Неизбежность Вейри

— Думает, что её расчёты и алгоритмы важнее всего, — продолжил Дарен, и голос его стал тише, но от этого звучал ещё опаснее. — Считает, что может отвергать меня, пока её гипертоннели и стабилизаторы работают как надо.

Он резко провёл пальцем по экрану, словно стирая изображение Юлии. В груди закипала злость — та самая, что не давала ему покоя с их последней встречи. Как будто он предложил ей выбрать цвет вот этих занавесок, а не место рядом с собой — место, которого добивались многие.

Он продолжал следить за пульсирующей точкой на экране — она замерла у какого-то здания, потом двинулась дальше.

Юлия направилась совершенно в другую сторону, чем от нее ожидали следившие:

— Куда она направилась?! По моим данным дом в другой стороне, - вслух, не задумываясь произнес Лерон

— Направление: северо-запад, район с высокой плотностью культурных объектов.

— Выясните куда и к кому она направилась, – зло процедил Дарен

Слежка привела эларианцев в танцевальную студию «Velvet Step» на Патриарших прудах — там, где старинные фонари отбрасывали мягкий свет на мощёные улочки, а в воздухе витал аромат цветущих лип. Они заняли позиции: два массивных внедорожника, тёмных и монументальных, замерли в соседних переулках.

— Запускаю дрон, - произнёс один из них, касаясь панели, - Активирую квантовый сенсор, через 2 минуты снова доложил. Изображение с высокой чёткостью появилось на экране коммуникатора Дарена: группа девушек отрабатывала связку в стиле High Heels.

— Они двигаются как единый организм, - заметил агент, — но без центра управления.

— А эта?

— Объект отклоняется от группового шаблона. Смотрите: каждый шаг словно точка опоры, каждый поворот — коррекция по вектору. Это расчёт устойчивости. - протянул третий, зачарованно глядя на экран. — В ней есть что-то особенное.

На экране Юлия двигалась иначе: спина прямая, подбородок приподнят, каждый шаг уверенный и лёгкий. Плавные линии рук, точный контроль корпуса, взгляд, в котором читалась внутренняя сила.

«Как она сочетает это? - думал Дарен. — В офисе — холодный расчёт, на тренировках — стальная воля, а здесь здесь она совсем иная, мягкая что ли».

После тренировки Юля села в свой Audi Q8 и снова направилась в другую сторону от дома.

— Куда теперь? - встрепенулся первый агент.

— Меняет локацию, - отозвался напарник, водя пальцами по сенсорной панели. — Координаты новой точки район Арбат.

— Командир, это многоквартирный дом, - доложил агент.

— Проследить и узнать, к кому так поздно приехала, - приказал Дарен, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Один из агентов пробрался следом за Юлией в подъезд, дрон передал изображение квартиры на третьем этаже: внутри виднелись светлые стены, минималистичный дизайн, много естественного света.

— В помещении объект одна. Следов присутствия третьих лиц в текущий момент нет, — пробормотал агент.

— Узнать, кому принадлежит и кто бывает тут, - распорядился Дарен.

Спустя полчаса коммуникатор пиликнул новым сообщением: «Дом принадлежит девушке, тут бывают родители и ещё какая-то девушка, личность выясняем».

— Не нужно. Не важно, кто она. Продолжайте наблюдение, - отрезал Дарен.

«Значит, у неё есть своё жильё, - отметил про себя Дарен. — Скрытность? Независимость? Или просто привычка держать всё под контролем?»

«Девушка собралась и вышла, направилась наконец по известному им направлению: к трёхэтажному особняку в стиле хай-тек с панорамными окнами — дому родителей».

Доложили Дарену. Он дал приказ продолжать наблюдение.

— Следите за каждым шагом, - бросил он агентам. — Никаких промахов.

Утром наблюдение продолжилось. В 6:15 она уже бежала в Серебряном Бору. Лерон задействовал сеть стационарных точек: камеры в уличных фонарях, датчики в стыках тротуарной плитки.

— Вектор стабилен, - доложил агент. — В «слепой зоне» у набережной — чистый кадр. На открытом участке — перекрытие через фонарь.

— Держать контур, - коротко ответил Лерон.

На экране Дарен видел, как она проходит сквозь эти невидимые узлы наблюдения и даже не догадывается, что каждый её шаг попадает в заранее просчитанную точку съёмки.

