День потерянных душ

— А почему нет? Если какая-то тётка не любит Айдара и его петухов, это ещё не значит, что он перестанет разводить этих чудесных пташек.

Отъехав от столба направо, вскоре они увидели домики, которые, по всем признакам, и были искомой фермой. Домики оказались до тошноты красивыми. Ставни, окна, перила и крыши — всё было украшено изящной резьбой.

Ставни ближайшего дома покрывали розы и пионы, переплетённые колокольчиками. На треугольных крышах красовались стаи птиц, вырезанные из дерева и вплетённые в единый, непрерывающийся узор. Резные перила на крылечках завораживали тонкостью работы.

Подъезжая к следующему строению, они заметили курятник с резными ставнями: на них окуни плыли среди облаков, текущих по небу. С помощью краски мастер показал, как рыбья чешуя блестит на солнце.

В курятнике и прилегающем к нему вольере копошились и кричали куры. За курятником доносились звуки работы рубанка.

— Слышишь, — обратился Кир к Кайтелле. — Пойдём у плотника спросим, где найти Айдара.

Кайтелла кивнула.

Обойдя курятник, они увидели невысокого человека. На темени поблёскивала аккуратная лысина, над верхней губой топорщились редкие усики.

Он работал с доской, не поднимая головы. Рубанок в его руках двигался уверенно, будто был продолжением ладони. Каждый проход получался точным и сильным: инструмент скользил по дереву, и в воздух взлетали тонкие спирали опилок, закручиваясь лёгкими вихрями.

Округлившийся живот не мешал работе — движения оставались выверенными, ритм ровным. Штаны сползли так, что половина зада оказалась бесстыдно оголена, но он этого, казалось, не замечал. В этот момент для него существовали лишь доска, рука и сопротивление древесины под лезвием.

— Уважаемый, — начал Кир, — мы ищем фермера Айдара. Ты знаешь, где он находится?

Мужичок остановился, подтянул штаны, стряхнул с себя деревянную стружку и гнусавым, немного тягучим голосом спросил:

— Зачем вы Айдара ищете?

— Уважаемый, — повторил Кир и с упрёком добавил, — невежливо отвечать вопросом на вопрос.

Мужичок молча смотрел на приезжих и, похоже, не собирался говорить, пока они не ответят на его вопрос.

Девушка, не испытывая особой радости от этого путешествия, решила сразу выложить все карты:

— Мы приехали к Айдару, чтобы купить у него петуха, пригодного для боёв. Этот человек, — Кайтелла указала рукой на Кира, — хочет выступить со своим боевым петухом и одолеть всех противников.

— С петухом никто не выступает, — ответил мужчина, почесав висок, словно на мгновение представив себе подобное зрелище. — Эт значит: бьются только птицы.

Он хмыкнул и добавил:

— Айдар — это я. Я действительно продаю лучших пернатых бойцов. Прошу за мной, и вы увидите великолепных птиц с восхитительной грацией и волей к победе.

Айдар положил рубанок на верстак, снова подтянул штаны и повёл гостей к домику, стоявшему неподалёку от курятника.

— Айдар, на пути к тебе нам повстречался белый столб с подвешенными на него петухами, — заговорил Кир. — Ты их туда на удачу вешаешь? Или это бойцы, на которых возлагались огромные надежды, а они их не оправдали?

— Если бы — Айдар усмехнулся. — Это Акма. Психованная баба со своими псами. Вы проезжали её ферму по пути сюда.

— Это она птиц повесила? — спросил Кир и так переиграл с удивлением, что и Айдар, и Кайтелла посмотрели на него с недоумением.

— Да, она, — подтвердил Айдар. — Эт значит: её собаки как-то повадились моих пташек таскать. Я и накормил этих воров вкусным мясом со смертельным ингредиентом.

Он отвёл взгляд, вспоминая произошедшее, и продолжил:

— Зря я это сделал. Она ведь и не знала, что её собаки за моими курами охотятся.

— Что же произошло, когда она узнала? — поинтересовалась Кайтелла.

— Она пришла ко мне. Эт значит: мы долго ругались. После смерти трёх собак Акма про убитых кур и слышать не хотела. Эт значит: много между нами было и криков, и брани, а через две недели, эт значит, появился столб с четырьмя петухами.

