Тропа, ведущая к тебе

— А тебя это волнует? — Она вскинула бровь. — Моё личное дело.

— Волнует. — Егор сунул руки в карманы. — Вы оба — мои сотрудники.

— Ах, ну да. Заботливый начальник. — Она усмехнулась. — Говорили о работе и о тебе, какой ты замечательный.

И шагнула внутрь, закрывая дверь.

— Пока.

Щелчок замка. Егор на мгновение задержался перед закрытой дверью, после чего развернулся и направился в свой номер. Оказавшись у входа, он произнес негромко, но достаточно отчетливо, чтобы быть услышанным:

— Я за стенкой. Если что.

Вероника прислонилась спиной к двери, закрыла глаза.

— Да уж. Ну и работка.

Она быстро приняла душ, смыла с себя остатки дня, переоделась и рухнула в кровать; едва голова коснулась подушки, как она провалилась в сон.

Глава 6

Вероника открыла глаза. Сквозь занавески в номер уже пробивалось яркое африканское солнце. Она сладко потянулась, и рука спросонья дёрнулась, глухо ударив костяшками о стену, и замерла.

Ну вот. Сейчас подумает, что я к нему стучусь.

С той стороны — тишина. Спит. А пора бы уже вставать. Постучала ещё раз, уже нарочно, для конспирации. Она пошла в душ, услышала ответный стук в стену и невольно улыбнулась.

Потом сквозь шум прорезался другой звук. Выключив кран, Вероника прислушалась. Стук повторился: требовательный, но негромкий, уже в дверь. Наскоро обернувшись полотенцем, она пошла к двери, оставляя за собой дорожку мокрых следов.

— У тебя всё хорошо? — голос Егора.

Она подошла к двери, не открывая:

— Да. Я из душа вышла. Ну зачем я это сказала?

— О‑о‑о, — его голос стал тягучим. — Так ты меня в душ звала?

— Вот кто бы сомневался. У тебя свой есть, разве нет?

— Представляешь, сломался. А ты как знала.

— Ладно, хватит, — она усмехнулась, прижимаясь лбом к двери. — Стучала, чтобы ты на завтрак не опоздал. Как обычно.

— Моя версия мне нравится больше.

— Не сомневаюсь. Всё, я ушла.

Она отошла от двери и быстро оделась. Волосы стянула в высокий хвост, привычными движениями нанесла на лицо и руки средства от солнца: кожа у неё была загорелой, но местное солнце не щадило даже тех, кто жил здесь годами. Мзунгу есть мзунгу.

Надела любимый свободный костюм из светлого льна и хлопка, закрывающий руки и ноги. Так она одевалась почти всегда: удобно, практично. Вышла из номера, на ходу застёгивая поясную сумку, — и замерла. Егор сидел на стуле напротив её двери. Лениво поднял голову, улыбнулся.

— Ты что, меня всё это время ждал?

— Да не так уж и долго, — он поднялся, отряхнул брюки. — Ты для девушки очень быстро собираешься. Его взгляд медленно скользнул по ней снизу вверх.

Она прищурилась и повернулась к двери.

— Или ты мне соврала про душ? — он чуть склонил голову. — Чтобы заинтриговать?

Вероника закрыла дверь, повернулась к нему и усмехнулась:

— Как мало нужно, чтобы тебя заинтриговать.

Он развёл руки и пожал плечами. Улыбка стала ещё шире.

— Ну вот. Не будешь ты первым на завтраке, — продолжала Вероника.

— Ха. Такой задачи у меня и не стоит.

Она посмотрела на него — серьёзно, без улыбки.

— Зачем ты меня ждал? Чтобы вместе прийти?

— Ник... — Он выдержал паузу. — Ты проницательная, но нет. Просто не хотел, чтобы ты одна шла и была последняя.

— Вот и что мне с тобой делать? — Она выдохнула и, качнув головой, пошла по тропинке, не дожидаясь его.

Утро только набирало силу, воздух ещё хранил ночную прохладу, где-то перекликались птицы. Даша сидела за столом, уткнувшись в планшет. Вилка в её руке на мгновение замерла над тарелкой с яичницей — она заметила Егора. Брови взлетели вверх, глаза округлились.

— Глазам не верю. Что ты с ним сделала?

