Паутина мироздания: Возрождëнная

Довершала картину опоясывающая долину горная гряда с выдающимися заснеженными пиками, талая вода из которых по всей видимости и питала озеро.

— Да уж, заполярье, того и гляди белые медведи выйдут, — съязвила Алиса.

— В своё оправдание хочу заметить, что согласно показаниям датчика скафандра величина ускорения свободного падения в текущей точке планеты составляет 9,94 метров в секунду в квадрате. Ускорение свободного падения на полюсах Земли равно 9.82, тогда как на экваторе в силу большего расстояния от центра планеты и действия центробежных сил оно составляет 9.78. Таким образом, полярная величина существенно ближе к текущей. И, смею заметить, я употребил речевой оборот «почти как в полярных областях Земли». Почему вокруг нас экваториальный климат, ровно и то, каким образом мы здесь оказались, я решительно объяснить не могу.

— А почему вокруг так душно можешь? — не унималась Алиса.

— Система жизнеобеспечения скафандра работает штатно, содержание кислорода во внутреннем контуре...,— начал было оправдываться МАКС, — но обиженно замолчал, сообразив, что девушка по своему обыкновению снова подкалывает его.

— Кстати о воздухе, что снаружи? — поинтересовалась Алиса.

— Мааакс? — с вопросом протянула она, не дождавшись ответа.

— Согласно показаниям вполне пригодный для дыхания, даже довольно хорошего качества, давление слегка повышенное, влажность умеренная, не душно, — всё ещё обиженно наконец соизволил ответить ИИ, — Шлем можно снять.

— Пока оставлю, мало ли что может прилететь в голову.

Перемещая своё тело ровными, спокойными движениями и стараясь минимально возвышаться над поверхностью воды, Алиса поплыла к берегу.

— Макс, что по людям и фауне?

— Не фиксирую, даже следов нет. Ни строений, ни дорог. Сканер даже в воде не фиксирует ничего, кроме растительности, да и та крайне скудная.

— Радиосигналы?

— Судя по рельефу местности, для диапазона от сверхдлинных до ультракоротких волн мы в радиотени, а вот спутниковая связь, телевидение и навигация должны быть, но я ничего не фиксирую. Абсолютно ничего, Алиса.

— Ладно, доберëмся до берега — разберёмся, — отрезала семнадцатая.

До полоски каменистого пляжа Алиса добралась без приключений. Выбравшись из воды, она первым делом приступила к поискам следов цивилизации, в то время как МАКС, не теряя времени, запустил процесс накопления энергии и начал закачивать воздух в резервуары реактивного маневрирования.

— Кто о чëм, а вшивый о бане, — вздохнула валькирия.

— Однажды ты скажешь мне спасибо за мою предусмотрительность, — поучительным тоном ответил МАКС.

С первого взгляда на крупные, угловатые, но всё же довольно гладкие булыжники было понятно — людей здесь не было очень-очень давно, если не сказать вообще никогда. После практически идеально ровных палуб орбитальной лаборатории идти по камням было весьма неудобно, и, пройдя совсем немного девушка решила осмотреть простирающиеся за ними джунгли. Да и любопытство Алисы сыграло здесь не последнюю роль.

Добравшись до первых деревьев, безразличная к окружающему видовому разнообразию флоры валькирия продолжила поиски цивилизации.

— Алиса? — с отчётливыми нотками нарастающего беспокойства в голосе приглушенно позвал Макс.

— Что ещё? — попыталась было отмахнуться семнадцатая.

— В моей базе нет сведений об этих растениях.

— О каких?

— Алиса, обо всех этих растениях: деревьях, кустарниках, траве. Они не упоминаются ни среди дикорастущих видов Земли, ни среди культивируемых. Даже на орбитальных комплексах и обитаемых планетах такое не растёт.

— Вот вечно ты панику нагоняешь, ботаник- любитель! Мало ли на что способны современные генные инженеры... Уж я-то знаю, — хмыкнула Алиса и продолжила продираться через джунгли по направлению к более низким скалам, где по мнению девушки должен был находится выход из долины.

В отличие от камней, идти по относительно ровной подстилке тропического леса было значительно проще, хотя местами приходилось в прямом смысле слова продираться через заросли. Никаких следов фауны по прежнему не было, даже птиц и насекомых.

