Неизбежность Вейри

Три массивные башни стабилизатора обрамляют центральный шпиль, устремлённый к небу. Их вершины венчают гравитационные антенны, улавливающие сигналы со всех уголков Эларии и за её пределами.

Дарен замедлил шаг, глядя на башню. «Скоро предстоит принять решение, которое изменит всё».

Двери башни распахнулись без лишних церемоний: голографический шлюз узнал биометрию и нейрокод, растворился, пропуская внутрь.

Внутри пространство дышит роскошью и технологиями: стены залов трансформируются в интерактивные панели по одному жесту, а мебель подстраивается под анатомию пользователя. Умные системы регулируют освещение и температуру с учётом биоритмов эларианина, создавая ощущение не холодного прогресса, а заботливого, почти живого пространства.

Обсерватория на вершине башни была заполнена оптическими сенсорами и квантовыми телескопами. Отсюда открывался доступ к основной базе данных Эларии: от древних легенд до новейших научных открытий. Сквозь огромные линзы древних телескопов можно было увидеть не только звёзды, но и тонкие нити магических потоков, пронизывающих реальность.

Дарен вошёл в обсерваторию. Лира Крон - его мать, изучала голограмму древнего пророчества. Его строки мерцали в полутьме, словно напоминая о забытых временах:

«Когда в домах элариан дети перестанут рождаться, а магия — течь по жилам, явится та, что пробудит Сердце Эларии. В ней ключ. Лишь с ней наследник Кронов пробудит древнюю магию. Их союз станет мостом между мирами, а потомство — началом новой эры, и возродится сила Эларии».

— Мама, - Дарен подошёл ближе, стараясь унять внутреннюю злость. — Ты веришь в это? В пророчество?

Лира подняла глаза. В них читалась надежда, смешанная с тревогой.

— Верю, - тихо ответила она. — Иначе зачем бы мы всё это хранили?

Слова ударили в самое сердце. В этот миг он осознал масштаб своей задачи, как будущего правителя. Элария находилась на грани вымирания. В поселениях рождалось всё меньше детей, древние роды угасали, а магия ослабевала. Причина крылась в уникальной особенности расы эларион: зачатие становилось возможным лишь при истинном согласии, глубоком эмоциональном и духовном единении. Без этого даже самые подходящие по генетике пары не могли дать потомство.

Для Дарена брак был не вопросом сердца, а тяжёлым долгом, который тяготил его душу. Его отец видел в этом союзе шанс укрепить положение рода. Несколько циклов назад он отдал приказ: найти пару для наследника, соответствующую строгому генетическому профилю и обладающую биохимической совместимостью с родом Крон. Отбор шёл тщательно, скрупулёзно: словно создание идеального сплава. Из множества претенденток выбрали только четырёх, с разных соседних планет. Только их показатели были более или менее подходящими роду Крон.

— Ты чувствуешь это, правда? - тихо спросила она, не глядя на сына. — Эфир сегодня тяжёлый. Он не просто колеблется — он будто ищет опору.

Дарен остановился рядом, глядя не на пророчество, а на тонкие линии потоков, которые датчики рисовали поверх звёздной карты.

— Я слышал, как об этом говорили на улице, - признался он. — Не отчёты, не сводки, а просто голоса. И знаешь, что странно? Они не паниковали. Они знали, как звучит сбой. Как звучит подготовка.

Лира наконец повернулась к нему. В её глазах была не только тревога, но и гордость — за то, что сын слышит не только приборы.

— Именно поэтому ты должен сделать выбор, - сказала она мягко, но твёрдо.

— Но что, если ключ не в какой-то избранной, - голос Дарена зазвучал твёрже, — а в восстановлении связи с эфирным фоном? Что, если мы ищем решение не там?

— Мы должны проверить все возможности, - твёрдо сказала Лира. Она коснулась панели управления, и в воздухе возникли четыре голографические проекции девушек.

— Первая, Аэлисса с Сариэля, - начала Лира. — Потомок древней магической династии. Видишь эти едва заметные серебристые искры вокруг её рук? Это врождённая способность манипулировать эфирными потоками на базовом уровне.

Девушка поражала изяществом. Высокая, с пронзительными синими глазами.

