Вспышка. Каждому СВОи

Чисто. Асфальт, плитка. Пахнет морозом. Семья вся в режиме шаговой доступности. Безопасно. Не бомбят. Ещё бы съесть что-то такое.

Он уже сутки пребывал в состоянии полного почти дебилизма. За него все решали, везде водили, говорили куда сесть, лечь, что надеть, что посмотреть по ящику и куда пойти поужинать.

Года, наверное, три они вот так не собирались. Наверное, ещё до пандемии. Дочка жила в Питере, сын служил в Краснодаре, генерала мотало по командировкам, одна жена добросовестно учительствовала в родном Новосибирске, прерываясь только на летние каникулы. Ну или вот, как сейчас, на отпуск мужа. Для неё даже переверстали расписание, чтобы отпустить в учебное время. В таком вот порядке исключительного исключения.

....

Оля как раз фоткала своих. Боковым зрением отметила знакомый силуэт, чисто из профессионального педантизма сфоткала живописную группу и отвернулась. Похож. Везде мерещится.

Она выступала в качестве семейного фотографа, и ещё несколько минут была действительно занята. Когда осознала и снова обернулась, группа удалялась в сторону от их компании.

Ваня с Викой были заняты, как всегда, своим ребёнком, и не сразу заметили перемены в подруге.

А подруга, лихорадочно отматывала отснятые кадры назад, назад, пока не нашла тот самый единственный нужный кадр. Ракурс был так себе. Но главное было все же читаемо.

Это был он, точно он, остальные угадывались. Сын был - копия. Молодая женщина могла быть дочерью. А вот та, что постарше...

Было очевидно, кто была эта женщина, по осанке, по месту в группе, по манере держать мужа под руку, по выражению полного счастья и дебилизма на лице этого, б.., мужа.

Неприятно поразило её открытие, что она сама у своего генерала номером третьим. Что он так счастлив и БЕЗ неё! Что у него столько ещё любимых и близких КРОМЕ неё. И даже и полюбимее, и поближе будут.

В общем, "неприятно!" - вообще не то слово! Она просто рухнула в какую-то чёрную яму. Прямо тут, на Дворцовой площади.

- Оль? Ты чего? Оля. - Вика не могла достучаться до коматозной подруги.

- Поехали? - выдавила из себя гостья.

И пока Вика рассказывала, что, ну вот, фотоотчет о пребывании сделан, и можно уже ехать к бабушке, что Ваня последнее время не любит с ними ездить, что надо будет ещё на выезде заскочить в "Ленту" и купить кое-что. Что они ещё успевают...

Оля с трудом вытаскивала себя из мазутного отчаяния, прямо руками переставляла одну ногу, возвращалась за другой, снова вытягивала из трясины отказывающую конечность. Подтягивала штаны, падающие с утекающего тела. Собирала в руки текущее лицо. Снова переставляла ногу, другую, пока с грехом пополам не доползла до нарядной Викиной машинки.

Ваня уложил уснувшего ребенка в кресло. Вика попросилась тоже назад. Сделала вид что быстро уснула, и получила, как минимум, полчаса уединения.

Там она позволила себе растечься по полу бесформенной лужей, и, лежала так какое-то время, минут через двадцать или тридцать она смогла вдохнуть. И ответить на Викин вопрос.

- Нет, Вика, можно я не пойду.

- Ну тогда мы на тебя Юрочку оставим, он хорошо спит -

и родители ушли в гипермаркет, оставив их с ребенком в машине и в покое.

....

Генерал привычно написал девчонке "привет, как дела?"

Его домашние собирались в театр. А он не захотел. Отпросился. Развалился в номере на шикарной койке, подумал про сексодром, вот и написал.

Она не ответила.

Обычно отвечала. Сразу. Видать не на связи.

Он подтянул к кровати столик и завалил его всякой всячиной из холодильника: мороженое, колбаса, сыр, банка оливок, помидор, лимон, тонко нарезанный бекон, принёс пузатую бутылочку с коньяком и такой же пузатый бокальчик.

- О пап! Хорошо устроился. Так-то бы я, наверное, тоже остался! - сказал сын.

- А ты сегодня отвечаешь за дам!

Сын сделал грустное лицо, но отец остался непреклонен. Он разворачивал сыр и собирался устроить себе тарелку-ассорти.

Включил телевизор, плеснул из бутылочки, накатил, и как был босиком и в трениках вышел в прихожую расцеловать домашних:

- Вы - красавицы!! А ты - молодец. Не задерживайтесь. После спектакля, сразу домой! А то я тут без вас упьюсь в одну харю.

