Киберсинергия между интеллектуальным взлетом и цифровым рабством. Сборник факультативных лекций

В романе «Биокомпьютер» есть сюжет, когда Каракулов пытается убедить о необходимости, прежде всего, выстроить новую научно-образовательную стратегию. – «Нужно повысить знаниевый багаж человека. Знания, добытые человечеством сейчас либо пылятся в архивах, либо «висят в электронном облаке», которых следует вобрать с помощью новой технологии прочтения, а затем осмыслить и внести в сокровищницу научно-мировоззренческой культуры.

Человек обязан «стать умнее, мудрее, то есть стать гениальным». В этом смысле, имеет важное значение трехпоточная система восприятия, когда знания художественной литературы вызовет цепную реакцию, человека захлестнет знание концептуального характера, а когда их объемы превысят определенную грань, появится знание всеобъемлющего характера. Есть знания, есть мозги, однако, нет эффективных средств, позволяющих в короткий срок вложить большой объем тематических знаний, как продукт совмещения в мозгу, так сказать переработки с получением качественной мыслительной продукции, определяющий поступков и поведения индивида. Эти мысли и идеи легли в основу разработки «нейрокомпьютерного конвергента».

Нужно отметить, что, исходя уже из взгляда на мир как сложноорганизованную, открытую систему такая гипотеза всегда отвергалась. Вообще судьба научных идей, теорий, открытий всегда противоречива, сложна, драматичны. Сошлемся на научное открытие. Любое научное открытие – это достояние человечества, а потому, немаловажно знать, как рождается оно, как пробивает себя дорогу вперед, какова его судьба. Безусловно, немаловажно знать, кто и как совершил научное открытие, если можно, то попытаться восстановить ход событий и мыслей. Зачастую, это драма идей и их творцов.

Как известно, научное открытие, расценивается в обществе как высшее научное достижение и признание. Оно представляет собой высшей формой познания, представляющие собой завершенные результаты научной интеллектуальной деятельности и информационно представленные в виде новых фундаментальных понятий, используемых в дальнейшем в качестве концептуальных. Роль и значимость научных открытий для человечества всегда была великой. История каждого такого открытия, как уникального результата творческой деятельности всегда была и останется драмой.

Зачастую общество видит ученых, сделавших научное открытие лишь в редкие моменты их славы. В частности, когда их награждают и чествуют. То есть тогда, когда научное открытие уже сделано и даже оценено обществом подобающим образом. А вот те, порою очень долгие года и десятилетия упорного труда в своих лабораториях, их победы и разочарования, беды и успехи, а также их мысли, надежды, сомнения, радости и печали, как правило, скрыты от людей. Поэтому общество так часто и не знает, как рождались научные открытия. А для истории науки они нужны, нужны биографии ученых, сделавших открытия, нужны их дневники и книги, приоткрывающие доступ к их мыслям и суждениям. По ним можно восстановить всю анатомию того или иного научного открытия.

Следует пояснить и следующие вещи. В научной деятельности очень часто встречаются ситуации, когда или отдельные ученые, или группа ученых, или даже целые научные учреждения и школы проявляют разные интересы и располагают разными путями в достижении разных целей. Короче говоря, всем приходится сталкиваться с конфликтом интересов, ситуаций, подходов, оценок. История науки свидетельствует о том, что ни одно научное открытие не миновало этот процесс. Но важен конечный результат, то есть итоги оценки по признанию этого научного открытия.

Й. Шеллинг, исходя из положений своей оригинальной философии постулирует о том, что гениальность – есть сочетание сознательного и бессознательного. Если сознательная деятельность человека отождествляется с навыком, которому можно обучить и при усиленной работе, то бессознательная – это только врожденный дар. То есть, по его мнению, лишь тот, кто воплощает эту деятельность посредством владения навыком, является гением.

Ф. Гегель убежден в том, что гений это дар свыше, А. Шопенгауэр убежден в том, что в гениальности важен фактор личной свободы и свободы мышления. И. Кант акцентирует на глубокое просвещение, а также самостоятельное мышление. Между тем, А. Шопенгауэра говорит, что чтение книг сбивает с истинного пути собственную мысль, которая должна не быть восприимчивой к информации, привнесенной в сознание извне, а направляться своим гением. Следовательно, гений понимается как нечто наводящее, спонтанное и, безусловно, свободное. То есть необходима свободная концентрация мысли на интересующем предмете. Автор акцентирует на необходимости «сверхизбытка» интеллекта по формуле: «1/3 воли плюс 2/3 интеллекта», тогда как у обычного человека действует формула: «2/3 воли и 1/3 интеллекта».