— Ничего, — Вероника уселась напротив. — Пришлось немного постучать.

— Просто она нашла, чем меня заинтриговать, — добавил Егор, устраиваясь рядом. — Чтобы поднять с кровати.

Вероника посмотрела на него, не моргая, и глубоко вздохнула. Он выдержал её взгляд ровно секунду, потом отвёл.

— А где все остальные? — спросил Егор у Даши.

— Женя бегемота снимает, — отозвалась та. — Стас задержится, но к выезду будет. А Саша...

Она кивнула куда-то за их спины. Вероника обернулась: по тропинке шёл взъерошенный Саша с камерой на плече.

— Всем привет, — он махнул рукой и задержался взглядом на Веронике чуть дольше.

— Привет, — ответила она.

— Привет, — бросил Егор, не поднимая глаз.

Вероника покосилась на него и невольно усмехнулась. Он едва заметно качнул головой, мол, ничего смешного, и демонстративно уткнулся в меню.

Позавтракав, все быстро собрались: рюкзаки на плечи, снаряжение проверено. Вскоре они уже подъезжали к парому. Собравшись вместе, все направились на поиски животных — впереди ждала работа. Так и вышло. Едва судно отчалило, как прямо по курсу показалось целое семейство бегемотов. При приближении лодки туши уходили глубже, над водой оставались только глаза и ноздри, торчащие, словно перископы.

На палубе закипела работа. Саша и Женя рассредоточились по бортам, выцеливая кадры. Гид затянул рассказ на смеси английского с суахили. Вероника переводила почти синхронно, бросая Егору короткие факты, а тот уже упаковывал их в свою фирменную иронию для камеры.

Егор находился в кадре, Вероника — за его пределами. Они не касались друг друга, но воздух между ними словно уплотнился. Стоило ей заговорить, подавая реплику на русском, как он чуть поворачивал голову на её голос. Их взгляды встречались на долю секунды, и почти синхронно уголки губ ползли вверх.

— Бегемоты — одни из самых опасных животных Африки, — вещал он, косясь на удаляющиеся спины. — Убивают больше людей, чем львы. Крокодилы, правда, тоже в этом рейтинге не отстают. И как раз одного такого красавца мы сейчас видим, — он мотнул головой в сторону берега.

Там, на песчаной отмели, грелся огромный, неподвижный крокодил.

— Ну и пускай там себе лежит, — усмехнулся Егор. — Гид говорит, около четырёх метров, — добавил он, вглядываясь. — Даже отсюда видно, какая мощь. А хвост...

Огромная розовая, влажная пасть, усаженная кривыми клыками, распахнулась в медленном, почти ритуальном зевке. Егор замер на секунду. Ровно на ту паузу, которую берут опытные ведущие, чтобы зритель прочувствовал момент. А потом в камеру полетела его фирменная ухмылка:

— А вы видели эту улыбку?

Пока Женя отрабатывал крупный план, Саша снимал другое: общие виды, природу, лодку — всё, что останется за кадром основного выпуска. Это была фирменная фишка Егора: одни видео — только он, его маршрут, его эмоции, которые зритель может повторить шаг за шагом; другие — вся команда, их реакции, живые моменты, то, что сейчас происходило за спиной у ведущего. Веронике это было непривычно. Переводчики редко попадают в объектив, и её это более чем устраивало. Даже нравилось наблюдать со стороны за тем, как рождается это кино.

Вскоре появились слоны: величественные и неспешные, они спускались к воде, полностью игнорируя лодку, словно люди для них были лишь незначительной рябью, не заслуживающей внимания.

Солнце стояло высоко, и водная прогулка близилась к финалу. Егор повернулся к камере уставший, но с горящими глазами.

— Что я могу сказать? Это точно стоит того. Эмоции переполняют. Ты находишься на расстоянии вытянутой руки от таких гигантов и понимаешь: вас разделяет лишь этот кораблик. Всё. — Он сделал короткую паузу, собирая мысли. — Хочется пощекотать нервы и увидеть животных в дикой среде? Тогда вам определённо сюда.

Саша держал её в кадре: Вероника что-то переводила, указывала рукой на воду, смущённо хихикала. Случайно обернувшись, она перехватила взгляд Егора. Внимание ведущего было приковано отнюдь не к бегемотам. Знакомое лицо вдруг напряглось, уголок рта нервно дёрнулся. Он смотрел на неё так, будто она говорила на языке, которого он не знал.

