Поглотительница. Игры судьбы

В покоях Дамиана, как и в прошлые разы, светильники под потолком горели тускло. Окно было открыто нараспашку, отчего в помещение поступал прохладный ночной воздух, наполненный ароматом листвы и хвои. Лида подошла к кровати мальчика. Юный герцог лежал на спине неподвижно. Грудная клетка практически незаметно то поднималась, то опускалась. Ребенок был бледен, губы синюшные.

— Он вообще не приходит в себя? — тихо произнесла она, чувствуя, как герцог обходит ее и встает у изголовья кровати.

— Уже два месяца без сознания. Лекари приходят три раза в день, чтобы магически поддерживать его тело. Он просыпается, когда ему больно, и то не открывает глаза, только стонет. — Кадык мужчины дернулся.

— А его магия?

— Проклятие задело не только тело, но, конечно, и магию. Его потоки на восемьдесят процентов перекрыты. А вы знаете: если лишить мага силы — Амари не договорил, замолчал на полуслове, но Лида прекрасно поняла: если лишить мага силы, он умрет.

Девушка прикусила губу, глядя на бедного ребенка. Неужели герцогство и его богатство стоили жизни этого мальчика? Каким же чудовищем нужно быть, чтобы совершить такое.

— Как вы видите? — вдруг спросил герцог, вырывая ее из мыслей.

— Что?

— Вы уже не раз говорили, что нити проклятия его опутывают. Вы именно так видите проклятие?

— Да. А вы нет?

Амари покачал головой.

— Я, как и лекари, не вижу истинного проклятия. Мы видим только то, что оно поглотило. Если я посмотрю на сына магическим зрением, то увижу вместо него лишь размытое черное пятно, под силуэтом которого проглядывают магические потоки. А в районе сердца — самое большое скопление черноты.

— Да, — кивнула Лида, соглашаясь. — Его голова — начало проклятия, оно словно пиявка присосалось к сердцу мальчика. Проходит по всему телу, сплетаясь с венами и сосудами. Оно оплетает магический поток, словно вьюн. Самое опасное — отделять нити проклятия от магического потока, так как велика вероятность повредить его.

Мики запрыгнул на кровать, подошел к Дамиану, положил мохнатую голову ему на грудь и тихонько заскулил.

— Ваша светлость

— Кристиан. Когда мы наедине, называйте меня просто Кристиан.

Лида согласно кивнула. По имени, конечно, было куда проще, но неуютно.

— Кристиан, я хочу сегодня поработать побольше, так как подхожу к одному из клубков, который нужно будет расплести. Я не представляю, сколько времени это займет. Отвары Голди у вас? — Она посмотрела на мужчину, и он кивнул ей за спину, где стоял стол. Лида обернулась, подошла к столу, беря один из флаконов. Они различались по виду: те, что темнее, были восстанавливающими, те, что зеленее, — обезболивающими.

Для верности Лида выпила целый флакон отвара, поморщилась, отставила пустую колбу, взяла стул и придвинула его к кровати.

— Давайте подвинем Дамиана ближе к краю.

Они общими усилиями подвинули мальчика. Проклятие высосало его жизненные силы настолько сильно, что он стал похож на скелет, обтянутый кожей.

— Мики, иди сюда, — похлопала Лида по коленям. — Мне сегодня будет нужна твоя помощь.

Лумикас тут же послушался и улегся на коленях хозяйки, и в тот же миг Лида почувствовала, как от животного потоками исходит тепло.

— Готовы? — посмотрела она на Амари, и как только мужчина кивнул, Лида протянула правую руку к груди ребенка, а левую опустила к полу, чтобы сбрасывать туда проклятие.

Сегодня ей предстояло самое сложное. Она намеревалась убрать целый клубок из розовых, красных, чёрных и белых нитей. Это был комок переплетенных нитей проклятия, вен, артерий и потока магии, и как все это распутать, Лида плохо понимала.

Она приблизилась, внимательнее всматриваясь в рисунок, не понимая, с чего начать. Похоже было на то, кто-то взял и перепутал нитки. Кое-как найдя черный кончик проклятия, Лида осторожно потянула на себя, но тут же замерла, когда при натяжении комок съежился, а одна из толстых вен запульсировала.

«Зараза!» — мысленно простонала девушка и отпустила нить проклятия.

Лида долго всматривалась в клубок, ища слабое место, за которое можно было бы потянуть. Сейчас ей не помешали бы ножницы и тонкая игла, чтобы вытягивать нити одну за другой, но у нее была только ее сила.

