Отражение Бездны

– Что я здесь делаю? – требовательно спрашиваю, не сводя с него глаз.

Но на мой вопрос мужчина лишь вопросительно приподнимает свою правую бровь, сверля меня пытливым взглядом. Скривив губы в разочаровывающей гримасе, он переводит взгляд на свой рабочий стол, делая вид, что в принципе не слышит мой вопрос.

– Эй! Я тебя спрашиваю, что я здесь, черт возьми, делаю!? – более настырно переспрашиваю, делая уверенный шаг в его сторону.

И очевидно, это привлекает внимание мужчины, потому что, его глаза снова находят мои, но уже на этот раз в нем нет никакой одобрительной нотки. В нем даже нет лживой маски дружелюбия.

Это темный, полный презрения взгляд. Тот, от которого кровь стынет в жилах. Я инстинктивно начинаю пятиться назад и сразу же замечаю намек на садистское удовлетворение.

– Что случилось, красотка? Испугалась? – склонив голову набок, спрашивает он. – Где же сейчас твоя дерзость? Где твой грязный, дерзкий язычок? – ухмыляясь, продолжает мужчина, подходя ко мне ближе.

Вспомнив слова Арьи, и то, как она рассказывала о нем и о его поступках, я сразу же отдергиваю себя, чтобы не провоцировать Клэйтона еще больше. Я определенно хочу уйти отсюда живой и невредимой. Прекрасно понимая, что моя сила не сравнится с его, и если он захочет, то убьет меня в считаные секунды. Черт, начинаю понимать, насколько сильно я трясусь, и это выводит меня из себя, поэтому я еще сильнее начинаю переживать, и он, конечно же, видит это. Громко сглотнув, я опускаю свои глаза в пол и как можно спокойнее говорю вновь:

– Клэйтон… не… не думай, что меня не будут искать. Я всего лишь спрашиваю, что я здесь делаю…

Не дав договорить мне, он быстро сокращает между нами какое-либо расстояние и аккуратно прикладывает свой палец к моим губам, едва касаясь.

– Ш-ш-ш, тебе нечего бояться. Я же сказал, что могу очень грамотно помочь тебе с твоей проблемой, и я помогаю, – не моргая, очень тихо и спокойно говорит мужчина.

– Я не просила тебя об этом, – яростно подняв к нему глаза, отвечаю я.

Улыбнувшись одной стороной своих губ и полностью выпрямившись в росте, Клэйтон самоуверенно говорит:

– Это я сохранил тебе жизнь! Это я пришел тебе на помощь, появившись из ниоткуда, когда твоя семья уехала, оставив тебя умирать. Это я спас тебя! – хватая меня за челюсть и поднимая ее к своему лицу, цедит он сквозь зубы. – И это вся твоя благодарность? – прищурившись, спрашивает мужчина.

Какого хрена с ним творится? В один момент он спокоен как удав, а в другой, буквально не может держать себя в руках. Понимая, что Клэйтон, возможно, наделен психопатией или социофобией, я стараюсь думать наперед и не давать ему повода для агрессии.

Что я и делаю:

– Спасибо, Клэйтон, что спас меня, – хлопая ресницами, отвечаю ему. – Я действительно благодарна тебе, – спокойно договариваю фразу и аккуратно отхожу назад.

Я благодарю его, потому что, возможно, действительно испытываю к мужчине благодарность. Ведь когда все ушли и оставили меня наедине с собой, только он пришел мне на помощь. Но большего я и не требую! У меня нет никакого желания задерживаться рядом с монстром дольше, чем это необходимо.

Единственное, что приходит мне в голову – это попрощаться и вежливо отказаться от его помощи.

– Спасибо тебе еще раз, но я пойду…– отходя в сторону, говорю Клэйтону.

–Куда, по-твоему, ты собираешься идти? – не унимаясь, спрашивает он, преграждая мне путь.

– Домой.

– У тебя больше нет дома, насколько я помню. Еще утром тебя оттуда выгнали, – произносит мужчина, не скрывая того, что знает о произошедшем.

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю я и вижу, как на его лице расплывается улыбка.

– Я установил камеры в твоем доме, – бросает он это с такой непринужденностью, от которой у меня сводит внутренности. Я застываю на месте, обдумывая слова. Не то чтобы мужчина скрывал это… Он будто бы наоборот, гордится этим!

