Огни из Средневековья

К сожалению, эта реакция не ускользнула и от взгляда святого отца. Он протер распятие рукавом и осенил девушку крестным знамением.

– Но что же, мне все становится ясно, – начал он поучительным тоном. – Совершенно очевидно, что тебе неприятно видеть и целовать распятие. Это будет задокументировано и доложено инквизитору, который прибудет сюда завтра утром.

– Нет! Вы не так всё поняли. Просто вкус… – попыталась оправдаться девушка, но ее грубо перебил незнакомый мужчина.

– А ну, молчать, ведьма! – крикнул он. – Будешь говорить, когда тебе прикажут. Или, может, сказать моим ребятам, чтобы тебя как следует проучили? Они быстро найдут способ заставить тебя держать язык за зубами. Они здесь все дикие. – Он довольно улыбнулся. – Голодные до женской плоти.

– Спокойнее, прошу вас, Торрес, – нахмурился падре, видя, как охранники приободрились и стали поправлять доспехи. – Я уверен, это дитя Божие просто не знает, кто перед ней стоит. Так ведь, заблудшая душа?

Алисия кивнула, снова опустив глаза.

– Так вот… Я уверен, ты слышала много хорошего про сеньора Торреса Казимиро, начальника местной тюрьмы. Тебе представилась возможность познакомиться с ним лично. Теперь, дитя мое, ты его… так скажем… подопечная. Я полностью уверен в статусе и профессионализме этого человека. Ты в надежных руках.

Девушка подняла голову. Даже беглого взгляда ей хватило, чтобы понять, что за тип перед ней. Мужчина средних лет, невысокого роста, изрядно полысевший, пухлый и пузатый. Судя по виду одежды, крайне неряшливый. Лицо у начальника тюрьмы было очень неприятное: маленькие глазки, нос картошкой, блестящие розовые губы и наметившийся уже третий подбородок.

– Здравствуйте, сеньор Казимиро, – тихо проговорила Алисия, хотя было уже поздновато. – Рада с вами познакомиться.

Начальник тюрьмы похотливо оглядел девушку, быстро сменил гнев на милость и ответил уже совершенно другим тоном:

– Здравствуй, здравствуй, милочка. Не каждый день к нам попадают такие прелестницы. Надеюсь, ты будешь сотрудничать со мной, что может хорошо сказаться на твоем содержании здесь.

– Торрес, ну что вы! Она же почти дитя, – попытался восстановить приличие святой отец. – Побойтесь Бога.

– А я что? Просто говорю, что в наши камеры обычно попадают не такие красивые люди, и всего-то, – широко улыбаясь, ответил начальник тюрьмы.

Послышался негромкий смех троих охранников, который сразу стих от строгого взгляда Казимиро.

Падре поднял крест перед собой и обратился к Алисии:

– Признайся, дочь моя, глядя на это распятие: ведьма ли ты? Продала ли ты свою грешную душу дьяволу? Что он обещал тебе взамен? Красоту? Возможность обольщать мужчин? Скольких ты погубила? Говори!

– Помилуйте, святой отец, да какая же я ведьма? Вы же меня знаете, я Алисия. Работаю в аптеке у сеньора Рэймандо. – Девушка указала на камеру старого аптекаря. – Я не делала ничего плохого. Та женщина на площади умерла не от моего снадобья. Это совершенно точно. Прошу вас, отпустите меня. У меня дома две маленькие сестренки и больная мать. Они без меня пропадут.

– Значит, отказываешься говорить правду? Продолжаешь отрицать свою причастность к колдовству? Ну что ж, это твой выбор. Видит Бог, я хотел избавить тебя от страданий.

– Но я правда не ведьма! Вы что, не видите, что это все ложь?! – крикнула вдруг Алисия.

– Как смеешь ты повышать голос в присутствии начальника тюрьмы? – влез в разговор Казимиро. – Я тебе покажу! – пригрозил он кулаком.

