Черный маг

– В таком случае…

– Не могла бы ты снять маску? – спросил Алвис.

Он хотел увидеть ее лицо. Почему-то это казалось ему очень важным.

Сельда фыркнула, словно большая кошка.

– Может, мне еще что-нибудь снять?

– Нет, только маску.

– Ничего не выйдет, – покачала головой Сельда. – Каноны исповедуемого мной учения запрещают мне это делать. Вот если бы ты согласился стать одним из адептов…

– Ну уж нет, – поспешно сказал Алвис.

– На нет и суда нет, – с насмешкой улыбнулась девушка.

– В таком случае, я готов тебя слушать.

– И слушай. Все очень просто. Ты должен мне помочь, поскольку здесь, в гостинице, находится убийца. Если я попытаюсь удрать, он меня убьет. Ты должен мне помочь. Одной мне с ним не справится.

– Профессионал?

– Да.

– Тот самый, со смуглой кожей, сидевший в обеденном зале?

– Он самый.

– Он приехал в этот город откуда-то издалека и охотится за тобой потому, что ты барчунианка?

– Кончено.

Алвис покачал головой.

– Если он и в самом деле профессионал, с каких это веников ты решила, что я с ним справлюсь?

Сельда пожала плечами:

– А я и не думаю, что ты с ним справишься. Но если мы вдвоем возьмемся за дело, то сумеем его обмануть, и мне удастся скрыться.

– А он, убедившись, что ты ускользнула, расправится со мной.

– Ни в коем случае. Он убивает только нас – барчуниан. Тебя не тронет.

– Я смогу проверить это лишь оставшись один—на один с профессиональным убийцей.

– Конечно.

– И все-таки ты хочешь, чтобы я тебе поверил?

– Хочу.

Алвис машинально сунул руку в карман, пошарил в нем и, неожиданно вспомнив что сигареты кончились, огорченно вздохнул.

Девушка не сделала ни единого движения. Она сидела перед ним, сложив руки на коленях, совершенно неподвижно, и в этот момент удивительно походила на большую куклу, сделанную искусным мастером. Большую, очень умную, очень красивую, холодную куклу.

Холодную? Гм…

У Алвиса было ощущение, что не такая уж она и холодная.

Дьюк снова царапнул ему грудь.

Беспокоится. Напрасно. Он и так настороже. И все пока идет как надо.

– Хорошо, может быть я и в самом деле тебе поверю. Но не рассчитываешь же ты, что я стану помогать тебе бесплатно?

– О, нет. Конечно нет. Я готова заплатить.

– Чем?

– А чем угодно. И как угодно. Тебе, конечно, нужны деньги?

– Конечно.

– Но кроме денег тебе ведь необходимо и еще что-то? Не так ли?

– Может быть.

– Всего лишь "может быть"?

– Сначала – деньги.

– Они со мной и никуда не денутся. А вот насчет остального… Я ведь могу и передумать. Со мной это бывает.

– Только не тогда, когда на тебя охотится убийца.

Алвис постарался улыбнуться как можно циничнее. Сельда ответила ему еще более циничной улыбкой.

– Я ведь могу отработать свою плату вполсилы, а могу вознести тебя в рай.

– Или в ад?

– Как хочешь. Можно и в ад. Я могу и это.

В голосе ее, на мгновение явственно послышалась угроза.

Алвис машинально положил руку на рукоять ножа.

Конечно, Сельда выглядела более-менее безобидно. Но уж кто-кто, а он-то знал, как могут быть опасны вот такие, "безобидные девочки".

Года три назад на его глазах девчушка лет пятнадцати убила здоровенного ловца хищных кустов. Сделала она это обыкновенной шпилькой, очень длинной и острой, которую вытащила из прически и вонзила некстати распустившему руки ловцу прямо в сердце. Тот не успел даже охнуть.

Сельда презрительно фыркнула.

– Ты испугался?

– Нет, – ответил Алвис. – Пока – нет.

Он убрал руку с рукоятки ножа.

Конечно, ему пока ничего не угрожает. Сейчас он нужен девушке в серебряной маске, и она не причинит ему зла. Вот потом… Значит, плату нужно получить именно сейчас. И деньгами, и… Потом, после того как убийца останется с носом, он, вполне возможно, не получит и медяка.

Убийца…

– Кстати, как ты думаешь обмануть врага? – спросил Алвис.

– Я скажу, но только не сейчас. Потом.

