Хроники Метатрона: Учебник души, или 1000 моих жизней. Том I. Книга I

Это была девушка из Красного Дворца. Я понял это по ее одежде и черным волосам.

– Наш дворец пал, вы должны нам помочь.

– Я не могу вам помочь.

Я снова испытывал это чувство. Я очень хотел защитить свой дворец и наш мир, но ничего не мог сделать. Она тряслась и плакала. Я никогда не видел подобного, чтобы кого-то здесь так захлестывали эмоции.

Она была совсем молодая. Я направился к ней, чтобы попытаться успокоить. Я медленно положил свои руки на ее плечи. Я хотел встретиться с ней глазами, чтобы проникнуть в ее сознание. Я не ожидал, что она ударит меня ножом в живот.

– Он сказал, что спасет мой дворец, если я убью тебя.

– Он обманул тебя.

Я был слишком глуп. Но я никогда не сталкивался с таким и не знал, что делать. Я упал на бок и почувствовал холодный пол дворца. Почему я подумал, что он холодный? Я видел, что девушка продолжила какое-то время стоять, а потом резко убежала прочь. Но демон не ушел с ней.

– Тебе больно?

Почему я слышу его? Почему я не могу это контролировать? Когда границы моего сознания дали трещину?

– Ты не смог защитить свой мир, тебе не хватило сил, ты слаб. О чем ты сожалеешь сильнее всего?

– Я сожалею, что не смог защитить ее…

– Чего ты желаешь?

– Сидеть с ней в мраморной беседке и смотреть, как она смеётся…

––

3 000 лет спустя

Белая Королева сидела в своей любимой беседке. Она снова скучала. Ей было хорошо с ним. После его смерти она забрала управление дворцом. Сейчас здесь было всего несколько десятков жителей. Она держала энергетическую защиту уже очень долго. Демоническая энергия захватила одинадцать дворцов. Для нее не существовало другого мира. Ее последняя цель была – сохранить этот дворец, который был его домом.

––

5 000 лет спустя

– Заключишь со мной сделку? Я исполню любое твое желание.

В беседке напротив Белой Королевы сидела демоница. Демоница была очень красива. Но это была страшная красота, в которой не было нежности.

––

Мне отчего-то здесь было очень комфортно. В этой беседке. Я приходила сюда все чаще. Первый раз я попала сюда случайно. Я увидела ее образ – и я пошла за ней. Сначала она не видела мою ментальную форму. Но спустя несколько тысяч лет ее энергия начала слабеть, и я проникла в ее сознание. Так мы познакомились. Мы снова играли энергиями на доске, и это снова заканчивалось ничьей. Мне бы хотелось прийти сюда в своей плотной форме, но из-за защиты дворца это было невозможно.

2 000 лет спустя

Последний дворец пал. Демоны пожирали этот мир, порождая страх в сердцах оставшихся жителей. Я быстро нашла ее. На них напали солдаты из другого дворца. Эта цивилизация уже давно выродилась. Рушился последний оплот света в этом мире.

Она лежала на земле, она была напугана. Я поняла, что у нее пропало зрение. Я взяла ее за руки и приподняла, чтобы она могла сесть. Это было даже хорошо. Мне почему-то не хотелось, чтобы она видела, как я убиваю их.

Когда я закончила, я испытала какую-то грусть от того, что вокруг была гора трупов и крови. Этот дворец раньше был так прекрасен. Сады уже давно завяли, просматривались лишь жалкие остатки былой роскоши.

Я смотрела на нее; она сидела в позе лотоса, погрузившись в транс. Я не смогла проникнуть в ее сознание. Значит, она вернула равновесие, чтобы умереть без сожалений. Ее энергия начала растворяться. Она умирала в этом мире. Я ментально последовала за ее энергией, но она ушла наверх. Мне же было пора возвращаться вниз. Я провела здесь слишком много времени. Но я знала, что мы обязательно встретимся снова.

Два маленьких чертенка:

– Мужская жизнь! Кажется, это впервые! А эта Белая Королева – красотуля! – выдал главный чертенок.

Второй, кажется, впервые услышал, как он кого-то похвалил, и не сдержался.

– Неужели тебе кто-то понравился!

И получил оплеуху, но не очень расстроился по этому поводу, переходя к главному вопросу.

