Контракт с богиней. Том 1

Алекс Норт

Контракт с богиней. Том 1

Серия «Контракт с богиней»

© Алекс Норт, 2026

Глава 1

В моей берлоге, или, если говорить юридическим языком, в убогой съёмной однокомнатной квартире на самой окраине спального района, редко что-то менялось. На столе почти всегда стояла тарелка с остывшей, покрывшейся твёрдой корочкой пиццей, картонные коробки от которой были разложены по всей квартире. Рядом располагались банки дешёвого энергетика со вкусом вишни. Они же заполняли и без того набитую мусорную корзину. Мусорные мешки заняли место в коридоре в ожидании того, что я однажды вспомню о них. Но я не вспоминал.

Я вальяжно, с хрустом в затёкшей пояснице, откинулся на спинку потёртого кресла. Когда-то, на пике моей короткой, но яркой карьеры, оно было ослепительно-красным, с гордым логотипом известного киберспортивного бренда на подголовнике. Но за годы непрерывного, многочасового использования эко кожа облезла, поролон промялся, приняв анатомическую форму моего тела. Кресло стало моим троном, моей кроватью и моим единственным надёжным убежищем.

Сегодня в комнате снова царил привычный полумрак. Изогнутый тридцатидюймовый монитор отбрасывал на не видевшее солнца лицо синеватый отблеск. Плотные шторы на единственном окне были наглухо задёрнуты, надёжно отсекая любые признаки существования внешнего мира. Утро там сейчас, глубокая ночь, дождливый вечер пятницы или вообще обед вторника – для меня это давно перестало иметь какое-либо значение. В этой комнате не существовало земного времени, оно было отменено за ненадобностью. Мои личные, внутренние часы измерялись кулдаунами ультимативных способностей, таймингами появления лута на серверах, длительностью штрафов за выход из матча и редкими, ленивыми вылазками на кухню или в туалет.

Я скосил уставшие, покрасневшие глаза на правый край огромного стола. Рядом с чёрным, занимающим половину доступного пространства ковриком для мыши, высилась угрожающе накренившаяся башня из пустых алюминиевых банок. Чуть дальше валялись скомканные бумажные салфетки, переплетённые провода от старых гарнитур, какие-то флешки и несколько неоплаченных счетов за электричество, которые я использовал в качестве подставок под горячее.

А прямо под столом, у моих ног, одетых в тёплые шерстяные носки, тихо, но натужно гудел системный блок. Мой личный цифровой монстр, собранный на заказ за баснословные деньги. Прозрачная боковая панель из закалённого стекла открывала вид на завораживающее переплетение трубок жидкостного охлаждения, по которым безостановочно бежала неоново-зелёная жидкость. Кулеры мерцали настраиваемой RGB-подсветкой, синхронизированной с происходящим на мониторе. Этот зверь тянул любую современную игру, стабильно выдавая двести сорок кадров в секунду без единого просадка даже в самых тяжёлых, перегруженных спецэффектами замесах. Пожалуй, это была единственная по-настоящему ценная вещь в этом царстве запустения и пыли.

А ведь когда-то всё было иначе. Я не всегда был классическим затворником без будущего. Пару лет назад я был профи. Настоящим, сертифицированным, с официально подписанным контрактом, ежемесячной зарплатой, менеджером и толпой крикливых фанатов в социальных сетях. Около года назад наша команда, состоящая из таких же гиперактивных подростков, вырвала победу на крупном международном турнире. Я до сих пор, закрывая глаза, иногда вижу тот момент: оглушающий рёв тысячной толпы на стадионе. Слепящий, бьющий прямо в глаза свет софитов, тяжесть кубка в руках и чек на сумму с таким количеством нулей, что у девятнадцатилетнего пацана из бедной семьи просто снесло крышу.