Солнце уже почти достигло зенита, когда девушка вышла на довольно большую поляну, как будто искусственной колоннадой окружённую огромными деревьями с гладкой светлой корой.

Сравнимые своими габаритами с американскими секвойями природные колонны возносились на сотню метров вверх и достигали дюжины метров в обхвате цилиндрической части ствола. Формой деревья больше походили на помесь центральноамериканской сейбы с драконовым деревом Сокотры. Как из кучи смятой ткани высотой в два человеческих роста, они поднимались из сплетения крупных корней могучими гладкими столбами стволов без единой ветви. У самого верха стволы практически горизонтально обильно расходились толстыми ветвями, образуя широкую уплощенную крону. Кричаще-яркие листья, конечно, тянулась к солнцу, и снизу Алисе оставалось довольствоваться лишь видом на переплетение толстых, практически голых ветвей. Кроны деревьев сплелись в непроницаемый прямым солнечным лучам потолок с узким кольцом открытого неба в центре, отчего зрелище напоминало нечто среднее между крытым стадионом, готическим собором и Стоунхенджем.

Девушка засмотрелась на сноп яркого света и не сразу заметила, как из тенистой складки над её головой от ствола соседнего дерева отделилась огромная темно-зеленая тень.

Едва слышный шорох заставил Алису мгновенно поднять глаза. Нечто хищное с кошачьей грацией в стремительном прыжке неслось ей навстречу. Генетически модифицированный мозг несостоявшегося стратега молниеносно оценил ситуацию, и тренированные мышцы тут же начали действовать.

Рывком придав телу ускорение, девушка бросилась не от опасности, а навстречу ей, одновременно опускаясь на колени и максимально отклоняя корпус назад. Лишённая опоры в воздухе не имея возможности изменить направление своего полёта, хищная кошка пронеслась в полуметре над Алисой. Движимая импульсом своего прыжка, после приземления она пробежала ещё немного и, развернувшись, замерла в изготовке к новой атаке.

Алиса успела подняться, также развернулась и, наконец, получила возможность разглядеть своего противника. В нём действительно было что-то от кошки, возможно от пантеры. Первое, что бросилось в глаза — это огромные, просто немыслимые размеры существа. Габаритами оно больше напоминало лошадь и весило никак не меньше полутонны. Короткая, жёсткая шерсть насыщенного зелёного оттенка покрывала всё тело хищника от головы до раздвоенного хвоста. Сетка из шерсти чуть более светлого оттенка делила шкуру зверя на едва заметные крупные пятна неправильной формы. Пучки тонких, подобных лианам щупалец цвета коры старого дерева извивались вдоль всего позвоночника монстра. Хищник имел очень похожую на кошачью морду с пастью, полной острых зубов, как ни странно светло-салатового оттенка. Длинные кисточки на ушах придавали сходство скорее с рысью, нежели с пантерой. В крупных янтарных глазах зверя плескалась ярость.

«Вот тебе и чудеса генной инженерии», — успела подумать Алиса, прежде чем монстр снова бросился на неё.

Масса и габариты хищника не оставляли девушке никаких шансов для рукопашного боя без оружия. Его скорость превращала атаку боевыми клинками в весьма рискованную затею. Но ведь победить врага не всегда означает отнять его жизнь. С самого детства Алисе вдалбливали в голову мысль о том, что зачастую убийство противника сегодня — шаг к поражению в будущем. Что если попробовать просто отпугнуть бестию? Предназначенная для нанесения нелетального урона, акустическая пушка скафандра способна создать концентрированную звуковую волну, удар которой если не оглушит, то по крайней мере отпугнёт даже такого гиганта. Достаточно только правильно рассчитать расстояние и точно выбрать время.

В ожидании подходящего момента, Алиса, казалось, расслабленно стояла, пока пантера неслась на неë. На самом деле девушка была предельно сконцентрирована. Воздействие ударной волны акустической пушки, продолжается доли секунды, а для перезарядки ей требуется не меньше минуты. Достигая максимума в фокусе в паре метров от скафандра, звуковая волна, рассеиваясь, быстро теряет силу. Значит, попытка отбросить хищника только одна.

Концентрация девушки достигла апогея. Время, казалось, сначала замедлилось, а потом и вовсе почти остановилось. Алиса в мельчайших деталях увидела, как хищник присел на задние лапы перед решающим броском, как мышцы под его кожей напряглись тугими жгутами, чтобы через мгновение бросить тело вперед подобно пружине. Когда мощные передние лапы пантеры в готовности пустить в ход свои длинные когти были всего в двух шагах от Алисы, момент настал.

