Я (не) ваша проблема, господин декан!

На мгновение я замялась. Десять золотых – внушительная сумма. Неужели там действительно что-то важное?

А в следующий момент с губ слетело:

– С чего вдруг птичка?

Парень хитро прищурился и подмигнул, нарочито игнорируя сердитое сопение Кэсс, которая прекрасно слышала весь наш разговор.

– А вот пойдёшь со мной и узнаешь.

Я вздохнула. Дураку понятно, что спорить с аристократом, к тому же сыном генерала, да ещё и драконом – бесполезно.

– Хорошо. Дай минуту собраться.

Вэйд явно не горел желанием ждать, но я решительно захлопнула дверь перед его носом и шёпотом спросила, повернувшись к Кассии:

– Чего ему надо?

Та недовольно фыркнула и пожала плечами:

– Может, скучно стало. Может, влип в какую-то историю и хочет свалить вину на тебя. Может, захотел испытать какое-то новое боевое заклинание. Ну а что? Ты же из провинции, к тому же первокурсница. Тебя не жалко.

– Эй! – возмутилась я. Как-то обидно это прозвучало.

– Джейн, это Риддер Вэйд, – терпеливо пояснила Кэсс, – ему нельзя доверять.

– Надеюсь, что однажды ты мне всё расскажешь.

Подруга промолчала, отводя взгляд.

Набросив на плечи форменный пиджак, я вышла в коридор. Дракон стоял напротив нашей двери, вальяжно подпирая стену лопатками. В длинных, ухоженных пальцах лениво перекатывался какой-то гладкий камушек.

Я посмотрела на него повнимательнее – всё же Вэйд был хорош. Яркие глаза, красивые черты лица, мускулистый, но не громоздкий, а скорее гибкий и ловкий. Мечта всех студенток, наравне с Мортейном и Найреллом.

– Ну наконец-то, – Рид поднял глаза на меня и спрятал камушек в карман. – Иди за мной.

Коридор нашего этажа лишь на первый взгляд казался пустым. За дверьми комнат было слышно шуршание, шепотки и приглушённые смешки. Одна дверь приоткрылась и оттуда высунулась любопытная девичья мордашка. Но увидев рядом со мной рыжеволосого дракона, она ойкнула и торопливо захлопнула створку.

Замечательно. Только слухов ещё и не хватало. А если у Вэйда есть особо ярые поклонницы, то мне несдобровать.

В холле, за стойкой коменданта, сидела Виола. Увидев нас, бойкая девчушка привстала и зашептала, прикрывая рот ладонью:

– Быстрее, Рид, бабушка вот-вот вернётся!

Рид? – в этот раз я уже не удивлялась. Разнообразию знакомств и связей Вэйда можно было только позавидовать.

– Я твой должник, малышка, – обольстительно улыбнулся ей выпускник и ускорил шаг.

Погода была прекрасная! Солнышко, ветерок, тепло. Я огляделась по сторонам и едва не подавилась на вдохе, заметив в центре площадки между двумя общежитиями пятерых выпускников.

Тех самых.

Даже на расстоянии от них разило, но уже не навозом, а моющим средством – едким, приторно-цветочным, аж горло слиплось, и свежий воздух не помогал.

Вэйд направился прямо к ним, по-хозяйски взяв меня за руку, и при ближайшем рассмотрении я разглядела бессильную ярость на их лицах.

– Зачем ты меня позвал? – я сбавила шаг, но дракон упрямо тянул меня вперёд, и я едва носом не пропахала твёрдую как камень землю.

Предчувствие было не просто нехорошим – оно было ужасным!

Риддер пропустил мой вопрос мимо ушей и, остановившись перед ними, повернулся ко мне лицом.

– Давайте, ребята, как мы с вами учили, – бросил им через плечо.

Я вытаращила глаза, не веря тому, что происходит. Сюр какой-то!

Пятеро переглянулись. Аарон стиснул челюсти так, что желваки заходили на скулах. Берг уставился в землю, но через несколько секунд они заговорили. Хором, шипя, как стая разбуженных гадюк:

– Извини, Фолл. Мы перегнули палку.

Чего?

Извини?

Это они мне?

Я аж щипнула себя за запястье и ойкнула. Нет, не сплю.

– А ещё что? – обманчиво лениво потянулся Вэйд, аж до хруста позвонков.

Лицо Аарона пошло красными пятнами, и он горячо возмутился:

– Вэйд, кончай дурить, а? Имей совесть!

