Острова для волшебника. Роман-сказка

«Поскольку путь впереди неблизкий, – подумал мальчик, – надо найти себе какое-нибудь занятие, способное скрасить его».

Однако не столь уж много занятий можно придумать, находясь на борту крохотного, довольно тесного самодельного судёнышка, влекомого судьбой по течению большой реки. Разглядывать окрестные пейзажи, тянущиеся вдоль берегов и фантазировать относительно своего недалёкого грядущего? Глазеть на облака, пытаясь угадывать в их причудливо меняющихся формах фигуры различных зверей и птиц? Пусть подобное времяпрепровождение и способно ненадолго занять мысли, но всё же оно быстро наскучивает.

И тогда маленький У решил сочинять стихи.

Это оказалось не столь простым делом, как ему представлялось поначалу. Пожалуй, часа два, но то и все три, он складывал словечко к словечку, прилаживая к ним рифмы. В итоге настойчивость мальчика была вознаграждена, и стишок у него всё же получился – вот такой:

Речки быстрое теченье

К морю парусник несёт,

И моё стихотворенье

По течению плывёт.

В небе птицы пролетают,

Рыбы плещутся в реке.

За кормою лес мой тает,

Растворяясь вдалеке.

Облака уносит ветер,

Воды вдаль река струит,

Но быстрей всего на свете

Мысль моя вперёд летит.

Впереди края чужие,

Неизведан мой маршрут.

Приключения большие

И моря меня там ждут.

Что найду я, интересно?

С чем в свой домик возвращусь?

Я не знаю, если честно.

Но ни капли не боюсь!

Хотя рядом никого не было, мальчик несколько раз с выражением рассказал этот стишок вслух – самому себе. И остался доволен своим первым опытом в стихосложении.

«Стихи – это ведь тоже маленькое волшебство, – решил он. – Может быть, вот так, постепенно, я и сумею перейти от маленького волшебства к большому».

А река всё несла и несла его лёгкое судёнышко в неизвестность, затаившуюся за горизонтом.

Вода плескалась в борта, журчала за кормой – и серебряные колокольчики заливали окрестности мелодичным перезвоном.

Так продолжалось долго, до самого вечера, пока маленький волшебник не уснул.

ГЛАВА ПЯТАЯ (в которой наш герой путешествует по морям и размышляет о том, как велик и прекрасен мир. Неожиданный шторм и встреча с большой черепахой)

Три дня и три ночи маленький У плыл вниз по течению реки. А затем она вынесла его судёнышко в бескрайнее море, являвшееся, в свою очередь, лишь малой частью огромного океана.

Мальчик плыл строго на юг, ориентируясь днём по солнцу, а ночной порой – по звёздам.

Иногда мимо проплывали большие корабли. Они подавали басовитые протяжные гудки:

– У-у-у! У-у-у-у-у-у! У-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

И маленький У радовался, думая, что все его узнают и приветствуют.

На самом-то деле, конечно, его никто не замечал, он ведь был совсем кроха. Ну разве можно разглядеть в бескрайнем водном пространстве такого маленького – размером со спичку – человечка.

А названия у проплывавших мимо кораблей были красивые: «Наяда», «Глория», «Звезда Востока», «Стрела», «Санта Мария», «Фрейя», «Южная красавица», «Орион», «Мирабелла» – и много, много других, все и не упомнишь.

Маленький У читал названия на высоких бортах огромных океанских лайнеров и повторял их вслух десятки раз. От этого они становились ещё красивее. И уже казалось, что можно себе представить те страны, откуда плывут корабли – такие же удивительные, как их имена. Мальчику думалось, что и люди в далёких странах должны жить симпатичные и добрые, раз они умеют давать своим судам такие звучные, чудесные названия.

***

Однажды на небе весь день собирались тучи, и к вечеру они уже простирались над головой мальчика от края до края свинцово помутневшего океана. Тучи разбухали с каждой минутой и, не помещаясь в поле зрения, тяжеловесно и медлительно, подобно гигантским небесным каракатицам, выталкивали друг друга за горизонт – туда, где вода и небо сливались воедино. А ветер всё крепчал и крепчал и к ночи достиг настоящей штормовой силы.

