Миранда Гриффин- охотница или добыча? Книга 2

— Ты слишком самоуверен, — сказала я.

— Опыт, *чяёри*, — он отпустил мою руку. — Ступай. Твой волк заждался.

Я встала.

— Выздоравливай, Драгош.

Он усмехнулся, услышав своё имя.

— Обязательно.

Я вышла.

Фантом поднялся с кровати, подошёл к окну. Видел, как мы с Киану сели в машину, как он обнял меня, прижимая к себе. Как я уткнулась ему в плечо.

— *Сана тачья*, Миранда Гриффин, — прошептал он, глядя вслед.

Чёрный внедорожник скрылся за воротами.

А он всё стоял у окна — босой, в мятой рубашке, с зажившей губой и глупой улыбкой, которую не мог стереть.

---

В машине Киану молчал.

— Ты злишься? — спросила я.

— Нет, — он посмотрел на меня. — Я просто...ревную. Хотя идиотски.

— Ничего не случилось, — я взяла его за руку. — Он просто поцеловал. И всё.

— Знаю, — Киану поднёс мою руку к губам и поцеловал пальцы. — Я чувствую твои эмоции. Через кровь. Там была только благодарность.

— И жалость, — добавила я. — Ему было очень плохо.

— Я бы тоже хотел, чтобы ты меня поцеловала, когда мне плохо.

— Я буду целовать тебя всегда, — я придвинулась ближе. — Куда захочешь.

Он улыбнулся — светло, тепло.

— Договорились.

Машина ехала к поместью. Впереди был совет, враги, заложники. Но сейчас — в этом тёплом салоне, с его рукой в моей — я чувствовала, что мы выдержим всё.

Потому что мы вместе.

Потому что любовь — это тоже оружие.

Самое сильное.

---

Совет перед бурей.

Мы вернулись в поместье ближе к вечеру.

В кабинете Кевина всё ещё горел свет — сквозь тяжёлые портьеры пробивалось жёлтое мерцание свечей и камина. Я чувствовала напряжение за несколько шагов до двери. Киану шёл рядом, его рука лежала на моей пояснице — собственнически, успокаивающе.

— Ты готова? — спросил он тихо.

— Нет, — ответила честно. — Но выбора нет.

Дверь открылась, не успев постучать.

Кевин стоял у карты, развёрнутой на столе. Маркус сидел в кресле у камина — уже почти здоровый, чёрные прожилки исчезли, цвет лица вернулся. Алистер — у окна, скрестив руки на груди. Массимо — на диване, с бокалом крови в руке, лениво потягивал, но глаза оставались острыми.

И Мария.

Она сидела в дальнем углу на пуфике, подобрав ноги под себя. Впервые без сигареты, без вызова. На её лице не было ни косметики, ни обычной самоуверенности. Она смотрела в пол, и я заметила, что её плечи дрожат.

— Садись, — Кевин кивнул на кресло напротив карты.

Я села. Киану остался стоять за моей спиной.

— Прежде чем продолжим, — я обвела всех взглядом. — Я хочу знать, что мы решили с пленными охотниками.

— Драгомир и его двойняшки до сих пор в подвале, — ответил Кевин. — Рид наложил на них блокирующие чары. Они не опасны.

— Но и не союзники, — добавил Массимо, ставя бокал. — Лупеску не сдастся. Даже под зельем правды он твердил одно: ты — оружие, и он не успокоится, пока не подчинит тебя.

— Значит, убить? — спросила я.—поздно я их вчера отпустила. Все замолчали.

— Но они убили стольких, — сказал Маркус почувствовал, как внутри поднимается злость. — Их руки в крови. Ты отпустила их— они вернутся. Снова. С другими. И тогда пострадаем все мы.

— Поэтому мы их не отпускали, — Кевин подошёл ко мне, положил руку на плечо. — Рид готовил для них особое место. Безопасное. Изолированное. Они не смогли бы причинить вред никому, пока мы не решили бы их судьбу окончательно.

— Судьбу? — я подняла голову. — Что ты имеешь в виду?

