Одаренные. Мировые Базы

— Но и один ты не хочешь оставаться, — заметил Айтос и сделал шаг в его сторону. — Комар, я, правда, даже представить себе не могу, что ты испытываешь и какой груз несешь на себе. Но одно я знаю точно — тебе нужна помощь. И цель. Если ты найдешь ее, то сможешь справиться. Найди причины, чтобы жить, ведь они есть и их немало. Тебе всего лишь нужно подумать над этим и наконец решить, чего ты стоишь и хочешь ли ты жить ради кого-то или же все-таки ради себя. Комар, — мягче продолжил он, — не сдавайся. Еще не все кончено, наоборот, для тебя все только начинается. Ты наконец на свободе. Тебе дали шанс, так воспользуйся им! А мы будем рядом. Ты больше не один, Комар. — Он ненадолго замолчал, а затем с усталостью добавил: — Но знай, что с этого момента, пока ты сам этого не захочешь, я помогать не буду.

Парень посмотрел на него с легкой растерянностью. Айтос же приулыбнулся, пряча глубоко внутри себя недовольство всей этой ситуации.

— Обдумай мои слова, потому что повторяться я больше не буду.

В конце концов, Комар оказался не таким сильным. И чего я ожидал?

Они больше не поднимали эту тему. Комар так и не предпринял ничего для того, чтобы помочь себе. Хоть Айтос и сказал тогда, что не станет ему помогать, он все равно считал должным навещать его. В его отсутствие с ним проводил немного времени Антигрой, но личные темы он никогда не поднимал. Зато Комар, вопреки просьбам Айтоса, начал делиться с ним информацией о Грешных Катакомбах! Конечно, он не посвящал его в некоторые страшные детали, но Антигрой ведь сам говорил, что больше слышать не желает о том «жутком месте»! Зачем он вообще стал вспоминать об этом?!

Айтос постучался, и дверь ему открыла Совушка. Она приветливо улыбнулась и позволила войти. Парню было неловко от того, что он стал ее частым, нет, постоянным гостем, но, к счастью, глава руэстов отнеслась к этому с пониманием и не выказывала недовольства. Ее сова, как обычно, сидела на ветке, выпирающей из стены, и чистила клювом белоснежное крыло. В доме Совушки всегда было уютно, а тишина обволакивала и успокаивала его.

Посчастливилось же Комару здесь жить! Мне повезло с соседями, но все-таки хотелось бы иметь побольше личного пространства.

Айтос постучался в дверь новой комнаты, давая о себе знать, а затем вошел. Комар привычно сидел боком у подоконника, положив голову на руки и смотря на улицу через полупрозрачную занавеску. Последние несколько дней он едва ли произносил слова, что начинало порядком беспокоить.

Зеленоглазый присел на краю кровати и ненадолго сохранил молчание.

— Все хорошо?

Комар не ответил.

Айтос долго думал и все же не сдержался от вопроса:

— Слушай, может, все-таки попробуешь выйти?.. Недалеко. Пройтись хоть вон до той поляны, где разыгрались Червичка с Мошкой.

— Не стоит, — ответил парень без каких-либо эмоций.

Подавив раздражение, друг тяжело вздохнул. Совушка вообще говорила с ним? Айтос и не думал обвинять ее в бездействии, но ему было интересно, как она относится ко всей этой ситуации и считает ли это нормальным? О Комаре Совушка знала давно, потому ему казалось странным, что она остается в стороне.

— Хорошо, — не стал настаивать Айтос. — Но я надеюсь, ты понимаешь, что вечность так продолжаться не может.

— Если ты не заметил, вечности у меня больше нет.

Руэст хмуро покосился на него.

— Даже ты не знаешь, какой след оставили Грешные Катакомбы.

— Айтос, пожалуйста…

— Хорошо-хорошо, — поднялся он и, покидая комнату, осторожно сказал напоследок: — Но… ты все равно подумай над моим предложением.

Ему не хотелось оставлять Комара одного, но задерживаться тоже не мог. Подтверждением стало то, что едва он вышел из дома, к нему стремительно подошла Фокси. Хоть Айтос и подрос за последние полгода, став одного роста с Ликодией, рядом с Черноглазым и этой девушкой ему все еще приходилось вскидывать голову. На Фокси, как и на нем, была надета камуфляжная форма и такая же кепка, скрывающая ее лисьи ушки.

