Закат эпохи

– А вы какого чёрта нас подслушиваете?! – прикрикнул на зевак Ульфгер.

– Так тут говорят про какую-то классную леди, – шутливо объяснялся один из слушателей. – Как такое можно пропустить?

– Финарий… – донёсся чей-то голос из дальнего угла. – Жирный ублюдок… Не могу это представить. Меня сейчас вырвет…

Тема мгновенно стала главной. Со всех сторон посыпались версии, одна другой занятнее: кто-то строил догадки, кто-то домысливал недостающее, а двое особо ретивых затеяли спор о подробностях. О напряжённости между государствами забыли в тот миг, как заговорили о похождениях короля Хализии.

– Ох как всех задело, что красавица могла достаться какой-то свинье… – прокомментировала Манира, обновляя напитки за столиком.

– Пфф… Мужичьё… – буркнул Антион.

– Но кроме шуток, мне это помогло, – отметил Эйган. – Теперь она меня как-то… не цепляет.

Компания рассмеялась и продолжила пьянку.

Ночь подкралась незаметно. Четверо друзей кое-как выползли из таверны. Антион напился до такого состояния, что ноги отказались ему служить, и грохнулся на землю. Ульфгер только и делал, что ржал над ним, как конь, а Эйган пыхтел, пытаясь поднять беднягу, чтобы дотащить до дома.

– Этот вечер, конечно, но пора домой, – пьяным голосом проговорил Авалор, упираясь рукой о стену, стараясь не качаться, – но пора идти домой. Вы же его дотащите?

– Не беспокойся… – сказал пошатывающийся Ульфгер. – Как-нибудь справимся с этим балбесом.

Распрощавшись с друзьями, Авалор поковылял в сторону своего дома. Эйган, напившийся до состояния “великого мага”, решил воспользоваться магией, чтобы не тащить лежачего друга на себе. Он поднял Антиона в воздух на полметра, но быстро потерял концентрацию и уронил бедолагу на землю. Звуки недовольства пьяного эльфа разнеслись по улице.

С трудом перебирая ногами, Авалор плёлся по улице, то и дело натыкаясь на запоздалых прохожих и стражников. Через некоторое время он уже прогуливался по тёмной и пустынной улице. Тишину разбавляли лишь скрип несмазанных ставен да свист лёгкого ветра. Из-за облаков выглянул полумесяц, осветив дорогу бледным светом. Этнис брёл, шатаясь из стороны в сторону, и тихонько напевал себе под нос.

Вроде ничего не предвещало беды, как вдруг позади послышались шаги. Он неуклюже обернулся и успел заметить лишь тень, метнувшую кинжал. Рефлексы сработали быстрее мысли – в воздухе вспыхнул овальный барьер. Магия отразила атаку, но оружие взорвалось, едва коснувшись её; Авалор выпил столько вина, что не смог создать по-настоящему крепкую защиту. Взрыв пробил эту жалкую преграду и отшвырнул чародея, приложив спиной о землю с такой силой, что из груди выбило дыхание.

– Ахч… – разнёсся по улице его недовольный возглас.

Приподняв голову, этнис увидел, как на него устремилась светловолосая эльфийка, замахиваясь мечом. В последнее мгновение он вскинул руку; перчатка вспыхнула, выбрасывая магический щит, и клинок с лязгом ударился о прозрачную преграду.

– Опьянение не позволяет нормально использовать магию? – самодовольно произнесла девушка, крепко сжимая своё оружие.

– А разве похоже на то, что я в ней нуждаюсь? – не терял уверенности Авалор.

Убийца отступила на несколько шагов, нацелила клинок на чародея и задействовала его скрытую силу. Авалор мгновенно понял: дело дрянь. Он рывком вскочил на ноги, и вовремя: из острия меча вырвался мощный поток пламени, взметнувшийся туда, где он только что лежал. Но чародей уже не был там. Зачарованные сапоги послушно создали под ногами светящиеся ступени, и этнис, оттолкнувшись, запрыгнул на первую, затем на вторую, быстро карабкаясь вверх. Через мгновение он уже стоял на крыше, глядя вниз на пылающую улицу.

– А ты выбрала удачный момент для засады, – оценил Авалор. – Хвалю.

