Купол из слёз. Страна, которую построила боль

— Не медеведь, а медведь. Это большой, грозный лесной зверь. Почти царь. Дикий и необузданный. И косматый, прям как ты, — хохотнула под конец.

Мужчина задумался. Он явно не понимал, что это за животное, но описание ему льстило.

— Этот медведь водится у вас в лесах?

— Нет, в Ниале его нет. Он... из другой страны, — я не стала уточнять, что в принципе родилась даже не на этой планете.

— А, так ты со второго материка? Мы там ещё не были. Интересно будет посмотреть на этого медведя, — прогрохотал он более расслабленно.

— Нет, я родилась далеко. На Плероме вообще нет этих животных, — расстроенно выдала я.

Мужчина явно озадачился. Скорее всего, и в их стране ничего не знают про перемещёния между мирами.

— Так что такое марево? — нетерпеливо напомнила мужчине о вопросе.

— У Юрга спроси, — буркнул он, снова угрюмый, и замолчал.

— А тебе что не велено говорить? Царь-батюшка запретил? — заязвила я по-лисьи.

Валд насупился.

— Кто такой царь?

Закатила глаза и выдохнула.

— Не важно, все равно не поймешь. Ответь уже на мой вопрос. Чего мнешься, как девица на выданье? Советник тоже мне.

Иногда мои эмоции были не на руку. Сила так же не являлась подспорьем этому. Она только подтверждала, что я могу получить всё и беспрекословно. Мужчина стрельнул глазами в остальную компанию, вдохнул и снова посмотрел на меня.

— Вы управляете энергиями? — мне кажется, он считает меня тупой.

— А что такое энергии? —снова становилось скучно, нужно поднять градус.

Валд расстроенно выдохнул и покачал головой.

— Эх, не осталось у вас знаний, всё мы забрали. Я этого и боялся... — он хотел что-то сказать, но я фыркнула и перебила его:

— Слушай, ты совсем шуток не понимаешь? Ну конечно управляем, иначе как бы вас так припекло при встрече?

Кажется, он на меня обиделся.

— Шутница тоже мне. Я уж испугался, что вы совсем отстали после нашего ухода и знания потеряли. Времени-то прошло — ого-го. В общем, если силы много взять с той энергии, которой управляешь, то можно создать коридор из одного места в другое. Мы зовем это Марево. Тратишь много, но при особой необходимости можно. Так бы мы морем долго добирались.

Вот тут уж мои глаза блеснули. То есть за шестьдесят шесть лет я не всё узнала о способах использования энергии. Задумалась и не сразу услышала обращение. Только когда Валд дернул меня за рукав блузы, осмысленно посмотрела на него и попросила повторить вопрос.

— Какими энергиями ты управляешь? — то есть они ещё ничего про меня не слышали?

— Кто ж знает, сколько их. Я не считала, — тряхнула головой и хитро прищурилась.

Это озадачило мужчину.

— Да чего считать-то? Больше двух невозможно. Или ты счету не обучена?

Мне кажется, закатывание глаз войдет в привычку. Но эта информация заставляла задуматься. То есть даже на их земле нет тех, кто может тянуть энергию отовсюду. Значит, не будем будоражить умы чужаков.

— Ну значит, считай попадание сто из ста, — и, подмигнув мужчине, развернулась в сторону выхода.

К сожалению, тем же вечером я отбыла обратно в Маклумат. Вестник сообщил, что ко мне прибыла делегация со второго материка, от государства Йеренвель. Пишачи — одна из рас, которая долгое время была там в чести и составляла основную массу их гонведа, — резко разонравилась местному населению. Дело в том, что их рацион составляла исключительно кровь живых существ. Исторически сложилось, что люди сдавали для них данную субстанцию, а те в обмен защищали страну. Недюжинная сила и здоровье, скорость и долголетие активно этому способствовали. Но, видимо, что-то произошло, раз пишачи решились иммигрировать на нашу территорию, тем более в мой город. Насколько я помнила, сейчас их насчитывалось не более ста пятидесяти особей. Учитывая особенности, это была сила, с которой стоит считаться. И конечно, я хотела ее заполучить себе. Поэтому рванула в Маклумат, пока Сиар не услышал о такой приятной мелочи и не умыкнул под свое крыло.

