Шёлк, ставший парусом

Фэн Хуан медлила с ответом, сжав губы. План был безупречным с точки зрения тактики. Но всё в ней рвалось прочь из Линьхая немедленно, сию секунду. Мысли путались, сбивая привычный хладнокровный расчёт. Встреча с Ли Вэем лицом к лицу будто выбила почву из-под ног, и теперь её разум, обычно ясный и собранный, метался в попытках снова обрести опору.

— Хорошо, — наконец выдохнула Фэн Хуан, и в её голосе слышалась не просто усталость, а вся тяжесть прожитых лет. Она шумно выдохнула, сжимая в руке веера так, что костяшки пальцев побелели, словно пытаясь вцепиться в единственную нить реальности.

Позволив себе ещё пару минут просто постоять, прислонившись затылком к шершавому, прохладному камню, она оттолкнулась от стены и твёрдо направилась за своими людьми. Каждый шаг давался с усилием, будто она оставляла на дороге частицу самой себя, но спина её оставалась прямой, а взгляд — устремлённым вперёд.

Отдав приказ о подготовке корабля, Ли Вэй не бросился опрометью из поместья. Вместо этого он вернулся в свой кабинет. Его острый взгляд скользнул по комнате, выхватывая детали хаоса, и остановился на осколках фарфоровой маски, разбросанных по полу, — последнем следе Сюэ Лань.

Он быстро пересёк комнату и, присев на корточки, с почтительной осторожностью поднял двумя пальцами крупный фрагмент с сохранившимся рисунком глаза. Поднявшись, он замер, не отрывая взгляда от находки. На его губах играла кривая, безрадостная усмешка.

— Значит, все эти годы ты была среди пиратов…

Его голос прозвучал приглушённо, обращаясь не к пустоте, а к тому призраку, что десять лет жил в его сердце. Он повернул осколок к лунному свету, и в его блеске ему почудилось её лицо — то, каким оно было до того, как её жизнь переломилась надвое.

— Сама бы ты никогда не пришла к ним, Лань. Значит, кто-то… помог тебе с этим выбором.

Его взгляд, тёмный и тяжёлый, устремился в распахнутую створку окна — ту самую, в которую исчезла её фигура. Он знал, что ответ где-то там, за распахнутой створкой окна, в том мире, куда она снова скрылась. И теперь ему предстояло не просто поймать пирата, а найти ответы на вопросы, десять лет не дававшие ему покоя.

Резкий звук шагов в коридоре заставил его вздрогнуть. Он развернулся, и за секунду его взгляд снова стал твёрдым и непроницаемым. В дверях с почтительным поклоном замер слуга.

— Господин?

— Приберите здесь, — отрезал Ли Вэй, голос ровный, но со стальным отзвуком. Однако слуга, знавший хозяина годы, уловил в его голосе непривычную хрипотцу.

— Слушаюсь, — слуга скрылся, чтобы распорядиться об уборке.

Больше не задерживаясь, Ли Вэй направился в свои покои — переодеваться. Каждый его шаг был отмерян с холодной решимостью.

Заперев за собой двери покоев, Ли Вэй чиркнул специальной палочкой-зажигалочкой, и мягкий свет нескольких свечей заструился по комнате, отбрасывая на стены колышущиеся тени. Этого приглушённого освещения ему вполне хватало.

Он методичным, почти ритуальным движением развязал пояс с нефритовой пряжкой и отбросил его на циновку. Затем стянул с себя ханьфу из узорчатого шёлка, отложив его в сторону. Броский церемониальный наряд сменился практичным, но оттого не менее дорогим облачением.

Новое одеяние было выдержано в глубоком чёрном цвете, словно выкроено из самой ночи. Сшитое из плотного материала, оно идеально сидело на его фигуре, не стесняя движений. Узкие рукава, стянутые у запястий кожаными манжетами, не мешали работе рук. Через грудь проходила тонкая, едва заметная вышивка серебряной нитью — стилизованный облачный узор, знак его статуса. Это был костюм человека, привыкшего к действию, но не забывающего о своём положении.

Осколок маски Ли Вэй оставил лежать на лаковом столике в своих покоях. На выходе он на миг задержался, обернувшись, и взгляд его скользнул по фарфоровому обломку. Он был похож на запечатлённую боль, память, которую он принудительно оставлял в стенах родового гнезда.

