Шаг для человека

Надо будет еще поприветствовать Олега с женой (никогда не знаешь, что может произойти в будущем, по крайней мере, абсолютно точных прогнозов «Хам, Хан и Хар» никогда не дает, да это и невозможно, учитывая эффекты мультивселенной!) и попрощаться с сегодняшним мулом Кешей, он блестяще выполнил свою функцию по пропуску меня на мероприятие.

Прекрасный прием, много приятных людей, знакомых и новых знакомых, но мне еще предстоит масса работы на выходных.

Мариам 3

Господи, как же измельчал французский народ! Не зря умница Грегуар жаловался мне, что стратегией у них теперь считается планирование до следующих президентских или парламентских выборов, в зависимости от того, что раньше наступит. И вот вместо Грегуара, павшего жертвой каких-то совместных интриг в российском и французском МИДах, прислали этого юного красавчика, если не с отсутствием мысли, то с невеликим местом для ее вмещения. Неужели он всерьез думает, что, учитывая его профессиональный путь, возможно скрыть свою ассоциацию с парижским офисом Корпорации? Присылка его сюда в посольство, а не к нам в офис на стажировку, свидетельствует о том, что он здесь для того, чтобы следить за тем, что мы делаем, и это является очень недружественным шагом со стороны Паскаля, парижского прокуратора. Как он решился на такое? Неужели административные амбиции взяли верх над присущей французам осторожностью? Такие вещи надо давить в зародыше, и я сегодня же сообщу Глобальному главе нашего Департамента о появлении засланного казачка с просьбой донести о таком вопиющем нарушении корпоративных правил и этики Генеральному директору. Посмотрим, удержится ли после этого Паскаль на своем посту? Одно дело, когда принято решение о закрытии офиса, как это было в свое время в Вене. Да, тогда туда приехали эмиссары из всех заинтересованных стран, мы знакомились с достигнутыми результатами и переманивали людей к себе, предлагая лучшие условия. Да, это был торг, аукцион, но офис закрывался, а ребята, работавшие в венском отделении смещения оси, были чрезвычайно талантливы и сумели организовать глобальную шумиху вокруг своих климатических исследований. А здесь начинающий охотник за головами является в стабильно функционирующий офис и начинает разнюхивать, чем мы здесь занимаемся и что можно стырить. Удивительное нарушение субординации, которое нельзя объяснить чрезвычайными обстоятельствами.

Надеюсь, даже своим ограниченным интеллектом этот Гийом смог понять, что ему здесь не рады и несмотря на внутренние разногласия, мы все объединимся, чтобы дать отпор недружественной экспансии.

Каролина молодец, наверное, даже я не смогла бы быстрее получить согласия начинающего дипломата прибыть в наш офис. Пообщаемся на нашей территории, пусть поймет, почем здесь фунт лиха и вернется, поджав хвост, в свою метрополию. Разочаровали меня французские коллеги как с выбором кандидатуры, так и организацией процесса. Они, конечно, уже давно не были сильны в разведывательной деятельности. Но это совсем перебор! Может, предложить Яну-Кристофу организовать встречную операцию по вербовке сотрудников парижского офиса? Если бы не очередное принуждение к миру на Украине и набравшая силу глобальная русофобия, а также отсутствие авиационного сообщения и сведенное к минимуму общение с миром, мы были бы вполне конкурентоспособны, французы любят жить и работать в России. В нынешней же ситуации, боюсь, это будет воспринято как жест отчаяния с нашей стороны. Такого подарка Паскалю мы не сделаем!

Глава 8

Иннокентий 5

Наконец советник, разодетый в пух и прах по случаю национального праздника, соблаговолил вернуться к столику, который я делил с тремя российскими банкирами, оживленно обсуждавшими события на финансовом рынке, перспективы снижения ключевой ставки в обозримом будущем и состояние финансов клиентов. К ним проявляли неподдельный интерес многие проходящие мимо дамы, но потенциально доступным их чарам был лишь один из трех, оставшиеся двое были парой и пришли вместе, несмотря на неистовую, если судить только по СМИ, борьбу государства с ЛГБТ. С другой стороны, каков поп, таков и приход, это правило верно и для банковской сферы. Мне же было ужасно интересно, чего именно я здесь дожидаюсь, тем более, что Каролина столь стремительно скрылась из виду, как будто у нее были собственные счеты с послом.