– Ты понимаешь, что это незаконно? – говорю ему, сверля взглядом наглую физиономию.

– Да? И что ты мне сделаешь? – спрашивает демон, приближаясь ко мне.

– Очевидно, что пойду в полицию и заявлю на тебя, – дерзко отвечаю я, делая шаг в его сторону.

– Не-е-е-т, ты этого не сделаешь, – уверенно произносит он скучающим тоном.

– Почему? С чего ты взял…

Не договорив остаток предложения, я замолкаю, так как вижу кое-что, что сейчас находится в его руке. А именно мои таблетки, которые я нигде не могла найти.

Буквально нигде, ни в одной аптеке Кингстона их не было!

– Хочешь? – поднимая и тряся ими в воздухе, спрашивает мужчина.

– Откуда… откуда они у тебя? – спрашиваю, недоумевая. – Ах, точно, ты же врач. Доктор! – насмешливо произношу я, стараясь не смотреть на них так очевидно.

Увидев мою реакцию и насмешку, он сразу же убирает их обратно в карман.

Черт!

– Вообще-то, я лучший из всех, кого ты встречала, – спокойно говорит он.

– Да? Ты так уверен в этом? – спрашиваю, подходя ближе к демону. Я сама не понимаю, что творю. Ради каких-то антидепрессантов готова пойти на все что угодно, и мне это не нравится!

Видимо заметив мою смену настроения, да и в принципе настрой, Клэйтон самодовольно улыбается, оглядывая мое тело с ног до головы.

– Да, я так уверен в этом. Но вот в чем вопрос, – замолкает он, продолжая смотреть на меня. – На что готова пойти ты Молли, ради этих таблеток? – спрашивает демон, словно играя со мной в опасную игру.

На все.

Буквально на все.

– Ни на что. Просто дай мне их и дело с концом, – отвечаю я, и насколько это возможно подхожу вплотную к мужчине, чувствуя исходящее от него тепло. – Возможно, я даже поблагодарю тебя за это и, быть может, позволю оставить камеры в моем доме, – игриво напеваю, хотя внутри бушует буря из-за понимания, что просто так он мне их не отдаст.

Его смех раздается громко и пронзительно. Клэйтон откидывает голову назад, словно не может сдержаться от того бреда что я произнесла.

Как я и сказала, просто так он мне их не отдаст.

– Нет, нет, нет, так не пойдет, лисица, – шепчет он, наклонив голову ко мне, так что наши носы соприкасаются. – Ты же не думала, что я так легко отдам их тебе, – произносит демон, ставя меня в еще более неловкое положение.

– Тогда чего ты хочешь? – спрашиваю я, заглядывая в его темные угрожающие глаза и продолжая касаться его носа своим.

– Для начала можешь встать на колени и подставить мне свой грязный и дерзкий ротик. Но это только начало, предупреждаю, – нагло отвечает мужчина, продолжая оглядывать меня голодным взглядом, и я инстинктивно сжимаюсь, переступая с ноги на ногу обхватив себя руками.

А ведь я сама начала его подстегивать и травить!

«Глупая, глупая Молли! Зачем я вообще только открывала свой рот», – спрашиваю я саму себя, разочарованно качая головой.

Начинаю оглядывать комнату в поисках выхода из этого кошмара. Ни за что на свете я не соглашусь на подобное ради таблеток.

Только не на это!

– Я ухожу! – резко отвечаю ему и направляюсь к дверям, надеясь, что именно за ними находится выход.

Но мужчина просто молчит и стоит там, где я его оставила, невольно оборачиваюсь, чтобы посмотреть на него. И вижу, что его лицо стало бесстрастным, а на челюсти играют желваки. Я буквально слышу, что Клэйтон размышляет о том, как бы меня остановить.

Подходя к двери, я чувствую его взгляд на себе. Он громко прочищает горло, привлекая мое внимание.

– Стой! – произносит мужчина с такой властью, что я замираю на месте.

В этот миг понимаю: игра только начинается.

Глава 6

Она отказалась!

Она уходит!

Она уходит после того, как я предложил сделать ей мне минет, взамен на таблетки. Почему я думал иначе? Почему был уверен, что она согласится на это без раздумий?

Я не могу позволить ей уйти, не сейчас, когда она уже буквально оказалась в моих руках. Я срочно должен придумать что-нибудь другое. Я должен остановить ее, но, не применяя к ней какую-либо силу, чтобы это было добровольно. Именно в добровольности действий, залог всей удачи, но только на начальном этапе. Потом же она сама не поймет, как легко на все согласилась, когда окажется в своей же ловушке.

