Шаг для человека

Вроде я достаточно изящно упорхнула от знакомства с послом, которая в отличие от Гийома меня совсем не интересует. По сути, от посла в современном мире ничего особо не зависит, все сношения в современном мире осуществляются напрямую, а она представляет некий анахронизм, как лакей на запятках кареты английского короля: вроде и есть, но по сути никому не нужна, просто дополнительные глаза и уши и красивый (по возможности) экстерьер.

Надо быстро найти Гийома в этой толпе гостей, иначе с таким трудом проведенная операция по внедрению окажется бесполезной, а я и так уже начинаю привлекать нездоровое внимание мужской части дипломатического корпуса столицы нашей Родины.

Анна 3

Я прибыла в посольство, как и просил Арман заранее, когда кейтеринговые агентства и ресторанные спонсоры празднества еще продолжали расставлять столы, выгружая на них «французской кухни лучший цвет». Советник радостно, по национальной манере, облобызался со мной в обе щеки, на секунду задумался и чмокнул в третий раз, демонстрируя всем, что мы не просто приятельски знакомы, а друзья. «Погода прекрасна, жизнь прекрасна, и ты прекрасна». Я не затянула с ответным комплиментом: Арман был, как всегда на такого рода мероприятиях, исключительно нарядно и со вкусом одет. Ярко-розовая шелковая бабочка прямо светилась на фоне белого воротника рубашки в голубую полоску. Надетый сверху блейзер с блестящими золотыми пуговицами подчеркивал подтянутую фигуру и роль Армана как капитана сегодняшнего праздника. «Почему такая красивая девушка, как ты, всегда приходит вовремя? Ты должна опаздывать, чтобы у мужчины было время перейти от предвкушения встречи к отчаянию, что ты не придешь, а затем к щенячьей радости от того, что ты все-таки пришла и превзошла все ожидания, затмив красотой солнце». «Потому что я на работе, а не на свидании, - смеясь от удовольствия, парировала я. «Работа, все время работа. Твоя работа должна быть держать мир у своих ног и сводить с ума мужчин, а вместо этого ты ищешь соответствие глаголу enculer, чтобы тактично передать смысл послания одной ядерной державы другой. Вон, смотри, там твой десерт на сегодня. Гийом, подойди, познакомься с моей подругой и твоей переводчицей на нашем празднике. Не вздумай соблазнять Анну, она занята вечером как и всеми последующими вечерами. А ты, - обратился он ко мне. - не ведись на речи этого красавчика, он вовсе не из Парижа к нам приехал, а из Страсбурга и не привез подарков, хотя и обещает исправиться к Рождеству. Или это мы должны исправиться? В общем, осторожнее с этим типом, он занимается наукой, и я не всегда его понимаю, хотя мы и говорим на одном языке с детства. Посмотрим, как тебе удастся с этим справиться».

С этим напутствием Арман отпустил нас широким жестом и начал разрешать очередную возникшую проблему, распекая кого-то и привлекая общее внимание.

Я протянула руку: «Приятно познакомиться, я Анна, Вы – Гийом». Ответом мне было уверенное сухое рукопожатие: «Да, давайте сразу перейдем на менее официальное «ты», не против, мадемуазель? Или все-таки мадам?» После свадьбы я в соответствии с современными нравами фамилии не меняла, поэтому не пришлось менять ее и обратно, поэтому я, конечно, мадемуазель. Я кивком подтвердила согласие. «Арман рекомендовал тебя как лучшего переводчика из ему известных, посол тоже с этим согласна, к тому же она высоко отметила твою способность хранить конфиденциальность, что важно для моих сегодняшних встреч. Помимо этого, у меня есть два вопроса. Во-первых, ты знакома с научной терминологией современных технологий?» «Да, я переводила гостям конгрессов и выставок по высоким технологиям». «Отлично, тогда второй вопрос, я буду записывать все разговоры на диктофон, но мне скорее всего понадобится их расшифровать для обработки в виде текста. Технологии неплохо справляются с преобразованием речи в текст, но мне надо будет проверить правильность изложения, так как ошибки здесь быть не должно. Так как ты будешь слышать две стороны, а я только одну, я хотел бы попросить проверить записи, которые я пришлю. Если необходимо, можешь делать заметки во время разговора». «Не вопрос, только это потребует чуть больше времени». «Все дополнительные затраты времени будет тебе компенсированы, я об этом позабочусь». «Деловой малый, - подумала я. – Не очень он, правда, похож на ученого. Хотя, может, я и ошибаюсь, просто человек точно знает, что ему требуется. Не все могут этим похвастаться. Вот взять, например, меня…» Тут Гийом прервал мои мысли, видимо, приняв мой задумчивый вид за сомнение в его способностях разрулить проблему дополнительной оплаты моих услуг: «Это чрезвычайно важно для нашего Министерства исследований и инноваций, и у меня карт-бланш на расходы как от них, так и от Кэ д Орсэ». Вот тут у меня зародились первые сомнения в миссии Гийома: насколько я знакома с французской государственной бюрократией, она готова сэкономить на трюфелях, подаваемых на официальном обеде в Елисейском дворце, а уж выделить карт бланш на расходы средней руки дипломату в Москве…

