и, если отплывали от своего гнезда, то быстро возвращались.

– Ох, совсем позабыл, – прервал длительную паузу человек сопровождающий гостя, – полагаю, вы по-прежнему голодны?

– Вдали от тех кровоцветов и аромата выпечки мне стало чуть легче, но от обеда не откажусь, – вспомнил о своих нуждах Артур, – Любой разговор будет приятней вести, будучи сытым.

– В таком случае располагайтесь, а я пока принесу чего-нибудь пожевать, – Нестор провёл рукой указывая на плетённое кресло, что стояло сразу у входа в беседку, – Тут, на полке под столом есть корм для уток, можете их покормить пока ждёте.

С этими словами Нестор покинул чайный домик, а гость, пододвинув кресло к столу, стал искать тот самый корм. Один за одним Артур стал вытаскивать из-под стола кучу всякого хлама. Среди всякого старья были и всякие необычные вещи. Такие как модель всей территории храма, чей размер не превышал расстояния от локтя до кончиков пальцев. Несколько свёрнутых рулонов картин, и кинжал, который отчего-то казался знакомым.

Найдя наконец полупустой мешочек пшеницы, сыщик стал убирать рухлядь обратно и поленившись убрать выделенные находки вернулся обратно к перилам, после чего стал раскидывать корм по мелководью. Утки на такую радость не сразу обратили внимание, и слегка повременив стали осторожно вылавливать добычу, отплывшую подальше от места приземления.

Если прогулка раньше стимулировала голод, то пребывание в этой беседке вызывала небольшую сонливость.

«Должно быть так и постигается Дзен, или Нирвана, или что-либо ещё, отчего чувство голода будто бы сдул ветер омывающий этот сад… – подумал Артур, после чего достал телефон чтобы проверить уведомления – Сколько времени я уже здесь простоял? Надо было взять с собой часы, а не надеяться на телефон».

Как и следовало ожидать, связи здесь не было. Время, привязанное к интернету, больше не заслуживало доверия, ведь по различным причинам телефон мог перезагрузиться ночью, после чего время на нём могло отставать.

Убрав гаджет обратно, утиный кормилец попытался кинуть пернатым добавки, но с удивлением обнаружил, что мешок уже был пуст.

Повертев его в руках, он убедился в отсутствии дырок, гость перевёл взгляд на уток и буркнул, – Вас всего ничего, а жрёте как вне себя!

Мысль о прожорливых утках вернула сильное чувство голода, отчего, не находя себе места, ждущий стал расхаживать туда-сюда.

«А он я смотрю не торопится, может он уже и обо мне забыл? – начал нервничать страждущий, – Ещё немного, и я блять, уток на шашлыки пущу!»

Вновь подойдя к столу, Артур стал изучать находки, тем самым пытаясь отвлечься от нарастающей злобы на медлительность отсутствующего компаньона.

Исследование было начато с нескольких картин, вид которых, говорил об их большом возрасте.

Взяв первую попавшуюся, он немедля её развернул. На ней был изображён луг, желтоватая трава которого говорила о середине лета на запечатлённом пейзаже. На заднем плане, посреди травы, стоял белый конь, который обедает тем, на чём стоит. Несмотря на общую старость рисунка, небо на нём было по прежнему ярким. От картины веяло каким-то уютом, сглаживающим злость Артура, и заменяя на любопытство содержанием других работ.

Следующая картина была более абстрактной, на ней была изображена странная замкнутая цепочка из зверей, где каждый из существ ест хвост впереди стоящего. Порядок зверей был схож с тем, как они были изображены на ранее встреченных столбах. Задний план состоял из нескольких заснеженных горных вершин, которые будто царапали небо, застланное тёмными тучами, оставляя после себя след, открывающий проход для солнечных лучей.

Странная картина побудила развернуть следующую, и увидеть на ней полуголого человека со звериным черепом какого-то хищника вместо головы, опирающегося обеими руками на меч, пронзающий человеческий череп, и всё это на фоне бескрайнего поля, которое украшалось лишь лучами то ли закатного, то ли рассветного солнца.

«Что за припизднутый это написал? – задался вопросом созерцатель, – Либо это чья-то история болезни, либо человек был под нехилым градусом…»

Разворачивая следующую картину, он ожидал увидеть многое, но итог всё равно смог удивить. На этот раз была изображена какая-то процессия, где человеку, лежащему на золотом столе в образе покойника, двое других размазывают какое-то серое вещество по лицу и шее, ещё двое замахиваются мечами на туловище. На фоне стоят четыре постамента, на первом была статуя коня, вставшего на дыбы, на втором статуя птицы, вонзившей в громадную рыбу свои когти, норовя откусить её хвост, и рыба что вцепилась в птичий хвост свой зубастой пастью, на третьем был безголовый человек, чью брюхо пронзили мечом, четвёртый же постамент пустовал.