— Совет вампиров должен был вынести приговор, — сказал Массимо. — Это не наша прихоть — это закон. Они охотились на тебя, на истинного охотника, который находится под защитой клана Донариусов. По нашим правилам, это карается вечным заточением. Или смертью.

— Совет, который наполовину состоит из врагов? — я усмехнулась. — Который охотится на меня? Который держит моих друзей в заложниках?

— Именно поэтому мы должны действовать быстро, — Кевин развернул карту. — Лорд Эдмунд Хейл и леди Изабель дю Буа держат твоих друзей в поместье Хейла в Сассексе, Англия. Два часа телепортации через Рида, если он справится с расстоянием.

— Мы не можем просто ворваться, — сказал Маркус. — Нас ждут. Ловушки, охрана, магия.

— Поэтому мы разделимся, — Алистер подошёл к карте. — Я знаю это поместье. Я был там триста лет назад, на свадьбе Хейла. Там есть подземный ход, о котором не знает даже прислуга.

— Ты предлагаешь рискнуть? — спросила я.

— Я предлагаю спасти твоих друзей, — он посмотрел мне в глаза. — А с остальным разберёмся после.

Я кивнула.

— Когда выдвигаемся?

— Завтра на рассвете, — Кевин убрал карту. — Рид приготовит портал. Всем отдыхать — завтра нужны свежими.

Все начали расходиться.

Но я заметила, что Мария не двинулась с места. Она сидела, сжавшись в комок, и смотрела в одну точку на полу.

Я подошла к ней.

— Почему ты не уходишь?

Она подняла голову. Глаза красные, опухшие.

— Я хочу поговорить с тобой. Наедине.

Киану напрягся за моей спиной.

— Киану, подожди меня в комнате, — сказала я.

— Миранда...

— Я справлюсь. Пожалуйста.

Он нехотя кивнул, бросил на Марию предупреждающий взгляд и вышел.

Мы остались вдвоём.

— Говори, — сказала я, скрестив руки.

— Я не знала, — прошептала Мария. — Про отца. Мама сказала, что Александр убил его окончательно. Что он сгорел на солнце. Что от него ничего не осталось. Я верила ей все годы своего существования.

— И это должно меня разжалобить?

— Нет, — она покачала головой. — Я не прошу жалости. Я знаю, что сделала тебе. В подвале. С Даной. И дала зелье подчинения Маркусу, чтобы он убил тебя.Я была чудовищем.

— Была? — я подняла бровь.

Она встала. Шагнула ко мне.

— Я ненавидела тебя, Миранда. Потому что тебя полюбил Маркус, потому что я так его ревновала к тебе.

— И как это оправдывает пытки?

— Никак, — она опустила голову. — Это не оправдание. Это объяснение. Я была злой, глупой, ревнивой дурой. И я не знаю, как загладить вину.

— Ты не загладишь, — я почувствовала, как голос дрожит. — Ты сделала мне больно. Очень. Я долго не могла прикасаться и смотреть на людей, после того, как вы с Даной...

Я замолчала, сглатывая ком в горле.

— Но я не хочу, чтобы ты умирала, — продолжила я. — И я не хочу, чтобы отец страдал из-за того, что мы не можем быть в одной комнате. Поэтому давай договоримся — ты держишься от меня подальше. Не заговариваешь. Не смотришь. Не приближаешься. И я не буду требовать твоей головы.

Мария кивнула.

— Справедливо.

Она развернулась и вышла.

Я стояла посреди пустого кабинета, чувствуя, как слёзы текут по щекам. Не от жалости к ней. От усталости. От того, что ненависть — это слишком тяжело. Слишком долго. Слишком больно.

---

Ночь перед битвой.

Киану ждал меня в спальне.

Свечи горели на прикроватных тумбах, огонь в камине отбрасывал тени на стены. Он сидел на кровати, прислонившись спиной к изголовью, босой, в одних джинсах. Светлые волосы рассыпались по плечам, и я впервые заметила, как сильно они отросли.

— Иди сюда, — сказал он тихо.