– Стой! – рычу, заставляя ее остановиться.

И она, конечно же, останавливается. Девушка поддается мне, отзывается на каждое мое действие, ее влечение так же очевидно, как и мое.

Пообщавшись с ней десять минут, я понял, что пленяю ее, что неосознанно, но лисица все-таки хочет поиграть со мной, коснуться моего огня.

Натянув дружелюбную улыбку, я подхожу ближе, опуская свои руки по обе стороны от нее, и произношу следующее:

– Ну же, Молли, дай мне возможность узнать тебя поближе, не уходи, – наклонив голову набок, спрашиваю я, не отрывая взгляда от ее сочных, пухлых губ. – К тому же, куда ты пойдешь? У тебя теперь нет дома. Тебя не хотят видеть в нем, забыла? – пытаясь увидеть ее реакцию, продолжаю я.

– Да, ты прав, у меня больше нет дома! Но у меня все еще есть Мэтт, мой парень, не забыл? – сверкая своими изумрудными глазами, отвечает она. И тут я замечаю, что когда она спокойна, ее глаза цвета ели, но когда они становятся ярче, в точности подражая цвету изумруда, то это значит, что она на взводе и готова к сражению, это ее признак уверенности. – Я думаю, моему парню не понравится, когда он узнает, что ты держишь меня здесь, – договаривает маленькая сучка, разворачиваясь чтобы, наконец-то, открыть двери из номера. Но я, как законченный психопат, со всей силы закрываю их обратно, заставляя Молли подпрыгнуть от резкости и громкого звука.

Требуется лишь малость, чтобы приструнить девушку, и она сразу же понимает, где ее место. Но, мать вашу, спустя пять минут эта сумасшедшая сука забывается и ведет себя развязно, хамит и провоцирует.

Мне интересно посмотреть на нее, когда она окажется в моей клинике связанная по рукам и ногам, я хочу увидеть, как ее уверенность разбивается вдребезги.

Но сейчас ближе к Мэтту, цокая языком о небо, вспоминаю я.

Очевидно, в моем наблюдении за ней, есть небольшая оплошность. Ведь я не припомню никакого Мэтта, по крайней мере, чтобы он появлялся на горизонте. Если бы я знал, то давным-давно избавился бы от него. Либо она мне лжет, либо я действительно упустил из виду ее парня!

– О каком, блять, парне ты говоришь? – проводя языком по зубам, спрашиваю я.

– О, так ты не знал? – ехидно приподнимая брови, спрашивает Молли. – Мэтт, мой парень, мы начали встречаться с ним на последнем курсе университета, как раз перед выпускным, – похлопывая меня по плечу, говорит она, неестественным тоном голоса, будто увидела свою давнюю подружку.

– И почему я ни разу не видел вас вместе? – сухо спрашиваю я.

Не то чтобы Мэтт имеет, какое-либо значение для меня, я все равно его убью. Просто мне интересно, почему я не видел его раньше?

– Он отсутствовал некоторое время в городе, если быть точнее, то Мэтт у меня футболист и колесил по стране на время разных матчей. Но сегодня он должен был вернуться, и я хотела бы навестить любимого после долгого расставания, по известным на то причинам, – продолжая издеваться надо мной, говорит она ухмыляясь.

Надевая маску адекватного человека, я пробую еще раз:

– Но, я все же настаиваю, останься у меня, – говорю, проводя рукой по ее щеке, так что у лисенка от этого перехватывает дыхание.

– Я не… не могу, Клэйтон. Я занята, – почти разочарованно говорит она, опустив свои глаза в пол.

– И я это понимаю, красотка…– с наигранной тоской произношу в ответ. – Но прошу, останься буквально на сутки, а взамен я отдам тебе твои таблетки и сам лично отвезу к парню, – продолжаю играть свою безупречную роль в надежде, что она на это клюнет.

– То есть ты предлагаешь мне остаться с тобой на сутки, взамен на антидепрессанты? – переспрашивает девушка, будто не веря моим словам.

– Именно. Именно так. Ты моя на сутки, и взамен я даю тебе таблетки, – произношу, мысленно потирая руки, друг об друга в предвкушении.