Тогда казалось, что жизнь – это сплошной, бесконечный чит-код на деньги и успех. Бесконечные интервью, где я нёс какую-то пафосную чушь, спонсорские девайсы, присылаемые коробками, тысячи преданных зрителей на личных трансляциях, которые донатили мне просто за то, что я чихнул в микрофон.

Призовых с того турнира с лихвой хватило, чтобы с широкой ухмылкой послать к черту нудный университет прямо посреди сессии, снять эту квартиру, запереться в ней и окончательно, с особым, изощрённым цинизмом разорвать все связи с тем, что обычные люди по какому-то недоразумению называют «реальной жизнью».

Но слава в интернете живёт не дольше баффа от лечебного зелья. Команда развалилась из-за банальной человеческой жадности, бесконечных внутренних склок из-за распределения спонсорских денег и грязных интриг нашего ушлого менеджера. Контракты истекли и не были продлены. Организация набрала новый, более молодой и голодный состав. А стримить самому мне было откровенно впадлу. Я искренне ненавидел развлекать толпу в чате, кривляться на веб-камеру, благодарить за сторублёвые донаты и отыгрывать роль клоуна. Я не шоумен, я просто хладнокровная машина для убийств в виртуальном пространстве. Я предпочитал молча, методично и жестоко уничтожать противников на сервере, доказывая своё превосходство делом, а не болтовнёй.

А деньги… Деньги, которые год назад казались мне неисчерпаемым источником, аналогом бесконечной маны, имели мерзкое свойство испаряться. Аренда жилья, дорогущие ежедневные доставки готовой еды из ресторанов, новые, редкие внутриигровые скины на оружие, регулярный апгрейд железа – всё это сожрало мой внушительный капитал быстрее, чем я успел это осознать.

Пару часов назад, во время бесконечного ожидания сбора рейда, я совершил героическую вылазку вглубь квартиры – к холодильнику. Открыв белую, заляпанную отпечатками пальцев дверцу, я долго смотрел внутрь, освещаемый тусклой, мерцающей лампочкой. Холодный воздух обдал моё лицо, принося с собой запах безнадёги.

Картина внутри была удручающей, как статистика бронзового игрока с двадцатипроцентным винрейтом. На верхней стеклянной полке, словно забытый артефакт, лежал сморщенный, покрывшийся пушистой белой плесенью кусок лимона. Чуть ниже, в гордом одиночестве, стояла пластиковая банка самого дешёвого майонеза, на дне которой оставалась жалкая, подсохшая по краям лужица желтоватой субстанции. И венец этого кулинарного великолепия, настоящий босс этого подземелья – открытая вакуумная упаковка сосисок, срок годности которых истёк ещё в начале прошлого месяца. Они подозрительно блестели в свете лампы, покрытые какой-то склизкой плёнкой.

Я достал из кармана растянутых спортивных штанов телефон и открыл банковское приложение. Баланс на главном экране пробивал дно, настойчиво мигая красным цветом. Четыреста тридцать два рубля. Всё. Это был мой золотой запас на ближайшую вечность. Этого хватит разве что на пару пачек самой дешёвой лапши быстрого приготовления и батон хлеба.

Стоя босиком на холодном линолеуме кухни, я ощутил, как кольцо сужается. Завтра наступит точка невозврата. Завтра нужно платить за аренду квартиры, иначе арендодатель, неприятный мужик с пузом, просто выставит мой драгоценный системный блок на лестничную клетку. Придётся переступить через свою раздутую гордость победителя, искать в контактах номер бывшего агента, унижаться, извиняться и проситься в какой-нибудь третьесортный стак новичков. Придётся снова играть тренировочные матчи по пятнадцать часов в день, выслушивать истеричные крики бездарного капитана и фармить копейки, просто чтобы не сдохнуть от голода. Но… это проблемы завтрашнего дня. А сейчас у меня рейд.

Я вернулся в комнату, с облегчением рухнул обратно в объятия кожаного кресла и надел на голову тяжёлые, плотно прилегающие студийные наушники. Как только амбушюры коснулись ушей, шум внешнего мира исчез окончательно. Я вернулся домой.