– Ты понял, что произошло? – спросил он своего умного друга.

Тот начал логически рассуждать:

Ш— Наша душа в этой жизни была мужчиной, который не смог защитить ни свою супругу, ни свой дворец. В момент смерти в его сознание проник демон. И через несколько тысяч лет душа, которая была мужчиной, появилась как демоница. Но, несмотря на свою природу, эта демоница, кажется, привязалась к Белой Королеве, защитив её в конце от других демонов, – проанализировал цепочку событий умный чертик и добавил: – Но, по-моему, это нелогично. Всё должно было быть не так.

– Я думаю, она защитила её потому, что это было его неисполненное желание в предыдущей жизни. Карма – интересная вещь. Привязанность и желание защитить привели его в женскую демоническую форму, – высказался глупый чертик.

– Когда это ты успел переметнуться на светлую сторону! Не вижу ничего плохого в демонической форме, которая, кстати, на твоей роже тоже нарисована, – рассмеялся первый чертик.

– Да я не это имел в виду! Я просто констатировал факт! Я и без тебя знаю, что у меня есть рожки, – запыхтел маленький чертенок.

И они, расхорахорившись, начали меряться хвостами.

Запах страха

Темная эра / Эра Темных Богов | Адские земли

Здесь не росла трава, не светило солнце. Только разрушенная деревня. И оглушающая тишина.

Старые дома без дверей. Я пряталась в одном из них. Разбитые стекла, поломанная мебель, мусор и пыль. Мне было очень страшно, я боялась, что они снова найдут меня. Я не помнила, как оказалась в этой деревне и никак не могла выбраться за ее пределы.

Я слышала, как один из них зашел в дом. Я пряталась в углу за заваленной мебелью. Мои руки начали трястись, я не могла контролировать страх и бешеный стук сердца, подступала тошнота. Он медленно обошел справа и накинулся на меня.

––

Я очнулась в кровати. Это был сон? Кровать была грязная и пыльная. Моя одежда была такая же. Я огляделась – это был разрушенный дом. Спустившись со второго этажа вниз, я увидела только разбросанное битое стекло, старые доски и мусор. Я вышла из дома и наткнулась на них, этих полу-тварей, полу-собак.

Я побежала. Мне было очень страшно. Страх на грани паники. Я споткнулась, не успела встать. Черная тень нависла надо мной. И он снова укусил меня.

––

Я очнулась, сидя возле стены, прижимая колени к груди. Я тихо встала и, медленно не наступая на стекло, подошла к окну справа. Я выглянула на улицу, но никого не увидела. Но я знала, что они были там; я уже слишком долго просыпалась здесь.

Я научилась подавлять страх, но все еще чувствовала его. В прошлый раз у меня почти получилось. Они догнали меня на самой окраине деревни.

Я подняла кусок разбитого стекла и обернула один край тряпкой, чтобы не поранить свою руку. Мне понадобилось очень много времени, чтобы начать с ними сражаться.

Чем сильнее я боялась, тем быстрее они находили меня. Несколько раз я просто не вставала, я до последнего лежала там, где проснулась. Но это всегда заканчивалось одинаково. Я тонула в чувстве страха, и они находили меня. Я много раз пыталась убежать, но ничего не получалось. В какой-то момент я начала злиться, а сегодня впервые почувствовала ненависть.

Ты ненавидишь их? Это место? Или свой страх?

Я вспомнила, как тогда перевернула шкаф на одного из этих полупсов. Впервые я смогла отбиться, но этого хватило ненадолго. Но появилось новое чувство. Я так долго испытывала одно и то же чувство. Чувство злости стало подавлять страх. Прошло еще много дней прежде, чем я почувствовала ненависть.

Я ненавидела их за то, что мне было страшно. За то, что они каждый раз убивали меня. За то, что я не могла убежать или выбраться отсюда.

Когда я проснулась снова в этом месте после случая со шкафом, я поняла, что один из полупсов хромает. Каждый раз, когда меня убивали, я снова просыпалась целой. Действует ли это также на них? Смогу ли я убить хотя бы одного?

Когда я подумала об этом, мне снова стало страшно, я не смогла справиться с этим чувством, и меня снова нашли.

