Боль и верность. О любви к одному «Динамо» и о любви ко всему футболу в рассказах современных писателей и болельщиков

Ещё было такое уродливое понятие, как «базовый клуб сборной», то есть клуб, игроки которого составляют большинство в национальной команде. В те годы таким клубом было киевское «Динамо». Советское футбольное руководство разработало «гениальный» план. Киевляне в первой половине сезона сыграли в чемпионате СССР минимальное количество игр, основная их часть была отложена на вторую половину сезона. Типа, надо было готовиться к выступлению за сборную страны. За это неудобство киевлянам была предоставлена важная льгота. Если на все команды распространялся абсолютно нелепый по нынешним временам «лимит ничьих» (по одному очку начисляется только за десять ничьих, дальше любая ничья, начиная с одиннадцатой, равна поражению), то киевлян это ограничение не касалось. До подобного уродства могли додуматься только советские футбольные власти.

Московским и киевским динамовцам предстояло провести две подряд встречи в самом конце сезона. Московское «Динамо» лидировало, и ему нужно было набрать два очка в очном противостоянии с киевлянами – либо просто один раз выиграть, либо два раза сыграть вничью.

И вот первый матч этого противостояния, в грандиозном московском спорткомплексе «Олимпийский». Крытый стадион вмещал 35 тысяч зрителей; столько и было на этом матче. На четвёртой минуте счёт открыл наш яркий блондин Василий Каратаев. Наше потенциальное чемпионство длилось почти весь матч, до 75-й минуты, когда Василий Рац сравнял счёт. 1:1.

Предстоял ещё матч в Киеве, где нам для чемпионства достаточно было сыграть вничью. Но я понимал, что – всё кончено, мы проиграем.

Смотрел киевский матч по телевизору. Наше «Динамо» играло хорошо, но киевляне как-то очень спокойно и деловито обыграли нас 2:1 и буднично стали чемпионами. При этом у наших команд были абсолютно одинаковые показатели побед, ничьих и поражений: 14–11–5. И по справедливости, по обычным правилам советского футбола положен был «золотой матч». Но нет. Из-за этого идиотского лимита ничьих московское «Динамо» лишилось возможности честно побороться за титул.

…Я продолжал учиться болению за «Динамо». Этот сезон научил меня, что в решающих матчах не надо полагаться на наше везение (его обычно нет), и что справедливость – это не про нас.

11 марта 1987 года. Чемпионат СССР. «Динамо» – «Жальгирис» 1:015 марта 1987 года. Чемпионат СССР. «Динамо» – «Динамо» (Минск) 1:1

Это были два ничем не примечательных матча. Трудная победа и обычная ничья. Игры происходили в «Олимпийском», это было обычным для весны и осени. Я помню эти игры, потому что они были для меня последними перед уходом в армию. Что означало прерывание моего футбольного боления на два года. Впрочем, прерывание моего футбольного боления волновало меня в те дни и месяцы меньше всего. Тогда меня вполне могли направить служить, например, в Афганистан. Повезло: направили в ГДР.

Но футбол на два года закончился. Смотреть – негде. Узнавать результаты – тоже негде. Иногда попадались газеты «Правда» и «Известия». «Красная Звезда» ещё была, писавшая в основном об армейском спорте. Видел, что с «Динамо» ничего интересного не происходит. 1987 год – десятое место. 1988 год – снова десятое место. А главное – в эти два года было совершенно не до футбола.

Правда, летом 1988 года наше подразделение рассадили в коридоре и показали нам по размещённому под потолком телевизору, как сборная СССР героически проигрывает в финале чемпионата Европы голландцам. Примерно половина «болельщиков» спала сидя.

Правда, не до футбола было.

