Мышкина. Перезагрузка

Они вместе вошли в кабинет.

Просторная комната была уже заполнена сотрудниками из разных отделов. Длинный стол, кресла, проектор на стене. Во главе стола сидел Сергей.

Маша увидела его и у неё на секунду перехватило дыхание.

Тёмно-серый костюм, белая рубашка без галстука, верхняя пуговица расстёгнута. Свежевыбритый, но под глазами тени — тоже не спал?

И даже таким — злым, уставшим, напряжённым — он показался ей невероятно красивым.

Она села на свободное место и почувствовала на себе его взгляд. Подняла глаза.

Котов смотрел на неё не отрываясь. И морщинка между его бровями немного разгладилась. Совсем чуть-чуть, но Маша заметила. Ей показалось, что он прочитал её мысли. И они ему понравились.

— Кажется, все пришли, — сказал он, отводя взгляд. — Можем начинать.

Все затихли.

Котов встал, подошёл к проектору, включил экран. На белой поверхности появились фотографии — всем знакомые эскизы. Маша узнала их сразу — это была летняя коллекция — женская и детская линия, несколько вечерних платьев.

— Как вы знаете, — начал Котов, и в его голосе прозвучали металлические нотки, — мы много лет сотрудничаем с Марко Бьянки. Он поставляет нам ткани, следит за тенденциями, посещает модные показы. Вчера он был на показе летней коллекции у наших конкурентов.

Он переключил слайд. На экране появились фотографии с показа — модели на подиуме.

Маша ахнула.

Это была их коллекция. Те же силуэты, те же вытачки, та же асимметрия. Даже цветовая гамма совпадала. Кто-то скопировал всё от и до.

— Их коллекция — точная копия нашей, — сказал Котов. — Кто-то поделился с ними нашими эскизами.

В кабинете воцарилась мёртвая тишина. Кто-то охнул, кто-то замер с ручкой на полпути к бумаге.

— Через две недели должен был состояться наш показ, — продолжил Сергей. — Все модели отшиты, всё готово. Но теперь мы не можем показывать эту коллекцию. Если мы выйдем с ней после конкурентов, нас обвинят в плагиате. Репутация компании будет уничтожена.

Он обвёл взглядом притихших сотрудников.

— Что будем делать, коллеги? Ваши предложения?

Несколько секунд никто не решался открыть рот. Начальники отделов опускали глаза. Кто-то обречённо вздыхал.

Маша пришла в себя первой.

— Мы успеем сделать новую коллекцию, — сказала она громко и чётко.

Все повернулись к ней. Котов тоже. Его уставшие глаза встретились с её.

— Мы успеем, — повторила Маша, вставая. — Если начнём сегодня же. Я могу сделать новую коллекцию за неделю. Новые эскизы, новые модели. Другую цветовую гамму, другой крой, другую концепцию. Девочки шьют быстро. Валентина Николаевна поможет с лекалами. Алиса и Марко — с отбором лучших тканей. Если мы все соберёмся, мы успеем.

Она говорила быстро, горячо, и чем больше говорила, тем увереннее звучал её голос.

— Две недели, конечно, это мало, но если подумать У нас есть ещё целых две недели. Конкуренты показали свою коллекцию — мы сделаем лучше.

Она замолчала. В кабинете было тихо. Все смотрели на неё.

Котов — тоже.

Он смотрел долго, пристально, и в его глазах медленно таял лёд. Губы дрогнули в улыбке.

— Мария, — сказал он, и в голосе его прозвучало уважение. — Вы берёте на себя ответственность за новую коллекцию?

— Беру, — ответила Маша без колебаний.

— Тогда — действуйте. У вас есть неделя на эскизы и лекала. Через неделю — запускаем в отшив. И через две — показываем. — Он перевёл взгляд на остальных. — Всем спасибо, все свободны. Мария, задержитесь.

Алиса, проходя мимо, шепнула Маше:

— Отлично, Мэри.

Валентина Николаевна подмигнула и вышла.