К восьми утра на коммуникатор Дарена пришёл отчёт: «Девушка добралась до скалодрома на Огородном проспекте».

Там её уже ждал Владимир. Он что-то сказал ей, она коротко улыбнулась в ответ.

«Очередной контакт с мужчиной», - мелькнуло раздражение в мыслях Дарена.

Теперь Дарен знал его имя. У него было полное досье: Владимир встречался с другой женщиной чаще, чем с Юлией. Дарен мысленно отметил эту, как ему казалось, безнравственность землян: их непостоянство, их привычку разбрасываться привязанностями.

После тренировки — кофе на вынос и метро. В вагоне Юлия уткнулась в блокнот: рисовала что-то: очень похоже на схему нового маршрута для паркура. Рядом появился маленький набросок спутника. Изображение с высокой чёткостью тут же передалось на экран коммуникатора Дарена.

Их с Владимиром пути разошлись. Он хлопнул её по плечу и что-то шепнул. Она впервые за день рассмеялась, и её глаза из ледяных стали аквамариновыми.

— Командир, нужно следить за парнем?

— Нет. Следите за девушкой.

Коммуникатор пиликнул. Новый отчёт: обед с Софией в кафе возле кампуса. София размахивала руками, увлечённо рассказывая о благотворительном проекте. Юлия слушала, изредка кивая и помешивая кофе. Когда подруга предложила ей возглавить мастер класс по самообороне, Юлия сначала покачала головой, потом согласилась. На лице мелькнула редкая улыбка.

Ближе к вечеру она оказалась в парке. Дарен видел знакомые очертания: изогнутая линия набережной, чугунная ограда, отражающаяся в тёмной воде, и несколько старых лип, чьи кроны образовывали над дорожками зелёный свод. Это место было узнаваемо даже с высоты дрона, вчера Юля была именно здесь, сводя с ума их сенсоры своей непредсказуемой динамикой. Но сегодня её ждал мужчина. Опять мужчина, тот самый, которого Дарен уже видел с ней. Парень молча протянул ей фотоаппарат. Юлия взглянула в видоискатель, прищурилась, оценивая композицию. Щёлк. Ещё кадр. Они почти не разговаривали, но в этом молчании читалось понимание: один кивок, лёгкая улыбка, ответный взгляд Юли, в котором сейчас не было ни настороженности, ни холода.

Вечером Дарен уже смотрел другое видео и снова с ней мужчина, которого Дарен ещё не видел.

Его уже успели пробить по базе. Это был Плетнев Максим Александрович - Конструктор протезов и экзоскелетов и с Юлей они встречаются регулярно. Дарен сжал кулаки и стиснул зубы.

Макс подбадривал её короткими шутками, вроде: «Если упадёшь — я скажу, что так и было задумано». Юлия лишь фыркала в ответ, но в её глазах загорался азарт.

— Ну вот, смотри, как она с ними, - тихо сказал первый агент второму, чуть наклоняясь к экрану, будто хотел вытянуть из кадра лишние оттенки эмоций. — Всегда в центре, но держит дистанцию, ровно на длину вытянутой руки.

Второй хмыкнул, поправил сенсорную панель, и та отозвалась приглушённым мерцанием:

— Слышишь, как она на его шутку отреагировала? Не отмахнулась, не ушла в броню. Просто фыркнула — и сразу обратно в задачу. Это фокус.

— Или как точка равновесия в неустойчивой системе, — добавил третий, скользнув взглядом по графикам на периферии экрана.

— Все тихо. Он снова на нашей частоте

Дарен снова вгляделся в экран. Он не услышал диалог своих агентов. Он погружен в свои мысли:

«Окружена мужским вниманием, никогда не сидит на месте», — рассуждал в мыслях Дарен. Он увеличил изображение, вглядываясь в её лицо. Сейчас оно было расслабленным, почти счастливым и совсем не таким, как при их встречах. Там — лёд, здесь — огонь.

«Почему с ними улыбается, а мне хоть бы раз» — злость закипала внутри. Ведь чувствовал, он прочитал её и теперь знал, что был ей интересен. Ловил у неё мысли о себе, но все равно с ними у неё улыбка, а ему отказ.

По дороге домой она остановилась у киоска, купила мороженое и ела его на ходу, глядя на закат. В этот момент её лицо было непривычно беззащитным, будто весь день она держала оборону, а теперь позволила себе короткую передышку.

