Летопись Новой Империи: Лизель Дорога в Грейстон

В экспедициях внутри Империи были только отборные гвардейцы — самые дисциплинированные бойцы. Из женщин — лишь другие сёстры и послушницы, среди которых Лиза всегда умела поставить себя. Но что, если партнёрша Ульфа северянка? Говорят, местные женщины сражаются наравне с мужчинами.

— Возьми себя в руки, Лиза. Сосредоточься, — пробормотала она себе под нос, стряхивая с плеч непривычную уязвимость. — Все это не важно. Ты здесь, чтобы выжить. Чтобы выполнить свою миссию и вознестись на самый верх.

Она встала и принялась готовиться к предстоящему дню. Прохладная вода смыла остатки сна и взбодрила.

— Северянка или шлюха — в первую очередь она женщина. Я всю жизнь окружена женщинами — разберусь.

Фыркнув, она отогнала неприятные мысли и полностью сосредоточилась на умывании. Лиза сняла ночную рубаху и надела привычное строгое чёрное платье, туго затянув завязки и аккуратно расправив подол. Маленькой щёткой смахнула вчерашнюю грязь с ботинок на невысоком каблуке, затем обулась и плотно завязала шнурки.

Лиза подошла к потускневшему зеркалу на стене. Тщательно расчесала тёмные смоляные кудри и убрала их в аккуратную, сдержанную причёску. На мгновение её взгляд встретился с отражением — чёрные глаза сегодня не казались столь пугающими.

«Не так ужасно, — подумала она. — К этому можно привыкнуть».

Лиза спустилась в общий зал. Вчерашнее шумное веселье сменилось напряжённой тишиной — будто всё замерло в ожидании. Ульф сидел на том же месте, что и вчера. Он уже был в полной боевой экипировке: поверх кителя с шевроном серебряной звезды — тактический жилет, за спиной — штурмовая винтовка. Лиза отметила качество снаряжения: это не потасканные автоматы окопной пехоты, здесь всё дышит заводской смазкой.

Ульф сидел один, склонившись над столом, и методично перебирал пистолет. Рядом дымилась кружка кофе. Выглядел он собранно и бодро, будто вчерашнего шнапса не было вовсе.

Лиза поправила дорожную сумку на плече и направилась к столу, за которым сидел наёмник. По пути она привычным усилием воли облачилась в броню придворной сдержанности — холодной, непроницаемой.

«Меньше всего мне нужно, чтобы этот вояка унижал меня, как вчера. Я должна играться с ним — не наоборот».

— Доброе утро, — произнесла она официально, подойдя ближе. — Мы готовы отправляться?

Ульф поднял на неё взгляд и улыбнулся.

— Доброе. Вижу, ты даже поспала, Чёрная Сестра. Это хорошо. У хозяина сегодня сносный завтрак — советую заказать.

В его голосе снова звучала забота, будто теплый источник пробивался сквозь северные камни с низким хриплым звуком.

— Я не голодна, — отрезала Лиза.

Наёмник усмехнулся:

— Это не твой уютный столичный мир. Здесь ешь не когда голоден, а когда есть возможность. К вечеру у Паучьего брода будет только хлеб и холодные консервы. И это — если повезёт.

Лиза на миг замерла. Последний раз она ела ещё в крепости Граммель. Но показывать слабость не собиралась.

— Ладно, — бросила она с явным недовольством. — Только пусть это окажется съедобным.

Ульф покачал головой, но промолчал.

Лиза оплатила завтрак и получила нечто... вызывающее. Пережаренные корнеплоды в жиру неизвестного происхождения, куски мяса, больше похожие на размокший канат, и уродливый ломоть подгоревшего хлеба. С этим позором Лиза вернулась к столу и презрительно швырнула тарелку перед Ульфом.

— Что это? — выдавила она.

— Северная еда, сестричка, — усмехнулся он. — На южных деликатесах ты здесь быстро исхудаешь и помрёшь.

— Люди это глотают, не выворачиваясь наизнанку?