Дракон закатил глаза и повернулся к нему. Лицо выпускника красноречиво изменилось и он, сглотнув, выдавил:

– Мы больше не тронем тебя, Фолл. Обещаем.

– Ну что, птичка, – как ни в чём ни бывало поинтересовался Вэйд, – прощаешь?

Как же мне было неудобно! В глазах парней горела злость напополам с унижением, и уж точно не искреннее раскаяние. Риддер откровенно развлекался, причём не знаю, с какими намерениями. Мимо проходили студенты и как-то странно поглядывали на нас, но вмешиваться не пытались.

И это только первый учебный день!

Что будет завтра? Подумать страшно!

– Ладно, всё хорошо, – торопливо выпалила я, желая, чтобы это поскорее закончилось. – Замяли, без обид.

Пятеро развернулись и ушли, не оглядываясь, а я набросилась на Рида:

– Что это сейчас было?

Вместо ответа рыжеволосый выпускник прошёл вперёд и сел на одну из скамеек. Подставил лицо солнышку, забавно щурясь, как сытый хищник на привале. А правой ладонью похлопал рядом, приглашая сесть.

Я подчинилась, и он снисходительно пояснил:

– Они живут со мной на этаже. Когда вернулись – воняло так, что у меня глаза заслезились, а я живу на другом конце коридора, представляешь?

– Допустим, – вздохнула я, однако про себя немного порадовалась. Значит, я – не первопричина их конфликта.

– Понимаешь, птичка Джейн, у драконов и оборотней жутко чуткий нюх, – продолжил он уже нормальным голосом. – Это была натуральная пытка, вот я и решил узнать что случилось. Слово за слово и я понял, что они обидели тебя.

Взгляд дракона заинтересованно скользнул по мне, а губы слегка приподнялись, обозначив лукавую ухмылку.

– А тебя, птичка, обижать нельзя.

Ситуация была максимально странная, и я решила сразу всё прояснить. Чтобы не было никаких недомолвок и конфликтов, особенно с Кассией.

– Риддер Вэйд, – спросила, глядя ему прямо в глаза. – Скажи честно, вот прям как есть. Почему ты мне помогаешь?

Глава 24

Дракон бархатисто рассмеялся и легонько щёлкнул меня по носу кончиком указательного пальца. Как будто я маленькая!

– Эй! – возмутилась я, пытаясь шлёпнуть его по руке, но он, не переставая смеяться, ловко увернулся. – Не делай так больше!

Ну а что?

Вон, мало того, что на нас все уставились, так ещё и перешёптываются. Только сплетен мне ещё и не хватало.

– Ладно, птичка, – нарочито печально вздохнул Вэйд, подаваясь чуть вперёд, – признаюсь. Мне безумно нравится наблюдать, как ты бесишь Найрелла.

Я нахмурилась, пытаясь понять, какое ему дело, а дракон, хитро оскалившись, добавил:

– И в моих интересах, чтобы ты осталась в академии.

– Это как-то связано с Кассией? – прищурилась я, наблюдая за его реакцией, однако дракона оказалось не просто сбить с толку.

– Всё, – отрезал он, поднимаясь со скамейки. – Сеанс откровенностей окончен. Давай, иди и не беси.

– Как скажешь, – покладисто ответила, но он уже повернулся ко мне спиной и пошёл в сторону общежития. Я дёрнулась, чтобы его догнать, но тут же остановилась – не хотела, чтобы это выглядело так, будто я навязываюсь. Поэтому лишь немного прибавила громкости в голос и полюбопытствовала. – А почему птичка?

А он даже не обернулся!

– Действительно, гад чешуйчатый, – проворчала, испытывая жгучее желание показать язык или обидный жест его стремительно удаляющейся спине. – Кассия права.

К счастью, мои опасения, что все учебные дни будут похожи на сегодняшний, не оправдались. Последующие две недели в моей жизни царило подозрительное спокойствие, несмотря на недосып и жуткую усталость.

Пятикурсники меня больше не цепляли. Мало того, завидев меня, их кучка демонстративно отворачивалась, но меня это вполне устраивало.

Да и я сама я стала умнее – больше не лезла на рожон и не стремилась выделиться. На пробежке старалась держаться среди своих. Не отставала, но и не пыталась вырваться вперёд. К тому же, после первой недели под бдительным оком Найрелла, куратором утренней зарядки стала суровая, но немногословная декан факультета Тактис.