И тут маршрут дал сбой. Юлия неожиданно свернула в глухой переулок без камер — и на три минуты пропала с радаров.

— Сейчас, через 3 такта найду, - сразу же спохватился Лерон. Он знал, что Дарен следит за девушкой неотрывно.

Данные с квантовых сенсоров постоянно стекались в коммуникатор Дарена: маршрут, контакты, эмоции, мельчайшие детали. Он просматривал кадры: вот Юлия смеётся с Владимиром, вот серьёзно слушает Софию, вот сосредоточенно смотрит в видоискатель с Артемом, вот спорит с Максимом.

Он перемотал запись. За неделю они выучили её маршруты до миллиметра: три точки опоры, пять зон риска, один неизменный ритм. И всё равно она ускользала — не из-за ошибок в слежке, а из-за того, что внутри неё не было предсказуемой схемы.

«Она никогда не бывает одна, - подумал Дарен, сжимая перламутровый коммуникатор. — Но это лишь вопрос времени».

Так за ней следили почти неделю. Пока однажды не осталась ночевать в своей квартире, а не у родителей.

Тени скользили по стенам, будто сами собой отделяясь от углов и сливаясь с полумраком. Дарен замер у приоткрытой двери, прислушиваясь не к звукам, их здесь почти не было, а к ритму тишины. Квартира Юлии дышала ровно: лёгкий скрип паркета, едва уловимый гул холодильника, далёкий, почти призрачный шум ночного города за окном. Всё это фиксировали микросенсоры, вшитые в ткань плащей, и тут же уносились в буфер памяти, чтобы позже стать частью идеальной копии.

Проникли они не через дверь и не через окно: слишком шумно. Использовали квантовый коридор - узкий прокол пространства между двумя точками. Он не оставлял следов, не тревожил воздух, не гнул занавески. Просто на долю секунды реальность в комнате стала чуть тоньше, и они шагнули сквозь эту прореху — бесшумно, как дым.

— Пошёл спектр? - шёпотом, но так, что каждый в команде услышал. Голос Дарена звучал твёрдо, без дрожи.

— Спектр полный. Температура, акустика, запах — всё в буфер. Уровень помех минимальный. Полная проекция комнат, даже микровибрации пола от проезжающих внизу машин, - отчитался Агент, не отрываясь от панели на запястье.

— Кровать придётся переносить. Без неё иллюзия рассыплется, - проинформировал Лерон.

— А инструмент? Лишняя трата энергии, он не большой, можно убрать.

— Нельзя. Видишь её руку? Она лежит на нём. Любое движение — и она проснётся.

— Понял. Не трогаю.

Они уже стояли по периметру держа в руках кристаллы, которые образовывали едва заметное мерцание, похожее на иней на стекле. Они не светились — они поглощали свет, собирая его в тонкие нити, которые сплетались в узор перехода.

— Лерон, сколько длится переход?

— Двадцать пять мигов, Командир.

— Энергии хватит. Не трогать ничего на кровати и инструмент заберем. Лерон, каюта готова?

— Да. голограмму её комнат я встроил в структуру каюты. До гиперпрыжка она не поймет, что она не дома. А если повезёт, то и до самой Эларии.

— Хорошо. Приготовьтесь. Два такта до перехода.

— Всем приготовится, - жесткий голос Дарена пронзил тишину.

Тишина стала густой, почти осязаемой. Казалось, даже воздух замер, боясь нарушить хрупкий баланс.

— Уходим.

«Слишком тихо», — скользнуло на краю сознания Юли, будто кто-то произнёс это прямо над ухом. Она шевельнулась, уткнулась носом в прохладную ткань и снова провалилась глубже, туда, где звуки были не словами, а тенями. «запись», «не трогать», «два такта», — обрывки чужого ритма на секунду смешались с её сном и тут же растворились, как круги на воде. Ей снилось, что она стоит на границе двух комнат, а дверь между ними никак не закрывается — щель остаётся, узкая, как лезвие. Она потянулась рукой, чтобы прикрыть её, но пальцы нащупали что-то твёрдое, знакомое, и она снова расслабилась, потому что это было правильно, это было своё.

Где-то далеко, уже не в её сне, прозвучало:

— Летим домой.

Вспышка была не яркой, а глубокой — будто кто-то на мгновение вынул из мира весь св