Сердце. Том 1 Тени Прошлого

– Смогу. – Владимир дернулся и несколько мгновений смотрел ей в глаза, а потом тихо спросил: – Давно ты знаешь?

– Что мы не одни на горе?

– Нет, о том, кто я…

– Конечно. У нас слишком хорошо преподают историю, чтобы не догадаться, но, – она заговорщически подмигнула и широко улыбнулась, – пока ты не захочешь по-другому, я продолжу звать тебя Владимиром.

– Спасибо, Амбер.

—Одолжишь нож?

Он удивился, но отстегнул от пояса нож и протянул ей. Амбер взяла его в руки, немного повертела, разглядывая рукоять, а потом легонько уколола себе палец.

– Тебе придется немного подождать. Знаешь, у меня в сумке есть бумага и карандаши, если ты любишь рисовать, я все равно не смогу отдать цветок тебе, но если хочешь его сохранить на память, то можешь сделать рисунок. – Амбер села на траву, уронила каплю крови себе на ладонь, прикрыла ее второй рукой и, закрыв глаза, запела.

Когда она открыла глаза, было уже сильно за полдень. У Владимира лежало рядом несколько набросков, а цветок по-прежнему качался на ветру.

– Ну вот, теперь нам пора вниз. Но перед этим я хотела бы подарить тебе на память подарок. – Амбер разжала ладонь и протянула ему крупный овальный янтарь, внутри которого горел огненный цветок.

– Но… это

– Это подарок. Ты спас мне жизнь. Я этого никогда не забуду. Если попадаешь в беду ты или твои дети, позови меня, и я откликнусь. Я обещаю сделать все, что будет в моих силах, чтобы помочь.

– А я могу рассчитывать на встречу при менее драматичных обстоятельствах?

– Я уверена, что она обязательно будет. Но сейчас нам и правда пора. – Амбер еще раз улыбнулась и, подхватив цветок, побежала вниз.

***

На берегу реки была небольшая поляна, прямо в ее центре горел внушительный костер, недалеко от него стояло два шатра, а чуть поодаль паслись лошади. Лагерь установили быстро и четко. Теперь дружинники планировали отдохнуть.

– А вы неплохо готовите. Здорово, что мы взяли вас с собой.

– Мы тоже очень этому рады, хотя вроде бы ничего такого не делаем, готовить ужин – не самая сложная задача. – Влад осторожно мешал большой поварешкой похлебку и временами закидывал в нее что-то из того, что лежало рядом.

– Вы его меньше слушайте, – Даян подмигнул Соколу, который стоял рядом, – у него мать готовит в Зеленой Кобыле, и простые для него вещи для многих, например, для меня, обычно являются открытиями или чем-то очень странным. Но спорить насчет еды я перестал с ним еще несколько лет назад. Бывает, спросит что-то такое дикое, думаешь, шутит, а в итоге оказываешься не прав именно ты.

Дружинники рассмеялись, и Даян подумал, что им действительно повезло, что их взяли к себе. Сокол рассказал подробности, как они с княжной нашли недалеко от Рысек провал в пещеры, куда, видимо, и пропадали деревенские, и даже вытащили оттуда одного паренька. Влад помешивал ужин и обменивался шутками со стоящим рядом Барсом. Еще в первый вечер их окрестили Лисятами, правда, сказали, что это временно, поэтому имя было одно на двоих, а настоящее имя еще надо заслужить – каждому самостоятельно. Даян сначала подумал, что над ними смеялись, но довольно скоро понял, что это и правда традиция. Любой попадавший в дружину к князю проходил испытание и по результатам получал второе имя. А их в деле пока никто не видел, поэтому имя было временным. Вчера они ночевали в Крутяках, а сегодня им приглянулась полянка около реки. Через три дня, если ничего не помешает, они доберутся до Лебединой бухты, а оттуда уже планировали брать курс на Ветроград. Может, и правда стоило остаться в дружине? Кажется, воины их к себе приняли. Интересно, что подумает об этом отец?

Подошел Константин, и они с Волком стали обсуждать детали предстоящего маршрута и деревни, которые можно посетить по дороге.