— Ну и ну! — задумчиво произнёс Кир. — Она тебя так ненавидит, что не пожалела усилий даже для покраски столба.

— Нет, — покачал головой Айдар. — Столб я пару дней назад покрасил. Эт значит: Акма его поставила и следила, чтобы петухи на нём не переводились, даже узор вырезала. А я решил ей помочь — покрасил в белый цвет. Старый он был, неказистый.

— Интересный ход, — заметила Кайтелла. — И тебе нравится, что перед твоей фермой, где ты продаёшь кур, яйца и боевых петухов, висят трупики птиц?

— У меня был выбор: выкапывать столб и ругаться с Акмой. Эт значит: она женщина достаточно настойчивая. Она бы поставила новый столб, а впоследствии придумала бы что-нибудь похуже — такое, что действительно могло бы навредить мне и моей ферме.

Айдар подтянул спадающие штаны, отвернулся в сторону и высморкался на землю.

— Я решил этого не делать. Эт значит: оставил всё как есть. Столб, о котором она так заботится, дабы мне навредить, эт значит: стал неким достоянием моей фермы. Раз уж всё так спокойно идёт с её ненавистью ко мне и к моим птицам, эт значит: пусть и дальше так будет.

— Но ведь она убивает твоих любимых птиц! — возмущённо сказал Кир.

— Нет, не моих. Она убивает своих птиц. Да и что есть жизнь боевого петуха? Если он переживёт первый бой — это хорошо. Второй бой — невероятное везение. А на третий бой уже выставляют нового бойца.

Как оказалось, почти все домики вокруг были курятниками — с разными породами кур. Айдар подвёл гостей к одному из них, где копошились красивые создания, покрытые ярко-рыжим оперением, местами переходящим в алые оттенки. На крыльях, шее и хвосте цвет темнел, затухая в чёрные пятна.

Айдар остановился и начал рассказ:

— Зиили, эт значит: великолепные птицы, привезённые с юга. Отличаются крепким телосложением. Ноги у них хоть и короткие, но сильные. Жёсткое оперение плотно прилегает к телу. Задиристый характер, эт значит: достаточно агрессивные. В то же время привязываются к хозяину.

— Привязываются к хозяину, — повторил Кир. — То, что надо. Будет мне верен, мой боевой птиц!

— Широкие плечи, высоко поднятые крылья, опущенный хвост. В бою выносливые, умеют совершать обманные манёвры. Яйценоскость — от пятидесяти до шестидесяти яиц в год.

— Нет, нет. Яйценоскость меня не интересует. Мне нужен боец. Не собираюсь я яйца собирать.

— Идём дальше, — фермер подвёл их к следующему курятнику.

Здешние обитатели были словно в костюмах: ярко-рыжие шеи и спины, а грудки, крылья, ноги и хвост — чёрные.

— Стартинская порода — отличные бойцы. Эт значит: мускулистое тело, тонкие длинные лапы с острыми шпорами. Жёсткое оперение, широкая грудка, приподнятый хвост.

— Острые шпоры? — Кир присел, чтобы лучше разглядеть ноги птиц.

— Агрессивные в бою, но привязчивы к хозяину. Требуют просторного выгула для развития мускулатуры. Яйценоскость — Айдар запнулся, вспомнив, что покупателю эта характеристика неинтересна.

— Значит, нужен просторный выгул, — задумчиво повторил Кир, прикидывая, как и где он сможет его обеспечить.

— О хорошем бойце нужно хорошо заботиться. С плохой заботой, эт значит, и боец будет плохой.

Продолжая экскурсию по ферме, Айдар подвёл их к следующему строению. Здесь находились чёрные, высокие красавцы, каждый из которых грациозно вышагивал в своём небольшом вольере.

— Порода моша. Эт значит: вертикальная посадка, высокий рост, угловатое туловище. Длинная шея, маленький гребень и отсутствие серёжек. Довольно жёсткое оперение, мощные голени и лапы. Эти птицы бесстрашны, эт значит: склонны к агрессии даже внутри породы.

Осмотрев всех птиц и услышав характеристику «бесстрашные», Кир остановил взгляд на чёрном петухе с редкими белыми кончиками перьев на крыльях и ногах. Птица с этими светлыми отметинами особенно ему приглянулась. Кир уже был готов прыгать от восторга, представляя, как отправится домой с таким красавцем, — пока не услышал цену.