Но уже в следующее мгновение Ли Вэй резко развернулся. Дверь захлопнулась, отсекая прошлое. Его шаги по каменным плитам коридора звучали твёрдо и размеренно.

Он не собирался дожидаться, пока праздник в его поместье иссякнет сам собой. Его план был иным, дерзким и прямолинейным — перехватить корабль Сюэ Лань прямо в море, на её территории. А для этого нужно было опередить её, прибыть в порт и изучить всё до мелочей: карты течений и отмелей, расписание дозоров, где ошвартованы самые быстроходные джонки и через какие протоки пираты обычно уходят от погони.

— Пусть всё досье на Капитана-призрака будет доставлено на борт ко мне в каюту.

У него ещё оставалось немного времени. И он намеревался потратить его с пользой.

Вместе с Ли Вэем поместье покинули несколько человек — его верные соратники, прошедшие вместе с ним не одно сложное дело. Они двигались бесшумно, словно тени, повторяя каждый жест своего начальника.

Было решено двигаться обходными путями, через лабиринт узких переулков и безлюдных набережных. Ли Вэй не желал привлекать ничьего внимания. Их продвижение должно было оставаться незримым.

Уголки его губ тронула усмешка. Сюэ Лань — носящая теперь имя Фэн-ван и командовавшая пиратами — наверняка уже расставила своих соглядатаев, чтобы те следили за каждым его шагом. Что ж, он был готов сыграть в эту игру. Ему предстояло иметь дело не с рядовыми контрабандистами, а с капитаном, чьи методы и дерзость были для него полной загадкой. Он не знал, как она мыслит, и это делало её опаснее любого изученного врага.

Корабль Ли Вэя «Ловец Теней» стоял на якоре в уединённой бухте, готовый к отплытию. Когда Ли Вэй ступил на палубу, внезапный порыв ветра рванул полы его практичного походного халата, словно сама стихия торопила его. Он спустился в каюту, ожидая документы, и в тишине, нарушаемой лишь скрипом обшивки, его мысли обратились к событиям десятилетней давности.

Тогда он был ещё зелёным служакой, только что получившим должность. У него не было ни опыта, ни авторитета, ни средств, чтобы как следует расследовать гибель семьи Сюэ. А когда всё это появилось — время было безвозвратно упущено. Всё же он пытался разобраться. Тайком. Его верные люди проверяли тётку Инлун и её мужа, но не нашли ни единой зацепки: ни свидетелей, ни документов. Такая кристальная чистота была подозрительнее любой улики.

Его взгляд упёрся в деревянную обшивку каюты. Чего он хочет сейчас — поймать Фэн Хуан как пирата, похитившую реликвию? Узнать наконец правду о её исчезновении? Или возродить чувства, что были похоронены заживо?

Ли Вэй с силой выдохнул и на мгновение закрыл глаза. Долг следователя требовал одного — обезвредить пиратов, терроризирующих морские пути. Но долг человека, того самого, что когда-то любил, влёк его к иному — к раскрытию правды и к теплу, которое он давно не позволял себе чувствовать.

— Господин, документы, — доложил следователь Чжу, кладя на стол аккуратные свитки и тетради в синих обложках.

— Благодарю, — кивнул Ли Вэй. Чжу молча склонил голову и вышел, оставив начальника наедине с бумагами.

Ли Вэй развернул первый свиток. Его информаторы давно сообщали: среди моряков по всему побережью гуляет легенда о «Слезе Морского Дракона» — артефакте невероятной силы, путь к которому якобы зашифрован на парных веерах.

Внезапное возрождение древнего предания не могло быть случайностью. Ли Вэй был уверен: кто-то намеренно всколыхнул эту историю, вдохнул жизнь в красивый миф, тысячелетиями пролежавший под слоем пыли. И очень скоро слухи дали первые ростки: участившиеся пиратские набеги на прибрежные города Цзиньлина, особенно на Линьхай. Каждое новое нападение ослабляло торговлю, подрывало доверие купцов и истощало казну — стратегический удар, который был на руку лишь одной стороне.

Парные веера «Танец Феникса и Дракона», столетиями хранившиеся в семье Ли, оказались не просто реликвией. Они были картой, ключом, который царство Шуйцзэ решило повернуть в свою пользу. Ослабленный пиратами Цзиньлин становился лёгкой добычей. И теперь все нити в расследовании Ли Вэя сходились к одному — к царству Шуйцзэ, извечному сопернику, который методично расшатывал устои соседа, не оставляя за собой прямых улик.