– Макс, ты тут? Бро, у нас полная жопа, – раздался в динамиках напряжённый, срывающийся на панику голос.

Это был Дэн. Мой единственный оставшийся друг, бессменный напарник по всем мыслимым многопользовательским играм и человек, с которым я общался исключительно через голосовой чат. Мы не виделись вживую уже года три, я даже смутно помнил, как выглядит его лицо без аватарки, но в виртуальном пространстве мы были связаны крепче родных братьев. Дэн был отличным парнем, неплохим саппортом, но ему катастрофически не хватало хладнокровия. Он быстро ломался под давлением.

– Я здесь, Дэнчик. Ходил проверить холодильник, – лениво отозвался я, щёлкнув ключом открывалки на новой банке энергетика. Раздался приятный пшик. – Что у нас по ситуации?

– По ситуации у нас вайп, вот что! – истерил напарник. – Мы сидим в "Цитадели Пустоты" уже третий грёбаный час!

На моём мониторе разворачивалась финальная фаза самого сложного, хардкорного рейда в популярной MMORPG-шутере, который недавно добавили с новым патчем. "Цитадель Пустоты" – локация, рассчитанная на отряд из восьми сыгранных, одетых в топовую экипировку игроков. Мы пошли туда с группой рандомов, собранных на форуме. И, как это обычно бывает, всё пошло не по плану.

Локация представляла собой огромную, парящую в космосе арену, залитую фиолетовым светом. В центре возвышался финальный босс – огромная тварь, состоящая из геометрии, тёмной материи и ненависти к игрокам. Я бегло оценил интерфейс. Он был моим приборным щитком. Десятки иконок, полоски здоровья, таймеры и мини-карта.

Из восьми человек в живых остались только двое. Я и Дэн. Шестеро наших горе-сокомандников валялись серыми трупиками по всей арене. Текстовый чат в левом нижнем углу разрывался от их токсичных комментариев, мата и взаимных обвинений.

«[Xx_Нагибатор_xX]: Пиз***, хилы спят! Почему меня не отхилили?!»

«[УбийцаЭльфов]: Танк криворукий да**, агро не держит!»

«[Сладкая_Булочка]: Ребят, давайте заново, они вдвоём не затащат, у босса ещё 15% хп…»

«[ShadowStrike]: Жмите рестарт, не тратьте время, дебилы.»

– Макс, у босса пятнадцать процентов здоровья! – голос Дэна дрожал. Я видел его персонажа на экране. Он играл за поддержку, жался за чудом уцелевшей хрустальной колонной на краю арены. – У меня маны ноль. Буквально ноль! Я пустой! Аптечек нет, кулдаун на воскрешение союзников ещё три минуты! Босс сейчас вызовет вторую волну аддов, нас просто растопчут! Жми кнопку суицида, начинаем заново!

– Расслабь булки, Дэн, – я искренне рассмеялся, хрустнув затёкшими костяшками пальцев.

Мои руки, почти прозрачные от тотального недостатка витамина «D», привычно легли на механическую клавиатуру. Пальцы инстинктивно нащупали макросные клавиши. Правая рука намертво обхватила эргономичную мышь с тефлоновыми ножками, скользящую по коврику.

В отличие от Дэна и ноющих в чате рандомов, я был абсолютно спокоен. Мой пульс не участился, дыхание оставалось глубоким и ровным. Для меня эта игра, этот рейд, этот страшный босс давно перестали быть просто пикселями на экране. Это была открытая математическая матрица. Я видел саму структуру кода. На подкорке чувствовал тайминги анимаций атак босса, радиусы поражения его заклинаний, скорость полёта снарядов. Я не смотрел на грозную текстуру монстра – я видел набор хитбоксов и паттерны его ИИ.