6 июня 1989 года. Чемпионат СССР. «Динамо» – «Арарат» 6:1

Вернулся из армии в середине мая, в начале июня пошёл на футбол, на родное «Динамо». Лёгкая, красивая, разгромная победа. Помню заголовок в «Футбол-Хоккее»: «Над “Динамо” бело-голубое небо». Было радостно, но как-то не вовлечённо. Выиграли – ну и хорошо.

13 октября 1989 года. Чемпионат СССР. «Динамо» – «Торпедо» 0:0

Унылая, жалкая игра под холодным дождём. Нечего вспомнить, кроме этого холода и дождя. Турнирного значения игра не имела – «Динамо» играло посредственно, несмотря на сильный состав. По итогам сезона заняло восьмое место.

Только недавно узнал, что это был первый динамовский матч известного ныне спортивного журналиста, ведущего «Матч-ТВ», голоса стадиона «Динамо» и моего хорошего товарища Дмитрия Дерунца. Он пишет об этом в книге, которую вы сейчас читаете. Оказывается, мы оба были на этом матче.

А больше в этой серой игре не было ничего интересного. Унылая, жалкая игра под холодным дождём.

* * *

После этого наступил длительный период охлаждения моего интереса к «Динамо» и к футболу в целом. Появились другие интересы. Новая, невиданная до этого литература. Первые, робкие и безрезультатные писательские пробы. Новые друзья, новая жизнь, новое всё. В моём стремительном (искусственно задержанном двумя годами армейской службы) взрослении как-то не находилось места футболу.

Конечно, смотрел по телевизору игры сборной на чемпионатах мира и Европы. Смотрел отдельные матчи «Динамо». Помню игру 1994 года со всемогущим тогда «Спартаком»; долго вели 1:0, и только в конце пропустили; я сдержанно переживал.

В таком вот лайт-режиме я пережил победу в Кубке России 1995 года. На игру с «Ротором» не ходил, посмотрел по телевизору, сдержанно порадовался.

И всё.

Сейчас как-то даже страшно об этом вспоминать. Как можно было вот так равнодушно реагировать на это событие? На всего второй виденный в жизни трофей родного клуба?

А вот так.

Но вот что интересно. Совсем потерять интерес к футболу и «Динамо» – не удалось. Почти каждый день покупал в киосках «Спорт-Экспресс». Читал про «Динамо». Сдержанно радовался победам, сдержанно переживал поражения. Да, всё – сдержанно.

Сдержанно следил за чемпионской гонкой 1997 года, в которой у нас были шансы. Сдержанно переживал, что шансы эти так и не реализовались.

В блаженные нулевые годы я как-то оттаял. Понял, что от «Динамо» мне – не оторваться, начал опять следить за результатами, часто смотрел матчи команды по телевизору. Утвердился в сомнительной роли телевизионного болельщика. На стадион выбирался крайне редко. Запомнился один матч.

17 июля 2010 года. Чемпионат России. «Динамо» – «Ростов» 3:2

Это было специфическое время, когда над Россией установилась страшная, неподвижная жара. Лесных пожаров и сопутствующей гари ещё не было. Просто очень жарко и безветренно.

В один из вот таких тягостных летних дней вдруг решил пойти на футбол, на «Динамо». Команда тогда играла в Химках. Поехал на электричке, дошёл до стадиона, купил билет на трибуну «А», центральную.

Был чудесный летний вечер, над стадионом неподвижно висело красивое розовое облако. «Динамо» выиграло 3:2, сумасшедший гол забил Денис Колодин. Наверное, ничего особенного в этом матче не было, – но этот химкинский вечер как-то запомнился.

* * *

В десятые годы сначала всё продолжалось в лайт-режиме. А потом я задумал книгу. Книгу про «Динамо». Давно хотел написать что-то о футболе и о моём болении за «Динамо» – и всё никак не мог придумать, что именно написать.