Одолеваемый сомнениями, Ли Вэй решил проверить легенду на практике. Дни и ночи он проводил за изучением древних манускриптов, выискивая обрывочные упоминания о загадочных веерах. В одном полуистлевшем свитке ему удалось найти ключевую запись: лунный жемчуг на них был не просто украшением, а сложной системой крошечных линз.

Он начал кропотливые эксперименты. В ночь полной луны, после долгих проб и ошибок, ему наконец удалось поймать нужный угол. Свет, преломлённый жемчужинами, отбросил на стену кабинета призрачное серебристое сияние — таинственные линии, складывающиеся в очертания архипелагов, морских течений и созвездий.

Но восторг открытия скоро сменился разочарованием. Проявившаяся карта оказалась фрагментарной, лишённой ключевых деталей и координат. Она словно дразнила его, показывая лишь часть пути. Лунный свет открывал одну тайну, но скрывал другую, главную. Ли Вэй упёрся в тупик.

Тем временем охота за веерами уже шла полным ходом. Были совершены несколько дерзких попыток похищения, которые ему чудом удалось предотвратить. Хотя Ли Вэю и удалось схватить нескольких наёмников, выудить из них информацию оказалось невозможно — они действовали вслепую, не зная имени заказчика.

И тогда, использовав суматоху, эту задачу блестяще решила Сюэ Лань. Та, чей острый ум он помнил ещё с юности, сумела сделать то, что не удалось ни одному пирату, — бесшумно проникнуть в самое сердце его поместья и унести заветные веера.

— Если я помогу тебе разгадать загадку вееров и найти «Слезу Морского Дракона»… ты позволишь мне очистить твоё имя?

Ли Вэй оторвался от текста, его взгляд утонул в мерцании ночных фонарей, висящих в его каюте. В их трепетном свете ему явственно виделся её образ — не пирата Фэн Хуан, а Сюэ Лань, чьё имя десятилетие было для него незаживающей раной.

Он понимал: просто догнать её в море — мало. Нужно было нечто большее. Предложение. Сделка. Пусть даже для этого придётся вступить в опасный альянс с теми, кого он поклялся преследовать. Но только так он мог убить сразу нескольких зайцев: вернуть реликвию, обезвредить заговор Шуйцзэ… и наконец дать прошлому ту развязку, которую оно заслуживало. Возможность исправить то, что не удалось десять лет назад, стоила некоторых компромиссов.

— Флотилия никогда не шла в лоб, — вслух прочёл Ли Вэй, проводя пальцем по пожелтевшей странице. — Корабли всегда появлялись из тумана, узких проливов или под покровом ночи.

Он задумчиво постучал по строке.

— Целая флотилия… — на его губах промелькнула усмешка, в которой читалось не столько осуждение, сколько профессиональное признание.

Продолжая чтение рапортов, он выделил показания выживших с атакованных судов. Все, как один, упоминали высокую фигуру в плаще на кормовой надстройке флагмана «Месть Феникса». Лицо капитана скрывала маска, а приказы отдавались без единого слова — лишь глухой бой барабанов нарушал тишину перед атакой.

— Умно, Лань, очень умно, — прошептал он, и в уголках его глаз обозначились лучики восхищённой улыбки. — Теперь я понимаю, почему тебя прозвали призраком.

Дальнейшие показания оказались отрывочными и хаотичными. Ли Вэй взял кисть и стал выписывать ключевые детали на чистый лист бумаги, восстанавливая картину атаки по крупицам.

«Месть Феникса» и «Серый Призрак» возникали будто из ниоткуда. Атака начиналась без предупреждения. Первый залп тяжёлых баллист бил по парусам и рулевому, чтобы обездвижить, а не уничтожить. Цель была — парализовать и посеять панику. Пока жертва пребывала в смятении, из тумана медленно выплывал «Железный Горн». Его тяжёлый, бронированный корпус вселял особый ужас. Он сходился для абордажа вплотную. После быстрого и жестокого захвата добычи флотилия растворялась так же внезапно, как и появлялась. Они не задерживались для грабежа — брали лишь самое ценное и уходили, оставляя ошеломлённую, но живую команду.

— Неудивительно, что все считали Капитана-призрака мужчиной, — размышлял Ли Вэй, глядя на восстановленную им схему. — Никто не видел твоего лица и не слышал твоего голоса. Кто бы мог подумать, что за столь жестокой и расчётливой тактикой скрывалась хрупкая женщина? Ты была гениальна, Лань.