– Дэн, слушай внимательно, – мой голос стал командирским. Режим профи активировался сам собой. – Сиди за колонной и не высовывайся. Если в тебя прилетит шальной урон, ты труп. Просто смотри и учись.

– Макс, ты сумасшедший! У него ещё куча здоровья! А сейчас попрут элитные мобы! Ты играешь за хрупкого снайпера-ассасина, он тебя ваншотнет!

– Следи за руками, – усмехнулся я.

Босс издал оглушительный цифровой рёв, от которого завибрировали динамики наушников. Вокруг вспыхнули красные руны – анимация призыва. Из порталов на арену посыпались «адды» – элитные бронированные стражи с мечами. Плюс сам босс начал кастовать свой ультимативный навык – огромный луч энергии, который прошивал укрытия насквозь.

«[Xx_Нагибатор_xX]: Хахаха, ну давай, киберспортсмен ху**, покажи класс», – мелькнуло в чате желчное сообщение одного из мертвецов.

Я не обратил на него ни малейшего внимания. Мой мозг переключился в состояние потока. Пальцы запорхали по механической клавиатуре с такой скоростью, что слились в размытое пятно. Клики мыши зазвучали как тихая, непрерывная пулемётная очередь. Я начал танец.

Персонаж на экране, одетый в тёмный тактический плащ, сорвался с места. Я использовал навык рывка, чтобы за долю секунды до выстрела уйти с траектории лазерного луча босса. Луч прожёг землю ровно в том пикселе, где моя пятка находилась мгновение назад.

Не останавливая движения, в прыжке, скроллом мыши переключился на крупнокалиберную снайперскую винтовку. Мне не нужно было дожидаться, пока перекрестие оптического прицела сойдётся в точку. Это называется «флик-шот» – выстрел, основанный исключительно на мышечной памяти и интуиции. Правая рука дёрнула мышь ровно на полтора сантиметра вправо. Прозвучал выстрел.

Первый элитный страж лишился головы и осыпался цифровым пеплом. Как только мои ноги коснулись виртуальной земли, я прожал комбинацию из трёх клавиш: бросок гранаты, смена оружия, активация навыка «Ускорение времени». Мой персонаж двигался в два раза быстрее обычного. Я начал кайтить толпу. Чертил на арене сложную геометрическую фигуру, заставляя туповатый ИИ мобов сбиваться в кучу.

– Три секунды до взрыва, – вслух отсчитывал я тайминги. – Две. Одна.

Брошенная мной ранее граната взорвалась точно в центре толпы стражей, снимая им всем по половине брони. Я тут же разрядил в них обойму из пистолета-пулемёта, контролируя отдачу движением мыши вниз. Строчки лога убийств в углу экрана замелькали с бешеной скоростью. Минус два. Минус три. Минус пять. Босс снова замахнулся, выпустив по площади самонаводящиеся сферы тёмной материи. Одно попадание такой сферы убило бы моего хрупкого персонажа мгновенно.

– Макс, сферы! Сзади! – заорал Дэн.

– Вижу, – меланхолично ответил я.

Я отпустил правую руку от мыши, чтобы взять со стола банку энергетика, и сделал глоток. Моя левая рука в это время продолжала солировать на клавиатуре. Я управлял персонажем одной рукой, используя стрейфы и прыжки, уворачиваясь от самонаводящихся сфер так, словно они летели в замедленной съёмке. Между моделькой моего героя и смертельным уроном оставались считанные миллиметры, но для меня этого было более чем достаточно. Это была математика. Если хитбокс не пересекается – урона нет.

Я поставил банку обратно на стол, вернул руку на мышь и снова достал снайперскую винтовку. Оставшиеся четыре элитных стража попытались взять меня в кольцо. Прыжок от стены, разворот в воздухе на сто восемьдесят градусов. Клик, клик, клик, клик. Четыре выстрела прозвучали с интервалом в миллисекунды. Четыре сочных звука пробитого черепа. Арена опустела, остался только босс.