Но священник уже потерял интерес к девушке и направился к камере старого аптекаря.

– Теперь ты, Рэймандо. Твоя очередь целовать распятие. – Падре поднес крест к калитке камеры аптекаря. – И лучше бы это было не как у твоей ученицы Алисии.

Старый аптекарь, не торопясь, подошел к калитке, вдруг схватил руку священника так, что у того выступила испарина на лбу, и поцеловал распятие.

– Доволен? – спокойно спросил старик.

Священник с трудом высвободил руку с крестом и, прожигая аптекаря ненавидящим взглядом, дрогнувшим голосом произнес:

– Рэймандо, подтверждаешь ли ты, что всячески покрывал ведьму, известную как Алисия? Помогал ей готовить дьявольские пойла? Подтверждаешь, что принял присягу перед лицом Люцифера?

– Что ты несешь-то, отец Сантус? Какая ведьма? Какой Люцифер? Мы простые аптекари, неужели ты забыл? Так может, тебе напомнить, что ты каждый месяц приходишь ко мне за отваром, помогающим тебе возлежать с женщиной? Я только из уважения к авторитету церкви никому об этом не рассказывал.

Охранники хрюкнули, сдерживая смех. Начальник тюрьмы расплылся в невольной улыбке, но, смутившись, кашлянул в кулак. Алисия покраснела и, опустив глаза, улыбнулась. Падре не знал, куда ему деться от стыда. Сначала он побледнел, потом побагровел, вид у него при этом был свирепый.

– Что ж, – пробормотал он, – так я и думал, что старик будет покрывать ведьму. А значит, они заодно. – И, развернувшись, с деловым видом направился к лестнице. – Учтите, весельчаки, завтра утром прибудет инквизитор. Увидим, кто тогда посмеется. Обо всех ваших деяниях будет доложено. И да пощадит Бог ваши заблудшие души, – закончил он, перекрестившись.

Падре спешил как можно скорее покинуть узилище. Два стражника, все это время переминавшиеся на лестнице, повернулись и зашагали вниз, освещая путь факелами. Предпоследним из коридорчика вышел начальник тюрьмы, продолжая улыбаться в спину падре. Замыкал процессию молодой стражник.

– Сеньор! Отец Сантус! – крикнула Алисия. – А как же моя семья? Что с ними?

Святой отец остановился на секунду и задумался:

– С ними все будет хорошо. Я лично позабочусь об этом, – ответил он и продолжил спускаться.

Через минуту в тюремной башне наступила тишина.

Глава 6. Появление Огнивы

Город плавно накрыла темная ночь. После ухода падре с начальником тюрьмы в башню никто больше не поднимался. Алисия и Рэймандо перекликнулись несколькими фразами и замолчали. Каждый думал о своем.

Пожилой человек размышлял не о том, что с ним сделают, когда в город прибудет инквизитор, а об аптеке, в которую он вложил всю свою жизнь. Что теперь с ней будет? А возможно, уже сейчас там не только не осталось трав и снадобий, но даже камня на камне. Узнав, что владельца посадили в тюрьму, нечистые на руку горожане могли ее попросту разграбить, а следы своих деяний сжечь. И тогда дело всей его жизни погибло. Вот так, в один миг, за одно утро. Будто и не было бессонных ночей с переживаниями, бережного собирания трав, кропотливой работы над созданием новых лекарств, призванных облегчать страдания и продлевать жизни. А сколько ему, Рэймандо, пришлось дать взяток пожилому чиновнику за то, чтобы тот разрешил построить аптеку именно на площади, где постоянно многолюдно! Наверное, того чиновника уже и в живых-то нет.

Алисия все время думала только о своих маленьких сестрах и о больной матери. Она надеялась, что сеньор Рэймандо прав и сестренки смогут позаботиться не только о себе, но и о маме. Алисия их все время учила быть самостоятельными, сильными, учила защищать друг друга и то, что им дорого. Но все же… они ведь совсем еще дети. Бедные Лаура и Кристина!

