Снова ты

Но, кажется, дело было совсем не в работе.

Сжав челюсть, отвожу взгляд, заставляя себя отстраниться от этой мысли, будто она ничего не значит.

Бесполезно.

Тут же вспоминаю, что ее нет внизу. Я не видел Азалию среди гостей. Иду дальше по коридору и останавливаюсь возле знакомой двери раньше, чем успеваю нормально об этом подумать.

Комната Азалии.

Сердце неприятно ударяется о ребра. Что я вообще делаю?

Несколько секунд просто смотрю на дверную ручку, а потом все-таки тянусь к ней. В этот момент снизу раздаются шаги. Видимо, это Нана. Этого оказывается достаточно, чтобы остатки здравого смысла наконец вернулись на место.

Резко убираю руку, будто меня поймали на чем-то непозволительном. Тихо выругавшись себе под нос, разворачиваюсь и быстрым шагом иду обратно.

Закрывая за собой дверь комнаты, впервые за долгое время ловлю себя на совершенно идиотской мысли: «Лучше бы я вообще сюда не приезжал.»

Глава 5

Азалия

Я все еще сижу на кровати, хотя понимаю, что давно пора выйти.

Телефон лежит рядом, экран то гаснет, то снова загорается от случайных касаний, потому что я не знаю, куда деть руки и чем себя занять, чтобы перестать думать.

В какой-то момент мне даже кажется, что кто-то остановился возле моей двери. Настолько близко, что внутри все мгновенно напрягается.

Но через секунду слышатся шаги дальше по коридору, и я заставляю себя выдохнуть.

Показалось.

В комнате тихо, но эта тишина не спасает, а, наоборот, давит. В ней слишком отчетливо слышно все, что происходит у меня внутри.

Он должен быть где-то рядом.

Или еще нет.

Я не знаю.

Не знаю, приехал ли он уже, вошел ли в этот дом, стоит ли сейчас где-то внизу, среди гостей, или еще едет, сокращая расстояние, которое и без того кажется слишком коротким.

Эта неопределенность только усиливает волнение и делает его почти невыносимым.

Сделав медленный вдох, опираюсь ладонями о край кровати, собираясь наконец встать, и в этот момент слышу шаги за дверью.

Дверь открывается без стука.

– Ты тут

Влада заходит, закрывает за собой и сразу останавливается, окидывая меня внимательным взглядом. Следом она замечает бутылку и прищуривается.

– Ты серьезно?

Я машинально прослеживаю за ее взглядом, будто сама впервые замечаю виски на тумбочке.

– Это не то, что ты думаешь.

– А что я думаю? – спрашивает она, подходя ближе. – Что ты решила начать пить среди дня?

– Я не «решила начать пить», – фыркаю, закидывая ногу на ногу.

– Конечно.

Влада вздыхает, поправляет тонкую накидку на плечах и медленно садится рядом, осторожно придерживая ладонью уже заметно округлившийся живот. В этом жесте столько привычности, будто она давно перестала замечать, как делает это постоянно.

– Ты из-за него? – задает она вопрос, поджимая губы.

– Нет, – качаю головой и понимаю, насколько неправдоподобно это звучит.

Она только вздыхает, будто именно такого ответа и ожидала.

– Аза

– Что «Аза»? – перебиваю, шумно выдохнув. – Он просто взял и приехал спустя десять лет. Конечно, я немного не в порядке.

– Немного? – хмыкает Влада.

Цокнув языком, раздраженно провожу рукой по волосам, собранным в хвост.

– Ты хотя бы представляешь, как это выглядит с моей стороны?

– Вообще-то, нет, – честно отвечает Влада. – Потому что еще утром я сама ничего не знала. Мстислав написал мне уже после твоего звонка. Сообщил только, что Гордей скоро будет.

Значит, все изменилось буквально за несколько часов. Еще утром Гордей был просто человеком из прошлого, которого я не видела десять лет. А теперь между нами осталось меньше получаса. Или уже не осталось ничего.

– Прекрасно, – усмехаюсь. – Просто идеально.

Влада некоторое время молчит, потом осторожно касается моей руки.

– Ты сейчас слишком себя пугаешь.

Цокнув языком, опускаю взгляд на руки.

– Да? А как мне реагировать? Сделать вид, что ничего не произошло? Что этих десяти лет вообще не было?

– Нет. Но и превращать его приезд в катастрофу тоже не надо.

Я поднимаю на нее взгляд.

– Для тебя это легко.

– Конечно легко, – дергает она плечом. – Потому что я смотрю на ситуацию со стороны. А ты сейчас снова пытаешься прожить все одновременно: и то лето, и то утро, и эти десять лет после него.

На секунду задумываюсь над ее словами и понимаю, что она права.

– Я не знаю, как себя вести рядом с ним, – признаюсь наконец тихо. – Вот что хуже всего.

– Тогда не пытайся ничего играть, – обнимает она меня и чуть заметно улыбается. – Не надо делать вид, что тебе все равно, если это не так. И не надо устраивать драму. Просто будь собой.