В чате повисла гробовая тишина. Даже самые токсичные рандомы перестали печатать свои гадости. Они смотрели на то, как работает настоящий профессионал, игрок совершенно другого порядка, застрявший в этой песочнице по нелепой случайности судьбы.

– Так, чудище щупальцевое, теперь мы с тобой один на один, – я хищно улыбнулся, облизнув пересохшие губы.

У босса оставалось десять процентов здоровья, но он перешёл в фазу «Ярости». Скорость его атак возросла втрое. Вся арена покрылась красными зонами предупреждений об уроне. Безопасных мест почти не осталось. Мой показатель действий перевалил за три сотни. Руки работали автономно от сознания. Я уклонялся от ударов, вплетая выстрелы в микроскопические паузы между его анимациями. Удар слева – делаю подкат, стреляю в колено. Замах сверху – использую крюк-кошку, взмываю над ним и всаживаю пулю прямо в мерцающий глаз на темени.

По моим венам разливалось то самое пьянящее чувство контроля, ради которого я и сидел в этой душной комнате. В реальном мире я мог быть банкротом, неудачником, чьи сосиски протухли, а баланс карты вызывал слёзы. Я мог быть жалким куском мяса, боящимся звонка от арендодателя. Но здесь, на этих полигонах… Здесь я был богом. Здесь законы физики подчинялись моим рефлексам. Я решал, кто живёт, а кто рассыпается пиксельной пылью. Я не напрягался, а искренне наслаждался процессом доминирования над системой.

– Пять процентов, Макс! Давай! – орал Дэн в микрофон так громко, что у меня заложило ухо. – Он сейчас кастанет!

– Ещё десять секунд. Это целая вечность, бро, – хмыкнул я.

Я перестал бегать. Остановил своего персонажа прямо перед колоссальной тушей босса. Он также замер, собирая энергию для финального, уничтожающего всё живое взрыва. Над ним появился таймер обратного отсчёта. Я активировал все оставшиеся баффы на урон. Переключился на самое медленное, но самое мощное оружие в игре – рельсотрон.

– Что ты делаешь?! Беги за укрытие! – визжал Дэн.

«[ShadowStrike]: Он дурак, он не успеет зарядить пушку! Мы трупы!» – всплыло в чате сообщение.

– Заткнись и смотри, – тихо процедил я.

Шкала зарядки рельсотрона медленно ползла вправо. Босс светился ослепительно-фиолетовым светом, готовый обрушить на меня ядерный апокалипсис. И вот, когда оставались считанные секунды, мой палец нажал на левую кнопку мыши. Экран озарился ослепительной вспышкой. Огромный, толщиной с дерево луч плазмы прошил босса насквозь ровно за ноль целых одну десятую секунды до того, как его таймер дошёл до нуля.

Босс издал пронзительный предсмертный визг, его текстуры начали искажаться, распадаясь на миллионы светящихся полигонов. Огромная туша медленно рухнула на колени, а затем рассыпалась, оставив после себя гору легендарного лута. На весь экран выскочила золотая, сияющая надпись: «Рейд пройдёт. Выживших: двое».

Чат в ту же секунду просто взорвался.

«[Xx_Нагибатор_xX]: АААААААААА! ЧТО ЭТО БЫЛО?!»

«[Сладкая_Булочка]: Господи, добавь меня в друзья! Пожалуйста!»

«[УбийцаЭльфов]: Я просто удаляю игру. Я так никогда не смогу.»

«[ShadowStrike]: Беру свои слова назад. Ты еб**** монстр, мужик. Респект.»

– Макс… – голос Дэна дрожал, но теперь уже от благоговения и адреналинового отходняка. – Ты… ты просто ненормальный психопат. Если бы ты промахнулся хоть на пиксель, мы бы проиграли.

– Я не промахиваюсь, Дэн, – я лениво зевнул, потягиваясь в кресле. – Говорил же, это всё математика. Погнали лутать этого бедолагу, мне нужны его перчатки на шанс крита.