– А вы полны сюрпризов, – златовласая леди убрала меч в ножны. – Свой титул носите заслуженно.

– Тебе бы стоило взять в помощь несколько способных магов, чтобы убить меня.

– Сама справлюсь!

Воительница мгновенно метнула в цель ещё один кинжал. Чародей решил не рисковать и уклонился, поскольку прошлый взорвался, этот мог повести себя так же. Однако снаряд не сдетонировал, а просто исчез в воздухе. «Иллюзия?» – мелькнуло в голове у Авалора. Сама эльфийка стояла неподвижно, не отрывая от него взгляда.

– Слабо верится, что ты собираешься меня убить, – озвучил предположение Авалор, спускаясь с крыши по волшебным ступеням, как по лестнице. – Даже ученики магической академии проявляют больше усердия, чем ты.

Но никакого ответа не последовало. Заметив, что противник на миг пошатнулся, прикрыв глаза рукой, девушка рванула вперёд. Но чародей лишь посмеялся, ведь алкоголь тут ни при чём. Земляная стена взметнулась прямо перед эльфийкой, и она, не успев затормозить, врезалась в неё со всего размаху. Растянувшись на дороге, красавица услышала довольный голос сверху:

– Если ты на службе у короля, чтобы убивать, то ему надо сделать выговор. Он ошибся в выборе исполнителя.

Убийца быстро вскочила и снова бросилась на чародея, но в воздухе материализовались призрачные пальцы, перехватившие лезвие и не давшие ей нанести удар.

– Вот я и протрезвел, – равнодушно заметил Авалор, лениво шевеля пальцами в такт магии.

Он махнул рукой, и бурный поток ветра отшвырнул эльфийку к соседнему дому, словно детскую игрушку. Красавица врезалась в стену, сползла на землю, но почти сразу вскочила.

– Ты не сможешь меня одолеть, – бросил Авалор, пока вокруг него закручивались вихри магии, формируя защитный купол.

«Ну, это мы ещё посмотрим», – мелькнула гневная мысль в голове эльфийки.

Она достала камень, и из него густыми клубами вырвался туман, скрывший её от глаз чародея. Авалор закружил пальцем, и в центре белой пелены зародился миниатюрный тайфун. Воронка жадно втянула в себя клочья тумана, закрутила их в стремительный вихрь и через мгновение разметала в пыль. Воздух очистился, открыв пустую улицу; по ней всё ещё гуляли одинокие завихрения ветра.

– Проклятье... – зевнул Авалор, растирая лицо ладонью.

Его ноги гудели, веки слипались, а единственное желание в данный момент – добраться до кровати. Он развернулся и, спотыкаясь, двинулся к дому.

– Вы хоть понимаете который час?! – рявкнул житель, высовываясь из окна. – Вы мешаете всем спать!

– Мои извинения, – устало буркнул чародей, не оборачиваясь. – Уже ухожу.

– И убери за собой!

Несколько неторопливых движений пальцами, и земляная стена, разделявшая улицу, бесследно исчезла.

– Сделано.

Спустя время Авалор добрался до дома. Внешний вид жилища ничем не выделялся от соседних построек: обычное двухэтажное сооружение из серого камня с облупившейся кое-где краской на ставнях и покосившимся забором; хозяин всё никак не мог его починить. Никто бы не подумал, что здесь живёт чародей, чьё имя гремит по всему Кастерису.

Доковыляв до гостиной, этнис нашёл среди вороха бумаг и книг серебряное кольцо, надел его и коснулся кристалла, задействовав неизвестные чары. Дальше он раздевался уже на ходу, разбрасывая вещи по коридору, ведущему в спальню. Одно мгновенье – и уставший мастер плюхнулся в мягкую кроватку, где почти моментально провалился в сон.

Уже давно за полночь. Как и большинство жителей Хаймвора, Авалор крепко спал, бессознательно укутавшись покрывалом. Всё бы ничего, но внезапно кольцо на пальце кольнуло электрическим разрядом, мгновенно разбудив хозяина. «Ну что ещё?» – лениво подумал чародей, не открывая глаз, и продолжил лежать, прислушиваясь к тишине. Спустя минуту её нарушил едва уловимый скрип открывающейся двери, который сменился звуками лёгких шагов. Авалор дал незваному гостю подойти почти вплотную, прежде чем магия, послушная мысленному приказу, перехватила нарушителя и впечатала в стену. Поднимаясь с кровати, он протёр глаза и взглянул на ночного гостя. Кромешная темнота не помешала ему узнать ту самую посланницу Финария. Этнис одним лишь усилием воли сдёрнул с дверцы шкафа мантию, спеленал ею девушку и, присев перед ней на корточки, заговорил:

– А ты настырная особа.