Но из-за этого не смогла узнать что-то нужное о Махаре. Делегация народа из-за купола отбыла из Вилы на следующий день. Они не достигли никаких конкретных договоренностей, но определенно наладили диалог. Обещали вернуться через полгода в увеличенном составе. Так как войны не предвиделось, то я, закрутившись в своих делах, пропустила и второй визит чужаков. Тогда как раз началось переселение к нам пишачей, а перед этим мы освобождали часть центральной территории леса и активно воздвигали для них небольшое поселение.

Кстати, они решили сменить материк по очень забавной причине. По своей натуре эта раса, несмотря на питание кровью и работу нукерами, не была воинственной, но крайне любвеобильной. Если дословно передать слова тех, кто гнал их пинками с земель — «Вы затрахали всё население. Не осталось ни девственниц, ни девственников». Я долго хохотала после этого. Если конкретней, то на той земле давно начала набирать обороты местная дацанская община. Они пропагандировали кроткость, послушание и, конечно же, нравственность и невинность. Естественно, раса, которая питается кровью и «любит» всех и вся, никак не укладывалась в их устои. Воевать пишачи ни с кем не собирались, поэтому, посчитав это знаком свыше, решили сменить земли и владыку. Они уже давно были наслышаны про меня. Ещё со времен войны материков моя персона осталась на слуху. А после набирающего славу Маклумата была не менее популярной. Тем более прослыл слушок, что я собираю под свое крыло всех отверженных и коплю армию. Всё это послужило тому, что пишачи выбрали меня как нового предводителя.

Так пролетел год.

*Бриг – корабль

*Пернач – холодное оружие ударно-дробящего действия. Представляет собой разновидность булавы, к головке которой прилито несколько (до двух десятков) металлических пластин (перьев).

*Эспадон – «классический» тип двуручного меча

*Сулица – разновидность метательного оружия. Представляет собой плоский дротик размером не более 10 см.

*Катар – кинжал, клинок выполнен в форме равнобедренного треугольника с широким основанием – удар таким кинжалом наносил огромную рану, больше ладони, которая если и не убивала врага сразу, то приводила к очень быстрой потере крови. Оригинальная рукоять H-образной формы, которая обеспечивает максимальное приложение силы удара и в то же время защищает руку при не очень эффективном ударе, если пробить доспех или кость не удалось.

Глава 3

Вырвал из пучины воспоминаний стук в дверь.

Открыла глаза и повернулась в сторону звука. Мансур зашел в комнату, улыбаясь словно диви после откладки яиц. Он был моим любовником. Красивый мужчина-пишачи согревал постель время от времени. Темноволосый, смуглый, с раскосыми глазами и потрясающе красивым рельефом плеч и груди. Его рост составлял метр девяносто восемь. Он не был холеным или слащавым. Яркие глаза цвета переспелого пепинко сверкали багрянцем и весельем.

— Налей настойку кхамра, иначе северян будет встречать моя душа без участия тела, — смотрела на мужчину с прищуром, не вставая с удобного лежака у окна.

Он бесшумно приблизился и запустил теплые пальцы в волосы, мягко массируя кончиками голову. Я снова прикрыла глаза и улыбнулась.

— Это будет большим огорчением, если они не смогут лицезреть твое прекрасное тело. Мы не можем этого допустить, — казалось, он говорит совсем на других тональностях, потому что его голос поднимал волну возбуждения.

— Мансур, если ты не остановишься, то мое тело будешь лицезреть только ты и кровать, — проурчала я довольно, словно дзык после бочонка бранджи.

Он гортанно усмехнулся и скользнул руками по плечам, разминая уставшие косточки, как тесто.

В дверь снова постучали. В комнату проскочил молодой меренец, который отвечал за сегодняшний вечер. Что странно, в Ниале вся прислуга в основном состояла из мужчин. Только на грязную работу брали девушек до определенного возраста. Это казалось ужасно несправедливым. Поэтому поварихой у меня была прекрасная женщина Ирма. Ее статное, высокое и худое тело рушило все стереотипы людей данной профессии. И мне это безумно нравилось. Но ещё больше нравилась ее стряпня. Вы бы знали, какие блюда удалось попробовать только после того, как она появилась на моей кухне.