Помог, как ни странно, Стивен Кинг. Случайно узнал, что он – лютый бейсбольный болельщик, фанат «Boston Red Sox». Оказывается, он написал целую книгу про бейсбол и про своё боление. Книга переведена на русский, называется по-русски просто – «Болельщик». В книге описывается сезон «Бостона» 2004 года. Это именно тот сезон, когда команда впервые за 86 лет выиграла Мировые серии (то есть стала чемпионом главной лиги мира, MLB). Многие поколения болельщиков безуспешно ждали этой победы – и вот, Стивен Кинг (со своим коллегой-писателем Стюартом О'Нэном), наконец, дождался.

Я прочитал эту книгу (нельзя сказать, что она поразила меня своими литературными достоинствами) – и понял, что мне надо написать такую же книгу о «Динамо». Взять и описать весь сезон клуба. Ходить по возможности на все домашние матчи, и на выезда тоже выезжать, когда будет получаться. Не ставить себе задачу пробить «золотой сезон» – с моим рабочим графиком это невозможно в принципе, – а просто пристально наблюдать и описывать сезон клуба.

Это был сезон 2014–2015 годов.

Итог простой: я написал книгу «Есть вещи поважнее футбола», и ко мне вернулось боление за «Динамо». Теперь уже – настоящее боление. В зрелом возрасте, 45 плюс. Первый мой выезд состоялся как раз в сорок пять лет. Это был выезд в Тулу, на матч с «Арсеналом». Невероятные эмоции, и ощущение себя в каком-то новом качестве.

Не хотел бы заново описывать тот сезон – всё уже написано в книге. Скажу только, что я стал опять нормальным, полноценным болельщиком «Динамо». Пережитые эмоции, опять-таки, есть в той книге; сейчас не хотелось бы воспроизводить их в режиме краткого пересказа. Могу только сказать, что это был крайне драматичный год моей жизни. Даже немного страшно вспоминать его.

И это был год, когда я окончательно убедился, что от «Динамо» мне – никуда не деться. Оно всегда будет со мной, и я – с ним. Будут большие победы, или их не будет, – не так важно. Главное – что-то другое.

27 июля 2016 года. Чемпионат России, Первая лига. «Динамо» – «Балтика» 2:1

В мае 2016 года «Динамо» впервые в своей истории вылетело из Премьер-лиги. До этого в течение 80 лет оно оставалось единственной российской командой, которая с самого зарождения профессионального футбола в стране, с весны 1936 года, всегда играло в высшем дивизионе, ни разу не опускалась рангом ниже. И «Спартак» вылетал в Первую лигу, и ЦСКА вылетал, «Зенит» ошивался там долгие годы, «Локомотив» буквально не вылезал из неё в советское время, несчастное «Торпедо» до сих пор никак не может вернуться… И только «Динамо», единственное из «больших» клубов, всегда было наверху, в элите.

И вот, вылетели. Какие-то мутные дела в клубе, кто-то из игроков в интервью сказал, что не вылететь мы в том сезоне не могли, от игроков уже ничего не зависело… Может, и так. Кто знает.

Как ни странно, я с ностальгией вспоминаю сезон 2016–2017, который «Динамо» провело в Первой лиге. Оно легко заняло первое место и вернулось обратно в вышку. Я вспоминаю атмосферу на химкинской фанатской трибуне «D». Это было какое-то бесшабашное веселье. Все переглядывались и улыбались. Такое настроение: всё самое страшное – с нами уже произошло, ничего хуже быть уже не может. Будем просто любить наше несчастное «Динамо» и поддерживать его. В этом было что-то очень хорошее. Ходил почти на все домашние матчи того сезона.

Почему-то запомнился матч с «Балтикой». Всю игру атаковали, наседали, но всё никак не могли забить решающий гол. До конца оставалось минут десять (точно не помню), счёт 1:1, любая потеря очков воспринималась как катастрофа… И вот мы – забиваем. Не припомню такого лютого восторга на наших трибунах. Разве что полтора года назад, когда обыгрывали здесь же «Андерлехт» в Лиге Европы (как же недавно это было, страшно подумать). Все дико заорали, незнакомые люди обнимали друг друга, было такое ликование, словно мы обыграли не «Балтику» в Первой лиге, а мадридский «Реал» в Лиге чемпионов.

