Мышкина. Перезагрузка

Она подняла голову.

— Доброе утро, Сергей Александрович, — сказала она ровным голосом.

Он смотрел на неё несколько секунд, но так и не сказав ни слова, кивнул — коротко, как в магазине — и скрылся в кабинете.

Маша выдохнула. Она не ждала комплиментов. Но и равнодушие не обидело. Она делала это для себя. Не для него.

---

В кабинете Котов сел в кресло, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Белая блузка. Чёрная юбка. Волосы, убранные в хвост. Тонкая шея. Идеальная грудь.

Она была красивой.

Он не хотел этого признавать. Не хотел замечать. Но она была красивой. Даже без новых платьев она преобразилась. И он, чёрт возьми, заметил это сразу.

— Мышкина, — позвал он.

— Да? — голос из приёмной.

— Кофе.

— Сейчас сделаю.

Она вошла через минуту, поставила чашку на стол. Глаза смотрели на него спокойно.

— Вы сегодня рано, — заметил Котов.

— Были дела до работы, — коротко ответила Маша.

— Какие?

— Личные, — отрезала она. — Разрешите идти?

Он хотел спросить ещё что-то, но передумал. Кивнул.

Маша вышла, закрыв за собой дверь.

Котов сделал глоток кофе и понял, что улыбается.

— Личные дела, — повторил он вслух. — Ну-ну.

Он взял телефон и набрал сообщение Игорю: «Принеси мне список кандидатов на вакансию дизайнера. Уже есть кто-то из внутренних?»

Игорь ответил через минуту: «Пока три внешних кандидата. Из внутренних — никто не подавал».

Глава 10

Вечером, вернувшись домой, Маша села за ноутбук и открыла письмо, которое набросала днём.

Она смотрела на текст уже минут десять, перечитывая каждое слово. Всё было правильно: краткое резюме, перечисление навыков, приложенные файлы с эскизами. Но одно её смущало.

Имя.

«Мария Мышкина» — слишком узнаваемо. В компании её знали как секретаршу Смелова, тихую и незаметную. Если она не пройдёт конкурс — а вероятность была высока, ведь у неё нет профильного образования, — то все узнают. И будут снисходительно улыбаться: «Ах, эта Мышкина, ну конечно, куда ей в дизайнеры».

Маша закусила губу. Она не хотела быть посмешищем. Не хотела, чтобы кто-то — особенно Котов — смотрел на неё с жалостью.

— Псевдоним, — сказала она вслух. — Нужен псевдоним.

Мысли заметались. Что-то женственное, красивое, запоминающееся. Не слишком вычурное, но и не скучное.

Мери. Мери Грей.

Имя её же, только международный вариант, понятный везде. А Грей ну, серый цвет по-английски. Отсылка к её фамилии, не прямая. Ирония, которую вряд ли заметят.

— Мери Грей, — повторила Маша. — Звучит загадочно.

Она быстро исправила имя в письме, проверила ещё раз все вложения и нажала «Отправить».

Письмо ушло в отдел кадров.

Маша выдохнула и закрыла ноутбук.

В этот момент зазвонил телефон. Незнакомый номер.

— Алло?

— Синьорина Мария? — голос Марко, тёплый и чуть хрипловатый. — Добрый вечер. Не ожидали?

— Добрый вечер, Марко, — Маша улыбнулась. Честно говоря, она думала, что он забудет или передумает. — Приятно слышать.

— Я помню о нашем разговоре. Вы сказали, что на выходных заняты, а на этой неделе будете свободны. Как насчёт завтра? Я знаю одно место — новый итальянский ресторан, открылся в прошлом месяце. Шеф-повар — мой старый друг из Милана. Готовит так, что пальчики оближешь.

Маша почувствовала, как внутри разливается тепло. Её приглашает настоящий мужчина. В настоящий ресторан.

— С удовольствием, — ответила она.

— Отлично! Я заеду за вами завтра в шесть. Можно к офису? Или лучше к дому?

— К офису, — быстро сказала Маша. Она пока не была готова показывать свою скромную квартиру. — Я буду вас ждать.

— Договорились. Завтра увидимся, Мария. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Марко.

Она положила трубку и прижала телефон к груди.

Завтра. Ресторан. Новое платье.

— Господи, — прошептала Маша. — Что со мной происходит?

Вторник начался с лёгкого мандража.

Маша встала в шесть утра — на два часа раньше обычного. Душ, лёгкий завтрак, который едва лез в горло. Потом — макияж. Сегодня она делала его особенно тщательно.