— Просто попробуй.

— Исключено! Я не стану есть это! — вскрикнула девушка.

— Понял, ты выше местной еды, — от Ульфа повеяло холодком. — Но послушай: мы идём на ничейную землю, Лиза. У нас есть фургон, но впереди — мины, снайперы и Тар знает что ещё. Я проводник, а не носильщик. Свою тощую задницу таскать будешь сама.

Она уже открыла рот, чтобы возразить, но Ульф остановил её жестом — и, к собственному удивлению, она замолчала.

— Чтобы держаться на ногах, тебе нужно топливо. Вперёд, заправляйся, — он подтолкнул к ней тарелку.

Лиза бросила на него испепеляющий взгляд.

— Мы никуда не двинемся, пока в тебе не окажется хотя бы часть этого, — сурово добавил он.

— Заставишь меня блевать под лавку? — ядовито прошипела она.

— Ты даже не попробовала.

— Хорошо... — вздохнула Лиза и, сжав зубы, взяла ложку.

Первая порция оказалась горячей, густой и на удивление ароматной — дымный привкус копчёного мяса, острота перца, сладковатая нотка корнеплодов. Она едва сдержала вздох удивления.

«Бездна... Как нечто, выросшее в грязи и зажаренное в жиру, может быть таким вкусным?»

Но лицо осталось каменным, движения — сдержанными. Она медленно отвела взгляд, будто с трудом заставляя себя глотать.

— Не умри от восторга, — буркнул Ульф, заметив, как она жует.

Лиза фыркнула:

— Просто стараюсь не подавиться твоим «топливом», — процедила она, но уже без яда. И тут же съела ещё несколько ложек.

Чародейка с сожалением оставила часть завтрака на тарелке, чтобы не показать, насколько ей понравилось. Лиза чувствовала, что ведет себя по-детски, но не могла перебороть упрямство. Ульф лишь усмехнулся, откинувшись на спинку стула, но промолчал.

— Ладно, тёмная сестричка, за мной, — он вставил обойму в пистолет и спрятал его в кобуру на ремне.

Они вышли из таверны на небольшую площадь. Утренний туман почти рассеялся, но лёгкая дымка всё ещё скрадывала очертания мира, словно сонная пелена. Лиза решила разрядить обстановку:

— Хорошая экипировка. Я часто бывала в экспедициях внутри Империи. Не у всех гвардейцев такое оснащение.

— Оборудование и химикаты, чтобы отнимать жизни, — пробормотал Ульф, мрачно кивнув. — Прямо из Магнуполиса. Лучшие в мире.

Он помолчал, затем добавил:

— Будем молиться, чтобы сегодня ничего из этого не пригодилось.

«Молиться... Суеверный солдат?»

Лиза привыкла, что имперцы верят лишь в свою подготовку и милость Всеотца. Но он упомянул Тара — одно из имён Первого Царя людей. Значит, Ульф — последователь Алой Книги. Там действительно много мистики, поклонения природе... и ереси — с точки зрения Золотого Писания. Если он и правда хочет переехать в столицу, стоит следить за языком.

Она взглянула на наёмника. На мгновение его лицо смягчилось, и он даже подмигнул:

— Готова к поездке?

С трудом сглотнув, Лиза ускорила шаг и поравнялась с ним. Несмотря на внешнюю непринуждённость, в наёмнике теперь чувствовалась сталь — холодная, боевая, безжалостная.

За таверной уже дымил дизельный фургон. Кто-то суетливо запихивал сумки в открытый кузов. Ульф крикнул:

— Эй, Эшли! Поздоровайся с нашим работодателем!

Из задней двери выглянуло юное лицо. Девушка увидела их и ослепительно улыбнулась.

— Привет! Ты Лиза, да? Спасибо, что возьмёшь нас в столицу!

Ульф усмехнулся:

— Сначала отвезём Лизу в Грейстон. А потом — в Магнуполис.

Эшли пожала плечами:

— Ну, в итоге это будет столица, верно?