Через минуту в кабинете остались только они двое.

Котов медленно подошёл к ней, как в тот вечер на кухне. Остановился в шаге.

— Ты уверена? — спросил он тихо, почти интимно.

— Абсолютно, — ответила Маша. — Я не подведу коллектив. И тебя.

«Тебя» — вырвалось само собой. Она не стала исправлять.

Сергей смотрел на неё несколько секунд. Потом протянул руку и поправил выбившуюся прядь у её виска. Легко, почти невесомо коснулся её щеки.

— Хорошо, — сказал он. — Начинай. Я помогу чем смогу.

— Чем? — улыбнулась Маша.

— Буду приносить тебе кофе, — серьёзно ответил он.

Она рассмеялась.

— Не боитесь, что вас уволят за плохой кофе, Сергей Александрович?

— Кто? — он прищурился. — Ты?

— Я, — кивнула Маша. — Я теперь тут главный мозг. А вы так приносите мне кофе.

Теперь рассмеялся он и Маша обрадовалась, что, хоть немного, подняла ему настроение.

Она взяла свой блокнот и пошла к выходу, чувствуя его взгляд на своей спине. У двери обернулась.

— Я не подведу, — сказала она уже серьёзно.

— Я знаю, — ответил Котов.

Она вышла.

Сергей остался один. Подошёл к окну, посмотрел на город.

— Моя мышка, — прошептал он.

Он улыбался.

Впервые за этот кошмарный день.

Но улыбка сползла с его лица так же быстро, как появилась.

Он вернулся за стол, сел в кресло, закрыл глаза на секунду. В голове уже крутились другие мысли — не о Маше, а о предательстве.

Кто-то украл и слил эскизы конкурентам. Кто-то, имевший доступ к файлам. Скорее всего свой. Сотрудник, которого он знал, которому доверял, может быть, даже здоровался с ним каждое утро.

Сергей открыл глаза, взял телефон, набрал начальника службы безопасности.

— Николай Сергеевич, зайдите ко мне. Срочно.

Через пять минут в дверь постучали. Вошёл высокий мужчина в чёрном костюме — бывший следователь, которого Сергей переманил из силовых структур три года назад. Надёжный, молчаливый, не задающий лишних вопросов.

— Слушаю, Сергей Александрович.

— Вы уже знаете, что произошло, — Сергей указал на стул. — Садитесь. Нам нужно всё обсудить и выяснить, кто и как украл нашу коллекцию. Я хочу знать имя этого человека.

Николай Сергеевич сел, раскрыл планшет.

— Какие сроки?

— Как можно быстрее. Поднимайте журналы посещения, камеры, доступы к серверам. Кто заходил в папки с эскизами за последний месяц? Кто копировал, пересылал, распечатывал? Выясните всё.

— Понял. Ещё вопросы?

— Да. — Сергей помолчал. — Поговорите с охраной на производстве. И в главном офисе. Кто приходил в нерабочее время? Кто задерживался допоздна? Проверьте всех, кто имел доступ к компьютерам дизайнеров.

— Сделаем.

— И ещё, — Сергей прищурился. — Опросите сотрудников. Тихо, без шума.

Николай Сергеевич кивнул, поднялся.

— Начну сегодня же.

— Жду отчёт к концу недели.

Начальник службы безопасности вышел. Сергей снова остался один.

Он откинулся в кресле, мысли метались. Кто? Зачем? Ради денег? Из мести? Конкуренты могли перекупить кого-то из своих.

Он перебирал в голове лица сотрудников. Алиса? Нет, она предана компании. Валентина Николаевна? Для неё работа — жизнь. Конструкторы, технологи? Игорь? Игорь — правая рука, он знает всё, но он слишком умён, чтобы так рисковать. Да и зачем?

Это точно, кто-то из тех, у кого был прямой доступ к компьютеру дизайнеров. Или кто-то, кто сумел обойти защиту.

Он вызвал Игоря.