– У меня есть одно условие, – торгуясь, говорит Молли. Черт, она даже не в том положении, чтобы торговаться. Ведь я уже подумываю связать сучку и уехать обратно в Эдмонтон, чтобы не возиться с ней еще дольше.

Но, правило добровольности для меня превыше всего, особенно в отношении Молли, но только до одного момента, повторяю!

Шумно вздохнув, и проведя рукой по волосам, я спрашиваю:

– Какое условие?

– Я останусь с тобой на сутки взамен на лекарства, при условии, что ты не трогаешь меня. Физически.

А она предусмотрительная.

– Договорились! – хлопая в ладоши и расплываясь в улыбке, завершаю я. – Располагайся в любой комнате, завтра нас ждет прекрасный день, – проговариваю и вручаю ей в руки пакетик таблеток.

Но на самом деле, это не антидепрессанты!

Это обычная пустышка, которую разработали в моей лаборатории, просто вид и цвет изменен для правдоподобности! Я бы ни за что не стал травить ее этой гадостью, если хочу излечить Молли от этого недуга.

Я уже хочу развернуться и уйти к себе, как она хватает меня за руку и спрашивает:

– Зачем тебе это? Я имею в виду… ты спас меня, предложил ночлег, так еще и заключил сделку на сутки. Зачем тебе все это? – всматриваясь в мои глаза, спрашивает красотка.

Но вместо того, чтобы ответить ей, я выдавливаю из себя едва заметную улыбку и ухожу прочь в другую комнату, раздумывая над дальнейшим планом своих действий по устранению Мэтта и по перевозке Молли в другой город, не привлекая при этом никакого внимания.

Глава 7

Зайдя в комнату, в которой очнулась, я закрываю двери и очень тихо и аккуратно достаю тот самый пакетик с лекарством из своего кармана. Увидев таблетку в своих руках, сразу же кидаю ее под язык и мысленно проклинаю себя, что настолько податлива к ним.

Я, правда, хочу перестать пить эту гадость, и я, правда, хочу избавиться от того забвения, что продолжает губить меня из-за дня в день. Но на данный момент я настолько слаба и не уверена, что позволяю себе эту слабость.

Вспоминая сегодняшнее утро, меня бросает в мелкую дрожь, тест ДНК на отцовство оказался отрицательным, меня выгнали из дома и одновременно предали, уехав в магазин за продуктами, не дав возможности на какое-либо существование. Трясущимися руками я откидываю простыни в сторону, и судорожно заползаю под одеяло, в надежде забыть весь этот чертов день. Но у меня не получается. С каждой секундой, я намеренно обдумываю и вспоминаю весь этот ужас, тем самым причиняя себе еще большую боль.

Но вот в чем загвоздка: как долго Клэйтон следит за мной? Зачем ему давать мне таблетки и предлагать свою помощь, если все наше общение ограничится в конечном итоге на одни сутки. Либо же он чего-то недоговаривает что, скорее всего, либо сам не понимает, что творит, из-за своей заносчивости.

И на удивление, я не чувствую себя рядом с ним в опасности. Да, я понимаю, кто такой Клэйтон. Да, я вижу его внутреннюю тьму, которая со стремительной скоростью пытается выйти наружу. Но в то же время я уверена, что меня это не коснется, либо же мой травмированный мозг просто хочет в это верить. Тот факт, что мужчина спас меня, уже говорит о многом. Но и утопать доверием к этому монстру я тоже не собираюсь.

Возможно, завтра будет именно тот день, когда я узнаю много нового для себя, и пойму, в какую сторону мне двигаться дальше, как-никак Клэйтон – врач, психотерапевт. Да еще и с хорошей репутацией.

Да, признаюсь, я гуглила о нем пару раз. Но это только для общего ознакомления, не более!

Но как только наше с ним время подойдет к концу, я сделаю все возможное, чтобы убраться от него как можно дальше, потому что знаю, что без боя мужчина меня не отпустит. Я просто это знаю.

Очевидно, столкнувшись с ним раз и увидев его натуру, я понимаю, что весь этот цирк создан именно для чего-то конкретного. И нужно быть полной дурой, чтобы думать, что он все это делает по доброте душевной. Никогда!

Такой человек, как Клэйтон, ничего не будет делать для кого-то просто так, не имея на то своих интересов. И поможет мне Бог, но завтра я выйду отсюда живой и невредимой, раз и навсегда.