Девушка понимала, что удар звуковой волны в лучшем случае немного замедлит, но никак не остановит полёт полутонной туши. Значит, сразу после акустического удара необходимо уйти с траектории полёта. Всё ещё находясь на пике концентрации, вопреки здравому смыслу надеясь отбросить всего-лишь звуком полтонны мышц, Алиса активировала пушку.

Хищник, как будто натолкнувшись на невидимую стену, сначала сжался в бесформенный комок, а потом пулей полетел в противоположном направлении, чтобы через двадцать метров с глухим шлепком удариться о древесный ствол. Всё-ещë не веря своим глазам, Алиса молча смотрела на скрючившееся в корнях могучего древа бездыханное тело грозного зверя.

— Макс, что это было? — протянула она.

— С уверенностью, могу сказать только то, что это была не акустическая пушка скафандра. Точнее не только она. Кинетическое воздействие на объект началось за несколько миллисекунд до того как его достигла звуковая волна. Это отчётливо заметно по движениию шерсти объекта. Показать запись?

— Позже, — оборвала валькирия, которой не терпелось рассмотреть зверя вблизи.

Осторожно приблизившись к подножию дерева, Алиса остановилась в паре шагов от туши, потом обошла еë по широкой дуге. Хищник по прежнему не подавал ни малейших признаков жизни. Да уж, такого создания раньше она точно никогда не видела.

— Сначала мы не понятно каким образом оказываемся на Земле, причём в совершенно безлюдном месте, так теперь ещё это. Что за бред? — дала волю эмоциям девушка.

— Мне по-прежнему не хватает данных для формирования приемлемой версии произошедшего.

— Макс, ты когда-нибудь про риторические вопросы слышал? — язвительно поинтересовалась Алиса и не дождавшись ответа продолжила, — Чего молчишь?

— Я полагал, что это тоже риторический вопрос, — вновь разобиделся ИИ.

Генетически модифицированный организм девушки, мобилизовав ресурсы пусть для короткой, но напряжённой схватки, начал требовать пищи. Действительно, с учётом времени, проведённого в анабиозе, с момента последней трапезы Алисы прошло больше двух недель.

Не желая пить растворенный в густую жижу пищевой концентрат через трубку в шлеме, Алиса сняла его. Копна огненно-рыжих волос вывалилась из шлема и ручейками лавы растеклась по чёрной поверхности скафандра. Яркое полуденное солнце приятным теплом прошлось по бледной веснушчатой коже. Настоящее солнце вместо искусственной имитации орбитальной лаборатории, ласкающий кожу лёгкий тёплый ветерок и растворённые в воздухе десятки, нет сотни запахов. Цветочные ароматы, горьковатые тона разнотравья, прелые нотки опавшей листвы и снова запахи, запахи, запахи... Только сейчас Алиса поняла, чего она была лишена, будучи запертой в орбитальной лаборатории.

Девушка уже было хотела устроиться под соседним деревом, чтобы насладиться пластиной любимого пищевого концентрата со вкусом утки в клюквенном соусе, как вдруг туша поверженного хищника вздрогнула. Алиса рывком отпрыгнула в защитную стойку и молниеносно надела шлем. Хищно поблëскивая антрацитово-чёрным композитом бритвенно-острых кромок, поверх тыльной стороны ладоней с тихим щелчком выскочили длинные тактические клинки.

Меж тем по туше, казалось, побежали легкие волны. Она начала буквально таять на глазах, как будто дерево высасывала мёртвое тело, подобно заполучившему в свои сети муху пауку. Через минуту от туши остался только пустой кожаный мешок, от которого к дереву тянулись некогда бывшие щупальцами на спине хищника жгуты. Вскоре ствол дерева, постепенно втягивая, вобрал в себя сначала щупальца, а затем и шкуру. О существовании туши напоминала только примятая под её весом трава. На стволе дерева не осталось ни малейшего следа.

