«Я буду бороться за священные права редакции». Переписка М. А. Алданова и М. М. Карповича. 1941–1957

За мной лично, впрочем, едва ли будет остановка.

Шлем Вам и Татьяне Николаевне сердечный привет. Как Вы живете?

<На полях слева> Сирин мне не ответил на давнее письмо. Уж не сердится ли он?

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.

№ 70. М. М. Карпович – М. А. Алданову

8-ое апреля 1944 г.

Дорогой Марк Александрович,

Получил Ваше письмо одновременно с письмом М. О. Я ему уже написал, что хотел бы приехать на собрание и что мог бы сделать это 22-го – 23‑го апреля. Помимо собрания сотрудников, мне хочется поговорить с Вами обоими о журнальных делах.

Пока же хочу написать несколько слов по поднятому Вами вопросу о выходе восьмой книжки. Я не буду предрешать сейчас вопроса, желательно ли выпускать три или четыре книжки в год. Во всяком случае, если мы остановимся на трех, сроки надо будет распределить так, чтобы между книгами был не слишком большой промежуток. Но если мы теперь последуем Вашему совету, то между 7-ой и 8-ой книгами у нас будет перерыв по крайней мере в пять месяцев, а может быть, и больше. Кроме того, по крайней мере некоторые из намеченных статей (напр.<имер> Тимашева о советской федерации1) могут потерять свой злободневный интерес. Мне все-таки кажется, что в нашем случае не стоит преувеличивать неудобств летнего сезона. Помимо того, неужели мы никак не можем сократить срок выпуска книжки? У нас уже имеются Чехов2, Гребенщиков3, Рубисова4, Гумилев5, Николаевский6, Баулер (А. В. Гольштейн. – С. П.)7, Сазонова8, Гинс9 (если Вы и М. О. решили его пустить). Вы пишете, что за Вами остановки не будет. Только что получил письмо от графа П.<авла> Н.<иколаевича> Игнатьева10 с согласием на использование намеченных мной отрывков. Эту рукопись я могу выслать через несколько дней.

Все это вместе взятое составляет уже значительную часть материала. Обещаны положительно статьи Шварца11, Александровой12, Федотова13, Тимашева и Зензинова14 (обзор советских журналов). Я не знаю, как обстоит дело с Аронсоном15. Вишняк под сомнением. Но всем остальным мы можем поставить категорическое условие, чтобы статьи были сданы не позднее 1‑го мая. То же относительно рецензий. Неужели типографии нужно больше двух месяцев, чтобы набрать и напечатать книжку?

У меня лично и в семье все благополучно. Набокова давно не видел. Не думаю, чтобы он мог на Вас сердиться. Он ведь вообще корреспондент не исправный.

Сердечный привет Вам и Татьяне Марковне от нас обоих.

Искренно Ваш М. Карпович

Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. March 1943 – Apr. 1944.

№ 71. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

15 апреля 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Мы чрезвычайно рады Вашему приезду. Значит, помните, чашка чаю, под Вашим председательством, состоится у Цетлиных 22-го, в 9 часов. Но было бы хорошо побеседовать раньше. Ввиду Вашего приезда не стоит писать о 8-ой книге. Седьмая позавчера рассылалась. Отзывов, разумеется, еще ни от кого не слышали.

Прилагаю чек на 7.50 за 10 страниц (Ваши две статьи).

Шлем сердечные поздравления к Пасхе. Завтра большой (85 человек!) Пасхальный прием у Александра Федоровича. Он вернулся, я с ним вчера завтракал. Здоровье Лидии Федоровны1 нехорошо (сердце), но прием не отменяется.

Сердечный привет от нас Вам и Татьяне Николаевне.

Ваш М. Алданов

Машинопись. Подлинник. BAR. Karpovich. 26 Jan. – 7 May 1944.

№ 72. М. М. Карпович – М. А. Алданову

18–IV–44

Дорогой Марк Александрович,

Спасибо за письмо и за чек. Книжку журнала получил. Думаю, что хорошо было бы устроить наше редакционное совещание до собрания сотрудников, если Вам и М. О. это удобно. Я приеду в Нью-Йорк часа в 4. Так что с 5-ти я уже могу быть к Вашим и М. О. услугам. Пишу о том же и М. О. По приезде позвоню ему, а пока оставлю ранний вечер свободным. Остальные свои «дела» сделаю в воскресенье.