Я подошла. Села рядом, положила голову ему на плечо.

— Поговорили?

— Да.

— Ты плакала.

— Немного.

Он обнял меня, прижал к себе.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет. Не сейчас.

— Тогда о чём?

— Ни о чём, — я закрыла глаза. — Просто побудь со мной.

Он не спросил больше ничего. Просто сидел, гладил меня по волосам, и я чувствовала, как его сердце бьётся ровно и сильно.

— Киану, — прошептала я.

— Ммм?

— Завтра может быть опасно.

— Знаю.

— Мы можем не вернуться.

— Не говори так.

— Но можем.

Он повернул моё лицо к себе.

— Тогда я сделаю всё, чтобы мы вернулись. Оба. Поняла?

Я посмотрела в его серые глаза с золотыми искорками. В них не было страха. Только решимость. И любовь — такая огромная, что у меня перехватило дыхание.

— Поняла, — прошептала я.

Он поцеловал меня. Долго, нежно, бережно. Словно мы прощались — но я знала, что это не прощание. Это обещание.

Мы легли. Он обнял меня со спины, и я провалилась в сон — без снов, без кошмаров, только тепло его тела и ровное дыхание над ухом.

---

Порталы.

На рассвете поместье гудело.

Рид стоял в центре бального зала, где мебель сдвинули к стенам, и чертил мелом на паркете сложные руны. Порталы требовали жертвы — не кровавой, нет, но энергия требовалась огромная. Кевин отдал на это свой резерв — три дня он будет слабее обычного, но другого выхода не было.

— Я разделю вас на две группы, — сказал Рид, выпрямляясь. — Первая — основная — идёт через портал в поместье Хейла. Вы будете внутри за пять минут до того, как сработает сигнализация. Вторая — прикрытие — идёт через второй портал, на территорию, и берёт на себя охрану снаружи.

— Я пойду в первой, — сказала я.

— Я тоже, — Киану взял меня за руку.

— Я с вами, — Алистер проверил кинжалы на поясе.

— И я, — Кевин выглядел бледным, но твёрдым.

— Рид, активируй. Рид поднял руки. Руны засветились синим — сначала слабо, потом ярче, ослепительнее. Воздух задрожал, запахло озоном. Посреди зала возник проём — мерцающий, нестабильный, но живой.

— Другой портал на улице, — сказал Рид тяжело дыша. — Самуэль, ты ведёшь вторую группу.

Самуэль кивнул и вышел с отрядом вампиров.

Мы подошли к порталу.

— Вперёд, — сказал Кевин и шагнул первым.

Я стиснула руку Киану, и мы вошли в сияние.

---

Поместье Хейла.

Портал выбросил нас в тёмный каменный коридор.

Пахло сыростью, плесенью и старой кровью. Где-то капала вода — мерно, как метроном.

— Подземный ход, — прошептал Алистер. — Я узнаю запах. Мы под главным зданием.

— Как долго идти? — спросила я.

— Пять минут. Лифт поднимет нас прямо в бальный зал. Там обычно держат ценных пленников — чтобы никто не слышал их криков.

У меня похолодело внутри.

— Идём.

Мы двинулись по коридору. Киану шёл впереди, я — за ним, Алистер и Кевин замыкали. Беззвучно, быстро, как тени.

Лифт оказался старой деревянной клеткой, поднимающейся на цепях. Мы втиснулись внутрь. Кевин дёрнул рычаг — клетка дёрнулась и поползла вверх.

— Оружие наготове, — сказал Алистер, выхватывая кинжалы.

Клетка остановилась. Дверцы разъехались.

И мы увидели зал.

Огромный, с колоннами, с люстрой, с портретами на стенах. Посредине — четыре человека, привязанных к стульям. На головах — мешки, на руках — верёвки, пропитанные серебром.

Томас, Лидия, Кэролайн, Демиан.

— Миранда, — голос лорда Эдмунда Хейла раздался откуда-то сверху. — Как мило, что ты пришла. Я думал, ты предпочтёшь бросить их.

