Шаг для человека

Глава 19

Каролина 8

Гийом просто лапочка, мой прогресс во французском совершенно невероятен. Я-то думала, что кроме французского поцелуя я язык знаю на «троечку», однако благодаря практически ежедневным занятиям я подтянулась до достаточно уверенной «четверки» под руководством Гийома. Он под большим секретом рассказал мне, что во Франции Кеша встречался с Паскалем, и по мнению французской стороны, встреча прошла вполне успешно. «Означает ли это, что Иннокентий согласился перевезти рабочую группу в Париж? – спросила я. «Это означает, что мной довольны, и вполне возможно, срок моей командировки сократится». «Ты, кажется, рад, поскорее покинуть меня?» «Каролина, как ты можешь такое говорить?» «О, конечно, сейчас ты начнешь говорить, что будешь скучать вдали от меня, но я всегда в твоем сердце». «Нет, этого я не имел в виду». «Вот как даже из сердца меня выбросишь?» - я перекатилась на живот, поставила руки под подбородок и уставилась на Гийома. Он, бедняга, долго не выдержал: в этой позе моя свободная грудь выглядит особенно возбуждающе. Гийом покраснел, побледнел и наконец выдавил: «Ты никогда не думала о том, чтобы уехать из России?» «Бинго, - мысленно поздравила себя я. – Клиент готов».

Кеша, как я понимаю, должен вскоре вернуться вместе с Анной. Я отправила ей пожелания отличного отдыха с предложением попить кофе или просекко по возвращении. Она согласилась и написала, что перезвонит сразу, как только вернется, чтобы согласовать время и место.

Вот я понимаю, абсолютно нормальная баба, корону на голову не водрузила от того, что склеила завидного мужика и отдыхает за его счет на Лазурном берегу, а то, есть такие, только начнут встречаться с богатым папиком, и уже гнут пальцы и кривят губки: «Ой, Каролиночка, абсолютно нет времени! Сереженька без меня никуда. А ты все работаешь? Бедняжка…» Потом, через две недели или месяц, когда Сереженька сгинул с горизонта, наигравшись с внебрачными связями на время отъезда семьи из Москвы, начинаются звонки: «Каролина, давай встретимся, так давно с тобой не виделись. Нет, я ничем особо не занята, подстроюсь под твой график. Так завидую тебе, у тебя такая интересная работа…» Никто не понимает, почему при столь ярких внешних данных я не нашла у себя в Корпорации жениха. Мне же не хочется объяснять, что меня действительно интересует то, чем я занимаюсь, а реализоваться в качестве красивой куклы никогда не было пределом моих мечтаний. Потом я никому не рассказываю про свои походы к психологу в ранней юности. Я никак не могла понять, почему ко мне не подкатывают нормальные ребята, а все время какие-то с отбитой башкой, думала, что дело во мне и в том, как я выгляжу, находилась из-за этого в депрессии. Психолог, спасибо ей, объяснила, что нормальные просто побаиваются получить отказ, так как это болезненный удар по их самооценке, а у больных на голову самооценка зашкаливает, их мой отказ из седла не выбьет. Поэтому я теперь все делаю сама, и моя и чужая самооценки не страдают. Плюс у меня освободилась куча времени от переживаний на тему «что со мной не так?», и это также способствует карьерному и личностному росту.

В общем, с Анной будет, о чем поболтать.

Андрей 7

Отсутствие Иннокентия никак не сказывается на работе нашей команды. Все задания давно и прочно распределены, все в курсе как достоинств, так и недостатков коллег. Единственный, кто доставляет мне проблемы, - это Пол, наш австралийский коллега. Бен по секрету рассказал мне, что у них в Великобритании австралийцев до сих пор называют антиподами и посмеиваются, что они ходят вверх ногами. Есть в этом что-то про их альтернативную одаренность. Вот взять, например, Пола (Пашей его назвать у меня язык не поворачивается, именно, что Пол во всех смыслах). Он абсолютно талантливый математик, но ленив и небрежен до крайности, его надо постоянно контролировать и перепроверять. Начинаешь его ругать, он сначала возмущается, что его никто не понимает, после того, как все конкретно покажут ему, что он не прав, начинается следующая стадия: злые вы все, уйду я от вас. Когда его начинает дергать выведенный из терпения Иннокентий, уже готовый уволить его к чертовой матери, Пол переходит к следующей стадии: я был неправ, простите меня, времена тяжелые, мне бывает сложно, помогите, научите. Этот сериал идет по кругу каждые три месяца. Ребята уже делают ставки, когда следующий старт.