От напряжения на лбу выступила испарина, по спине стекали капли пота. Герцог, по всему видимому, заметил, что что-то не так.

— Что случилось? — обеспокоенно спросил он, глядя на Лиду.

— Пока не знаю, как его вытянуть. Нити переплетены очень близко, и когда я тяну за проклятие, вена начинает пульсировать, боюсь повредить ее.

Лида прикусила губу, снова приближаясь к телу мальчика и выискивая брешь в переплетении. Несколько раз она пыталась дергать за ослабленные места, где, казалось бы, проклятие переплеталось с жизненно важными органами, но ничего не получалось. В какой-то момент Лиде даже показалось, что на этом ее лечение закончилось, она больше ничего не сможет сделать.

От стонов боли ребенка ее корежило. Было так жаль его, что самой хотелось реветь. И в отчаянии она попробовала потянуть снова за нить проклятия. От усталости руки уже дрожали, и, не рассчитав силу поглощения, она резко дернула за хвост — нить отсоединилась от клубка, заодно распустив и другие переплетения. Лида изумленно смотрела, как черная нить сама собой расплетается, отсоединяясь от вен и артерий и магического потока. Процесс шел тяжело, но все же клубок миллиметр за миллиметром распутывался. Всего-то нужно было потянуть чуть сильнее. И чем больше проклятия втекало в нее, тем сильнее она чувствовала опустошение в магическом источнике. Это проклятие «на вкус» было не таким, как у профессора Валькова: здесь больше концентрированной желчи и горечи. И Лиде казалось, оно высасывает из нее намного больше магии.

На распутывание этого, на вид небольшого клубка было потрачено четыре часа, но оно того стоило. И только когда Лида уже не чувствовала рук, а тело дрожало от усталости, она откинулась на спинку стула, прикрывая глаза. Рядом что-то зашуршало, и к губам поднесли прохладное стекло флакона с отваром. Открыв веки, она дрожащей рукой взяла флакон и быстро выпила отвар.

— Спасибо, — голос ее дрожал.

Лида перевела взгляд на ребенка. К сожалению, он лежал все так же неподвижно. Амари засуетился, переложил сына ближе к середине кровати и накрыл одеялом.

— Я помогу вам дойти до комнаты, — сказал он, обращаясь к Лиде. Она только кивнула — на слова больше не осталось сил.

Герцог помог ей подняться и удерживал за плечи, чтобы она не рухнула на пол. Не спеша они прошли к двери, и прежде чем выйти, мужчина выглянул в коридор и, убедившись, что никого нет, вышел первым и помог выйти Лиде.

Казалось, дорога до ее комнаты была бесконечной, но Лида была благодарна Амари за то, что он придумал прекрасный способ оставаться в замке, а не ехать три часа домой. Это и правда было удобно.

Герцог помог ей не только дойти до комнаты, но и уложил в кровать. Лида не возражала. Сама бы она точно никуда не дошла — упала бы там, где стояла. И как только ее голова коснулась подушки, она мигом провалилась в долгожданный сон.

Глава 5

«Иногда мне кажется, что тени — это не его инструмент. Это его клетка. Он так долго притворялся чудовищем, что однажды забыл снять маску. И теперь маска стала лицом».

Королевство Талия. Главное управление дознания. Кабинет королевского дознавателя Мортара Вейна.

На королевство опустилась ночь. Стоя у широкого окна, Торрин внимательно наблюдал за тем, как двое стражников под руки тащат какого-то мужика, который извивался змеей, пытаясь вырваться из крепких рук служивых. Айронхарт перевел взгляд на темное небо, устало вздыхая. Как же он устал. Так хотелось закрыть глаза и просто исчезнуть. Но он не мог: слишком многое нес на своих плечах, чтобы взять и все бросить.

— Ты точно в этом уверен? — голос Кассиана был напряженный.

Полчаса назад Мортар попросил срочно собраться в его кабинете короля и Торрина. Но Айронхарт настолько ушел в свои мысли, что совсем не слышал, о чем рассказывал его друг. Ему было попросту все равно. Даже если их мир рушится и осталось жить несколько дней — так даже будет лучше.

— Уверен. Тела были найдены сегодня в заброшенном доме. Пролежали они как минимум месяц. Лекари сказали, что из них выпили магию. — Услышав последние слова Вейна, Торрин резко обернулся.