Он сидел в ложе на втором этаже, у перил, рядом с леди Изабель. Их окружали вооружённые вампиры — человек двадцать.

— Отпусти их, — сказала я.

— Или что? — он усмехнулся. — Ты убьёшь меня? Ты же не убийца. Твои руки в крови, конечно, но невинных ты не трогала. А я невинен.

— Ты держишь в заложниках людей, — я шагнула вперёд. — Это делает тебя виновным.

— Виновным перед кем? Перед тобой? — он рассмеялся. — Ты — никто, Миранда Гриффин. Всего лишь игрушка в руках Донариусов. Твоя кровь — да, ценна. Но ты сама — пустота.

Я почувствовала, как внутри закипает ярость.

— Миранда, — Киану схватил меня за руку. — Не поддавайся. Он провоцирует.

— Я знаю, — я выдохнула. — Но я не буду стоять и слушать.

— Тогда действуй.

Я посмотрела на пленников. Кэролайн дёрнулась — она слышала мой голос.

— Кэролайн, я здесь, — крикнула я. — Всё будет хорошо.

Она замычала сквозь кляп.

— Хватит сантиментов! — рявкнул Хейл. — Взять их!

Вампиры бросились вперёд.

Но мы ждали этого.

---

Бой в зале.

Киану взревел — не по-человечески — и превратился на полпути. Огромный белый волк с алыми глазами рванул вперёд, сметая врагов, как кегли. Когти рвали плоть, клыки ломали кости. Он был смерчем, ураганом, машиной для убийства.

Алистер сражался рядом с ним — два кинжала в руках, каждое движение выверено, точно, смертоносно. Старый вампир, который ждал этого момента двадцать двадцать восемь лет.

Кевин прикрывал меня, отбивая атаки, но я не собиралась прятаться.

Я выпустила когти. Клыки выдвинулись. Глаза загорелись — красным и белым одновременно. — Истинный охотник, — прошептал кто-то из вампиров и попятился.

Я бросилась вперёд.

Первый вампир упал, не успев вскрикнуть — мои когти разорвали ему горло. Второй — схватил за руку, я вывернулась, ударила в грудь, пробила рёбра. Кровь брызнула на лицо — горячая, липкая, металлическая.

Я не чувствовала ни страха, ни отвращения. Только ярость. Только желание защитить.

— Миранда! — крикнул Киану.

Я обернулась. Лорд Эдмунд спрыгнул с балкона, приземлившись прямо перед пленниками. Он выхватил кинжал и приставил его к горлу Томаса.

— Ещё шаг — и он умрёт! Я замерла.

— Не надо, — сказала я. — Отпусти его. Это тебе не поможет.

— Поможет, — он усмехнулся. — Ты не рискнёшь его жизнью. Я знаю.

Он был прав.

Я опустила руки.

— Отпусти его, — повторила я. — И я дам тебе уйти.

— Слишком поздно для переговоров, — раздался голос сзади.

Массимо вышел из тени. Его запонки с воронами блеснули в свете люстры. В руке он держал кинжал — тот самый, с красным камнем.

— Клинок истинного охотника, — сказал он. — Ты узнаёшь его, Эдмунд? Тот самый, которым Миранда убила Александра.

Лорд Эдмунд побледнел.

— Ты предатель, Массимо.

— Я — тот, кто чистит ряды, — Массимо шагнул вперёд. — Отпусти человека. И я обещаю тебе быструю смерть.

Вместо ответа Хейл полоснул кинжалом по горлу Томаса.

Я закричала.

Но Томас не умер. Кинжал был тупым — или Хейл дрогнул в последний момент. По шее потекла кровь, но артерия осталась цела.

— Мерзавец! — я рванула вперёд.

Киану был быстрее.

Он прыгнул, сбил Хейла с ног, вцепился зубами в его плечо. Лорд Эдмунд заорал. Леди Изабель, увидев это, попыталась сбежать, но Алистер метнул кинжал — он вонзился ей в ногу, пригвоздив к полу.