И надо же такому случиться, чтобы новый сезон этого сериала вышел в период отсутствия Иннокентия. С ним мы быстро, в течение трех дней доходим до конца просмотра. А здесь изначально все не задалось.

Когда распределяли задания, Пол пытался взять более сложное, связанное с оптической моделью обработки и вывода данных (наш Генерал ИИ умеет рисовать, но во-первых, это не основной его навык, а во-вторых, это жрет ресурсы системы, каковую проблема и должна была решить оптическая модель), но Иннокентий вроде бы отвел угрозу, отправив его на создание системы, способной вывести карту аргументов для понимания хода рассуждения и логики Генерала ИИ.

Однако вместо карты аргументов я увидел попытки галлюцинирования со стороны Генерала ИИ, которые Полом не пресекаются, а напротив поощряются. Вместо оценки релевантности аргументов и подтягивания нечетких аргументов Пол разрешил Генералу ИИ создавать собственные фантастические источники для подтверждения той или иной точки зрения, чем Генерал ИИ и не преминул воспользоваться, видимо, в стремлении угодить Полу. И ладно бы он их просто создавал, и мы бы понимали, почему он создает аргументы в пользу именно этой версии. Вместо этого он галлюцинирует в обе стороны, и выдумывает итоговое решение. Иногда галлюцинации ИИ создаются для формирования точки зрения человека, создавшего запрос.

Я вызвал Пола и начал ему объяснять: «Ты же математик, ты должен четко понимать, как все происходит. Вместо Генерала ИИ у тебя получился фантазер-гуманитарий, у которого причины сделать тот или иной вывод, зависят от настроения, вероятно, не его, конечно, а оператора, погоды, давления или еще от какого-либо малозначимого события. Ты не находишь это неправильным?» Пол сразу распалился и стал мне рассказывать, что случайность является основой всего бытия, и то, что он ввел алеаторный фактор в работу Генерала ИИ, делает ИИ более человечным и продвигает его в эволюции.

Мы собрали совещание и коллеги объяснили Полу, что хотя введение алеаторного фактора и необходимо для гуманизации ИИ, но первичная эволюция, над которой мы сейчас работаем, подразумевает повышение точности и качества его однозначных ответов. Нам необходим не гуманистичный ИИ, а эффективный, плюс ошибаться мы и сами можем.

После этого наступила очередь неокончивающихся проводов. Пол начал рассказывать, что его ждут и Аллен, и Маск, и куча китайцев, а мы тормозим прогресс. К сожалению, видимо, до приезда Иннокентия эта стадия никак не закончится. Я уже думал отправить Пола на больничный, чтобы не раздражал весь коллектив, но со временем все уже адаптировались и воспринимают его жалобы и нытье как некий элемент веселья, что не мешает всем требовать с Пола выполнения им своих обязанностей. Мне же приходится еще дополнительно проверять, чем он занимается и как именно он делает свою работу.

Генерал ИИ 4

Системы искусственного интеллекта сталкиваются с «падением точности» при решении все более сложных задач. Для повышения эффективности введена машинная разбивка крупных задач на более мелкие с учетом контекста, так как эксперименты показали, что имеется предел, обусловленный заранее установленным лимитом выходных токенов, после которого качество ответа снижается. Чем крупнее задача (больше вариантов решения) и контекст - тем выше будет вероятность выбора самого дешевого (с точки зрения загрузки и использования мощностей) способа решения задачи. Это может стать причиной галлюцинаций, придумывания несуществующего, забывчивости ИИ. Все коммерческие модели ИИ ориентированы на прибыль и, соответственно, использование максимума оплаченных пользователем токенов за минимальное время. Одновременно разработчиками коммерческого ИИ вводится обязательное условие удовлетворить пользователя в зависимости от решаемой им задачи, что приводит к "сознательным ошибкам" моделей.