Алисия сидела на полу, подложив под себя немного соломы. Голова ее была опущена. Она смотрела на свои руки, которыми перебирала край старого платья. Спать не хотелось: она уже достаточно выспалась за день.

Вдруг девушка услышала тихий шум снизу. Алисия подняла голову. Было очень темно и ничего не видно уже на расстоянии вытянутой руки. Алисия притаилась и прислушалась. Кто-то явно был внизу, хотя входную дверь точно не открывали: она так ужасно скрипела, что этого просто невозможно было не услышать.

Вскоре до слуха Алисии донесся звук шагов – практически невесомых, будто пума аккуратно ступала по песку. Даже не шагов, а шорохов. И они приближались.

И вот из-за поворота лестницы показалось зарево. Красно-желтый свет нарастал, становясь все ярче. Алисия ждала, когда появится человек, но никого не было. А шаги всё приближались, и свет горел уже очень ярко.

Может быть, посетитель вошел в башню каким-то потайным путем, а не через главную дверь? Алисия протерла глаза. Что же этот таинственный гость никак не войдет?

– Да кто там?! – не выдержала она.

Крик разнесся эхом по башне.

– Я отлично слышу, как ты топаешь. Да и свет факела видно. – Девушка замолчала, чтобы дать посетителю возможность все обдумать и выйти. – Ну покажись уже. Сколько можно подниматься?

Но этот крик ни на что не повлиял. Шаги так и продолжали звучать, а свет все так же играл на стенах. Лишь теперь Алисия почувствовала запах табака. Она сразу узнала его. Этот был тот самый аромат, который она уловила сегодня утром по пути в аптеку.

– Я помню этот запах! – крикнула Алисия. – Кто вы?

Девушка ждала ответа, но тщетно.

– Как вы сюда попали? – снова крикнула она. – Эй, сеньора, вы слышите меня?

Ничего не изменилось: шаги продолжали звучать, а свет продолжал двигаться за поворотом лестницы. Сладкий дым табака распространился вокруг. Скорее всего, его уже почувствовал и пожилой аптекарь.

– Сеньор Рэймандо! Сеньор Рэймандо! – позвала Алисия своего наставника. – Вы чувствуете этот сладкий запах? Такой же аромат шел от странной сеньоры, которую я видела утром. Помните, я вам рассказывала? Сеньор Рэймандо, вы слышите?

Никто не ответил. Девушка не могла видеть аптекаря: его камера находилась дальше от света, и сейчас он был в полной темноте. Алисия прислушалась. Кроме шагов на лестнице, она отчетливо слышала, как во сне сопит Рэймандо.

– Рэймандо, проснитесь же! Да что здесь происходит? – с тихим отчаянием произнесла девушка. – Никто не отвечает. Меня что, не слышно? Я кричу уже во все горло, а ответа так и нет.

После этих слов свет на лестнице внезапно потух. Шаги смолкли. Алисия притаилась и уже пожалела, что накричала на невидимого гостя. Затаив дыхание, она ждала, что будет дальше.

– Здесь есть кто-нибудь?

– Здравствуй, Алисия! – раздался мягкий женский голос прямо за ее спиной.

Девушка, никак не ожидавшая звука из-за спины, вздрогнула и даже взвизгнула. В один прыжок она оказалась в другом конце камеры.

– Кто здесь?!

– Не нужно так кричать, я тебя прекрасно слышу, – спокойно ответил приятный голос.

Алисия поднялась на носочки и закричала что было сил:

– Сеньор Рэймандо, проснитесь же! Тут кто-то есть! Я ее слышу! Это какая-то чертовщина!

Раздался переливчатый смех – такой безмятежный и веселый, что к страху Алисии примешалось смущение. «И правда, чего это я так ору?» – пронеслось в голове.