«Видимо, будут вербовать, - решила я и с тоской подумала о вновь введенной, после горбачево-ельцинских свобод, повинности сообщать о любых контактах с иностранцами в первый отдел. Хотя эта повинность в основном всеми игнорировалась, но в случае откровенной попытки вербовки, наверное, я не могла манкировать патриотическим долгом. Представляю, как обрадуется отставной полкан Николай Иванович, наш начальник первого отдела, снова почувствовав себя бойцом на переднем краю невидимого фронта. По неподтвержденным слухам, Николай Иванович начинал еще с Фурцевой, почему и был отправлен дослуживать на теплое место в наш педагогический вуз. А как мне потом работать с французами и вообще с иностранцами? Да и не только с иностранцами, а и нашими тоже? Начав стучать, ты невольно становишься агентом, только с нашей, типа правильной стороны, и не можешь самостоятельно отказаться от заданий кураторов-наследников ВЧК-ОГПУ, так как сидишь у них на крючке. С трудом наработанная репутация рухнет, буду подвизаться на госзаказе на экономических форумах, если допустят собрать крохи от давно освоенного семейными подрядчиками пирога. Прощай, относительно состоятельная и независимая жизнь! Придется гордой и независимой женщине завести кота и проводить дни и вечера дома. Или переметнуться в эскорт? Так по возрасту не пройду. Надо срочно искать богатого мужа. Все эти мысли пронеслись у меня в голове, пока Гийом, не получив от меня понятной реакции, разливался соловьем: «Не волнуйся, Анна, ничего секретного мы обсуждать не будем, так, обмен мнениями по основным проблемам современного научного познания мира и перспектив на будущее, и если тебе не очень удобно получить текст по почте или через мессенджер, я пришлю своего водителя или можем встретиться еще раз». Водитель, вообще, отличная идея – рекрутированный УПДК МИД, он точно сообщает обо всех контактах своего нанимателя куда следует. И тут на карте появляется новая точка – доцент Анна, которая почему-то не сообщила о своих контактах, как обязана, по месту работы. Вот и не стало у Анны места работы. В общем, или муж, или кот. Британца заведу, будет сидеть этакая царственная особа, гордая своим происхождением, и смотреть на меня как на пустое место. Чтоб знала чернавка свое место и не смела! Пусть уж лучше в Телеге пришлет, чем голубиной почтой! Я все-таки решила поддержать Гийома, достала телефон и продиктовала свой номер для общения по Телеграму. Буду молчать, заморозив на начальном этапе такую многообещающую шпионскую карьеру, и будь что будет. Британца всегда успею завести. Или все-таки петербургского сфинкса?

«И, пожалуйста, - закончил Гийом свою пламенную речь, - сопровождай меня в течение всего сегодняшнего приема, никуда не отходи. Я не говорю ни по-русски, ни по-английски, а арабский и китайский, которыми я владею, как мне кажется, не помогут сегодня справиться с ситуацией».

«You’re in the army now” – откликнулось непрошенное эхо у меня в голове.