Он отложил кисть, и его взгляд стал отрешённым.

— Уверен, ты использовала знания, переданные тебе отцом.

Вспомнился Сюэ Вэньхай, обожавший своих детей — Лань и Минфэя. Будучи старшей, Лань получила от отца всё, что обычно передавали бы сыну. Он учил её читать по звёздам, словно по свитку небес, и прокладывать курс. В его кабинете висели не украшения, а точные морские карты с течениями, мелями и сезонными ветрами. Он водил по ним пальцем, рассказывая дочери истории о каждом маршруте. Объяснял устройство кораблей, учил определять ценность товара и — что важнее всего — читать язык тела и скрытые намерения партнёров. Те самые уроки, что теперь позволяли ей читать море и людей с одинаковой лёгкостью.

Он откинулся на спинку кресла, его взгляд устремился в потолок каюты, будто сквозь него он видел ночное небо.

— Скоро мы с тобой встретимся, Лань, — тихо прошептал Ли Вэй, и в его голосе звучала не угроза, а обещание. Предвкушение разговора, который ждал десять лет.

С этим осознанием он выпрямился. Призраки прошлого могли подождать. Пришло время действовать. Ли Вэй с новой целеустремлённостью погрузился в изучение свитков и тетрадей, ища в них уже не просто информацию, а ключ к диалогу с женщиной, которая стала легендой.

5. Переговоры на нейтральном берегу

Фэн Хуан добралась до убежища — скромного домика у порта, где можно было на время исчезнуть. Только за толстыми стенами, в полумраке комнаты с обшарпанной мебелью, она позволила себе наконец выдохнуть. Фэн Хуан опустилась на стул у простого деревянного стола, и из груди вырвался протяжный, усталый вздох, с которым, казалось, ушло всё напряжение ночи.

— Вам нужно отдохнуть, Фэн-ван, — тихо сказал Бай Ин, ставя перед ней глиняную кружку с водой.

Она обхватила ладонями прохладный керамический сосуд и с закрытыми глазами сделала несколько долгих глотков. Лишь когда сухость во рту уступила влаге, опустила кружку на стол.

— Спасибо, — её голос прозвучал приглушённо и устало.

В такие редкие мгновения она позволяла себе быть просто уставшей женщиной, а не грозным капитаном. Эту свою слабость она тщательно скрывала от команды. Если и случалось ей ронять маску, то лишь в четырёх стенах каюты, под защитой непроницаемых для чужих взглядов переборок.

— Пойду переоденусь и присоединюсь к Лао Хэю, — с лёгким поклоном сказал Бай Ин.

Он скользнул в соседнюю комнату, где начал быстро сбрасывать с себя театральное обличье. Исчез расшитый золотом халат Лиса, сложилась на столе шёлковая маска. Пальцы ловко распустили укладку, собрав волосы в простой хвост — так, как он носил всегда.

От элегантного образа не осталось и следа. В отражении зеркала был тот самый Бай Ин — в поношенных штанах из грубой ткани, простой рубахе и потёртом жилете. Его черты снова стали обычными и ничем не примечательными.

Он бесшумно прошмыгнул к выходу, притворил за собой дверь и оставил Фэн Хуан в полном одиночестве, наедине с её мыслями.

Фэн Хуан ещё несколько минут сидела в неподвижности, затем поднялась и направилась к ширме. Там она начала неспешно снимать с себя многослойный наряд — тот самый, что на один вечер вернул её в аристократическое прошлое. Шёлк мягко шуршал, спадая на пол. Вместо него на тело легли привычные штаны из грубой ткани, пропахшие морской солью и ветром, простая рубаха, а сверху — синий рабочий халат, перехваченный широким кожаным поясом.

Она медленно распустила сложную причёску, одну за другой вынимая шпильки. Пальцы помнили каждое движение, хоть и отвыкли от этой церемонии. Украшения она аккуратно разложила на столике, затем расчесала волосы и собрала их в простой практичный узел, закрепив его медной шпилькой — такой же, как у любой женщины из портового квартала. Сменив изящные туфли на высокие сапоги, она отодвинула их в угол.

Взгляд Фэн Хуан скользнул по сложенному платью. Всё это было опасно — как пахнущая порохом улика. Решение пришло сразу: костюмы нужно сжечь. Но её внимание задержалось на серебряных шпильках с аметистами. Она взяла их в ладонь, ощутив прохладу металла.