Сердечный привет Вам и Татьяне Марковне от нас обоих.

Искренно Ваш М. Карпович

Автограф. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. March 1943 – Apr. 1944.

№ 73. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

7 мая 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Мих. Ос. только что прочел мне по телефону Ваше письмо. Наше общее мнение:

1) Воспоминания Добужинского – очень приветствуем1.

2) Статья Зака – может быть, интересно2. Тема, во всяком случае, интересна.

3) Воспоминания г-жи Винавер3. Она действительно мне их доставила, но я еще не читал. Боюсь, что если они даже не интересны, то что-либо надо оттуда взять. Так же я отношусь к воспоминаниям гр.<афа> Игнатьева. Я их прочел и вполне с Вами согласен. Ново там, кажется, письмо министров к царю (а возможно, что оно уже и было напечатано)? Многое читается с интересом, хотя и не ново.

Во всяком случае, в восьмую книгу ничто из этого попасть уже не может. Я и то боюсь, что уже принятое в нее не вместится. Но Ваш доклад должен попасть, – на этом мы твердо стоим.

Седьмая книга и продается лучше других, и нравится больше всех предыдущих. Слышу только лестные отзывы почти обо всем4. Из неполитического материала большой публике чрезвычайно нравится статья Авьерино5, да и квалифицированные читатели ее хвалят.

Если с Вишняком опять будет политический торг об отдельных пассажах, то очень хотелось бы, чтобы Вы его взяли на себя. Почему-то на Вас он обижается всегда гораздо меньше, чем на меня и на Цетлина. А мы, разумеется, никак его обижать не хотим.

Шлем самый сердечный привет Вам и Татьяне Николаевне.

Ваш М. Алданов

Правда ли, что Набоков потерял место в музее бабочек? Есть ли у него шансы в Йеле? Я не могу его запросить, так как он не ответил на два мои письма.

Я написал это письмо днем, а вечером прочел воспоминания Винавер. По-моему, из них можно взять главу о Кокошкине – Родичеве – Милюкове и Маклакове (о Петрункевиче, конечно, гораздо лучше могла бы написать гр.<афиня> Панина6). Все остальное в воспоминаниях едва ли подходит. В указанной мною главе страниц 12.

Машинопись. Подлинник. BAR. Karpovich. 26 Jan. – 7 May 1944.

№ 74. М. М. Карпович – М. А. Алданову

10‑го мая 1944 г.

Дорогой Марк Александрович,

Большое Вам спасибо за письмо. Рад, что мы согласны насчет воспоминаний Добужинского и г<оспо>жи Винавер и насчет статьи Зака. Я всем им напишу соответственно. Конечно, все это может пойти не раньше девятой книжки. Боюсь, что и мой доклад придется отложить до осени – я просто не успею приготовить его сейчас к печати. Дай Бог времени написать уже обещанную рецензию.

Посылаю статью Вишняка на Ваше и М. О. заключение1. Статья эта главным образом посвящена доказательству положения, что в советской России нет демократии и что сталинская конституция не демократическая конституция. Против этого мы едва ли можем возражать. Но, конечно, написано это с обычной для автора резкостью и страстностью. Кроме того, во второй части статьи (начиная со стр.<аницы> 19-ой) затронуто еще много других острых тем, и, вероятно, эта часть и может вызвать главные возражения. Я поставил в красные скобки то, что, по-моему, во всяком случае должно быть выпущено. Когда получу замечания от Вас и от М. О., готов взять на себя дипломатические переговоры с М. В. Думаю, что лучше этого не задерживать, так как переговоры могут занять некоторое время.

Я не слышал про то, что Набоков потерял место в музее – думаю, что это неправда. В Йеле шансов, по-моему, нет.

Сердечный привет от нас обоих Вам и Татьяне Марковне.

Искренно Ваш М. Карпович

Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 75. М. М. Карпович – М. А. Алданову

5‑го июня 1944 г.

Дорогой Марк Александрович,

Пишу Вам в качестве редактора Рашен Ревью. Если бы у Вас нашлись время и охота, не написали ли бы Вы для нас что-нибудь? Может быть, Вы могли бы использовать какой-нибудь исторический материал, который у Вас останется от романа, или, может быть, Вы захотели бы прибавить еще один портрет к галерее русских исторических портретов и написать, например, о Лорис-Меликове1. Во всяком случае, что бы Вы ни написали, все будет интересно и принято нами с благодарностью2.