— Вторая, Мирэла с Технориса, - продолжила Лира. — Гениальный инженер и изобретатель. Видишь этот браслет на её запястье? Она сама спроектировала его — он синхронизируется с её аурой и позволяет управлять сложными механизмами силой мысли.

Девушка выглядела словно дитя, впервые увидевшее звёзды. Стройная, с серебристыми волосами. Сразу видно, что она искренне поверит всему, что ей скажут.

— Третья, Лириана с Эквилиума, - голос Лиры стал мягче. — Обладает уникальной способностью чувствовать линии силы: те самые нити магических потоков, что пронизывают реальность. Может определять очаги дисбаланса эфира.

Эта девушка выглядела статной, с безупречной осанкой, но в глазах её читалась неуверенность и сомнение. Про таких говорят, что они ищут одобрения у окружающих.

— И последняя, Киара с Велтариона, - Лира сделала паузу. — Потомственная целительница, дочь посла древней империи. Её аура обладает стабилизирующим эффектом: она может успокаивать, заживлять раны, лечить, снимать боль.

Девушка имела тёмные волосы, заплетённые в сложную косу, что подчёркивало её гордый профиль. Во взгляде читалась уверенность.

— Я сделаю всё, что нужно, - произнёс Дарен твёрдо, сжимая кулаки. — Но если выберу не ту и это только ускорит угасание эфира... Я не могу рисковать будущим Эларии ради удобства или традиций.

—Ты — последний из прямой ветви. На тебе лежит бремя, которое не нёс ни один Крон до тебя. Но я верю, что ты справишься, - в дверях стоял Верон Крон, Верховный Правитель Эларии. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась отеческая забота.

Мать Дарена, тайно сочувствовала сыну. Она видела, как давит на него груз ответственности, как в его глазах, вспыхивает отблеск крови Крона, мелькает тень сомнения. В такие моменты ей хотелось подойти, положить руку на плечо и сказать: «Ты не обязан идти на жертву». Но она молчала. Долг сильнее личных переживаний, а судьба Эларии, зависит от одного правильного выбора.

[1] 1 Циклар = 1,3 земных года

[2] Кел, Торн, Рейн, Зар – соответственно зима, осень, лето, весна для землян.

[3] Мунар – месяц. Фаза – сезон (3-4 мунара/ 39-40 циклов);

[4] Рит – час, такт – минута, миг - секунда

Примерно так выглядят четыре Невесты Дарена: Аэлисса с Сариэля (шатенка), Мирэла с Технориса (блондинка), Лириана с Эквилиума (брюнетка с распущенными волосами) и Киара с Велтариона (тёмные волосы, заплетённые в сложную косу)

8. Кванториум: путь к Земле

Родители Дарена уже считали его союз с Аэлиссой лишь вопросом времени: ведь наследная принцесса превосходила остальных трёх кандидаток по всем показателям совместимости, и хотя о помолвке не было объявлено ни эларианам, ни сариэльцам, обе семьи в этом не сомневались.

Но судьба распорядилась иначе.

Когда Доктор Элиан, давно улетевший на Землю, прислал свой отчет по биохимическим показателям земной девушки Юлии - стало ясно, что Аэлисса сильно проигрывает ей. Оказалось, что и физиология землян гибко адаптируется к эфирному фону Эларии, а их эмоциональная открытость она не просто высокая, она избыточная, чего очень не хватает эларианам и их соседним расам.

— Ты отправишься на Землю в начале Лучезара, - голос отца, Верона Крона, Верховного Правителя Эларии, звучал непреклонно.

Дарен стиснул зубы, с трудом сдерживая вспышку раздражения. В зале Совета повисла тяжёлая тишина.

— Зачем мне лететь ради какой-то человечки, которая не имеет ни статуса, ни магии? -резко бросил Дарен, поднимая взгляд на отца. — Пусть летит Генерал Берн и привезёт её. Я не...

— Ты полетишь, - перебил Верон, и в его голосе зазвучала сталь, которую Дарен знал с детства. — И не перебивай. Ты возглавишь проект «Звёздные врата», на Земле все для тебя подготовлено. Найдешь эту девушку и сделаешь все, чтобы она прибыла сюда на отбор невест.

Верховный Правитель поднялся с трона из цельного луминита, шагнул к панорамному окну. Его силуэт чётко вырисовывался на фоне алых лучей Астеса.

