Помню ради тебя

Меня в этот момент изнутри аж скрутило всего от какой-то бешеной, неожиданной злости. Шараф и эта малявка? Какого хрена? Весь оставшийся день я только и думал о её лавандовом ежедневнике, и сегодня утром я твердо решил: мне плевать, на каком байке она сюда приезжает. Эта девочка будет моей.

Если встречается с Шарфом, значит отобью.

Притоптал к ней как дурак, надеясь на нормальный разговор, а она меня даже не вспомнила, пока со своей этой плохой памятью не заглянула в ежедневник. Мне тогда до безумия интересно стало, что же она обо мне там написала, но этот чертов звонок на пару испортил весь момент. Пришлось быстро всунуть ей в руку листок со своим номером телефона.

Весь оставшийся день я места себе не находил — она мне так и не написала, вообще проигнорировала. Туман то и дело хмурился, бесился и шпынял меня за то, что я вечно залипаю в экран или летаю где-то в облаках, а я просто тупо ждал хотя бы одну гребаную строчку. В итоге у меня окончательно сдали нервы. Я психанул, отпросился у нашего препода выйти и в полушутку пообещал ему огромную благодарность за помощь, под подмигивания пацанов выдав, что у меня тут сердце от любви разрывается. Препод лишь понимающе кивнул и отпустил — он в этих амурных делах у нас знаток, мы-то его за два года учебы как облупленного выучили.

Когда я бесцеремонно ворвался к ней на лекцию по бизнесу и сел на корточки у парты, малявка вся аж пунцовая стала от жуткой неловкости, пытаясь спрятаться за тетрадь и прогоняя меня на глазах у всей аудитории. Она, оказывается, и близко не собиралась мне писать!

Ну, я не растерялся и технично вышел из положения: просто внаглую стырил её мобильник прямо с парты и свалил в коридор. У нее на экране даже банального пароля не стояло — заходи и делай что хочешь. Я быстро набрал свой номер, сделав дозвон, чтобы её контакт наконец-то у меня сохранился. А потом не удержался, на пару минут залез в её галерею и скинул себе на память парочку её чертовски милых фоток. Обратно в свою аудиторию я возвращался уже с довольной, растянутой до ушей улыбкой.

****

— Ты где, бл**ь, витаешь? — недовольно проворчал Туман, когда мы уже вечером стояли в раздевалке спорткомплекса и переодевались перед жесткой тренировкой на поле.

А я реально ни хрена вокруг себя не замечал. Ещё пару часов назад я настрочил малявке первое сообщение — что-то в духе:

«Привет, а вот и я».

И с тех пор она глухо молчала. Грёбаные два часа экран моего телефона оставался девственно чистым. В голову уже лезли самые паршивые мысли: может, я ей вообще нахрен не понравился со своими дурацкими подкатами? Или она просто испугалась такого бешеного напора на лекции?

Я в психах взъерошил свои и без того растрепанные волосы, со стуком закрыл шкафчик и повернулся к другу:

— Слушай, Артём… Если девчонка молчит больше двух часов, это значит, что всё совсем плохо? Или она просто меня мурыжит ради приличия?

— Смотря что у вас с ней вообще было, — лениво отозвался Туман, даже не поднимая головы и сосредоточенно что-то печатая в своем собственном мобильнике.

— В том-то и дело, что ни хрена не было! — выдохнул я, затягивая шнурки на бутсах. — Мы только-только познакомились сегодня.

— Тогда она тебя, наверное, просто мысленно послала, — громко заржал Артём, откровенно стебясь над моей внезапной драмой.

Ему-то легко было зубы скалить — он привык, что бабы за ним толпами бегают, а у меня внутри из-за этой тихой первокурсницы с ежедневником всё горело.

Я ещё раз залез в карман, вытащил мобильник и проверил чат — глухая, бл**ь, тишина. Экран по-прежнему оставался девственно чистым.

— Бл**ь! — в сердцах выругался я на всю раздевалку.

Обычная, тихая, ничем не примечательная первокурсница, а у меня из-за неё крыша едет. Я что, теперь лужицей должен расплываться перед ней и на задних лапках ходить, что ли? В психах я швырнул телефон обратно на скамейку и со злостью схватил регбийный мяч, готовый разорвать его на части.

Но стоило мне сделать всего один шаг в сторону выхода на поле, как в башке внезапно щелкнуло, и до меня дошло, какой же я мудак. «Привет, а вот и я» — полетело ей в чат два часа назад. А я — это вообще кто?! У неё же моего номера в помине не было, пока я её трубку ковырял! Она же понятия не имеет, от кого этот бред прилетел!