Девушка слегка наклонилась в его строну. Алый рот в прорези маски сложился сердечком. Ладони скользнули по скрывавшему тело балахону. Послышался тихий шорох материи. Тихий, призывный шорох.

Ну вот, дошло и до этого, как-то отстранено подумал Алвис.

– Хочешь, я сниму балахон? Уверяю, то, что под ним находится, тебе понравится. – тихо сказала Сельда.

Она заглянула Алвису в глаза.

И тут… Вряд ли кто-нибудь другой на его месте смог бы это уловить, а Алвис уловил. Что-то у нее в глазах мелькнуло и тотчас пропало, что-то словно бы чужое, вроде даже и не человеческое, опасное.

– Ну так как? – мягко спросила Сельда. – Начнем?

Она положила руку на металлическую застежку, скреплявшую материю балахона у горла, и попыталась ее расстегнуть. То почему-то расстегиваться не желала. А может быть, девушка только делала вид, что никак не может с ней справиться, чтобы потянуть время и сильнее разжечь его воображение.

Конечно, ей это удалось. Алвису было всего лишь восемнадцать лет. Он уже знал женщин, но предвкушение того, что сейчас, в этой комнате произойдет, заставило его напрочь забыть всяческую осторожность.

– Так как? – Сельда перестала возиться с застежкой и закинула руки за голову. Балахон ее слегка распахнулся, открыв участок белоснежной кожи. – Ну же… Ты согласен мне помочь?

Алвис судорожно сглотнул, и кивнул.

И тогда барчунианка засмеялась. Смех ее был тихим, но в нем явственно слышались торжествующие нотки. Все-таки она, в конце концов победила, так почему бы и не порадоваться?

Ну и пусть, чувствуя как его сознание обволакивает какой-то странный туман, подумал Алвис. Не так уж и плохо проиграть такой… такой…

– Значит, ты хочешь, чтобы я сняла одежду, и позволила сделать со мной поиграть? – спросила Сельда. – Хорошо, я ее сниму.

Медленно, словно стирая с него невидимую паутину, она провела ладонью по его лицу.

Чисто машинально Алвис отметил, что рука у нее не отнюдь не мягкая и изнеженная, а крепкая и, видимо, очень сильная. Снова сглотнув, он сказал то, о чем в этот момент не думал, сказал, выудив это откуда-то из подсознания:

– Только… сначала… всё-таки… сними маску. Я хочу увидеть твое лицо.

– Маску? – губы Сельды странно изогнулись. – Значит, маску? Я, собственно, не хотела этого делать. Подумай еще раз. Платой за помощь будут деньги и мое тело, но с того, для кого мне приходится снимать маску, берется особая плата. Хочешь ли ты ее заплатить?

Алвис вдруг понял, что каким-то образом, он почти утратил контроль над собственным телом. Словно со стороны, он услышал свой тихий голос:

– Да, хочу.

Что происходит? – ошалело подумал он. – Какого дьявола..?

Поздно. Согласие уже было давно. И вдруг словно опять превратившись в куклу, неверными, судорожными движениями, девушка медленно подняла руки к лицу, явно намереваясь снять маску. И у Алвиса, от непонятного предчувствия словно бы по жилам пробежали струйки холода.

Его сознание раздвоилось, разделилось на две половинки. Одна, позабыв обо всем, хотела, чтобы это странное действо продолжалось. Другая – понимая, что он попал в ловушку из которой надо сейчас же выбираться, пыталась восстановить контроль над телом, отказавшимся подчиняться.

Эх, если бы только удалось дотянуться до рукоятки ножа!

Дьюк теперь царапал его грудь беспрерывно и, кажется, даже повизгивал, но это не помогало. Алвис знал, что сейчас все зависит только он него самого. Он должен выиграть эту схватку, во что бы то ни стало, иначе потеряет жизнь.

Самое странным было то, что какого-то особого ужаса он не испытывал. Может быть, в этом была виновата вторая половина его сознания, которая нашептывала, что он попался. И сейчас с ним произойдет что-то необычное, может быть, страшное. Ну так что? Рано или поздно, это происходит со всеми. Так чем он от других людей отличается?

А Сельда все медлила, не торопилась снимать маску. Похоже, она ждала того момента, когда Алвис до конца осознает свою беспомощность.

– Вот теперь, – сказала девушка, – когда ты наконец-то…

Докончить она не успела. Дверь в комнату распахнулась. На пороге стоял смуглолицый мужчина – враг Сельды.

– Так я и думал… – промолвил он.

В руке у смуглолицего был кинжал со странной, в виде пучеглазого божка, рукояткой.