На лице Лизы мелькнула улыбка — она оказалась застигнута врасплох заразительным энтузиазмом Эшли. Ещё один кусочек встал на место: это и есть напарница Ульфа. Ясноглазая, жизнерадостная, невероятно юная.

Ульф ухмыльнулся и бросил на чародейку короткий взгляд:

— Она ещё ребёнок. Не суди строго.

Эшли захлопнула задние двери фургона, и Лиза наконец разглядела её как следует: маленькая, хрупкая, в тактической форме, почти идентичной той, что была на Ульфе, разве что на шевроне вместо звезды красовался белый волк. Серебряные волосы собраны в длинный хвост, две непослушные пряди игриво падали на лоб.

«Северянка...» — недовольно отметила про себя Лиза.

Ледяную кровь Эшли выдавали не только ослепительно белые волосы и глаза цвета пасмурного неба. Лица детей Фьёльдринха особенные. Сейчас её черты по-девичьи округлые, но в них уже читается та же северная жесткость, что и у Ульфа.

Девушка подбежала к ним почти вприпрыжку и потянула к себе северянина за лямки жилета, огромный наёмник охотно поддался:

— Можно мне первой за руль?

Ульф молча кивнул. Лицо Эшли озарила восторженная улыбка.

— Спасибо, спасибо, спасибо! — выпалила она, чмокнула его в губы и бросилась обратно к фургону.

Лиза внимательно наблюдала за ними. Она, конечно, знала, как устроены отношения между мужчиной и женщиной, но близко этого не видела. Ещё и настолько буднично.

«Действительно ребёнок... Но не такой уж невинный».

Она откашлялась, пытаясь стряхнуть нахлынувшую неловкость.

— А она... полна энергии, — выдавила Лиза, едва узнавая свой голос.

Сразу же стиснула зубы, раздражённая собственной глупостью. «Что со мной происходит? Соберись!»

— Ладно. Нам нужно двигаться, — пробормотала она и решительно шагнула к двери, стараясь не думать о том, что только что увидела.

Фургон тронулся. Эшли вела немного нервно, но уверенно. Ульф устроился на заднем сиденье — лицо его снова стало сосредоточенным, отстранённым. Он вытащил из-под бронежилета потрёпанную карту и сделал несколько пометок, затем принялся что-то записывать в небольшой блокнот.

Проезжая мимо городских ворот, Лиза почувствовала на себе пристальный взгляд. Эшли то и дело посматривала на неё с явным любопытством. Чародейка опустила глаза, не зная, как себя вести.

— Ульф сказал, что ты Чёрная Сестра. Магия и всё такое, — наконец не выдержала Эшли.

— Э-э... да, магия, — неловко отозвалась Лиза, слегка ерзая на сиденье. Упоминание её титула насторожило — сколько можно рассказать незнакомке? — Большинство людей зовут нас ведьмами. Или чем-то похуже, — сухо добавила она, внимательно наблюдая за реакцией Эшли. — Тебя интересует магия?

Лицо девушки озарилось.

— Конечно! Это же восторг! — воскликнула она, но тут же смутилась. — Хотя я, честно говоря, ничего о ней не знаю. Ну, кроме того, что написано в Алой Книге. Какие-то древние злобные твари владели магией.

«Ещё одна алокнижная...» — мысленно отметила чародейка.

— Зодчие, — кивнула Лиза, невольно улыбнувшись её непосредственности. — Строго говоря, «магия» — это народное название. Чёрные Сёстры называют эту силу Бездной.

— Бездна, — повторила Эшли, задумчиво катая слово на языке. — И... ты правда можешь убить человека, даже не прикоснувшись к нему?

«Теперь могу», — мелькнуло в голове Лизы.

Но вслух она лишь улыбнулась:

— Убить? Ты думаешь, мы какие-то убийцы?

— Думаю, вы крутые девчонки, которые нашли своё место, — радостно ответила Эшли. — Вас боятся от Зандрии до самых полярных врат!