Если бы Вы это сделали до 15 августа, то очерк Ваш мог бы появиться в осенней книжке3.

Всего лучшего.

Искренно Ваш М. Карпович

P. S. С тех пор, что я продиктовал это письмо, я заболел и сейчас лежу в постели. Вынужден отложить свою поездку в Нью-Йорк.

Машинопись. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 76. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

10 июня 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Только что мне позвонил Михаил Осипович и сообщил о втором Вашем письме. Первое нас было встревожило, так как писали не Вы. Теперь, по-видимому, ясно, что Ваше нездоровье не опасно? Все же, как только Вы почувствуете себя лучше, пожалуйста, дайте нам знать, что это за болезнь со столь непонятными симптомами? Или, быть может, нам напишет г<оспо>жа Ушакова?

Очень Вас благодарю за предложение дать статью в Рашн Ревью. С большим удовольствием принимаю. Думаю, однако, что тема «Лорис-Меликов» не очень удобна, так как я уже поместил в Вашем журнале две статьи о деятелях старого строя, Витте и Дурново, – скажут: что же всё одно и то же? Позвольте мне о том подумать, ведь времени еще много. Напишу я по-русски, как и тогда: по-английски писать не решаюсь, да и правка моего английского оригинала заняла бы не меньше времени, чем перевод.

Сегодня я получил из Лондона письмо от Б.<ориса> И.<сааковича> Элькина1. Он сообщает (без всяких подробностей), что скончались М.<ихаил> В.<ладимирович> Бернацкий2 и П.<етр> Б.<ернгардович> Струве3…

Согласно нашим прецедентам, очередной отрывок «Истоков» будет Вам типографией послан уже в набранном виде, в гранках. Я надеюсь, что Вы и теперь против этого ничего не будете иметь: мои рукописи читать просто неприятно, да и очень они громоздки. Надеюсь, типография скоро наберет.

Шлем Вам и Татьяне Николаевне самый сердечный привет.

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.

№ 77. М. М. Карпович – М. А. Алданову

61 Brattle St.13–VI–44

Дорогой Марк Александрович,

Большое Вам спасибо за письмо и за согласие написать для Russian Review – что-нибудь. Конечно, пишите на любую тему, которая Вам приглянется – я совсем не держусь за Лорис-Меликова!

Вчера я встал с постели, сегодня первый день выходил, но чувствую себя все еще очень слабым. Надеюсь, что это быстро пройдет.

По объяснению доктора, болезнь моя была вызвана так называемой allergic reaction … неизвестно на что. Такое раздражение слизистых оболочек может быть вызвано цветением каких-нибудь весенних трав или еще чем-нибудь в этом роде. Это было вроде сенной лихорадки, очень здесь распространенной.

М.<ежду> пр.<очим>, в те самые дни, когда я лежал больной, очень серьезно заболел В. В. Набоков. Он был здесь один, т.<ак> к.<ак> жена его и сын уехали в Нью-Йорк, и питался в ресторанах. В одном из этих ресторанов он чем-то отравился. Ему было так плохо, что пришлось срочно везти его в госпиталь, где он провел несколько дней1. Оттуда мы взяли его к себе, и он до сих пор живет у нас. Теперь он уже почти совсем поправился. Бедная моя Татьяна Николаевна едва не сбилась с ног, ухаживая за двумя больными в доме.

Я написал уже М. О., что в только что вышедшем ежегодном добавлении к Encyclopedia Britannica (The Britannica Year Book of 1944) в заметке «Russian Literature in 1943»2 (написана Глебом Струве3) прочел про «Новый журнал». Отдельно отмечены: рассказы Бунина, начало Вашего романа и сиринская «Русалка».

Буду теперь ждать корректуры Вашего отрывка и другого материала.

Шлю сердечный привет Вам и Татьяне Марковне от нас обоих.

Ваш М. Карпович

О смерти Струве знал из Нов. Р. Сл. Про Бернацкого узнал впервые.

Автограф. Подлинник. Перечеркнутый бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 78. М. М. Карпович – М. А. Алданову

New Haven, Conn.13–VII–44

Дорогой Марк Александрович,

Я здесь – на один день, по дороге назад в Вермонт. В Вашингтоне пробыл четыре дня и, к удивлению, не очень страдал от тамошней жары1. В Библиотеке Конгресса, в связи со сдачей наших карточек, у меня оказалось довольно много работы. Корректуры читал вечерами и в поезде – вот почему их немного задержал. Посылаю их теперь в отдельном пакете по адресу Михаила Осиповича.