Габриэль Найрелл больше не стремился заниматься со мной индивидуально. Более того, я была не единственной избранной. Каждую пару он выбирал себе новую жертву и от души гонял её по полигону, щедро поливая маленькими, но точными и болезненными разрядами молний.

Меня же ставили в пару с девушками, но я не раз ловила на себе пристальный взгляд декана. Тяжёлый, прощупывающий, который ощущался даже когда я не смотрела в его сторону.

Даже Риддер угомонился и не стремился развивать общение. Он всё так же игнорировал пробежки, как будто у него была особая привилегия, а при встрече ограничивался лишь бодрым салют, птичка и безобидными колкостями в сторону Кассии.

И это до ужаса бесило Аурэль!

– Да чего он пристал! – прошипела она после очередной такой стычки. – Клянусь, однажды моему терпению придёт конец, и я сварю обездвиживающее зелье! Так, чтобы он не мог пошевелиться, но при этом всё чувствовал и осознавал.

– Боюсь представить, что будет дальше, – пробормотала я, перекладывая сумку из одной руки в другую.

– Вымою ему рот с хозяйственным мылом, – торжествующе припечатала Кассия, хищно сверкнув глазами. – Шесть раз!

На секунду мне стало страшно. Не за Кэсс, а за дракона, но с другой стороны – сами разберутся, не маленькие. А если я встряну в их отношения, то огребу от обоих.

Оно мне надо?

Дни были похожи друг на друга, насыщенные физическими и теоретическими занятиями. Как бы сильно мы ни уставали после пар с Найреллом, впереди нас ждали рефераты и горы письменной домашки – в Бастионе с этим было очень строго.

И всё-таки меня не покидало ощущение, что это затишье перед бурей. Что скоро что-то случится.

Я оказалась права.

В конце очередной выматывающей пары у Габриэля мы привычно выстроились в линию. Каждый уже знал своё место вплоть до трещинок на земле под сапогами. К тому же, мы уже привыкли к привычной смеси запахов пота и озона от магии декана.

Неизменно хмурый Найрелл окинул нас суровым взглядом.

– Как вы помните, – начал он вместо приветствия, – сегодня вечером официальное посвящение первокурсников.

Шеренга зашуршала. Кто-то радостно выдохнул, кто-то заулыбался.

Найрелл вскинул вверх ладонь и на полигоне снова воцарилась гробовая тишина:

– Имейте в виду, я не первый год работаю в академии и знаю все хитрости лучше вас. Идиотские розыгрыши от старших курсов, нелегальные вещи, пронесённые через ворота в исподнем, включая самопальные зелья от Фармаса, сваренные желторотыми сопляками без хорошей теоретической базы.

Я помнила об этом. Кэсс говорила, что скоро посвящение, но я была так измотана учёбой, что вместо сомнительных развлечений для меня было важнее отоспаться.

– Хотите участвовать, – тем временем продолжил Найрелл, – я вам не запрещаю. Вам не десять лет, а я не ваша нянька. Более того, если увижу кого-то – не сдам и сохраню вашу тайну.

К моему удивлению, никто не обрадовался. Все понимали, что за словами декана стоит одно большое но.

Найрелл ядовито усмехнулся и подтвердил мои сомнения:

– Рано утром у вас будет первая практика за пределами академии, в пригородном лесу.

Тишина стала ватной.

– Всё, что от вас требуется – пройти целыми и невредимыми из точки А в точку Б, используя только защиту. Перепрыгивайте, уворачивайтесь, падайте, кувыркайтесь – можете отбиваться палкой, но никакой магии.

Первый курс явно приуныл, осознав, что вряд ли всем факультетам так повезло с практикой. И пока все будут веселиться, мы обязаны подготовиться к нашему первому серьёзному испытанию.

– Те, кто успешно пройдёт практику, получат своё первое магическое оружие и доступ к изучениям базовых атак. Остальные – либо домой, под мамину юбку, либо на пересдачу, которая обойдётся вам в кругленькую сумму. Аренда участка леса – дело весьма затратное. Всем всё ясно?

Глава 25

Я догадывалась, что вечер будет суматошным, но на деле посвящение превратилось в сущий кошмар.

Со стороны можно было подумать, что в академии царит тишь да гладь. На улице никого, только сторожа раз в полчаса обходили территорию. Да и маршрут всегда был одинаковый. Свет горел лишь в некоторых окнах, но и те были задёрнуты шторами.

Зато в коридорах нашего общежития творилась вакханалия. Судя по звукам, студентки бегали туда-сюда и как дикие звери ломились в двери. Слышались приглушённые визги и торжествующий женский смех, который быстро стихал за обрывками разговоров.