На небе не было видно ни звёзд, ни луны. Вокруг стояла кромешная темень. Лишь высокие волны с грохотом катились вдаль, тесня друг друга, яростно шипя и швыряясь пеной. Они поднимали почти к самому небу крохотный парусник и старались опрокинуть его, увлечь в сумрачную пучину. Но тот не тонул: вздымался на гребнях волн, а затем вместе с ними обрушивался среди пены и брызг – и продолжал упрямо плыть сквозь штормовое пространство.

Маленький У обеими руками крепко держался за борта своего судёнышка, боясь, как бы его не выбросило в бушующую стихию воды и ветра. Мальчика непрестанно окатывало солёными брызгами, он весь промок и замёрз. Ему казалось, что это никогда не закончится.

Он потерял счёт времени и уже прощался с жизнью…

Однако утром в небольшую прореху между туч неожиданно выглянуло солнце. А вскоре, словно испугавшись его горячих лучей, сумрачный небесный покров разорвался на части. Тучи, поблекнув, принялись разбегаться в разные стороны, непогода утихла, и море вновь стало спокойным.

Невысокие ленивые волны неторопливо бежали вдаль, а в прозрачной воде радостно плескались стайки рыб среди весёлого перепляса солнечных зайчиков.

Маленький У огляделся вокруг. И заметил проплывавшую мимо большую морскую черепаху. Она тоже увидела нашего одинокого путешественника. Однако не обратила на него внимания и продолжала своё неторопливое движение по волнам неведомо куда.

– Тётушка черепаха! – закричал мальчик. – Простите, не знаю, как вас зовут! Не могли бы вы уделить мне минутку своего времени?

Черепаха остановилась, покачиваясь на волнах:

– Чего ты хочешь, маленький человечек?

– Я хотел бы спросить у вас, далеко ли отсюда до Стеклянного острова?

– Не так, чтобы очень, – ответила она.

– А не могли бы вы, в таком случае, подсказать мне направление, котором следует плыть, чтобы добраться до него?

– Но зачем тебе этот остров? – тон черепахи сразу стал настороженным и недружелюбным. – Я что-то не припомню никого по своей собственной воле, стремился бы туда попасть… Разве только если ты принадлежишь к колдовскому сословию…

– Да-да, вы угадали, – обрадовался маленький У, – я волшебник, самый настоящий, только вот с колдовством и разными чудесами у меня пока не очень…

Тут он осёкся, поскольку черепаха неожиданно, не дослушав до конца его фразу, развернулась и поплыла прочь.

– Эй, тётушка черепаха! – растерялся маленький У. – Отчего же вы уплываете? Отчего не хотите со мной разговаривать?

– У меня свои счёты с вами, колдунами да волшебниками, – сердито бросила она в ответ. – Делай со мной что хочешь, не боюсь я тебя. И дорогу не укажу, ищи Стеклянный остров сам, как знаешь.

И уплыла, скрывшись за пенными барашками волн.

А маленький У снова остался один-одинёшенек. И продолжил плавание куда глаза глядят, вверив своё судёнышко воле ветра и случая.

Он долго гадал, отчего черепаха не захотела с ним разговаривать. Ясно, что она не любила волшебников… Но он ведь не сделал ей ничего плохого. Почему она не указала ему путь к Стеклянному острову?

Это было загадкой для маленького У, и он – сколько ни ломал голову – не мог ее разгадать.

ГЛАВА ШЕСТАЯ (в которой маленький волшебник продолжает поиски острова и встречает необычайно крохотную птицу. Путь во владения колдуньи Смангриллы, встреча с гигантской волной и недоброе знакомство с владычицей Стеклянного острова)

Наш герой вновь плыл несколько дней и ночей, придерживаясь южного направления. Стеклянного острова нигде не было видно, как ни вглядывался мальчик в океанскую даль. Только стайки беззаботных солнечных зайчиков резвились повсюду, перепрыгивая с волны на волну.

Кораблей на его пути теперь не встречалось – ни одного за всё то полное неопределённости время, которое прошло с момента окончания шторма.

Мальчик старался не поддаваться унынию, спасаясь от скуки уже знакомым нам способом – сочинением стихов:

Затерялся мой парусник в море,

Не встречается здесь кораблей.

И давно в этом диком просторе

Я не вижу ни птиц, ни зверей.

Проплыла черепаха одна лишь —

Неприветливый зверь… Как тут быть:

Не упросишь её, не заставишь

Подсказать мне, куда надо плыть!

Облака в вышине пролетают,

Глядя вслед им, я тихо грущу:

Облака – уж наверное – знают,

Где тот остров, который ищу.