— Она — наше будущее, - продолжил Верон, оборачиваясь. — Она должна влюбиться в тебя и по доброй воле. Иначе всё зря.

Дарен сжал кулаки. Он знал этот тон, спорить бесполезно.

— Хорошо, отец, - произнёс он сдержанно. — Я полечу.

— Возьми для этой миссии «Кванториум» — это уникальная разработка с планеты Технорис. Он намного быстрее старых моделей. Это мой тебе подарок. Ступай.

«Кванториум» ждал его на стартовой платформе — не просто корабль, а словно живое существо из металла и энергии. Его корпус состоял из динамических нанопластин, которые непрерывно перестраивались, меняя цвет: то отливали глубоким сапфиром, то вспыхивали золотыми всполохами.

Дарен подошёл ближе. Корабль почувствовал его присутствие: пластины зашевелились, образуя дорожку к шлюзу. Воздух вокруг «Кванториума» мерцал от статического электричества, а в основании пульсировали гравитационные катушки, создавая едва заметную рябь в пространстве.

— Впечатляет, да? - раздался голос за спиной.

Дарен обернулся. Рядом стоял Лерон, главный инженер флота Эларии: невысокий, жилистый, с глазами, вечно прищуренными от работы с микросхемами.

Инженер поднял руку, и «Кванториум» отозвался: одна из пластин отделилась от корпуса, плавно подлетела к Лерону и зависла перед ним, как преданный пёс.

— Биоморфный интерфейс, - пояснил инженер. — Корабль считывает намерения пилота на уровне нейронных импульсов. Хочешь повернуть, а он уже поворачивает. Хочешь ускориться — он уже ускоряется. Он даже предугадывает, куда ты захочешь посмотреть, и подстраивает иллюминаторы.

Дарен сделал шаг вперёд и положил ладонь на корпус. Металл под пальцами оказался тёплым и слегка вибрировал, будто сердце гигантского зверя.

— И как им управлять?

— Надо надеть нейроинтерфейс «Синапс», - подмигнул Лерон. — Просто подумай и «Кванториум» сделает.

Устройство напоминало тонкий обруч из полупрозрачного материала с перламутровым отливом. При ближайшем рассмотрении видно, что он состоит из микроскопических волокон: квантовых нейропроводников, сплетённых в сложную сеть. По окружности расположены крошечные сенсоры размером с песчинку — они не давят на кожу, а словно парят над ней на магнитной подушке.

Дарен осторожно поднял обруч. Тот оказался неожиданно лёгким, почти невесомым. Принц помедлил и надел его. Устройство мягко обхватило голову, сенсоры едва ощутимо коснулись висков. На внутренней стороне обруча замерцал голографический индикатор: 15%. Дарен подумал о старте. Не успел он закончить мысль, как индикатор вспыхнул синим — 87%. В сознании возникло чёткое ощущение: корабль готов.

— Впечатляет, - прошептал Дарен.

Он представил, как «Кванториум» поднимается над платформой. В тот же миг корпус корабля заиграл сапфировыми всполохами, гравитационные катушки загудели на низкой частоте, а нанопластины перестроились в стартовую конфигурацию.

Индикатор на обруче показал 98%. Дарен почувствовал лёгкое покалывание в затылке, не дискомфорт, а скорее присутствие: корабль был здесь, внутри его разума, единый с ним в едином порыве.

— Лерон, а как это работает? У нас возродилась магия? - Дарен подумал, а вдруг найдено решение и никакой отбор и тем более человечка ему не нужны. Но нет.

— Никакой магии, - усмехнулся инженер. — Всё строго научно. Микро-сенсоры создают локальную квантовую запутанность с нейронами пилота. Проще говоря, они улавливают намерение ещё до того, как ты его осознаёшь — по первичным электрическим импульсам мозга.

— Но пилот не может же думать только о маршруте! Вдруг вспомнит тренировку, проголодается или - принц запнулся, — или подумает о девушке? Он что, будет реагировать на всё подряд?

Лерон покачал головой:

— Система фильтрует сигналы. Она отличает навигационные импульсы — те, что идут из премоторной коры, — от бытовых мыслей, которые активируют гиппокамп и лимбическую систему. Представь, что у тебя в голове два канала: один для управления, другой для всего остального. «Синапс» просто не пропускает сигналы по второму каналу в систему управления.