––

Очнувшись, я сразу осмотрела дом, где находилась. В нем было только две большие комнаты – на первом этаже и на втором этаже – и лестница. На втором этаже недалеко от двери стоял шкаф. Я подвинула его так, чтобы опрокинуть, как только они появятся. Через щель в стене второго этажа я увидела, как он зашел. Я давно поняла, что они выслеживают меня по запаху страха. Я научилась блокировать это чувство. И эти твари как будто теряли ориентацию. Я заранее воткнула в стенку шкафа несколько прутьев. У меня получилось вовремя опрокинуть шкаф и убить пса. На одного меньше. Но если после меня снова убивали, то количество псов становилось прежним.

––

1326 дней с того момента, как я начала считать. Я лежала посреди улицы; это был последний и самый большой. Его пасть нависла над моим лицом. Я больше не чувствовала страха. Когда его морда приблизилась ниже, я воткнула кусок стекла ему в горло.

На мое лицо полилась черно-красная кровь, она была холодной. Я почувствовала удовлетворение. Я скинула его тело. Я далеко не сразу поняла, что после их смерти можно поглощать их энергию и становиться сильнее. После смерти над телом поднималась черная дымка; через прикосновение я могла поглотить ее. Если бы я поняла это раньше, я бы выбралась гораздо быстрее.

Вдалеке за деревней появилось красное зарево. Это первый раз, когда я увидела тут хоть какой-то свет. Я очень быстро добралась до окраины и шагнула туда, куда не могла попасть больше 1000 дней.

Впереди простиралась пустыня, которая казалась бесконечной.

Только сейчас я увидела, что деревня была не одна. Полоса построек уходила вдаль. Но дома отличались. Я увидела, как справа из похожей деревни вышел силуэт. Он сначала пошел вперед, но, увидев меня, поменял направление. По виду это был молодой мужчина. Он подошел и остановился на расстоянии пяти метров от меня. Я ждала, что он будет делать дальше.

– Ты знаешь, что это за место?

– Нет.

– Это земли мертвых. Чтобы подняться выше, нужно пересечь пустыню.

– Выше?

– Выше.

– А что находится ниже?

– Ты не помнишь? Ты же как-то попала сюда.

– Ты знаешь, что это за место?

– А ты сама не знаешь?

– Нет.

– Я могу проводить тебя. Мы можем пойти вместе.

– Хорошо.

Он подошел ближе, он встал боком ко мне, развернувшись в сторону пустыни. Он хотел что-то сказать, но как только повернул голову, я воткнула нож ему в шею. Я увидела в его глазах страх. Точнее, я почувствовала его страх. Я почувствовала этот запах еще до того, как он приблизился.

– Я слишком хорошо знаю, что это за место.

Я собрала его энергию и шагнула в бескрайнюю пустошь.

Два маленьких чертенка:

– И как она попала туда? – задал вопрос второй маленький чертёнок своему умному товарищу.

– Очевидно, опять где-то накосячила, – заключил умный чертик.

– Может, это подъём после того самоубийства? – предположил глупый чертик.

– Это подходит, учитывая, что здесь ей нужно было сражаться за свою жизнь.

– А мы тоже можем попасть в ад? – вдруг спросил глупый чертик.

– Дурак! Мы и так из Тёмной бездны! Ад – это наша соседняя деревня!

Когда у одних есть выбор, судьба других предопределена

Пересечение: Темная эра / Эра Темных Богов | Земли Потерянных Душ & Человеческая Эра / Эра Людей

Пустыня. Я слишком долго шла. Я не помнила, сколько. Время стерлось. Ночь не наступала, я не могла считать дни. Я упала на песок, моя форма ослабла. Чувствую запах смерти. Это мой запах? Я посмотрела вперед и увидела перед лицом босые стопы.

Я подняла голову. Женская форма, черное длинное платье и черные распущенные волосы. Она появилась из ниоткуда.

– Ты умираешь.

– Я знаю.

Женщина подняла меня за горло. Я смотрела в ее черные, как смоль, глаза. Я не боялась ее. Я знала, что не умру, потому что уже согласилась. Но не потому что боялась умереть, а потому что должна была во что бы то ни стало пересечь эту пустыню. Цена, которую нужно заплатить.