Но они говорить не умеют —

Не подскажут мне верный маршрут.

Всё же я ни о чём не жалею —

И плыву, куда волны влекут.

Ведь волшебник не должен сдаваться.

Пусть не видно вдали берегов —

Верю я, что сумею добраться

До волшебных своих островов!

Верно говорят, что к тем, кто не теряет надежды, рано или поздно обязательно приходит удача. Так вышло и с маленьким волшебником.

Однажды он сидел, задумчиво вглядываясь в плещущие о борт его парусника волны, когда ему показалось, что над ним мелькнула какая-то тень… Миновала минута, и тень мелькнула снова. Мальчик посмотрел вверх: над ним кружила птица.

До чего же она была маленькая – не больше самой обыкновенной пчелы!

– Ты почему такая? – крикнул он диковинной пичуге.

– Какая? – не поняла она.

– Совсем крошечная, вот какая! – пояснил мальчик.

– Не знаю, – ответила птица. – У меня и мама с папой тоже маленькие. Мы, колибри, все невелики размером.

– Так ты морская птица?

– Нет, сухопутная!

– А что же ты делаешь здесь, так далеко от суши?

– Готовлюсь к смерти, – печально сказала птица-колибри.

– Почему? – спросил маленький У.

– Потому что, перелетая с острова на остров, я не рассчитала своих сил, очень устала, и теперь не могу долететь ни до каких берегов. Я поднималась в небо настолько высоко, насколько это у меня получалось – но и оттуда не увидела твёрдой земли. Ни единого – даже самого крохотного – островочка. И ни одного корабля, плывущего мимо… В общем, негде мне присесть отдохнуть. Видно, такова моя судьба – утонуть в тёмной морской пучине.

– Послушай, зачем же тебе погибать? Садись, отдохни на моём паруснике, – предложил маленький У.

– Спасибо, ты так добр, маленький человечек! – обрадовалась колибри

Но потом нерешительно добавила:

– Однако твой парусник так мал. Как же мы сумеем в нём поместиться? Он выдержит нас двоих, не утонет?

– Не утонет, – успокоил её маленький волшебник.

– И не перевернётся? – с сомнением в голосе спросила птица.

– Надеюсь, что не перевернётся, если мы не станем на нём приплясывать, – ответил мальчик.

– А вдруг всё-таки перевернётся и утонет?

– Ну что же, значит, такова наша судьба. Но надо хотя бы попытаться. Не могу же я допустить, чтобы ты погибла. Опускайся сюда, я подвинусь. Как говорила моя нянька Старая Ворона: в тесноте да не в обиде.

– Ладно. Тогда я, и в самом деле, отдохну тут немножко. Устала очень.

С этими словами колибри опустилась на борт парусника. Тот накренился, угрожающе закачался на волнах. Но выдержал. Лишь тяжелее осел в воду и поплыл себе дальше.

Теперь маленький У сумел разглядеть птицу вблизи. Её крылышки и спинка были окрашены в ярко-зелёный цвет, грудка – в сиренево-голубой, горлышко – в красный; а оперение хвоста, как и крыльев, тоже отливало зеленью.

Когда колибри отдышалась, маленький волшебник спросил её:

– Где находится твой дом? Далеко ли отсюда?

– Да, очень далеко. Как тебе уже известно, я совсем не морская птица и попала сюда по нелепой случайности. Однажды у себя дома, когда я летала, лакомясь нектаром цветов, вдруг разразился ужасный ураган. Ветер, против которого я была бессильна бороться, подхватил меня и понёс – высоко, под самыми облаками, с невероятной скоростью. Он долго мчал меня – сначала над безбрежным океаном, потом над большой землёй, а после того снова над океаном, с разбросанными по его поверхности там и сям пятнышками островов. А когда ураган утих, я очутилась в неведомых краях. Делать было нечего – решила возвращаться домой. Так потихоньку, перелетая с острова на остров, подкрепляясь на лету нектаром цветов, которых в здешних местах, я и добралась сюда.

Тут пичуга спохватилась:

– А ведь мы с тобой ещё не познакомились. Моё имя Кло. Малышка Кло. А тебя как зовут?

– А меня – У.

– Ну надо же, какое короткое имя. Я-то думала, что на свете не бывает имён короче моего.

– А что, тебе не понравилось моё имя?