- Сильно не усердствуй - строго сказала жена - у нас еще завтра Петергоф.

....

Генерал послал ещё один приветик. Оля не ответила. Прошло может с полчаса, может больше.

"Ты где? Я соскучился!" - снова написал он.

Минут через пять пришла фотка, с подписью. "Иди в жопу!"

Он дёрнулся, как от пощечины. И пару минут слушал пульс в голове и в сердце. Ну хоть бы многоточие там поставила, фу! Нет, прописала всё до последней буквы. Какая она все-таки грубая! Мужиковатая! некрасиво же? Неужели не слышит? для девушки! Вот хабалка!

Он, наконец, решил рассмотреть, что там за фотка. И его прошиб пот. На фотке был изображён он в окружение семейства. И сделана одна была сегодня, на Дворцовой, всего несколько часов назад.

Потом он написал Никите, адъютанту, попросил узнать, где сделана фотка, с какого телефона и где этот телефон сейчас.

Потом от расстройства накатил без закуски и зашагал по номеру туда-сюда.

Никита все узнал, телефон находился в Питере, и генерал попросил выяснить, что за номер, и можно ли его проследить?

- Тарищь генерал, незаконно же, гражданский же номер.

- Ты, Никита, не умничай давай исполняй! - сказал генерал и бросил трубку.

Через полчаса Никита позвонил, уточнил координаты, объяснил, как подключиться. И когда уже все сделали, спросил:

- Андрей Валерьевич, а вы знали, что это Олин телефон, да?

- Олин? Какой Олин? - то ли он был пьян, и ничего не понимал, то ли совсем запутался - эту фотку Оля сделала? Сама?

- Ну, номер, к которому вы сейчас подключились, это Олин номер, да.

- Она что в Питере?!!

- Ну, я не знаю, но могу узнать - адъютант с той стороны тоже совсем потерялся.

- Стоп. Никита, всё! Не парься! Разберусь. По крайней мере за мной никто не следит, это же главное?

- Так точно - вежливо ответил парень.

- Ну и отлично. Спасибо. Отдыхай!

Значит, я сейчас слежу за Олиным номером, и он находится в Питере...

И она видела меня с домашними на Дворцовой. Вот писька малолетняя! Сцены мне будет закатывать!

Он ещё немного походил туда-сюда. Потом не выдержал и все-таки написал:

"И что?"

Она снова не ответила.

И тогда он включил программу слежения. Телефон двигался где-то по окраине. Через десять минут он выехал за город. И неуклонно удалялся. Ещё через десять минут генерал всерьез заволновался.

Мало ли что придет в голову этой чокнутой девице! Она вон на войну ездит, как на работу.

А вдруг она пьяная, он знал уже, как она провела ночь после их знакомства. Теперь уже генерал стал бояться, что она остановится. И накаркал.

Точка на карте замерла, ещё чуть подвигалась и остановилась. Теперь уже генерал не находил себе места и не мог остановиться, все ходил и ходил по номеру.

Воображение рисовало ему картины одна страшнее другой, самой невинной была картинка, где её приковывают к батарее в холодном подвале.

В конце концов он не выдержал, быстро оделся, написал записку, что у него проблемы с погрузкой, чтобы ложились, вызвал такси и выдал таксисту координаты.

Только одного он боялся во все время в пути, как бы не было поздно, и ещё об одном жалел всю дорогу, что не было оружия.

Глава 8

Бабушка, к которой ездили Олины приятели, была персонаж примечательный. Оля регулярно слышала о ней, с тех пор как познакомилась с ребятами.

На свадьбу они специально заезжали к ней в больницу. Что удивляло - раз, и свидетельствовало о её чрезвычайно высоком статусе - два.

Притом, что она к тому уже времени была какой-то нереальный долгожитель, и тогда уже перевалила за девяносто.

Оля ехидно звала её про себя "рождённая революцией". Хотя объективности ради её следовало бы звать "дитя войны" Но даже этот образ сильно отдавал нафталином.

Оля поначалу согласилась на эту поездку только по той причине, что Викин "старик" должен был тоже туда приехать. Ну, а уже после Дворцовой ей было вообще пополам, куда ехать.

Они ещё куда-то заезжали, Ваня выходил минут на двадцать, потом проснулся мальчик, где-то они останавливались, меняли памперсы. В общем, пока её не трогали, она отсиживалась, как после удара. Ваня принёс ей бутылку пива, и это оказалось очень кстати.

И когда они доехали до бабушки, Оля уже чуть-чуть оттаяла. Тем более, что генерал прислал записку, и ей удалось его пнуть в ответку. Месть, как лекарство от депрессии, сильно недооценивают.