Всё ещё с недоумением разглядывая кору в месте исчезновения пантеры, Алиса не сразу заметила как несколько дальше участок ствола начал бугрится, быстро меняя цвет и приобретая контуры человеческой фигуры. Отойдя на почтительное расстояние, девушка с интересом и настороженностью наблюдала за процессом. Фигура приобретала всё больше деталей: лицо, уши, пальцы на конечностях. Наконец из дерева навстречу Алисе буквально шагнула девушка. Несколько тугих косичек-веревочек на её голове последними разорвали связь со стволом дерева и упали вдоль тела, позволяя россыпи длинных темно-зелёнвх волос занять своё место.

Лесная нимфа обладала высокой стройной фигурой, по-настоящему изящным красивым лицом с тонкими чертами и огромными изумрудными глазами. Кожа цвета светлого лайма совсем не портила, скорее подчёркивала природную эстетику её наготы.

Повинуясь внезапному импульсу, Алиса убрала клинки и шагнула навстречу девушке. Нимфа не отпрянула в испуге. Плавно переставляя ступни, как будто опасаясь наступить на нечто острое, она подошла ближе и замерла в торжественной позе в паре шагов перед валькирией. Затем, улыбнувшись, произнесла что-то на незнакомом языке.

— По-моему она хочет поговорить, — предположила Алиса, обращаясь к ИИ.

— Похоже на то, — согласился МАКС.

— Сними доспехи, — приказала семнадцатая.

— Алиса, снимать тактический скафандр в подобной ситуации — не лучшая идея.

— Ну уж с ней-то я как нибудь и без скафандра справлюсь, а других потенциальных противников, судя по её наряду, поблизости нет, — резонно рассудила Алиса и нетерпеливо добавила, — Ну снимай уже, в ручную как-то не солидно, ситуация не располагает.

Крепления шлема и фиксаторные кольца скафандра синхронно разомкнулись и начали расходится. Шлем, немного поднявшись, подобно капюшону завалился на спину, освобождая голову Алисы. Скафандр раскрылся в подобие плаща, связанный со своей обладательницей лишь в кистях рук и ступнях. Освободив конечности, валькирия предстала перед своей визави в том самом наряде, в котором пребывала во время сна в день гибели орбитальной лаборатории: белоснежные минишорты и топ.

Зелёная нимфа не выказывала никаких признаков враждебности и, дождавшись, окончания процесса разоблачения Алисы, снова произнесла фразу на незнакомом языке.

— Я не понимаю, — по-русски ответила валькирия и, разведя руки в стороны, замотала головой.

Еë собеседница по-видимому осознала безысходность сложившейся ситуации, на мгновение замерла, внутренне на что-то решаясь. Затем подняла правую руку ладонью вверх. Тонкие яркие линии цвета хризолита проступили на коже лесной нимфы. Стекаясь к ладони, они становились всё ярче и, достигнув пика в её центре, тонкими жгутиками начали подниматься вверх. Жгутики быстро свились в подобие небольшого побега с единственным крупным бутоном, который вскоре раскрылся пурпурным цветком. Казалось, и побег и цветок испускают слабое свечение, каждый своего цвета.

Нимфа сделала полшага к Алисе, протягивая цветок, и завороженная зрелищем валькирия без колебаний решилась его принять. Семнадцатая протянула левую руку к ладони обладательницы цветка, и замерла в недоумении как поступить дальше. Меж тем, орудуя корнями-жгутиками, цветок подобно пауку сам медленно перебрался на ладонь Алисы. Девушка затаила дыхание, не в силах пошевелиться от увиденного. Последний жгутик покинул ладонь зелёной и она опустила руку.

Свет внутри цветка постепенно начал тускнеть, а сам он, казалось, увядал на глазах. Прикованная взглядом к бутону, Алиса не сразу заметила, что теперь уже по её руке от корней побега начали растекаться слабо светящиеся хризолитовые линии. Очень тонкие они свивались в причудливый узор, обвивая руку Алисы, и довольно быстро поднимались всё выше. Не чувствуя какого-либо дискомфорта девушка, всё же попыталась аккуратно стряхнуть цветок с ладони, однако он прочно приклеился своими жгутиками. Бросив взгляд на плечо, Алиса увидела, что причудливая вязь покрыла всю левую руку с переходом к шее. Цветок окончательно завял и сам отвалился к ногам семнадцатой.

— Не бойся, — снова раздался голос лесной нимфы, — это мой дар тебе и моя жертва.

Алиса лихорадочно пыталась сообразить, что происходит. Слова явно, были доселе незнакомыми, но она их прекрасно понимала, как будто к прежним смыслам добавились новые синонимы. Стоп. Она что, мгновенно выучила чужой язык?