– Дай мне руку, – неожиданный голос оторвал Даяна от размышлений. Он оглянулся, но не заметил никого, кто бы к нему обратился. – Дай мне руку,– повторил голос. Даян встал и начал озираться.

– Эй, Лисенок, с тобой все в порядке? Выглядишь так, как будто тебя лесная дева позвала.– Сокол смеялся, а Барс выжидающе смотрел. Влад оставил поварешку и подошел к другу.

– Только не говори, что снова слышишь песню, – шепнул он ему на ухо и потянул за руку к костру.

Даян кивнул и подошел поближе к огню. Огонь плясал. Под кронами деревьев уже сгустились сумерки. На небе стали проявляться самые яркие звезды, а на поляне танцевали тени. Даян наблюдал за огнем и вдруг увидел глаза. Они смотрели прямо на него.

– Дай мне руку, Даян.

Юноша не понял, как ему пришла в голову и эта идея, и почему он вдруг вообще на это решился, но раньше, чем кто-либо успел его остановить, он шагнул к костру и протянул в него руку. Жара не было, но его схватили. Если бы не Сокол, он бы, наверное, упал прямо в огонь. Даян устоял. Посреди костра, неизвестно каким образом, возникла Амбер. Она ничуть не изменилась за те несколько дней, что они ее не видели. Те же искрящиеся волосы, то же яркое платье, тот же загадочный взгляд.

– Прошу прощения за беспокойство, – сказала она и осторожно, стараясь не развалить костер, спустилась на землю. После чего поправила поленья, которые все-таки упали, и погладила пламя. – Спасибо за помощь, Даян. – Мимолетная улыбка, и она уже повернулась, оглядывая окруживших ее воинов, которые замерли, пытаясь поверить в происходящее, и понять, что происходит. Только Волк почти мгновенно передвинулся между Амбер и Константином.

– Я пришла с миром. – Амбер медленно подняла ладони до уровня плеч и протянула их вперед в жесте мира. – Я не хотела напугать вас, но у меня не было возможности догнать вас другими путями.

– Кто ты? – Волк пристально посмотрел на нее.

– Меня зовут Амбер. Я знаю ваших спутников, и это позволило мне добраться быстрее, чем по дорогам. Я клянусь своей связью с огнем, что пришла без злого умысла и не причиню зла тем, кто греется у этого огня. —Она сделала короткий жест рукой: в воздухе вспыхнула искорка и сразу же погасла. – Я сказала, меня услышали.

– Что ты ищешь у нашего огня? – Если ее слова и успокоили Волка, то на его лице это никак не отразилось.

– Разговора.

– Разговора?

Даян посмотрел на Волка. А все-таки его можно было удивить. Интересно, реально ли это сделать, не выпрыгивая из костра посередине лагеря с просьбой о разговоре?

– Да, я хотела попросить о разговоре юношу, который стоит за вашей спиной, если, конечно, на это будет его желание.

Амбер задумчиво смотрела на Константина. Хотя она все время была серьезна и явно думала о чем-то далеком. Неужели даже посещение горы не взбодрило ее? А ведь когда она превратила полгорода в руины, то потом была почти веселая… Даян глядел на нее и думал, какие же перемены принесет ее визит на этот раз…

– Я буду рад возможности побеседовать с тобой. – Константин вышел из-за спины Волка и тоже поднял руку в жесте мира. – В моем лагере тебе ничего не угрожает. Даю слово. Если хочешь, мы можем зайти в шатер, правда, там сейчас моя сестра.

– Место не так важно.

– Ближе к берегу было удобное дерево.

Стемнело. В свете звезд вода в реке переливалась и искрилась. Константин и Амбер подошли к лежащему у реки бревну.

– Меня зовут Константин. – Он положил на поваленное дерево плащ и предложил Амбер сесть. – Ты сказала, что пришла ради разговора.

– Да. – Она опустилась на край дерева, пытаясь понять, с чего же начать. – Я не собиралась приходить таким способом, но так было нужно, хотя я надеюсь, что просто ошиблась.

– Ты говоришь загадками.

– Прости. Я пришла спросить про твой янтарь. Откуда он у тебя?