Бабушка встретила их как родных, всех обнимала и целовала, даже Олю, но фаворитом её бы конечно Юрочка. Они мгновенно законнектились и как-то уединились.

Родители выключили турбо и потихоньку начали хозяйничать. Вика загремела кастрюлями, Ваня принес огромную охапку дров. Олю усадили в тихий уголок чистить овощи, Ваня принес ей вторую бутылку пива, и открыл свою первую.

- Глафира Андреевна, вы будете пиво? - громко спросил он. И Оля выпучила на него глаза " Она что пьет?!!" Ваня лукавого сощурился.

- Ванечка нет, не буду, я со всеми потом чего-нибудь выпью.

Оля была в шоке. Старушка оказалась тот ещё одуванчик.

Они сидели с малышом на диване, как две выпадающие из жизни субстанции: одна ещё "недо", другая уже "пере" – каждая их которых была для Оли непонятной, если не чуждой, не интересной, немного раздражающей, хотя почти безразличной. "Чего они все в этом находят?"

Она вернулась к овощам: полведра картошки, килограмм лука, полтора - моркови, свеклы тоже чуть ни килограмм.

Вика крупно порубила тушку цыплёнка, вымыла и всю отправила в кастрюлю. Кастрюля на плите стояла чуть ли не ведерная, и Оля спросила, что же за эскадрон они планируют кормить сегодня вечером.

Вика осмотрела свой привычный объём работ:

- Мы всегда так, мы готовим ужин на сегодня и супчик на завтра с утра, все придут поправить здоровье.

- А все это кто? - уточнила Оля.

- Ну, гости - Вика уловила раздражение в вопросе и решила объясниться - Я сюда езжу - от Юрочки отдохнуть, Глафира его обожает. У Вани здесь дядька живёт по соседству, они придут на ужин.

- Они?

- Они, да, он там не один живёт.

- И сколько же их будет?

- Ну, три-четыре человека, и нас четверо...

- И часто вы так?

- Нет, не часто, может раз в месяц, летом чаще, летом мы почти каждую неделю катались. Тут еще озеро недалеко, много народу приезжает. К ней любят ездить. В общем, это долгая история, сама все увидишь.

- А что у бабушки своих-то детей нет? Что она собирает посторонних?

Вика сначала распахнула глаза от неожиданности, на минуту застыла, а потом все-таки ответила:

- А Глеб и есть её внук.

"Глеб, Глеб..., а Глеб!"

- Этот твой интернет-гений?! Её внук?!

....

Генерал высадился из такси метров за двести от координат, подождал, когда машина уедет и двинулся по улице в нужную сторону. Место было обжитое и довольно хорошо освещённое. Участки большие, густо уставленные соснами, для лазанья по соснам и заборами оделся он, конечно, не очень.

Других путей было два: сделать вид, мол, живу я здесь, и просто пойти мимо, и второй, постучать на дурака к соседям, и спросить мол, где хозяева.

Примерно в заданном месте была припаркованный машинка, такая скорее дамская, красный минивэн. Внутри он рассмотрел детское кресло. Как ловко шифруются, подумал он, и искоса стал рассматривать объект.

Дом был довольно старый, из советских дач, хотя в хорошем состоянии, и это его тоже насторожило.

Окна в доме светились, но были зашторены. Свет не горел только в мансарде. Топилась печь. И в доме, и где-то ещё в глубине участка. Ему показалось, что разговаривают. И даже как будто женщины.

Он прошёл мимо и ещё какое-то время все в том же направлении, пока не уперся в поворот улицы, завернул, постоял и решился пройтись в другую сторону.

Теперь уже он изучал возможности подойти вплотную. Ну, вот тут можно подскочить и дотянуться, там второй забор, но там уже не на свету, есть пространство для манёвра.

Он осмотрел соседние дома, светятся два напротив и ещё три по этой стороне. Но в одном месте он видел табличку охранной фирмы, так что максимум полчаса.

Машину что ли угнать? - он подумал на минивэн - никогда такую не водил, интересно, только такая маленькая!

С другой стороны, да и пусть приедет охрана! Посадят! в его звании, как-то не солидно. Ну, будем решать проблемы по мере их поступления.

В это время у него за спиной хлопнули двери, он вздрогнул, но продолжил движение. Его обогнали два мужика, с какими-то сумками. Они что-то говорили между собой про пилу, которая сломалась и новую цепь. И ещё про какую-то машину, которой осталось только развал-схождение отрегулировать. И генерал почти что поставил им пять с плюсом, если бы они не свернули в тот самый дом.

Ещё два мужика. Ммм, бедная моя девочка. Может, там бордель?