И конечно же, Кэсс решила отпраздновать событие с размахом.

Переодевшись в чёрное, она битый час копалась в пузырьках, рассовывая избранные по карманам. Я насчитала штук семь, не меньше!

А на холёном лице аристократки застыла уникальная смесь предвкушения и азарта.

Я лишь рукой махнула – пускай оторвётся по полной. У Фармаса завтра нет суровой практики, да и вряд ли подобные развлечения были обычным делом для девушек высокого происхождения.

– Ты точно пас? – в который раз спросила она. – Такое веселье бывает только в академии. Мы сегодня не только огребаем, но и сами можем дать жару.

– Первая практика тоже раз в жизни, – парировала я в ответ. – И если посвящение обойдётся для меня мелкими неприятностями, вроде разноцветных волос или ожившего платья, которое пытается снять само себя, то фиаско на практике у Найрелла будет вообще последним, что я сделала в Бастионе.

– Понимаю, – сочувственно протянула Кэсс, размышляя какой взять пузырёк - из тёмного глянцевого стекла или матового. – А пересдать?

Ах, если бы.

Я честно ей призналась:

– Денег нет на пересдачу.

– Я одолжу, – брякнула подруга и тут же ответила сама. – Хотя догадываюсь, что ты не возьмёшь.

– Ты права.

Вооружившись до зубов, она торжествующе похлопала себя по карманам, и пузырьки жалобно звякнули.

– Вот увидишь, сегодняшняя ночь отвадит Риддера от меня раз и навсегда. Он каждый год принимает участие в посвящении. Веселится, как будто ему десять лет, только чем старше становится, тем шире размах.

Она недобро усмехнулась и зловеще прошептала:

– А тут пускай попробует. Я готовилась к этому почти год.

– Знала бы ты, – хмыкнула я, – сколько у меня накопилось вопросов про тебя и Вэйда.

Улыбка слетела с лица Кэсс, и она тяжко вздохнула:

– Вот сдашь практику, тогда и расскажу. А сейчас послушай меня внимательно.

Она понизила голос и огляделась по сторонам, как будто нас могли увидеть.

– Запрись на все замки, а лучше придвинь к двери что-нибудь тяжёлое. Тебя будут пытаться выманить в коридор всеми честными и нечестными способами, но ты не поддавайся.

– Поняла, – кивнула я.

– Я заночую у подруги, за меня не беспокойся. А если поймёшь, что дело труба и крепкому сну конец – сигай в окно, благо тут неровная кладка, можно без проблем спуститься. Переночуешь в учебном корпусе или хозяйственной подсобке.

Заверив Кэсс, что не дам себя в обиду, я закрыла за ней дверь на засов и для верности прокрутила ещё ключ в замочной скважине. Выключила свет и рухнула на кровать.

Однако через полчаса я поняла, что крики и шум из коридора слышны, даже если сунуть голову под подушку.

К тому же в дверь постоянно стучали. То умоляющим голосом просили открыть и впустить, мол, пожалуйста, я с миром, только спрячусь. То открыто требовали выйти и угрожали.

Я не велась.

Стоило часовой стрелке перевалить за второй час, я решила смастерить беруши. Встала, нащупала в темноте тумбочку, достала вату и чистую ткань, как вдруг увидела

– Вот же гадость! – прошипела, глядя как под дверную щель заползает зеленоватый дымок, от которого нестерпимо пахнет нечистотами.

– Давай-давай, – хихикнула неизвестная пакостница за дверью. – Не жалей, сейчас выкурим Арсенальщицу. А то чего она пропускает всё веселье.

В горле запершило, и я зажала нос рукавом. Остатки терпения улетучивались с остатками свежего воздуха, и я решила последовать совету Касии.

Под ехидные смешки за дверью, я выругалась, перебежала к окну и рывком распахнула створку. В комнату хлынул свежий воздух пропитанный моросью, и смешался с дымной вонью. Глаза защипало, но дышать стало немного легче.

– Выходи, тебе же хуже! – возвестил тот же женский голос за дверью. – Прими ярмо первого курса с честью! Или ты не Арсенал?

– У нас завтра практика! – сердито рявкнула я, обернувшись в сторону двери, и высунулась в окно. Камень был скользким, но выступы довольно широкие.

Промозглый ветер продувал мою тёплую пижаму, которую я прихватила из дома – белую, с весело улыбающимися спелыми яблоками. Тапки решила не брать и полезла босиком.