Уже долгое время я не посещала психотерапевта, да и рецепт на мое лекарство просрочен, а у него я вижу, все это есть. Поэтому я попытаюсь проникнуться к нему с доверием и надеюсь, что он с пониманием отнесется ко мне, а после и сам отдаст остальные свои припасы моих антидепрессантов.

Глава 8

Всю ночь я не спал и провел в раздумьях, как лучше всего увезти Молли в Эдмонтон по доброй воле. И не придумал ничего лучшего, как придерживаться основного плана, и если же он не подействует, то в дело пойдет запасной.

Конечно же, у меня есть запасной план.

Всегда есть.

Но опять же, я хочу, чтобы все было добровольно, и не хочу увозить ее из Кингстона принудительно. Потому что Молли это как минимум не понравится.

Ну и, в конце концов, я все же что-то, да и нарыл на Мэтта. И Молли это вряд ли оценит. Размышляю я, находясь в ее комнате и наблюдая за ней. Она, как всегда, по голову укрылась одеялом и очень громко храпит.

Не сказать, что это проблема, но к такому я точно буду привыкать не один день. Сидя на кресле напротив Молли и выпивая утренний кофе, я гадаю, каким способом разбудить ее.

Потому что то, что я приготовил на сегодняшний день, не терпит изменений в расписании и задержек. И в лучшем случае, нужно выдвигаться прямо сейчас.

Переводя свой взгляд на туалетный столик, куда я ставлю недопитую чашку с кофе, слышу явное шуршание напротив.

– Какого черта, здесь пахнет кофе? – расстроенно протягивает Молли скрипучим голосом после сна.

– Доброе утро, – стараясь как можно спокойнее, говорю я, но то, что ей опять что-то не нравится, начинает выводить. – Я и тебе принес чашечку, угощайся, – продолжаю говорить, при этом выдавливая из себя дружелюбную улыбку утреннего дня.

Видимо не ожидая застать меня в своей комнате, Молли резко подрывается, в попытке принять сидячее положение, но из-за одеяла у нее мало что получается.

– Клэйтон! Я не ожидала тебя так рано…Что ты здесь делаешь? – запыхавшись, спрашивает она, проводя руками по дерзким рыжим прядям волос в попытке их пригладить.

На секунду больше положенного времени я задерживаю свой взгляд на ней и умиляюсь происходящему. То, как она мило пытается выбраться из своей берлоги или более того как лисенок пытается не краснеть из-за того, что я созерцаю ее в таком виде.

– Ты обещала мне двадцать четыре часа своего времени, и я не в силах ждать больше. К тому же то время, пока ты спала, и так израсходовалось небрежно, насколько это возможно, – с горечью говорю ей.

– О чем это ты? – в недоумении спрашивает Молли.

– Я о том, что ты обещала мне сутки, и половину этого времени продрыхла, когда могла бы мне подарить себя и совместное времяпровождение с пользой для обоих, – небрежно отвечаю, подмигивая ей.

– Я же говорила тебе, что сутки без…

– Знаю, знаю, – прерываю я. – У тебя есть пятнадцать минут на сборы, поторопись, – договариваю и выхожу из ее комнаты, под жуткое ворчание и комментарии о том, что то время, которое я ей дал, очень мало для такой девушки, как она.

Я не слушаю, что Молли говорит дальше, ведь мне абсолютно все равно, сколько именно ей требуется времени, чтобы привести себя в божеский вид. И по правде, я не намерен тратить ни минуты. Мне нужно осуществить свой план. Да, в конце концов, я должен уже быть в Эдмонде и быть в самом разгаре проведения экспериментов над ней!

Но нет, я стараюсь, вести себя разумно и спокойно, и, как видите, это не идет мне на пользу.

Но чертова добровольность…

Чтоб ее!

Глава 9

Первое, на что я обращаю внимание, это то, что Клэйтон наплевал на наше соглашение в условиях сделки – никаких прикосновений! И это начинает сбивать меня с толку.

Потому что, во-первых, он намеренно касается меня каждую удобную минуту, и даже после того, как я одергиваю его и делаю выговор, мужчина забывается.

Как и сейчас, он обхватывает своей тяжелой и мускулистой рукой мои плечи, притягивая ближе к себе и подшучивая.