Платье.

Маша достала его из чехла и повесила на дверцу шкафа. Погладила ткань — мягкий, приятный на ощупь материал.

— Надевай, — сказала она себе. — Не бойся.

Молния застегнулась легко, ткань облепила тело как вторая кожа. Маша подошла к зеркалу.

Отражение захватило дух.

Платье подчёркивало всё: тонкую талию, округлые бёдра, красивую линию декольте. Открытые плечи придавали образу женственности, а длина чуть выше колена — игривости.

— Это я? — спросила Маша у зеркала.

Зеркало кивнуло.

Причёска. Маша вспомнила видео про локоны. Она достала плойку, которой почти никогда не пользовалась, и принялась колдовать.

С первого раза получилось плохо. С третьего — также идеально, как в видео.

Маша распустила локоны, оставив их свободно падать на плечи. Несколько прядей убрала назад, заколов невидимками. Получилось элегантно и естественно.

Надела бордовые туфли и прошлась по квартире. Каблук уже не казался врагом. Ноги держали уверенно.

— Готова, — сказала Маша своему отражению.

В офис она приехала в обычное время. Охранник на первом этаже проводил её долгим взглядом. Маша сделала вид, что не заметила.

Она села за стол, включила компьютер. Сердце нервно стучало, в ожидании перемен. Сегодня обычный рабочий день. Свидание — после работы. Ничего особенного.

Ровно в девять пятнадцать дверь кабинета открылась.

Котов вышел, как всегда, с телефоном в руке, что-то просматривая. Он поднял голову, чтобы сказать привычное «кофе» — и замер.

Маша сидела за столом в платье с открытыми плечами. Волосы мягкими волнами падали на спину. Лёгкий макияж делал её глаза ещё больше, а губы — свежее.

Котов смотрел на неё так, будто видел впервые.

— Доброе утро, Сергей Александрович, — сказала она спокойно, хотя внутри всё дрожало.

Он молчал несколько долгих секунд. Потом медленно произнёс:

— Доброе утро.

Пауза затянулась. Котов перевёл взгляд на её платье — явно не офисное, но настолько красивое, что он не мог сделать ей замечание по поводу нарушения дресс-кода.

— Хорошее платье, — сказал он наконец. Голос звучал ровно, но в нём проскользнули профессиональные нотки. — Вам очень идёт.

Маша почувствовала, как щёки заливает лёгкий румянец. Она отвела глаза, потом снова посмотрела на него.

— Спасибо, Сергей Александрович.

— Чьё производство? — спросил он, и вопрос прозвучал как искреннее любопытство. — Не припомню такой модели в наших каталогах.

Маша выдохнула.

— Это от знакомого молодого дизайнера, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Пока неизвестного.

— Неизвестного, говорите, — Котов задумался. — У этого дизайнера хороший вкус. И фигура эм посадка по фигуре отличная.

Он помолчал, потом добавил:

— Кстати, мы сейчас ищем дизайнеров. Объявили конкурс. Передайте своему знакомому — пусть подаёт заявку. Если его остальные модели так же хороши, у него есть шанс.

Маша едва не поперхнулась.

— Передам, — ответила она, с трудом сохраняя серьёзное лицо.

Котов кивнул, развернулся и ушёл в кабинет.

Дверь закрылась.

Маша сидела, глядя на закрытую дверь, и чувствовала, как улыбка расползается по лицу. Она не могла её сдержать. Да и не хотела сдерживать.

Он сказал, что у меня хороший вкус. Он сказал, что у моего дизайнера есть шанс.

Ах, Сергей Александрович, если бы вы знали, кто этот дизайнер

Маша прижала ладони к щекам — они горели. Настроение было отличным. Не просто хорошим — отличным. Жизнь менялась на глазах, и эти изменения пахли бордовым платьем, новыми туфлями и свободой принимать смелые решения.

Она взяла ежедневник и посмотрела на эскиз мужского профиля. Теперь она не захлопнула его, а провела пальцем по линии подбородка.

— Мери Грей, — прошептала она. — Звучит.

---

В кабинете Котов сидел за столом и смотрел в стену.

«Наряд от неизвестного дизайнера».

Он вспомнил, как ткань облегала её фигуру. Как открытые плечи подчёркивали тонкую шею и идеальную грудь. Как она сидела — прямая спина, гордый взгляд.

Интересно, кто этот дизайнер? — подумал он. — И почему мне начинают нравиться женщины с пышными формами, когда смотрю на неё в этом платье?