— Игорь, пока все занимаются новой коллекцией, ты будешь помогать мне с расследованием. Узнай, кто из наших сотрудников в последнее время странно себя вёл. Увольнения, конфликты, финансовые трудности. Кто мог быть заинтересован в том, чтобы навредить компании.

Игорь кивнул и вышел.

Сергей посмотрел на часы. Десять. Рабочий день только начинался.

Он взял телефон, набрал Марко.

— Сержио, — голос друга выражал сочувствие. — Кошмар какой-то.

— Марко, ты ничего не мог сделать. Но теперь помоги. Расскажи мне всё о том показе. Кто ещё был из наших конкурентов? С кем ты говорил? Кто интересовался нашей коллекцией?

— Я всё расскажу. Давай встретимся вечером.

— Хорошо.

Сергей положил трубку. Встал, подошёл к окну, упёрся лбом в холодное стекло.

— Я найду тебя, — сказал он в пустоту.

Мысли снова метнулись к Маше. Как она стояла сегодня перед всеми — смелая, уверенная, готовая взять на себя всю ответственность. Как сказала ему наедине: «Я не подведу».

— Ты не подведёшь, — прошептал он. — А я не подведу тебя. И когда со всем этим разберусь, нам надо будет серьёзно поговорить.

Глава 30

До конца дня Сергей больше не видел Машу.

Она скрылась в своём кабинете. Творила, рисовала, создавала новую коллекцию из пепла старой. Он старался ей не мешать и всех предупредил не отвлекать её по пустякам. Ему же надо было заняться расследованием.

Он сидел перед монитором, просматривал записи видеонаблюдения, но к вечеру понял, что это бесполезно. Он даже не представлял, когда могли украсть файлы с эскизами. Месяц назад? Два? Вчера?

Сергей взял телефон, нашёл номер Натали — предыдущего дизайнера. Она уволилась, так как вышла замуж и переехала в другую страну.

— Сергей Александрович? — голос Натали был сонным. — Что-то случилось?

— Случилось, — коротко ответил он. — Нашу коллекцию кто-то слил конкурентам. Скажи, когда ты закончила все эскизы?

— Вот же ёшкин кот извините, Сергей Александрович, не сдержалась, — Натали помолчала. — Я закончила всё к началу сентября. Передала файлы Алисе и ушла. А что, они

— Значит, готовые эскизы лежали с сентября. Два месяца. Спасибо, Натали. Не волнуйтесь, мы разберёмся.

Он положил трубку и потёр переносицу. Два месяца записей. Сотни часов. Работы службе безопасности не на одну неделю.

Сергей позвонил начальнику охраны, отдал распоряжения, а сам начал собираться на встречу с Марко.

Когда он вышел в коридор, то заметил свет в кабинете Маши.

Сергей заглянул в приоткрытую дверь.

Она сидела за столом, склонившись над листом. Быстро рисовала, не замечая ничего вокруг. Локоны растрепались, одна прядь упала на щёку. Вокруг неё на столе лежали горы рисунков, карандашей, ластиков. Она была прекрасна.

Сергей замер на пороге, не решаясь войти. Просто смотрел на неё — на её профиль, на её руки, на то, как она кусает губу, когда линия идёт не туда.

Он соскучился. В воскресенье сдерживал себя, чтобы не позвонить. Утром хотелось просто подойти к ней, обнять и не проводить совещание. Первый раз в жизни ему было плевать на то, что о нём подумают сотрудники.

— Мышка, — позвал он тихо, входя.

Маша подняла голову. В глазах мелькнуло удивление.

— Ты домой не собираешься? — спросил он, подходя ближе.

— Хотела бы ещё поработать, — ответила она, откладывая карандаш. — У нас мало времени.

— Хватит на сегодня. Ты и так уже много сделала.

Он подошёл к столу, посмотрел на эскизы. Другие линии, другая цветовая гамма, другая энергия. Свежие, смелые, живые модели.

— У нас будет потрясающая коллекция, — сказал он восхищённо. — Ты мой гений.