– Ты пришла из-за него? – Удивленный Константин взял в руки камень, висевший на шее, и вопросительно посмотрел на Амбер.

– Можно сказать и так, хотя это и не единственная причина. – Она тряхнула головой и посмотрела на воду. Поднималась луна: серебристая дорожка тянулась прямо от бревна, соединяя два берега.

– Это семейная реликвия, мне его подарил отец перед тем, как я отправился в это путешествие.

– Но почему именно сейчас?

– Я не знаю. Это очень древняя вещь, которая передается князем своему наследнику. Считается, что он приносит удачу. Я не знаю, как и когда он появился, но у первого наместника империи на портретах он уже был, так что, возможно, он даже доимперский. Несколько раз паладины просили передать камень им, но его удавалось отстоять. Я не знаю, что тебе еще рассказать.

– Можно мне на него взглянуть? Я обещаю, что верну его в целости и сохранности. Это не займет больше пяти минут. – Она оторвала взгляд от камня и посмотрела прямо в глаза Константину.

– Ты хочешь посмотреть камень?

– Да. – Она заметила промелькнувшую неуверенность в его глазах и поспешно добавила: – Но ты можешь мне отказать, ведь…

– Держи. – Константан расстегнул замок и положил ей в ладонь. – Я верю, что тебе это важно, раз ты проделала такой путь.

Янтарь лег в руку. Это был он. Он помнил ее, помнил момент создания, помнил цветок. Амбер тряхнула головой: сейчас было не время предаваться воспоминаниям. Цветок внутри горел. Он знал и любил своего хранителя, оберегал его и делился теплом по мере сил. Они прошли вместе не так много восходов, но уже выстроили крепкую связь. Амбер попробовала мысленно шагнуть назад и узнать, помнил ли он своего предыдущего хранителя. Висок снова пронзила боль. Он помнил, он скорбел, но был бессилен… «Прости, Владимир, я все-таки не смогла сдержать слово». Амбер сжала камень в руке и открыла глаза. Константин сидел рядом и озадаченно смотрел на нее. Девушка отвела взгляд и посмотрела на лунную дорожку. Нужно было что-то сказать, объяснить, но слова не приходили… Они никогда не приходили, когда это было нужно.

– С тобой все в порядке?

– Со мной да. – Она протянула ему янтарь. – Спасибо за доверие. Он и правда еще может защитить, хоть и не от всего.

– Ты узнала, что хотела?

– Да… – ее голос стал совсем тихим, а взгляд устремился на лунную дорожку.

Как же она не догадалась сама и раньше? Все же было настолько просто. Именно такое обязательство она и могла почувствовать столь остро, а она решила, что раз пятьсот лет прошло, то ничего ее не связывало с этой землей. Какая же это была глупая мысль! Попала теперь в такую непонятную ситуацию… Как говорят о таких новостях, особенно тем, кто не задает вопросы? Тем более у нее не было ни подробностей, ни доказательств. Правильнее рассказать или умолчать?

– Ты плохо выглядишь. Что-то случилось? – Константин подсел чуть ближе и попробовал поймать ее взгляд, но она продолжала смотреть на воду.

– Да, но деталей я не знаю.

– Если ты поделишься, то, возможно, я смогу тебе чем-то помочь.

– Ты ничего не знаешь обо мне или моих делах, а сразу предлагаешь помощь?

– Тебя это удивляет?

– Нет, не удивляет…

– Мне кажется, что не бывает ситуаций, с которыми невозможно помочь.

– Я имела в виду, что помощь нужна не мне. – Она с некоторым усилием оторвала взгляд от лунной дорожки и посмотрела на Константина. Он действительно хотел ее утешить. Надо было это прекращать, вот только мысли о том, как это сделать все не приходили.

– Я тебя не понимаю…

– Скажем так, у меня есть трагичная новость, о которой я не только не знаю, как сообщить, но и не знаю, стоит ли это вообще делать.

– Я помню, когда мне было пятнадцать, отец вернулся из последнего похода в степь. – Константин тоже повернулся к воде и стал рассматривать мерцающий лунный свет. – Первым делом он поехал навещать семьи дружинников. Это было самое тяжелое путешествие, но теперь я могу сообщать самые разные новости. – Он снова развернулся к Амбер и поймал ее взгляд.