— Красивые, — тихо прошептала она, глядя на игру света в камнях. — Но оставить их — всё равно что зажечь сигнальный огонь для погони.

На выдохе она отпустила украшения. Их следовало отдать первому нуждающемуся на улице. Так они принесли бы кому-то пользу, а след потерялся бы в лабиринте портовых улиц.

— Лао Хэй, — позвала Фэн Хуан, выйдя на улицу.

Её верный товарищ стоял у ограды, внимательно наблюдая за ночной улицей. Вдалеке маячила фигура Бай Ина — Лао Хэй отправил его на разведку с парой проверенных пиратов. Пока от них не поступало тревожных вестей. В поместье Ли всё ещё продолжался праздник, который должен был завершиться на рассвете, а остальной город погрузился в сон. Именно эта непривычная тишина беспокоила Лао Хэя больше всего.

— Да, Дацзе? — повернулся он к капитану.

— Все костюмы нужно сжечь. Украшения — раздать нуждающимся в порту, — твёрдым голосом распорядилась Фэн Хуан.

— Понял, — кивнул Лао Хэй. — Дацзе, — остановил он её, когда та собралась вернуться в дом. — Следов следователя Ли нигде нет. Город спит слишком крепко. Не похоже, чтобы он просто так нас отпустил… — в его голосе слышалась напряжённая подозрительность.

— Не знаю, — тихо ответила Фэн Хуан. — Я не знаю его методов. Поэтому мы должны быть начеку и с рассветом уйти в море. — Она сделала короткую паузу. — Избавься от вещей, — повторила приказ.

— Есть, — кивнул Лао Хэй.

Он покинул свой пост и направился в дом, чтобы собрать костюмы и выполнить распоряжение капитана.

Фэн Хуан вернулась к столу, где лежали парные веера. Присев, она осторожно раскрыла их один за другим. Белый веер с вышитым фениксом и чёрный с драконом были украшены тончайшей серой вышивкой и мерцающими жемчужинами. Она попыталась сложить их особым образом, чтобы поймать лунный свет, но после множества попыток ничего не вышло.

— Это сложнее, чем я предполагала, — тихо проговорила она, откладывая веера в сторону.

Достав свиток, добытый при захвате одного из кораблей, она быстро пробежалась глазами по тексту.

— Этого недостаточно... — разочарованно вздохнула она. — Лунный свет и особый угол... Но какой? Кажется, я перепробовала всё. Нужны новые подсказки.

Когда Фэн Хуан впервые услышала слухи о «Слезе Морского Дракона», она считала их просто красивой легендой. Но со временем рассказы моряков становились всё настойчивее и фантастичнее — поговаривали, будто артефакт может подчинять себе саму морскую стихию. Постепенно её скепсис уступил место любопытству, а затем и уверенности, когда в её руки попали документы из царского архива, подтверждавшие существование артефакта.

Согласно древним записям, «Слеза» не просто усмиряла волны — она позволяла владельцу влиять на погоду в радиусе многих ли. Для пиратов такая сила была невероятно заманчивой. Однако большинство морских разбойников были неграмотны, и лишь немногие капитаны могли изучать старинные манускрипты. Это породило жестокую охоту, расколовшую и без того разобщённое пиратское братство на враждующие кланы. Каждая банда жаждала заполучить артефакт, чтобы установить господство над морем.

Для Фэн Хуан обладание артефактом означало не власть над стихиями и не господство на морских путях. Нет. «Слеза Морского Дракона» была для неё ключом. Единственным оружием, достаточно могущественным, чтобы наконец сокрушить тех, кто разрушил её жизнь — тётку Инлун и её мужа Цзи Кэдао. Это был шанс вырвать с корнем ту ложь и предательство, что десять лет отравляли её душу. Шанс превратиться из жертвы в судью.

Фэн Хуан неотрывно смотрела на веера, и чем дольше длилось это созерцание, тем настойчивее в её сознании возникал образ Ли Вэя. Прищурившись, она провела взглядом по жемчужинам, мерцавшим в лунном свете.

— Зная тебя, Вэй... ты уж наверняка не упустил шанса изучить их до мелочей. Интересно, удалось ли тебе разгадать хоть что-то? — она облизнула пересохшие губы и наконец отвела взгляд.