Маша смущённо улыбнулась.

— Вставай и поехали, — Сергей взял её за руку, помог подняться. — До встречи с Марко я успею тебя подвезти домой и преподать новый урок.

— Какой? — спросила Маша, уже собирая всё в папку.

— По поцелуям в машине, — серьёзно ответил он.

Она слегка покраснела, но он заметил, улыбнулся и подхватил её сумки.

— Пошли.

На парковке Сергей открыл дверцу, помог Маше сесть на переднее сиденье, сам сел за руль.

Машина тронулась.

Маша повернулась к нему.

— Ты узнал, кто мог украсть нашу коллекцию? — спросила она.

— Нет ещё. Предстоит большая работа. Пока мы даже не знаем, когда это могло произойти. Вечером встречаюсь с Марко, возможно, он что-то прояснит.

— Надеюсь, — вздохнула Маша. — А кстати, почему ты не приносил мне сегодня кофе? Ты же обещал.

Сергей усмехнулся.

— Простите, начальник. Завтра исправлюсь.

— Надеюсь, а то придётся вас уволить, Сергей Александрович, — с серьёзным видом сказала Маша, но глаза улыбались.

— Только попробуй, — ответил он тихо.

Машина остановилась у её подъезда.

— Приехали, — сказал Сергей и вдруг замолчал. С нежностью посмотрел на неё, отчего у Маши перехватило дыхание.

— Прости, что перевёл тебя в другой отдел и хотел уволить, — тихо сказал он. — Я как-нибудь объясню тебе свои мотивы

Он взял её за затылок и притянул к себе. Поцеловал жадно, глубоко — так, будто ждал этого весь день. Маша ответила смелее, чем в прошлый раз, прижимаясь ближе, открываясь ему навстречу.

Она тихо застонала в губы — и от этих звуков у Сергея помутилось в голове. Он потянул её к себе, хотел прижать сильнее, но мешала перегородка между сиденьями.

Сергей оторвался от неё, тяжело дыша.

— Мышка, нам надо остановиться, — сказал он охрипшим голосом. — А то я сейчас закину тебя на плечо и унесу в свою пещеру. Или в твою.

Маша смотрела на него сияющими глазами, губы припухли от поцелуя.

— А я совсем не против, — сказала она тихо. — Я рассторгаю наш договор о поцелуях. Хочу, чтобы ты научил меня всему.

Сергей удивлёно посмотрел на неё, не веря своему счастью.

— Зачем ты мне это сказала? — простонал он. — Меня ждёт Марко, а я теперь ни на чём не смогу сосредоточиться. Буду сидеть и представлять наши будущие уроки и думать, чему тебя научить в первую очередь.

Маша положила голову ему на плечо. Он обнял её, прижал к себе и начал кончиками пальцев нежно гладить её шею, едва касаясь.

— Сначала, — прошептал он, наклоняясь к её уху, — я, не спеша, раздену тебя. Буду медленно, неторопливо, исследовать губами твоё прекрасное тело. Каждый сантиметр. Каждый изгиб. Каждую родинку. Я хочу знать тебя всю.

Дыхание Маши участилось. Она слушала, затаив дыхание, вцепившись в его рубашку.

— А сейчас, нам надо набраться сил, — сказал Сергей хрипло. — И оторваться друг от друга. Пока не поздно.

Маша подняла голову, посмотрела ему в глаза.

— Приезжай ко мне. После встречи с Марко.

Сергей застыл на секунду.

— Ты уверена?

— Никогда ещё не была ни в чём так уверена, — ответила она.

Он шумно выдохнул.

— Я быстро.

Сергей помог ей выйти из машины, коротко поцеловал.

— Не задержусь, — пообещал он.

Маша кивнула, развернулась и пошла к подъезду. Не оглядываясь. Боялась броситься ему на шею с просьбой не уезжать от неё.

В квартире она прислонилась к закрытой двери и прижала ладони к горящим щекам.