Я откинулся на спинку, чувствуя, как адреналин медленно покидает тело, оставляя после себя приятную пустоту. Очередная доза получена. Очередное доказательство моей исключительности зафиксировано на сервере. Я был расслаблен. Моя империя, пусть и виртуальная, снова была в безопасности.

Глава 2

Я подвёл курсор к мерцающему сундуку с лутом, предвкушая награду. Оставалось сделать один лёгкий клик. Никакого напряжения, никакой опасности. Идеальный момент триумфа. Нажатие левой кнопки мыши отозвалось приятным щелчком переключателя. В ту же секунду на экране раздался торжественный, оркестровый перезвон, и из рассыпающейся туши босса вырвался сноп ослепительно-золотого света. Это был не просто эпический дроп. Это был «мифик» – вещи мифического качества, шанс выпадения которых составлял жалкие три процента.

– Да ладно… – охнул Дэн в голосовом чате. Звук его голоса исказился из-за того, что он, судя по всему, слишком близко придвинулся к микрофону. – Макс, ты видишь то же, что и я? Скажи мне, что у меня не галлюцинации от недосыпа.

– Вижу, Дэнчик. Вижу и не верю своим глазам, – я довольно хмыкнул, откинувшись на спинку скрипнувшего кресла. Мои пальцы, ещё пару минут назад выбивавшие на клавиатуре запредельную скорость, теперь расслабленно поглаживали колёсико мыши.

На экране, прямо поверх остывающего поля битвы, парили три предмета, подсвеченные пульсирующим золотым сиянием. Первым висел «Осколок первозданной пустоты» – уникальный ресурс для крафта топового оружия, который на внутриигровом аукционе стоил столько, что на эти виртуальные деньги можно было бы месяц питаться в реальной жизни. Второй вещью оказался «Венец Исказителя» – тяжёлый шлем для танков, который нам с Дэном был бесполезен, но зато его можно было выгодно обменять. А вот третья вещь заставила моё сердце, и так измученное тремя банками энергетика, вновь забиться с удвоенной силой.

«Перчатки абсолютного ничто». Класс: Снайпер-Ассасин. Характеристики: +150 к ловкости, +40% к критическому урону, пассивный навык «Игнорирование брони». Это была лучшая, сломанная по своим статам шмотка в текущем патче. И она идеально подходила под мой билд.

– Молю, скажи, что у нас стояло распределение лута лидером, а не случайный ролл, – с мольбой в голосе произнёс Дэн. – Если эти перчатки сейчас улетят кому-то из этих мёртвых вагонов, которые весь рейд пролежали лицом в пол, клянусь, я удалю игру и разобью монитор.

– Обижаешь, бро, – я усмехнулся, в пару кликов открыв панель управления группой. – Я же не первый день играю. Лут-мастер всегда я. Ни одна рандомная мышь не получит то, что мы вытащили на своём горбу.

Я методично, не обращая внимания на разрывающийся от истерики текстовый чат, перетащил перчатки и осколок в свой инвентарь, а шлем для танка скинул Дэну. В ту же секунду интерфейс в левом нижнем углу начал сходить с ума. Система уведомляла меня о новых запросах в друзья. Шестеро наших мёртвых сокомандников внезапно забыли всю свою токсичность, все свои оскорбления и теперь отчаянно пытались добавить меня во френд-лист, попутно умоляя в личных сообщениях отдать им хоть что-нибудь.

«[Xx_Нагибатор_xX]: Бро, отдай шлем, плиз! Я танк, мне нужнее! Я заплачу голдой!»

«[Сладкая_Булочка]: Максик, ты такой крутой! Возьми меня в постоянную пати, я буду тебя хилить!»

«[УбийцаЭльфов]: Мужик, продай осколок за реал! Переведу на карту прямо сейчас!»