Я со всех ног бросился обратно, на ходу едва не сбив Тумана, снова схватил мобилу и судорожно настрочил второе сообщение:

«Это Макс с третьего курса».

Коротко и ясно. Сбросив этот груз, я со спокойной душой закинул телефон в рюкзак и побежал на тренировку. Ладно, сейчас хорошенько разомнусь, побегаю на поле, выплесну весь этот адреналин, а там, глядишь, после душа и ответ от малявки прилетит.

Игра на поле шла откровенно стремно — парни из команды расслабились в край, катали мяч как сонные мухи, и Туман то и дело яростно рявкал на всех, пытаясь растолкать этих тюленей. Вдобавок на первых рядах трибун сидели девчонки-черлидерши. Они шумели, хихикали и знатно отвлекали вообще весь состав от нормальной тренировки. Кристина, лучшая подруга Марины, то и дело активно махала мне рукой и строила глазки, а я, как нормальный пацан, не дурак был половить её воздушные поцелуи прямо посреди пасов. А чё бы и нет? Внимание девчонок я всегда любил, скрывать тут нечего. Особенно от Крис.

Артём всю эту клоунаду на трибунах прекрасно видел. Когда мы бежали к замене, он подлетел ко мне и вовсю заржал на ходу:

— Слышь, Макс, ты же мне еще в раздевалке жаловался, что тебе какая-то девчонка уже два часа на сообщения не отвечает? Это не Кристина, случаем?

— Да не, бери выше, точно не она! — ухмыльнулся я, вытирая пот со лба. — Там совсем другая малявка. Лайтовая такая, хорошенькая первокурсница, настоящая отличница. А эта Кристина… так, обычная стерва меркантильная, чисто на один вечер поразвлечься.

— На первокурсниц, значит, потянуло? — Артём удивленно приподнял бровь, оценивая мой внезапный интерес к новичкам.

— Да ты бы просто видел её… — улыбнулся я, поймав себя на том, что мечтательно завис, вспоминая её огромные карие глаза. Но тут же резко посерьезнел и ткнул в Тумана пальцем: — Но даже не смей в её сторону думать, понял? Она моя.

Артём от такого собственнического наезда лишь весело поднял ладони вверх, сдаваясь без боя.

— Да вообще без проблем. Понятия не имею, о ком ты там бредишь, но ок, забирай свою отличницу, — заржал он и побежал дальше по полю.

Вернувшись с поля после горячего душа, я первым же делом коршуном бросился к своему шкафчику, схватил телефон и… резко, во всю глотку рявкнул на всю раздевалку. Пацаны из команды от неожиданности аж подпрыгнули на месте, выронив полотенца, а Туман лишь лениво повернул голову в мою сторону, скептически приподняв бровь.

— Она, бл**ь, явно надо мной издевается! — взбесился я, до белых нанятых пальцев сжимая мобильник, на экране которого по-прежнему висела глухая тишина. — Чего тут сложного-то?! Ответить хотя бы обычное «привет» руки отвалятся?!

— Да хорош тебе хернёй страдать, — лениво проговорил Артём, накидывая на плечи сухое худи. — Она же первокурсница, маленькая ещё. Может, ты её просто напугал в первый же день своим дебильным напором, — вовсю заржал он, застегивая сумку.

— Ну уж нет… — процедил я сквозь зубы, запихивая телефон в карман. — Я ей завтра на парах такое устрою, на всю жизнь запомнит.

Закончили мы игру около девяти вечера. Сил не было вообще, всё тело гудело после тренировки. Мы с Туманом лениво потащились на выход из корпуса, как вдруг впереди, у самых дверей, замельтешила знакомая фигура Катьки — сестры Артёма. А рядом с ней — черт бы её побрал — шла малявка. Они, так же как и мы, только что вышли из здания Вышки и вовсю трепались о чём-то, заливисто смеясь на весь бульвар.

Но порадоваться моменту я не успел. В следующую секунду тишину Покровки разорвал утробный, раскатистый гул, и прямо к крыльцу подкатил этот грёбаный Марат на своем матовом байке. Урод е***ый. Он лениво протянул ей всё тот же дебильный шлем с косичками, а потом и вовсе, сука, сам наглейшим образом напялил его ей на голову.