Сельда вскочила и прошипела:

– Ты!

– А кто же еще? – проговорил смуглолицый и шагнул к ней. Рука с кинжалом описала полукруг. Теперь острие было нацелено на Сельду.

– Не надо, – придушенно сказала барчунианка. – Давай разойдемся по-хорошему. Ты знаешь, одолеть меня будет нелегко. И кто тому же ты знаешь, кто на моей стороне.

– Знаю. И все равно одолею, – промолвил смуглолицый. – Мне уже приходилось это делать.

– А вот мы посмотрим, – ухмыльнулась Сельда.

В этот момент Алвис наконец-то очнулся от оцепенения. Сообразив, что сейчас, в этой тесной комнатушке, смуглолицый и Сельда схлестнутся не на жизнь, а насмерть, он мгновенно упал на пол и забился под кровать. Ему вовсе не улыбалось оказаться между размахивающим здоровенным кинжалом убийцей и девушкой, явно наделенной какими-то нечеловеческими способностями. Кончено, он обещал барчунианке, что поможет ей в схватке с убийцей. Однако имело ли это сейчас значение? После того, что она пыталась с ним сделать? Похоже, появление смуглолицего спасло его от очень мрачной участи. На чьей стороне, в таком случае он должен быть?

Опыт человека дороги подсказывал сохранять нейтралитет.

Мгновение спустя после того, как Алвис исчез под кроватью, началась схватка. Юноша видел лишь ноги дерущихся, но и этого было вполне достаточно, чтобы представить ход сражения, разыгравшегося в его комнате.

Это и в самом деле было настоящее сражение.

Судя по всему, девушка обладала просто феноменальной реакцией. Смуглолицый, кстати – тоже.

Алвис услышал свист рассекавшего воздух лезвия. Смуглолицый попытался достать Сельду кинжалом. И неудачно.

– Эй, приятель, – презрительно фыркнув, сказал девушка. – Привычка нападать на свои жертвы, когда они меньше всего этого ожидают, тебя избаловала. Помни, я предлагала тебе разойтись мирно. Еще не поздно.

Смуглолицый придвинулся к противнице. Теперь их ноги были рядом. Стало быть, сражающиеся сошлись вплотную. На таком расстоянии от удара кинжалом, как правило, не спасает даже хорошая реакция. Поскольку схватка еще продолжалась, юноша предположил, что Сельда, скорее всего, сумела перехватить руку своего противника, ту, в которой было оружие. Теперь дерущиеся боролись за кинжал. Кто из них сумеет им воспользоваться, тот и выйдет победителем.

Алвис с трудом преодолел искушение дернуть одного из сражающихся за ногу.

Кого именно? Сельду? Убийцу? Кто из них для него наименее опасен? Кто знает, что хотела с ним сделать эта девушка? Скорее всего убить каким-нибудь странным образом. Может, его помощь в схватке сводится к тому, чтобы стать кровавой жертвой неведомому барчунинаскому божеству? На это очень похоже. И значит, покончив с убийцей, она все-таки, с ним расправится. С другой сторону, вдруг убийца, прикончив барчунианку, хладнокровно перережет ему горло? Свидетель должен умереть. Не так ли?

Ну уж нет, подумал Алвис, так просто я не дамся. У меня есть нож и владею я им сносно.

Между тем, противники продолжали бороться. Алвис услышал, как один из них зарычал. Кто именно, он определить не мог. Более всего рык походил на рев раненного зверя. Его мог издать как убийца, так и Сельда.

Вслед за рыком послышались глухие звуки нескольких ударов. Кинжал с ручкой в виде пучеглазого божка упал на пол в полуметре от Алвиса. Снова послышался рык и сразу вслед за ним хруст, услышав который Алвис вздрогнул.

Так могла хрустеть только сломанная кость.

Сразу же вслед за этим Сельда пнула смуглолицего в коленную чашечку. Тот с проклятье отшатнулся и едва не упал. Похоже, удержался он на ногах лишь потому, что схватился за спинку кровати.

Еще через мгновение ноги девушки повернулись к окну. Послышался звук бьющегося стекла. Осколки дождем посыпались на пол. Ноги девушки оторвались от пола и исчезли.

Так, стало быть, она выпрыгнула в окно, подумал Алвис. Будет просто прекрасно, если убийца кинется в погоню. Пока он за ней гоняется, я успею отсюда смотаться.

Его надеждам не суждено было сбыться.