Вышеприведенные авторы солидарны в следующих закономерностях: во-первых, если талант мыслит в понятиях и установленных образах, не выходя за границы имеющегося мира, то гений вырывается из наличного мира; во-вторых, если талант отвечает потребностям времени «тут и сейчас», то гений – «в перспективе и на долго». Авторы солидарны в том, что главная черта гения – «увидеть общее в единичном». Отсюда делается парадоксальный вывод о том, что гений сознательно и подсознательно творит не ради пользы, не ради себя, не ради славы, а ради человечества, ради высшего смысла, ставя перед собой и человечеством не единичную, а всеобщую цель.

Н. Бердяев описывает гения как аскета по жизни, далекого от людской суеты, водоворота событий, живет в чистом созерцании, всецело предаваясь своему творчеству. Он жертва своего пытливого интеллекта, сверхчувственного своего погружения в мир чистого созерцания. Часто возникает вопрос: есть ли потенциал гения в обычном человеке? Можно ли сформировать гения? Многие исследователи феномена гениальности высказываются о том, что если рассматривать гений как то, что присуще каждому человеку, бессознательно, как принадлежность к духовному, сверхчувственному миру, к миру идей, то это один вид гения, который создает основание для другого вида гения.

То, что присутствует в бессознательном у каждого человека, находит свое воплощение в творчестве гения во второй потенции, в эмпирическом произведении, который благодаря своему особому созерцанию может увидеть, услышать, почувствовать первообразы, это «перво», а потому есть в человеке потенция гениальности, которых следует развивать. Ведь жизнь и практика показывает, что в мире существуют много истинно талантливых людей с высоким интеллектом, у которых оригинальное мышление, широкий кругозор, пытливый ум, сильная воля, а стиль жизни и работы не вписываются в обычную схему и образ. То есть имеют многие черты гения. Однако, тем не менее, «гений врывается в свое время, как комета в орбиты планет, стройному и установленному порядку которых чуждо эксцентрическое движение», «бросает свои творения далеко вперед по лежащему перед ним пути».

Когда речь идет о научных революциях, сменах картин мира, коренном повороте в истории той или иной сферы творческой деятельности, о глобальных изменениях, которые потом проецируются на более обширные сферы жизни людей, на их мировоззрение, тогда возникает интерес: что подтолкнуло к таким коренным изменениям? Кто и каким образом пришел к той или иной гениальной идее, существенно изменившей понимание, мироощущение? Как и когда открылись новые горизонты и пределы понимания?

Возникает необходимость более тщательного анализа предпосылок и самого факта переломных, кризисных периодов истории или любой отдельной дисциплины. Причем, связав с историей идей, которые были репрезентированы людьми, носителями гениальных идей. В романе «Биокомпьютер» Каракулов – человек, безусловно, творческий, высокой мысли и проницательности, видный и универсальный ученый-аналитик, представляющий собой категорию ученых-отшельников. Вот они главные факторы предельных достижений в области науки, литературного творчества. Кто если такие не сделают открытия? Кто если не такие добиваются предельный высот в науке? Кто если не такие по-настоящему реализует себя в творчестве и получают всеобщее признание? Кто если не такие достигают самодостаточности?

Ежедневно телевидение, полосы газет, но чаще новостные ленты в социальных сетях пестрят заголовками о новых открытиях в той или иной научной области. Что-то нерадивые журналисты преувеличенно выдают за сенсацию, а на чем-то важном, наоборот, внимания не заостряют. Но факт остается фактом – науку двигают ученые, совершающие научные открытия. Научная идея, а в особенности научная гипотеза – это, как принято считать, заявка на научное открытие. Вот таким ученым был профессор Каракулов, сделавшим научное открытие. Между тем, это самое важно мировое научное достижение и самое важное мировое научное признание. Кто они такие, которым удалось выдвинут научную идею, а затем и научную гипотезу, как прообраз научного открытия? Что из себя представляют они, как ученые, как люди? Несомненно, это одаренность, талант.

Как известно, способность и талант – это индивидуально-психологическая особенность личности, обусловленная склонностью к успешному осуществлению какой-либо деятельности. Причем, способность характеризуется умением замечать не только главное при изучении предмета, но и его окружение, а также сосредоточением длительного, устойчивого и непринужденного внимания на нем. Теперь представьте себе, кем является гений. По сути, это – настроенность на предвидение и прогнозирование явлений, действий, событий, интуитивная их экстра – и интерполяция.

А почему же гениальность редкое, практически штучное явление? Вот, к примеру, авто, имеет мощный двигатель, обеспечивающий, не только высокую проходимость машины, но и скорость езды. Если залить ее плохим горючим, машина поедет, но у нее уже не будет той скорости и той проходимости. Знания являются для головного мозга теми же горючими. Если их мало или же они плохого качества, то и ждать от него хорошей мозговой деятельности не приходится.