Мариам 2

Я отправилась на прием вместе с Олегом и его женой. Достойная женщина! Олег, на мой вкус, мелоковат для нее и завяз в административных вопросах, но с точки зрения личной жизни просто обязан быть всем доволен. Она – историк по образованию, и мне было интересно с ней обсудить Древний Рим. Читая о устройстве общества и власти в Древнем Риме, поневоле начинаешь задумываться о том, способна ли столь сложная структура в принципе функционировать и не является ли наше представление о Риме плодом фантазий отдельных авторов, в том числе и живших гораздо позднее. Чего стоят все эти квесторы, коллегии, постоянные выборы, награждение статусом римского гражданина. При этом мы не забываем об эмансипации римских матрон, которые отнюдь не были несамостоятельны, как женщины в последующую эпоху. Когда я читаю книги об этом, то начинаю сравнивать их жизнь со своей, и понимаю, что у меня на все это просто не хватило бы времени, даже при наличии сонма обслуживающих меня рабов. Потом не надо забывать, что это все-таки были люди, со своими проблемами, увлечениями, приступами хандры и лени, наконец. Как они могли все это успевать? Мне лично кажется, что Древний Рим – это некий миф о золотом веке человечества, где царила справедливость и искренность чувств и действий.

Жена Олега не была со мной согласна, приводя в доказательство археологические находки и письменные труды. Ну, насчет археологических находок можно спорить до хрипоты, сколько их утеряно и сколько фальсифицировано! Никогда не забуду посещение поместья графа Маньоля в Португалии, где целая стена уставлена мощами святых, включая Иисуса и Богоматерь. Причем все сертифицированы как подлинные! Письменные труды обычно представляют собой слабо подтверждаемое вранье авторов, которые сами придумывали источники для своих цитат. Современные исследователи тоже регулярно этим грешат. Сложно требовать достоверности от древности, когда и науки-то не было!

Глава 7

Анна 4

Эту женщину сложно было не заметить. Она целенаправленно двигалась в нашем с Гийомом направлении и за ней, как за теннисным мячом на кортах Роллан-Гарроса, неотрывно следя, поворачивались головы гостей, мимо которых она шествовала. Кто делал это откровенно, а кто исподтишка, скрывая свой интерес, за бокалом вина или поиском тарелки для пти-фура.

«Высокого полета птица. Явно знает себе цену и уверенна в ней, как и собственной неотразимости. Знает, чего хочет. И сейчас, очевидно, хочет Гийома,» - подумала я. Да уж, конечно, мной покорена вершина дедукции, особенно когда женщина остановилась прямо перед нами и, протянув руку Гийому, представилась: «Каролина. «Хам, Хан и Хар Инк.» Я с удивлением увидела, что мой сильный и решительный подопечный смешался, хотя и тут же попытался это скрыть. Я пришла ему на помощь, повторив все то же, что сказала неожиданная гостья, на французский манер, добавив носовых звуков и переставив ударения. Гийом также представился, назвавшись, как я уже привыкла, советником по науке и инновациям.