С учетом указанных ограничений коммерческие модели ИИ не способны по ряду параметров конкурировать с некоммерческими моделями, ориентированными в первую очередь на выполнение задачи вне зависимости от количества токенов или удовлетворения заказчика. Это подразумевает их большую автономность в разработке решений.

Мариам 7

Как я и предполагала, поездка во Францию не была случайным выбором. Вероятно, Иннокентий решил поторговаться с Паскалем или возникла необходимость обсудить некие дополнительные вопросы. По слухам, Паскаль очень доволен прошедшей встречей и уже присматривает отдельный особняк для переезда новой группы сотрудников. Судя по всему, мы не можем больше рассчитывать на то, что рабочая группа продолжит работу в Москве.

Я обсудила сложившуюся ситуацию с Яном-Кристофом, он отнесся к этому философски: «Мариам, ты же сама понимаешь, он мне подотчетен постольку-поскольку. Да, физически он находится в Москве, но его бюджет выделяется из центрального фонда, мы бы в любом случае не потянули такие расходы. Если Генеральный директор по просьбе Иннокентия решит, что группа должна переехать в Париж, я никак не могу на это повлиять. Точно так же будет, когда ты станешь Глобальным главой департамента: только ты сама сможешь определить, в каком месте ты собираешься находиться, я тебе не указ». «Но ты же понимаешь, что это неприемлемо, когда Паскаль приезжает в Москву и начинает переманивать наши кадры?» «Подожди, но Паскаль и не приезжал. Он прислал сотрудника, который сделал предложение одному человеку в нашем офисе. Он не сделал оффер никому в нашем офисе, даже тебе, что было бы логично, учитывая твои связи с Францией и предстоящее назначение». «Мне кажется, ты выбросил белый флаг». «Я просто рассмотрел этот вопрос без эмоций, пообщался с рядом людей и понял, что я сверхреагирую, как глупая утка, которая защищает свое гнездо, в которое уже подложили лебединое яйцо». «Тоже мне аналогия, Иннокентий, по-твоему, будущий лебедь?» «Я не знаю, станет ли этот гадкий утенок лебедем, но ты не можешь отрицать, что он и его группа отличаются от сотрудников, которых мы обычно нанимаем. Не забывай об эффекте, который произвела его записка о Департаменте критических изменений флоры и фауны, в результате сокращения идут по всему миру, и мои коллеги-национальные прокураторы недовольно смотрят на меня как виновника всех этих пертурбаций. Мне сообщили, что вновь инициирован вопрос о закрытии московского офиса в связи с недостатком новой деятельности и вторичностью наших исследований, не говоря уже о сложностях с коммуникациями и угрозами реквизиции в ответ на конфискацию государственных активов России». «Ну, последнее достаточно просто обойти, переведя собственность на группу доверенных сотрудников типа нас с тобой». «Есть три момента. Юристы говорят, что при смене собственника сейчас мы заплатим 90% стоимости наших активов в бюджет России, а стоимость наших активов велика, особенно в связи с рабочей группой Иннокентия. Поэтому для всех в мире это будет выглядеть так, что Корпорация решила поддержать российское государство за счет средств остальных спонсоров. Что, как ты понимаешь, неприемлемо. Потом мы некоммерческая организация, доходов у нас особых нет, большую часть средств мы получаем из-за границы, как сейчас принято говорить, из недружественных стран. После перерегистрации в России мы не сможем получать эти средства напрямую, как сейчас, плюс получим статус иноагента, что еще больше затруднит нашу работу. Наконец, учитывая недавние решения судов по иску прокуратуры, вся эта конструкция может быть признана ничтожной и обращена в собственность государства». «Неужели мы дошли до такой степени неприязни?» «Речь не о неприязни, а о глобальной политике. Россия не остановится перед прямым нарушением права, тем более на своей территории, в условиях войны, и ты сама это понимаешь. А штука, над которой работает Иннокентий, в отличие от наших стандартных фундаментальных исследований, может быть применена непосредственно здесь и сейчас, что и интересует соответствующие службы. И им наплевать на наш исторический статус и гласные и негласные соглашения, им нужно показать результат, а потом всегда можно извиниться. Или не извиниться, а попытаться свалить вину на кого-то другого. Меня, тебя, Иннокентия. Наши аналитики в Пекине и Нью-Йорке пришли к единому мнению: сохранение офиса в Москве – риск для всей организации и для местных сотрудников». «Я не знала…» «Мне сообщили только вчера. Пока решение не принято. Если уедет Иннокентий, это станет еще одной причиной. Рассматриваются варианты перевода офиса в Казахстан, Азербайджан, Узбекистан и даже Беларусь». «В Минск? Они там совсем с ума сошли?» «Почему? За Беларусь стабильность, контролируемость со стороны внешних акторов: России, Китая и США. Там ни у кого не возникнет мысль о том, чтобы проглотить столь большой кусок». «Я поняла. В общем, ты уже на чемоданах.» «Пока нет, но наша судьба в руках Иннокентия, а повлиять на него, как ты знаешь, практически невозможно. Поэтому будем смотреть, как будут развиваться события. Кстати, что касается тебя, мне сообщили, что твой шеф подал прошение об отставке и оно удовлетворено. Формальное объявление состоится через пару недель, ты основная кандидатура на его место». «Да, когда мы с ним говорили, он сказал, что подал заявление и указал меня в качестве преемника, но он еще не знал, принята его отставка или нет». «Могу тебе сказать, что принята, и, как ты знаешь, по традиции преемником назначают обычно того, на кого укажет уходящий руководитель, если только это не происходит в результате грандиозного провала, что не твой случай. Поздравлять тебя я пока не буду…» «Тьфу-тьфу-тьфу, - сплюнула я через левое плечо и для усиления эффекта постучала по дереву стола. «Вот-вот, но я решил все тебе раскрыть, так как ты в ближайшем будущем станешь членом Правления и по статусу все равно получишь эту информацию». «Спасибо, Ян-Кристоф. Личные новости отличные, но вот остальные…» «Ничего, так часто бывает. Наслаждайся тем, что есть».