Внутри меня от этой картины всё просто по швам треснуло от бешеной злости.

— Может, она мне, бл**ь, не отвечает, потому что с этим уродом двухколёсным встречается? — процедил я сквозь зубы, толкая Тёмыча в плечо.

Туман лениво перевёл взгляд в сторону девчонок и громыхающего байка, оценивая диспозицию.

— Ты чё, реально втюрился в эту подружку самоубийцы? — вовсю заржал он, поправляя спортивную сумку на плече. — Поверь, Макс, такая любовь точно долго не протянет. Будешь потом её со слезами с асфальта соскребать.

— Да пошёл ты нахрен! — огрызнулся я.

Меня переклинило окончательно. Напрочь забыв про усталость, я прямиком направился к их троице, злой как сто чертей.

— Макс, да хорош тебе, тормози! — крикнул мне Туман вдогонку, но мне уже было абсолютно пох**.

Я подлетел к ним коршуном, даже не глядя на логиста, и сразу рявкнул на сестру Артёма:

— Катерина! Шагом марш отсюда, там тебя брат ждёт у машины!

Катька от такого резкого наезда испуганно выпучила глаза и замерла на месте.

— Ты чё, оглохла, не слышала?! — надавил я.

— Слышала, слышала… — тут же испуганно заморгала она, трусливо пятясь назад к Артёму. — Ладно, Лесь, пока! До завтра!

Малявка только и успела, что растерянно помахать ей вслед рукой. Она уже собиралась закинуть ногу, чтобы залезть на пассажирское сиденье байка, но хрен там плавал. Я резко, со всей силы дёрнул её за руку на себя, вырывая из-под носа у Шарафа. Одним движением сорвал с её головы этот дурацкий шлем с косичками и с размаху швырнул его прямо в грудь Марату.

— Катись отсюда нахрен на своем самокате! — гаркнул я ошалевшему логисту, который от такой наглости аж за руль схватился. — Я сам её до дома довезу!

Я железной хваткой сжал её запястье и потянул в сторону своей машины. Самое смешное, что малявка от такого шока даже орать не начала — она лишь молча, растерянно моргала, то и дело испуганно поглядывая то на меня, то на своего этого парня… или друга, хрен их там разберешь, кто они друг другу.

— Ты с ума сошёл, что ли?! Отпусти! — панически зашипела она мне в плечо, но при этом ногами перебирала на удивление быстро, послушно шагая за мной на своих босоножках.

— Лесь! — яростно крикнул сзади Марат, пытаясь поставить байк на подножку.

— Я сейчас, Марат, всё нормально! — крикнула она ему в ответ.

— Катись, я сказал! — ещё раз рявкнул я в сторону парковки, окончательно блокируя все возражения, подтащил её к своей тачке и буквально запихал на переднее пассажирское сиденье.

— Макс, ты чё творишь?! — подлетел сбоку ох***ший от такого перформанса Артём.

— И ты катись нахрен, Туман! — гаркнул я лучшему другу прямо в лицо, с размаху захлопнул водительскую дверь, врубил первую передачу и с диким ревом и пробуксовкой сорвался с места, оставляя всю эту ошарашенную толпу далеко позади в клубах дыма.

— Ты сумасшедший, что ли?.. — прошептала она тонким, дрожащим от шока голосом, испуганно оборачиваясь назад, словно надеялась, что Шараф на своем байке уже летит за нами в погоню.

— Пристегнись, — коротко отозвался я, даже не глядя на неё и уверенно лавируя между рядами на вечернем Садовом.

В салоне повисло тяжелое, наэлектризованное молчание. Злость внутри меня потихоньку уступала место глухому, давящему чувству вины. Ну перегнул, признаю. Великий Макс включил пещерного человека и устроил дикий захват заложников прямо на Покровке.

— Ты не отвечала, — глухо проговорил я, крепче сжимая руль и упрямо глядя вперед, на бесконечный красный поток габаритных огней машин. — Целых два гребаных часа тишины в чате.

— Я… — малявка осеклась.

Она тут же судорожно зашуршала своей черной сумкой, выуживая оттуда телефон. Засветился экран.

— У меня бассейн вообще-то был, — тихо, но с явным возмущением отозвалась она, листая пропущенные. — Мы с Катей ходили.

— Значит… ты просто не видела мои сообщения? — уже гораздо более спокойно и с колоссальным облегчением в груди спросил я, бросая на неё быстрый взгляд.