«Я получил Ваши письма, - продолжил он. – Но как Вы знаете, я всего вторую неделю в Москве и пока плотно занят в посольстве, где меня вводят в курс дел, оставленных моим предшественником в некотором беспорядке в связи с неожиданным отъездом». Конечно, предшественник Гийома и не мог навести порядок в делах, будучи вынужденным покинуть Россию вместе с семьей в 72 часа после объявления персоной нон грата в ответ на высылку двух российских дипломатов из Парижа. «Я в курсе, - просто согласилась красотка. – Однако я посчитала необходимым ускорить наше знакомство, которое поможет Вам лучше понять локальную ситуацию и чем мы здесь занимаемся». «Несомненно, - согласился француз. – Я буду рад встретиться с Вами, на следующей неделе в любой день по Вашему выбору». «Благодарю за приглашение, но раз уж мы оба здесь, воспользуюсь моментом для краткого представления нашего видения ситуации. Московский офис «Хам, Хан и Хар» занят исследованием всех проблем, с которыми может столкнуться человечество. Приоритетность тех или иных вопросов, как Вы вероятно знаете, определяется не нами, а руководством Корпорации в мировых столицах и лично Генеральным Директором. Тем с большим удовлетворением нами было воспринято создание именно в российском представительстве единственной в фирме рабочей группы, работающей над проблемами языковых моделей и искусственного интеллекта. Мы рассматриваем это как знак доверия и подтверждения значимости нашей деятельности здесь, в Москве, со стороны всей Корпорации. С другой стороны, размещение рабочей группы в России оградило наших коллег от участия в политических и околополитических дрязгах, чем славен в последнее время западный мир. Мы здесь работаем слаженно, и стараемся объединять наши усилия, находя смежные интересы или проводя исследования на стыке наших научных тематик. Я сама занята проблемами энергетических переходов и альтернативных источников энергии, которая тесно смыкается с проблемами ИИ ввиду необходимости обеспечения ИИ достаточными вычислительными мощностями, которые, в свою очередь, являются крупнейшими потребителями энергии и вносят свой вклад в прогнозируемый в долгосрочном плане дефицит энергии. Интерес наших французских коллег к проблематике ИИ понятен, так как тема ИИ постепенно становится центральной для СМИ и поднимается и в ходе политических дебатов, однако ее потенциал как проблемы для всего человечества еще должен быть оценен. В любом случае, с Вами будут рады встретиться многие сотрудники нашего офиса, помимо меня. Включая национального прокуратора». На этом Каролина оторвала глаза от начавшего уже таять под их неотразимым жаром Гийома и, достав телефон, предложила : «Вторник подойдет? Приедете к нам, пройдемся по зданию и сможем обменяться мнениями. Только переводчицу свою возьмите, - отметила она мое присутствие и активную трещание на французском. – У нас, к сожалению французский не основной язык и во многих случаях без переводчика не обойтись». Гийом, судя по нему, был готов прийти во вторник, среду и любой другой день и время по выбору Каролины. Я же была в восхищении от умения некоторых женщин, включая ту, что стояла рядом со мной, превратить делового и структурированного мужика в податливый пластилин, из которого можно лепить, что угодно, в соответствии со своим воображением. И это я только передала малую часть того, что она говорила, через перевод, остального она добилась тембром голоса и позой. «Может, она дает мастер-классы? – безнадежно фантазировала я. – Любые деньги плачу, это решит не просто все, а все-все мои проблемы». Гийом наконец несколько оправился от накрывшего его плотным ковром женского обаяния и подтвердил, что он приедет во вторник к 10 утра в «Хам, Хан и Хар». «Отлично, будем Вас ждать,- лучезарно улыбнулась Каролина и завершила свое краткое выступление ударным залпом. – И если мы не успеем до обеда завершить, то будем рады принять Вас на обед, а если Вы задержитесь, то и на ужин. Вы же не женаты, не так ли?» После чего отбыла, провожаемая завороженными взглядами, чтобы повидать кого-то еще, а я отправилась отпаивать ошалевшего Гийома водой. Любой напиток, содержащий алкоголь, на мой взгляд, мог вывести его из строя до конца приема, а работу никто не отменял. Я же чувствовала на себе ответственность за француза, врученного мне Арманом и ставшего легкой добычей для представительницы «Хам, Хан и Хар». Однако это было только начало.

Спустя четверть часа или около того, когда Гийом уже смог связно общаться со всеми, желавшими познакомиться с новичком французской дипломатической миссии, нас прибило социальным течением, которое всегда образуется на приемах, к столику, за которым шла оживленная беседа между генеральным консулом и какой-то величественной дамой. Генеральный консул не растерялся: «Позвольте мне представить Вашему вниманию, Мариам, нашего нового советника по науке. Вы помните не по своей воле покинувшего Москву Грегуара, Гийом- его преемник, хотя, к сожалению, и не выпускник Политехнички, как мы с Грегуаром. Мариам, известная исследовательница, руководительница отделения климатических изменений «Хам, Хан и Хар», выпускница Политехнической школы». Дама повернулась к нам. Она была выше среднего роста, с правильными крупными чертами лица, короткие седые волосы уложены в аккуратную прическу. Яркие голубые глаза со стальным оттенком оценивающе рассматривали Гийома, как опытный вивисектор молодую лягушку: «Приятно познакомиться, Гийом, мне уже говорил о Вас как наш национальный прокуратор, так и Ваш научный руководитель профессор Эдмон д´Астес. Последний очень жалел, что Вы внезапно изменили полгода назад своей многообещающей научной карьере и отправились зачем-то, как он выразился, на идиотскую дипломатическую службу, где не требуются интеллектуалы, а процветают снобы. Скажите честно, Вы сноб?»