Лиза задумалась, глядя вперёд, где дорога терялась в утренней дымке.

— Нас действительно боятся, — сказала она наконец. — Правда, пока это только вредит нам.

Сколько сестёр пропало без вести — то ли от рук инквизиции, то ли от селян, поднятых на бой пропагандой имперской контрразведки? Наставница называла это «конкуренцией институтов». Так, мол, видит всё это Всеотец.

— Спасибо, хоть ты меня не боишься, — сухо улыбнулась Лиза.

— Да не за что, — беззаботно отозвалась Эшли.

Чародейка невольно усмехнулась. Ей вдруг подумалось, что такой открытости она не встречала давно. А может, и никогда. Возможно, перед ней сидела настоящая непорочная душа — островок света посреди мира, затопленного смертью и болью. Если это не маска. Тогда что под ней?..

— Знаешь, а я хотела стать Чёрной Сестрой, — мечтательно произнесла Эшли, подняв взгляд к потолку фургона.

Лиза приподняла бровь:

— Правда?

— Конечно! Представляла, как сжигаю всех, кого ненавижу. Ш-ш-ш-ш-ш-а-а-ах! — она провела рукой в воздухе, выпуская воображаемое пламя. — И все мудаки мертвы.

Лиза уловила едва заметную перемену. Эшли снова усмехнулась, но теперь в её голосе звучала горечь. Она задумалась о чем-то, что окончательно стерло улыбку с лица.

«У тебя есть своя трагедия. И жало... — подумала чародейка. — Конечно есть. В конце концов ты — часть этого места».

Смотреть, как чистые, юные глаза затягивает тенью печали оказалось больно, поэтому чародейка поспешила сменить тему:

— Жаль тебя огорчать, но люди не могут использовать весь потенциал Бездны. Прорицание, телекинез, в редких случаях чтение мыслей или внушение. Но разрушение силой звёзд... Человеческое тело слишком слабо.

«Только не моё. Только не теперь», — пронеслось в голове.

Эшли удивлённо уставилась на неё:

— Тогда чем вы вообще занимаетесь?

— Собираем и изучаем знания Зодчих. Укрепляем тело и разум, чтобы выдерживать прикосновение Бездны. Осваиваем доступные дисциплины, совершенствуем их. И, конечно, ищем способ подчинить себе всю силу звёзд.

— Звучит не особенно весело, — честно призналась Эшли.

Лиза снова не смогла сдержать улыбки.

— Ты права. Порой нужно очень много воли, чтобы оставаться Чёрной Сестрой, — чародейка взглянула на собеседницу, всё ещё улыбаясь.

«Где же твоя червоточина?.. И когда ты её покажешь?» — думала она.

— Хм, наверное, всё же неплохо, что я не вступила в Сестринство, — задумчиво произнесла Эшли. — В конце концов, теперь для плохих парней у меня есть вот это, — Она похлопала по массивной кобуре на бедре, где покоился огромный пистолет. — К тому же, — её голос стал игривым, — в Чёрную Цитадель не пускают мужчин. А значит, я бы там точно не встретила Ульфа. — Она бросила взгляд в зеркало заднего вида, ловя его реакцию.

Наёмник едва заметно усмехнулся, затем прочистил горло и пробасил:

— Эшли, хватит болтать. Первый блокпост уже близко.

Она тут же оживилась, снова превратившись в ребёнка — только теперь в голосе звенел сарказм:

— Ладно-ладно, папочка. Нам уже и поболтать по-девчачьи нельзя?

Она улыбнулась и подмигнула Лизе. Чародейка почувствовала, как в груди разлилось тёплое, непрошеное чувство, и поспешно опустила глаза.

Ульф бросил на Эшли строгий взгляд.

— Продолжишь звать меня «папочкой» — отшлёпаю.

Девушка закатила глаза и заговорила притворно-мягким, кошачьим голоском:

— Не могу дождаться, папочка... Я же так плохо себя вела.

Ульф лишь усмехнулся и снова уткнулся в карту.