— Откуда в тебе, Маша, столько смелости? — прошептала она и улыбнулась.

Ей нравилось быть смелой, яркой, дерзкой.

Она задумалась об их отношениях.

Сергей ей ничего не обещал. Кроме уроков.

Но она и не требовала от него большего. Ей просто хотелось ощутить себя желанной. И сегодня, после его слов, после его поцелуев, после его «я быстро» и «не задержусь», она чувствовала себя именно такой. Пока ей и этого было достаточно.

Глава 31

Ресторанчик, где ждал Марко, находился в тихом переулке недалеко от его дома — уютное место с красными скатертями и фотографиями старой Италии на стенах. Сергей вошёл, огляделся. Марко сидел за угловым столиком, перед ним стоял почти нетронутый бокал вина.

— Сержио! — Марко поднялся, хлопнул друга по плечу. — Ты выглядишь гораздо лучше, чем утром.

Сергей сел напротив, отодвинул предложенный бокал, хотелось сохранить ясную голову.

— У тебя хорошие новости? — спросил Марко, вглядываясь в его лицо. — Нашли того, кто украл коллекцию?

— Пока нет, — Сергей усмехнулся. — Но кое-кто поднял мне настроение.

Марко прищурился, отпил глоток вина.

— Уж не прекрасная ли Мария?

— Она, — не стал отрицать Сергей. — И, Марко, ты, конечно, мой друг, но я попрошу тебя впредь не приглашать её на свидания.

Марко откинулся на спинку стула и громко рассмеялся.

— Сержио, Сержио Да я и не собирался. У меня другие планы.

Сергей поднял бровь.

— Другие?

— Да. И, кстати, я тоже попрошу: больше не води Алису по ресторанам. Она моя.

Теперь и Сергей засмеялся.

— Марко, она всё ещё замужем, — предупредил он.

— Ненадолго, — спокойно ответил итальянец, и в его глазах загорелся огонь. — Она выгнала мужа. И теперь

— Теперь ты решил её завоевать? — закончил Сергей.

— Теперь она точно станет моей, — сказал с улыбкой Марко. — Осталось только ей это объяснить.

Сергей покачал головой, но спорить не стал. У него не было права читать кому-то мораль.

— Ладно, — сказал он, возвращаясь к делу. — Что ты хотел мне рассказать про показ?

Марко сразу посерьёзнел.

— Я видел там Лену. Твою бывшую.

Сергей напрягся.

— Она сидела в первом ряду, рядом с владельцем «Ванадис Мода». Я сначала не придал этому значения — мало ли, она сейчас свободная женщина в поиске очередной жертвы. Но потом

— Что потом?

— Потом, когда показ закончился, я увидел, как она подошла к их главному дизайнеру. Они общались как старые подруги. Обнимались, смеялись. Я подошёл поздороваться — она сделала вид, что не узнаёт меня.

Сергей сжал челюсть.

— У Лены был доступ к моему ноутбуку, — сказал он медленно. — Она часто приходила ко мне домой, я иногда оставлял его включённым. Она могла скопировать всё, что хотела.

— И зачем ей это? Когда вы были вместе, у неё не было мотива.

— А после расставания мотив появился, — закончил Сергей. — Знаешь, что она кричала мне в ресторане? «Ты ещё пожалеешь».

Марко покачал головой.

— Обиженная женщина способна на многое. Я бы на твоём месте поговорил с ней.

— Я завтра же назначу ей встречу, — сказал Сергей.

Он посмотрел на часы. О Лене думать не хотелось. Мысли были далеко, рядом с Машей, которая ждала его в своей маленькой квартире.

— Марко, спасибо за помощь. Мне надо бежать.

Марко усмехнулся, понимающе кивнул.

— К Марии?

— К ней.

— Тогда не смею задерживать. — Марко поднял бокал, прощаясь. — И, Сержио

— Да?

Итальянец загадочно улыбнулся.

— Ты только не торопись. В таких делах спешка мешает.

Сергей рассмеялся, хлопнул друга по плечу и вышел на улицу.