Советник перебросился парой слов с банкирами, приятно поулыбался и пригласил меня на аудиенцию к послу. Послом оказалась приятная женщина, одетая по случаю праздника в легкий брючный костюм с перекинутым через плечо шелковым платком в цветах национального флага, с несколько замученным взглядом в карих глазах, которые сейчас внимательно меня рассматривали. «Господин Иннокентий, мне доставляет большое удовольствие приветствовать вас сегодня по случаю нашего национального праздника. Вы всемирно известный ученый, но редкий гость на наших мероприятиях, каковое упущение с нашей стороны мы постараемся исправить. Ваш друг Гюнтер из германского посольства также здесь сегодня, и мы уверены, Вы встретите немало знакомых лиц и новых друзей на нашем празднике» - произнесла посол на безупречном английском с легким, даже очаровательным французским акцентом. Неужели все-таки нас с Гюнтером пригласили как аниматоров? Вроде серьезное посольство, я мог бы ожидать это от чехов или турок, ценящих хорошую шутку, но французы, лишь немногим уступающие в чопорности англичанам… Но надо все-таки что-то ответить. Ну, по крайней мере, я могу говорить на языке, который мне отлично знаком. «Я польщен, госпожа посол, сегодняшним приглашением и восхищен организацией. Позвольте мне от своего лица и корпорации, которую я представляю, принести Вам свои поздравления по случаю праздника». «Нет, нет, Иннокентий, никакой корпорации, которую Вы представляете. Вы здесь в первую очередь в личном качестве, как крупный ученый и друг Франции, и я рада буду побеседовать с Вами на тему искусственного интеллекта, исследованиями которого Вы, насколько мне известно, с коллегами занимаетесь». «Ваше превосходительство, наши исследования представляют несомненный интерес, хотя я и не могу согласиться с апокалиптическими прогнозами, которые раздувают СМИ. В конце концов, человечество, как нам известно, не один раз проходило через бутылочное горлышко эволюции, и единственной возможной причиной того, что человечество обречено, является лень, из-за которой, по моему скромному мнению, не состоялся триумф других видов животных, живших или живущих на земле». «Я рада, что в отношении к труду наши с Вами мнения совпадают, - улыбнулась посол. – Я бы хотела, чтобы как можно большее число моих сотрудников разделяло Ваше мнение. Я также хотела бы, если Вы не против, познакомить Вас с нашим новым советником по науке и инновациям, у которого найдется немало к Вам вопросов, я уверена. Я же буду рада еще пообщаться с таким блестящим и глубоким собеседником, как Вы, как только закончу с официальной частью». «Конечно, госпожа посол. Я на Вашей земле, и Ваши пожелания для меня закон». Посол проницательно улыбнулась и, подозвав помощника, вручила меня его попечению.