— Нет, не видела, — она со стуком заблокировала мобильник и сердито повернулась ко мне всем телом. — Теперь, когда всё выяснилось, ты можешь наконец развернуть машину и вернуть меня назад к университету?

— Я же уже сказал, что сам довезу тебя до дома, — отрезал я, не собираясь упускать эту поездку. — Адрес свой скажешь?

— Нет, не скажу! Высади меня прямо здесь, на этой остановке, — упрямо потребовала она. — Я без проблем на автобусе доеду.

— Автобусы в это время уже не ходят, — соврал я с самым честным видом, надеясь закрыть тему.

— Ходят! Они ходят до одиннадцати вечера, — моментально срезала малявка, уличив меня во лжи, и победно вздернула свой аккуратный носик.

— Послушай, в чём твоя грёбаная сложность просто нормально пообщаться? — сорвался я, резко оборачиваясь к ней на красном сигнале светофора. — Из-за того, что ты встречаешься с этим двухколёсным? Или тебя в принципе больше байки привлекают? Может, ты думаешь, что у него денег больше или статус повыше, чем у парней с нашего курса?

— Ты точно сумасшедший, — тихо, но с пугающим спокойствием проговорила она и демонстративно отвернулась к боковому окну.

— Возможно, — хищно усмехнулся я, снова трогаясь с места. — Так что с моими вопросами?

Алекса медленно развернулась ко мне. Её карие глаза опасно сузились, и она, к моему полному шоку, принялась методично и чётко загибать свои тонкие пальцы, отвечая по пунктам, как на гребаном экзамене:

— Во-первых, нет, мы не встречаемся. Во-вторых, да, меня привлекают байки. И в-третьих, нет, статус и чужие деньги мне абсолютно не важны.

Она сделала короткую паузу, а в следующую секунду выдала такое, от чего я чуть руль из рук не выпустил и натурально обомлел. Алекса загнула ещё один палец и отчеканила, глядя мне прямо в упор:

— И самое главное, Максим. Мы не будем с тобой дружить, общаться и делать всё остальное, чего бы ты там себе ни придумал. Я не собираюсь играть в ваши элитные игры и быть очередной безмозглой дурой под тип вашей Марины. Так что останови машину.

— Если ты сейчас же не назовешь мне свой адрес, я просто отвезу тебя к себе домой! — упрямо отрезал я, сильнее сжимая руль и демонстративно прибавляя газ.

— Боже, ты ведёшь себя как маленький ребёнок! — Алекса в психах всплеснула руками. — Я не скажу тебе адрес только потому, что ты сразу себе хрен пойми чего надумаешь! Будешь потом шастать туда каждый день, а то и вовсе друзьям своим разболтаешь, и вы устроите там свои тупые мажорские приколы. Знаем мы таких, проходили уже, имели дело!

— Значит, этому своему Маратику ты, бл**ь, доверяешь на все сто? — внутри меня снова вскипела глухая ревность.

— Мы давно знакомы, ясно тебе?! — жестко отчеканила она. — И тем более он живёт в соседнем подъезде. Так что да, я ему доверяю!

— В соседнем, говоришь? — я удивленно вздёрнул бровь, и на моем лице сама собой расплылась хищная, победная ухмылка.

Какая же ты ещё наивная, малявка. Я резко, со свистом резины заложил крутой вираж, разворачивая машину на ближайшем перекрестке в сторону спальных районов.

— Класс! Значит, можешь вообще ничего не говорить, — искренне усмехнулся я, лениво откидываясь на спинку сиденья.

Она сама только что сдала мне все карты. Потому что я прекрасно знал, в каком именно дворе паркует свой чёрный матовый Кавасаки этот придурок Шарафутдинов.

Она тяжело выдохнула, устало потерла переносицу и снова развернулась ко мне всем телом:

— Чего ты вообще от меня хочешь? Чего прицепился? Я тебя знать не знаю. И ты меня тоже видишь второй раз в жизни.

— Ну так давай познакомимся нормально, — я перевел на неё взгляд и улыбнулся своей самой безотказной улыбкой.

— Нет, — отрезала она без единой секунды раздумий.

— Почему?

— Не хочу.

— И это твой окончательный ответ?

— Да.

И ровно на этом слове я резко затормозил прямо у её подъезда. Двор был старым, пятиэтажка-сталинка, и подъездов здесь было всего два, так что вычислить нужный по припаркованному байку Шарафа не составило никакого труда.

— Ты даже нормально не подумала над моим предложением, — повернулся я к ней, глуша мотор.