Он тряхнул головой и открыл почту. Среди писем — одно из отдела кадров: «Новый кандидат на вакансию дизайнера. Мери Грей. Портфолио прилагается».

Котов открыл файл и начал просматривать эскизы.

Платья, костюмы, блузы. Линии точёные, вытачки продуманные, цветовая гамма — смелая, но не кричащая.

— Интересно, — пробормотал он. — Очень интересно.

Он посмотрел на имя — Мери Грей. И почему-то это имя показалось ему смутно знакомым. Но он не мог вспомнить, откуда.

— Назначьте ей собеседование, — написал он в ответ отделу кадров. — На этой неделе.

И вернулся к работе.

---

Около шести часов вечера Маша начала собираться. Она зашла в туалетную комнату, поправила макияж, причесалась. Локоны не потеряли форму — спасибо лаку для волос.

Ровно в шесть внизу, у входа в здание, припарковался чёрный автомобиль.

Маша увидела его в окно. Сердце ёкнуло.

Она надела плащ, взяла сумочку и быстро вышла.

---

Котов в это время тоже собирался уходить.

Он подошёл к окну и посмотрел вниз.

Чёрный автомобиль. Открылась дверца. Мария села внутрь. Рядом с ней — мужской силуэт.

Марко.

Котов сжал челюсть.

— Ну конечно, — сказал он в пустоту. — Ресторан.

Он смотрел, как машина отъезжает, и чувствовал, как в груди снова появляется этот дурацкий дискомфорт.

— Идиот, — сказал он себе. — Она тебе никто. Просто секретарша.

Сергей уже хотел закрыть ноутбук, как в приёмной раздался настойчивый стук каблуков.

Он вышел из кабинета и увидел в двери знакомый силуэт. Длинные волосы, короткое пальто.

Лена.

— Серёжа! — она влетела в приёмную, обдавая его облаком духов. — Ты не отвечаешь на сообщения, я волновалась!

Он вообще сегодня забыл про телефон.

— Привет, — сказал он сухо.

Лена не заметила тона. Она повисла у него на шее, прижалась всем телом, потянулась к губам. Её руки скользнули по его спине, пальцы запутались в волосах.

Сергей замер.

Вчера он бы ответил. Позавчера — тем более. Это было привычно, удобно, не требовало усилий. Но сегодня сегодня её прикосновения показались ему назойливыми и чужими.

Он мягко, но твёрдо отстранился.

— Лен, не сейчас.

— Что значит «не сейчас»? — Она надула губы. — Я соскучилась! Ты в последнее время постоянно на работе, я тебя не вижу совсем

Она говорила что-то ещё, но Сергей не слушал. Он смотрел на закрытую дверь приёмной, за которой час назад стояла Мышкина и которая никак не уходила у него из головы.

— и вообще, я хочу есть, — закончила Лена капризно. — Пойдём в ресторан? Я слышала, открылся новый итальянский. Очень модное место. «Деликато» называется.

Сергей перевёл взгляд на неё. Итальянский. Марко — итальянец. Он только что увёз Мышкину. Куда? Он не знал. Но насмешка судьбы была слишком очевидной.

— Деликато? — переспросил он.

— Да, говорят, там шикарное ризотто и живая музыка. Ты же любишь итальянскую кухню.

Сергей нервно усмехнулся.

— Люблю Хорошо, — сказал он. — Пойдём.

Лена радостно захлопала в ладоши и снова потянулась к нему, но он уже надевал пиджак.

— Я позвоню, забронирую столик, — бросила она, доставая телефон.

Они вышли из офиса. Лифт спускался вниз, Лена щебетала о какой-то новой сумке, которую видела в интернете. Сергей кивал, не слушая.

Он думал о том, что через час сядет в итальянском ресторане напротив женщины, которая ему надоела, и будет смотреть на дверь. Вдруг Марко выберет то же место? Вдруг Мышкина войдёт в зал в своём бордовом платье и увидит его

Он не знал, зачем вообще представляет эту картину и что делать с Леной после ужина. Надо будет придумать любую отговорку. Продолжать вечер наедине совсем не хотелось. Не сегодня...

— Серёж, ты какой-то задумчивый, — Лена тронула его за руку.

— Просто устал, — ответил он.

Врать он умел хорошо. Но себе — не получалось.

Глава 11

Машина Марко остановилась у входа в «Деликато». Он открыл дверь, помог Маше выйти.

— Мария, вы сегодня сияете. Это платье оно создано для вас.