– Ты ждал меня?

– Вообще-то нет. Я спал мёртвым сном.

– Тогда как ты проснулся?! – злобно оскалилась эльфийка.

– Видишь это? – Авалор указал на кольцо на среднем пальце. – Оно зачаровано таким образом, что при активации охранного кристалла будит владельца, если чужак проникает в дом. Только представь, сколько жизней можно было бы спасти, если бы такое изобрели лет так с тысячу назад.

Эльфийка не нашла слов, чтобы ответить ему; на её лице можно разглядеть только разочарование. Она потратила столько времени на изучение своей цели, но даже не подозревала о чём-то подобном.

– Так вот оно что! – словно прозрел Авалор. – Ты не пыталась тогда меня убить, а просто разыграла поражение, чтобы я успокоился и перестал тебя ждать. После первой засады второй не ждут, верно?

Девушка молчала, но её тяжёлое, злое дыхание выдавало всё, что она не могла сказать словами.

– Использовать мою самоуверенность, чтобы усыпить бдительность… – продолжал чародей. – Знаешь, я, пожалуй, извинюсь за то, что сказал при нашей прошлой встрече. Ты действительно способная убийца. Если бы не мои охранные чары, то тебе бы удалось прикончить меня. Быть может...

Незваная гостья только и ждала, когда этнис расслабится, чтобы ударить его по причинному месту, но Авалор вовремя перехватил её ногу. Целеустремлённость этой девушки вызывала невольное уважение, но торчать с ней до рассвета чародею совершенно не хотелось; веки слипались, тело требовало отдыха, а возня с пленницей могла затянуться до утра. Он подошёл к окну, распахнул створку и сотворил в воздухе призрачную кисть. Она поманила троих стражников, маячивших в конце улицы. Те мигом прибежали и забрали эльфийку в казематы. Авалор еле находил в себе силы, чтобы бодрствовать, а потому улёгся обратно в кровать и быстро уснул.

На следующий день Авалор, с чувством лёгкого похмелья, приступил к работе. Он принял от Эйгана первую партию заказов и без особого труда наполнил предметы энергией. После этого мастер зачаровал пару кинжалов, активировал их новые свойства, разложил возле тренировочного манекена и, создав несколько магических клинков, метнул их в соломенное чучело. Они достигли цели, но почему-то это разочаровало чародея.

– Что пытаешься сделать в этот раз? – поинтересовался Антион, наблюдая за работой Авалора.

– Знаешь… Я даже немного завидую тебе. Похмелье тебя не мучает…

– Да, но в этот раз тело жутко болит, – простонал эльф, потирая бок. – Видимо, потому что меня вчера несколько раз уронили по дороге домой.

– Извини! – послышался громкий голос Эйгана из помещения магазина.

В зал для тестов вбежал Ульфгер, который устремился к демоническому доспеху, что лежал на одном из ящиков. Обнимая его, он нежно произнёс:

– Ты там же, где я тебя и оставил.

– Тебе ещё не надоело? – спросил полудворфа Эйган, входя в зал.

– Тебе этого не понять, – нежно проговорил кузнец, не выпуская из рук свою драгоценность. – Поработать с демонической сталью… Это просто мечта для любого уважающего себя кузнеца. Если бы мне ещё дали поработать с ангельской сталью… Это сделало бы меня самым счастливым существом на свете.

– Сколько тебе потребуется времени на работу? – уточнил Авалор, убирая недавно брошенные кинжалы с помощью магии.

– Неделя… Две… Месяц… Год… Кто знает? Но приступлю я прямо сейчас!

Счастливый Ульфгер, прижимая к груди демонический доспех, вылетел на улицу. Антион же задержался и передал Авалору просьбу из академии магии провести лекцию по зачарованию. Тот не посмел отказаться, когда узнал, кто его ожидал.