«Ну, блять, и картинки, хоть стой хоть падай, – слегка опешил оценщик, после чего переключился на оставшуюся груду вещей, – Ну-с, чем ещё повеселите…?»

Следующим на очереди был необычный расписной кинжал, который был больше остальных вещей похож на музейный экспонат. Сам клинок был чёрного цвета, будто его выковали из угля. Рукоять была выполнена из материала похожего на медь, и была вся исписана вензелями и какими-то обрывистыми словами на языке чем-то отдалённо напоминавшем латиницу.

«Любопытный ножик, ну-ка, что здесь написано?» – Артур повертев клинок в руках случайно нащупал гравировку на клинке, которая стала читаема лишь при свете фонарика, – «девять жизней на тысячу перьев, две звезды на один океан, огонь судьбы горит вечность, духи угаснут, когда грянет тьма… Да-а, умели же в древности слагать красивые, но такие сложные письмена».

«Надеюсь, если я лишь посмотрю его содержимое, меня не сочтут вором…» – отложив оружие в сторону, он пододвинул к себе небольшой деревянный сундучок, который оказался незапертым.

Под прикрытой крышкой лежали несколько футляров, в которых вероятно были либо свитки, либо карты, рядом с которыми теснилась и небольшая коробочка, служившая ларцом для чего-то интересного.

Испытав удачу, Артур, не прилагая усилий приоткрыл коробочку. Внутри была лишь одна диковинка, представлявшая из себя кольцо золотого или позолоченного металла с громадным, по сравнению с габаритами изделия, чёрным полированным камнем.

«Интересно, сколько оно стоит? Может, его какой-нибудь древний царь носил? Наверняка оно бы ушло с молотка за охренеть какую сумму денег…» – покрутив ларчик в руках, он, от греха подальше, не стал доставать драгоценность. Закончив осмотр содержимого сундучка, он сложил всё как было и убрал обратно под стол.

На столе остался лишь чей-то бюст с открытым каменным ртом, в котором, казалось, что-то спрятано.

Просунув пальцы в пасть, и немного ими пошевелив, сыщику удалось найти обломок кисточки, которой, вероятно, реставрировали эту статуэтку.

Выложив обломок на стол, бюст тоже был убран под стол, после чего внимание было переключено на последний объект интереса, оставшийся на столе.

Это конструкция была выполнена весьма скрупулёзно, в ней Артур смог увидеть все места, через которые он прошёл после того, как переступил порог приграничных ворот. Все ранее увиденные деревья были установлены в том же порядке, даже цветы были будто бы с фотографии.

«Это ж сколько часов или дней понадобилось чтобы воссоздать всё до мельчайших подробностей!» – поразился работой наблюдатель, аккуратно двигая деревянную платформу по часовой стрелке.

– Вижу, что вам пришлось по душе моё маленькое хобби, – в беседку вошёл Нестор, держа одной рукой поднос с чайным сервизом, а другой небольшую плетённую корзинку, из которой доносился запах свежей выпечки, – Чтобы воссоздать все детали, этому изделию пришлось побывать во всех уголках храма.

– Потрясающая работа, вы даже незначительные мелочи здесь воспроизвели! – похвалил работу Артур, – Я бы так не смог даже под дулом пистолета.

– Хе-хе, все мелочи важны, – Нестор сервировал стол, приоткрыв завесу тайны того, что же скрывается внутри корзинки, – Из мелочей строится картина, также как из муки готовится тесто для этих блюд, угощайтесь.

Протянув руку и нащупав что-то очень тёплое, гость выложил себе на тарелку очень аппетитную лепёшку, с мясом внутри.

Запах теста, переплетающийся с ароматом цветочного чая, на свежем воздухе раскрывался совершенно по-другому, чем и разжигал ещё больший аппетит.

– А вам муку с мясом прямо по той горной тропе доставляют? – полюбопытствовал не очень галантный человек, – Не видел у вас здесь полей пшеницы, ни в живую, ни на модели местности.

– Нет, продовольствие сюда привозят на машине, прямиком из города, – ответил гостеприимный человек, – А горной тропой вы должно быть называете старую ступенчатую лестницу? Ей уже давно никто не пользовался, кроме вас, конечно.

«М-да уж, а по картам никакой дороги не было… – озадачился Артур, – И на кой хер, я тогда пёрся несколько дней по той треклятой тропе?!»

– Кстати говоря, вы уже видели мою маленькую коллекцию? Её я воссоздал, на основе того, что было найдено на раскопках, – Нестор достал всё то, что гость ранее старательно расставлял по своим местам, и стал разворачивать картины в том же порядке что ранее изучал Артур.