— Смотри на дорогу, дочурка.

Лиза почувствовала, как её щёки вспыхнули — жарче, чем угли в разожжённом камине. Она смущённо отвернулась к окну, стараясь вернуть себе хладнокровие.

Эти двое вели себя вызывающе, но на спектакль это не походило — слишком естественно, слишком обыденно. Наставница всегда говорила, что мужчины стремятся угнетать волю женщин, лишая природного чутья и интуиции. Но в этой паре именно Эшли была эмоциональным центром. Ульф выглядел тихим в её присутствии — совсем не тот человек, что вчера сыпал усмешками перед Лизой. Сегодня из него и слова не вытянешь. Это связано с северной культурой? Или передо мной уникальная пара?

Они проехали ещё полмили, когда впереди показался контрольно-пропускной пункт. Бетонные блоки и ржавый забор за ними были плотно опутаны плющом. Здания с выбитыми окнами выглядели заброшенными — будто их покинули ещё до войны.

Ульф коротко бросил:

— Тормози.

Эшли склонила голову набок и вопросительно взглянула на него:

— Почему? Здесь же никого нет.

— Останавливайся и занимай позицию, — повторил Ульф, не отводя от неё пристального взгляда.

— Ладно-ладно, — проворчала она, закатив глаза. — Ты параноик, Ульф. Мы вчера проезжали здесь — ни души.

Тем не менее она перебралась на заднее сиденье, затем — в кузов пикапа, присела там, скрывшись из виду, и звонко защёлкала затвором — Эшли готовила оружие.

Лиза нервно посмотрела по окнам. Фургон на открытой местности — идеальная мишень. Она повернулась к Ульфу и, стараясь сохранить спокойствие, сказала:

— Стоять здесь — плохая идея. Что, если нас заметит снайпер?

Ульф мрачно усмехнулся.

— Тогда Эшли устроит ему дуэль. И выйдет из неё только она. Верно?

— Да, бля! — донеслось в ответ из кузова.

Тем временем Ульф пересел на водительское место. Лиза ещё раз вгляделась в развалины впереди. Пустота, пожалуй, была слишком идеальной. Но скепсис Эшли уже передался и ей.

— Не слишком пусто для засады?

— Проверим, — буркнул Ульф.

— Но Эшли сказал, что вы тут часто проезжаете.

— Угу... И каждый раз проверяем.

Лиза слегка занервничала.

— И что делать, если начнут стрелять?

— Пригнись, держись за укрытием и не лезь под пули. Начнётся мясорубка — уходите без меня.

Из-за заднего сиденья показалась Эшли с тяжёлой снайперской винтовкой. Ловко вставив обойму, она резко передёрнула затвор.

— Чтобы я бросила здесь мужика с самым офигенным членом во всей Империи? Хрен там, — её голос звучал задиристо, почти с вызовом.

Чародейка снова почувствовала, как краска заливает щеки, и уже привычно отвернулась к окну.

«А вот это было на показ, — мысленно отметила Лиза. — Она хочет, чтобы я видела их особую связь? Или просто пытается меня смутить? Если второе, то сработало».

Ульф бросил взгляд на Эшли и мягко улыбнулся.

— Дуй на позицию, валькирия.

Эшли тихо вышла через заднюю дверь. Её хрупкая фигурка мгновенно растворилась в высокой траве у обочины, оставив за собой лишь лёгкий шелест.

Ульф направил фургон к блокпосту на минимальной скорости. Они подъезжали к заросшей постройке, всё было так же тихо. Ярдов за пятьдесят он остановил транспорт. Вздохнул, не сводя взгляда с проёма в заборе, и заглушил двигатель. Вышел. Медленно пошёл к блокпосту. Всё вокруг казалось мёртвым и заброшенным. Ни шороха, ни движения. Только ветер изредка заставлял где-то вдалеке стучать какие-то железки. Шаг за шагом... Тишина не нарушалась.