Я уже давно слышала этот голос. Эта тварь шла за мной практически с самого начала моего путешествия по этой пустыне. У нее не было формы, но я очень хорошо чувствовала ее. Древняя сущность, проклятая вечно бродить между мирами без возможности воплощения. Она хотела, чтобы я впустила ее. Она обещала помочь пересечь пустыню. Она знала путь.

И когда женщина держала меня за горло, я согласилась. Я почувствовала холод по ногам, и темные потоки проникли в мое тело.

Женщина отпустила меня. Она развернулась и направилась прочь. Я лежала на песке и провожала ее взглядом. Почему она показалась мне такой знакомой?

Что-то во мне изменилось. Но я не уловила что. Да и это уже потеряло смысл. Я направилась к выходу, теперь я точно знала, где он.

Путь после этой встречи был не таким долгим. Я прошла через песчаную бурю и увидела караван. Они заметили меня. Я ушла с ними. Мне дали верблюда, они ничего не спросили. Ни о том, как я оказалась в пустыне, ни о том, кто я. Уже на подходе к городу ко мне подъехал старик (хотя стариком он не был). Было в нем что-то необычное.

– Ты можешь сойти здесь, мы не будем заходить в этот город.

– Почему вы не спросили, кто я?

– Некоторые вещи не стоит знать. Некоторых людей не стоит обижать.

– Почему я не могу пойти с вами дальше?

– Если ты останешься с караваном, он погибнет.

– Почему?

– Потому что ты несешь смерть.

– Тогда почему ты предлагаешь мне войти в этот город?

– Возможно, этот город должен умереть.

Я смотрела вслед удаляющемуся каравану. Когда он скрылся за барханом, я шагнула к воротам древнего города.

В городе царила оживленная суета, и одновременно часть людей просто стояла. Они все смотрели на меня. Это чувство, когда идешь вдоль улицы, и тебя провожают десятки глаз. Суетливый народ как будто не замечал их. Люди торговали, носились по улицам. А эти силуэты продолжали стоять и провожать меня взглядами.

Мертвые души, они не могут покинуть этот город. Я уже начала чувствовать темную формацию под городом и пошла в ее центр.

Центральная площадь. У ее основания стоял дворец или храм (для дворца он был простоват). Я зашла в этот храм. На полу была разлита липкая жидкость… кровь. Валялись чаши, книги и различная утварь. Здесь никого не было.

Я поднялась наверх, на балкон, и оглядела город. Старый прохвост, он заманил меня в ловушку. Я не смогу выйти из города, не разрушив формацию. Иллюзия оживленного города спала, остались только озлобленные души. И какая часть меня поверила этому старику.

––

2 000 лет спустя

Два молодых странника стояли у ворот города.

– Откуда в этой пустыне этот город? Я ходил караваном здесь не один раз, впервые вижу его.

– Пойдем посмотрим?

– Он выглядит жутко. Думаешь, это хорошая идея?

– Вдруг это потерянный город, полный сокровищ.

Жажда наживы пересилила внутренний голос, и путники вошли в город.

Город был заброшен, не было ни одной живой души. Они дошли до центральной площади и увидели колодец.

– Там, кажется, кто-то есть.

Они подошли ближе; с другой стороны от колодца сидела девушка. Она плохо выглядела. На ней было темно-бордовое платье с длинными рукавами и темные распущенные волосы.

– Барышня, что с вами? Откуда вы здесь?

Юные путники насторожились; девушка выглядела странно, она абсолютно не вписывалась в атмосферу города и была одна.

– Меня бросили. Я не могу выйти из города.

– Почему вы не можете выйти? До выхода рукой подать.

– Я ничего не вижу. Вы поможете мне выйти из города?

Парни чувствовали себя очень странно, но не смогли отказать ей. Они помогли девушке подняться и повели к выходу. Они шли очень долго и сильно устали; путь от колодца занял гораздо больше времени и отнял гораздо больше сил. Наконец они вышли из ворот города.

Она не смогла определиться, как поступить, и реальность разделилась.

––

Из ворот города вышли два юноши и девушка, которую они вели под руки. Девушка схватилась за шею.

– Я забыла возле колодца свое ожерелье. Пожалуйста, вы можете забрать его?

Парни начали неуверенно переглядываться.

– Хорошо, я схожу.