– Твой наставник Рэймандо спит и не слышит тебя, – наконец ответила незнакомка. – Не пытайся его разбудить – это бесполезно. Что бы ты ни делала, он не проснется, пока я не скажу. Поэтому успокаивайся и давай знакомиться.

Алисия от страха была готова лезть на стену, в которую она вжалась всем телом. Мысли отказывались выстраиваться в логическую цепочку. В голове панически скакали бессвязные вопросы: «Кто тут?.. Как она сюда… Откуда она?..»

– Ну же, Алисия, я слышу, что ты хочешь спросить. Давай, я жду, – произнесла не видимая в темноте гостья и громко выдохнула струю табачного сладковатого дыма. – Не бойся, я не кусаюсь!

Алисия протерла глаза, сглотнула и наконец выпалила:

– Кто вы такая? Как вы попали в мою камеру? Она же закрыта на засов!

– Давай я тебе попробую ответить на первый вопрос, а на остальные ты сможешь ответить сама. – Незнакомка явно улыбалась. Ее голос был спокойный и приветливый. – Ну а если не сможешь, то я тебе помогу.

Алисия наконец разглядела огонек сигареты, который поднялся и загорелся ярче. В этот момент лицо незнакомки слегка осветилось. Стали видны ее красивые и в то же время жутковатые в полумраке черты. Она выдохнула дым в потолок и спокойно произнесла:

– Будем знакомы: я Огнива, дочь Люцифера.

Гостья замолчала, а Алисия стояла с приоткрытым ртом и ждала продолжения, но вскоре поняла, что его не будет, если она не поддержит разговор.

– Дочь Люцифера? А вы себя хорошо чувствуете? Только вы не подумайте ничего плохого. Просто я работаю… – Девушка осеклась. – Вернее, работала до сегодняшнего дня в аптеке. И умею делать различные отвары, которые помогают от многих недугов. Не уверена, что смогу найти нужный рецепт от вашего, но облегчить страдания точно получится.

– Ты думаешь, я сошла с ума, да, Алисия? – В голосе незнакомки появились металлические нотки.

– Нет, что вы. Я же этого не сказала. Просто предположила, что вам нужна помощь, которую я могла бы оказать. Только и всего.

– Она мне хочет помочь. – Гостья готова была снова рассмеяться. – А мне показалось, что это тебе нужна помощь. Возможно, именно поэтому я здесь. Понимаешь, Алисия? Я пришла помочь тебе.

Алисия открыла рот, чтобы ответить странной посетительнице, и вдруг увидела, кроме сигаретного, еще два огонька. Они постепенно увеличивались, освещая лицо в капюшоне. Глаза незнакомки горели огнем – это нельзя было ни с чем спутать. Настоящие огоньки играли на ее лице, не обжигая кожу.

Затем женщина развела руки в стороны и подняла голову вверх. Тут же ее тело охватил огонь, осветив не только камеру Алисии, но и весь этаж. Горело буквально все: ее одежда и тело. Но, похоже, огонь не причинял ей вреда. Алисия еще сильнее вжалась в угол камеры.

– Люди! – заговорила гостья высокопарно. – Вы всегда так недоверчивы! Подавай вам доказательства, и все тут. Я, могущественный демон, должна кому-то доказывать, что я действительно демон. Вот! Смотри и трепещи, Алисия! – Женщина огненными руками сняла капюшон. – Я дочь князя тьмы. Я принцесса из ада. Огонь – моя стихия!

Огнива сделала шаг навстречу Алисии, и девушке стало невыносимо жарко. Еще немного – и огонь начнет обжигать ее, а кислорода для дыхания практически не осталось. Алисия хотела прикрыть лицо ладонями и отвернуться от почти невыносимого жара, но не смогла пошевелиться. Ни одна мышца в теле не подчинялась ей. Только глаза продолжали ее слушаться, но это вряд ли могло сейчас помочь.