— Как пятьдесят золотых?! Это ведь просто птица!

— Это не просто птица. Это боевая птица, эт значит: величественная, с красивой расцветкой, — Айдар кивнул в сторону вольера. — Посмотри, как вышагивает.

— Боевая птица — только на два поединка. А потом что с ней делать?

— Потом можешь съесть. А перья оставить себе на память.

— Возьму за пятнадцать золотых.

— Послушайте, у меня нет времени на торговлю. Я, эт значит, продаю породистых боевых петухов за хорошую цену, и недостатка в клиентах у меня нет. Если не хотите брать — не надо. Эт значит: я вернусь к своей работе.

— Ладно, ладно. Я предлагаю тебе небольшую сделку, — Кир набрал воздух ноздрями и медленно выдохнул через рот. — Жаль, что приходится об этом говорить, и всё же Я готов взять этого красавца за двадцать золотых.

Айдар хихикнул и уже собирался возразить, но Кир остановил его жестом руки и продолжил:

— А королевская гвардия не узнает, что на твоём дворе, за домом, закопан труп.

Айдара словно подменили. Он побледнел, покрылся потом и разнервничался так, что начал запинаться:

— Как вы узн кто сказал? Что вы такое говорите? Я честный фермер! Что вы себе позволяете?!

В этот момент даже Кайтелла поперхнулась — такого поворота в разговоре она явно не ожидала.

— Я знаю, что вы честный фермер. И я первый, кто готов кинуть камень в того, кто упрекнёт вас в нечестности, — Кир подошёл ближе и положил руку Айдару на плечо. Тот вздрогнул. — И чтобы так и было впредь, эт значит: я готов купить у тебя петуха за пятнадцать золотых, — Кир усмехнулся, передразнив фермера его же интонацией.

— За пятнадцать — Айдар хотел было возмутиться, но слова так и не дошли до конца. Возмущение быстро сменилось тревогой — видно, он представил, к чему может привести дальнейший спор.

— Я честный человек, — выдавил он. — Эт значит: люблю свою ферму и ценю товар, который могу представить своим покупателям.

— Угу, — кивнул Кир, не отводя от него взгляда.

— Эту великолепную птицу я отдаю вам за пятнадцать золотых, — продолжил Айдар. — Надеюсь, он принесёт вам много побед.

— Уж надеюсь, что больше двух. У вас ведь птицы лучшие из лучших! — удовлетворённо произнёс Кир, выуживая из кармана кожаный мешочек с монетами.

Пока Кир неторопливо и почти победоносно отсчитывал золото, Айдар заметно нервничал. Глядя на это, Кайтелла задала вопрос:

— Петухов к бою тренируют? Их ведь не выпускают сразу на бой прямо из яйца?

— Нет. Конечно нет. — Айдар снова подтянул спадающие штаны. — Эт значит: есть люди, которые обучают петухов. Я бы посоветовал встретиться со Стивеном. Он неплохо разбирается в подготовке боевых птиц.

— Скажи, мой честный друг, где мы можем найти Стивена? — спросил Кир, протягивая монеты Айдару.

— В городе поспрашивайте. Где выпить наливают, эт значит: точно слышали про Стивена.

— Завсегдатай кабаков. Хорошо — Кир бросил взгляд на своего петуха в вольере. — Поймай мне петуха, Айдар! Я уже хочу с ним познакомиться.

Спустя несколько минут Кир получил клетку с птицей.

— Айдар, дружище, может, ты мне побольше расскажешь о петушином мастере? — продолжил он. — Если ты его рекомендуешь, то, скорее всего, вас объединяет нечто большее, чем «там, где наливают». Мне бы сузить поиск, а то время не терпит отлагательств.

Айдар потоптался на месте, почесал шею. Было заметно, как он нервничает.

— Справа от северных ворот. Там его дом. Рядом с кварталом рыбаков.

— Премного благодарен, — Кир снял шляпу в лёгком поклоне и повёл лошадь к дороге. Кайтелла направила свою кобылу следом.

Попрощавшись с фермером, всадники двинулись в обратный путь. Проезжая мимо столба, ставшего символом раздора между Айдаром и Акмой, Кайтелла спросила:

— А как ты узнал, что он нечист на руку? Ты ловко его подловил с этим закопанным телом за домом. С чего у тебя вообще возникли такие подозрения?