— Спасибо, — Маша поправила локон, упавший на лицо. — Я рада, что вам нравится.

Они вошли в зал. Официант проводил их к лучшему столику — у панорамного окна, откуда открывался вид на вечерний город.

— Потрясающе, — сказал Марко, усаживаясь напротив и глядя на Марию.

— Вы опасный человек, Марко, — улыбнулась Маша. — Знаете, как делать девушкам комплименты.

— Это моё единственное оружие, — развёл он руками.

Они изучили меню. Марко посоветовался с официантом и заказал ризотто с белыми грибами и трюфелем.

— Лучшее в этом городе, — пояснил он. — Я проверял.

Маша оглядывала зал, наслаждаясь атмосферой. Хрусталь, шёлк, приглушённый свет. Живая музыка. Никогда бы она не подумала, что будет сидеть в таком месте с красивым мужчиной, чувствуя себя собой... настоящей.

И в этот момент она увидела, как чёрный автомобиль Котова подъехал ко входу. Из него вышел Сергей Александрович — в идеальном тёмном костюме, без галстука, с расстёгнутой верхней пуговицей. А следом, цокая шпильками, выпорхнула Лена. Красное платье, идеальная укладка, бриллианты в ушах.

Маша почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Марко, — сказала она тихо, наклоняясь к нему, — это какое-то издевательство.

— Что случилось? — он проследил за её взглядом и усмехнулся. — А, Сержио. И его вечная спутница. Не волнуйся, они нас не потревожат.

— Почему я их везде встречаю? — простонала Маша.

— А, знаешь, я тоже часто встречаю Лену в самых неожиданных местах. Случайно, конечно. Она умеет появляться там, где её не ждут.

— Ты думаешь, она следит за тобой? — Маша приподняла бровь.

— За мной? Нет. За Сержио — да. Но она слишком глупа, чтобы делать это грамотно. — Марко отпил вина. — Сержио надо бы присматривать за ней получше.

Дверь ресторана открылась. Котов и Лена вошли, и Лена первой заметила Марко. Её лицо осветилось фальшивой радостью.

— Марко! Какая встреча! — воскликнула она, подходя к их столику. — Ты тоже здесь?

Она говорила так, будто не ожидала его увидеть, но Маша почувствовала: это спектакль. Лена знала, что он будет здесь.

Котов подошёл следом, чуть медленнее. Его взгляд скользнул по Марко, потом по Маше.

Лена же смотрела на неё, не узнавая. Оценивающе. Снисходительно.

— Марко, ты не представишь свою спутницу? — спросила Лена с приторной улыбкой. — Такая красивая девушка, где ты её нашёл?

Марко поднялся, галантно взял Машу за руку.

— Позволь представить, — сказал он с лёгким акцентом. — Прекрасная Мария.

Маша подняла глаза и посмотрела прямо на Сергея. Тот стоял, сжав челюсть, мрачно глядя на руку Марко.

— Мы знакомы, — сказал Котов сухо. — Это мой секретарь, Лена.

Лена перевела взгляд с Маши на Котова и обратно. Её глаза расширились.

— Что? — выдохнула она. — Эта — она запнулась, — это та самая? Из приёмной?

— Она самая, — ответил Котов, не отрывая взгляда от Маши.

Лена открыла рот, закрыла, потом улыбнулась — криво, натянуто.

— Неожиданно, — сказала она. — Ты хорошо выглядишь, милочка. Платье новое.

— Спасибо, — спокойно ответила Маша. — Вы тоже.

Лена заметалась взглядом, не зная, что сказать. Котов взял её под локоть.

— Пойдём, — сказал он. — Наш ужин ждёт. Приятного вечера.

Они отошли. Маша выдохнула.

— Ну, — Марко сел на место и поднял бокал. — Как тебе этот спектакль?

— Неприятно, — честно ответила Маша. — Но я не удивлена.

— Знаешь, что меня поражает? — Марко покачал головой. — Как Лена могла подпустить такую женщину, как ты, к Сержио?

— Мне всё равно, что она думает, — сказала Маша, делая глоток вина. — Меня не могут уволить полгода, если только я сама не захочу уйти. Так что я в безопасности.

Марко поднял бровь.

— А ты не думаешь уходить?

Маша замялась. Перед глазами встала её мечта. Заявка на конкурс.

— Задумываюсь, — сказала она тихо. — Но это пока секрет.

— Я — могила, — Марко приложил руку к сердцу. — Обещаю.

Принесли ризотто. Аромат стоял умопомрачительный — грибы, трюфель, сливочное масло. Маша попробовала и закрыла глаза.