– Нет, отчего же, наоборот, очень понравилось, – ответила малышка Кло. – Такое звучное имя. И произносить его можно по-разному. Захочешь – скажешь коротко: «У!» – и сразу понятно, что ты строг и сердит. А захочешь – можешь тянуть долго, на разные лады, как песенку: «У-у-у-у-у-у-у!» – и тогда это звучит уже совсем по-другому, намного веселее. Знаешь, я слышала много разных человеческих имён, однако твоё на них совсем не похоже. Да и сам ты не очень-то похож на других людей. Маленький такой!

– Ну… – смущённо потупившись, проговорил мальчик. – Быть может, это оттого, что я волшебник.

– Правда? – удивилась колибри. – Ой, как интересно!

– Кстати, ты тоже совершенно не похожа на других птиц, – заметил маленький У.

– Ну да, – рассмеялась Кло. – Однако это не потому, что я какая-нибудь там волшебная птица. Просто – маленькая, вот и всё! Такой уж уродилась…

Затем, немного подумав, добавила:

– Раз ты меня спас, значит, ты – добрый волшебник… Но что же делать волшебнику здесь, вдали от суши и человеческого жилья?

– Я, кажется, заблудился, – признался маленький У. – И теперь, вот, плыву по воле ветра сам не знаю куда. А вообще-то, я искал Стеклянный остров. Ты, случайно, не знаешь, где он находится?

– Знаю! – воскликнула Кло. – Я пролетала над ним. Это удивительно красивый остров. Так и сверкает на солнце!

Она помедлила немного, а затем произнесла торжественным тоном:

– Ты спас меня сегодня, дав отдохнуть на своём паруснике, иначе я непременно изнемогла от усталости и погибла в волнах. И теперь мой черёд оказать тебе услугу и помочь добраться до Стеклянного острова.

– Так ты запомнила дорогу туда?

– Разумеется. Мы, птицы, очень хорошо запоминаем любой маршрут.

– Это замечательно, – обрадовался мальчик. – Тогда поплыли скорее к Стеклянному острову. Я буду править парусником, а ты указывай мне направление, в котором следует двигаться.

– Я с удовольствием сделаю это, добрый волшебник!

Так они и поступили. Маленький У вёл парусник, а колибри указывала ему курс.

Они плыли день и ночь. А затем – ещё день и ночь… И после того мальчик и птица наконец увидели на горизонте яркое сияние.

– Что это? – спросил маленький волшебник.

– Это и есть Стеклянный остров, – ответила малышка Кло. – Тот самый. Это он так ослепительно сверкает, отражая лучи солнца.

Тут вдруг в небе что-то зашумело, заухало, загрохотало. Наши путники взглянули вверх и увидели, что их стремительно настигает некий летящий предмет, а на нём сидит безобразная двухголовая старуха.

Присмотревшись повнимательнее, они поняли, что неожиданный летящий предмет – это обычная с виду большая сковорода. Если только можно назвать обычной сковороду, которая способна летать.

– Ха-ха-ха! – хрипло расхохотались обе головы страшной старухи.– Хо-хо-хо-о-о-о-о!

– Ой, гляди-ка! – воскликнула малышка Кло, обращаясь к маленькому волшебнику.

Бросив взгляд в ту сторону, куда колибри указывала крылом, мальчик увидел, что по воде вслед за летящей на сковороде старухой движется высокая волна. Она стремительно росла в размерах.

– Ого! – со страхом воскликнул мальчик. – Что за диво: ветра нет, а волна вон какая огромная! Боюсь, нашему паруснику не выдержать встречи с ней.

Огромная водяная стена неслась на них, рассыпая во все стороны пену и брызги. Очень скоро она закрыла собой горизонт, заслонила солнце, небо и плывшие по нему облака. Настигнув маленького волшебника и колибри, волна непременно должна была перевернуть, не то и вовсе разбить в щепки и утащить в тёмную океанскую пучину крохотное судёнышко наших путешественников.

– Ах-ха-ха! – вновь зловеще захохотала на два голоса старуха, встряхивая слипшимися седыми волосами. – Го-го-го-о-о-о! Гы-гы-гы-ы-ы!

– Спасайся, Кло! – крикнул маленький У. – Улетай скорее, пока волна нас не накрыла!

– Нет, я не оставлю тебя, – ответила птица. – Да и не смогу я подняться так высоко в небо – волна слишком велика.

Они оба – ещё раз – оглянулись.

Полмира стало морем-океаном: внизу, позади и вверху бушевала тёмная вода.