Один из них, тот, что так хотел найти сокровища, вернулся в город, а второй остался с девушкой. Он проводил своего друга взглядом; он чувствовал тревогу, но не мог понять почему. Это все было очень странно. Но у них не было времени это обдумать. Эта девушка… Он повернулся, но не успел задать свой вопрос, как в его шею вонзился кинжал. Тело быстро сползло к ее ногам. Запах смерти, она снова почувствовала его. Она развернулась и направилась прочь, оставляя город позади.

Парень, вернувшийся в город, дошел до колодца очень быстро и стал судорожно искать ожерелье. Ему хотелось побыстрее покинуть город. Он не хотел возвращаться, но решил забрать ожерелье себе, притворившись, что не нашел его. Но украшения нигде не было. Неужели она обманула? Наконец он увидел яркий красный камень и в спешке схватил его. Как только юноша прикоснулся к камню, его сердце пронзила резкая боль. Он начал задыхаться, упал на колени и, схватившись за сердце, окончательно рухнул на землю. Красный камень впитал его душу.

––

Из ворот города вышли два юноши и девушка, которую они вели под руки. Верблюды, которых они привязали недалеко от города, ждали их. (Когда они подошли к городу, звери напрочь отказались приближаться. Это должно было их насторожить. Но наши путники не были суеверными и верили только в деньги.) Они взяли верблюдов, посадили барышню на одного из них и направились прочь от города.

Барышня странно улыбалась; они заметили это и переглянулись. В руках она крутила красный камень. Он был очень похож на драгоценный. Тот, что хотел найти в городе сокровища, начал жадно пожирать камень взглядом.

Ночью они устроили привал. Когда девушка заснула, парень выкрал камень. Это было несложно; камень висел на ее поясе в чехле, и он просто снял его. Он схватил чехол и отошел подальше, чтобы изучить. Но как только юноша прикоснулся к камню, его сердце пронзила резкая боль. Он начал задыхаться, упал на колени и, схватившись за сердце, окончательно рухнул на землю. Красный камень впитал его душу.

Друг нашел его на рассвете. Мертвое тело и красный кристалл. Второго юношу обуял страх; он автоматически достал кинжал и, развернувшись, увидел ее.

Она стояла в десяти метрах и смотрела в его глаза. Он понял, что она не слепая. Отдаленно в сознании он услышал рев. В двух метрах справа от парня стоял привязанный верблюд. Верблюд ревел и звал его. Но путник с кинжалом в руках побежал в сторону девушки. Он даже не понял, какое чувство его вело. Хотел ли он убить ее или просто напугать? Он как одержимый несся к ней навстречу.

Он приближался, и она снова чувствовала этот запах, запах смерти. Парень замахнулся, но она была быстрее. В его шею вонзился кинжал. Тело быстро сползло к ее ногам. Она развернулась и направилась прочь, оставляя своих спутников позади.

Два маленьких чертенка:

– Вот здесь надо разобраться. Эта пустыня ведь тоже относится к адским землям, но откуда тут люди – караван и те два мужчины? – сразу приступил к накопившимся вопросам второй чертенок.

– Очевидно, миры пересекаются. Пустыня. Однообразное место, в котором можно потеряться – это ведь идеальная зона для пересечения разных мерностей. Это как нейтральная полоса между мирами. Человек думает, что путь только один, но, на самом деле, в пустыне множество невидимых дорог.

– А эта сущность, получается, помогла ей найти путь из адской пустыни в пустыню, где она встретила караван?

– Да. Но этот старик странный, он как будто что-то знал. Он же практически заманил её в этот мёртвый город, который очевидно застрял между мирами.

– Интересно, как она связана с этим мёртвым городом?

– Думаю, мы это когда-нибудь увидим, – заключил умный чертик.

– А те два парня, наверное, потерялись в пустыне, поэтому попали к городу?

– Или их карма привела туда. Не думаю, что это случайность.

– Наверное, ты прав. Интересно, сможет ли она в этот раз выйти из этой пустыни, – вовлечённо проговорил глупый чертик и добавил: – А что случилось в конце, почему мы увидели два сюжета?

– Ну, какой же ты тугой! Это как раз то, что мы обсуждали. Два сценария – это два пути, – как обычно уверенно заявил умный чертик.

– Погоди, мне кажется, это немного другое. То было перемещение между мирами, а это существование двух выборов одновременно. Две ветки реальности.