— Это божественно, — прошептала она.

— Я же говорил, что тебе понравится. — Марко довольно улыбнулся. — Готов часами наблюдать, как ты наслаждаешься едой.

— Ты говоришь комплименты даже моему аппетиту? — усмехнулась Маша.

— А почему нет? Ты не боишься его показать. Не ковыряешься в тарелке, не делаешь вид, что тебе достаточно салатного листа. Это привлекательно.

Они ели, болтали о пустяках. Вино приятно кружило голову. Фортепиано сменило быструю мелодию на что-то медленное, нежное.

— Потанцуем? — предложил Марко, протягивая руку.

Маша посмотрела на зал. Несколько пар уже кружились в центре. Она никогда не танцевала. Никогда.

— Я не умею, — призналась она.

— Я научу, — улыбнулся Марко.

Он взял её за руку, вывел из-за стола. Его ладонь легла ей на талию — твёрдо, но нежно. Вторая сжала её пальцы.

— Смотри на меня, — сказал он. — И слушай музыку.

Они двинулись. Сначала неуклюже, Маша сбивалась с ритма, наступала ему несколько раз на ноги. Марко смеялся, шептал: «Не бойся, я выдержу». А потом она закрыла глаза и просто пошла за ним.

И танец получился.

В конце мелодии Марко закружил её и тихо сказал на ухо:

— Ты рождена для этого, Мария. Для танцев. Для наслаждения.

Маша открыла глаза и посмотрела через его плечо.

За столиком в углу сидел Котов и не отрываясь смотрел на них. Не на Лену, которая как всегда что-то щебетала. На них. В упор. С выражением, которое она не могла прочитать.

Она первая отвела взгляд.

— Спасибо, Марко, — сказала она. — Это был лучший вечер в моей жизни.

— И не последний, — пообещал он.

Они вернулись за столик. Маша сделала глоток воды, успокаивая сердце. Оно билось слишком быстро. От танца. От взгляда Котова.

Почему он так смотрел?

Она не знала. И не хотела знать.

Марко что-то рассказывал о следующей коллекции тканей, но Маша слушала вполуха. Она чувствовала спиной тяжёлый взгляд.

— Не оборачивайся, — тихо сказал Марко, улыбнувшись. — Они смотрят.

— Я знаю, — ответила Маша. — Может, Котову не нравится, что его секретарша проводит время с его другом?

— А тебе есть дело до того, что ему нравится? — Марко приподнял бровь.

— Нет, — соврала Маша.

---

А за столиком в углу разговор принимал совсем другой оборот.

Лена не могла не заметить, куда смотрит Сергей. Она видела, как его взгляд прилипает к столику у окна, к этой девушке в бордовом платье, к его собственной секретарше.

— Интересно, что Марко нашёл в этой твоей Мышкиной? — протянула Лена с деланным равнодушием.

Сергей перевёл взгляд на неё.

— Что ты имеешь в виду?

— А то, — Лена усмехнулась, ковыряя вилкой в тарелке, — как может такому мужчине, как Марко, быть интересна обычная секретарша? Ни денег, ни связей, ни внешности серая мышь.

Сергей почувствовал, как в груди закипает злость, какая-то глубокая, почти личная.

— И что ты хочешь сказать? — спросил он, и голос его стал тихим. — Что секретарша не достойна внимания хорошего мужчины?

— Ну — Лена пожала плечами, не замечая опасности, — сам посуди. Он — успешный бизнесмен, живёт в Италии, в России, путешествует по всему миру, вращается в высших кругах. А она? За столом в приёмной. Кофе варит.

— Ты считаешь, что статус определяет ценность человека?

— Конечно, — Лена удивлённо посмотрела на него. — А разве нет? Есть люди своего круга, а есть

— Кто? — перебил Сергей. — Как ты называешь тех, кто ниже тебя по социальной лестнице?

Лена замялась, поняв, что сказала лишнее.

— Серёж, я не хотела

— А ты знаешь, — перебил он, не давая ей договорить, — кем была моя мама? Обычной швеёй. Сидела за машинкой по двенадцать часов, шила детские костюмчики и пижамы, чтобы я не голодал.

Лена замерла. Она знала, что у Сергея не было богатого детства, но подробностей не помнила. Или не хотела помнить.

— Так я и попал в этот бизнес, — продолжал он, не сводя с неё глаз. — Мама шила дома, после работы, я помогал ей продавать. Сначала на рынке, потом сделал сайт, потом пошли первые оптовики. Постепенно, шаг за шагом, мы построили компанию из кухни в однушке до того, что ты видишь сейчас.

