Копьё для дракона. Книга 1. Земли Уджито

«Духи предков? Изолированный клан? — мысленно пронеслось у Алисы, и в её голове тут же всплыли все прочитанные ею упоминания о потерянных магических культурах. — Это же... ходячая история. Но они выглядят так... дико».

«А это Егор, мой племянник. Его вызов — контроль над магией, которая проявляется спонтанно при сильных эмоциях.»

«Спонтанная магия... Высокий риск для самого мага и окружающих. Требует постоянного психического контроля», — тут же зафиксировал её внутренний архив.

Затем Ирина представила Алису:

«Ребята,это Алиса Воронцова. Её дар — мнемонический. Она помнит абсолютно всё, что видела или слышала. Её задача — научиться с этим жить, не позволяя памяти перегрузить её сознание.»

Егор, недолго думая, спросил первым:

«Ты правда всё помнишь?А что ты ела на завтрак позавчера?»

Алиса, не моргнув глазом, ответила:

«Овсяную кашу с малиновым вареньем,два тоста с маслом и стакан апельсинового сока. Я пролила немного сока на скатерть и пыталась это скрыть, сдвинув тарелку.»

Алиса смущённо покраснела. Зере, впечатлённая, спросила:

«А ты помнишь каждое животное,которое видела?»

«Да, — кивнула Алиса. — В том числе и того лося, которого вы принесли вчера. По рисунку на шерсти я могу определить, что это был самец возрастом примерно шесть лет, с застарелым шрамом на левом боку, вероятно, от стычки с соперником.»

Басси, чей научный интерес был мгновенно разбужен, подошёл ближе.

«А как твой мозг структурирует информацию?Это похоже на библиотеку с бесконечными полками? Или на свиток, который постоянно разворачивается? Испытываешь ли т ы когнитивную нагрузку при попытке доступа к давним воспоминаниям?»

Алиса впервые за весь разговор улыбнулась. Вопрос был задан на её языке.

«Скорее...на постоянно обновляющуюся и расширяющуюся карту. Все воспоминания связаны ассоциациями. И да, нагрузка есть, особенно если пытаться удерживать в активной зоне несколько сложных или эмоционально заряженных «файлов» одновременно.»

Потом она сама, с робким любопытством, спросила:

«А вы...вы действительно разговариваете с духами? Как они выглядят?»

«Мы просим их о помощи, — пояснила Зере. — И даём дары. Они не всегда показываются, но чувствуешь их силу.»

«Интересно, — прошептала Алиса. — В моей памяти нет ничего подобного.»

Ирина наблюдала за этим диалогом, оставаясь в стороне. Она видела, как между этими четырьмя детьми, такими разными, начинает проклёвываться мост понимания. Алиса, отягощённая знанием всего, искала то, чего не могла найти в книгах — живой, неструктурированный опыт. А «дикари», жившие инстинктами, впервые встретили человека, чья сила заключалась в чистом, необработанном знании. Это было начало нового витка в их обучении.

Кабинет Матрёны Степановны снова стал местом для рискованного эксперимента, но на этот раз цель была не разрушительной, а терапевтической. В центре комнаты стояла Алиса, а перед ней на столе дымился небольшой котёл с прозрачной, слегка мерцающей жидкостью — зельем забвения, разведённым до минимальной концентрации.

«Это временная мера, Алиса, — поясняла Ирина Витальевна, в то время как Матрёна Каменева наливала зелье в крошечную хрустальную флакон. — Не для того, чтобы стереть воспоминания, а чтобы ослабить их эмоциональный заряд. Дать твоему разуму передышку.»

Алиса смотрела на флакон с смесью надежды и страха. «Но... зачем это нужно?» — тихо спросила она.

Ирина взглянула на неё с редкой для неё долей сострадания. «Потому что такие, как ты, с каждым годом становятся только сильнее. Твой дар растёт, а вместе с ним растёт и груз. Каждое неприятное слово, каждая неудача, каждая боль — всё это остаётся с тобой навсегда, не тускнея. Рано или поздно, если не научиться фильтровать или ослаблять этот груз, разум не выдержит. Он может сломаться, уйти в себя, чтобы никогда больше не выйти. Мы не можем позволить этому случиться.»

Алиса побледнела, представив себе такое будущее. Она кивнула и выпила зелье одним глотком. Почти сразу же её плечи расслабились, а напряжённость во взгляде слегка смягчилась. «Стало... тише, — прошептала она. — Как будто кто-то убавил громкость.»

«Эффект продлится несколько часов, — предупредила Матрёна Степановна. — И мы не можем использовать его слишком часто — может возникнуть зависимость или необратимые повреждения памяти. Это костыль, Алиса, а не лечение.»

Затем Ирина решила показать другую сторону дара Алисы. Они перешли в тренировочный зал.

«Магия, — сказала Ирина, обращаясь ко всем детям, — это не только сила, но и точность. Алиса, продемонстрируй заклинание «Левикорпус» на трёх манекенах одновременно.»

Это было сложное заклинание, требующее от мага удерживать в уме точные образы и жесты для нескольких целей сразу. Большинство учеников справлялись с одним, в лучшем случае — с двумя.

Алиса закрыла глаза на секунду. В её памяти чётко всплыли страницы из учебника с описанием заклинания, движения преподавателя на лекции и даже пометки на полях. Она открыла глаза, её взгляд стал острым и сосредоточенным. Она совершила три быстрых, но идеально отточенных движения палочкой, произнеся чёткие инкантации.