Амбер, некоторое время не отрываясь, смотрела ему в глаза. А ведь он и правда не понимал и предлагал помощь от чистого сердца. Надо уже принять решение: либо уйти, либо рассказать. Молчание и так слишком затянулось.

– Ты хочешь что-то сообщить мне? – Константин протянул руку и взял ее за ладонь.– Тогда, пожалуйста, не откладывай.

– Но отсутствие некоторых новостей может подарить несколько спокойных дней. Стоит ли раньше узнавать о произошедшем?

– Возможно, оно и откладывает момент удара, но он все равно случится, только будет упущено время, в которое что-то можно предпринять, а это часто бывает важно.

– Хорошо. Я расскажу тебе. – Она вздохнула. Хотелось отвернуться и закрыться, но она продолжала смотреть ему в глаза. – Твой отец. Я уверена, что он погиб. Я не знаю, что случилось, но это не было случайностью. Произошедшее связано с колдовством.

– Когда? – голос стал тяжелым и медленным.

Амбер смотрела в сосредоточенные глаза, в которых застыла обреченность, и понимала, что никуда не поедет в ближайшее время. Сначала придется призвать к ответу тех, кто это сделал и проследить, чтобы Константина не постигла участь отца.

– Я думаю, что незадолго до моего появления.

– Но как ты узнала?

– Твой амулет. Его связь с твоим отцом еще не остыла, а теперь она оборвалась. Резко. Слишком резко.

– Я не понимаю, как это возможно.

– Когда вещь, тем более магическая, долго принадлежит одному человеку, то между ними выстраивается крепкая связь. Это одна из причин, по которой воры часто кладут награбленное в воду: та смывает следы и ослабляет связи. Когда хозяин передает вещь своему преемнику, то связь выстраивается заново, но некоторое время предмет связан с обоими. Волшебные предметы помнят дольше и разное. В зависимости от цели их создания. Этот камень был создан в подарок, но в нем заложена сила соединять и защищать. Он считает, что не справился.

– Камень считает, что не справился? – в голосе Константина прозвучало недоверие.

– Да.

– Он теряет свою историю в доимперских временах, неужели ты смогла узнать, зачем его создавали?

– Ты уверен, что тебе сейчас нужен ответ именно на этот вопрос?

– Я просто подумал, что у нас могут быть еще другие вещи отца, может быть…

– Считаешь, я ошиблась? – Она подняла с земли маленькую ветку и стала очищать ее от коры. – Я сама до последнего на это надеялась. Я понимаю, что не заслужила доверия в твоих глазах, появилась ночью из костра и говорю совершенно невероятные вещи, но…

– Я тебе верю, но, может быть, ты сможешь узнать подробности?

– Сомневаюсь, что у вас может найтись что-то, что расскажет мне больше, чем этот амулет. – Амбер вздохнула, изо всех сил стараясь отстраниться от воспоминаний.

– Но почему? – Константин внимательно смотрел на нее. Он поверил ей сразу, но какая-то его часть все еще надеялась на ошибку.

А может, и правда стоило поговорить про магию? Любую новость, особенно подобную, надо давать постепенно.

– У любого волшебника есть предметы, с которыми ему проще найти общий язык. Но самый прочный контакт возникает, когда волшебник создает магический камень. Эти камни можно создать, преобразуя природные элементы, а еще из слез или крови. Связь с такими камнями остается навсегда – даже спустя много лет.

– Мой амулет – это магический камень?

– Да,– она кивнула, и ее волосы слегка заискрились, – думаю, именно поэтому им так стремились завладеть паладины.

– Получается, магические камни помнят лучше?

– Зависит от создателя и назначения. Как я уже сказала, этот был создан не для того, чтобы помнить, а для того, чтобы согревать, соединять и защищать.

– Ты смогла поговорить с ним и узнать, кто и когда его создал?

– И кто, и когда, и зачем, и для кого – только это не имеет никакого отношения к магии.

– Но тогда как?