— Задержался ты, — с недовольством отметила она. — Идем уже, мы выдвигаемся.

Глава 57. Смертельная прогулка

Айтос

За пределами Катодио Кэрнондес погода стояла пасмурная. Холодный ветер бил по лицу, заставляя Айтоса жалеть о том, что он не захватил с собой шарф. Главное, не заболеть снова, а то от здешней целительницы мне в третий раз достанется за свою непредусмотрительность. Она была доброй, но не менее строгой и сильной. И веселой, когда была в хорошем настроении. Ее помощники говорили, что работать с ней интересно, учитывая ее огромный опыт, но никогда не угадаешь, похвалит ли она тебя или же отправит прибирать бардак, оставленный переболевшими товарищами.

Айтос оглядел группу, вместе с которой отправился на задание. Ее возглавляла Фокси, рядом с которой шли два руэста и… рурд. Последнюю звали Болотницей и Айтосу она была знакома чуть лучше. Она была способна управлять водой, а также становиться единым целым с ней. Ликодия рассказала, что имя ее связано с тем, что до попадания в Катодио Кэрнондес она жила среди людей, а когда Дар впервые проявился, ее пытались утопить в болоте, в котором она и пробыла почти неделю, пока на нее не наткнулись руэсты. Страшно было представить, что чувствовала девушка все те часы, проведенные в одиночестве в столь неприятном месте. Это, конечно, не Грешные Катакомбы, но лучше от этого не становилось. Болотница была ровесницей Айтоса, но своей отстраненностью и озлобленностью на людей (вполне оправданной) напоминала Терас.

— Парни, сосредоточьтесь, мы почти пришли, — недовольно покосилась на двух руэстов Фокси.

Те покивали ей и продолжили тихо что-то обсуждать. Наверняка ее. Было несложно заметить, какой популярностью Фокси пользовалась среди руэстов. Она была красива, и Айтос часто слышал, как обсуждают ее формы, глаза и другие детали, но сам не находил в ней ничего привлекательного. Не только он видел иронию в том, что влюбилась она именно в Черноглаза, который до начала их отношений не придавал никакого значения выразительной внешности Фокси.

Айтос поднял голову. Ветки голых деревьев паутиной сплетались между собой, словно пытаясь скрыть их от серого неба. Холодный ветер и тучи вдали давали понять, что день сегодня предстоял дождливый, что абсолютно не радовало. В такую погоду только и хотелось, что сидеть дома, спрятавшись под одеялом вместе с кружкой горячего чая. Или чего покрепче, как предпочитал Черноглаз, пока, как он думал, никто не видел.

Нам и впрямь стоит поторопиться, если не хотим промокнуть насквозь. Я вот точно не хочу.

— Айтос, в той стороне, вроде, Векросия Фулкарним? — поравнявшись с ним, вдруг с интересом спросил руэст-кот и подбородком указал на почти заросшую тропинку.

Крылатый посмотрел туда же и его взгляд потяжелел. Он лишь кивнул, едва поборов желание остановиться. С момента нападения драконов он был там только один раз и больше не находил в себе силы появиться «дома». Да и не очень-то и хотелось. Дасэндэнти была бы рада тому, что Векросии Фулкарним больше нет, но она точно не желала такого исхода для ее жителей. Уж точно не для детей. Утешало Айтоса одно — случившееся не сломило его, пускай и изменило.

Приближаясь к нужному месту, Айтос заслышал людские голоса. Посерьезнев, он напомнил себе, что их задачей является отправление незваных гостей обратно домой. Мирное отправление. Незачем вызывать еще больше подозрений настойчивостью и угрозами. Руэстов с Даром стирать память в Катодио Кэрнондес нет, а если и когда-то были, то сейчас они среди Посланников Низов. Подобный Дар наиболее встречаем именно среди рурдов, а Стиратель также стал жертвой нападения драконов Огня.

В связи с тем, что случаи с набегами людей на их территории участились, Айтос с Фонклирой решили предложить Совушке обратиться за помощью к Дракоссам, среди которых как раз был сын Стирателя. Она обещала, что подумает над этим, но с того момента ничего не поменялось. Не знал, что она бывает такой гордой.