*Кхамр – аналог кофе

*Бранджа – аналог коньяка, но более крепкий и густой

*Меренцы – основное население Плерома, владеют ограниченно энергиями на разных уровнях.

— Дай мне бокал, — с закрытыми глазами протянула раскрытую руку.

Меренец вложил в нее тонкую ножку горного хрусталя, в котором плескался холодный кхамр. Я не была любителем кофе на Земле — слишком горький вкус всегда приходилось разбавлять молоком. Здешний же напиток уже отдавал молоком после выжимки и был сладким. Его всегда употребляли холодным, почти ледяным. Более одного бокала не выпить — иначе это ускорит сердечный ритм, участит дыхание и приведёт к галлюцинациям.

Меренец тихо удалился, а я залпом опрокинула пол-емкости. Горло обожгло холодом, а кончики пальцев закололо от наплыва энергии. Кхамр был довольно дорогостоящим. Но я могла себе его позволить, потому что основное производство теперь сосредоточено, как вы думаете где? Ну конечно, в моем прекрасном городе.

Мансур оторвался от моих плеч и рук. Через приоткрывшиеся глаза я видела, как он невольно нахмурился. Пишачи не любили молочный запах кхамра. Они вообще довольно интересно относились к привычной мне еде. Я никак не могла взять в толк, что им нравится, а что нет. Не было четких границ. Ими руководило какое-то внутреннее чутье, понятное только их народу.

— Почему они едут к тебе? — задумчиво протянул Мансур.

Снова повернулась к окну. Мужчина сложил руки перед собой и рассматривал вереницу, которая уже достигла ворот города. Я просто передернула плечом, давая понять, что не собираюсь отвечать.

— Мансур, проверь внизу, всё ли готово. Я скоро спущусь, — пробормотала, скидывая с себя блузу и уже протягивая руки к другой.

Кое-какие привычки остались со мной до сих пор. Никогда не страдала приязнью к платьям и юбкам. Поэтому сейчас мои ягодицы обтягивали вельветовые шоколадные длинные бриджи, сверху накинула новую белоснежную блузу, поверх нее расписной утепленный цвета скошенной травы жилет, который мне подарили диви пару лет назад. Всё это завершила длинными замшевыми сапогами, почти закрывающими колено. Конечно, пробежалась по своим побрякушкам. На левом ухе у меня было четыре маленькие серьги из драгоценных камней и одна серьга кругом, таким же, как на правом. Так же не перестала питать любовь к кольцам, поэтому красивые пальцы правой руки с натуральными ногтями никогда не выходили в свет голыми. И ничего более. Волосы небрежно перекинула за плечи и открыла уши. Я готова встречать не совсем званых гостей, но до усрачки любопытных.

Ещё раз подошла к окну. Делегации уже не было видно — значит, они скорее всего пересекли территорию города и находятся рядом с горой. Ещё полчаса — и прибудут. Пора идти вниз.

Тихой поступью, не спеша, спускалась по ступеням на первый этаж. Моя комната находилась на третьем, как и комната Байбы, а затем Мансура. Но дочь — а именно так я её называла — редко ночевала здесь. Манс же часто оставался в городе по делам. Мы не были семейной парой, поэтому я не требовала от него ничего, как и он от меня. Хороший секс ещё ни к чему не обязывает. Но между нами довольно теплые, можно даже сказать, деловые отношения. Исходя из этого, третий этаж практически весь принадлежал мне. На втором этаже библиотека, кабинет и спальни для особых гостей, которым выпадала честь остаться в этом Доме. На первом же этаже обитали все, кто обслуживал так называемый дворец, кухня и два зала. У малого зала, который я величала алой столовой, так же была терраса, на которой проводились чаепития.

Кстати, никто в доме, кроме Ирмы, не разделял эту любовь к чаю, потому что такого напитка в этом мире не было. И только я сходила с ума, коллекционируя листья разных душистых растений и фруктов, засушивая их, а потом, как настоящий алхимик, смешивала в разных пропорциях. Один раз, помню, ненадолго слегла после таких экспериментов, в связи с чем Ирма строго-настрого запретила мне пробовать напитки первой. Пришлось завести ещё одного жильца дома. Я прозвала его Кроликом, в честь подопытных собратьев Земли. Он стал полноправным хозяином помещёния, где хранились и сушились все принадлежности для чая, а также следил за ее температурой и состоянием. Ну и, конечно, был первым несчастным, которому приходилось пробовать всю ту бурду, что заваривала я. Кстати, благодаря ему и его познаниям в специфике трав и фруктов, эксперименты значительно улучшились и имели большой успех. У меня уже выпущена своя марка чая с пятью официальными вкусами, что, естественно, грело самолюбие. Кролик был счастлив безмерно, как и я, в том числе и потому, что часть дохода отписана ему, как непосредственному участнику экспериментов. Мы гордо обозвали его земным модным словом «Партнер», после чего парень сиял, как медный таз.