— Всё кончено, — сказала я, подходя к связанным друзьям.

Я разрезала верёвки.

Кэролайн упала в мои объятия, рыдая сквозь кляп. Лидия обняла меня сзади. Демиан, бледный, но живой, сжимал мою руку. Томас Томас просто смотрел на меня — на мои клыки, на мои когти, на кровь на моём лице.

— Миранда, — прошептал он. — Ты

— Знаю, — я улыбнулась. — Я чудовище.

— Нет, — он покачал головой. — Ты — наш друг. И мы тебя не бросим.

Я расплакалась.

---

Возвращение.

Портал открылся прямо в бальном зале.

Мы вышли — все. Томас, Лидия, Кэролайн, Демиан — живые, целые, только испуганные. Кэролайн всё ещё плакала, прижимаясь к Демиану. Лидия держалась за Томаса, бледная как полотно.

— Вы в порядке? — спросила я в сотый раз.

— Мы в порядке, — ответил Демиан. — А ты? Ты...ты как?

— Я тоже в порядке, — я улыбнулась сквозь усталость.

Киану стоял рядом — уже человек, но с алыми прожилками в глазах. Он обнял меня за плечи, притянул к себе.

— Твои друзья в безопасности, — сказал он. — Теперь мы можем заняться советом.

— По очереди, — Кевин подошёл к нам. — Сначала — отдых. Все. Завтра будем решать, что делать с членами совета, которые предали нас.

Я кивнула.

— Идём, — Киану потянул меня к выходу. — Тебе нужно отдохнуть.

— Подожди, — я повернулась к друзьям. — Ребята, я всё вам объясню. Завтра. Честно. Всю правду.

— Мы подождём, — сказал Демиан. — Ты заслужила отдых.

Кэролайн кивнула, вытирая слёзы.

— Спасибо, что пришла за нами, — прошептала она.

— Всегда, — ответила я.

Мы вышли в коридор. Я шла, опираясь на Киану, чувствуя, как силы покидают меня.

— Ты герой, — сказал он.

— Нет, — я покачала головой. — Я просто девушка, которая не даст в обиду тех, кого любит.

Он остановился, повернул меня к себе.

— Я тоже тебя не дам в обиту, — он поцеловал меня в лоб. — Никогда.

В спальне я рухнула на кровать, не раздеваясь. Киану лёг рядом, обнял, укрыл одеялом.

— Спи, — прошептал он. — Завтра новый день.

— Люблю тебя, — сказала я, проваливаясь в сон.

— И я тебя, — услышала я сквозь дрёму.

В окно светила луна — огромная, жёлтая, почти полная.

Она видела всё.

И молчала.

---

Утро правды.

Солнце ворвалось в окно неожиданно — яркое, почти летнее, несмотря на март. Я зажмурилась, повернулась на другой бок и уткнулась носом в плечо Киану. Он не спал — просто лежал, смотрел на меня, и в его глазах была такая нежность, что у меня заныло под ложечкой.

— Сколько времени? — прошептала я.

— Почти полдень. Ты проспала десять часов.

— А ты?

— Я не спал. Смотрел на тебя.

Я улыбнулась, потянулась, чувствуя, как мышцы ноют после вчерашнего боя.

— Ты стал жутким, во время боя, — сказала я.

— Я всегда был жутким. Ты просто привыкла.

Он поцеловал меня в кончик носа, потом в губы — легко, едва касаясь. Я обняла его за шею, притянула ближе, и поцелуй стал глубже, жарче.

— Миранда...— выдохнул он. — Твои друзья внизу. Они ждут. Дворецкий сказал, они уже два часа не могут найти себе места.

Я вздохнула и отстранилась.

— Знаю. Надо идти придумать, что казать, что-нибудь убедительное.

— Не надо. Просто скажи им правду.

— Всю?

— Всю, — он взял моё лицо в ладони. — Они заслужили. И они не отвернутся. Ты видела их вчера — даже после того, как Томас увидел твои клыки.