В машине он смотрел в окно на пролетающие огни города, но думал только о ней. О том, как она сказала: «Приезжай ко мне». О том, как она положила голову ему на плечо. О том, как тихо прошептала: «Хочу, чтобы ты научил меня большему».

В паху снова заныло.

— Чёрт, — прошептал он.

Он хотел её. Хотел раздеть, целовать, исследовать каждый сантиметр. Хотел смотреть, как она краснеет от его прикосновений. Хотел слышать, как она стонет.

Но он обещал себе, что не будет торопить события. Что всё будет правильно. Что она не будет его очередной ночной гостьей.

Он припарковался у её подъезда, быстро выскочил из машины, поднялся на лифте, нашёл её квартиру.

Позвонил.

Дверь открылась почти сразу, будто она стояла за ней и ждала.

Маша была в шёлковой пижаме цвета лаванды, с распущенными волосами, без макияжа. И она была прекрасна.

— Ты быстро, — сказала она, улыбнувшись.

— Я обещал, — ответил Сергей, входя.

Он закрыл дверь, прижался к ней спиной и посмотрел на Машу. В её огромные серые глаза, на её тонкую шею, на ключицы, открытые вырезом пижамы.

— Я очень хочу тебя, — сказал он прямо. — Но сегодня мы не будем торопиться.

Маша подошла к нему, обняла, уткнулась носом в его грудь.

— Как раз сегодня, я никуда не спешу, — прошептала она.

Сергей обнял её в ответ.

— Тогда, мышка, — он подхватил её на руки и прижал к себе, — мы начинаем урок.

Глава 32

Маша ахнула и обвила его шею руками.

— Я сама дойду, — прошептала она.

— Не дойдёшь. Не отказывай мне в удовольствии носить тебя на руках.

Он вошёл в её спальню. Это оказалась маленькая комната, со старым деревянным шкафом, выцветшими обоями и полуторной кроватью, с простым бельём в цветочек.

Сергей опустил её на постель, навис сверху, опираясь на руки, и посмотрел в глаза.

— Полуторка, — сказал он негромко. — Ты никогда никого сюда не приглашала.

— А ты сомневался? — её голос дрожал.

— Нет. Ни капли. Даже думал, что кровать будет ещё меньше.

Он сел на край, стянул пиджак, бросил на пол. Потом — рубашку, не торопясь, расстёгивая пуговицу за пуговицей. Маша смотрела на его руки, на открывающуюся грудь, на твёрдые мышцы плеч.

Она поднялась и вплотную приблизилась к нему, чтобы обнять. Ее мягкий рот коснулся его щеки и губ, в то время как ее рука скользила по всей длине его тела, от твердой мускулистой груди к крепкому плоскому животу. И ниже. Взволнованная и смущенная, она исследовала твердую, выпирающую выпуклость, поглаживая ее пальцами. Он слабо застонал и поймал ее за запястье.

– Боже... Нет, подожди... мышка, я не должен торопиться ты сводишь меня с ума, я... – Он убрал ее руку и нащупал впереди ее пижамы небольшие пуговки, извлекая их из крошечных петелек. Она почувствовала скольжение рубашки, фиолетовый шелк, упал на сгибы локтей. Тяжело дыша, Сергей опустил её обратно на кровать. Маша напряженно сглотнула, испытав приступ неуверенности, когда его большое тело нависло над ней.

Маша тихонько застонала, как только почувствовала, что его горячий, влажный рот коснулся ее шеи. Он бормотал нежные слова ободрения, обнимал ее, ласкал ее, спуская ее рубашку все ниже и ниже, пока она не вытащила руки, полностью освободившись. Он уложил ее на свои руки и ткнулся в мягкую полноту ее груди. Его дыхание дразнило, а его губы слегка потерлись о самый кончик. После того, как она возбудилась, умоляя о большем, он взял в рот весь пик. Его язык оставлял на ней бархатные дорожки, готовя ее к пронзившему ее прикосновению его зубов. Она выгнулась дугой и прильнула к нему. Казалось невозможным, что она могла считать врагом этого мужчину, который дал ей почувствовать себя такой желанной.