– Смотри, как запели, – презрительно фыркнул я, методично нажимая крестик «Отклонить» на каждом запросе. – Детишки думают, что если они поноют в личку, я стану благотворителем.

– Ага, а пять минут назад грозились репорт кинуть за то, что мы их не ресаем, – засмеялся Дэн. В его голосе наконец-то пропала та нота паники, которая бесила меня весь рейд. Он расслабился. – Слушай, ну ты и выдал, конечно. Я думал, нам конец. Как ты вообще уклонился от того луча? Там же фрейм неуязвимости минимальный!

– Практика, Дэн, голая практика и полное отсутствие личной жизни, – иронично ответил я, кликнув правой кнопкой мыши по новеньким перчаткам в инвентаре. Моделька моего персонажа мгновенно преобразилась: на руках появились стильные чёрные краги, от которых исходил лёгкий эффект фиолетовой дымки. Характеристики урона в профиле взлетели до небес. – Я этот тайминг на тренировках в соло-режиме отрабатывал часов десять, пока пальцы не стёр. Ты же знаешь, я не верю в удачу. Я верю только в математику и пинг.

– Ну, пинг сегодня определённо на твоей стороне, в отличие от моего, – Дэн громко выдохнул в микрофон. Послышался щелчок зажигалки, он закурил. – Фух… Меня аж трясёт. Адреналин отпускает. Слушай, а если серьёзно, этот шлем… он мне на саппорта вообще ни к селу ни к городу. Давай продадим его на ауке, а голду попилим пополам? Мне как раз не хватает на маунта нового.

– Забирай всё, мне голда сейчас не нужна, – отмахнулся я. – С этими перчатками я теперь могу в соло закрывать половину данжей в игре. Мой ДПС вырос так, что боссы будут плакать и сами отдавать свои вещи.

– Да ладно? Весь шлем мне? – удивился друг. – Макс, ты сегодня щедрый, как никогда. Что случилось? У тебя там кто-то умер и оставил тебе наследство, или ты наконец нашёл работу?

Упоминание реальной жизни и работы кольнуло меня прямо в сердце. Мой взгляд невольно скользнул поверх края монитора, уперевшись в стену, на которой висели пустые рамочки от старых грамот и пара пыльных бейджей с турниров. Я вспомнил о балансе на банковской карте, о протухших сосисках, о том, что завтра мне нужно будет как-то смотреть в глаза хозяину квартиры, который придёт за арендной платой. А ещё о том, что мне придётся звонить людям, которых я терпеть не могу, чтобы попроситься обратно в профессиональную лигу на унизительных условиях.

Но Дэн был по ту сторону экрана. Он был в моем идеальном мире, где я был богат, успешен и силён. И тащить в этот мир грязь реальности мне совершенно не хотелось.

– Очень смешно, – я выдавил из себя лёгкий смешок, стараясь, чтобы он звучал максимально естественно. – Просто сегодня у меня хорошее настроение. К тому же, кто-то же должен одевать своего карманного саппорта, иначе ты так и будешь падать с одной тычки любого моба. Считай это инвестицией в моё спокойное будущее.

– Принимается, о великий кибер-бог, – рассмеялся Дэн. – Слушай, а мы вообще сколько уже сидим? Я потерялся во времени.

Я перевёл взгляд на маленькие цифровые часы в правом нижнем углу второго монитора. Белые цифры на чёрном фоне безжалостно сообщали: девять часов сорок семь минут. Утро воскресенья.

– Почти десять утра, – констатировал я, чувствуя, как от произнесённого вслух времени на плечи вдруг навалилась невидимая бетонная плита.

– Жесть… – протянул Дэн. – Мы начали в субботу вечером. Неудивительно, что у меня глаза песком засыпало. Всё, бро, я пас. Мой мозг сейчас превратится в кашу, а мне завтра на пары в универ пилить. Пойду, наверное, в душ сгоняю, закажу себе шаурмы, и спать до талого.