Амбер смотрела на лунную дорожку и видела Владимира. Он сжимал в руке ультиматум Бертольда и просил ее не вмешиваться, а подождать… она согласилась и больше они не увиделись… Амбер сосредоточилась на камне, изо всех сил прогоняя накатившие воспоминания.

– Просто я сама его сделала… Ты очень похож на него. – Амбер резко оборвала себя, понимая, что сказала лишнего… Все-таки воспоминания ее догнали. А сейчас было не время.

– На кого? – Константин посмотрел на нее, словно она сказала что-то противоречащее возможному, именно так оно и было.

– На своего предка, которому я его подарила. Он тоже стремился помогать ближним.

– Я бы хотел поговорить с тобой об этом позже. Ты же не исчезнешь в костре? Правда?

– Вообще-то, я надеялась остаться с вами на ужин. – Амбер грустно улыбнулась. – Если, конечно, тебе не будет слишком тяжело находиться рядом со мной.

– Конечно, ты можешь оставаться с нами столько, сколько тебе будет казаться правильным. Просто сейчас мне надо понять, что делать дальше и что сказать своим людям. Ты точно уверена, что мой отец мертв?

– Я уверена. Знаешь, сейчас темно, у вас в замке наверняка жгут свечи. Если ты не боишься, то я могу попробовать помочь тебе увидеть, но ничего не обещаю. Получится или нет – во многом зависит от тебя.

– Увидеть что?

– Увидеть кого-то, рядом с кем есть живой огонь. Самой мне будет крайне трудно это сделать, я не знаю ни мест, ни людей.

– Ты правда это можешь?

– Я никогда не предлагаю того, что невозможно. Если ты уверен, что тебе это важно, то нам понадобится ваш костер.

– Я сейчас попрошу всех отойти. – Константин встал и направился к огню, где сидели дружинники.

Амбер вздохнула и пошла следом, пыталась понять, зачем же она поддалась этому импульсу? Смотреть в огненное зеркало первый раз в таком состоянии – не самая лучшая затея, но это единственное, что она могла сейчас предложить, да и Константин ей показался человеком, которому знания и конкретные факты скорее будут поддержкой, чем источником боли. Хотя… еще неизвестно, что он там увидит…

Костер потрескивал, чай кипел, дружинники весело разговаривали. Амбер же ушла на берег беседовать с Константином. Чуть не утащила в костер, буквально свалилась на голову и даже ничего не объяснила. Она, конечно, и раньше не слишком много рассказывала, но так… Рассердилась, что они не остались в городе? Хотя, кажется, у нее и правда было серьезное дело. Вид у обоих – напряженнее некуда, да и Волк вроде сидели пил чай, но по нему было видно, что тот готов в любую минуту сорваться с места. Даян прикинул, сможет ли его обогнать, но уверенности в этом совсем не было.

– Эй, Лисенок, это и есть ваша знакомая волшебница? – Похоже, воин решил, что можно отвлечься и прояснить некоторые детали, но взгляд все равно с них не спускал.

– Да, это она.

– Можешь объяснить, как она сюда попала? – Волк повернулся к Даяну и теперь очень внимательно смотрел на него.

– Она попросила дать ей руку, но я не знаю, как она попала в костер. – Даян все еще сам пытался понять, что же произошло. Возможно, лучше и правда с кем-нибудь поделиться размышлениями…

– Ты в следующий раз предупреждай, что ли, все-таки мы вместе. Где вы с ней встретились?

Даян вздрогнул и взглянул на Волка. Они с Владом ждали этого вопроса сразу, но в дороге быстро забываешь, когда что-то остается позади.

– Или это тайна?

– Я не знаю насчет тайны. – Даян пошевелил палкой костер и продолжил: – Амбер не просила нас держать что-либо в секрете, но мне не хотелось бы обо всем рассказывать.

– И все-таки?

– Мы встретились в заброшенной столице. Амбер направлялась на Рысь-гору, и мы с Владом решили проводить ее.

– Почему?

– Я не могу этого объяснить, просто ее невозможно было оставить одну.

– Я не просто так спросил. Вы присоединились к дружине, пусть пока только до столицы, но это не так важно. Я надеюсь, что Константину не придется пожалеть о своем решении и что на вас действительно можно положиться.