— А вот наш несравненный Егор! — Вероника заметила его взгляд и широким жестом указала в его сторону, выручая и Сашу с кадром, и себя. — Лучше, чем он, никто не расскажет.

Егор усмехнулся, но глаза остались колючими.

— Спасибо. Но я смотрю, ты и без меня неплохо справляешься.

— Мы с гидом диалог снимали, — пояснила она, подходя ближе. — Для бэкстейджа.

Егор сохранял молчание, не отрывая от нее пристального взгляда.

Вероника сглотнула:

— Можешь не волноваться, — она слегка коснулась его локтя, едва ощутимо. — Не заберу я твой хлеб. Не уведу твоих фанаток. Мне переводчиком больше нравится. И потом, ты французский до конца так и не выучил. А вот английский у тебя отличный.

Он улыбнулся сначала нехотя, потом шире; раздражение отступало, и она видела это по его глазам.

— Егор, всё хорошо? Или ты и русский забыл?

— Первый раз за всё это время мне нечего тебе ответить.

— Ах, какая жалость! А я только на беседу настроилась, — она отступила немного назад. — Ладно. Я ещё нужна? Как переводчик, — тут же уточнила она.

Он открыл рот, но она уже выставила ладонь вперёд.

— Ай, какая ты! — Он наигранно всплеснул руками. — Успела уточнить и даже слова не дала вставить. Всё уже отсняли. Отдыхай. — Он выдохнул, развернулся и пошёл к другому борту. Спина прямая, походка чуть более размашистая, чем нужно для прогулочного катера. Вероника смотрела ему вслед, он не обернулся. Паром медленно подплывал обратно к причалу.

Глава 7

Взгляд Егора выхватил Веронику у джипов: она со смехом подалась к Саше, почти касаясь его плеча. Челюсти рефлекторно сжались до боли в скулах. Он резким движением поправил очки так, что они едва не хрустнули, и сел на заднее сиденье.

Стас молча плюхнулся рядом, хлопнул его по плечу и, перехватив взгляд друга, уходивший к соседнему джипу, буркнул:

— В той машине мест нет. Саша сам попросился. Сказал, девчонкам скучно.

Егор прикрыл глаза на долю секунды, а затем снова посмотрел в окно второй машины. Вероника сидела у окна, рядом — Даша. Он выдохнул:

— Понятно, — бросил Егор и достал телефон.

Экран пестрил уведомлениями; он пролистал их вниз, потом обратно и бросил телефон экраном на колени.

За стеклом проносились выжженные поля, одинокие акации, стаи птиц. Мотор гудел ровно, убаюкивал.

Стас помолчал минуту, выбивая пальцами дробь по колену, и всё‑таки спросил:

— Егор, — голос Стаса выдернул его из оцепенения. — С тобой точно всё нормально? Ты странный в этой поездке. Я ещё после первой встречи хотел спросить... Это та самая Вероника?

Плечи Егора напряглись, во рту пересохло. Он открыл бутылку и выпил всё до дна в несколько глотков. Вода была тёплой и не принесла облегчения.

— Да, — выдохнул Егор.

Стас замолчал.

Егор снова уставился в окно, но вместо саванны увидел полумрак своей старой комнаты: на дворе 2008 год.

Он тогда праздновал экватор. Родители уехали, огромная квартира была в его полном распоряжении, и он позвал к себе, кажется, половину курса: музыка, выпивка, шум.

Спустя пару часов он поднялся к себе. На двери висела его же табличка «НЕ ВХОДИТЬ». Егор толкнул дверь по инерции и услышал властное, совершенно не допускающее возражений:

— Видишь же написано: «Не входить»? Занято.

Он даже вышел машинально, сделал шаг назад в коридор, и только там до него дошло. Вернулся.

— Ты уж извини за беспокойство, — усмехнулся он, — но это моя комната.

— Я думала, это Кирилл меня нашёл! — произнесла она еле слышно, и в её голосе прозвучало облегчение.