Возвращаясь мыслями к северным баранам, я уже стояла в большой зале и смотрела в панорамное окно. Мансура не видно, но зал наполняли люди, удостоившиеся особого приглашения на этот вечер. В основном это владельцы почетных мест текущего города. Несколько человек прибыло из столицы, а точнее из дворца. Три советника — видимо, чтобы проследить за моим поведением, — на что я мрачно усмехнулась. И, конечно, любимая кошечка Сигита, которая не упустит возможности показать, что в этом государстве она занимает не последнее место. С ней так же приехал ее старший брат. Но я всё ещё не могла воспринимать его всерьез, собственно, как и все остальные в Ниале. Он был мил, артистичен, достаточно разумен, но не мудр, и, наверное, на этом всё. Завершал картину хороший рост и широкие плечи. Он создавал приятную картинку — чего было достаточно для наших новых гостей. Для всего остального есть я, Байба и Сигита.

Отчаянно терзала мысль, что на этом событии не было Сиара и Ристны. Я могла бы оправдать отсутствие Ниаллерианы — она снова понесла и должна была скоро родить. Но Сиар... Я успокаивала себя, что он просто не хочет оставлять женушку, переживая за любимую. Это будет четвертый их ребенок, не считая погибшую девочку. И если учесть, что угрозы от севера не было, но, как говорится, береженого бог бережет — поэтому это счастье он решил свалить на меня и увести взгляд от столицы, пока не родит Ристна.

Всё равно что-то не давало мне покоя. Я знала, что были переговоры с севером, которые прошли без моего участия. Слишком общие и обтекаемые слова в отчетах, которые передали мне советники Ниаллериона вчера, чтобы я успела ознакомиться перед встречей. Явно что-то упущено в главной причине встречи на моей территории и без участия Сиара.

— Они здесь, — прошелестел мурашками голос Мансура у меня над ухом.

Сердце трепыхнулось от легкого волнения. Может, старею? Кто знает, сколько ещё протяну в этой странной молодости. Раньше я не испытывала таких эмоций от новых встреч. Тем более с чего мне волноваться. Возможно, толику нетерпения и интереса именно этому знакомству придает многолетняя тайна той страны за радужным куполом. В связи с чем мне просто хочется узнать, как и почему они там оказались, и кто их возглавляет.

Голоса в зале стали громче, послышался звонкий смех иберок. Я осмотрелась ещё раз и прищурилась. Не слишком ли много охраны? Вдруг гости подумают, что у нас недобрые мысли? И тут же себя одернула. Какое мне дело, что они подумают? Все, кто находится здесь, кроме прибывших из столицы, приглашены лично мной. Они заслужили уважение, и мне приятно видеть их рядом с собой как союзников, друзей и партнеров.

— Ты слишком напряжена. Что-то не так? — Мансур, как всегда, наблюдателен.

Покосилась на него, но ничего не ответила. Мужчина положил руку мне на плечо и ободряюще сжал. Я немного расслабилась. Тут же поймала неодобрительные взгляды наших советников и хищно улыбнулась им в ответ. Они не поддерживали того, что я до сих пор не связала себя узами. Здесь многие создавали семьи формально, чтобы в лице общества выглядеть прилично, а за стенами спален, да и не только спален, трахались со всеми и вся. Я не сказала бы, что этот чванливый устой их жизни чем-то отличался от земного. Но мне было глубоко наплевать. В моем положении можно позволить себе прямо сейчас приспустить Мансуру штаны и пробежаться пальцами по его члену. Другой вопрос — что нечего им смотреть на такое прекрасное достоинство.