— Выпили магию? — переспросил он, словно мог как-то иначе понять.

— Именно.

— Но этого не может быть, — возразил король. — Хаоса нет, а Лида — Он резко замолчал, посмотрев на брата.

Услышав имя той, которую Айронхарт все еще любил, сердце заныло, а тени взметнулись у его ног. День битвы, произошедший больше года назад, до сих пор стоит у него перед глазами. Он видел, как Лида вцепилась в Хаоса и они друг друга иссушили настолько, что не осталось даже тел — только черное выжженное пятно на земле и пепел. Не поверив сразу своим глазам, он раз за разом посылал своих теней найти ее. Думал: может, все же что-то случилось, и она осталась жива. Может, лумикаса перенес ее своими пространственными коридорами подальше от битвы, когда был уничтожен Хаос, ведь доподлинно известно, что раньше маги могли ходить по коридорам своих лумикасов. Но Лиды не было в их мире. Стоило исчезнуть Хаосу, как в тот же миг твари мрака попадали на землю. Из них ушла вся жизнь. Все королевства потом долго праздновали победу, но только не он. Торрин потерял в этой битве самое дорогое, что у него было. Как же жаль, что он понял это очень поздно.

— Я тоже думал, что это ошибка, пока не увидел тела своими глазами.

— Это девушки, как и в прошлый раз? — король снова покосился на брата, стоящего у окна.

— Нет. Девушка и парень. Личности их пока не установлены, но, судя по всему, они были магами.

— Хочешь сказать, у нас появился поглотитель? — король строго посмотрел на королевского дознавателя.

— Я не знаю. Но чутье подсказывает: нехорошо это.

— Может, кто-то экспериментирует с артефактами?

Мортар пожал плечами, задумчиво посмотрев на Кассиана.

— Я очень на это надеюсь и думаю

— Я хочу взглянуть на эти тела! — перебил друга Торрин.

Король и дознаватель посмотрели на него.

— Я думаю, тебе не стоит этого видеть, — начал Вейн, но Айронхарт посмотрел на друга с раздражением.

— Я сам решу, что мне стоит, а что нет. — И тени стали гуще у его ног. Мортар покосился на тени и кивнул.

— Хорошо. Идем.

— Я с вами, — встал Кассиан и строго посмотрел на брата. Ему не нравилось, каким стал Торрин. У брата никогда не было легкого и дружелюбного характера, но после смерти Лиды он совсем с катушек слетел. Стал неуправляемым. Несколько месяцев он приходил к куполу на то самое место, где она сражалась с Хаосом, и просто стоял, глядя на черное выжженное пятно. Кассиан тогда не понял, что произошло, а когда стали падать замертво твари мрака, до него дошла вся истина случившегося. Король предполагал, что исход будет подобным. Если сотни лет назад, сражаясь с Хаосом, погибло десяток поглотителей, то и Лида тоже погибла. Куда этой девчонке до полубога. Конечно, ему было жаль ее. Но он бы выбрал свое королевство, а не жизнь одной девушки. И если бы выбор стоял перед его братом, то он, скорее всего, послал бы королевство куда подальше, выбирая чувства.

Они все втроем спустились в морг. Вейн шел впереди. Толкнув одну из тяжелых дверей, дознаватель прошел к одной из кушеток и откинул с трупа простыню. Их взору открылось лицо молодой девушки. Айронхарт подошел ближе и, перейдя на магическое зрение, посмотрел на магические потоки. Те были пересушены. Такое бывает, только если

— Их магию поглотили, — констатировал Торрин. У него в душе появилась надежда на то, что Лида жива. Что, если она не умерла, а Мики, защищая хозяйку, перенес ее с помощью своих коридоров. Но надежда тут же поблекла. Если бы она была жива, его тени нашли бы ее. Он бы чувствовал ее в их мире живой. Но он ничего не ощущал.

— Вейн, постарайся найти того, кто это сделал, и как можно скорее, пока не появились новые жертвы, — приказал король, и дознаватель согласно кивнул. Все так же втроем они вышли из морга и распрощались в холле управления дознания. Вейн ушел к себе в кабинет, а его величество с братом — на улицу, где Кассиана дожидалась вирта со стражей.

— Ты не забыл? Завтра прибывает совет из Рубэра.

— Они приедут не ко мне, — Торрин недовольно поморщился.

— Верно, они приедут ко мне, но в их составе будет леди Милена Эшфорд.