– На сегодня магазин в твоих руках, – отдал распоряжение Эйгану Авалор.

– Слушаюсь и повинуюсь, мастер, – съязвил приятель в ответ.

Авалор и Антион вышли из магазина и направились в академию.

Тем временем в Вейстаме последователи Ландеса продолжали расширять влияние своего Бога. Всего за день они подчинили ещё несколько поселений, при этом не встречая особого сопротивления. Их внезапная атака не позволила местным солдатам и ополченцам успеть собраться в единую силу, а потому их побеждали отдельными группами. Жители, видя беспомощность властей, предпочитали сдаваться; их вполне мог понять любой, поскольку никто не имел опыта вести бой против магов. Фанатики, следуя приказу, население не трогали. Сам Ландерс возглавил основные силы и направился к столице царства.

Отряды Ландерса и царевича Вейстама встретились на узкой дороге, что вела через цветущую поляну. Как только противники выстроились в боевой порядок, Кайрос выехал на коне вперёд. Указывая копьём на Нового Бога, парящего над самой землёй, он стал осыпать его бранью:

– Желторотый ублюдок! Зря ты вылез из своей убогой лачуги! Сегодня мир забудет о твоём существовании!

Новый Бог редко открывал веки, но именно сейчас, в знак искренности своих слов, он явил то, чего почти никто не видел. Яркие фиолетовые глаза, полные сострадания и доброты, смотрели на царевича, подобно тому как смотрит милосердный ангел на заблудшую душу. Они словно умоляли молодого и горячего героя опустить копьё и отойти в сторону. Однако очи Кайроса горели гневом и жаждой славы; не действовал на него взгляд врага.

– Я не желаю войны между нами, – заговорил Ландерс, подлетев поближе. – Мы можем обойтись без лишних жертв. Никто не осудит вас, если вы сложите оружие и позволите нам пройти дальше.

– Закрой свой поганый рот, выскочка! – дерзко ответил ему молодой герой. – Насладись последними минутами жизни! Скоро она закончится!

– Насилием вы ничего не добьётесь. Я не сверну со своего пути.

Но Кайрос уже не слушал его. Развернув коня, он помчался обратно к войску, поднял копьё и боевым кличем вдохновил солдат перед битвой. Ландерс же улетел к своим последователям и отдал приказ к наступлению.

И вот сражение началось. У вейстамцев было преимущество местности, которое давало отличную возможность конным лучникам реализовать свой потенциал. Основные силы медленно надвигались на противника, пока маги отражали чужие атаки, а мобильные стрелки успешно ломали строй с флангов. Возглавив тяжёлую кавалерию, Кайрос резко ворвался во вражеский строй клином, разделив его на отдельные группы, и оказался вполне способен одолеть фанатиков. Сам же Ландерс парил над землёй, защищая магией своих последователей. Царевич, выждав подходящий момент, пришпорил коня и понёсся прямо к ложному богу, дабы выполнить задание и вернуться к отцу с отрубленной головой самозванца в качестве трофея.

Глава 3. Самый обычный день

Авалор и Антион уже достигли Академии магии.

Её построили в девятнадцатом году после гибели богов. Королевство нуждалось в этой мере, поскольку те, кто открывал в себе величайший дар, понятия не имели, как пользоваться новообретённой силой, и часто представляли опасность для окружающих. Их спонтанная магия то и дело вызывала повсеместные разрушения и причиняла вред окружающим, а иногда кого-то убивала. При Дагонеле королевство брало расходы на содержание данного заведения на себя. В моменты, когда государственная казна оскудевала, средства на академию неизменно находились, зачастую ценой сокращения расходов в иных областях бюджета. Если за один год она могла предоставить правителю хотя бы пятерых способных магов, то это уже считалось оправданными затратами. Тем не менее простые жители и рядовые солдаты возмущались подобным отношением.

Стоя у ворот, Авалор вспоминал, как впервые оказался здесь. Мысли о далёком прошлом вызывали у этниса неприятные чувства, и это отразилось на его лице. Антион ничего не заметил, поскольку вспоминал только самые весёлые моменты обучения.

– Меня всегда раздражал этот шпиль, – смеялся он, закрывая рукой ненавистный элемент здания. – Сколько раз я пытался его уничтожить...