— Подумала, — коротко бросила малявка.

Она спокойно открыла пассажирскую дверь и вышла из машины, при этом чертовски аккуратно, бесшумно закрыв её за собой. Ну бл**ь, идеальная вся, ни к чему не придерешься! Никаких истерик, никаких хлопаний дверьми.

Меня это её ледяное спокойствие доконало окончательно. Я резко выскочил из салона, с размаху хлопнув своей дверью так, что эхо разнеслось на весь тихий район.

— Лесь!.. — окликнул я её, делая шаг к крыльцу.

— Спасибо, что подвез, — не оборачиваясь, бросила она, уже доставая ключи от домофона.

— Лесь, бл**ь! — в два прыжка я нагнал её у самой двери и собственнически перехватил за руку.

— Максим, верно? — она удивленно вскинулаброви, словно судорожно пыталась вспомнить моё имя, и меня это задело просто ниже пояса.

Она что, нахрен, придуривается сейчас передо мной или у неё реально память такое дерьмо, что она имя парня, который её через всю Москву вез, вспомнить не может?! Я лишь намертво сжал челюсть, чувствуя, как внутри всё ходит ходуном от злости.

— Как там у вас, у девочек, обычно говорят в таких случаях? — малявка грустно и как-то совсем просто улыбнулась, аккуратно высвобождая свое запястье.

— Дело не в тебе, дело во мне. Поэтому… пока, Максим.

— Извини, ладно? — проговорил я гораздо тише, чувствуя, как вся моя спесь окончательно испаряется под её спокойным взглядом.

— За что это? — она удивлённо обернулась у самой двери, зажав в руке связку ключей.

Я не стал ничего объяснять. Вместо этого просто шагнул к ней, мягко притянул её за плечи на себя и поцеловал. Без всякого пошлого напора, без мажорной наглости — просто на секунду прижался своими губами к её прохладным, удивлённо приоткрытым губам.

И сразу же отстранился. Развернулся и молча пошел обратно к своей машине.

«Не оборачивайся и не гляди на неё. Даже не думай», — жестко приказал я сам себе, крепче сжимая кулаки в карманах. Оставь это право за собой. Пускай теперь сама стоит у своего подъезда и ломает голову над тем, что это сейчас было.

****

Вернувшись наконец-то домой, я первым делом швырнул мобильник на зарядку, чтобы не мозолил глаза. Быстро перекусил бутербродами, на автомате почесал за ухом крутившуюся под ногами собаку и залез в душ, пытаясь смыть с себя этот безумный день. После этого приготовил нужные тетради на завтра, открыл ноут и завалился на кровать. Мне позарез нужно было хоть на что-то отвлечься и трезво осмыслить, что я, мать твою, сегодня натворил. Картинка не складывалась: я силой заставил девчонку с собой общаться, хотя толком её не знаю, закатил сцену ревности, угнал из-под носа у Шарафа, внаглую поцеловал… И всё это сделал я, чувак, который никогда не бегал за бабами.

На телефоне тем временем вовсю мигал индикатор — там висела куча пропущенных и сообщений от Тёмыча. Я лениво перезвонил ему по громкой связи, а сам стал параллельно искать какой-нибудь фильм на вечер, чтобы забить голову.

— Долго ты мне ещё будешь трубку рвать? — проворчал я в экран, лениво крутя колесико мышки.

— Ты грёбаный придурок, Макс! — тут же полетело из динамика. — Я надеюсь, ты её там по дороге хоть не прикончил? Ты что вообще устроил на Покровке?

— Конечно, нет, — усмехнулся я, стараясь, чтобы голос звучал как можно беззаботнее. — Мы просто мило поболтали, и я отвез её до дома.

Соврал и даже не поморщился. А потом рука сама потянулась к скинутым файлам, и я сам не заметил, как вывел на большой экран ноута её фотку из галереи. На снимке Алекса стояла возле цветущей сакуры и искренне, тепло улыбалась. Волосы слегка трепал ветер, лицо загорелое, глаза горят — живая, счастливая. Абсолютно не такая, как в универе.

— Эй, ты чё, оглох там, что ли? — резко вывел меня из ступора громкий голос Тумана.

— А? Что? Чего ты там говорил? — я тряхнул головой, отрываясь от экрана.

— Говорю, завтра тренировка строго в четыре дня, — повторил Артём на повышенных тонах. — У меня потом дела, а в субботу у нас важная игра, понял?