Она подняла глаза. В полумраке, в узком луче настольной лампы, они блеснули глубоким, холодным голубым цветом. И он замер. Эти глаза он уже видел — там, в бассейне, когда очнулся и увидел её сосредоточенной, спокойной, спасающей ему жизнь.

— Зачиталась, — она захлопнула книгу и виновато пожала плечами. — Извини. Я уже ухожу.

— Кирилл — это твой парень?

— Нет, это недоразумение одно.

Уголки его губ ползли вверх.

Она подошла и поставила книгу на место, по-свойски, не спрашивая, куда именно, как будто делала это сто раз. Его это зацепило.

Егор шагнул вперед, загородив ей дорогу.

— Меня, кстати, Егор зовут.

— Вероника.

Она ответила на рукопожатие — нежное и уверенное.

— Приятно познакомиться. Это, кстати, ты меня спасла в бассейне? Спасибо.

Егор заметил, как она задумалась, вглядываясь в его глаза. Он приподнял бровь:

— Или ты за этот месяц не только меня спасла?

И в этот момент он увидел, как её губы дрогнули в лёгкой улыбке.

— Да не за что. Там было много претендентов на роль спасателя.

— Но спасла именно ты.

— Я просто была рядом.

Была рядом.Внутри что-то сжалось — не от волнения, а от странного, совершенно незнакомого чувства. Она была другой. Её уверенность сбивала с толку.

— Хочешь остаться? Я не против.

— Нет, я домой.

Он не хотел, чтобы она уходила. Спросил первое, что пришло в голову.

— Что читала?

Она вдруг оживилась, глаза загорелись; он впервые видел, чтобы кто-то так говорил о книгах.

— «Граф Монте‑Кристо». В оригинале. Ты знаешь французский?

— Нет. Отцу подарили. Давно хочу выучить, но нет хорошего учителя.

Всё сложилось в одну секунду.

— А может, ты меня научишь? Будешь моим репетитором?

Она помедлила. Он успел испугаться, что сейчас откажет.

— У меня уже есть работа. Но в принципе... я могла бы.

Он тогда обрадовался как мальчишка. Поймал её — и уже не хотел отпускать.

Снова за окном появились саванны.

— И всё же отпустил, — произнёс он одними губами.

— Ты что‑то сказал?

— Да, это она. Спустя столько лет. Я сначала подумал, что это всё сон или ты всё специально подстроил. Но когда мы с ней поговорили, я понял: жизнь так над нами подшутила. И вот она так близко, но при этом...

— Только не говори, что ты к ней до сих пор что‑то чувствуешь. Спустя столько лет, а...

Пронзительный взгляд Егора заставил Стаса замолчать.

— Не произноси это вслух. Пожалуйста. Я сам не знаю, что со мной происходит.

Егор сжал переносицу.

— Я знаю, что не имею права, а теперь ещё и Саша. Не могу видеть их вместе.

— А‑а‑а, — протянул Стас. — Вот оно что.

Егор тяжело вздохнул и закрыл глаза.

— Ладно, — он попытался улыбнуться. Уголки губ не слушались — улыбка вышла кривой. — Не будем об этом. Что у нас дальше по плану?

Стас задержал на нём взгляд, но спорить не стал.

— Дальше у нас парк Кибале. Шимпанзе.

— Отлично, сейчас сконцентрируюсь на работе, — его голос немного повеселел.

— К тому же я очень давно хотел увидеть шимпанзе. Именно здесь.

Болтая, они и не заметили, что уже приехали к отелю. Рука Егора замерла на двери: он увидел за окном, как Вероника с Дашей выходят из другой машины. Ветер нежно трепал её волосы. Она, увлечённо что-то рассказывая Даше, машинально убирала пряди обратно, собирая их в хвост. Его кольнуло: спустя столько лет она делает это так же. Он открыл дверь, заметил взгляд Вероники, ничего не сказав, прошёл мимо.

Войдя в номер, он умылся и взял воду из мини‑бара. Холод обжёг ладони — приятно. Отпил. Поставил бутылку на столик, развернулся спиной к кровати и рухнул на неё, раскинув руки.

Краем глаза он уловил движение на соседней террасе, сквозь стеклянную дверь.

Она, видимо, пришла... — он даже не успел додумать. Крик. Пронзительный, её. Он подскочил так, будто его ударило током, и вылетел на террасу.