— То есть он не блокирует эмоции?

— Верно. Ты можешь скучать по дому, мечтать, волноваться. Всё это остаётся с тобой. Но корабль реагирует только на волевые намерения. А ещё «Синапс» запоминает твои индивидуальные паттерны мозговой активности. Чем дольше его носишь, тем точнее отклик.

— А если пилот устанет? Или, не знаю, чего-нибудь испугается?

— Тогда сработает аварийный режим. Система зафиксирует стресс по активности миндалевидного тела и частоте сердечных сокращений. «Кванториум» автоматически перейдёт в режим автопилота, стабилизирует курс и запустит протокол психологической поддержки: мягкие световые пульсации и низкочастотные звуки, напоминающие биение сердца. Так пилот успокаивается и восстанавливает концентрацию.

— Звучит... надёжно, - Дарен всё ещё сомневался. — А топливо? На чём он вообще работает?

— Ни на чём, - улыбнулся Лерон. — Он питается квантовой флуктуацией вакуума. Никаких топливных баков. Гравитационные катушки искривляют пространство для прыжков. А маскировка? О, она не просто делает его невидимым. «Кванториум» создаёт микроскопическую временную петлю вокруг себя и для радаров он существует на три мига в прошлом.

Дарен чуть склонил голову, и в этом едва заметном жесте сквозило сдержанное, почти ледяное восхищение — то самое, с каким ценитель разглядывает безупречный механизм, зная цену каждой детали.

— Впечатляет, — произнёс он ровным, лишённым эмоций тоном, будто взвешивая не красоту технологии, а её практическую пользу. —Эффективно.

Принц сделал шаг вперёд и порог корабля будто сам расступился перед ним, мягко обозначив переход внутрь.

Внутри «Кванториум» оказался ещё удивительнее. Кабина пилота не имела привычных рычагов и кнопок, только голографический кокон, пульсирующий в центре зала. Вокруг плавали сферы с данными, реагируя на малейшее движение глаз. Стены переливались, показывая то карту звёздного неба, то срез внутренних систем корабля.

— И ты хочешь, чтобы я доверился этой... штуке?

— Не доверяй. Чувствуй, - Лерон хлопнул его по плечу. — Он чувствует тебя. Вы — одно целое на время полёта.

Дарен медленно опустился в голографическое кресло «Кванториума». Оно приняло форму его тела с почти интимной точностью, словно само пространство подстраивалось под наследника престола. Перед ним пульсировал голографический кокон, переливаясь оттенками сапфирового и золотого: интерфейс управления, живой и дышащий.

«Ну что ж, - мысленно обратился он к кораблю, — покажи, на что способны технологии Технориса».

Он сосредоточился, чётко сформулировав намерение: «Курс к Земле, прыжок в гиперпространство». Индикатор на «Синапсе» вспыхнул синим — 98%. Гравитационные катушки загудели на низкой частоте, нанопластины перестроились, формируя защитный кокон. Дарен ощутил лёгкое покалывание в затылке — связь с кораблём стала полной, почти родственной.

«Кванториум» беззвучно оторвался от платформы. Нанопластины вспыхнули ослепительным белым светом, и в следующий миг корабль исчез — не улетел, а растворился в искрящемся облаке квантовой пены, оставив после себя лишь мерцание воздуха и тихий звон, будто от лопнувшей струны самой реальности.

Завершив гиперпереход, «Кванториум» материализовался в неизведанном секторе космоса, вдали от привычных навигационных ориентиров для Дарена. Пространство вокруг преобразилось. Он замер, заворожённый открывшимся зрелищем. Перед ним раскинулась гигантская спираль галактики — не просто скопление звёзд, а величественный танец света и тени. Миллиарды ярких точек образовывали причудливые узоры, туманности переливались всеми оттенками фиолетового и голубого, а тёмные облака космической пыли создавали таинственные тени, будто намекая на скрытые миры.

«Красиво, - подумал принц. — Здесь есть чтото первобытное, необузданное — будто сама вечность раскинулась перед глазами».

Корабль плавно менял ракурс, показывая разные участки пространства: яркое ядро галактики, где звёзды теснились так плотно, что сливались в сплошное сияние, спиральные рукава с россыпями голубых гигантов и красными карликами. Туманности — огромные облака газа, подсвеченные изнутри новорождёнными звёздами.