— И что? — Торрин остановился и посмотрел на брата.

— Она твоя невеста, или ты забыл?

— Забыл ли я, что ты решил подложить под меня племянницу короля Рубэра? Нет, конечно. Как такое забудешь.

Кассиан сильно сжал челюсти, зло глядя на брата, но через миг расслабился.

— Ты же знаешь, что нам необходим этот брак для политического и военного улучшения. Союз наших королевств принесет плоды.

— Только не мне.

— Ты же знаешь, что я не мог по-другому. У них было единственное условие — войти в наш твой род. Король думает, что от вашего брака появятся дети с магией теней.

— А кто сказал, что в браке могут быть дети? — усмехнулся Айронхарт.

Он себя уже ненавидел за то, что согласился на брак с королевской племянницей. Хотя выбора-то у него особо не было. Он знал, что Кассиану нужна дружба с Рубэром, а Торрину тогда было все равно. Он потерял свой смысл жизни. Он был приближенным короля, а у таких, как он, особо нет выбора.

— Ну, это вы уже сами потом решите. Я прошу только об одном: приди на завтрашний ужин. Можешь побыть минут пять, а потом иди куда вздумается.

— Посмотрим, — нехотя отозвался Торрин и, больше не дожидаясь слов брата, шагнул в открывшийся портал.

— Вот и поговорили, — недовольно прошептал Кассиан и продолжил путь к вирте, где его ожидали стражники.

***

Королевство Терра. Герцогство Амари.

Лида проснулась от топота ног и человеческих голосов. Открыла глаза, глядя на белоснежный потолок с лепниной, и не сразу поняла, где находится. И только спустя долгие пару секунд вспомнила, что со вчерашнего дня работает у герцога Амари. Лежащий рядом Мики на другой стороне кровати зашевелился, подполз ближе и лизнул в лицо.

— Фу, Мики, сколько раз тебе говорить: не нужно так делать. — Лида поморщилась и потерла щеку, которую лизнул лумикаса. Привстала на локтях, осматривая комнату. Та была огромной. Чего только стоила кровать, на которой она лежала. Потолки метров пять, не меньше. Огромное, почти панорамное окно с тяжелыми персиковыми портьерами. Под потолком массивная люстра из прозрачного стекла. Напротив окон — большой резной платяной шкаф. Туалетный столик. И две двери. Одна входная — за ней-то и раздавался шум; за второй Лида предположила, что ванная с туалетом. По ее внутренним часам, скорее всего, еще утро. За то время, что она спала, сил прибавилось немного. Лида заметила у кровати тумбочку, на которой стояло два флакона восстанавливающего отвара, и с большим удовольствием выпила один, затем снова легла на подушку, притягивая к себе Мики закрывая глаза. Минут через пять топот за дверью прекратился, и Лида снова смогла провалиться в сон.

Второй раз она проснулась уже далеко за полдень. И на этот раз чувствовала себя очень даже хорошо. Выспалась. Магический резерв пришел в норму. Лида подумала о том, чтобы попросить у целителя Амари поработать с отваром Голди: наполнить его магией — так она будет восстанавливаться куда быстрее и не потеряет половину дня на сон.

Свою сумку с немногочисленными вещами Лида нашла на стуле у туалетного столика. Взяв предметы личной гигиены, она пошла умываться. Как и предполагала, за второй дверью оказалась ванная комната с туалетом. Лида уже умела пользоваться водопроводом в этом мире, так что у нее не возникло никаких затруднений.

Почистив зубы и умывшись, она надела чистое платье, подумав, что нужно узнать, где здесь прачка. Волосы заплела во французскую косу. Лида стояла у зеркала, разглядывая себя, когда в дверь постучали. Лида тут же бросила взгляд на Мики, развалившегося на ее кровати, и лумикас без каких-либо просьб исчез в пространственном коридоре.

В дверь постучали снова, на этот раз сильнее. Подойдя, Лида открыла и встретилась взглядом с молоденькой девушкой лет двадцати в светло-сером платье с белым передником.

— Здравствуйте, — девушка слегка склонила голову. — Меня зовут Кэти, я служанка. Его светлость попросил, чтобы я вам показала кухню и накормила вас, а потом показала замок, если вы не против. — Служанка пыталась не смотреть на Лиду, но любопытство пересиливало. И Лида не сомневалась, что по замку не сегодня, так завтра пойдут сплетни о том, зачем герцог взял на ночную работу няню для своего сына, который не просыпается.