И в электричке по дороге в Москву было такое же ликующее настроение, все поздравляли друг друга, орали: «Лишь в одну команду мы верим», это было какое-то отчаянное счастье, странное счастье людей, которым больше нечего терять.

Никогда не забуду этот вечер.

…Быстро, за один сезон, вернулись в вышку. Начались обычные заботы и разочарования. Борьба за выживание, позорнейший вылет из Лиги Европы от тбилисского «Локомотива»…

29 мая 2022 года. Кубок России, финал. «Спартак» – «Динамо» 2:1

Потащился на эту игру с больной спиной. Приехал на такси, подъехать близко – невозможно, вышел примерно за километр от метро, и страшно подумать, за сколько километров от стадиона. «Лужники» – чудовищно неудобный стадион, не то что наше прекрасное «Динамо». Ни подъедешь, ни подойдёшь. Идти – долгие километры по садово-парковым просторам. Кое-как доковылял ближе к перерыву. В перерыве оказался на динамовском секторе. Стадион выглядел эпично. Три четверти – красные, одна четверть – синяя. Это было, правда, красиво.

…Когда Даня Фомин бил пенальти, многие динамовцы отвернулись. Я не отвернулся, смотрел прямо. Не забил. Красно-белое ликование. Долгое, мучительное хождение до метро, вернее, до места, откуда можно вызвать такси.

Одно из страшных разочарований. Но на том месте в душе, где находится рана от таких разочарований, давно уже нарос грубый рубец. Ничего, ничего, как-нибудь.

25 мая 2024 года. Чемпионат России. «Краснодар» – «Динамо» 1:0

…И вдруг в мае 2024-го возник невероятный шанс на чемпионство. Мы играли ужасно, но наши конкуренты играли ещё ужаснее. К последнему туру мы подошли в качестве лидеров. Нужно было в гостях с «Краснодаром» сыграть всего лишь вничью. И мы – чемпионы. Впервые за 48 лет.

Поехал на эту игру. Ночной самолёт до Сочи. Странная маршрутка до Краснодара, которую я заказал заранее, переднее сиденье с левой стороны, водитель дико лихачит, мчит по серпантину, страшно. Доехали. Сто граммов виски в гостинице. На такси до стадиона. Огромная очередь динамовцев на гостевой сектор. Кричалки, оживление. На стадионе полно наших – кажется, тысячи три. Зашёл на трибуну, всё забито, встал где-то, где было свободное место. Мало что видно, да и ладно. Гол «Краснодара», не засчитанный. Перерыв. Играем, счёт 0:0. Какой-то пьяноватый динамовец говорит другому пьяноватому динамовцу: нам полчаса до чемпионства. «Краснодар» забивает. Попытки что-то сделать, как-то сравнять. Два наших удара в штангу. Добавленное время. Объявляют, что «Зенит» в матче с «Ростовом» забил, счёт у них 2:1, так что «Краснодар», побеждая «Динамо», занимает второе место. Финальный свисток. «Краснодар» побеждает «Динамо» – и ничего не получает. Второе место – это в данной ситуации ничто. Чемпионом снова, уже в шестой раз подряд, становится «Зенит». «Динамо» занимает третье место.

…Долго сидел на трибуне. Было какое-то странное, пустое ощущение. Ехал в Краснодар – не за чемпионством. Не особо верил в него. Ехал просто чтобы быть с командой в очень важном матче. Который она, скорее всего, проиграет.

Ну вот, за чем ехал, то и получил.

Всё нормально. Я выполнил свой долг.

Вышел потом с трибуны. Там были толпы болельщиков «Динамо». Все улыбались, смеялись, обнимались. Нашёл знакомых, мы тоже обнялись. Следующий сезон – точно наш!