Напрасно Вы говорили, что этот Ваш отрывок2 менее интересный, чем предыдущий. Я этого совершенно не ощутил. И Гладстон и Вагнер мне очень понравились. В другом – не политическом – плане очень хороши страницы, посвященные взаимоотношениям между Мамонтовым и Софьей Яковлевной и болезни Дюммлера3.

С исторической точки зрения никаких возражений не имею. Но у меня есть несколько замечаний стилистического (простите мне мою дерзость) характера. Вот они.

Глава 6-ая.

Стр.<аница> 2. Мне кажется, что по-русски говорят «пария», а не «парий», как у Вас4.

10. «…осмотрел картину». У меня есть небольшие сомнения насчет «осмотрел», – но, призна́юсь, не знаю, как сказать иначе. М.<ожет> б.<ыть>, это и хорошо5.

12. «Через Рубикон переходят, а не переплетаются». Я не сразу сообразил, что это от «плестись». Форма эта показалась мне необычной. Первая ассоциация – с книгами. Вероятно, грамматически это совершенно правильно, но – на мое ухо – как-то не звучит. «Переходят, а не плетутся»?6

Гл.<ава> 9 ая.

Стр.<аница> 3.

«Гости уносили … бутылки с бокалами». Не лучше ли бутылки и бокалы, а то звучит как «бутылки с вином». Или, если Вы хотите подчеркнуть неприличие поведения гостей, то можно «вместе с бокалами и бутылки»7.

Гл.<ава> 10 ая.

Стр.<аница> 3. «Карьера Гладстона была органической». Во всех других случаях у Вас «органичный». Не лучше ли и здесь так для единообразия8.

Гл.<ава> XI.

Стр.<аница> 7. Это явная опечатка, но обращаю Ваше внимание на нее ввиду ее важности. Иоахим, конечно, перешел от Вагнера к Брамсу, а не наоборот9.

Гл.<ава> XII.

Стр.<аница> 2. «…занес в память коммерциенрат. Его посадили рядом со старой дамой… Лист догадывался…».

Лучше «Листа» вместо «его» и «его» вместо «Листа»10.

Стр.<аница> 3. «Лист отвечал о России». Очень необычно. Может быть и хорошо, но меня смутило. «Лист в ответ говорил о России»?11

Еще в главе IX на стр.<анице> 3 меня смутил «пророк Мормон». Я мало знаю про мормонов. Помню, что основал секту Smith, а его преемником был Young. Или Мормон был мифическое лицо, на к<ото>рое он сослался как на источник своих откровений?12

В гл.<аве> XII на стр.<анице> 6 я бы выпустил рассуждение об исторической роли Вагнера. Оно как-то нарушает ход повествования и не в тон всей вещи13.

Шлю Вам и Татьяне Марковне сердечный привет.

Искренно Ваш М. Карпович

P. S. Мой адрес до 12го августа – West Wardsboro, Vermont, потом – 61 Brattle St., Cambridge 38, Mass.

Автограф. Подлинник. Бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 79. М. М. Карпович – М. А. Алданову

15–VII–44

Дорогой Марк Александрович,

Из New Haven я послал Вам свое письмо с замечаниями, но корректуру, по глупости, вместе с другими корректурами послал М. О. по его нью-йоркскому адресу. Приехав сюда, узнал, что тем временем он уехал из Нью-Йорка. Вероятно, корректуру ему переслали туда. Надеюсь, что Вы успеете получить от него Вашу корректуру до отъезда в Канаду. Простите, что невольно причинил Вам это беспокойство.

Очень тороплюсь отправить письмо и потому ограничиваюсь этими строками.

Счастливого пути Вам и Татьяне Марковне. Сердечный привет ей от нас обоих.

Ваш М. Карпович

Автограф. Подлинник. Перечеркнутый бланк. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 80. М. М. Карпович – М. А. Алданову

West Wardsboro, Vermont7–VIII–44

Дорогой Марк Александрович,

Большое Вам спасибо за письмо из Монтреаля. Я не ответил Вам до сих пор только потому, что Вы не сообщили мне своего адреса в Lake Placid. Теперь я узнал его из надписи на конверте, в котором Вы прислали корректуру статьи Федотова1. Как Вам показалась его статья? Мне она показалась очень удачной. Корректуру кроме меня просмотрел и автор, у нас гостящий.