– И каждый раз получал по заднице, – отстранённо произнёс чародей.

– И я попробую снова. Но не сейчас.

И они вошли на территорию. Друзья видели перед собой высокое, величественное здание из тёмного камня, напоминавшее древние храмы богов, а вокруг – голую землю, по которой от ворот до главного входа тянулась прямая мощёная дорога. Ни деревца, ни цветочка, ни травинки – никто не желал заниматься внешним видом двора, поскольку детишки рано или поздно уничтожали любые насаждения; даже зачарованные статуи здесь надолго не приживались.

Внутри ситуация не сильно отличалась. Залы и коридоры напоминали место, где недавно произошла страшная бойня; для полноты картины не хватало только трупов и следов крови. Стены, полы, потолки, колонны и лестницы изобиловали трещинами, выбоинами и обожжёнными участками. Сколько раз тут всё ни заделывали и ни отмывали – новые повреждения появлялись каждый день. Как академия до сих пор уцелела – вопрос, на который никто не мог ответить.

Здесь вовсю проходили занятия. Одно из них проводила женщина по имени Мирейза, взяв к себе сразу несколько групп юных дарований; королевский указ оставил учебное заведение без части преподавателей, и нагрузка легла на тех, кто остался. Она являлась чистокровной тёмной эльфийкой, что заметно по её внешности: высокая, с серебристыми волосами, красными глазами и кожей цвета обсидиана. По характеру Мирейза напоминала заботливую мать: женщина любила своих учеников, готова была защитить их от любой беды и частенько покрывала после безобидных шалостей.

Друзья появились в самый разгар урока по боевой магии. Антион понимал цену детской шалости, так что вошёл в зал первым с волшебным щитом наготове. И не зря, ведь прямо в него летели ледяные шипы. Отразив их, светлый эльф быстро нашёл виновников и поднял их в воздух. Бедняжки попытались притянуть себя к твёрдой поверхности, но от волнения не могли сконцентрироваться, и их энергия растворялась в воздухе, подобно соли в воде.

– А у вас как всегда весело, учитель, – с усмешкой обратился к Мирейзе Антион, отпустив детишек.

– Ох, они меня когда-нибудь измотают… – выдохнула тёмная эльфийка, присев на скамью. – Но я рада вас видеть. Спасибо, что не оставили свою старушку.

Авалор рассмеялся и заговорил с бывшей наставницей:

– Старушку? Тебе до старости ещё лет сто.

– А мне интересно знать, как скоро старость настигнет тебя, – добродушно ответила ему женщина.

– Мне тоже интересно, – задумчиво проронил чародей. – Об ином этнисе c такой комбинацией рас, дожившем до глубокой старости, я ещё не слышал.

Обменявшись несколькими фразами, он, направляясь в центр зала вместе с Антионом и Мирейзой, возвестил о начале лекции. Ученики закончили практиковаться и уселись полукругом напротив старших товарищей. Мирейза, глядя на Авалора, видела не затворника, желавшего отстраниться от мира, а одного из уважаемых учителей, вернувшегося после долгой экспедиции. Уверенность, с которой этнис общался с детьми, вызывала противоречивые ощущения у Антиона: его друг, никогда не занимавшийся обучением и без проблем посылавший сильных мира сего, удивительно просто нашёл общий язык с юными магами. Образ ленивого, самонадеянного товарища в глазах светлого эльфа уж слишком сильно контрастировал с нынешним.

Один из юнцов, принадлежавший к человеческой расе, решил задать весьма неудобный вопрос чародею:

– Какой смысл нашего обучения? Большинство учеников уходят отсюда, так ничего и не добившись.

Услышав недовольство ученика, Авалор расхохотался, хотя отлично понимал его, поскольку сам когда-то думал точно так же. Мирейза знала, что её бывший протеже способен ответить на этот вопрос, но всё же решила утешить мальчика:

– А может, именно тебе суждено стать величайшим магом в истории и принести мир на наши земли? Но как мы это узнаем, если ты сейчас сдашься?

– А вдруг он станет величайшим злом и уничтожит наш мир? – высказал своё мнение Антион, сложив перед собой руки. – Не стоит ли ему действительно прекратить обучение?