Лиза затаила дыхание. Сама она не чувствовала опасности. Чёрные Сёстры, привыкшие доверять остро отточенным инстинктам, редко ошибаются.

«Пусть это будет просто его паранойя», — мысленно просила она, обращаясь ко Всеотцу.

В следующее мгновение из укрытия выскочили трое бойцов. Они резко что-то выкрикнули. Ульф медленно опустил автомат на землю и поднял руки. Незнакомцы выглядели как оборванные дорожные бандиты — грязные, измождённые, с дикими глазами. Но Ульф не ошибся — ошиблась она.

Лиза похолодела изнутри, глядя, как он добровольно расстаётся с оружием.

«О нет... Это очень плохо».

Что делать? Вмешаться — и раскрыть себя? Оставить его на растерзание — и лишиться единственного проводника? Горло сжало, будто чьи-то невидимые пальцы душили её. Обиднее всего было не заметить угрозу.

«Что с тобой происходит? Почему твоя интуиция молчит? Ты ведёшь себя, как неопытная послушница!» — с яростью подумала она и ударила кулаком себя по бедру.

— Всё. Соберись! — прошептала она сквозь зубы. — О чем они говорят?

Закрыв глаза, Лиза глубоко вдохнула и сосредоточилась. Нужно было выпустить своё астральное тело — самое сложное, чему учила наставница. Сколько раз она засыпала на этом упражнении! Тогда трость Эбигейл больно хлестала по икрам: «Ещё раз! Сначала!».

Но сейчас получилось. Она почувствовала, как вокруг неё мягко распустились щупальца астральной сущности. Лиза вдохнула ещё раз — и выстроила в воздухе основу заклинания. Её призрачные конечности, невидимые для постороннего глаза, начертили в воздухе сложный узор. От Упрямой Звезды на востоке к хвосту Вечного Дракона, затем к молодой луне, пульсирующей энергией Бездны. Линии вспыхивали лишь для неё одной, дрожа в тонком слое реальности между мирами. Лиза много читала об этом заклинании, но собирала его впервые, на грани между инстинктом и отчаянием.

— Слухач... — прошелестела она одними губами.

Линии заклинания вспыхнули ярче, наливаясь силой. Мир вокруг сжался и распахнулся заново. Внезапно всё стало ближе, чётче, яснее — будто она сама вспорхнула и приземлилась рядом с Ульфом, невидимая, но всё слышащая.

Ульф заканчивал фразу:

— ...просто едем мимо. Нам нужно в Хардаллен.

Один из бандитов усмехнулся:

— Ага... И чё вы там забыли?

— Торговля, друг. Всем нужны товары. Чем опаснее дорога — тем выше цена.

Второй плюнул на землю.

— Точняк. Только пушка у тебя новехонькая, да и форма свежая. Не похож ты на барыгу.

— Хочешь — подарю тебе эту форму? — невозмутимо парировал Ульф. — Давай договоримся: сколько стоит проезд? У меня есть северное серебро, имперское золото Йот, даже пингусы припасены. Назови цену.

Первый бандит прищурился:

— Добряк, да? Щедрый торговец... А что нам мешает убить тебя и забрать всё, а не часть?

Ульф развёл руками:

— Только Тар, пожалуй. И то, что вы — серьёзные ребята. Я тут проезжаю два раза в неделю. Лучше немного денег регулярно, чем один раз — и всё. Не согласны?

Третий бандит скривился:

— Чтоб мы тут сидели и ждали, пока ты с дружками заявишься? А кто в машине — чернушка, что ли?

У Лизы внутри всё сжалось:

«Откуда этот оборванец знает, что в фургоне Чёрная Сестра? Это не бандиты. Это засада».

Пока чародейка лихорадочно соображала, что делать, бандиты не теряли времени.

— Пошли-ка познакомимся с твоей подружкой, — протянул один, ухмыляясь.

— Ага, — подхватил второй, — тут вечерами одиноко. Не люблю грустить.