Я кивнула. Встала, натянула джинсы, свитер. Киану оделся молча, наблюдая за мной. У двери он остановил меня, развернул и поцеловал — коротко, крепко, как перед долгой разлукой.

— Я рядом, — сказал он. — Что бы ни случилось.

---

Завтрак с правдой .

Гостиная на первом этаже была залита солнцем. Кэролайн сидела на диване, прижавшись к Демиану, с кружкой чая в руках. Лидия — в кресле, обхватив колени, без очков — она надела линзы, и её глаза казались огромными и испуганными. Томас стоял у окна, барабаня пальцами по подоконнику. Увидев нас, он замер.

— Миранда, — сказал он. — Ты выглядишь...нормально.

— Я и есть нормальная, — я села напротив них. Киану остался стоять у камина, скрестив руки. — Насколько это возможно.

— Ты вчера...— начала Кэролайн и запнулась. — У тебя были клыки. И когти. И глаза горели.

— Да, — я кивнула. — Потому что я не совсем человек.

Тишина стала плотной, как стена.

— Я — истинный охотник, — продолжила я. — И одновременно — воскрешённый вампир. Моя кровь убивает вампиров, оборотней и исцеляет их. Меня убили три года назад, воскресили, и теперь я нечто среднее.

— Ты говоришь загадками, — Демиан нахмурился. — Какие вампиры? Какое воскрешение? Это не научно.

— Наука здесь бессильна, — сказал Киану, и все повернулись к нему. — Я — гибрид. Сын вампира и оборотня. Мне три с половиной тысячи лет. Кевин и Маркус — мои младшие братья. И всё это — правда.

Демиан открыл рот и закрыл.

Кэролайн уронила кружку. Чай разлился по ковру, но никто не обратил внимания.

— Ты шутишь, — прошептала Лидия.

— Нет, — я покачала головой. — Я не шучу. Помните, как вы нашли меня на дороге? Босиком, в белом платье, зимой? Я сбежала из лаборатории, где меня воскрешали. Я ничего не помнила. А потом память вернулась.

— И что ты вспомнила? — Томас сел на подлокотник кресла, лицо у него было белое.

— Всё. Как меня убили. Как я убила. Как любила. Потеряла. И спасла, — я посмотрела на Киану. Он улыбнулся — грустно, тепло.

— Я не знаю, что сказать, — Демиан провёл рукой по лицу. — Я врач. Я верю в то, что можно потрогать, измерить, вылечить. А вы говорите о бессмертии, о крови, которая исцеляет

— Твоя невеста выступала перед вампирами, — мягко сказала я. — Весь зал в поместье Кевина был полон ими. Они аплодировали. Они любили её голос.

Кэролайн побледнела.

— Те люди...с бледной кожей и странными глазами..

— Вампиры, да.

— О боже, — она закрыла лицо руками. Демиан обнял её, прижал к себе.

— Но они не трогали вас, — продолжила я. — Потому что Кевин — их глава. И он приказал не трогать.

— Кевин — глава вампиров? — Лидия сняла линзу, протёрла глаз, будто не верила своим глазам.

— Один из. Есть ещё совет. Тот самый, который похитил вас, чтобы шантажировать меня.

Томас встал.

— Значит, мы — заложники. Разменная монета в вашей войне.

— Да, — я не стала отрицать. — И мне очень жаль. Я не хотела втягивать вас. Но вы стали мне друзьями. А друзей я не бросаю.

— И поэтому ты пришла нас спасти? — в голосе Лидии прорезалась надежда.

— Поэтому, — кивнула я.

Кэролайн подняла голову. Глаза красные, но взгляд твёрдый.

— Тогда мы с тобой. Всё, что нужно — мы поможем.

— Нет, — я покачала головой. — Вы уезжаете сегодня. Кевин организует вам безопасное место, где совет не найдёт. Вы спрячетесь там, пока мы не разберёмся с ними окончательно.

— Нет! — Кэролайн вскочила. — Ты нас спасла, а теперь мы тебя бросим?