— Но мгновенно выучить язык невозможно. Тем более по паре услышанных слов, — сама того не осознавая, озвучила свои мысли девушка.

— Ты не выучила общий язык, ты его вспомнила, — попыталась внести ясность зелëная собеседница.

— Как можно вспомнить, то чего никогда не слышала?

— Забвению под силу сокрыть и самое дорогое, что у нас есть — любовь. Чего удивляться канувшим в него воспоминаниям? Но обратить что-либо в тайну навечно не способно даже оно. Тебе ли не знать этого, возрождëнная?

— Понятнее не стало. Ладно, с этим давай позже, — уже по деловому продолжила Алиса незаметно для себя на общем языке, — Объясни мне пожалуйста, кто ты и что это за место? И как ты вышла из дерева? И как я сюда...

Торжественное выражение на лице собеседницы сменилось удивленно-растерянным и заставило Алису замолчать на полуслове.

Справившись с эмоциями, нимфа ненадолго задумалась, явно решая с чего следует начать.

— Эта долина — ныне обитель вечного покоя и вечной скорби — много небесных циклов тому назад была шумна и многолюдна. Подобные тебе прибывали сюда по делам, а мои соплеменники возвращались в родные леса. Великое множество пилигримов держало свой путь через это место. Странники всегда в изобилии в связующих мирах.

— Прости, связующим что? — перебила Алиса.

— Другие миры, конечно, — словно на слабоумную посмотрела нимфа.

— И много их, этих миров?

— Всё несчётное множество Великого плетения.

— И вот это место...это не Земля? Ладно, можешь не отвечать, я уже и сама поняла, — семнадцатая заставила себя прекратить отвлекаться мыслями о том, что она бойко общается на неизвестном доселе языке.

— Я не знаю, что такое Земля. Ты пришла через портал давно мёртвого мира. И, честно сказать, я не понимаю, как ты это сделала. В момент гибели, мир был оторван от Великого плетения, и вход в портал навечно остался во мраке.

— Вот так облачко в космосе, — пробормотала Алиса, — а мёртвый мир, надо полагать, это Марс. Была теория... раньше он был на другой орбите...столкнулся с астероидом...раскололся и изменил орбиту... А вот этот мир? Что это за планета?

— Мы не зовём миры планетами, — поучительным тоном ответила лесная фея.

— И в чем разница?— удивилась Алиса.

— Суть мира — жизнь, рождённая в единении планетарной материи с энергией Творца. Только напитавшись этой энергией планета в силах породить жизнь, подобно тому как наполнившая тело душа способна породить любовь и стать целым миром для другой души.

— Немного витиевато, но в целом ясно. Хорошо. Расскажи мне об этих порталах в другие миры, как мне вернуться назад? — спросила валькирия и тут же осознала, что обратный путь ведёт лишь в космическое пространство без надежды на дальнейшее спасение.

— В бескрайней пустоте изначально не было ничего, кроме мрака. Мрака и хаоса энергий. Никто не знает откуда пришёл Творец и как он выглядит. Из нитей энергий он начал плести своё Великое плетение, постепенно вплетая в него мир за миром. В местах прохождения нитей плетения через миры рождались порталы. Плетение причудливо, но в нём присутствуют свои законы: энергия течёт в одном направлении. Посему порталы односторонние, и в каждом мире как правило имеется не менее двух. Через один в мир можно прийти, а через другой — покинуть его. Нередко через один мир проходит не одна, а несколько нитей. Такой мир имеет куда больше порталов и служит перекрёстком. Мой мир как раз такой. Он связует другие миры.

— А кто ты такая? Как ты вышла из дерева? И что за зверюга на меня набросилась? — снова не удержалась и по детски начала сыпать вопросами Алиса.

— Подобные мне называют себя дриадами, хотя в разных мирах нас нередко именуют иначе: феи, эльфы, энты...Однако, наша беседа затянулась, а солнце уже высоко. Устроимся поудобнее? — не дожидаясь ответа, дриада сделала несколько шагов вглубь леса и полулежа расположилась на толстой изогнутой ветви, непринуждённо покачивая одной ногой.

— Можно, я надену броню? Другой одежды у меня нет, — зачем-то попыталась оправдать свой вопрос Алиса.

— Я знаю, ты не способна творить зло? — улыбнулась зелёная фея.