Помощник, по виду недавний студент или практикант, уже несколько раскрасневшийся от поглощенного вина или оживленной беседы с двумя молодыми, громко хохочущими россиянками, попросил меня следовать за ним и выйдя из-под сени импровизированного шатра, завертел головой во все стороны. Удовлетворенно хмыкнув, он выбрал направление и подвел меня к паре французов, стоящих в одиночестве у отдаленного столика и в тишине и задумчивости поглощавших тарталетки, запивая их шампанским, после чего тоже молча поклонился и стремглав бросился обратно то ли к исполнению своих обязанностей при после, то ли к русским подружкам. «Хеллоу», - начал я, сразу обозначая свои пределы знания иностранных языков. «Добрый день, - на прекрасном русском языке ответила француженка. – Меня зовут Анна, я переводчица. А это Гийом, советник по науке. А Вы?...» «Меня зовут Иннокентий, я руководитель рабочей группы из «Хам, Хан и Хар». Услышав имя «Иннокентий», француз отставил бокал, стремительно вытер рот и руки и протянув их радостно в мою сторону, что-то залопотал. «Гийом очень рад Вас видеть, он ждал встречи с Вами и воспользовался случаем, чтобы пригласить Вас на нейтральную территорию». На мой взгляд, территорию французского посольства вряд ли можно назвать нейтральной для встречи с французским же дипломатом, но, по крайней мере, одна загадка разрешилась. «Мне также приятно познакомиться, но я хотел бы знать, чем обязан такому интересу к своей персоне?» Француз выслушал переводчицу и тут же начал говорить, даже не прерываясь, чтобы дать той время на перевод, поэтому они оба говорили параллельно. «Гийом хотел бы передать Вам привет от адмирала Лакоста, с которым Вы участвовали в семинарах, организованных Сьянс-По, Национальным институтом политических исследований». Да, я помнил старика Жан-Пьера Лакоста. Для меня было удивительно, как адмирал мог стать главой французской разведки, и обратившись к нему с этим вопросом в первый день научного семинара, я обнаружил глубокого и интересного собеседника, с которым мы продолжали время от времени общаться и после семинара, находя в этом взаимное удовольствие. «Адмирал Лакост, по удивительному совпадению, является близким другом Паскаля, прокуратора парижского офиса корпорации, который просил меня встретиться с Вами и передать следующее. По мнению адмирала и Паскаля, те исследования, которые Вы ведете в настоящее время, имеют центральное значение как для Корпорации, так и для человечества в целом. Под угрозой находится не только судьба отдельных профессий или стран, а гораздо шире – само существование человечества в нынешнем виде. И Лакост, и Паскаль в этом абсолютно согласны с Советом старейшин Корпорации, который санкционировал создание Вашей рабочей группы с соответствующим бюджетом. Зная Вас лично, адмирал уверен, что Совет не мог выбрать лучшей кандидатуры на роль компетентного беспристрастного исследователя и организатора». «Благодарю на добром слове, - сказал я. – Но Вы же понимаете, что это коллективная работа, в которой участвуют не только сотрудники Корпорации, но и по большей части наши подрядчики. Результатом этих объединенных усилий и является Генерал ИИ». «Именно этот вопрос и просили обдумать Паскаль и Жан-Пьер. Деятельность Корпорации всегда была обращена в достаточно отдаленное будущее, ее всегда интересовали глобальные вопросы эволюции человечества. Однако, в последнее время скорость эволюции заметно ускорилась, и я говорю не про технологические изменения, а кардинальные сдвиги в характере социальных связей, обусловленные мобильностью, эпидемиями, интернетом и реакцией на них. Будущее, исследуемое Корпорацией, превратилось из отдаленного в завтрашний день». «Боюсь, здесь мне сложно с Вами согласиться, но я не специалист-историк. Просто я думаю, что это ощущение ускоряющегося времени переживали все поколения, по меньшей мере с начала книгопечатания, о чем есть зафиксированные свидетельства. Каждый рассказывает, что в детстве трава была зеленее, деревья выше, а отношения между людьми лучше. Скорее всего, это свойство человеческой памяти. А что касается исследований Корпорации… Прогнозы смещения полюсов указывают, что это может произойти или не произойти в течение ближайших 50 тысяч лет. Энергетические прогнозы указывают на исчерпание невозобновляемых источников энергии через 100 лет минимум». «Однако, искусственный интеллект и роботизация оказывают влияние на экономику и общество уже