Нечистая сила: от домового до бабы-яги

Кромешник — водяной-игроман из карстовых озер Мегорской гряды близ Онежского озера. Легенда гласит, что однажды Кромешник проигрался царю Онежского озера, и из озера ушла рыба, а потом и вода. Пришлось водяному отрабатывать долг — весной вода вернулась, а за ней и Кромешник.

Со временем образ водяного, как и прочей нечисти, стал тускнеть и утрачивать свои прежние черты. Христианство называло водяного просто «нечистым», «сатаною». Вера в него ослабевала, жертвы становились скуднее: вместо лошади — сапог с портянкой, вместо черного петуха — щепотка табаку.

В XIX веке, по словам Даля, только редкий старик мог рассказать о встрече с водяным как очевидец. А к XX веку водяной переселился в сказки, в детские песенки, в оперу «Садко» и в мультфильмы. Страшный хозяин омутов превратился в добродушного «Водяного» с болотной тиной и грустной песней: «Я Водяной, я Водяной, поговорил бы кто со мной...»

Но в глухих деревнях Русского Севера, на берегах Онежского озера, в заросших камышом затонах до сих пор рассказывают былички о том, как водяной утащил неосторожного купальщика, как шалил у мельницы, как хохотал в лунную ночь, хлопая ладонью по воде. И каждый, кто подходит к темному омуту в глухой час, чувствует спиной: глядят из глубины зеленые глаза, ждут — не нарушит ли человек границу, не войдет ли в чужие владения без спросу...