При всей своей невинности, она осознавала силу его желания, но каждое его движение было исключительно нежным и любящим. Его руки опустились ей на бёдра, лаская ее ноги через шелковые брюки. Околдованная его ласковыми, изучающими поцелуями, Маша не заметила, как он развязал ленты, пока не почувствовала, что он дергает брюки вниз.

– Не бойся, – прошептал он, сделав паузу, чтобы обнять и успокоить ее. – Я только хочу научить тебя получать удовольствие. Позволь мне коснуться тебя

Маша откинулась на его надежные руки, немного дрожа, когда он окончательно стащил с нее пижаму. Его пальцы медленно продвигались по ноге, легко скользя по гладкой коже. Везде, где касался ее, он оставлял огненные следы: на внутренней стороне бедер, вниз к лодыжкам, скользя по внешней стороне ее ног, пока не добрался до обнаженного изгиба бедра. Ловя ртом воздух, она сосредоточилась на теплой, большой руке, внезапно захотев, чтобы он прикоснулся к ней в том самом местечке между бедрами, где она была влажной, пульсирующей и набухшей. Как только она почувствовала его улыбку около своей щеки, то поняла, что он дразнил ее преднамеренно.

– Серёжа, – она задыхалась. – Пожалуйста. Что ты делаешь это невыносимо, я схожу с ума

– Тогда я вынужден продолжить, – услышала она его шепот, и он, возбуждая ее дальше, стал рисовать круги на внутренней стороне ее бедра.

Из горла Маши вырвался всхлип, и она ухватилась за его плечи, ее пальцы впились в упругие мышцы. Он был беспощаден, позволяя кончикам своих пальцев задевать пульсирующий край её жемчужины. Наконец, когда ее потребность переросла в крайнюю необходимость, она почувствовала, что он гладит плоть, которая так сладко болела.

– Здесь, – пробормотал он, его пальцы, двигаясь по кругу, умело открывали ее тело и заскользили выше к чувствительной точке. – Это то, что ты хочешь?

Наслаждение сжигало ее, поэтому она могла ответить только бессвязным звуком. Он глубоко целовал ее и в то же самое время двигал палец в ее тающей плоти. Ее стоны заглушались его жаркими поцелуями, а тело радостно отвечало нежным вторжениям. Двигаясь в ней умело, мягко, ритмично, он явно наслаждался трепетом ее тела. В чувственном безумии Маша беспомощно рвала на нём остатки одежды, стараясь почувствовать твердое тело и теплую кожу. О, Боже, как она хотела, чтобы он был обнаженным, чтобы лег на нее и любил в течение многих часов.

– Ты так хороша, – прошептал он, убирая палец, чтобы еще раз вернуть его обратно. – Маша, то, что я хочу сделать с тобой

– Делай сейчас же, – еле выговорила она сквозь сжатые зубы.

Он хрипло рассмеялся.

– Не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся, – просила она.

Он широко развел ее ноги, его горячее дыхание опалило внутреннюю часть бедра. С опозданием она поняла, где оказалась его голова. Невероятное осознание пришло ей на ум... Конечно, он не собирался... нет, это невозможно... но его руки подхватили ее ноги под коленями, и, поскольку она попыталась неуклюже остановить его, он поймал ее запястья и крепко прижал по сторонам от нее.

У нее вырвался тихий вскрик, когда его рот коснулся ее, расточая влажный и обжигающий жар и скользящие ласки языка. Его руки отпустили ее запястья, когда они задрожали и расслабились в его хватке, и обхватили ягодицы, поглаживая их пальцами. Его язык нашел крошечное место, где ее чувственность собралась в тугой узел, и ласкал его сильными ритмичными движениями. Она всхлипнула от нахлынувшего на нее наслаждения, которое прошлось по всему ее телу волнами, потоком.