Он помолчал, сжав бокал.

— Жаль только, мама не дожила до сегодняшнего дня. Умерла за год до того, как я открыл первый бутик в центре города.

Лена попыталась спасти ситуацию:

— Но ты же вырвался, Серёжа! Не все могут подняться со дна, как ты. Ты особенный.

— Я никогда не считал свою жизнь дном, — отрезал он. — Мы жили скромно, но у нас была любовь и уважение друг к другу. И мама никогда не делила людей на «достойных» и «недостойных» по уровню дохода.

Он посмотрел прямо на Лену, и в его глазах не было ничего, кроме холодной усталости.

— Если ты думаешь, что только богатство даёт ощущение счастья мне тебя жаль.

Лена открыла рот, закрыла. Щёки её залились красным — то ли от стыда, то ли от злости.

— Ты защищаешь свою секретаршу? — спросила она. — Серьёзно?

— Я защищаю не её, — ответил Сергей. — Я защищаю своё право не быть снобом. А теперь, пожалуйста, доедай. Я хочу уйти.

Лена замолчала. Вечер был окончательно испорчен.

---

Они ушли в тишине. Лена ковыляла на своих шпильках, обиженно поджав губы. Сергей не предлагал ей руку.

В машине он смотрел в окно, не произнося ни слова. Лена пыталась заговорить пару раз — о погоде, о новой коллекции, о планах на выходные. Он отвечал односложно, и она, наконец, отстала.

Почему я выбираю таких женщин? — думал Сергей. — Пустых, расчётливых, которые смотрят на мир сквозь банковскую карту. Мама бы ни одну из них не одобрила.

Он закрыл глаза и увидел маму. Худенькую, вечно уставшую, с ниткой в зубах и швейной машинкой на кухонном столе. Она никогда не жаловалась. Она говорила: «Серёжа, главное в человеке — душа. Остальное приложится».

Кого бы мама выбрала для меня? — подумал он.

И перед глазами вдруг возник образ Мышкиной.

Маме бы она понравилась, — понял Сергей с внезапной ясностью. — Мама бы сказала: «В ней есть стержень, Серёжа. Такая не бросит в трудную минуту».

Он открыл глаза и посмотрел на Лену. Красивая обёртка, внутри которой пустота.

Он остановился возле её дома.

— Лена, завтра я занят. Не приезжай.

Она что-то спросила, но он уже не слышал.

Дома Сергей лёг на диван и долго смотрел в потолок.

«Мама бы её одобрила», — крутилось в голове. А следом: «Но что мне до одобрения мамы, если Мышкиной нравится Марко».

И всё же — что в ней такого было? Что заставляло его думать о ней, злиться, защищать её перед Леной и смотреть на неё через весь ресторан, не в силах отвести взгляд.

Он заснул с этой мыслью. И увидел во сне маму. Она стояла у швейной машинки, держала в руках бордовое платье и улыбалась.

— Хорошая девочка, Серёжа, — сказала она. — Не упусти.

Он проснулся в холодном поту.

---

А где-то на другом конце города Маша Мышкина, сияющая после свидания, снимала туфли и напевала мелодию, под которую танцевала с Марко.

Она не знала, что сегодняшний вечер изменил в Сергее Котове больше, чем все предыдущие дни вместе взятые.

Глава 12

Сергей не спал почти всю ночь.

Он ворочался в кровати, вставал пить воду, смотрел в потолок и снова ложился. Мысли вертелись в голове, как на заезженной пластинке: Маша в бордовом платье, Маша в объятиях Марко, смеющаяся над его шутками.

В пять утра он сдался. Встал, принял душ, оделся и поехал в офис.

Охранник на входе удивлённо посмотрел на часы — шесть утра — но промолчал. Сергей поднялся в кабинет, заварил себе кофе в приёмной (чёрт возьми, он всё-таки умел это делать), и сел за ноутбук.

Почта. Заявки на конкурс.

Три внешних кандидата — достойные, но без искры. Один внутренний — Мери Грей. Он уже знал её портфолио почти наизусть, но всё равно листал, вглядывался в линии, в цвета, в детали. С каждым разом эскизы нравились ему всё больше.

— Кто же ты, Мери Грей? — прошептал Сергей.

Часы показывали семь утра, когда он набрал Игоря.

— Сергей Александрович? — голос помощника был сонным и встревоженным. — Что-то случилось?