Умный чертик понял, что поспешил с выводами, но он не собирался этого признавать.

– Какая разница? Что в итоге реальность разделилась на два выбора, по итогу результат был один. Оба мертвы.

– Но для неё результат был разный, – высказался второй чертик.

– В смысле, разный? Она и там, и там убила их, – был не согласен первый чертенок.

– В первом случае она приняла решение их убить и убила. А во втором она решила этого не делать.

– Но всё равно убила. И что это, по-твоему, меняет?

Глупый чертенок не смог сформулировать свою мысль и сдался, решив не продолжать этот спор.

Гиперборея: на расцвете цивилизации

Человеческая Эра | Век Кали | 2 цикл | 2-е тысячелетие

Это было там, где сейчас самые северные берега самых холодных морей. Это было там, где сейчас царит вечная мерзлота. Это было там, где сейчас не живут люди. Цивилизация, породившая Грецию и Великий Вавилон.

Великий народ. Великие земли. Великая любовь, царившая там, навеки будет стерта из истории Земли.

15 000 лет назад. Цивилизация, которая не могла существовать

На площади стояла женщина и держала на руках ребенка. Это была девочка со светлыми, слегка кудрявыми волосами, чуть доходившими до плеч. На девочке было легкое атласное белое платье. У нее были голубые глаза и ямочки на щеках, когда она улыбалась. Кудри достались девочке от матери. А вот цвет волос принадлежал отцу. По нашим меркам ей бы дали три года. Но там ей было гораздо больше, хотя она все еще была ребенком. Период семилетнего возраста можно приравнять к нашим двадцати годам.

Девочка играла с локонами матери. Ее мама была очень красива. Высокий для своего народа рост – около двух метров по нашим меркам. На женщине было легкое белое платье в том, что сейчас считают античным стилем: открытые плечи, золотой пояс, разрезы, уходящие к ногам, золотые сандалии. Черные, длинные, доходящие до пояса кудрявые волосы.

Женщина почувствовала, как кто-то схватил ее за платье, и повернулась. Мальчик настойчиво тянул за подол, подпрыгивая и улыбаясь. У него были темные волосы и мамины золотые глаза. Ему было около семи лет по нашим меркам. Женщина начала искать глазами его отца, своего супруга.

Сегодня был Великий праздник – мы с вами можем назвать его праздником весны. Отец с сыном уходили прогуляться по площади, чтобы купить сладких фруктов. Представление еще не началось. Но народ потихоньку прибывал, и площадь наполнялась.

Она быстро нашла его: он приближался, обходя толпу. Мужчина подошел, нежно обнял ее, поцеловав в шею. Дочка сразу попросилась на руки к отцу. Это было счастье, недоступное нашему пониманию.

Этот народ назовут олимпийскими богами. Но греки извратят олимпийских богов в своих мифах, покажут алчность и пороки, которые появились гораздо позже.

В Гиперборее не существовало войн, не существовало даже локальных конфликтов. Таких чувств, как зависть, ненависть, обида, вина, просто не существовало в их мире.

Раздался трубный звук. Это был сигнал, что представление вот-вот начнется. Вы никогда не сможете поверить, что такое большое количество жителей могло собраться вместе и так гармонично чувствовать себя друг с другом.

Раздался барабанный бой, и полетели колесницы. Каждую из колесниц несла тройка коней. Кони двигались по воздуху, как по земле. Потом скажут, что у них были крылья. Но они им были не нужны. За колесницами шествовала большая платформа с тысячами цветов. После музыкального сигнала цветы посыпались вниз – дождь из цветов заполнил все пространство. Но цветы не падали на жителей и не заваливали площадь. Приближаясь к земле, они превращались в цветные энергетические искры. Невероятно красивое зрелище.

Это был лишь один город. Но в этот день цветочный дождь прошел по всей стране.

Олимпийский народ праздновал начало весны. В Гиперборее не было наших привычных сезонов. Они не знали, что такое холодная зима или грязная осень. Климат был очень мягкий, но природа брала отдых. Было два выраженных сезона: сезон, когда цветение прекращалось и погода становилась чуть более прохладной, бывали ветра и дожди, усиливались волны. А потом снова возвращалась весна, которую можно сравнить с нашим летом. Сезон, который сейчас встречали гиперборейцы.