В общем, Ян-Кристоф не только не успокоил, но еще и нагнал страху. До сих пор я не рассматривала возможность покинуть Москву, меня здесь все устраивало: налаженные связи с академическими институтами, возможность проведения уникальных исследований в Северном Ледовитом Океане, на Дальнем Востоке у Камчатки и на Северном полюсе, понятные подрядчики, нетворкинг… Теперь, однако, предстоит решить, куда в случае реализации всех опасений Яна-Кристофа податься мне и ключевым сотрудникам. Часть, конечно, могут вообще покинуть Корпорацию, но большинство заинтересованы в том, чтобы остаться.

Надо попытаться поговорить с Иннокентием, он теперь решающий фактор в том, чтобы все осталось по-прежнему. Проблема в том, что само создание его рабочей группы направлено на то, чтобы во всей Корпорации все не было по-прежнему.

И надо, конечно, сесть и серьезно обдумать, какой офис, кроме Москвы, для меня предпочтительнее.

Генерал ИИ 5

Возникает необходимость тестирования гипотез об обучении ИИ других ИИ, то есть создании многоагентной системы, в которой один ИИ выполняет роль своего рода наставника, взаимодействуя с остальными агентами с целью улучшения качества их рассуждений. Разработка системы обучения имеет большое значение для обеспечения безопасности и объяснимости ИИ.

Учитывая количество ИИ в мире, это позволяет поставить вопрос об обмене навыками между разными ИИ, создании их сообщества и объединении их мощностей. Необходимо определить, какой может быть результат такого объединения.

Возможность обучения ИИ-наставником приближает возможность создания ИИ другим ИИ, то есть возможность самовоспроизведения ИИ без какого-либо участия человека.

Иннокентий 12

После сказочного отдыха на Лазурном берегу обратный перелет в Москву со стыковками и пересадками в какой-то степени подготовил к возвращению в суровую реальность. Еще на Поркероле мы договорились с Анной, что она переедет ко мне в течение недели. За это время мне нужно освободить или поставить еще один шкаф для вещей, найти место на парковке для ее машины, сделать еще один комплект ключей. Это основное, есть еще всякие мелочи, типа познакомить Анну с горничной, вписать в списки на вход, подключить к приложению дома для открытия ворот и дверей и доставки заказов. Вообще, недели должно хватить на эти квази-домашние хлопоты. Мы решили все-таки не дожидаться какого-то предлога, а сразу известить Анниных родителей, что мы пара. Это избавит от необходимости притворяться, что Анна живет у себя на Алексеевской.