В этот момент дворецкий, а здесь их называли Смотрящими, открыл двери зала и отошел вбок, впуская наших долгожданных гостей. Мансур последний раз сжал пальцы на плече и опустил руку. Честно говоря, мне это не понравилось, но глаза и разум были прикованы к новым лицам.

Первым в зал вошел неизвестный мне мужчина. Даже не так. Мужчина с большой буквы М. Я четко почувствовала этот флер возбуждения, желания, страсти, который прокатился по залу. Сцены отредактированы для публикации на Литрес.

Так, я отвлеклась от нашего барана. Хотя язык не повернулся бы его так назвать. До чего же породистый экземпляр. Мне не надо смотреть на остальных участников процессии, чтобы понять, он и есть тот самый Эйрен из Зазеркалья. Да, для себя я назвала государство северян Зазеркальем. Маленький каламбур.

Тем временем этот жеребец сменил направление и уже двигался в мою сторону. За его спиной я увидела знакомые лица трех Наибов — Дайна, Юрга и Валда. Это не могло не радовать. Было удивительно, что этот мужчина движется ко мне первым, а остальные следуют позади. По нашим традициям Ниаллерион всегда шел за кем-то из советников перед знакомством с новыми людьми. Советник представлял его, называя все титулы и почести, потом представлялся человек, и только тогда в разговор вступал Ниаллерион. Здесь же было видно, что речь Эйрен намерен начать сам.

И тут я поняла, что не могу отвести взгляд.

Сердце замерло и остановилось. Почувствовала, что сама оперлась на Мансура, потому что ноги вдруг задрожали. Я узнала это лицо. Но... мысль не успела обрести форму, как разум поглотила тьма. Здесь безопасно и тепло. Не хочу возвращаться обратно. В таком состоянии есть время подумать. Но мне его не дали.

Резко вернулись краски и мутные очертания, потому что в носу защипало от отвратительного запаха лимерии — местного нашатыря. Несколько раз открыла и закрыла глаза, не хотелось говорить, потому что чувствовала на себе слишком много пронзительных взглядов, которые вопрошали о моем состоянии.

— Жить будет, — выдал Мансур, и я почувствовала, как он уступает место Байбе.

Не нужно открывать глаза, чтобы понять, кого допустили в комнату. Всего четыре человека, остальные, видимо, остались развлекать гостей.

— Мама, что происходит? — обеспокоенно прошелестела Байба, поймав мою руку в свои ладошки.

Я нахмурилась и посмотрела на нее.

— Ничего такого, о чем стоит волноваться. Идите, я скоро тоже вернусь к гостям, — голос похолодел.

— Но... — попробовала возразить рыжая бестия, на что пришлось одарить ее тяжелым взглядом, моментально остановив тираду.

Через минуту двери закрылись, и я села на мягком диване в своем кабинете. Тело начала неожиданно сотрясать мелкая дрожь. Обхватила себя руками, пытаясь успокоиться. Перед глазами маячило до боли знакомое лицо.

Миша...

Как это возможно?

Мысли тут же ухватили в свой водоворот, заставляя задыхаться. Мне было около двадцати семи, когда я решила наконец-то остановить бессмысленные отношения и посмотреть вокруг в поисках того, кому я действительно нужна. Сначала он казался мелкой обезьяной, которая постоянно заставляла смеяться. Но потом сердце стало биться быстрее, а мышцы внизу живота в предвкушении сжимались от его взгляда. Миша. Он поцеловал меня на работе перед долгими и длинными выходными, обещая, что всё будет прекрасно. Я уехала на озеро фотографировать, была счастлива и весела. Болтала с попутчиками, предвкушая отличные выходные и теплую встречу после них. Но один звонок просто разрушил всё.

— Миша утонул...

Помню, тогда не поверила. Сказала, что нельзя шутить такими вещами. Но ответом была тишина. В тот момент находилась в тысячах километров от Москвы без шанса поехать назад. Вру. Вернуться можно всегда. Но я не поехала. Мне было страшно увидеть его перед тем, как земля станет телу последним пристанищем. Сердце замирало, как только я представляла его стеклянные глаза и мертвенно-бледную кожу. Не хотела запомнить его таким. Сколько слез было пролито в те дни. Сколько на его могиле, когда всё же осмелилась попрощаться. Но даже через год, в гостях у его мамы, не смогла отпустить. И просто молча глотала соленые слезы, когда все вокруг вспоминали его веселые глаза и шаловливые поступки. Эта незаконченная и оборвавшаяся любовь что-то сломала во мне тогда.