– Ну, лучше уж больничное крыло, – мрачно хохотнула я, перекидывая ноги через подоконник. Пальцы ног боязливо поджались, нащупав холодный, влажный камень.

Выступы вели себя предательски. Один раз я почти сорвалась и повисла на руках, больно ударившись плечом и рёбрами о стену.

– Мамочки! – зажмурилась, переводя дух, но выбора не было, кроме как продолжить спуск.

Когда ноги коснулись мокрой травы, я едва не разрыдалась.

Идиотская традиция! Ну почему именно сегодня?

Или Найрелл специально выбрал такой день для практики?

– Чтоб тебя – прошипела в сердцах, придумывая изощрённое ругательство. – Чтоб вам все певицы города отказывали, господин декан!

Территория была пустынна. Студенты продолжали действовать только в рамках общежитий, и только единицы вроде Кассии отваживались перебежать из женского корпуса в мужской или наоборот.

Сторожей было не видать, и я решила перебраться в учебный корпус. Заночую в уборной или под лестницей, а может и на подоконнике, если будет достаточно широким. А утром вернусь в общагу и приведу себя в порядок.

До величественного здания оставалось буквально с десяток шагов, и я уже приготовилась к финальному броску по открытой местности, как вдруг услышала за спиной:

– А ты куда направилась?

Глава 26

Сердце ёкнуло при мысли: Всё, попалась!

Голос опознала не сразу, поэтому сперва медленно, о-о-о-очень медленно повернулась, на ходу выдумывая мало-мальски подходящее оправдание, и только опознав рыжую шевелюру, я выдохнула с облегчением.

– Вэйд, а ты что здесь забыл? – полюбопытствовала я у дракона. – Я думала, будешь в первых рядах кошмарить первокурсников.

Риддер небрежно отбросил со лба длинную рыжую прядь. Несмотря на столь поздний час, он был одет в форменные бордовые штаны – цвет факультета Форс, а вместо рубашки и пиджака его торс облегала чёрная водолазка. Длинные пальцы выпускника сжимали небольшую прямоугольную флягу.

– Птичка, там и без меня полно желающих, – ухмыльнулся парень. – К тому же, у меня есть занятие поинтереснее. Кстати, отличная пижамка. Не подскажешь, кто создатель?

– Безымянная бабулечка на рынке, – отмахнулась я. Пижама была тёплой, плотной, и не демонстрировала лишнего, поэтому я не спешила стыдиться и прикрываться. – А что за занятие?

Вдруг его интересное занятие – это ловить на подлёте всех, умудрившихся сбежать, и возвращать их обратно в пекло общаги?

Вэйд сделал маленький глоток из фляги, нарочито неторопливо завинтил крышку и спрятал её в карман брюк.

– Зелье бодрости, – пояснил он. – Безвредное, но невкусное. А по поводу занятия, о-о-о, я расскажу, но при условии, что ты сохранишь это в тайне.

Я не горела желанием давать дракону опрометчивые обещания. Однако ему самому не терпелось поделиться, и он, оглядевшись по сторонам, кивнул:

– Ладно. Я в красках представляю личико Аурэль, которая сбилась с ног, разыскивая меня по двум общагам с диким желанием насовать своих зелий мне под хвост.

Судя по мечтательному лицу Рида, он явно наслаждался этой мыслью.

– Представляю, – кисло протянула я, предчувствуя, как Кэсс будет рвать и метать. – Она же моя соседка.

Дракон пожал плечами, мол, у каждого свой крест, и махнул рукой в сторону учебного здания:

– Ладно, это будет завтра, а сейчас пошли.

Я не стала спорить. Рид был прав. Торчать на улице босиком и в пижаме с весёлыми яблоками – не самая лучшая идея. Да и сам Вэйд, если честно, показался мне спасительным кругом среди всей этой вакханалии.

Мы подошли к дверям учебного корпуса. Учитывая время, тяжёлые резные створки с огромными чугунными петлями были закрыты.

– Птичка, отойди чуть в сторону, – скомандовал дракон и что есть мочи потянул за дверную ручку. Она не сразу, но поддалась.

– Магия, – пояснил он, пропуская меня вперёд. – Усиливает сопротивление в ночное время и зайти сюда могут лишь единицы. Так что без меня ты бы не справилась.

Я не стала спорить и торопливо шмыгнула внутрь. Как бы Вэйд не хвастался, у него от напряжения дрожали руки и на лбу выступила влага.