сегодня». «Простите, Гийом, что перебиваю, но мы в рабочей группе разделяем эти две тенденции, в том числе и с точки зрения исследований, так как нельзя охватить необъятное. Роботы и ИИ - это абсолютно разные, хотя и смежные вселенные. Роботы представляют собой механизмы, копирующие механику действий человека и нуждающиеся в руководстве со стороны человека. Искусственный интеллект сам находит решения проблем и использует все средства, находящееся в его распоряжении – роботов, людей, природные явления, наконец, – для разрешения поставленных задач. Конечно, можно внедрить искусственный интеллект в робота, однако, если будет позволена такая аналогия, это сравнимо с пересадкой мозга человека в свинью. Или такой искусственный интеллект просто использует робота как носителя, своего рода емкость, а задачи, которые этот искусственный интеллект решает, выходят за рамки возможностей робота и для них привлекаются другие роботы, механизмы, люди, наконец. Или задействована лишь часть функций искусственного интеллекта, соответствующая возможностям робота. Если вернуться к нашей аналогии, мы используем только доли, отвечающие за текущие действия и реакции, отключаем абстрактное мышление, речь, оставляем зрение и реакцию на боль. Мы в рамках этого бинома занимаемся исключительно языковыми моделями и искусственным интеллектом, оставляя роботов инженерам и конструкторам». «Окей, я понимаю Ваш подход. Тем не менее, Вы все-таки не будете спорить с тем, что искусственный интеллект находится на острие политических и социальных дискуссий». «Нет, спорить с этим значило бы погрешить против истины». «Мы все понимаем пользу искусственного интеллекта как помощника человека. Тем не менее, одновременно искусственный интеллект несет угрозу социуму. Например, использование искусственного интеллекта предваряет конец университетов и высшей школы в их традиционной форме. Становится возможно обучать людей дистанционно, создавая искусственные образы преподавателей для создания курсов лекций. Легко автоматизируется проверка знаний обучаемых. Становится излишним разнообразие и географическая разделенность различных университетов. Курсы и преподаватели легко могут быть адаптированы к любому культурному коду путем перепрограммирования. Достаточно всего одного университета на все человечество. Соответственно, исчезает потребность в преподавательском составе, он заменяется небольшим количеством технических специалистов, способных адаптировать курсы. Учтите, что лекции и семинары при этом могут быть адаптированы под психо-эмоциональный профиль студента для лучшего усвоения. Одновременно уйдут в прошлое рейтинги университетов, лучшие и худшие преподаватели, и, что немаловажно, шокирующие цены за обучение. Хорошее образование станет доступным всем. Однако, из этого следует немаловажный вопрос – для чего учиться студенту, если все необходимые знания и умения даст ИИ? Не будет ли в этой связи более востребован ручной труд и рабочие специальности? Означает ли это, что человек постепенно становится неуклюжим подмастерьем ИИ?» «Гийом, подождите, я слышал это уже достаточное количество раз. Отличие искусственного интеллекта от человеческого в первую очередь в том, что у искусственного интеллекта всегда существует задача, поставленная человеком, в то время, как человек самостоятельно придумывает себе задачи и ставит их перед собой и искусственным интеллектом. ИИ не будет создавать курс лекций по геополитике, если ему не поступит соответствующий запрос от человека. И я считаю отличной новостью, что образование, в особенности высшее, становится равнодоступным. Исчезают барьеры, ограничивающие человека, он может учиться практически любому делу у лучших преподавателей и мастеров на основе последних концепций и самыми современными методами. Что же в этом плохого? Неужели Жан-Пьер с Паскалем так боятся конкуренции со стороны вновь обученных юношей и девушек из Бангладеш? Я лично выступаю, во-первых, за равные права на образование, а во-вторых, за предоставление возможностей проявить себя лучшим и наиболее стремящимся к совершенствованию своих навыков. Вы же можете попросить в этом будущем едином университете и курс попроще, чтобы не напрягаться, и чтобы Вам все разжевали в течение четырех семестров вместо одного, в то время как Ваш сверстник из Бангладеш за семестр пройдет 4 курса. Так почему по итогу работу должны получить Вы, а не он? Вы все время забываете, что это Вы заказываете музыку».