В этот миг старуха, неумолчно хохоча, тряся обеими головами и размахивая руками, пролетела над парусником – мальчика и колибри на секунду накрыла тень огромной сковороды… Накрыла и исчезла, убежав далеко вперёд.

И тотчас волна, надвинувшись сверху, полностью заслонила собой окружающий мир. И всей своей невероятной тяжестью обрушилась на крохотное судёнышко, с прижавшимися к его бортам мальчиком и колибри

Маленького У сбило с ног и ударило о дно парусника.

Больше он ничего не помнил, поскольку от удара потерял сознание.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ (в которой маленький У из разговора с двухголовой колдуньей узнаёт, какую судьбу та уготовала ему и птице-колибри)

Когда мальчик пришёл в себя, он поднял голову и огляделся по сторонам.

Поодаль валялись обломки его парусника.

Рядом стояла страшная двухголовая старуха. Обе её головы были совершенно одинаковы: на обеих во все стороны торчали нечёсаные, похожие на мочало седые волосы, на обеих над клыкастыми ртами нависали длинные крючковатые носы, на обеих кровожадно горели хищные, с продолговатыми кошачьими зрачками, глаза.

– Ты кто такой? – спросили хором обе головы старухи.

– Я маленький волшебник по имени У, – ответил мальчик, стараясь не выдать своего испуга. – А вы кто?

– Ха-ха-ха! – дружно расхохотались головы страшной старухи. – Так, выходит, ты не знаешь меня?

– Нет, бабушка, не знаю.

– Бабушка! Ну надо же! Так меня ещё никто не называл! Бабушкаха-ха-ха! Вот это сказанул малец! Умо-о-ора-а-аха-ха-ха! Охо-хо-хо-хо-о-о-о! Уху-ху-ху-ху-у-у-у!

Она потешалась таким образом несколько минут.

В голове у мальчика шумело и мысли разбегались, словно испуганные внезапным светом фонаря сонные пауки. Маленький У не мог взять в толк, чем его слова так сильно развеселили эту отвратительную старуху… А та, вдоволь нахохотавшись, вновь снизошла к своему собеседнику, заговорив сразу двумч голосами:

– Знай же, глупый мальчишка: перед тобой стоит владычица здешних мест, могущественная колдунья Смангрилла собственной персоной! Немного найдётся на свете счастливчиков, которым удалось лицезреть меня, а после того остаться живым. Ты что, действительно никогда обо мне ничего не слышал или просто притворяешься дурачком?

– Да что вы, бабушка, зачем мне притворяться? Посудите сами: если мне никто о вас не рассказывал, то откуда же я мог узнать, кто вы такая?

– А вот я тебе не верю, не верю! – вскричали – хором, как и прежде – обе головы старухи. – Ты лжёшь, ничтожный человечек, меня все знают! В любых краях, куда только может долететь ветер, имя моё произносят со страхом и трепетом! А ты говоришь: «никто не рассказывал». Враньё!

– Да не вру я, честное слово. Ну, в конце концов, не расстраивайтесь вы так: ведь теперь-то мы познакомились.

– Ужас! Кошмар! – веселье старухи внезапно перешло в безудержную злобу, и она затопала ногами:

– Дожилась! Обо мне не все знают! Жалкий мальчишка, прибывший сюда невесть откуда, и не думает трепетать передо мной! Я тут стараюсь-стараюсь: колдую-колдую, ворожу-ворожу – и всё понапрасну! Выясняется, что о моём могуществе известно далеко не всем в этом мире! Или я состарилась и стала делать меньше зла, потому обо мне стали забывать? О-о-о горе мне, несчастной!

Затем она перевела дух и спросила:

– Так говоришь, ты – волшебник? Настоящий?

– Да.

– И какие же чудеса ты умеешь совершать?

– Увы, никаких, – грустно признался маленький У. – Но сейчас я подумал, что – раз уж я встретил вас, такую могущественную, то, может, вы меня чему-нибудь научите, и это ещё больше приумножит вашу славу.

– Я? Тебя? Научу? – удивилась колдунья. И вновь разразилась смехом:

– Ха-ха-ха! Хо-хо-хо-о-о! Хы-хы-хы-ы-ы!

Теперь она смеялась гораздо дольше, нежели в предыдущий раз. Но затем её мысли вернулись в серьёзное русло.