— Добрый день. Я бы с удовольствием чего-нибудь перекусила. — Есть хотелось ужасно, и с момента пробуждения желудок уже не раз просил о том, чтобы его наконец-то покормили.

— Тогда идем?

— Да, — улыбнулась Лида, выходя в коридор.

Ее поселили в том же крыле, где находились покои юного герцога. И пока они шли по коридору, не встретили ни единой души. А стоило выйти в следующее крыло — тут же стало оживленно. По коридорам сновали слуги, стражники, и все как один с удивлением посматривали на Лиду, словно у нее на лбу вырос третий глаз. Пристальное внимание бесило. Сразу же вспомнилась жизнь в академии: там на нее смотрели так же оценивающе.

Оказалось, что в замке есть отдельная столовая для слуг, где кормили по расписанию. Обед только прошел пару часов назад, но Лиду все же вкусно накормили. Все то время, пока она ела, Кэти была рядом и дожидалась.

— Скажите, а у вас тут всегда так оживленно? — спросила Лида, глядя на служанку.

— Оживленно? — девушка нахмурила носик, задумавшись. — Да, наверное. Я уже привыкла и не замечаю этого. А вы правда будете дежурить у кровати юного герцога по ночам? — задала свой вопрос девушка, и тут же ее щеки покраснели.

— Да.

— Зачем? Раньше никто никогда не дежурил, — проговорила Кэти задумчиво. — Хотя сейчас, наверное, это и правильно, когда мальчик очнулся.

— Очнулся? — Лида аж подпрыгнула, услышав эти слова.

— Ну да. Сегодня утром он открыл глаза. Лекарь сказал, что его кхм болезнь начала отступать. Видимо, Имэр сжалился над мальчиком. — Служанка устало вздохнула.

Лиде уже не терпелось навестить Дамиана. Все ее старания были не напрасны. Ребенок пришел в себя — и это уже победа.

— Кэти, вы можете меня проводить в покои герцога Дамиана? — Служанка согласно кивнула, а Лида быстро доела оставшуюся еду. Ей уже не терпелось посмотреть на мальчика. Теперь она поняла, откуда утром была такая суета: видимо, пробуждение ребенка навело переполох в замке.

Как и в первый день, у покоев герцога стояли стражники, хотя ночью их не было. Те сперва не хотели впускать, но один из них все же постучался в дверь и на мгновение исчез, чтобы через пару секунд открыть и пропустить Лиду внутрь.

В покоях на этот раз было светло и приятно пахло травами. Окно приоткрыто, и летний ветерок игриво играл с занавеской. Кристиан Амари сидел у кровати сына и что-то тихо ему рассказывал, но стоило войти Лиде, как мужчина тут же поднялся. На его лице растянулась искренняя радостная улыбка, и Лида прекрасно его понимала.

— Добрый день, — склонила она голову, поприветствовав герцога.

— Леди Лида, — Амари шагнул к ней. — Я так вам благодарен, что не описать словами.

Лида только улыбнулась и подошла к кровати, глядя на все еще бледное лицо ребенка, но уже очнувшегося, — и это была огромная победа. Мальчик полулежал в кровати. Он с интересом смотрел на Лиду своими большими изумрудными глазами, как у отца.

— Здравствуй, — тихо сказала Лида.

— Здравствуйте, — голос ребенка прозвучал тихо-тихо, словно шелест ветра.

— Дамиан, — обратился отец к сыну, — это Лида, еще одна твоя няня.

— Я вас знаю, — сказал мальчик, сморщив курносый нос. — Я слышал ваш голос.

Лида кивнула, и неожиданно для всех появился лумикас. Он выпрыгнул из воздуха прямо на кровать ребенка и радостно замурлыкал, обнюхивая мальчика и щекоча его своими длинными ушами. Дамиан сперва испугался, а затем его лицо расслабилось, и он, улыбнувшись, погладил лумикаса.

— Кто это, папа?

— Его зовут Мики, — ответил герцог. — Зверь леди Лиды.

— Такой хороший, — мальчик тихо рассмеялся, когда Мики лизнул его в нос.

— Дамиан, давай договоримся, что ты никому не расскажешь об этом животном. Хорошо?

Мальчик непонимающе посмотрел на отца, а затем согласно кивнул, не задав ни единого вопроса. Мики поднырнул под руку ребенка, который хотел его погладить, и лег на грудь, громко урча словно огромная кошка.