– Спасибо, – поблагодарила его, осматривая тёмный и прохладный холл.

Лунный свет проникал сквозь высокие витражи и рассыпался по полу причудливой мозаикой. Пахло свежестью, новенькой бумагой и чем-то ещё, похожим на чистящее средство с бодрящей ноткой цитруса.

Риддер приложил палец к губам.

– Только не шуми. Здесь есть сторож и скорее всего остался кто-то из дежурных преподавателей. Первый опаснее – господин Вэнч тот ещё злопамятный ябеда и при первой же возможности настучит Мортейну о визите незваных гостей. А по поводу дежурных – не переживай, они не желают портить студентам веселье, потому что сами были на их месте. Поэтому скорее всего дежурный либо дрыхнет, либо делает вид, что оглох и ослеп.

Это меня полностью устраивало.

Мы прошли через холл, стараясь ступать как можно тише. Дракон шагал бесшумно, а мои босые, замёрзшие ступни скрадывали звук шагов. Пальцы поджимались, и я боялась, как бы не слечь с простудой после таких ночных приключений.

Риддер свернул к узкой лестнице в конце коридора и, наклонившись к моему уху, прошептал:

– Пойдём на чердак, птичка. Там нас точно не найдут. Тепло, спокойно, да и обзор шикарный – оба общежития как на ладони.

Я охотно согласилась. Если там тепло – я только за!

– Только бы не проспать, – поделилась с ним своими опасениями. – Завтра, точнее уже сегодня, у Арсенала внезапная практика.

– Умри или будь отчисленным? – прокомментировал Риддер, забавно изогнув бровь.

– Угу, – хихикнула я.

Эта лестница отличалась от основной, по которой мы курсировали вверх-вниз между этажей. Узкая, винтовая, с выщербленными ступенями и потрескавшимися перилами. Я почти успокоилась – в компании наглого, рыжего дракона страх бесследно растворился. Он явно был здесь не единожды и знает, как не попасться на глаза, кому не надо.

Всё изменилось в один миг.

До двери, ведущей на чердак, оставалось ступенек пять, не меньше, как Риддер вдруг нахмурился и замер, прислушиваясь.

– Там кто-то есть, – прошептал еле слышно.

Нас что, опередили более шустрые студенты? Но почему тогда глаза дракона опасно вспыхнули?

А в следующий миг за дверью раздался незнакомый голос, явно искажённый каким-то артефактом:

– не подведи. Обставь это как несчастный случай.

Рид изменился в лице, а я перестала дышать.

– Зацепишь кого – не страшно. Лишний урок соплякам и их родителям. Но Найрелл не должен уйти с практики живым.

Глава 27

Я едва не вскрикнула, но успела-таки зажать рот ладонью и не выдавить из себя ни звука. Сердце бахнуло о рёбра, а голоса тем временем опасно приблизились к двери.

Риддер действовал молниеносно. Приложил палец к губам, намекая, чтоб ни звука, и в следующую секунду ловко забросил меня на плечо, как будто я была мешком с картошкой. Так быстро, что я и пикнуть не успела, осознав, что вишу вниз головой.

Пол покачнулся – мы нырнули в незаметную нишу справа от двери, прикрытую старым, полуистлевшим гобеленом. Лица коснулась длинная нить чёрной от пыли паутины, а в нос ударил кислый запах сырых тряпок.

– Молчи, птичка, – прошептал Рид, ловко поставив меня на ноги. – Иначе не только у Найрелла будут большие проблемы.

Пространство было небольшим, и мне пришлось выбирать – вжаться грудью в его грудь или сделать шажок вбок и вдавиться спиной в стену. Я выбрала второе, ощущая, как рядом по стене что-то ползёт. Надеюсь, это не паук и не мокрица – с детства их до одури боюсь.

Тяжело сглотнув, я навострила уши и даже дышала через раз, чтобы не пропустить ни одного слова, однако незваные гости, как назло утихли.

Дверь на чердак со скрипом открылась, и оттуда кто-то вышел. Из-за темноты и ткани гобелена я не смогла разобрать, кто это был. Слышала только тяжёлые шаги.

Надо срочно сообщить об этом Найреллу, – звенело в голове. – Нет, лучше сразу ректору Мортейну! А ещё лучше собрать в кабинете их двоих и

Не успела додумать мысль, как Риддер осторожно выглянул из ниши, отодвинув в сторону гобелен. Убедившись, что неизвестные ушли, он протянул мне руку, и я осторожно выбралась наружу.