– А что? – пробормотали обе головы старухи (следует отметить, что они всегда говорили хором). – Детей у меня нет, учеников тоже. А одной ворожить на старости лет – такая тоска. Если же ты, хитрый мальчишка, сумеешь стать для меня ловким подручным в совершении разных колдовских подлостей и волшебных пакостей – это, я полагаю, действительно послужит приумножению моей славы. Почему бы и нет? Пожалуй, ты мне подал неплохую идею.

С этими словами она умолкла. И внимательно оглядела маленького волшебника с ног до головы; подобно многим прочим нечестным людям, колдунья была крайне подозрительна.

– Мне надо как следует обмозговать твоё предложение, – сказала она. – Ладно, вставай. Пойдём в мои владения. И не думай, что всё устроилось так просто. Старая и мудрая Смангрилла никому не доверяет! Поэтому я ещё много раз тебя проверю хорошенько перед тем, как взять к себе в ученики.

Маленький У поднялся и только теперь увидел, что у него под ногами вместо земли – стекло. Чистейшее, прозрачнейшее. И кругом, куда ни кинь взор, всё стеклянное: бугорки и овраги, цветы и кусты; чуть поодаль виднелся пологий стеклянный холм, а на нём возвышался ажурный стеклянный замок со множеством прозрачных башенок и округлых балкончиков.

Старуха перехватила взгляд маленького У и промолвила горделиво:

– Да, это и есть мой замечательный Стеклянный остров. Небось нравится? Ещё бы! Нигде в мире нет ничего подобного. О, ты ещё насмотришься тут всякой всячины… Ладно, идём.

Мальчик двинулся вслед за старухой по направлению к вершине холма. И, глядя ей в спину, спросил:

– Вы случайно не знаете, где находится моя подружка Кло?

– Кло? – переспросила колдунья, не оборачиваясь. – Это какая такая ещё Кло?

– Птица-колибри. Она приплыла сюда вместе со мной.

– Твоя птица, значит?

– Не то чтобы моя. То есть нельзя так сказать, чтобы совсем моя. Просто мы с ней друзья, и мне очень хотелось бы её отыскать.

– Друзья, – сердито прорычала старуха, обернувшись и оскалив жёлтые клыки обеих своих пастей. – Ерунда всё это. Запомни хорошенько: у настоящего колдуна не может быть друзей.

– Так, значит, вы знаете, где моя колибри?

– Ещё бы, – ответила старуха. – Я посадила её в стеклянный ящик. У меня в зверинце до сих пор не было колибри, а теперь будет.

Маленький У хотел возразить, что нельзя сажать свободную птицу, пусть даже такую кроху, как его Кло, в ящик. Однако вовремя спохватился, напомнив себе о том, что Смангрилла – злая колдунья, она лишь посмеялась бы над увещеваниями мальчика. Что он мог поделать? У него недостаточно сил, чтобы одолеть кровожадную старуху.

«Нет, пока не стану лезть на рожон, – мысленно сказал себе маленький волшебник, – Не то сам погибну ни за грош, да и мою маленькую Кло не выручу. Лучше выжду, присмотрюсь, а там, возможно, придумаю какую-нибудь хитрость».

Старуха между тем гордо сообщила ему по дороге:

– А ту волну, которая разбила твою лодчонку, подняла я. Хотела вас погубить, но потом любопытство взяло: дай-ка, думаю, поболтаю с пришельцами, а погубить всегда успею, не впервой.

– Зачем же вы хотели нас погубить?

– Как зачем? – Да я на всех, кого встречаю, насылаю порчу или погибель! Низачем – просто так, ради собственного удовольствия. А иначе для чего жить-то на свете, какой интерес? Мал ты ещё и не понимаешь многого. Ну да ладно, вот возьму тебя в ученики, если пройдёшь испытание, а там быстренько скумекаешь, что к чему.

– Испытание? Это как?

– Да вот, к примеру, птицу свою умертвишь.

– Зачем? – растерялся маленький У.

– А просто так, из зловредности: прикажу – и убьёшь её. Выполнишь – стану колдовству да чёрной ворожбе обучать. А если нет – тогда тебя самого жизни лишу. Вот и весь твой выбор.

Маленький волшебник замер на месте от ужаса. Убить добродушную крошку Кло, которая не только не сделала никакого зла, а наоборот, указала ему путь к Стеклянному острову? Нет, ни за что. Уж лучше пусть злая Смангрилла, как обещала, убьёт его самого.