— Никаких подозрений. Я просто предположил.

— Как это — предположил? — удивилась Кайтелла. — Не имея никаких оснований?

— Нет. Мало ли у кого труп может быть закопан на заднем дворе.

Кир внимательно посмотрел на свои пальцы, потер их друг о друга, словно разглядывая на них грязь, и невзначай добавил:

— Ведь у тебя труп закопан на заднем дворе за домом?

— С чего ты взял? У меня нет за домом никаких — Кайтелла осеклась. Лицо её вспыхнуло, и она уставилась на Кира так, будто готова была его растерзать.

— У любого может быть, — равнодушно пожал плечами Кир, словно не замечая её взгляда.

— Где тот чёртов труп?! — раздался полный злости голос Кайтеллы.

— Закопан, — ответил Кир, отвлекаясь на клетку с петухом. Он разглядывал птицу и гладил её пальцами через прутья.

— Где закопан?!

— Там, где его, надеюсь, никто не станет выкапывать, — Кир приподнял клетку, чтобы лучше рассмотреть ноги своего бойца. Он явно предпочитал заниматься чем угодно, лишь бы не смотреть на Кайтеллу в ярости.

— Ещё раз! — девушка потянулась за арбалетом. — Где ты закопал труп?

Кир обхватил клетку с птицей и чуть отвернул её, стараясь прикрыть петуха.

— Нет-нет-нет! Только не моего петуха — и не меня!

— Говори!

— А где я его ещё мог закопать? Пронести через весь город на своих могучих плечах, среди бела дня, прихватив с собой лопату с ленточкой и бутыль вина? Каждому встречному объяснять, что у друга был день рождения, что он слегка перепил, а лопата — это подарок?

— Именно! — отрезала девушка, не опуская оружия.

— Вот незадача! — Кир скривился. — Чтобы так пройти через город и не вызвать подозрений у стражи, помешал твой болт, торчащий из его башки.

Он наклонился в сторону Кайтеллы, всё ещё держа клетку одной рукой за спиной.

— И теперь что мне делать? — спросила она.

— О, расскажу, — охотно отозвался Кир. — Убрать Клауса, повесить его обратно за спину, поблагодарить друга за то, что в сложной ситуации не растерялся, помог разобраться с нежданными гостями, а потом избавился от нежелательного тела, которое своим присутствием портило вид твоей лавки.

— А с телом — Кайтелла заметно успокоилась и опустила арбалет.

— Не выкапывать его! — выпалил Кир, вытаращив глаза. — Посади там грядки, цветочки или какое-нибудь дерево.

— Ладно. Петух у тебя. А я домой. Мне ещё нужно подумать, как найти человека, который подослал ко мне двух воров.

— А что тут думать? — удивился Кир. — Поехали к нему навстречу. Он ведь ждёт, когда ему принесут ткань. Вот мы её и принесём.

— Мы? — переспросила Кайтелла.

— Только я петуха у тебя оставлю, пока тренера для него не найду.

— Ты странен. И всё же нож в твоих руках полезен против ворья, — Кайтелла задумалась и, повернувшись к компаньону, спросила: — А тебе это зачем?

— Что — зачем?

— Зачем искать человека, который решил обокрасть мою лавку?

— Мне интересно, что твой Клаус с ним сделает, — Кир посмотрел на неё глазами, полными искреннего восхищения, и добавил: — Уж больно вы хороши вместе.

— Да. Мы старые друзья, — улыбнулась Кайтелла.

— Кайтелла, заглянем к рыбакам. Найдём тренера для моего петуха.

Кайтелла недовольно посмотрела на Кира.

— У меня нет на это времени. Мне нужно выяснить, кто и зачем вломился в мою лавку.

— Если не выделять время на дела, то его и не будет хватать.

— Моё бесценное время нужно для моих дел — не для твоих.

— Заедем, Кайтелла, нам ведь по дороге, — Кир задумался, погладил загривок лошади. — А я тебе цветочки посажу на заднем дворе.

— И дерево! — строго добавила Кайтелла.

— Найду для тебя самое красивое, — воодушевился Кир.

Пройдя через северные ворота, они свернули в квартал рыбаков. Почувствовав резкий запах рыбы, Кир принялся расспрашивать прохожих, где найти нужного человека. Пара человек указала направление к ветхому строению.