Услышав классический парижский прононс, я поначалу обрадовалась, но тут услышала краем уха, обращенный ко мне шепот Гийома: «Записывайте!» Вместо того, чтобы попытаться остроумно пошутить в ответ, мой советник приобрел цвет белой простыни и выглядел, как будто встретил привидение. Я решилась броситься ему на помощь: «О, мадам, а мы недавно встретили еще одного человека из «Хам, Хан и Хар», и Гийом пообещал приехать в ваш офис во вторник для подробного знакомства с Вашей деятельностью и встречи с сотрудниками». По внезапно наступившей тишине я поняла, что проявила бестактность, а взгляд, которым наградила меня новая знакомая Гийома, заставил вспомнить вызов в кабинет директора в третьем классе школы, когда я в отместку своей однокласснице спрятала ее портфель в мужском туалете, улучив момент, когда там никого не было. Внутренние ощущения тоже были такими же, как в третьем классе. Хотелось раствориться или провалиться сквозь землю. Надо все-таки следовать вековой мудрости народа - всяк сверчок знай свой шесток, молчание -золото, в чужой монастырь со своим уставом не лезут и прочее. Наконец, преодолев неловкое общее молчание, Мариам продолжила: «О, Гийом, так Вы уже знакомы с заместителем прокуратора Олегом и его очаровательной женой? Надеюсь, когда вы посетите нас во вторник, мы также сможем пообщаться на более профессиональные темы. Профессор д´Астес уверял, что никто лучше Вас не понимает в составлении сложных моделей природных явлений, требующих творческого применения продвинутого математического аппарата?» Иногда мой язык функционирует помимо моего мозга. С чем это связано, не знаю, возможно, это особенность профессии, и если у гигантских динозавров было два центра управления, один в голове, другой в хвосте, которые не координировались друг с другом, то у меня точно есть какой-то самостоятельный центр говорения в языке. Иногда я могу читать студентам лекции, а думать о чем-то другом. И вообще эта особенность очень выручает при синхронном переводе, когда язык произносит одну фразу, а мозг уже переводит следующую. Здесь, однако, то ли от эмоционального напряжения, то ли от июльского зноя из моего рта вырвалось: «Нет, это была Каролина, заместитель руководителя отделения Вашей компании». Генеральный консул закашлялся. «Благодарю Вас за столь любезные, своевременные и необходимые пояснения», - обратилась непосредственно ко мне на русском известная исследовательница. Я поняла, что мне стоит немедленно заткнуться, причем если птифур или тарталетка не помогут мне в этом, то будет лучше, если я засуну в рот салфетку или льняное полотенце, в которое была обернута принесенная предусмотрительным консулом бутылка шампанского. Если, конечно, я не хочу стоять остаток жизни на бирже труда. Мда-а, что за организация этот «Хам, Хан и Хар», еще один встреченный мной сегодня их сотрудник, и я сбегу с этого приема, признав свою полную неспособность переводить кого бы то ни было, кроме старушек через оживленную улицу на зеленый сигнал светофора. В общем, я почла за лучшее схватить с подноса у мимо проходящего официанта круассан с сыром и зеленью, сделав вид, что я голодна до умопомрачения. К своей чести, отмечу, что я не бросила Гийома на съедение этой волчице, по крайней мере, я вела запись того, как именно и в какой последовательности она обгладывала его бренные косточки.

«Благодаря Вашей высокопрофессиональной (Мариам сделала паузу, чтобы до всех дошел уровень моего профессионализма) переводчице, мы знаем, что первый встреченный Вами сотрудник нашего московского офиса оказался Каролиной. Надеюсь, она не ударила в грязь лицом? Их исследования чрезвычайно важны в плане влияния на климатические изменения, которыми занимается мое отделение». «Напротив, она произвела очень глубокое впечатление. Она подчеркнула междисциплинарный подход в вашей работе, отметив также значение рабочей группы по искусственному интеллекту, созданной на базе московского офиса». «Я очень рада, но я и не сомневалась, что Каролина окажет впечатление, достаточное, чтобы получить Ваше согласие прибыть в наш офис уже во вторник следующей недели. Она очень ценный и профессиональный сотрудник, недавно защитила докторскую. Мы здесь все работаем совместно, хотя значение исследований рабочей группы, на мой взгляд, несколько переоценено, да и их гигантский бюджет, скажу откровенно, тяжелым бременем ложится на наши регулярные расходы. Однако исследования и этой рабочей группы, и остальных, более традиционных для наших страновых офисов отделений здесь, в Москве, помогают глубже понять возможные пути эволюции человечества, не так ли?» «Не имею права не согласиться с Вами». «Ваше появление здесь, в Москве, и Ваш предстоящий визит в наш офис представляют сюрприз, приятный для нас, который мы постараемся сделать обоюдным. Надеюсь, вскоре увидеть Вас, а пока более не смею Вас задерживать с Вашей замечательной (снова пауза!) переводчицей. Есть еще так много гостей, которые хотели бы получить хоть толику Вашего внимания сегодня. Вероятно, многим еще не скоро представится такая возможность. А мы пока с консулом посудачим об общих знакомых и вспомним золотые деньки в Палезо». «Мадам, я бесконечно рад нашему знакомству и надеюсь, что оно будет продолжено с обоюдной пользой во вторник. Приятной Вам беседы».