«Вот именно кто заказывает музыку и волнует моих доверителей. Не знаю, знакомы ли Вы с опросами об отношении к ИИ, которые заказывали власти Евросоюза. Опросы показали тревожную тенденцию: чем менее по объективным меркам свободна страна, чем более авторитарно и независимо от общественного мнение государство и силовой аппарат, тем большие надежды граждане возлагают на искусственный интеллект. В странах с коррумпированным и несправедливым судом люди просят внедрения электронного правосудия, которое позволит принимать оперативные и беспристрастные решения». «Но это же совершенно нормально: не находя справедливости среди людей, люди обращают свой взор к независимой на их взгляд инстанции. Как сказал русский поэт: «Но есть и божий суд, наперсники разврата! Есть грозный суд: он ждёт; Он недоступен звону злата, И мысли и дела он знает наперёд.» Просто теперь в роли независимого арбитра выступают технологии, искусственный интеллект». «Это объяснение лежит на поверхности. Но если Вы, Иннокентий, копнете чуть глубже, то поймете, что спрос на искусственный интеллект в таких странах формируют именно, говоря Вашими словами, наперсники разврата. Не секрет, что должности в подобного рода коррумпированных иерархиях распределяются не по компетентности кандидата, а в первую очередь в силу оцениваемой вышестоящим начальником лояльности. Такие Растиньяки в первую очередь заинтересованы в искусственном интеллекте, он помогает им компенсировать свое невежество и, оставаясь лояльными, они кажутся компетентными. Их тогда за уши не оттащишь от занимаемых ими мест». В словах Гийома было много верного, но меня смущали растиньяки. Я совершенно не понимал, что Гийом имеет в виду. «Вы сказали растиньяки. К своему стыду не помню, кто это?» Последовал оживленный обмен между переводчицей и переводимым. Наконец Анна, улыбаясь, сказала: «Гийом разрешил мне углубиться в тему, чтобы перевести его игру слов. Растиньяк – это герой Оноре де Бальзака, и, естественно, Вы его знать не обязаны, в отличие от французов для которых Бальзак – домашний автор. Наиболее близкий аналог из русской литературы – это Молчалин из «Горе от ума». «Вот он на цыпочках и не богат словами» Вам о чем-то говорит?» «Конечно, - с облегчением выдохнул я, - теперь я лучше понимаю мысль Гийома, спасибо Вам большое». «Не за что, - улыбнулась девушка, - это моя работа». После того, как она подтвердила советнику, что я понял его мысль, советник затараторил снова: «Лояльность и невежество ставят себе на службу искусственный интеллект, не осознавая угроз его выхода из-под контроля. Именно поэтому именно в Китае, а не в развитых демократиях, вырвался на свободу Ковид-19, нанеся немыслимый ранее ущерб человечеству. Если же из-за неумелых действий самостоятельным станет искусственный интеллект или он подчинится контролю плохих парней, то последствия могут быть сравнимы с ядерной зимой или ядерная зима реально наступит. Поэтому по мнению группы ведущих французских аналитиков, самая большая угроза человечеству, связанная с искусственным интеллектом, исходит из России и, в некоторой степени, Ирана». «Ну почему снова Россия и Иран? Неужели все аналитические обзоры пишет по скрипту французский ИИ?» - я от негодования даже воздел руки. «Отнюдь, это не мысли ИИ, а итог стратегического семинара под руководством адмирала Лакоста, после которого он и решил обратиться к Вам, задействовав также Паскаля. Россия в настоящее время – авторитарная коррумпированная страна с бессменным уже многие годы руководством. Эта тесная группа людей никак не заинтересована в том, чтобы в один прекрасный день в результате выборов ее выбросили на улицу, раскрыв все коррупционные схемы. Престарелые агамбы не могут выпустить из когтей власть, якобы полученную в результате выборов, в то время как реальные наследственные монархи и даже папы ограничивают время своего правления, добровольно уходя в отставку после определенного срока без всяких избирательных процедур. Эта группа автократов в России не хочет лишиться власти и ассоцированных с ней денег. Но Вы согласны, Иннокентий, что в целом вся эта властная вертикаль не слишком компетентна и не привечает слишком умных и неуправляемых. Даже Ваш собственный опыт в относительно свободной академической науке говорит о том же». Я лишь пожал плечами. «В Иране, в отличие от России есть идеология, которой придерживаются основные действующие лица, ислам, и, наконец, выборы. Хотя аятолла и несменяем, как папа римский, но президенты регулярно сменяются, а израильские удары способствуют тому, что и руководители силовых структур не задерживаются на месте. В Северной Корее, насколько мы знаем, лояльность важна, но отсутствует коррупция. Это царство Оруэлла, в котором ИИ лишь один из помощников, а не хозяин. Если же Вы вспомните про Китай, то да, там коррупция присутствует, но налицо и сменяемость власти, и необходимость демонстрировать компетентность, а не только лояльность в рамках внутрипартийной борьбы. Поэтому наиболее уязвимым местом для разработки ИИ, который выйдет на простор, обладая или собственной или чужой злой волей, является Россия, где давно уже в ряде отраслей науки и научных учреждений утрачена академическая честность, где студенты защищают дипломы, написанные ИИ, и используют подсказки от ИИ для сдачи экзаменов. Стремительное