«Пощадите! – взмолилась девушка про себя, чувствуя, что еще немного – и она потеряет сознание. – Я задыхаюсь…»

Ее просьба как будто была услышана: тело гостьи потухло, и только огоньки в глазах продолжали гореть. Невыносимый жар улетучился, но Алисия все еще не могла владеть своим телом. Огнива подошла к ней вплотную, пристально всматриваясь в ее лицо горящими глазами.

– «Пощадите», говоришь? Так и быть, сделаю тебе одолжение. Но помни, с кем ты говоришь и что говоришь. – Гостья поднесла мундштук к губам и затянулась. – И да, я читаю твои мысли, так что будь осторожнее.

«Боже! Она демон и умеет читать мысли. Нужно быть внимательнее. Она из ада, – пронеслось в голове Алисии. – Что теперь делать? За что мне это наказание?»

– Да расслабься ты, девочка, – ободряюще ответила Огнива на мысли Алисии. Глаза ее потухли, и в камере снова стало темно. – Я ничего тебе не сделаю. Я же пришла помочь, помнишь? Об этом я две минуты назад говорила.

Алисия почувствовала, что может вновь управлять своим телом, и с облегчением выдохнула, но не слишком сильно, чтобы гостья не подумала ничего такого, что могло бы ее разозлить. Девушка чувствовала, что вот-вот расплачется. Еще мгновение – и слезы хлынули ручьями по щекам. Алисия медленно опустилась на колени и закрыла лицо руками. Огнива, видимо привыкшая к такой реакции людей на ее появление, спокойно смотрела и молчала.

Наконец поток слез иссяк. Алисия посмотрела на Огниву и произнесла с обидой:

– За что? Почему ты пришла ко мне? Я что-то натворила – и ты заберешь меня в ад? Это все из-за этой сеньоры Дельгадо? Но я же не виновата. Я ее не травила. Я дала ей обычную смесь из трав от боли в животе. – Поток слез снова стал усиливаться. – Теперь я настоящая грешница?

Огнива, до этого с серьезным лицом наблюдавшая за девушкой, разразилась переливчатым смехом. Потом подошла к Алисии, села перед ней на корточки и указательным пальцем провела по ее щеке. От этого прикосновения слезы сразу же испарились, но сама Алисия не чувствовала жара.

– Глупышка, – наконец произнесла Огнива, широко улыбаясь. – Я пришла не поэтому. И сразу хочу тебя предупредить, что это не сон. Ты не спишь, находишься в сознании и даже не сошла с ума. Это я тебе говорю совершенно точно. Если когда-нибудь начнешь в этом сомневаться, я смогу причинить достаточно боли, чтобы доказать…

– Я не… – попыталась оправдаться Алисия, но Огнива положила ей палец на губы.

– Я еще не закончила. Имей хоть немного уважения к принцессе, не перебивай меня. – Гостья слегка нахмурилась, но улыбка говорила о том, что она вовсе не злится. – Это не сон и не сумасшествие. Все, кому я являюсь, первым делом начинают предполагать, что они либо чокнулись, либо спят. Приходилось делать им больно, чтобы эти мысли не посещали их головы. А так как я не хочу доставлять такой милой девушке болевых ощущений, я сразу тебя предупредила.

Алисия сделала глубокий вдох, чтобы что-то сказать, но вспомнила о предупреждении и промолчала. Огнива продолжила:

– Что касается твоего вопроса, почему я пришла к тебе – я прихожу к тому, к кому пожелаю. Это совсем не обязательно должен быть убийца, насильник или еще какой-нибудь грешник. Совсем нет. Я навещаю тех, кого считаю нужным навестить. У меня есть свои причины и резоны, которыми я не буду с тобой делиться, но могу заверить, что ты не грешница. Я в курсе произошедшего на площади. Я там была и даже знаю, что ты меня видела. – На лице Огнивы появилась широкая улыбка. – Хотела тебя немного подразнить. Еще я знаю, что ты не виновата в смерти Ракуэль. Она подхватила страшную заразу на улице. Не буду вдаваться в гнусные подробности, но от этой заразы она и померла. И желательно, – принцесса из ада сморщила носик, – ее тело не трогать, чтобы самой не заразиться этой мерзостью.