— Понял, понял.

— Короче, соберись, Макс! Мне нахрен в команде влюбленный дурак не нужен из-за какой-то там первокурсницы. Хватит страдать.

— Тём… ты видел, какая она красивая? — тихо отозвался я, напрочь проигнорировав его наезд и продолжая залипать на фото.

— Нет, не видел! Ты втащил её в тачку как личную собственность, я только её свитер и разглядел, — буркнул Туман.

На моих губах сама собой растянулась довольная улыбка:

— Да… Втащил.

Я просто дико хотел, чтобы она была моей. Она такая тихая с виду, но одновременно чертовски бойкая внутри. Мне хотелось завоевать её ради интереса.

Попрощавшись с другом, я сбросил вызов и ещё пару секунд покрутил телефон в руках. Руки сами потянулись к чату. Долго думать не стал, просто набрал:

«Доброй ночи, малявка».

Отложил мобилу на тумбочку, уверенный, что ответа буду ждать до самого утра, если она вообще не закинет меня в черный список после всего, что случилось у её подъезда. Но, к моему огромному удивлению, экран загорелся всего минут пять спустя.

Прилетело короткое:

«Сам дурак».

Я в голос заржал на всю комнату, откидываясь на подушки. Ну всё, бл**ь, прогресс пошел! Это уже хоть что-то, реальный сдвиг. По крайней мере, это не глухой мороз и не тотальный игнор, который она врубала на лекциях. Зубки свои она показывать умеет, и это заводило меня ещё сильнее.

6.

Артём

Я сидел за рулем Мустанга, злобно постукивая пальцами по обшивке, пока Катька на соседнем сиденье судорожно, чуть ли не ломая ногти, набирала сообщение в своем мобильном. Её буквально колотило.

— Чего ты трясешься? — хмуро проворчал я, выруливая со двора университета на переполненную вечернюю улицу.

— Твой друг… он совсем голову, что ли, потерял?! — Катька не выдержала и натурально разревелась, размазывая слезы по щекам и поправляя съехавшие очки. — Что это вообще за выходка была?! Куда он её повёз?! Зачем силой в машину утащил?!

— Да всё нормально с ней будет, чего ты так переживаешь, — буркнул я, хотя внутри меня самого уже всё клокотало от ярости.

Под конец я и сам конкретно разозлился из-за этих двух придурков. Меньше всего мне сейчас нужно было, чтобы Катя из-за дикого стресса снова сорвалась и побежала заедать свои переживания. У неё ведь только-только начало хоть что-то получаться! Вчера и сегодня она держалась просто отлично, нашла эту свою Лесю, радовалась как ребенок. И тут Макс устраивает это тупое шоу с похищением.

Я нажал кнопку на руле и прямо через динамики машины начал набирать его номер. Гудок, второй, третий… Глухо. Макс упорно не брал трубку.

— Не берет, — процедил я сквозь зубы, сбрасывая вызов.

— И Леся тоже не отвечает, — всхлипнула сестра, растерянно глядя на экран своего телефона.

В такой наэлектризованной тишине мы и доехали до нашего особняка. Но даже когда мы приехали домой, Макс всё равно упорно не выходил на связь, сука такая. Катька сразу же пулей взлетела на второй этаж и закрылась в своей комнате. Проходя мимо её двери, я уловил приглушенный звук — мелкая явно с кем-то взволнованно говорила по телефону. Я аккуратно приоткрыл дверь и заглянул внутрь.

— Ну чё? — тихо уточнила моя поднятая бровь.

— Дома, — прошептала Катька, и на её заплаканном лице наконец-то расплылась счастливая, облегченная улыбка.

— Ну, хоть что-то, — выдохнул я и прикрыл дверь.

Эта девчонка Леся явно намертво засела у сестры в голове, раз она так бешено за неё переживает. А я ведь эту Катькину подругу толком даже и не видел ни разу за эти два дня. Вечно она ко мне то спиной стояла, то в этом огромном байкерском шлеме с косичками пряталась, хрен разглядишь. Но раз уж Макс — парень, который никогда не бегал за бабами, — так капитально поплыл с первого взгляда, значит, в этой первокурснице точно что-то было. Впрочем, это сто процентов не мой вариант, я знал это совершенно точно. Терпеть не мог серых тихонь со стеллажами книг. Да и Макс, скорее всего, перебесится как обычно: поприкалывается неделю-другую, наиграется и бросит это дело, как он всегда и делал.