— Впечатляет, - вслух произнёс Дарен.

— Перед вами галактика Андромеды, M31, крупнейший член Местной группы. Её спиральные рукава искривляются под действием приливных сил, — раздался мягкий женский голос.

— бортовой ИИ выдает информационную справку без запроса, интересно

— Я — ЭЛИА, Электронный Логический Интерфейс Адаптивного типа «Кванториума».

— ЭЛИА, покажи мне объект - Ю7.

Изображение отобразилось на дисплее и он застыл, будто шагнул в невидимую преграду. Перед ним улыбалась Юлия. Её лицо было открытым, искренним: в нём читалась та самая эмоциональная открытость, о которой говорил отец.

Кожа у неё была белая — не бледная, не болезненная, а словно тонко выточенная из холодного лунного камня, и на этом фоне рыжие волосы горели, как живое пламя. Такой оттенок пигмента не встречался ни на одной из ему до этого известных планет. Для него это было поразительно: будто кто-то взял самую резкую грань мира — лёд и огонь — и соединил их так, что вместо напряжения получилась гармония.

Он невольно подался вперёд, будто хотел разглядеть мельчайшую деталь: как свет дробится в медных прядях, как на белой коже ложится едва заметный тёплый отсвет. В этом выражении лица не было ни расчёта, ни маски — только чистая, ничем не приглушённая жизнь. И от этой простоты у него внутри что-то дрогнуло, будто в груди на миг затихли все тревожные пульсы, и остался только этот свет.

— Удивительная — прошептал он, сам не заметив, как произнёс это вслух.

— Подтверждаю: объект - Ю7 идентифицирован, — мягко прозвучал голос ЭЛИА, будто стараясь не нарушить хрупкую тишину момента. — Биометрические параметры соответствуют эталонным: оттенок волос классифицирован как уникальный спектральный диапазон, который не зафиксирован ни в одной из известных Вам планетарных популяций. Температурнооптические характеристики кожного покрова укладываются в диапазон «лунного камня» с коэффициентом отражения 0,87 — редкое сочетание.

— ЭЛИА, покажи мне информацию о землянах. Особенно про их обычаи ухаживания. Мне нужно понять логику их поведения.

Голографический экран ожил, демонстрируя сцены из жизни Земли: пары гуляют в парках, держатся за руки, обмениваются подарками. Дарен внимательно изучал изображения, отмечая детали.

— Любопытно, - произнёс он после паузы. — Физический контакт и демонстрация позитивных эмоций действительно играют ключевую роль в их романтических взаимодействиях. Но разве это не слишком примитивно? У нас достаточно просто подарить кристалл луминита и всё понятно без слов.

— Согласно анализу культурных шаблонов и поведенческих констант, — невозмутимо отвечала ЭЛИА, — у землян эти действия несут глубокий символический смысл. Они укрепляют эмоциональную связь, создают ощущение близости.

— Цветы, - Дарен уставился на изображение букета роз. — Значит, они считают, что букет цветов может выразить то, что не передать словами? Интересный подход. Хотя - он слегка усмехнулся, — несколько наивный. Но, видимо, для них эффективный.

— Можно также написать стихотворение, - предложила ЭЛИА.

Принц задумчиво провёл рукой по подлокотнику кресла.

— Поэзия, - пробормотал он. — Искусство, которое ценят во всех мирах. Возможно, в этом есть смысл. Но нужно изучить их поэтические традиции, понять, какие образы и метафоры будут уместны. Нельзя просто взять и скопировать наши эларианские стихи — это будет выглядеть нелепо. Нет, не подойдет.

Тем временем «Кванториум» продолжал свой путь. Дарен заметил впереди яркую жёлтую звезду, вокруг которой вращались несколько крупных небесных тел.

«Звезда с системой планет, - подумал принц. — Похоже на наш Астес, только поменьше и поспокойнее.»

ЭЛИА подтвердила его догадку:

— Мы приближаемся к планетарной системе жёлтого карлика класса G2. Центральная планета назначения: третья по счёту от звезды.

Дарен рассматривал открывшуюся картину: звезда — яркая, но не ослепляющая, с ровными контурами. Цель путешествия — голубая сфера с белыми завихрениями облаков и коричневатыми пятнами суши.