Мой отпуск подходит к концу. В воскресенье 13го возвращаюсь в Кембридж. Г.<еоргий> П.<етрович> <Федотов> поедет со мной, т.<ак> к.<ак> хочет неделю поработать в нашей университетской библиотеке, а потом возвращается в Нью-Йорк. Он просит передать Вам его привет.

Думаю, что до моего отъезда в наших краях появится и Б. И. Николаевский, к<ото>рый собирается провести недели 2–3 в пяти милях отсюда у наших знакомых Рабиновичей2 (это я ему устроил по его просьбе). Таким образом, влияние Вермонта начинает распространяться и на русский Нью-Йорк, что очень льстит моему местному патриотизму3.

Я уже прочел большинство журнальных корректур, но пока только еще в гранках. Очень боюсь поэтому, что раньше сентября книжка не выйдет. Эти дни буду погибать над редакционными политическими заметками, к<ото>рые затем с трепетом представлю на суд Ваш и М. О.

Шлю сердечный привет Вам и Татьяне Марковне от нас обоих.

Ваш М. Карпович

В Кембридже мой адрес прежний – 61 Brattle St., Cambridge 38, Mass.

Автограф. Подлинник. Бланк с титулом в скобках. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 81. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

9 августа 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Надеюсь, что это письмо еще застанет Вас в Вермонте. Мы с Т. М. уже две недели здесь, и физически я чувствую себя очень хорошо: ежедневно хожу пешком, мили по три, и даже стал ездить верхом – после 29 лет (в последний раз ездил в пору войны под Двинском1)! Т. М. купается в озере, за отсутствием моря. Немного работаю над «Истоками». М. О. с Вашего благословения возложил на меня еще одну заметку: о России. Он мне писал, что Вы пишете о С.<оединенных> Штатах2, это прекрасно (но мало, – нужна еще одна Ваша статья), – но о чем пишет он сам? Я ему ответил, что могу написать о России, – [но] с тем чтобы он написал о западноевропейских делах: невозможно, чтобы в книге не было ни одной строки одного из двух главных редакторов3. Между тем я, не-главный, даю: 1) большой отрывок «Истоков»4, 2) рецензию об его книге5, 3) маленькую (анонимную) заметку об «УНРА» по работе <Г. М.> Соловейчика6 (помните?) – и еще 4) заметку о русских делах. Публика резонно скажет, что я злоупотребляю.

Верно, М. О. писал Вам, что я совершенно с Вами согласен по вопросу о статье Авьерино, но расхожусь по вопросу о статье Бориса Ивановича. Конечно, я подчинюсь Вашему общему решению, но, по-моему, мы обидим Николаевского, если разделим его статью: ведь ему, при замене его отрывка его же польской статьей в прошлой книге, было обещано, что статья пойдет в 8-ой книге. Кроме того (хотя мы в этом нисколько не виноваты), он теперь подвергается травле, и менее всего хотелось бы его «обижать» сейчас.

Я писал М. О-чу и о статье Г.<еоргия> П.<етровича> Федотова. Она показалась мне, при некоторой спорности, чрезвычайно интересной и блестящей. Написана она только для «элиты», и ортодоксальные наши демократы, типа Марка Веньяминовича или Чернова, будут ругаться. Пусть ругаются, – я тем более могу это сказать, что они же будут сильно ругать и «Истоки».

Шлю Вам, Татьяне Николаевне и Федотовым сердечный привет и лучшие пожелания.

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.

№ 82. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

15 августа 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

М. О. сообщил мне, что статью Н.<иколая> К.<онстантиновича> Авьерино надо послать Вам для ответа автору. Я склонен думать, что с большими сокращениями мы могли бы поместить эту статью в 9-ой или 10-ой книгах. Если нет, надо сослаться, я думал бы, на то, что нам неудобно полемизировать с нашими названными в статье сотрудниками или с неназванным Кусевицким.

Как Вы договорились с Бор.<исом> Ивановичем?

Каюсь, мне очень не хочется писать политическую заметку. Я не уверен, что напишу ее. Писал Вам об этом в моем письме от 9-го.