Девушка сноровисто облачилась в скафандр, однако шлем надевать не стала. Вместо этого окончательно сняла его с креплений и, положив рядом, устроилась прямо на земле. Потом всё же решилась и за шлемом последовали перчатки. При этом она то и дело с опаской поглядывала на ствол могучего дерева, которое поглотило тушу пантеры.

Дриада, казалось, перехватила один из её взглядов и с улыбкой произнесла:

— Сивия не опасна ни для тебя, ни для кого-то иного. Священное Древо жизни не способно причинять вред. Таков его удел.

— Да я полчаса назад видела, как оно здоровенную зверюгу всосало! — не выдержала Алиса и отчего-то смущенно добавила, — потом, кстати, ты из неë появилась...

Теперь пришла очередь дриады смущаться. Вернувшееся было торжественное выражение вновь исчезло с её лица:

— Охотник... ну этот зверь... это была я...

И без того большие глаза Алисы стали просто огромными от удивления, она даже слегка приоткрыла рот не в силах вымолвить хоть слово.

— В пророчестве всё не очень четко...Я приняла тебя за странника пустоты, — совсем по-человечески оправдывалась лесная фея, — твои доспехи скрывают сияние ауры, они — узилище сущности без души. Я и сейчас чувствую это. Во имя всех миров Великого плетения я не могла тобой рисковать.

В надежде наконец все-таки сложить этот пазл, Алиса изо всех сил старалась не перебивать собеседницу.

— Я перешла в форму охотника и напала на странника...то есть, на тебя.

— В каком смысле «перешла в форму охотника»? — не поняла валькирия.

— Я же сказала. Я — дриада. Через сивию нам дано принимать форму повстречавшихся существ. Мы формируем новое тело из плоти и соков священного древа и возвращаем его дар перед новым перевоплощением. Когда ты ударила меня о сивию, я решилась на хитрость. Чтобы застать тебя врасплох, притворилась сраженной. Едва ты явила лицо, мне открылась истина: ты и есть феникс.

— Какой ещё к чёрту феникс?! — вскипела Алиса. Для неë и рассказ про дриаду был уже чересчур.

— Сияние ауры выдаёт тебя. Его всполохи не перепутать ни с чем. Ты возрожденная — сомнений нет. Ты отмечена прикосновением пламени, — дриада картинно задержала взгляд на огненно-рыжей шевелюре Алисы и добавила, — К тому же ты использовала магию, пусть и довольно слабую.

— Ну приехали, — тихо выдохнула валькирия, — Аура...магия...

— Ладно, давай по порядку. Что значит возрожденная?

— Погибшая душа, вновь возвращенная к жизни.

— Возрожденная? Допустим. Аспирант сделал меня по образу своей погибшей дочери. С прикосновением пламени тоже соглашусь. Рыжая есть рыжая. Тут не поспоришь. Но что значит аура и магия? Это что за бред?

— Пронзая пустоту нити Великого плетения несут потоки энергии. Меж мирами еë присутствие незримо, как неразличим луч света, пока не отразиться от ночного светила. Но столкнувшись с материей, энергия нитей напитывает еë, наделяя аурой. Лишь душе — порождению Великого плетения — подвластно подчинять его энергию своим желаниям. Так рождается магия. Ты пришла через портал из пустоты. Его связь с мёртвым миром разорвана давным-давно. Он перестал быть частью Великого плетения, там больше нет магии.

— А как же Земля? — не выдержала Алиса, — Уж еë то мёртвой точно не назовешь.

— Повторюсь. Мне незнакомо это название.

— Это название планеты, ну то есть мира, откуда мы все произошли. Я имею в виду людей. Там, конечно, в избытке магов и колдунов на любой вкус, но вот про настоящую магию я что-то не слышала.

— Здесь нет загадки. Всё очевидно. Твой мир был отрезан. Его связь с Великим плетением закрыта. Но насколько я знаю, до сего времени такой мир был только один, —задумчиво произнесла дриада.

— Расскажи.

— Хорошо, но прежде ответь на вопрос. Как ты оказалась в портале мёртвого мира?

Соображая с чего бы начать, Алиса на мгновение задумалась.

— Люди, прилетевшие к Марсу на межпланетных космических кораблях, построили на его орбите лабораторию, где меня и создали. После гибели лаборатории, меня забросило сюда, — Алиса старалась сформулировать свой ответ как можно короче.