— Вы не бросаете, — я подошла к ней, взяла за руки. — Вы делаете то, что нужно. Если вы останетесь — они снова вас схватят. И тогда я не смогу сражаться, потому что буду думать о вас. Понимаешь?

Она заплакала. Демиан обнял её, поцеловал в макушку.

— Миранда права, — сказал он тихо. — Мы будем обузой.

— Ты не обуза, — я обняла всех троих сразу — Кэролайн, Лидию, Томаса. Демиану просто пожала руку. — Вы — моя семья. И я хочу, чтобы вы были в безопасности.

Томас молчал. Потом сказал:

— Я знал, что ты особенная. Ещё в колледже. Просто не понимал, насколько.

— Ты не представляешь, насколько, — усмехнулась я.

Мы ещё постояли в обнимку. А потом дворецкий объявил, что машины готовы.

Прощание было коротким. Слишком коротким. Кэролайн плакала, Лидия не могла говорить, Демиан просто кивнул. Томас обнял меня на прощание и прошептал:

— Береги себя.

— Обязательно.

Они уехали.

Я стояла на крыльце, смотрела вслед, пока машины не скрылись за воротами. Киану подошёл сзади, обнял.

— Ты всё правильно сделала.

— Знаю. Но всё равно больно.

— Это цена любви.

Я повернулась и уткнулась лицом ему в грудь.

— Тогда она слишком высока.

— Нет, — он поднял моё лицо за подбородок. — Она бесценна.

---

Совет.

После обеда Кевин собрал всех в кабинете.

— Я связался с лояльными членами совета, — сказал он. — Матушка Катарина и барон Фридрих фон Шварц готовы выступить против Хейла и Изабель. Они были в неведении о захвате людей. Это было нарушение всех договорённостей.

— Значит, не весь совет враг? — спросила я.

— Нет, — Массимо покачал головой. — Но достаточно большая часть. Мы должны действовать быстро. Я предложил провести внеочередное заседание через три дня. В цитадели.

— В цитадели? — я напряглась. — Где нас попытаются убить?

— Где мы их переиграем, — Алистер усмехнулся. — Я знаю каждую потайную дверь, каждый ход. Александр построил это место, но я помогал ему. Я проведу вас туда, куда никто не ожидает.

— А что с Хейлом и Изабель? — спросил Маркус. — Они в подвале.

— Они будут ждать суда совета, — ответил Кевин. — После того как мы установим контроль.

— А если совет проголосует за их освобождение?

— Не проголосует, — Массимо достал серебряную зажигалку, покрутил в пальцах. — Я лично позабочусь.

— Ты предлагаешь подкуп? — спросила я.

— Я предлагаю реальность, — он посмотрел на меня. — Никто не хочет войны. Никто не хочет, чтобы кровь истинного охотника попала в руки фанатиков. Совет проголосует за изоляцию или смерть. А мы — проследим, чтобы приговор был исполнен.

Я посмотрела на Киану.

— Что думаешь?

— Я думаю, что надо ехать, — сказал он. — Чем быстрее мы закончим, тем быстрее сможем жить спокойно.

— Жить спокойно, — я усмехнулась. — Ты веришь в такое?

— С тобой — да.

Поцеловал меня в лоб, не стесняясь никого.

Кевин развернул карту цитадели.

— Начнём планировать.

---

Подготовка.

Следующие два дня прошли в лихорадочной подготовке.

Рид варил зелья — для защиты, для нападения, для маскировки. Я тренировалась с Алистером — он учил меня владеть клинками. Оказалось, что истинный охотник инстинктивно чувствует оружие. Мои руки двигались быстрее головы, каждое движение было точным, смертоносным.

— Ты — прирождённый воин, — сказал Алистер после очередной схватки, когда я обезоружила его и приставила клинок к горлу. — Как и твоя мать.

— Расскажи о ней, — попросила я.

Он опустил кинжалы, сел на скамью. —

Элизабет была...неописуемой, — сказал он тихо. — Она не боялась ничего. Ни меня, ни других вампиров, ни смерти. Она смеялась в лицо опасности. И она любила меня. Несмотря на то, кем я был.