– Ты сейчас говоришь так, будто это очень просто.

– Нет, – кривит она губы. – Я как раз думаю, что это будет ужасно сложно.

Несмотря на шторм, который бушует под ребрами, у меня все-таки вырывается короткий смешок. И мне даже становится немного легче.

Влада несколько секунд молчит, а потом мягче добавляет:

– Он не навсегда приехал, Аза. Побудет здесь немного, потом снова уедет. И все постепенно вернется на свои места.

Я медленно киваю, хотя внутри что-то сразу сопротивляется этим словам.

– Пойдем вниз? – кивает она на дверь, осторожно поднимаясь с кровати.

Я задерживаюсь взглядом на бутылке, стоящей на тумбочке, потом наклоняюсь за сброшенными туфлями и медленно надеваю их обратно.

– Пойдем, – выдыхаю, ощущая, как сердце снова начинает биться быстрее.

Мы выходим из комнаты, и Влада берет меня за руку. Видимо, гостей стало больше: снизу доносятся голоса и смех. Спускаясь по лестнице, чувствую, как с каждым шагом напряжение внутри натягивается все сильнее, почти до боли, словно оно может меня разорвать в любую секунду.

Уже внизу Влада чуть сильнее сжимает мою ладонь, будто молча пытается поддержать, а потом отпускает и уходит к Мстиславу. Я провожаю ее взглядом всего секунду, прежде чем снова заставляю себя вернуться в этот шумный вечер.

Резко выдохнув, натягиваю улыбку, изображая на лице легкость и спокойствие. За последние годы рядом с Артемом я слишком хорошо научилась носить такие маски, когда любое неосторожное слово может позже обернуться ссорой, а каждая показанная эмоция однажды будет использована против тебя.

Поэтому сейчас я улыбаюсь каким-то знакомым людям, киваю кому-то из гостей и делаю вид, что этот вечер ничем не отличается от остальных.

Не успеваю пройти дальше, как вижу его.

Артема.

Он стоит возле окна с бокалом в руке и, заметив меня, сразу медленно и оценивающе скользит по мне взглядом, будто автоматически проверяет, все ли в порядке, как я выгляжу, не сказала ли чего-то лишнего еще до того, как подошла к нему.

– Азалия, – произносит он с привычной полуулыбкой.

– Привет.

Остановившись рядом, чувствую, как плечи сами собой напрягаются.

– Ты где была? – спрашивает он негромко. – Я уже минут пятнадцать тебя ищу.

Его спокойный, почти мягкий. Но я слишком хорошо знаю Артема, чтобы не услышать за этим раздражение.

– У себя.

На секунду в его взгляде мелькает что-то острое.

– У себя – это в нашей квартире, Азалия, – произносит он с легкой усмешкой. – А здесь тебя все уже потеряли.

Со стороны это звучит почти безобидно, словно шутка. Только под ребрами все равно мгновенно что-то болезненно сжимается.

– Я просто поднималась переодеться, – вру, по привычке, как уже давно привыкла.

Артем выгибает бровь и, поднеся бокал к губам, делает глоток.

– Все нормально?

Этот вопрос не забота, а проверка.

– Да, – отвечаю коротко.

Он делает еще глоток, продолжая смотреть на меня так внимательно, что внутри начинает неприятно холодеть.

– Ты бледная.

– Просто устала.

– Устала от чего? Вечер еще даже нормально не начался.

Я чувствую, как медленно поднимается раздражение, и делаю глубокий вдох, чтобы удержать его.

Он не говорит ничего ужасного. Но именно в этом и проблема: он умеет произносить такие вещи спокойно, что в какой-то момент я сама начинаю чувствовать вину и оправдываться за то, за что вообще не должна оправдываться.

– Артем, все нормально.

Он несколько секунд молчит, будто решает, верит мне или нет, а потом кивает.

– Хорошо. Не исчезай больше без предупреждения, – выдает он и отходит к гостям, давая понять, что разговор закончен.

Неожиданно ловлю себя на том, что последние несколько секунд стояла, задержав дыхание. Шумно сглотнув, собираюсь отойти в дальнюю часть зала, но слышу голос Мстислава за спиной:

– да, он уже приехал, – говорит он кому-то.

Сердце делает лишний удар. Подойдя ближе, стараюсь выглядеть как можно более естественно.

– Кто? – переспрашиваю, чтобы убедиться в своей догадке.

– Гордей, – поясняет он, повернув ко мне голову.

Киваю, стараясь удержать выражение лица, хотя уголки губ предательски дрожат.

– Где он?

– Наверху был, кажется – Мстислава кто-то зовет, и он на мгновение отвлекается. – Подожди, Азалия, я сейчас, – отходит, не договорив.

Я остаюсь стоять, чувствуя, как внутри все резко обрывается. Дышать становится труднее. Голова кажется тяжелой, а тело бросает то в жар, то в холод.

Провожу подушечками пальцев по лбу, уб