увеличение невежества влечет за собой лавинообразный спрос на услуги ИИ, особенно на тех должностях, которые ИИ сделал излишними, но которые сохраняются для обеспечения лояльности». «Есть много справедливого в том, что Вы говорите, Гийом, и наша рабочая группа, конечно, осознает большую часть этих рисков и стремится их контролировать». «Вот именно о контроле я и хотел бы переговорить. Паскаль уполномочил меня сделать Вам два предложения, на Ваш выбор, с учетом той блестящей характеристики, которую дал Вам Лакост. Любое из них потребует согласования с Генеральным директором Корпорации, но Паскаль не хотел бы ничего предпринимать за Вашей спиной». О, наконец-то переходим к реальной теме встречи. «Я слушаю Вас очень внимательно». «Первое предложение Паскаля – переместить всю Вашу рабочую группу в другой офис. Вы сможете спокойно продолжить Вашу работу в более предсказуемых условиях и завершить исследования и обучение Генерала ИИ. Паскаль, естественно, готов предложить Париж, но Вы можете выбрать любой вариант, и он будет его отстаивать перед Генеральным директором, обосновывая это теми резонами, которые я только что озвучил. Второе предложение Паскаля – если Вы по каким-то причинам считаете нерациональным покинуть Москву вместе с Вашей рабочей группой, он, принимая во внимание структуру Корпорации, выйдет с предложением о назначении Вас глобальным координатором рабочей группы в ранге приблизительно соответствующим Глобальному главе Департамента и будет просить уже Вашего согласия на создание отделения Вашей рабочей группы или департамента в Париже с подчинением Вам. Таковы предложения моего руководителя, он очень просит Вас не пренебречь теми причинами, которые побудили его обратиться к Вам с этим предложением, и хорошо обдумать, прежде чем дать свой ответ. Он также рассчитывает на Вашу конфиденциальность в раскрытии тех сведений и предложений, что я имел честь Вам сообщить, так как и так мой приезд в Москву чреват серьезными разборками внутри Корпорации». Гийом замолчал. Анна, естественно, тоже молчала. Молчал и я. Надо все обдумать. Глубокие и темные воды внутрикорпоративной политики таинственно блистали прямо передо мной. В любом случае было бы преждевременно делать какие-либо заявления или принимать решения. Возможно, стоит посоветоваться с командой? Но не приведет ли это как раз к тому, чего не желает Паскаль – разглашению информации и началу межофисной войны? Обязательно надо переговорить с Андреем, возможно, он сможет подсветить некоторые вещи с учетом того, что он более вовлечен в технические моменты. Наш отъезд в любом случае ослабит значимость московского офиса, что может повлечь его временное закрытие, как это произошло с петербургским после октябрьской революции 1917 года и с московским в сентябре 1941 года. Но должен ли я думать о судьбе офиса или сконцентрироваться вместо этого на судьбе наших исследований и судьбе самого человечества, в какой-то степени зависящей сейчас от результатов нашей группы? Выбор, как мне кажется, очевиден. Правда, наш тотальный переезд в Париж резко усилит позиции Паскаля и сильно ухудшит мое качество жизни с учетом того, что я по-французски ни бум-бум, а учиться уже поздно и, честно говоря, не сильно хочется. Конечно, находясь в Европе, появятся совсем иные возможности по путешествиям. Какой-нибудь час, а не сутки и ты в Лондоне или Берлине. Можно встретиться с товарищами, которых давно не видел. Однако, за столько лет я себя знаю, основное время я буду проводить на работе, а значит, в Париже. Снова искать и общаться с подрядчиками через перевозчика, переписка, телефонные переговоры, непонимание, что говорят вокруг, даже в офисе – нет, совсем некомфортно. И это реально будет напрягать. Потом более активные визиты, инспекции, отчеты – все это будет отвлекать меня и команду от исследований, что также негативно отразится на темпах, которые сейчас чрезвычайно высоки. Да, неоднозначный момент, обязательно обсужу с Андреем на выходных. Что касается альтернативы… Скорее всего, с учетом поддержки, организуемой Паскалем, меня протолкнут на пост Глобального главы департамента. Однако, тогда не согласовать открытие отделения в Париже я не смогу, не прослыв неблагодарным болваном и не составив против себя оппозицию на голом месте. Создание же отделения в одном офисе, с одной стороны, поднимет Паскаля, с другой, приведет к зависти и требованию других прокураторов открыть такие отделения у них в офисе. Пекин и Мумбай точно этого захотят, хотя бы только с точки зрения престижа. Все это приведет к неоправданному увеличению расходов, распылению средств и моему погружению в бюрократические дебри Корпорации типа согласование форм отчетов, потом самих отчетов этих отделений, потом замечаний к этим отчетам, планов работы, графиков отпусков и обмена между отделениями. Я же всегда бежал от этого бюрократического ужаса. Да и зачем нам дублирующие исследования, несколько Генералов ИИ внутри одной Корпорации? А если разрешить всем офисам лазить внутрь языковой модели, то вместо того, чтобы разрабатывать стратегии и новые тесты, я буду тратить большую часть своего и команды времени на отслеживание и документирование изменений. Может, стоит оставить все, как есть? Зачем мне вообще все эти маневры, когда все идет успешно и с опережением графика? Что же мне ответить?