Даян задумался. А что будет, если она сейчас придет и позовет с собой? Нет, до столицы он в любом случае поедет с дружиной. Она поймет, должна понять. А если не поймет, то значит, что дороги их все равно разойдутся, так не лучше ли тогда это сделать в самом начале?

– Не грусти, Лисенок, кажется, сейчас мы узнаем что-то важное. – Сокол, который сидел рядом, показал рукой на берег и подмигнул ему. – Знаешь, девушки… они такие, всегда заставляют думать о них, но ведь иначе бы мы совсем не возвращались домой.

Волк посмотрел на смутившегося Даяна и, махнув рукой, отошел в сторону. Не похоже было, чтобы парень врал, но уж очень странно все выходило, да и волшебница, о чем она хотела поговорить, да еще так внезапно… Кроме того, отношения с орденом и так, скорее всего, обострятся после встречи на горе. Тем временем Амбер и Константин подошли к костру. Вид у обоих был серьезный и задумчивый.

– Нам ненадолго нужен костер, – Константин проговорил это тихо, но дружинники молча поднялись и пошли в сторону лошадей, бросая вопросительные взгляды на Амбер.

Волк немного отстал, словно собирался что-то сказать, но не успел.

– Можешь ненадолго задержаться? – Константин смотрел на Волка почти в упор, и вид у него был непривычно растерянный. Похожим образом он выглядел лет в шесть, когда выпустил жеребенка в поле, а на того напал волк и загрыз его. – Мне будет очень нужен твой совет, когда мы закончим. Амбер говорит, что мой отец мертв. У меня нет оснований ей не верить, но все-таки она обещала мне помочь заглянуть в столицу и убедиться самому.

Волк постоял немного, ожидая продолжения, но его не последовало. Решив, что выждал достаточно, воин молча поклонился Константину и двинулся за остальными, но Амбер окликнула его.

– Я бы попросила вас остаться. Зеркало огня передает слишком много чувств. Мне кажется, что дружеское плечо сейчас будет важно. – Воин с вопросом посмотрел на своего воспитанника. Увидев легкий кивок, вернулся и расположился рядом.

Амбер посмотрела на сидевших около большого шатра дружинников. Воины продолжали о чем-то говорить, но то и дело бросали на них заинтересованные взгляды. Знакомые цвета, незнакомые доспехи… На мгновение у нее промелькнула мысль, что сама очень похожа на Константина, только он не может поверить в смерть отца, а она в то, что проспала пятьсот лет, кажется, что стоит внимательно присмотреться, и все это окажется сказкой, а где-то возникнут знакомые лица. Девушка яростно тряхнула головой, прогоняя мысли о прошлом. Сейчас они совсем не к месту. Что бы там ни произошло, этого уже не изменить, а вот в то, что происходит сейчас вмешаться можно. Амбер несколько раз обошла костер и протянула руку к огню. Старый друг, он всегда охотно отзывался и был рад ее видеть. Пламя пело, звало присоединиться, оно было готово помочь. Амбер отвернулась от костра и посмотрела на Константина.

– Ты не раздумал заглянуть в огонь? – Она ощущала его тревогу, но понимала, что он не откажется. Амбер присела рядом и протянула ему руку. – Хорошо, тогда дай мне руку и подумай о том, кого хочешь увидеть. Сосредоточься на нем и не отпускай образ. Если рядом с человеком будет живой огонь, то ты увидишь его сквозь пламя.

– Звучит не очень сложно.

– Да, только прошу тебя, не ищи в зеркале отца. Чтобы слышать через огонь, нужно тренироваться, а вот чтобы почувствовать происходящее – нет. Даже наоборот, приходится учиться отстраняться от чужого. Будь готов к тому, что на тебя навалятся чужие чувства, и не ищи того, кто умер. И еще, я не буду видеть того, что видишь ты, но мне придется прикоснуться к твоим чувствам, иначе я не смогу дать тебе возможность посмотреть в зеркало.

– Хорошо. – Константин вложил руку в протянутую ладонь и повернулся к костру.