Вместо того чтобы преследовать беглянку, смуглолицый проворно наклонился и подобрал кинжал.

– Вылезай, – приказал он Алвису.

– А стоит? – поинтересовался тот.

– Еще как стоит. Вылезай, убивать не буду.

– Так я тебе и поверил, – пробормотал Алвис.

Дьюк высунул мордочку из-под куртки. Вид у него был встрепанный.

– Вылезай, – прошептал он. – Не зли его.

Это было резонно. Кровать не могла послужить надежной защитой. А сражаться с убийцей—профессионалом не имело смысла.

Алвис вылез из-под кровати и бросил на смуглолицего испытующий взгляд. Похоже, руки у того были в порядке. Стало быть, досталось все-таки Сельде. Понятно, почему она убежала. Драться с таким типом одной рукой – гиблое дело.

– Под кровать-то ты забрался из страха или для того чтобы, не мешать схватке? – спросил смуглолицый.

– Ну, уж только не из страха, – ответил Алвис.

– И зря. Стоило, стоило тебе испугаться. Как никак был на волосок от смерти. Причем смерти довольно скверной.

Алвис пренебрежительно пожал плечами и сказал:

– Зря стараешься. Напугать меня не удастся.

– А я и не пугаю, – сказал охотник. – Ты хоть знаешь, кем является твоя подружка?

– Сельда?

– Ну конечно.

– Да что в ней такого особенного? Девчонка как девчонка.

– Ты уже и сам наверняка понял, что она не совсем обычная девчонка.

Смуглолицый без приглашения присел на кровать, и указал Алвису на стул, который теперь валялся в углу. Тот вздохнул, и опасливо посмотрел на смуглолицего. Убийца кивнул. Тогда Алвис поднял стул, поставил его рядом с кроватью и сел. Ссориться он не собирался, но и безропотно выполнять приказы не хотел.

– Вот что, – решительно сказал Алвис. – У тебя с этой крошкой, похоже, какие-то давние счеты. Я с ней познакомился лишь полчаса назад. Так что назвать ее моей подружкой как-то затруднительно. Поэтому, выкладывай что тебе надо, и уходи. В ваши с ней дела я встревать не намерен. Понял?

– Еще как понял, – ухмыльнулся смуглолицый. – Только, ты уже в эти дела впутался. А что касается…

Докончить он не успел. В комнату буквально ворвался багроволицый, явно страдающий ожирением тип в грязной рубашке и штанах из толстой, синего цвета материи. Никем иным, кроме как хозяином гостиницы, он быть не мог. В руках он сжимал старое кремневое ружье.

– Это что тут у вас?! – завопил толстяк. – Вы как себя ведете? И кто будет платить за убытки? Знаете, сколько сейчас стоит хорошее заговоренное оконное стекло?

Смуглолицый полез в карман и, вынув из него золотую монету, протянул ее хозяину гостиницы.

– Достаточно?

Монета исчезла в мгновении ока.

Зря, – подумал Алвис. – Надо было отдать эту монету мне. Уж я бы с хозяином договорился и на одну серебряную. Слишком много давать тоже вредно. Наверняка толстяк сейчас подумал что смуглолицый – дурак набитый, и неплохо бы с него сорвать еще некоторую сумму.

Так оно и было. Уходить хозяин гостиницы не собирался. Уже более мирным тоном он затянул:

– Ах, ваша монета, конечно, очень весомый аргумент, но знали бы вы как дорого нынче…

Убийца бросил на него рассеянный взгляд и сказал:

– Оставьте нас.

– А если вы вдруг надумаете еще что-нибудь разбить или сломать… – забормотал хозяин гостиницы.

Он, видимо, решил держать до победного конца.

– За это будет заплачено. Пшел вон!

Последние два слова были сказаны с такой холодной яростью, что хозяин гостинцы едва не выронил ружье. Больше не сказав ни слова, он развернулся и выскочил из комнаты.

Когда дверь за ним захлопнулась, смуглолицый повернулся к Алвису и приказал:

– Имя.

– Зачем? – поинтересовался Алвис.

– Мне нужно твое имя.

– Зачем?

– А как я тебя буду называть в дальнейшем?

– Что ты имеешь в виду? – поинтересовался Алвис.

Он чувствовал себя сбитым с толку. По логике, убийца должен был не задумываясь перерезать ему горло, тем самым избавляясь от нежелательного свидетеля, и попытаться догнать Сельду. Вместо этого он теряет время и болтает.

– У меня есть на тебя определенные виды. Ты понимаешь?