Шёл к выходу со стадиона, навстречу – краснодарский болельщик в зелёно-чёрном шарфе. А я, соответственно, в бело-синем. Он молча протягивает мне руку, мы молча обмениваемся рукопожатием.

Через год он будет счастлив. А я, а мы, – нет.

Потом была спокойная ночь в гостинице. На следующий день – поездка на «Ласточке» в Сочи, долгое сидение в аэропорту, полёт домой, в Москву.

Это было много часов для думания. И я, кажется, понял важную для себя вещь.

Всегда думал, что важны победы, титулы. Очень хотел побед «Динамо». Чтобы «Динамо» стало чемпионом.

А сейчас, в этой краснодарской гостинице, в этой «Ласточке» до Сочи, сидя в аэропорту, – понял другое.

Не так важны титулы. Важны, конечно, но не очень. Будут – хорошо. Не будут – ну и ладно.

Главное – быть с командой. Я ехал в Краснодар – не за победой. Я каким-то скрытым чувством понимал, что мы проиграем. И я понимал, что я должен быть со своей командой. Да, она проиграет, и я должен проиграть – вместе с ней.

Как иногда бывает важно просто побыть с человеком. Не сделать что-то для него (сделать ничего нельзя), а просто побыть с ним. Посидеть, побыть рядом. Это бывает важнее, чем что-то ещё.

Вот это – важно. А всё остальное – неважно.

Чуть выше я упоминал великий бостонский бейсбольный клуб «Red Sox», который 86 лет не мог стать чемпионом MLB. Я читал, что старые деды писали письма в клуб: ну давайте, выиграйте наконец уже, и я тогда смогу спокойно умереть.

Я раньше тоже так думал. Надо обязательно дожить до динамовского чемпионства. Ну давайте, станьте чемпионами России, ну пожалуйста, ну дайте насладиться этим триумфом.

А в последние годы это как-то ушло. Станут чемпионами – хорошо. Я буду счастлив. Не станут – ну, штош (как сейчас любят писать и говорить). Дело не в этом, не в чемпионстве, – а в верности. Просто продолжать болеть за эту команду. Когда я писал книгу «Есть вещи поважнее футбола», я в какую-то минуту отчаяния назвал нашу команду «дурачками». Ну, они действительно очень часто именно так себя ведут. Я их с тех пор так и называю. Надеюсь, никто на меня за это не обидится. Это – любя.

Если наши дурачки станут вдруг чемпионами – я буду счастлив. А если нет – буду всё равно за них болеть. Буду хранить эту бессмысленную верность. Всё просто.

Некоторое время назад придумал сюжет рассказа. Главный герой – болельщик «Динамо», который никогда не видел чемпионства. Вот он болеет, болеет за «Динамо», чемпионства всё нет… И он заболевает какой-то тяжёлой болезнью. И как раз в этот период «Динамо» основательно укрепляется сильными игроками, приглашает знаменитого тренера, и им начитает, что называется, переть. Победы следуют одна за другой, «Динамо» уходит в отрыв, мчится к чемпионству. А наш главный герой продолжает болеть – во всех смыслах этого слова, – он следит за своим любимым «Динамо», которое уже оторвалось от преследователей на дикое количество очков, ещё несколько туров – и «Динамо», наконец, станет чемпионом, после всей этой мучительной, долгой засухи…

И главный герой умирает, так и не дожив до чемпионства.

…Хорошо, что не стал писать.

2026

Григорий Служитель. Смирение

Мить, а вон тот – наш? – Катюш, я же уже объяснил: в белом – наши, в синем – не наши. – А почему мы в белом? Синий ведь наш цвет? – У нас два цвета. То есть… да, синий всё-таки главный. Но иногда мы играем не в первом комплекте. И потом, у наших команд почти одни и те же цвета. Только оттенки отличаются.

– А почему они тоже «Динамо» называются?