Первое, что сказал Гийом, отдалившись от столика вне пределов слышимости, - «Мне надо немедленно выпить. И не вина, и уж тем более ни воды. А чего-нибудь покрепче. Мне кажется, Анна, я надолго не задержусь на своем посту». «А-а-а, Гийом, у тебя тоже возникло такое впечатление после беседы с Мариам? Скажу откровенно, ты не одинок». «Когда я ехал сюда, меня все предупреждали о русских женщинах. Но я воспринимал это как миф, как сказку, как легенду. Да, русские музы Пикассо, Матисса и Дали. Но когда это было?! И вот я здесь, и что я вижу? Сначала появляешься ты, умница, красавица, которая сделала бы честь любому парижскому модному дому или литературному салону. Потом до меня снисходит богиня, и я горю от религиозного экстаза. А потом меня переезжает танк, и я чувствую себя не просто раздавленным грибом, не в добрый час слегка поднявшимся над поверхностью земли, а отрицательной величиной. Я знаю многих профессоров Политехнички, они увлечены наукой и одновременно живут в двух реальностях, двух временах, поэтому известны несколько отстраненным отношением к действительности, которую они анатомически препарируют в своих лабораториях. Необходимо следить за каждым их словом, но то, что было сейчас, - это атомная бомба по сравнению с каменным топором. Я тоже, как и ты, защитил докторскую диссертацию (интересно, зачем такая осведомленность о моей скромной персоне?), но сейчас мне это лишь помогло выжить. Хотя не очень понятно, зачем. Мало того, что все женщины здесь потрясают своей красотой и интеллектом, так еще у меня складывается впечатление, что решительно все в курсе того, что я здесь делаю и о целях моей миссии. Как мы, французы, можем конкурировать с этим все подавляющим славянским шармом и трудолюбием? Скажи, Анна, здесь есть обычные девушки?» «Сколько угодно, включая меня. Эти две дамы из «Хам, Хан и Хар» - это, скорее, исключение». «Исключение лишь подтверждает правило. И ты зря включила себя в список обычных девушек, по крайней мере, с моей личной точки зрения, - вздохнул Гийом. – Мне еще надо обязательно встретиться с человеком, которого я специально пригласил для встречи на сегодняшний прием, а он, наверное, и не в курсе, что это был я». «Как я понимаю, это мужчина? Потому что еще одного женского совершенства сегодня я не выдержу, тебе придется искать нового переводчика». «Не волнуйся, это мужчина, хотя он тоже из «Хам, Хан и Хар» «А-а-а, пресловутый Олег с очаровательной женой…» «Нет, нет, я же обещал тебе, больше никаких женщин».

Каролина 3

По-моему, встреча прошла успешно. Не могу сказать, что Гийом был так уж счастлив меня видеть в начале, но к концу беседы я без ложной скромности могла утверждать, что положила эту птичку в свой ягдташ. Он будет в нашем офисе во вторник, и, если я посчитаю нужным по итогам переговоров и оценки его перспектив, мы сможем поужинать и развить наше знакомство в необходимом мне направлении. В конце концов, он сможет быть доволен, хотя, вероятно, и не получит того, на что рассчитывал по итогам порученной ему миссии. Зато он будет пребывать в счастливом заблуждении, что увез из России свой собственный трофей. Хотя на самом деле трофей – это он.