Дойдя до нужного дома, Кир обратился к мальчику, игравшему с древком от лопаты. Тот положил его на предплечье и следил, чтобы древко не упало, удерживая его в равновесии.

— Эй, малец! Мы ищем Стивена. Это его дом? — спросил Кир, кивнув в сторону деревянной постройки.

Чумазый мальчик ничего не ответил. Он снял древко с руки, подошёл к лошадям и, взяв их под уздцы, повёл через дорогу — к другому дому.

Подведя их к крыльцу с красивыми резными перилами, мальчик остановился и посмотрел на всадников.

— Смотри-ка, здесь явно не обошлось без Айдара. Мальчонка нас куда надо привёл, — Кир указал на перила.

— Да. Его руки здесь поработали, — согласилась Кайтелла.

— Как зовут тебя, мальчик? — спросил Кир, выудив из кармана медную монетку.

Мальчик снова ничего не сказал — лишь склонил голову. Слипшиеся волосы, грязная одежда, босые ноги и рваная тряпка на шее говорили о том, что жилья у него нет.

— Ну что ж, держи, безымянный мальчик, — Кир бросил ему монетку.

Тот ловко поймал её и тут же убежал по своим делам.

— Чудесный мальчуган, не правда ли? — заметил Кир, привязывая лошадей к перилам.

— Хочешь забрать его с собой? — спросила Кайтелла.

— Нет. Что мне с ним делать?!

— О, воспитывать. У тебя это чудесно получается.

— Нет. Не хочу возиться с детьми.

— А что хочешь?

— Хочу воспитать боевого петуха, — ответил Кир и постучал в дверь дома.

Глава 5

Дверь отворилась от удара.

За дверью всё было вверх дном: перевёрнутая кровать, распахнутый шкаф, перед которым валялись разбросанные вещи; стулья лежали на полу, стол был раскурочен — видно, кто-то добрался до ящика и не церемонился. Возле печки рассыпан пепел; по следам было ясно — в ней тоже что-то искали.

— Мда — протянул мужчина, снимая шляпу. — И кому понадобилось здесь всё перерыть? Что искали? Трактаты о тренировке петухов?

— Не знаю Самого Стивена вряд ли в печи искали.

— Здесь мы никого не найдём. В этом бардаке давно уже никто не живёт.

— Посмотри возле стола. Это ведь хлеб с сыром, — девушка указала на разбитую миску с едой.

— А ведь верно. Судя по тому, насколько засох хлеб и сколько плесени на сыре, жилец покинул дом не так уж давно.

— Неделя или две, — заключила Кайтелла.

— Ладно. Мы попытались его здесь найти, — Кир направился к выходу. — Пойдём. Я посажу цветочки и дерево, как и обещал.

Кир проводил девушку почти до лавки. За несколько кварталов он свернул к рынку — купить цветов, чтобы хоть немного облагородить её задний двор.

Дверь под вывеской «Твоя игла» была открыта. За прилавком сидел Луин и вырезал лицо очередной куклы, пока две женщины перебирали предложенные им ткани.

— Госпожа, вы вернулись одна? — осторожно спросил он.

— Одна, — Кайтелла прошла за прилавок, поставила Клауса к стене и села на свободный стул.

— Этот человек Мы его больше не увидим?

— Он обещал облагородить участок за домом за то, что я съездила с ним на ферму.

— Надеюсь, сюда он больше не зайдёт. У меня от одного его вида мурашки по коже.

Одна из покупательниц накинула ткань на плечи, разглядывая себя в зеркале.

— Как красиво! Пусть у всех мурашки бегут от моей красоты. Я буду великолепна на празднике!

Луин взглянул на женщину у зеркала, затем повернулся к Кайтелле.

— Он садовник? Почему он решил заняться вашим садом?

— В некотором роде, — устало ответила девушка. — Подрезать ненужные отростки он умеет.

Луин поморщился и чуть не выронил голову куклы из рук.

— Вот эта! Да, вот эти ткани мы берём! — покупательницы вернулись к прилавку, вытащив из стопки пять рулонов.

— Отпусти товар, Луин. Сегодня лавка на тебе. Как закроешь — вымой полы и наведи порядок на стеллажах.

Чем чище вокруг, тем чище в голове.