— Как вы себя чувствуете? — Кристиан подошел к Лиде.

— Спасибо. Все хорошо. Кристиан, — она обернулась к нему, посмотрев в глаза. В первый раз за все дни, что она его видела, его лицо было расслабленным, губы подрагивали в улыбке, а глаза горели надеждой на то, что все еще будет хорошо. — Я хотела бы попросить у вашего лекаря, чтобы он дополнил отвары Голди своей магией. Так я буду восстанавливаться куда быстрее. Если, конечно, он может это сделать.

— Да, конечно. Я попрошу его.

Лида улыбнулась.

— Спасибо.

— Это вам спасибо. Я теперь навеки ваш должник. Можете просить у меня все, что захотите. Вы спасли моего сына.

— Это лишнее. Мне ничего не нужно. Главное, что ребенок жив. И напоминаю: нам предстоит еще очень и очень много работы. — Говоря это, Лида понятия не имела, с чем столкнется во время поглощения проклятия.

Лечение Дамиана длилось практически два месяца. Несколько раз Лиде приходилось брать пару дней отдыха, чтобы привести себя и свои силы в порядок. Заряженные магией отвары Голди все же были не такими сильными, как те, что делала Элира, но, напитанные магией, они все же быстрее ставили ее на ноги. Однако под конец лечения, в самый ответственный и тяжелый момент, наступило привыкание: отвары практически не помогали. Лиде уже не терпелось быстрее закончить с этим ненавистным проклятием, чтобы скорее уехать к травницам и начать жить так, как жила раньше, и восстанавливаться. Дамиану с каждым днем становилось лучше, а через месяц лечения мальчик уже самостоятельно ходил и даже стал пользоваться магией. В замке пошел слух, что бог Имэр сжалился над графом Амари и вылечил его сына. Буквально все радовались, что юный герцог поправляется.

Взаимоотношения Лиды и герцога Кристиана улучшились. Когда у нее были выходные, они с герцогом ходили гулять. Мужчина показывал свое герцогство, а когда Дамиану стало совсем лучше и мальчик мог ходить и долго не уставать, они гуляли все вместе. По замку прошлась очередная сплетня: будто бы герцог положил глаз на молодую няню своего сына и теперь активно за ней ухаживает. Лида пыталась не принимать близко к сердцу все эти сплетни. И конечно же, когда приезжали Голди с Марой на торговлю, они встречались. Потом сидели в трактире недалеко от рынка и общались.

А спустя три долгих месяца, когда осень вступила в свои права, Лида вернулась к травницам, оставив позади замок герцога и исцеленного мальчика, радуясь тому, что подарила ребенку будущее.

Глава 6

«Говорят, утро вечера мудренее. Но никто не говорит, что ночь — это не просто темнота. Ночь — это время, когда все страхи выползают наружу и садятся на край кровати».

Граница королевства Рубэр

Делегация Королевства Рубэр вышла из стационарного портала на границе двух королевств — Талии и Рубэра — и направилась к вирте, которая доставит их к следующему порталу, чтобы перейти прямо в королевский замок. Делегация из шести магов шла, окруженная кольцом стражников. Как только они подошли к ряду вирт, стражники тут же открыли перед ними дверцы. В первую вирту сели трое советников короля, во вторую — два советника и королевская племянница. Милена Эшфорт присоединялась к делегации каждый раз, когда они отправлялись на встречу к королю Кассиану. И делала она это только для того, чтобы еще хоть раз увидеть своего будущего мужа.

Милена была влюблена в Айронхарта, в отличие от него. Она любила его в равной степени с тем, как и боялась. Ей иногда казалось, что он такой же, как и его тени. Порой Торрин так пугал ее, что хотелось бежать от него подальше, особенно его ледяной, словно сама смерть, взгляд. Но она знала, на что шла, и надеялась, что после их свадьбы он станет к ней чуточку теплее. А когда она родит ему детей — таких же, как и он, обладающих магией теней, — он и вовсе полюбит ее. Торрину просто нужно было время.

— Милена, все хорошо? — спросил отец, когда они сели в вирту. Герцог Эшфорт был советником короля, а мать Милены — родной сестрой его величества Нарина Аша, короля Рубэра.

— Да, отец. Все прекрасно, — улыбнулась Милена, вспоминая вчерашний прием и целых три танца, которые она танцевала с Торрином. Эта поездка стоила всех ее неудобств и усталости.