— Неплохо, - оценил Дарен. — Атмосфера пригодная. Интересно, какой у них уровень технологического развития?

— Судя по всему, они ещё не вышли за пределы родной системы, но уже достигли определённого прогресса в биотехнологиях и энергетике, - ответила ЭЛИА

— Активируй маскировку, - приказал принц.

«Кванториум» отреагировал мгновенно. Вокруг корабля возникло едва заметное мерцание, пространство слегка исказилось, создавая микроскопическую временную петлю.

— Маскировка активирована, - сообщила ЭЛИА. — Для всех внешних систем обнаружения мы существуем на три мига в прошлом. Визуальный контакт невозможен.

Корабль начал снижение. Дарен наблюдал, как поверхность планеты приближается: контуры материков, извилистые линии рек, скопления городских огней, зелёные массивы лесов.

— Выбирай место для посадки подальше от их поселений, - распорядился принц. — Где-нибудь в горах или лесах. Чтобы никто не заметил.

«Кванториум» плавно снижался, обходя зоны высокой активности. Наконец, он завис над поляной, окружённой высокими пиками сосен.

— Идеальное место, - одобрил Дарен. — Теперь заглуши все системы, кроме жизнеобеспечения и маскировки. Мы будем ждать.

В кабине повисла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом работающих систем. Дарен откинулся в кресле, обдумывая предстоящую миссию. Он перебирал в уме детали: как лучше подойти к Юлии, какие традиции землян стоит учесть, какие из эларианских обычаев могут её заинтересовать.

Дарен смотрел на голографический экран.

— Ладно, землянка, - тихо произнёс он. — Посмотрим, чего стоят ваши странные обычаи. И насколько ты действительно подходишь Эларии.

Корабль замер в долине, невидимый и бесшумный, а принц Эларии готовился к первому контакту с миром, который так сильно отличался от его собственного — мир, который, возможно, изменит не только судьбу Эларии, но и его собственную.

Примерно так выглядит «кванториум»

[1] Премоторная кора — участок лобной доли головного мозга, расположенный прямо перед первичной моторной корой. Это «отдел планирования движений».

[2] Гиппокамп — часть мозга, расположенная в височных долях обоих полушарий. Это «центр памяти и ориентации» — структура, которая помогает запоминать новое, ориентироваться в пространстве и связывать воспоминания с эмоциями.

[3] Лимбическая система — комплекс структур головного мозга, расположенных вокруг ствола мозга, словно пояс (от лат. limbus — «кайма, край»). Это древняя часть мозга, отвечающая за эмоции, мотивацию, память и базовые инстинкты.

[4] Миндалевидное тело (или амигдала) — небольшая парная структура мозга в форме миндаля, расположенная в височных долях полушарий. Входит в состав лимбической системы — «эмоционального мозга». Центр страха и агрессии, помогает распознавать угрозы и запоминать опасные ситуации.

[5] Квантовая флуктуация вакуума — это спонтанное появление и исчезновение виртуальных частиц в, казалось бы, абсолютно пустом пространстве.

[6] Миг - секунда

9. Элария на Земле: маскировка подреальностью

Он понимал, что миссия продлится не один септар. В груди нарастало странное чувство: не просто долг наследника престола, а что-то большее. Словно сама судьба вела его к этой землянке с волосами хранящими в себе отголоски угасающего звёздного ветра, и голубыми глазами, глубокими и загадочными, как горные озёра Эларии.

Он прокрутил в голове детали легенды, которую ему тщательно сконструировали для земного общества. Он — тайный инвестор, влиятельный заказчик проекта «Звёздные врата», который его лично будет курировать в АО «ВПК НПО машиностроения». Его имя окутано тайной, его ресурсы безграничны, а интерес — предельно прагматичен: вывести разработку малых космических аппаратов нового поколения на уровень, достойный международной миссии.

«Я должен стать для неё не просто начальником, - думал Дарен, сжимая кулаки. — а тем, кто держит в руках ее будущее, стать самым близким и родным, чтобы она хоть на край света отправилась со мной».

Он знал, что роскошная, по земным меркам, квартира в этом мегаполисе, уже арендована для него и на время миссии, станет его временной цитаделью. Отсюда он будет управлять проектом и начнёт охоту за сердцем девушки.