— Смотрите, там кто-то еще! — воскликнул незнакомый голос, когда пятеро вышли на свет.

Айтос оглядел присутствующих. Один мужчина и юноша с девушкой, которым не больше двадцати четырех лет. Рядом с ними залаяла собака, русский кокер-спаниель.

«Семейкой решили выбраться в лес или же?.. — парень мысленно оборвался на полуслове, заметив, как изменилось выражение лица мужчины при виде значка на груди руэстов. — Значит, уже наслышаны о смотрителях границ. Это хорошо, меньше времени уйдет на объяснения».

— Прошу прощения, — вежливым тоном начала Фокси и подошла к нему, показывая значок. — Нам необходимо знать, с какой целью вы здесь находитесь и куда направляетесь. Судя по вашим вещам, вы вышли не на простой пикник.

Айтос увидел фотоаппараты, газеты, карты, а также вырезки из новостей, которые светленькая девушка пыталась незаметно скрыть, но встретилась с ним взглядом и виновато опустила голову.

— Мы надолго не задержимся! — решилась сказать она, прежде чем мужчина успел что-либо ответить. — Нам нужно лишь сделать несколько снимков для!..

Парень шикнул на нее, и Болотница повела глазами. Фокси протяжно вздохнула.

— Давайте мы доведем вас до дороги, и вы вернетесь…

— Какого хрена ты, недоросток, указываешь мне, куда и когда идти?! — неожиданно рявкнул мужчина, и Айтос приподнял бровь, прикидывая в голове их дальнейшие предсказуемые действия.

— Хэй, спокойнее, мы лишь выполняем свою работу, — сдержанно сказал ему руэст-кот, останавливаясь рядом с подругой. — Из-за таких, как вы, и происходит всякая дрянь, а нам потом иди и разгребай.

— Из-за нас?! Это как раз ваша шайка что-то скрывает здесь, раз так отчаянно пытается прогнать всех, кто сюда приходит!

Айтос поморщился. Ох, надолго же это… Ну и ладно. Лучше уж пускай спорят и ругаются, чем кидаются с ножами и ружьями.

Он посмотрел на собаку. Ей было неспокойно. Она то и дело оглядывалась и принюхивалась, будто ища кого-то.

— Извините, — подошел Айтос к девушке, — вас изначально только трое? Или с вами был кто-то еще?

Она недоверчиво взглянула на него. Согласен, мой возраст не внушает доверия.

— Да, был, и забрели мы так далеко именно потому, что ищем его, — резко сказал парень, подойдя ближе. Его недоброжелательный тон явно давал понять, что на разговор они не настроены, но и Айтос здесь был не просто за компанию и свою роль знал.

— То есть сейчас вы направляетесь по его следу? — спокойно уточнил он.

— Да. И вообще, здесь творится что-то странное.

Айтос удивился тому, что парень что-то выдал ему, но не показал этого, лишь уточнил:

— Что же?

Он покосился на старшего, убедился, что тот слишком увлечен разговором с Фокси, и поманил за собой рукой.

— Брат, может, не стоит?..

— Ну раз они «профессионалы», пусть и объясняют нам, что это.

Айтос в недоумении взглянул на него и кивнул Болотнице. Сказав что-то товарищу, она поспешила за ним. Четверо свернули с тропы и направились вглубь леса. Никто ничего не говорил, тишину прорезало шуршание листьев под ногами и вороны, карканье которых навевало не самые приятные воспоминания. Воздух здесь стал как будто холоднее, и Айтос напрягся, когда они вышли на участок почерневшей земли. Часть деревьев и кустов поблизости были сожжены, а в некоторых местах можно было заметить странную жижу, стекающую с безжизненных веток.

Руэст мрачно огляделся. Никто не понимал, в чем дело, но ему кое-что эта картина напоминала… Особенно стало все понятно, когда он опустился на корточки рядом с парнем, указывающим на следы от когтей на земле. Глубокий след, оставленный достаточно крупным зверем.

— И кто это, по-вашему? Может, как раз дракон, которого вы скрываете? — с сарказмом спросил он.

— Я впервые с таким сталкиваюсь, — легко соврал Айтос, качая головой. — Вам лучше вернуться. Здесь опасно.

— Да ну, а мы не видим! — всплеснул руками тот. — Отец никуда не уйдет, пока мы не найдем дядю.