Они запросто открыли калитку каким-то простым движением, протопали через весь участок, и постучали только уже в двери дома. Да и то вошли, не дожидаясь ответа.

«Ну, что ж это облегчает задачу...Беспечность - друг шпиона»

Он ещё раз мысленно прошелся по маршруту.

Осталось узнать, где её держат. И он написал: " Олюшка, девочка моя, тебя где держат? Я здесь недалеко, на соседнем участке, если можешь, подойди к окну, будем думать, как тебя вытаскивать "

Он отошёл в тень дома напротив, так чтобы были видны окна по двум сторонам дома и стал ждать.

Расчёт был такой, если телефон всё ещё у неё, то подойдет она, если нет - всё равно кто-то подойдет, и будет пялиться на соседний участок. Тогда... Тогда будем посмотреть...

Он приготовился.

Неожиданно, двери дома открылись и на веранду вышла его Олечка живая и невредимая. Она накидывала на ходу куртку и озиралась по сторонам. Как раз в сторону участка, на который он намекал в записке. Потом она спустилась на дорожку, дошла до калитки и вышла на улицу.

Генерал остолбенел, и не мог произнести ни звука. "Вот дурррак!"

Его позиция в тени дома делала его совсем незаметным, и он даже подумал, может свалить по-тихому от такого позора. Но это показалось ещё глупее, и он тихо, почти шепотом позвал "Оля! Олечка! "

Оля недоверчиво повернулась на звук, и без паузы метнулась в его сторону, с разбега врезалась в него, и повисла, обнимая со всем таким знакомым уже темпераментом.

"А, нет, похоже, не дурак!" - одобрил себя генерал и заулыбался, отвечая на ласки.

- Как ты меня нашёл? Я думала, ты вообще меня забыл! Я чуть с ума не сошла! Я такая думаю, ну все... А у меня в голове... А ты где попало... И потом... Сколько можно..., надо же предупреждать...

Короче, генерал подумал, что схема рабочая, надо запомнить и пользоваться при случае.

Глава 9

- Давай войдем, там нормальные люди. Там баню топят, там женщины и дети, все как ты любишь.

- Нет, Олюшка, не хочу, неудобно. И дома меня ждут, я сказал, что поехал решать проблемы. У меня там семья, ты же уже знаешь. Завтра вечером они уже уезжают.

Оля надулась, а генерал продолжил:

- А у нас с тобой будет ещё два дня, и даже двое полных суток. Не жадничай. Я же не мальчик тебе. У меня обязательства... Ну всё, не дуйся, перестань, давай вызови мне лучше такси.

Оля достала телефон:

- Я адрес не знаю...

- Давай, давай, Олюшка, - и он подтолкнул подружку к дому.

В то же время с другой стороны к дому подъехала машина, из неё вышел длинный и тощий, как циркуль, человек, и к калитке они подошли практически одновременно.

- Здравствуйте, дорогая Оля! - сказал человек, Оля непроизвольно вздрогнула и прищурилась в темноту, "где-то встречались?"

- Мы знакомы? - вежливо улыбнулась она.

- Пока нет, сейчас выйдет Вика, и нас обязательно познакомит.

- Ааа - догадалась Оля - Вы, наверное, Глеб!

- Совершенно верно - манерно поклонился циркуль, и протянул руку, сначала Оле, а потом её спутнику:

- Глеб - представился он и генералу ничего не оставалось как пожать и представиться:

- Андрей.

- А по отчеству?

- Андрей Валерьевич, тогда и ваше отчество.

Парень тормознул, потом кивнул и представился снова:

- Глеб Евгеньевич. Ну что, войдем?

Оля в замешательстве повернулась к генералу. В это время на крыльцо выскочила Вика, и пулей пролетела десять разделяющих их метров, на ходу вдевая руки в рукава пуховика.

- Глеб, вы уже приехали! А я там на кухне, посуду...Ой, Оля... А это Глеб, а я хотела вас ... Здрасьте - вежливо кинула она незнакомому дядьке.

- Да, Вика, мы уже познакомились. И даже собрались войти в дом.

Вика с готовностью развернулась, и все двинулись было за ней, но генерал удержал Олю за руку.

- Ой, Вика, а мы хотели..., скажи адрес..., мы хотели такси заказать.

- Сюда? Зачем?

- Андрей Валерьевич уезжает...

- Ааа, да? Вы не зайдете? Я думала, вы к бабушке, или к дядь Юре -

по выражению лиц она поняла, что ляпнула что-то не то.

- К бабушке? - переспросил генерал.