– Потому что спортивное общество «Динамо» существует в каждом городе. Иногда мы встречаемся со своими одноклубниками…

Катя достала телефон, сначала сфотографировала дремавшего через три свободных сиденья мужичка в старинном «петушке», потом развернулась к футбольному полю так, чтобы в кадре были видны её розовый шарф с буквой «Д» и табло с нулевым счётом, обиженно выпятила губы, положила подбородок на тыльную сторону ладони и сделала селфи.

– Не, я не поняла, почему тогда мы со своими одноклубниками играем?

– Кать, это просто так говорят, потому что команды одинаково называются, но мы не в одном клубе играем.

– Это как – не в одном? Ты же сам сказал, что они одноклубники. Ну, назвали бы себя по-другому…

– Кто? Мы? Мы первое «Динамо» в стране и в мире. Мы по-другому не можем называться.

– Ну, они тогда. Чего команды одинаково называть-то, фантазии нет?

– Катюш, это же вроде бренда. «Динамо» есть в каждом городе России, и в Махачкале, конечно, тоже. И в Европе, и в мире: в Дрездене, в Киеве, в Загребе, в Бухаресте, даже в Хьюстоне… Но мы как бы главные.

– Как бы…

– Не как бы, а главные. Следи за игрой.

Катя обвела скучающим взглядом чашу стадиона.

Для относительно тёплого воскресного вечера в середине ноября народу было немного.

Только за воротами москвичей почти не было свободных мест – сектор активных фанатов выделялся сплошным синим пятном. Заводящий, поставив ногу на ограду и отвернувшись спиной к полю, разгонял в мегафон очередной заряд. Рядом, с какой-то мрачной инквизиторской торжественностью, высоко поднимая локти, отбивал ритм барабанщик. «Лишь в одну команду вы верим. За неё всегда мы болеем. Никогда в беде не оставим. Только Яшин, только “Динамо”».

Весь остальной стадион был заполнен от силы на треть.

За противоположными воротами толпились махачкалинские болельщики, количеством всего человек тридцать, но на голове каждого белела пышная папаха.

– Да ну ёп твою мать, ну Данечка, ну солнышко. Почему на Бителло?! Костик открыт, Бабай открыт, почемууууууу?.. – на последнем слоге Митя замычал уже совершенно по-коровьи, так что, казалось, потяни его за невидимое кольцо в носу – и он безропотно последует.

Катю очень рассмешило, что Митя говорит, по сути, о незнакомых ему мужиках, как о туповатых подчинённых, которые опять перед ним в чём-то провинились.

Но ещё больше её рассмешило, с какой серьёзностью он относится к происходящему. Такое выражение лица у него бывало, только когда его кто-то подрезал в автомобильном потоке.

– Ой, Мить, ты такой смешной.

– Да ничего смешного. Опять офсайд.

– А это что?

– Положение вне игры. Потом объясню как-нибудь.

– Нет, давай сейчас.

– Уфф. Ну поехали. В общем, представь, наши атакуют.

– С трудом.

– Очень смешно. Ну вот, наши атакуют, и один из наших делает пас вперёд, но второй наш, то есть тот, кому адресован пас, находится ближе к их вратарю, чем их защитник.

Митя сделал рукой жест в сторону поля, как будто хотел смахнуть картинку и продемонстрировать Кате наглядный пример офсайда.

Катя почему-то вспомнила военные карты из учебников истории, на которых были изображены манёвры враждующих армий в виде стрелок с густым цветом на острие и более рассеянным в расходящемся хвосте. Потом на ум пришли пленные немцы в бабьих платках и со странными корзинами на ногах вместо обуви. Кинохроника с чёрно-белым салютом в честь победы. И дальше по ассоциации – отряды бодрых девушек-физкультурниц на Красной площади с буквой «Д» на груди. Катя сделала добрые глаза, как у санитара, который никак не возражает на бред пациента.