— В таком случае, вам стоит обсудить это с нашим лидером, — заметила Болотница. — Мы лишь помощники, и если вы ждете ответов от нас, то не дождетесь.

Парень фыркнул и, схватив девушку за руку, торопливо пошел обратно. Айтос хмуро оглянулся на испорченную полянку.

— Зачем же вы пришли?..

*** Троица Темных

Юная Темная воровски огляделась и шмыгнула за следующее дерево. К ней подбежали ее братишка и сестренка, растерянно переглядываясь.

— Мне это все еще кажется плохой идеей…

— Прекращай, Кийрос! Как маленький, ну правда! — возмутилась Валькерия. — Неужели тебе не надоели одни и те же виды?

— Эм… нет?

— Мог бы и промолчать!

— Хэй, если мы так будем орать, то нас точно заметят, — оборвала их Эвейри.

Драконята огляделись и спешно покинули территорию поселения руэстов. Они спустились под дом, о котором как-то раз им по секрету рассказывала Ликодия, прошли через узкий проход и выбрались на другой стороне.

Когда они достаточно отдалились от трех домов, Валькерия взвизгнула так неожиданно, что Кийрос шарахнулся в сторону.

— Вот мы и снаружи! Наконец-то!

— Айтос будет недоволен… Ликодия наверняка тоже.

— Она будет недовольна тому, что мы не позвали ее с собой, — фыркнула Валькерия и побежала вперед. — Догоняйте!

Эвейри странно улыбнулась братику и поспешила за ней.

Троица проворно оббегала преграды в виде различной растительности, лавируя между деревьями, догоняя и обгоняя друг друга по очереди. Вскоре их веселая прогулка затянула и Кийроса, позабывшего о своих тревогах. Они давно так не веселились! По крайней мере, в тот момент им казалось, будто до этого дня они не знали, что такое веселье и радость.

Кийрос вдруг остановился и присмотрелся к земле. Следы.

— Хм? Но мы ведь пошли другим путем, на группу Фокси наткнуться не должны, — остановилась рядом с ним Валькерия.

— Их запах отсутствует, это не они, — покачал головой кареглазый. — К тому же это человек, и он один. Вот из-за того, что ты забываешь тренироваться, ты и не можешь определить таких элементарных вещей!

— Зачем, когда у нас есть ты?

Кийрос посмотрел на нее с таким видом, будто собирался взять и уйти, но сдержался и принюхался.

— Слушайте… а вдруг это важно?

— Хочешь найти его по следу? Звучит интересно, так что я согласна! — заявила девочка. — Что скажешь?

Эвейри, задумчиво рассматривающая какой-то цветок, отвлеклась и склонила голову на бок.

— Если будет не скучно, то я не против.

— Скучно нам никогда не будет! Вперед!

— Эм… Рия, нам в другую сторону… — неловко заметил Кийрос.

— Я знала! — тут же вскинулась она, резко повернув в нужном направлении. — Не отставайте!

«И все-таки нам стоило лучше тренироваться в иллюзиях, сейчас никак не скрыть наши особенности», — поежился мальчик и замер.

Он повернул голову и устремил внимательный взгляд прищуренных глаз вдаль. Почему сейчас, когда их окружала лишь лесная чаща и звери, он так отчетливо ощутил, что за ними кто-то наблюдает?.. Вот только поблизости точно никого не было. Кийрос наверняка бы заметил, он ведь дракон и много занимался, усердно развивая свои способности! Хотя с этим у троицы определенно были свои трудности, потому что никто не знал, как правильно обучить их всему…

Тряхнув головой, мальчик отогнал наваждение и поторопился нагнать сестер. Вот уж кого точно нельзя оставлять одних!

— Как думаешь, сколько нам еще идти? — обернулась к ним Валькерия, продолжая идти задом.

— Я чувствовал неприятный запах, кажется, это был алкоголь, — задумчиво протянул он. — Навряд ли этот человек ушел далеко.

— А мне кажется, что он уже где-то откинулся, — припеваючи откликнулась Эвейри. — Но мне любопытно, что мы будем делать, когда он нас увидит?

Кийрос оторопел.

— Об этом я что-то не подумал…

— Ой, да ладно вам, потом разберемся! Ничего страшного не произойдет! — заверила их Рия.