- Вика, - вклинилась Оля, пока не было сказано ещё что-нибудь лишнее - это Андрей Валерьевич, я тебе про него говорила...

Она остановила на Вике долгий взгляд, пока не увидела понимания в глазах подруги.

- И он сейчас уезжает домой, и поэтому... мы хотим вызвать такси...

Глеб неожиданно резко продиктовал:

- Центральная 24 - взял под руку Викусю и собирался увести её в дом.

Но она не ушла. Поняв, что сделала что-то бестактное, она хотела загладить:

- Хотите, я вас увезу? Мне нужно только Ване сказать и бабушке.

- Оль, это далеко, это в город.

- Да? В город? Ну, что давайте хоть тогда поедим, мы ещё не успели.

- Да, девочки, зачем такие сложности, Оля, вызывай такси.

- Уже даже мне стало интересно, что там за кавалер держит девочек на морозе - от веранды раздался голос пожилой женщины и засветился огонек сигареты.

- Глафира Андреевна, он не хочет войти - пожаловалась Вика.

- Ну, не хочет, значит - не хочет, что вы пристали к человеку? А что он хочет?

Генерал про себя хмыкнул. А Вика продолжила:

- Он хочет уехать -

- И что ему мешает?

- Мы пытаемся вызвать ему такси.

- Ну и как? Получается?

- Пока нет.

- Что так?

- Не понимаю, уже вторую машину отменили - сказала Оля, не отрываясь от экрана.

- Не удивительно. В такое время... Выходной. Обратно пустым. Никто не хочет. Я сама столько раз попадала. Может, вы хоть на веранду поднимитесь?

Им пришлось подняться. Генерал, по правде говоря, промерз уже так основательно, уже и девочки притопывали, и бабушка докурила. Ну и когда третья машина тоже не поехала, они всей гурьбой ввалились в дом.

Пожилая хозяйка и новый гость вежливо обменялись рукопожатия и именами-отчествами чуть ли не в проеме дверей.

У порога их встретили малыш и его папа:

- А мы как раз собирались пойти глянуть, кто это нашу маму морозит? А это оказывается... Товарищ генерал-лейтенант...

У генерала екнуло в груди. А парень вытянулся в стойку смирно, хотя это было довольно сложно с ребенком на руках, который совершенно не понимал эту команду.

- Вольно, вольно, дорогой. Я здесь прямо по очень штатском делам - смутился генерал.

- Есть! - ответил парень и попытался сделать вид, что не знает звания этого гостя.

Циркуль, Глеб Евгеньевич, с интересом наблюдал эту сцену. И следующую, когда неожиданные гости пытались приткнуть куда-нибудь свои замерзшие и местами рассекреченные туловища.

Их усадили за стол, налили по рюмашке, накормили чем-то ароматным и овощным. Оля расслабилась и вроде бы успокоилась. Генерал тоже отогрелся и после второй рюмки почти освоился и начал одобрительно осматриваться.

Вика хозяйничала. Молчаливый циркуль лениво ковырялся в тарелке, и оживлялся только когда Вика или бабушка к нему обращались. Парень с ребёнком общались больше с бабушкой.

И тут двери распахнулись и в дом ввалились два распаренных, красных и оживлённых перца и с порога засыпали присутствующих впечатлениями: отличная баня, хороша! горячая ещё, веник только нужен новый, кто следующим идет париться, "Ваня пойдешь? Сходи дорогой, вон Глеба с собой возьми"

Глеб категорически скрестил перед собой руки. А Ваня сказал:

- Я бы попарился, Вика, пойдем Юрку попарим? помоем? Что? Ему понравится, тебе понравится? - спросил он, ребенок кивнул на все согласный - ну, вот! хоть посиди с нами, Я попарюсь.

Вика почему-то смутилась.

Дядька уперся взглядом новых гостей, и вдруг поменялся в лице.

- Таришь генерал, я ведь не ошибаюсь?

- Так точно, но это секрет.

- Понял. Разрешите обратиться?

- Андрей Валерьевич.

- Понял, я товарищ генерал под вашим руководством ещё из Афгана в 89 году выходил.

- Ну, я тогда генералом не был.

- Ну и я тоже майором.

- А в каком ты полку...

- Сорок пятый, рота спец минирования.

- Так ты реально под моим началом служил?!

- Так точно. Я ж говорю. Я глазам не поверил. Вы у нас в семье легенда, мы потом в Чечне рядом служили, правда уже в разных подразделениях. А в Сирии у вас мой товарищ служил, я уже дембельнулся, но там он уже у музыкантов служил.

- А этот парень с ребенком? Он меня откуда знает? Он меня прям узнал.