— Вы не останетесь? — спросил парень, заворачивая выбранное.

— И вчерашний день, и сегодняшний были непростыми. Завтра, чувствую, тоже будет день, полный интересных событий.

Кайтелла ушла в свою комнату.

Вечером следующего дня, ещё до закрытия лавки, Кайтелла поехала в «Кривую подкову», чтобы посмотреть, что за человек польстился на её имущество. Она предупредила Анабель и Луина, что вернётся поздно.

Анабель, как обычно, спустилась в конце рабочего дня провести ревизию товара, а Луин, ожидая покупателей, продолжал работу над деревянной куклой.

— Луин, ты всё в куклы играешь? — проворчала старуха. — Уж пора бы тебе девушку найти.

— Я ещё не встретил ту самую.

— Играя в куклы, и не встретишь, — буркнула Анабель. — И что значит «ту самую»?

— Единственную. Ту, которая предназначена мне.

— Единственную? — старуха усмехнулась и хмыкнула. — А если все единственные девушки тебе предназначены?

— Как так?

— Так и есть. Выбирай любую.

— Если я встречу не ту, она может разбить мне сердце.

— Зато познаешь наслаждение, общаясь с живыми людьми, а не с деревянными куклами.

— Я не хочу размениваться по мелочам и встречаться абы с кем.

— Поверь моему опыту, — Анабель заговорила мягче, почти по-матерински. — Я достаточно пожила и знаю: с «абы кем» мы не встречаемся. Кого увидел — того и бери. Каждый человек что-то привносит, расширяет наши горизонты, дарит новое.

— Мои горизонты интересов и так необъятны.

— Возможно, — кивнула старуха. — И всё же ты не знаешь, что ждёт тебя сегодня или завтра, через час — или кто войдёт в эту дверь.

Анабель указала на вход. За дверью послышались шаги. Она знакомо скрипнула, и на пороге с лопатой в руках появился Кир. Его ладони были перепачканы землёй, из кармана торчал цветок с узкими рыжими лепестками, закручивавшимися наружу. Он легко кивнул присутствующим.

— Луин миледи

— Лучше бы я и не знал, кто за этой дверью, — нервно пробормотал парень.

— Кайти здесь? — с воодушевлением спросил Кир, снимая шляпу. — Мне бы с ней повидаться.

— Госпожи Кайтеллы нет, — ответила Анабель своим скрипучим голосом. — Я передам, что вы заходили.

— О, жаль, что не застал. А знаете, куда она отправилась?

— В таверну «Кривая подкова». Вернётся поздно.

— На встречу с вором тканей? — удивился Луин.

— Любопытно — протянул Кир. — Благодарю вас, леди.

Он отряхнул руки, вытащил из кармана торчащий цветок и приблизился к старухе.

— Примите этот цветок от меня, леди, с наилучшими пожеланиями.

Анабель приняла цветок и улыбнулась Киру. Несмотря на возраст, все её зубы были на месте — ровные, красивые, с лёгкой желтизной в некоторых местах.

— Красивые зубки, — искренне восхитился Кир. — Я бы с радостью остался поболтать, но сейчас хочу заскочить в таверну, повидаться с Кайти.

— Так и шёл бы уже, — буркнула старуха, вытаскивая вазу из-под прилавка. — Только руки вымой!

Кир сунул лопату Луину, стоявшему за прилавком, и в спешке вышел.

Анабель наполнила вазу водой, опустила в неё цветок и поставила перед собой.

— Ммм тигровая лилия. Люблю эти цветы — яркие, дерзкие. Меня всегда манили их насыщенные цвета. Мне их часто дарили.

— Что? Тебе дарили цветы? — с недоверием переспросил Луин, засовывая лопату под прилавок.

— Твоя реплика неуместна, мальчик! — резко отрезала Анабель. — Ты познакомился со мной, когда я уже была старой. Но когда-то я выглядела иначе и занималась совсем другим.

— Когда это было? — спросил Луин и тут же понял, что сформулировал неудачно.

Анабель уловила в вопросе нечто лишнее и холодно ответила:

— До того, как твои родители начали пыхтеть над тобой.

— Нет-нет прости! Я другое хотел спросить

Старуха молча посмотрела на него долгим, холодным взглядом.

— Чем ты занималась раньше? Ты никогда не рассказывала.