Смеясь, она перепрыгнула ямку на пути и ускорила шаг.

Эвейри с интересом осматривалась. Здесь деревья были намного выше, а живности — больше. Это завораживало. Если бы не прекрасная память и нюх ребят, они бы уже заблудились, но Кийрос на всякий случай все равно пытался запомнить дорогу назад.

Чем дальше они шли, тем меньше им хотелось возвращаться. Лес казался бескрайним и великим, как горы, о которых им столько рассказывали! Валькерия даже хотела осмотреться сверху, но ее вовремя остановил Кийрос, напомнив, что ее могут увидеть и тогда проблем они точно не оберутся.

— Ой, да ну вас, вечно осторожничаете, — обиженно махнула на него рукой Валькерия и вдруг застыла на месте, не сводя с чего-то глаз.

Эвейри и Кийрос посмотрели в ту же сторону и увидели мужчину, одной рукой опершегося на дерево и смотрящего на них каким-то безумным взглядом. Во второй руке он держал ружье, и Эвейри при виде него насторожилась.

— Вы… драконы?.. — как-то невнятно промямлил человек, подступая к ним ближе.

В нос Кийроса ударил тот самый неприятный запах, и он поморщился, сделав шаг назад. Валькерия же смело выступила вперед и воскликнула:

— Прочь пошел, пьяница! Не место тебе на нашей территории!

— Ох ты, какая храбрая, — посмеялся он и вдруг поднял ружье. — Я вас поймаю… Обязательно поймаю и выпотрошу. Ох, сколько же бабла за ваши рожки я получу, а потом…

Валькерия напряглась и резко отступила, но тут мужчина оборвался на полуслове, и она заметила, что он не может двинуться с места. Капли пота стекали с его бледного лица, а глаза распахнулись в немом ужасе. Она оглянулась и увидела, что и у ее брата широко раскрыты карие глаза, в которых зрачки сузились до тонкой щелочки. В глубине его радужек можно было разглядеть возникшие фиолетовые крапинки, которые, словно живые, то появлялись, почти сливаясь, то исчезали.

— Не смей направлять на нее оружие… — угрожающе протянул всегда спокойный Кийрос.

Мужчина, словно проснувшись ото сна, вздрогнул, сцепил зубы и все же нашел в себе силы выстрелить, но в эту секунду мальчик вскинул руку, и пуля застыла на полпути к цели. Валькерия и Эвейри начали приближаться к человеку. Это не предвещало ничего хорошего. Для него.

— Не стоило тебе рыпаться, — прорычала Валькерия, и ее сестра набросилась на незнакомца, вцепившись клыками в его шею и вырвав кусок мяса.

Мужчина взревел и схватился за девочку, но на ногах не удержался и упал на спину. Валькерия оттянула сестру назад, а сама напрыгнула на мужчину и замахнулась когтистой рукой.

— Хотел увидеть драконов? Мы прямо перед тобой, — прошипела она с яростью вонзила когти в его глаза.

Кровь брызнула из ран, но Валькерия лишь ухмыльнулась и начала работать ногами, ставшими когтистыми лапами, прорвав насквозь материал своей обуви. Очередной пронзительный крик жертвы на мгновение оглушил девочку, и она дернулась от него. В этот же момент мужчина резко сел и ударил ее со всей дури. Валькерия покатилась по земле, но почти сразу вскочила и хотела продолжить дело, вот только человек вдруг потерял сознание.

Валькерия в недоумении уставилась на него. Я же только начала! А затем она услышала шорох и отвлеклась.

Троица застыла на месте, когда из ниоткуда в метрах пяти от них возник высокий молодой мужчина. Его длинные черные волосы лежали на плече, а холодные фиолетовые глаза излучали интерес и в то же время… отвращение.

— Какая грубая работа, — без тени эмоций протянул он, глядя на человека.

Троица переглянулась и растерянно посмотрела на незнакомца. Несмотря на то, что ничего в нем, кроме глаз, не выдавало дракона Тьмы, они чувствовали, что это именно он и был.

Валькерия хотела задать вопрос, но, когда мужчина посмотрел на нее, по коже пробежали мурашки и она невольно отступила на шаг, затаив дыхание. Что-то в нем было… опасное. Что-то давящее. Сила истинного Темного, ощутимая ими.