А во-вторых, это то, чего я жажду… То есть неважно от кого, но мне нужны эти объятия и поддержка! Даже если они неискренние. Последний раз, когда меня обнимали, это была Арья, и то, это было перед тем, как она отправилась на частный остров своего мужа. А до подруги меня обнимала только мама. Брат, отец и Джессика никак не оказывали мне поддержки, даже когда было плохо. Вернее, они даже не пытались.

Поэтому, я, как человек, наполовину сломленный в этой жизни, и не получавший любви более семи лет, жажду ее. Я не могу винить себя за это, ведь все прекрасно понимаю. Думаю, каждый нуждается в ней. Да и, в конце концов, я, как девочка, верю, что добро всегда победит зло, а любовь всегда окажется сильнее по сравнению с ненавистью.

Да, знаю, это звучит слишком наивно.

И в-третьих, что меня начинает сбивать с толку это то, что мы идем в лес. Точнее, Клэйтон привез нас в лес и ведет уже второй час по одинокой, извилистой тропинке вглубь леса. Я сразу же обратила на это внимание и подумала, что, возможно, он хочет убить меня, но если подумать, то у мужчины была такая возможность уже два раза, но он ею ни разу не воспользовался.

Поэтому всю дорогу я иду, почти не разговаривая с ним без нужды и каких-либо упреков в сторону этого психа, и только делаю, что слушаю его бессмысленную болтовню.

Мужчина рассказывает о том, как любил ходить на охоту, когда был в подростковом возрасте и как мог обойти весь лес, не заблудившись в нем. И самое ужасное в этом образе, что я не вижу настоящего Клэйтона.

Это хорошо отрепетированная маска, точнее, самая обычная из всех, которые у него есть. Она удобная и непринужденная, дается ему легко и без каких-либо усилий.

– Может, ты расскажешь, зачем привел меня сюда? – раздраженно выдохнув, останавливаюсь я позади него.

– Тебе обязательно быть такой? – в ответ спрашивает Клэйтон.

– Какой?

– Той, которая все портит. Я пытаюсь быть милым, вывел тебя на прогулку, рассказываю тебе о себе, а ты меня даже не слушаешь! – с упреком в мою сторону выпаливает он.

– Нет, мне просто интересно, когда уже ты снимешь свою фальшивую маску и покажешь свое настоящее лицо! – уперев руки в бока, выплевываю в ответ.

– О-о-о, так, значит, ты догадалась? – надменным тоном ухмыляясь, спрашивает он. – И как давно ты поняла? – продолжает спрашивать монстр, приняв свой изначальный облик. Строгий голос, холодный взгляд и незаинтересованное выражение лица.

Вот, все, что и требовалось доказать!

– Я изначально это поняла! – закатывая глаза, отвечаю. – Думала, ты захочешь использовать свое время с толком, выведешь меня в люди, например, купишь мне пару платьев и отведешь в самый дорогой ресторан этого захолустья, – с издевкой продолжаю.

– Хм, нет, лисенок, тебе это не нужно. Ты не такая, – пожимая плечами, говорит Клэйтон, подходя ближе ко мне. – Только зачем ты меня обвиняешь в том, в чем сама замешана? – обхватив мое лицо двумя руками и направляя в небо, чтобы я смотрела на него, спрашивает монстр.

– Как скоро мы вернемся обратно? Мне это не нравится, – меняя тему, спрашиваю я и, сама того не замечая, даже не пытаюсь вырваться из его объятий.

– Расскажи мне все о себе, я хочу знать все. Что именно так сломило тебя, что ты начала принимать антидепрессанты, – заглядывая в мои глаза, просит Клэйтон, и это уже выглядит более-менее искренне.

И я, как человек, который давно не был у психотерапевта и который так нуждается в нем, рассказываю все. Самое главное, с надеждой, что мне станет легче, и, возможно, он сможет помочь мне.

– Когда мама умерла, отец сразу же привел молодую любовницу в наш дом… Она сразу же невзлюбила меня и начала подначивать брата. Он, в свою очередь, стал показательно издеваться надо мной в школе и распускать слухи. И, конечно же, ему все поверили. Брат говорил, что видел, как я отсасывала одному байкеру за баром, что было неправдой. К слову, мне было всего шестнадцать. И это продолжалось до того, пока я не окончила школу.

– Что ты сделала не так, Молли? Из-за чего именно они начали вести войну против тебя, – спокойно спрашивает Клэйтон, понимая, что все это произошло не просто так.