Её губы искривила горьковатая усмешка, а из груди вырвался короткий, безрадостный смешок. Фэн Хуан завела руки за голову и с силой тряхнула волосами, будто пытаясь стряхнуть наваждение.

— До чего же ты любишь поиздеваться, судьба...

Она поднялась из-за стола, достала специальный футляр и аккуратно убрала в него веера. Крышка закрылась на простую, но надёжную металлическую застёжку.

Оставшееся время Фэн Хуан потратила на сон, но он был тревожным и поверхностным. Едва небо на востоке начало светлеть, в дом вернулся Лао Хэй.

— Дацзе, — тихо разбудил он Фэн Хуан. — Всё готово. Одежда сожжена, украшения розданы. Пора отплывать.

Фэн Хуан поднялась с постели и решительно пересекла комнату. Не оглядываясь, она вышла во двор и вместе со своими людьми направилась к неприметному судну, которое носило название «Тихий Ветер». Когда первые лучи солнца коснулись горизонта, корабль с тёмными, поглощающими свет парусами, созданный для скрытного перемещения, бесшумно отошёл от причала.

«Ловец Теней» стоял в полной готовности, ожидая приказа к отплытию, но Ли Вэй не спешил. Тщательно изучив все материалы о капитане-призраке, он теперь анализировал отчёты о нападениях, пытаясь вычислить если не точный маршрут, то хотя бы примерное направление, в котором могла следовать Сюэ Лань.

Однако донесения разведки о подозрительных судах в гавани оказались бесполезными. Ни один из отмеченных кораблей не вызывал серьёзных подозрений. Мысль о том, что флагман пиратов мог безнаказанно скрываться среди обычных судов, заставляла Ли Вэя сжимать кулаки от бессилия. Каждая такая неудача отдаляла его не только от долга, но и от ответов, которые он ждал целое десятилетие.

Наконец в хаосе отчётов ему удалось нащупать тонкую, но многообещающую нить — район, где дерзкие нападения случались чаще всего. Ли Вэй сразу оценил стратегическую выгоду этого места: граница нейтральных вод, где пересекались торговые пути Цзиньлина и Шуйцзэ. Идеальная западня и идеальное укрытие. Решение созрело мгновенно.

— С якоря сниматься! — его команда чётко прозвучала над притихшей бухтой.

Небольшая, но отобранная лично Ли Вэем команда пришла в движение. «Ловец Теней» — быстроходная джонка, созданная для дальних морских походов, — плавно тронулась с места. Её узкий корпус легко рассекал неподвижную воду бухты, словно клинок разрезает шёлк. С каждым мгновением судно набирало ход, острым носом устремляясь в сторону открытого моря, где раннее утро уже заливало горизонт золотом. Вскоре силуэт корабля начал сливаться с линией моря и неба, уходя в туманную даль, навстречу неведомой, но неотвратимой встрече.

Ли Вэй позволил себе спуститься в каюту и ненадолго сомкнуть глаза — бессонная ночь давала о себе знать. Сначала маскарад и встреча, перевернувшая всё с ног на голову. Затем часы, проведённые за изучением донесений о капитане-призраке, который к его большому изумлению была Сюэ Лань. И наконец — мучительные попытки вычислить хоть какой-то намёк на её маршрут. Тело и разум отчаянно требовали передышки. Ли Вэй прилёг. Сон настиг его почти мгновенно, без сновидений, больше похожий на глубокий провал в пустоту.

«Тихий Ветер» стремительно скользил по водной глади, почти не оставляя следа. Лао Хэй, занявший пост у штурвала, твёрдо настаивал, чтобы капитан отдохнула.

— Фэн-ван, вам нужен сон, — его голос звучал не как просьба, а как разумная необходимость. — Если что-то случится, я знаю, что делать. Обещаю, побеспокоим только в крайнем случае.

Фэн Хуан собиралась возразить, но её собственная усталость оказалась сильнее. Она шумно выдохнула, смиряясь.

— Ладно, — коротко кивнула она, бросая на него испытующий взгляд, в котором, однако, мелькнула тень благодарности.

В своей каюте, под мерный скрип корабельных конструкций, она наконец почувствовала себя в безопасности — куда большей, чем в том временном убежище на суше. Прилегла на жёсткую койку, пытаясь упорядочить хаос мыслей: веера, артефакт, внезапно вернувшийся Ли Вэй… Но сознание отказалось подчиняться. Истома взяла верх, и она провалилась в глубокий, бессознательный сон, даже не заметив момента, когда это произошло.