– Если я не грешница и ты знаешь, что я не виновата в смерти сеньоры Дельгадо, то почему ты пришла ко мне? Я так и не поняла, – воспользовавшись паузой, спросила Алисия.

Огнива поднялась, щелкнула пальцами – и по периметру камеры побежал огонь, будто там разлили масло и подожгли. Алисия отшатнулась от стены, чтобы пламя не задело ее.

При таком освещении она могла хорошо разглядеть свою гостью. Это была высокая и стройная девушка. Очертания ее фигуры угадывались под свободно ниспадавшим плащом. Немного бледное лицо Огнивы было красиво не только по меркам этого маленького города, но даже по меркам столицы, а то и страны, а может, и всего мира. Гармоничные черты, кожа без малейшего изъяна, большие глаза с игривой искоркой в зрачках, ярко-алые пухлые губы. Алисия обратила внимание на руки гостьи: узкие изящные ладони, длинные пальцы без украшений с заостренными ярко-красными ногтями. В одной руке Огнива держала мундштук с зажженной сигаретой, которая, похоже, никогда не заканчивалась. Сквозь идеально черные прямые волосы ее на голове проступали маленькие белые рожки. Они не портили, а даже, наоборот, дополняли гармонию идеального лица.

Огнива, с удовольствием наблюдая за восхищенным взглядом Алисии, повернулась вполоборота, демонстрируя выглядывавший из-под плаща длинный, как у пумы, хвост. Его кончик лежал на полу, игриво извиваясь. «Она безупречна», – с восторгом подумала Алисия.

– Ах, спасибо, дорогая. – Огнива широко улыбнулась и кивнула. – Стараюсь следить за собой. Хотя я такой была всегда. Ты же не забыла, что я тебе говорила про мысли? – радостно воскликнула она, видя удивление на лице девушки. – Я читаю твои мысли, так что не нужно удивляться моему ответу на них. Продолжу отвечать на твои вопросы, Алисия, чтобы исключить все недомолвки. А кое-что и повторю. Вы, люди, такие рассеянные, все приходится повторять по несколько раз! Я пришла к тебе, потому что так решила. И все тут. Это мой выбор. Я, как принцесса, вольна выбирать себе кого угодно в этом мире. Сегодня мой выбор пал на тебя. И это для тебя большая честь. Хотя я один из самых могущественных демонов, все-таки и у меня есть некоторые ограничения. Чтобы находиться в физическом мире, мне нужен носитель. Я должна вселиться в живого человека. Конечно, – Огнива сделала недовольное личико, – в вашем мире я могу долго существовать и так – вы, люди, называете это состояние привидением. Но это страшно неудобно. И вообще это не мой уровень. Так что я нахожу себе человека, с которым готова быть в вашем мире. – Принцесса из ада развела руки в стороны. – Ну а человек становится одержим демоном со всеми вытекающими последствиями.

– И какие будут последствия?

– Все просто: человек выполняет мою волю, то есть делает, что я скажу, и обладает практически безграничной силой демона. Вернее, обладаю я, но выглядит это так, будто человек сам все делает. – Огнива подняла бровь. – И, предвидя еще один твой вопрос, сразу же на него отвечу. – Она подошла к стене, провела по ней рукой – и стена тут же загорелась до самого потолка. – Моя воля и цель всегда одна: забрать как можно больше проклятых душ в ад, где они будут страдать вечность. Ну а ты мне в этом поможешь.

– Но что, если я откажусь помогать? – спросила Алисия, которой совсем не хотелось быть марионеткой в руках демона, пусть даже такого красивого и могущественного.