Третий шагнул к Ульфу, чтобы толкнуть в сторону фургона. Наёмник молча подпустил его на расстояние вытянутой руки, резко схватил его и зашёл за спину, используя в качестве щита. Оборванец от неожиданности выронил автомат. Остальные бойцы опешили — кричали, махали оружием, но стрелять в своего не решались.

— Парни, давайте сегодня обойдемся без пальбы? — все ещё пытался их урезонить северянин.

Где-то вдалеке громыхнул выстрел крупнокалиберной винтовки. Бандита слева отбросило — снаряд пробил его грудь. В руке Ульфа мелькнул пистолет. Второй попытался обойти наёмника сбоку — и тут же получил несколько пуль в грудь и одну в голову от северянина. Последний, служивший щитом, попытался выхватить короткий ствол. Ульф заметил это и пустил ему пулю в затылок. Тело обмякло и рухнуло на землю. Лиза резко вдохнула — горло сдавило.

«Бездна...»

Концентрация рухнула, астральное тело распалось, сознание чародейки, будто на невидимой нити, потянуло обратно к плоти, к страху, к дрожи в пальцах и тяжести в груди.

Снова оказавшись в фургоне, Лиза почувствовала, как удушливая паника сжимает грудь. Ладони вспотели, дыхание стало коротким и прерывистым, мысли метались, как птицы в клетке. Конечно, они защищали друг друга. Конечно, Ульф исчерпал все варианты, прежде чем прибегнуть к насилию. Но всё же... Трое людей только что лишились жизни — прямо у неё на глазах.

Она вцепилась в край сиденья. Это лишь начало пути

«Бездна, сколько ещё смерти нам предстоит посеять?..» — пронеслось в голове.

Медленно, с трудом самообладание возвращалось. Дыхание выровнялось, мысли улеглись. Лиза подняла глаза. Ульф копался у развалин КПП. Видимо, возился с растяжкой или миной. К нему через сухую траву не спеша шла Эшли, закинув на плечи свою огромную винтовку, будто коромысло. Подойдя ближе, она прислонила оружие к забору, наклонилась и поцеловала Ульфа, будто не видела неделю.

Лиза невольно вздрогнула. Она ясно представила, что чувствовала Эшли, глядя через прицел, как её любимого окружают вооруженные люди. Каково жить, зная, что в любой момент один из вас может умереть?

От этой мысли чаша Лизы переполнилась — из глаз потекли горячие слёзы.

Во время внутренних экспедиций тоже возникали ситуации, требующие применить насилие. Но там с ней была гвардейская рота автоматчиков. Или пара взводов имперского десанта. А сейчас их всего трое. Если бы Ульф сейчас погиб, успела бы Эшли пристрелить этих троих? Что бы противопоставила Лиза троим бандитам? Да хоть одному...

Услышав шаги, Лиза быстро вытерла слёзы, закрыла глаза и представила себя в ледяной ванне — приём наставницы: «Если мир вокруг рушится — стань льдом. Холод — внутри, камень — снаружи».

Когда она открыла глаза, наёмники уже подходили к фургону. Эшли шла легко, почти беззаботно, огромная винтовка лежала на плече.

Северянка устроилась на заднем сиденье и принялась разбирать своё огромное оружие. Ульф сел за руль и некоторое время молчал, уставившись в панель приборов. Лиза насторожилась.

— Что случилось? — спросила она.

— Это были обычные бродяги, — задумчиво ответил Ульф. — Наверное, даже не дезертиры. Слишком с оружием неумело обращаются. Зачем им рисковать и лезть к машине, если можно просто взять деньги?

«Заметил ли он, как быстро они поняли, что я не просто какая-то попутчица?» — мелькнуло у Лизы, но она лишь пожала плечами.

— Да кто их знает? — вмешалась Эшли. — Может, пьяные — решили покуражиться. А тут ты как раз подвернулся. Или увидели Лиз, — добавила она с ухмылкой. — Красотка же! Я бы тоже заволновалась, будь на их месте.

Чародейка нервно усмехнулась, не зная, как реагировать на такой комплимент.