Дракон Тьмы поднял руку над человеком и с его когтей тонкой струйкой потекла черная жидкость. С отвратительным хлюпаньем она разъедала кожу мужчины. На его теле возникали трещины, свидетельствующие о заражении, местами взбухали и лопались волдыри.

Троица наблюдала за процессом. Никто из них пока еще не научился использовать яд. Их абсолютно не пугало происходящее, наоборот… их одолевал восторг.

— Не стоит тратить зазря силы, когда есть более эффективные способы убить, — проговорил незнакомец.

— Научишь нас? — подняла на него взволнованный взгляд Валькерия и осеклась.

Она медленно повернула голову и увидела, что брат и сестренка валяются на земле, а на их коже возникает чешуя. Как и на ее собственной. Я меняюсь?

— Проводите меня к себе домой, малыши.

Глава 58. Скрытые от глаз

Фонклира

Бывший лидер Дракоссов устало провела рукой по отросшим белым волосам. Какой же переполох устроила эта троица! А ведь она говорила, что не надо учить Валькерию магии сокрытия! Ну, это в любом случае должно было произойти. К счастью, с ними Кийрос, следовательно, вернуться они должны довольно скоро. Ничего с ними не случится. Даже если пересекутся с людьми — им не доставит трудностей справиться с ними и сбежать. Но выговор им надо будет устроить да посерьезнее! Все надежды на одного только Черноглаза.

Проходя мимо дома Совушки, женщина остановилась. Она прекрасно знала о проблемах Комара, как и о том, что он чувствует и о чем думает, но… наверное, это было единственное, чего она боялась сделать больше всего — поговорить с ним. Фонклира знала, что если она попросит его о чем-то, то он обязательно выполнит ее просьбу, но ей претила мысль о том, что этим она может сделать ему больнее. Она боялась, что ее напористость попросту доломает Комара, а потому решила, что другу нужно… время. Всего лишь время… Которого у него теперь не так много, в отличие от нее.

Может быть, ей и впрямь стоило с ним поговорить… Но она все не решалась. И считала это своей ошибкой, исправить которую не хватало решимости.

Задумавшись, она невольно вспомнила первые дни после того, что сотворила. Она шла к своей цели больше двухсот лет и испытала невероятное облегчение, когда наконец смогла увидеть и обнять своего старого друга. Но… оглядываясь назад, Фонклира чувствовала, как внутри все неприятно сжимается. Ей снились и продолжали сниться кошмары о случившемся. Сны каждый раз напоминали ей о том, что она сделала, скольких принесла в жертву, скольких отправила на смерть и скольких убила. Она по горло погрязла во лжи и крови и до сих пор не знала, как выбраться из этого тянущего на дно кровавого океана. И все же, Жучка крепко держалась за край обрыва, на котором повисла. Делала все возможное для того, чтобы выбраться и встать на ноги, ведь теперь перед ней открылись двери в новую жизнь. Она никогда не забудет о своих поступках, но и пообещала себе, что не позволит им потянуть себя обратно, как это случилось с Дасэндэнти. Будет двигаться вперед и не забудет взять с собой Комара! Уж слишком он ей дорог… Очень дорог.

Так еще и Айтос… Фонклира была благодарна ему за то, что он хранит все в тайне. Если бы не он, ее убили бы на месте. Никто не спросил бы причин. Никто не поинтересовался бы о ее прошлом. Никто не простил бы.

Их легенде поверили. Многие благодарили Фонклиру и восхищались тем, как храбро она ринулась в бой против огненных, пускай и не смогла ничем помочь. При этих словах ее могли бы пожирать изнутри стыд, вина, страх… Но ничего этого не было. Фонклира не раз принимала в своей жизни трудные решения, не раз шла против собственных принципов. В этой ситуации она осознавала, что если она хочет жить дальше и отныне своей жизнью, — жизнью Жучки, а не когда-то созданного образа под именем «объект-Фонклира», — то ей придется принять именно то решение, которого она боялась. И она это сделала. У нее все получилось. Жаль было только, что она, как и ее друзья, свое настоящее имя давным-давно позабыла. На остальных же ей было плевать. По крайней мере, она была вынуждена двигаться рука об руку с этой мыслью, чтобы не оступиться.