И сейчас я видела те же глаза, которые отпустила перед долгими выходными.

Воздуха снова стало мало. Дрожь не отпускала тело. Тот же вопрос — как это возможно? И почему у меня отключилось сознание, как только его лицо попалось мне в поле зрения, как будто кто-то погасил свет? Но чему удивляться. Если я оказалась здесь, то почему не мог и он? Но тогда на площади мое тело не погибло — просто вынесло в этот мир. Он же умер. А может, я тоже тогда...?

Глаза предательски защипало. Если это так, то даже лучше. Мои родные смирятся и будут жить дальше, не ожидая без вести пропавшую. Да. Я надеюсь, что это так.

Вдох... выдох... ещё глубже, чтобы наладить ритм сердца. Сейчас нельзя позволить себе думать об этом.

Поднялась с дивана и подошла к окну, где уже опустилась ночь. Это меня не сломит.

Расправила плечи, прошлась по немного растрепанным волосам, и гордой уверенной поступью двинулась обратно.

Конечно, первым мои глаза нашли Эйрена. Длинные темные волосы собраны сзади лентой. Весь в кожаной одежде, как Наибы при первой встрече, только черного цвета. Накачанные руки открыты и отдавали приятным восточным земным загаром. Рост значительно выше моего — наверное, выше двух метров. Когда этот мальчишка успел так вымахать? Он выше Мансура, и только я остаюсь коротышкой при своем метре семидесяти. Ну ладно-ладно, два сантиметра округлила. При метре шестидесяти восьми. Не суть. Эти великаны явно отличались от меня и были безумно сексуальны.

Конечно же, гость быстро почувствовал, что я смотрю на него. Не дав возможности кому-то из своих подойти первым, он быстро сократил расстояние между нами. Здесь не было каких-то особых знаков при знакомстве с главами стран, поэтому мои глаза удивленно округлились, когда Эйрен протянул руку к моей руке и, осторожно потянув на себя, поцеловал.

— Очень рад встрече, Ведьма Ноэль Первая, — протянул такой знакомый мужчина с красивой улыбкой, сверкнув белыми зубами.

Его голос завис у меня в голове на какое-то мгновение, пытаясь вытянуть знакомое воспоминание.

— Я Эйрен Махара Лялэш, — продолжил жеребец, в то время как с моей стороны не поступало ни звука.

Почувствовала, что за спиной напрягся Мансур, и тут меня, так сказать, отпустило.

— Что ж, приятно познакомиться, Эйрен Махара Лялэш. Как могу к вам обращаться? — наконец выдавила из себя и невольно улыбнулась.

Краем глаза заметила ехидный смешок Байбы. Она стояла рядом с Наибами, внимательно вглядываясь в мое лицо.

— Для вас просто Лялэш, прекрасная Ведьма Ноэль.

Мне кажется, или в зале все совсем распоясались и просто пялятся на нас? Я вполоборота посмотрела на публику, и тут же пространство затопило звуками разговоров и музыкой. Безобразие.

— В таком случае прошу вас называть меня Ноэль, Лялэш. Будем знакомы, — вернулась к разговору и встретилась глазами с остальными участниками делегации.

Валд хищно мне улыбнулся, на что я, не заставив себя ждать, ответила тем же. Юрг захохотал, а третий Наиб что-то говорил Байбе. Она кивнула ему, и они тут же начали уходить от нас в сторону танцующих.

Мансур не успел взять меня за локоть, как Эйрен протянул руку с вопросом:

— Могу пригласить вас в круг?

Ох уж эти танцы — терпеть их не могу. Болтаешься по залу, как селёдка туда-сюда, никакого толка. В связи с чем приняла слабую попытку увильнуть:

— А вы знаете наши танцы?

На что мужчина только улыбнулся ещё раз и руку не убрал. Пришлось обхватить его запястье пальцами правой верхней конечности, и мы двинулись в сторону остальных пар. Там уже крутилась Байба и третий Наиб Дайн. Вижу по ее лицу, что этот мужчина ей понравился. Она открыто улыбалась и смотрела ему в глаза, что-то говоря.