– Нет.

– Ничего, поймешь. Я хочу предложить тебе хорошо оплачиваемую работу. Правда, как все денежные работы, она сопряжена с некоторым риском. Как, согласен?

– А если я откажусь?

– Тебе не нужны деньги?

– Зачем деньги мертвецу? Думаю, работа лишь предлог, чтобы заманить меня куда-нибудь и без помех пристукнуть.

– Зачем? Я вполне мог сломать тебе шею и сейчас.

– Нас видел вместе хозяин гостиницы. Если меня найдут мертвым, то первый, кого обвинят в моей смерти. будешь ты. Удастся ли тебе также легко, как со мной, справиться с отрядом дэвов?

Смуглолицый хмыкнул и задумчиво почесал затылок рукояткой кинжала.

– Однако, ты не так прост.

– Помаленьку стараемся, – ответил Алвис.

– Вот только ты не учел одну простую штуку. Кем ты являешься хозяину гостиницы? Да никем. Простой бродяга – человек дороги. Кто тебя хватится, кто о тебе вспомнит? Небольшая сумма заставит хозяина гостиницы забыть о твоем существовании навсегда. Не исключено, он даже поможет мне избавиться от трупа. Понимаешь?

Юноша призадумался. Смуглолицый был прав.

– Ладно, нечего тянуть время, – резко сказал убийца. – Мне надо еще догнать твою гостью. Отвечай, ты будешь на меня работать?

– А если я откажусь?

– Ты можешь это сделать. Но тогда мы станем врагами.

– Почему?

– Потому что, попав в этот городок, независимо от желания, ты влип в очень неприятную историю. Отказавшись работать на меня, ты поневоле станешь работать на моих врагов.

– И в какую это историю меня угораздило угодить?

Алвис понемногу начинал злиться.

Недомолвки. Странные намеки. Какие-то тайны. Не пора ли разобраться в ситуации?

– Потом, остальное потом, – махнул рукой смуглолицый. – В свое время. А сейчас я хочу знать…

– Нет, – решительно сказал Алвис. – Только после того, как я узнаю, в чем будет состоять моя работа. Кота в мешке покупать я не собираюсь.

Смуглолицый окинул его внимательным взглядом. Алвис невольно поежился. Не любил он таких изучающих, казалось проникающих в самую глубину души, взглядов.

– Ладно, пусть будет по-твоему, – сказал охотник. – Я еще вернусь.

Он встал и шагнул к окну. Тут Алвис не удержался и спросил:

– А эта, девушка, Сельда кто она? И что ей было от меня нужно?

Вместо ответа смуглолицый шагнул на подоконник и приготовился выпрыгнуть на улицу. Вдруг передумав, он обернулся и, еще раз смерив Алвиса внимательным взглядом, сказал:

– Она? Самая обычная курули.

– Кто?

– Ах, так ты не знаешь даже, кто такие курули? Узнаешь. Со временем.

– Она – человек?

– Конечно нет.

– А кто…?

Убийца неприятно ухмыльнулся:

– Всякому овощу свое время. Кстати, ты обратил внимание на ее маску?

– При чем тут маска?

– А при том… Вспомни хорошенько – у нее не было завязок.

– Но тогда, каким образом она держалась на лице Сельды?

– Никаким. Тупица. Она часть ее лица.

4.

До вечера оставалось еще несколько часов. Через пять минут после того, как смуглолицый выпрыгнул в окно, появился хозяин гостиницы. Он привел с собой старого, покрытого длинными зелеными волосами кхема. Тот проворчал что-то о глупых постояльцах, все время забывающих, где находится дверь, осмотрел окно, и стал вытаскивать из него осколки стекла.

Убедившись, что кхем приступил к работе, хозяин гостинцы поспешно ушел. Алвис подумал, что ему тоже не мешало бы прогуляться. Он все еще чувствовал себя не в своей тарелке и полагал, что прогулка на свежем воздухе его несколько освежит.

Кроме того, ему хотелось ознакомиться с городом. Чем черт не шутит, может, подвернется возможность разжиться монетой? Хотя город, в котором запросто разгуливают профессиональные убийцы, а также такие девицы, как Сельда, мог оказаться для охоты не совсем удобным местом.

Оставив ключ от комнаты кхему, юноша спустился в зал. За время его отсутствия, в нем прибавилось еще несколько человек. Служанка проворно сновала между столами. Пройдя мимо Алвиса, она не удостоила его даже взглядом.