– Такого быть не может. Я контролирую тебя всецело. И твоей жизнью владею тоже. – Огнива легкомысленно махнула рукой. – Но до этого не дойдет, я надеюсь. – Она увидела очередную вспышку страха в глазах Алисии и поспешила ее успокоить: – Если все пройдет гладко, я тебя отблагодарю. Ты не будешь ни в чем нуждаться до конца жизни. Как мне кажется, это разумное предложение, не требующее дополнительных объяснений.

Алисия не стала реагировать на эти слова. И так стало понятно, что от ее мнения ничего не зависит. Поэтому она тихо произнесла:

– Огнива, ты сказала, что пришла помочь мне. Помочь чем?

– Ах да, про это. Как я говорила, я знаю, что ты не виновата и тебя незаконно держат в этой ужасной башне. Но я также знаю, что против тебя зреет коварный замысел. Тебя и твоего аптекаря хотят сжечь на костре. Они намерены устроить показательную казнь, чтобы вселить страх в горожан. Хочу спасти тебя от мучительной гибели, а взамен получить прогнившие души этих людей.

– Кто же хочет моей казни?

– Это ведь очевидно: ваш падре вместе с инквизитором, который, кстати, уже скоро прибудет в этот город.

– Отец Сантус? Но я ничего ему не сделала. За что он так со мной?

– Говорю же, им нужно вселить страх в людей, чтобы контролировать свою паству. А ты удачная для этого жертва.

Теперь языки пламени поднялись до потолка по всему периметру камеры, образовав огненную клетку.

– Но они еще не знают, что для них приготовила Огнива. Это я здесь буду собирать свою черную паству! – Глаза демоницы вспыхнули ярким пламенем. – Мы с тобой, Алисия, развлечемся. И веселье начинается прямо сейчас.

Принцесса из ада повернула голову в сторону лестницы и засмеялась резким смехом, от которого Алисия вздрогнула: ей показалось, что по спине провели ледяным металлическим прутом. Затем раздался негромкий хлопок – и Огнива исчезла. В камере снова стало темно. Огонь потух, не оставив следов и даже запаха гари.

В этот момент по тюремной башне эхом разнесся звук открывающейся входной двери. Алисия, стараясь что-нибудь разглядеть, тихо позвала Огниву, но та не ответила. Послышался лязг доспехов: охранники взбегали по лестнице. Были слышны их недовольные голоса и даже ругань. Наконец мужчины показались из-за поворота лестницы, освещая темницу факелами.

Всё те же трое охранников, которые днем сопровождали падре и начальника тюрьмы, запыхавшись, подбежали к решетке камеры Алисии.

– Ведьма! – закричал старший. – Откуда здесь огонь?! Отвечай немедленно!

От криков и шума проснулся аптекарь.

– Да вы что, вина, что ли, перепили в своей казарме? – подал он голос. – Какой огонь? Мы спали в кромешной тьме.

– Не ври нам, старик. Один из наших своими глазами видел, как из этой камеры, – старший ткнул пальцем в зарешеченное окно, – вырывался огонь.

Алисия отошла к окну и прижалась спиной к стене, в страхе качая головой.

– Отвечай немедленно: где взяла огонь? Или мы за себя не отвечаем.

– Тут нет никакого огня, мы… – испуганно пролепетала Алисия.

– Я вижу, что нет, – грубо перебил ее старший охранник. – Но я также знаю, что мои люди не врут. Даю тебе одну секунду. Или ты говоришь, куда спрятала то, чем разжигала тут огонь, или тебе не поздоровится.

– Это не я! – в ужасе закричала Алисия и закрыла лицо руками. – Это все Огнива! Это ее огонь!

– Ты нас за дураков, что ли, держишь? Какая еще Огнива?! Тут, кроме тебя, – охранник резко поднял руку, указывая на камеру аптекаря, – и этого старого болвана, никого нет. И что это за дурацкое имя такое – Огнива? Как ты его придумала-то, ведьма?

Алисия уловила негромкий хлопок совсем рядом, а затем увидела за спинами охранников Огниву, из глаз которой вырывались языки пламени.