– Митяй, ты сам-то понял, что сказал?

– Я-то понял. Теперь ты постарайся понять.

– Как такое понять можно?

– Это положение вне игры, или офсайд.

– Или? А как понять, когда офсайд, а когда положение вне игры?

– Это одно и то же, два разных названия: по-русски и по-английски. Ты издеваешься?

– Ты чё, заяц?

– Прости, Катюш. Ещё раз: наш не должен, то есть наш должен… короче, пас вперёд нужно сделать так, чтобы тот, кому предназначен пас, не находился между их вратарём и защитником.

– Ничего не поняла. А зачем ему пас давать, заяц? Пусть сам идёт до конца.

– Да блин…

Митя подумал о том, как совсем недавно с друзьями обсуждал девушек, которые моментально глупеют, когда речь заходит о спорте. Но потом он вспомнил, как много лет назад отец, сидя за кухонным столом, объяснял ему самому, семилетнему мальчику, суть офсайда примерно теми же словами. И Митя точно так же ничего не понимал: только слёзы капали в суп и разбухали мучные буквы, среди которых почему-то не было ни одной гласной. И отец злился, и даже матюгнулся пару раз. Да и вообще, есть ли человек, который с первого раза может понять смысл офсайда?

– Катюш, это такое правило, ну, чтобы игра была интересней.

– А если бы его не было?

– Тогда нападающие просто стояли бы у ворот противника всю игру и ждали паса. Не было бы динамики в игре.

– Ой, ой!!! Это же этот… как его… этот… Бонд с кнопкой!

На огромном экране возникло лицо молодого человека: он застенчиво улыбнулся и помахал в камеру. Под изображением появилась надпись «Наши звёздные болельщики: музыкант Сергей Сироткин».

– А, точно… Не Бонд с кнопкой, это же Сироткин. Его Юля очень любит. Они с Петей ходили даже на концерт летом. А на следующий день расстались, – добавила она.

Игра шла скучно и вязко. В таких матчах кажется, что стадион зарос нескошенным бурьяном, а сами футболисты обратились в высокие остовы отцветших борщевиков.

– Заяц, а сколько до перерыва?

– Десять минут, плюс добавленное время. В общем, минут тринадцать.

– И вот вы правда такое любите?

– Любим. Просто сегодня игра так себе.

– А можно я уже пойду? Хочу по-бырому хот-дог взять, а то очередь набежит, а?

Митя наблюдал, как мяч бессмысленными и безадресными дугами планировал по полю. Посмотрел на спящего мужичка в петушке. Зачем ходить на стадион спать?

Результат встречи не имел особого значения ни для москвичей, ни для махачкалинцев, но почему-то именно сегодня, впервые за четыре месяца, что Митя встречался с Катей, он решил привести её на стадион родного клуба. В каком-то смысле это было заменой знакомства с его родителями, которые давно ушли. Впрочем, было не ясно, в чём именно заключалось знакомство. Очевидно, что если бы «Динамо» и могло произвести впечатление на Катю, к футболу совершенно равнодушную, то, например, эффектной победой.

Но победой и не пахло. До перерыва команды кое-как попинали мяч – и скрылись в подтрибунном помещении.

Митя купил Кате и себе по хот-догу и, выписывая кетчупом змейку на сосиске, думал о том, на что вообще команда могла рассчитывать до ухода на зимний перерыв? А после перерыва? За долгие годы боления Митя научился настраивать свою внутреннюю футбольную антенну так, чтобы уже после первых туров знать наверняка, что светит «Динамо» в конце сезона. И Митя знал, что в этом сезоне (так же, как и во все сезоны за последние пятьдесят лет) «Динамо» не светит ничего. Плюгавый, немощный божок российского футбола, скрипя морщинами, снова улыбнётся не «Динамо», а, скорее всего, обаятельному выскочке «Краснодару». Всё лучше, чем «Зенит».