Еще бы. За одним из столиков сидел павликан, дьявольски красивый, в роскошных, словно сшитых из кусков радуги одеждах, и самодовольно улыбался. Служанка от этой улыбки млела, и довольно мило краснела.

Ну, тут все ясно, подумал Алвис, направляясь к выходу на улицу. Женщины, они странные. Да, этот павликан очень красив. Но ведь каждому известно, что красавцы, как правило, невообразимо тупы. Впрочем, с другой стороны, не собирается же она вести с ним богословские диспуты?

Оказавшись на улице, он решил, что по меньшей мере несправедлив. Мужчины в подобных случаях ничуть не лучше женщин. Разве самому ему не случалось буквально пожирать глазами какую-нибудь красивую беспросветную дуру? Случалось. Так что…

Алвис двинулся прочь от гостиницы.

Улица, по которой он шел, была не очень широкой. Обычная, отнюдь не главная улица не очень большого города. Она петляла между домами с явным намереньем в конце концов вывести его к центральной площади.

Собственно, туда он и хотел попасть. Прежде всего ему нужно было осмотреться, узнать, что представляет из себя город, в который он попал. Какой он? Угрюмый или беспечный, серьезный или деловой, злой или глупый, ленивый или работящий?

Для того чтобы узнать характер города, настоящему человеку дороги нужно не очень-то и много времени. Достаточно походить по его улицам и заглянуть на центральную площадь. Она, как правило, является сердцем города, по ней его сущность определить совсем просто.

Улица вела его к центру города. Хорошо понимая, что торопиться некуда, Алвис шел по ней неспеша, но все-таки время от времени, чисто машинально, переходил на быстрый шаг.

Он был сыт, но глаза его задерживались на попадавшихся время от времени вывесках небольших харчевен дольше, чем нужно. У него в кармане были деньги, но он невольно прикидывал у кого из встречных можно было бы разжиться монеткой. Короче, несмотря ни на что, он оставался человеком дороги. Скрыть это было невозможно.

Некоторые из прохожих бросали на него недружелюбные взгляды, а попавшиеся навстречу три дэва развернулись и, пристроившись сзади, шли за ним по крайней мере минут пятнадцать.

Впрочем, по прошествии этого времени, убедившись, что пока, он вроде бы ничего предосудительного совершать не собирается, дэвы отстали.

Алвис криво ухмыльнулся.

Что, съели?

Продавец жареных сладких ракушек хотел было предложить ему свой товар, но, вдруг угадав в нем человека дороги, передумал. Заметив это, Алвис конечно же подошел и купил парочку жареных ракушек. Продавец аккуратно завернул их в капустный лист и, подавая юноше, пробормотал ритуальную фразу:

– Пусть аппетит ваш будет удовлетворен, а желание услаждать желудок не уменьшится.

Глаза его смотрели настороженно, и слегка презрительно. Вот этого Алвис уже вынести не мог.

Ах так…

Остановившись в нескольких шагах от торговца, он внимательно огляделся. В этот момент из подвального окна ближайшего дома вылезла длинная, похожая на таксу ящерица—домушник. Учуяв запах жареных ракушек, она раскрыла пасть и издала тонкий, жалобный писк.

Похоже, хозяева дома ее совсем не кормят, подумал Алвис. Скупердяи.

Он не понимал людей, которые были настолько богаты, что имели собственный дом, и при этом жалели денег на еду для домашних животных.

Присев на корточки, Алвис развернул капустный лист. Нежное, слегка желтоватое мясо пахло просто одуряюще. Ящерица попыталась вскарабкаться ему на колени, чтобы дотянуться до еды. Алвис улыбнулся и положил капустный лист на мостовую. Мясо было съедено почти мгновенно. Ящерица глотала, давилась и снова глотала.

Покончив с едой, она снова запищала. Алвис уловил в этом писке требовательные нотки и, хмыкнув, направился к торговцу.

Купив еще две порции, он выслушал ритуальную фразу и вернулся к ящерице. Второй капустный лист опустел так же быстро, как и первый. Подгоняемый голодным писком, Алвис направился к торговцу.

Интересно, сколько понадобиться ракушек чтобы насытить эту кроху? – думал он.

На этот раз, вручая ему еще две порции мяса, торговец поспешно отвернулся, даже не подумав произнести ритуальную фразу.

А ведь этот дом, похоже, принадлежит ему, подумал Алвис. В таком случае, и ящерица тоже его. Получается, я кормлю домашнее животное на глазах ее хозяина—скупердяя. Забавно.