– Эти картины были срисованы со стен нижних ярусов храма, в которых ещё недавно велись раскопки, – начал рассказ парень в светлом, – подземные катакомбы, в которых древние жрецы укрывались во время осад, сейчас недоступны для посещения, но пока я там был, успел срисовать очертания, после чего по памяти их воссоздал.

– Это вы лишь по памяти нарисовали?! Да если бы в моей команде были такие художники, то я давно бы стал креативным директором, а не в заместителях ютился! – восхитился Артур, после чего заметив за собой чрезмерную импульсивность, вновь успокоился, – Вы, должно быть, когда-то были художником?

– Нет, художником я не был, просто любил рисовать, – словесно отмахнулся Нестор, – Эти картины хорошо отпечатались в голове, и лишь поэтому мне удалось их срисовать. Но сейчас речь не об этом… С какой картины вы хотели бы начать рассказ?

– Хм… – перед гостем лежали те самые четыре картины в развёрнутом виде, каждую из них он уже видел, но предпочёл сделать вид, что видит их впервые, – Думаю, стоит начать рассказ с самой приземлённой из них? Да, думаю пейзаж с конём.

– Ну, хорошо, – сказитель свернул остальные полотна, после чего начал свой рассказ, – эта картина хоть и кажется простой, но на деле обладает глубоким смыслом. Этот рисунок археологи нашли в четырёх местных гробницах из пяти, исходя из сказаний, изложенных на ритуальных скрижалях, эта картина буквально означает одинокую свободу, или же гордое одиночество. Бескрайнее поле, луг – означает свободу, а конь посреди него – это олицетворение жизни, что как рождается, так и умирает в гордом одиночестве. Такое изображение использовали также, как в наше время используют выражение «Покойся с миром». Но вы были правы, сказав, что это картина содержит в себе меньше смысла чем другие.

– То есть, это что-то вроде образного отпевания? – попытался вникнуть начинающий искусствовед, – Типа, если у нас принято отпевать, то у них рисовать?

– Тут вы тоже частично правы, исходя из проведённых анализов, в рисунке лошади была использована кровь, но чья именно неизвестно, – пояснил рассказчик, – Сам рисунок был частью погребального ритуала, но служил чем-то вроде хронологии жизни усопшего. В найденных гробницах были погребены люди близкие к земледелию, поэтому на картине изображена именно трава, а не берег пляжа, например.

Нестор отложил уже не такую уютную, как казалось на первый взгляд, картину в сторону, и уже не спрашивая слушателя стал рассказывать про вторую, на которой была изображена цепочка пожирающих друг друга зверей,

– Эта картина по своей сути является визуальным пояснением к тем столбам, что встречались вам на подходе к храму. Иначе говоря, это ничто иное, как цельная картина пазла, собранная по частям, того, что разбросано по столбам, и эта картина тоже была переписана с настенной живописи сокрытых недр храма. Нарисована она была на стене посреди ритуального зала, где по убеждениям исследователей, воздавались почести их божеству. По их же мнению, данная картина означает покорность перед кем-то кто выше них в иерархии, что они будут грызть друг друга, но никто из них не попытается покорить небо, что для них священно. Об этом говорит птица, участвующая в этой потасовке. А горы, скребущие затянутое тёмными тучами небо здесь означают нерушимость того, во что они верили, и молчаливую, величественную защиту их жизней и судеб.

– То есть это что-то наподобие наскальной живописи, да? – продолжал попытки вникнуть слушатель, – Как с рисунками мамонтов там, и охоты на них?

– Отчасти это так, но обобщать смысл картины понятием наскальной живописи тоже нельзя, ведь это рисовали не пещерные люди, а более продвинутые их потомки, которые умели строить себе дома.

– А вы довольно хорошо разбираетесь в истории, Нестор, – заметил Артур, – А говорили, что не любите рассказывать длинные и нудные истории.

– Я не так часто её рассказываю, чтобы отказать вам в просьбе поведать её, – парировал вещатель, после чего отложил описанную картину в сторону, – кажется чай кончился, могу сделать ещё если хотите?

– Не стоит, хотелось бы услышать и про остальные произведения искусства, – отодвинув от себя посуду, интересующийся облокотился на спинку кресла и приготовился слушать дальше.

Встретив слова гостя с лёгкой улыбкой, без лишних слов, сказитель взял в руки следующую картину, и развернув её, продолжил свой рассказ,

– Суть этой картины слегка мрачнее предыдущих, здесь по версии археологов, древние люди изобразили своё видение человеческой сути, что животные повадки способны убить в человеке всё человеческое, и служит предостережением для их потомков. Это изображение было найдено в алтарном зале, где, судя по всему, обращали новые поколения в их веру, нанося им на лоб символику зверя, с которым их род себя отождествляет. Тем самым нанося оберег на своих детей, чтобы всё звериное в них оставалось лишь кровью, нанесённой на них. Положение солнца, в свою очередь, означает неоднозначность звериной сути, ведь оно может стать как рассветом, так и закатом человеческой жизни. Поле же здесь, означает свободу выбора человека, ведь лишь он выбирает кем ему быть и чьи повадки ему развивать.