– Мы не умеем смотреть в будущее, мой бывший ученик. Приходится идти на риск в надежде, что он оправдается, – с грустью произнесла Мирейза, но всё же не отказалась от желания подбодрить сомневающегося юнца: – Но я верю в каждого из вас. Придёт время, и вы покажете этому миру, что ваши усилия оказались не напрасными.

«Она всё ещё не оправилась после того, как Кассиан примкнул к фанатикам Новых Богов», – подумал про себя Антион.

– В любом случае, – чуть повысил голос Авалор, привлекая внимание детей, – основная проблема неспособности обрести должный контроль над магией заключается в нас самих. Но кто мне расскажет, в чём отличие между использованием магии и зачарованного предмета?

– Зачарованный предмет, – подняв руку, ответил один из учеников, – может делать только то, для чего он создан. А магия живого существа ограничена лишь его фантазией.

– Верно. Руку поднимать не обязательно.

– Мастер Авалор! – воскликнул другой. – Но если маг может всё, зачем нужны зачарованные предметы? Просто продавать их тем, кто не владеет магией, чтобы они сравнялись с нами?

Дети загудели, перешёптываясь.

– Сразу понятно, кто может вырасти будущим тираном, – иронично проронил чародей и попросил Мирейзу помочь с показательной демонстрацией.

Тёмная эльфийка отошла на несколько метров, создала несколько снарядов и запустила их в Авалора. Тот, в свою очередь, использовал чары перчатки, чтобы создать барьер, который отразил атаку.

– Когда разумное существо использует магию, – пояснял чародей, – оно должно представить желаемое и удержать этот образ благодаря концентрации. Новичку такое даётся с трудом, а для мастера это всего лишь пара пустяков. Казалось бы, ничего сложного, но любая магия истощает внутренние силы. В затяжном бою вы, рано или поздно, устанете. Так в чём же плюс зачарования?

– Использование зачарованных предметов не утомляет пользователя, – озвучила предположение юная светлая эльфийка, пока остальные ученики ломали голову над ответом.

– Умница, – похвалил девочку Авалор. – Зачарованный предмет достаточно просто активировать в нужный момент. Концентрация для поддержания эффекта не требуется. Это снимает нагрузку и позволяет экономить силы, но добиваться нужного результата.

– Значит, зачарование имеет больше плюсов, – прозвучал грубый голос орка-ученика. – Какой тогда смысл нашего обучения прочей магии?

– У всего есть преимущества, как и недостатки. Невозможно уместить все возможности в одном предмете. Более того, каждый предмет способен вмещать определённое количество энергии, а использование чар пожирает какую-то часть заряда. Рано или поздно энергия иссякнет, и вы останетесь безоружны.

– А ещё на этом можно неплохо заработать, – шутливо отметил Антион.

Глаза детей широко раскрылись от удивления. Казалось, что они уже знали, чему хотят обучаться.

– Мёртвые боги… – прошептал Авалор и предупредил учеников: – Но для этого необходимо хорошо освоить науку зачарования.

– А вы можете показать, как зачаровывается предмет? – попросил один из учеников.

– Конечно.

Этнис притянул к себе лежащую рядом гальку, представил нужный эффект и способ активации, а затем начал наполнять её энергией. Дети с любопытством следили за каждым его движением. Когда процесс завершился, чародей задействовал результат работы, и камушек загорелся магическим пламенем.

– Теперь он может гореть, но не обжигать использующего его. Возможности применения этих чар ограничены только вашей фантазией. Но, если быть точнее, то именно твоей, – Авалор вручил минерал девочке, которая ответила на его вопрос. – Продолжай учиться, и ты сможешь превзойти всех.

– А что произойдёт, если не получится зачаровать предмет? – поинтересовался один из малышей.

Мастер притянул к себе ещё один камень и начал вливать в него энергию. Неожиданно минерал сильно треснул, и из него вылился оранжевый свет. Чародей подкинул неудачное творение в воздух, где оно с громким взрывом разлетелось на части.

– Ещё вопросы? – спросил Авалор, глядя на ошарашенных учеников.

Некоторое время спустя урок закончился. Ученики остались довольны проведённым временем. Они распрощались с наставниками и ушли отдыхать. Мирейза сияла: результат превзошёл ожидания. Она попросила Авалора заходить почаще, если позволит время. Чародей пообещал ей иногда заглядывать в академию.