Шлем Вам и Татьяне Николаевне самый сердечный привет. Мы 20‑го или 22‑го собираемся в Нью-Йорк.

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.

№ 83. М. М. Карпович – М. О. Цетлину и М. А. Алданову

West Wardsboro, Vermont21–VIII–44

Дорогой М. О.,

«Кончаю, страшно перечесть.Но мне порукой Ваша честь,И смело ей себя вверяю»1.(Вашей и М. А.).

Посылаю Вам то, что я сегодня наконец написал. Посылаю как материал. Можете печатать всё, или частями, или ничего. Можете сокращать и переделывать.

Название придумать не мог – на это у меня пороху уже не хватило. Не могу отдать перепечатать, потому что у О.<льги> Н.<иколаевны> Ушаковой болят глаза, а задерживать не хочу. Старался переписать разборчиво. М.<ожет> б.<ыть>, типография разберет, а м.<ожет> б.<ыть>, кто-нибудь перепечатает в Нью-Йорке. Простите за опоздание и за дополнительные хлопоты.

Но я сам удивляюсь, что в конце концов что-то написал.

Спокойной ночи – два часа ночи, надо ложиться спать.

Привет Вам, М. С. и М. А.

Ваш М. Карпович

Автограф. Подлинник. Бланк с титулом в скобках. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 84. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

24 августа 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Мы вернулись в Нью-Йорк и застали здесь Цейтлиных, – они только сегодня уехали в Лонг Бич1. Здоровье Михаила Осиповича, к несчастью, нехорошо, – по крайней мере, такое мое впечатление. Боюсь, что он болен серьезнее, чем думает. Разумеется, не пишите ему об этом моем впечатлении.

Сегодня Марья Самойловна доставила мне Ваше остроумное письмо (от 21-го) и Вашу статью. Статья отличная, именно то, что нужно журналу. Я только заменил слова о предстоящем освобождении Парижа другими, говорящими о совершившемся факте2. Сделал это утром, а дневное радио сообщило, что Париж еще не освобожден! Надеюсь, что все-таки эта поправка будет оправдана событиями. Быть может, лучше было бы не говорить о возможности революционного переворота в России? Еще друзья наши истолкуют это по-своему или объявят, что мы призываем к революции во время войны. Но этого мы не изменили, несмотря на Ваше полномочие3. Я тотчас послал Вашу рукопись спешиал деливери в типографию. Пошлю Вам корректуру, как только получу. Вчера послал Вам в два приема всю верстку беллетристики, так как Вы хотите видеть верстку всего. Пожалуйста, пошлите (спешиал деливери) ее в типографию. То же относится к верстке всего остального, пошлю Вам ее тоже, как только получу. Вероятно, Вас спешиал деливери не будят, как меня: ведь Вы встаете рано. Пока я больше ни одной страницы верстки не имею.

Вот всё, кажется. На всякий случай сообщаю адрес Цетлиных до Лэбор Дэй4: <пропуск в тексте>. Типографию я просил Михаила Осиповича там ничем не тревожить. Он очень слаб, ему в Нью-Йорке за неделю сделали два переливания крови. Врач сказал, что горный воздух повредил ему!

Мы оба шлем самый сердечный привет Вам и Татьяне Николаевне.

Машинопись. Копия. BAR. Aldanov. Carbons 1.

№ 85. М. М. Карпович – М. А. Алданову

61 Brattle St.26–VIII–44

Дорогой Марк Александрович,

Наши письма разошлись. Большое Вам спасибо за добрые слова насчет моих заметок – они очень меня подбодрили. Буду ждать дальнейших корректур.

Очень я огорчен сведениями о состоянии здоровья М. О. Может быть, ему на морском берегу станет лучше.

Сейчас уезжаю в Вермонт, вернусь в понедельник к вечеру.

Всего лучшего. Сердечный привет Вам и Татьяне Марковне.

Ваш М. Карпович

Автограф. Подлинник. Бланк с титулом в скобках. BAR. Aldanov. May–Sept. 1944.

№ 86. М. А. Алданов – М. М. Карповичу

28 августа 1944

Дорогой Михаил Михайлович.

Сегодня я послал Вам в двух спешиал деливери гранки Вашей статьи (не прокорректированные мною) и публицистику до 274 страницы (прокорректированную). Пожалуйста, пошлите это все, прочитав, в типографию. Больше я ничего не имею, – все посланное получил сегодня утром.