– А то, что человек здесь полуголый, это так изображается его принадлежность к людям? – Артур стал постепенно понимать логику повествования этих арт-объектов, – или это так обозначается беззащитность человека перед его животной сущностью?

– Это хороший вопрос, – Нестора слегка порадовала заинтересованность собеседника, и будто бы ещё больше вовлекаясь в повествование, он стал чуть активнее жестикулировать,

– Точный смысл мы, конечно, не узнаем, но можно предположить, что это что-то среднее между первым и вторым вариантом, но предполагаемая суть, от того всё равно не меняется.

– А, кстати говоря, когда искал птичий корм нашёл обломок кисточки, возможно вы искали, – вспомнил о недавней находке слушатель, – должно быть вы ей эти картины и воссоздали.

– Ох, вы правы, из-за потери главной части я не смог её починить и продолжить реставрацию другой работы, спасибо! – поблагодарил сказитель, – Но это не помешает продолжить рассказ и поведать вам об остальных примечательных вещицах.

Свернув необычную картину, рассказчик убрал её в сторону, и взял в руки последнюю оставшуюся картину.

– Изначальное изображение было новее остальных. Его нашли в месте массового захоронения, что, вероятно, служило своего рода гробницей на самом нижнем ярусе храма. Оно занимало весь потолок помещения, целиком забитого останками вымершего народа. Археологи до сих пор разгребают груды костей тех, кто вероятно пал от какой-то болезни, спровоцировавшей эпидемию, – он говорил, не разворачивая свёрток, будто бы подогревая в нему интерес,

– В этой работе, которая вобрала в себя черты предыдущих произведений, будто бы запечатлена агония целой цивилизации, которая настолько была бессильна перед массовым недугом, что болезнь успела отразиться на их костях.

– Эта работа примечательна тем, что изучать её нужно начиная с заднего плана, и только потом переходить на передний, – Нестор наконец развернул картину и стал повествовать, практически не отрывая от неё глаз,

– на заднем плане картины есть ключевые фигуры предыдущих рисунков, но смысл у них совсем иной. Здесь, конь, вставший на дыбы, означает волю к жизни, которая увековечена в каменной скульптуре, второй постамент символизирует равенство людей независимо от их сословий, которое также увековечено в камне, третий же монумент символизирует смертность человека, которая не зависит от того, кем он является. Но если посмотреть на четвёртый, пустующий постамент, может показаться что он не несёт в себе скрытого смысла… Но на деле, он олицетворяет будущее, которое для зрителя остаётся неизвестным.

– Так тут вроде всё понятно, с мертвеца делают слепки, чтобы потом с их помощью сделать статую… – заключил свою мысль Артур, – Или здесь тоже есть какой-то сакральный смысл?

– И снова вы правы лишь наполовину, – Нестор указательным пальцем обвёл ключевые фигуры первого плана, замыкая их в своеобразный овал, – Но вы не учли множество деталей, из-за которых вам и кажется, что всё просто. Если брать в расчёт то, что в захоронении почти все останки свидетельствовали о наличии у покойников схожих симптомов болезни, которые, вероятно, их и сгубили, если учитывать, что все фоновые статуи, изображённые на рисунке, были искажённой версией ранее упомянутой ритуальной живописи, если учитывать, где именно исследователи нашли это изображение… То вы сможете понять, почему я назвал эту работу своеобразным памятником цивилизации.

Нестор в ожидании отклика, перевёл глаза с картины на собеседника, но быстро сориентировавшись, продолжил свое наставление.

– Здесь, на переднем плане изображён покойник, но его черты лица не ясны, как и причина того, зачем его хотят разрубить два других человека. Но если собрать визуальный пазл воедино, то сразу станет ясен и контекст. Первым что тут показывают это мертвеца, обмазанного глиной, отсюда прослеживается связь со статуями, которые скорее всего, также означают что-то сгинувшее. Этот рисунок одновременно и летопись конца древней цивилизации, и предсмертная попытка увековечить существование тех, чьи черепа ещё предстоит раскопать.

– Признаться честно, у меня уже голова кругом идёт, – пожаловался Артур, инстинктивно прикоснувшись рукой к ноющему месту, – я ещё как-то понимал про первые три картины, но последняя слишком сложная.

– В этом нет ничего сверхъестественного, сама эта картина – то ещё испытание, – сгладил углы Нестор, – Если хотите, то можем перейти к следующему любопытному экземпляру.