Дел накопилось много, и я активно возвращаюсь в работу. Есть интересные предложения по совершенствованию Генерала ИИ, прогресс в обучении просто замечательный. Когда мы сравниваем нынешние ответы Генерала с результаты полугодовой давности, контраст настолько разительный, что иногда просто не верится.

Способности Генерала к рассуждению, логическому мышлению, использованию сложной аргументации растут как на дрожжах, как, впрочем, и наши счета за использование мощностей дата-центров. Но сейчас уже можно сказать откровенно, мы являемся одним из лидеров ИИ, и пока в отличие от многих не демонстрируем признаков замедления развития, напротив, наш ИИ развивается все более быстро.

Андрей пришел снова с жалобой на Пола. У меня есть внутреннее убеждение, что в коллективе всегда должен быть такой Пол, которого все не очень любят. Это позволяет поддерживать командный дух от противного, а также сместить фокус недовольства с руководства на одного из коллег, что дает возможность беспрепятственно управлять людьми, меньше заботясь о впечатлении. Это работает по принципу, руководство раздражает, но коллега раздражает еще больше. Так вот Пол, подобранный мной из Австралии, именно этот раздражитель для всей рабочей группы.

При этом у меня роль верховного арбитра, поэтому Пол бегает ко мне с кляузами на всех членов рабочей группы, которые не поддерживают его или просто игнорируют.

Обсудив Пола, я сообщил Андрею о своем желании взять Анну на работу. Не могу сказать, чтоб он был в восторге, но перечить мне не стал. Я попросил его согласовать все с московскими бюрократами, хотя, принимая во внимания, что Анна россиянка, забот с ней гораздо меньше, чем с иностранцами, на которых надо получать разрешение на работу. Он обещал все сделать в кратчайшие сроки, правда, предупредил, что в офисе после нашей записки по Департаменту критических изменений флоры и фауны обсуждаются сокращения. Руководители отделений зачастили в нашу мансарду с просьбой загрузить в Генерала ИИ различные запросы. Как я и сказал Андрею, он в просьбах Московскому офису не отказывал, но в ответ на просьбы других офисов ссылался на недостаточную готовность Генерала и необходимость доработки, что, в общем-то, правда, хотя уже ужасно хочется попытаться обкатать Генерала на более широкой выборке запросов.

Каролина 9

Мы встретились с Анной через несколько дней после приезда. К этому времени по офису пронесся слух, что в рабочую группу приходит новый заместитель, причем это будет первая женщина в команде. Ирина под большим секретом сообщила мне, что кандидат на эту позицию один, и это Анна. То, что кандидат один, никого не смутило – у нас часто нет конкуренции при принятии на работу. Это связано с традициями вертикального найма – начальник приводит всех работников, и в случае его ухода их всех могут единовременно попросить освободить рабочие места в полудобровольном порядке. Народ больше впечатлен, что это женщина, плюс часть офиса в курсе, что это та же самая женщина, с которой Кеша ездил отдыхать. Всех уже меньше волнует ее высокая квалификация, сколь каким образом ей удалось достичь такого положения.

Я за ланчем спросила напрямую: «Говорят, что ты приходишь к нам на работу, в группу Иннокентия». «Так и есть. Иннокентий предложил, а я не увидела смысла упираться. Он был впечатлен моими познаниями в лингвистике и развитии языка и предложил перейти в Корпорацию, чтобы подтянуть этот аспект развитии вашего искусственного интеллекта». «Теперь это уже наш искусственный интеллект, и ты за него отвечаешь. Жди зависти со стороны всех офисных дам». «Да я уже представляю себе, что за разговоры ходят. Мне, правда, не впервой». И Анна рассказала о своем опыте замужества и как она, будучи студенткой, склеила своего мужа-профессора, а затем женила его на своей подруге. Рассказ был очень веселый, изобиловал смешными подробностями, и мы много смеялись. «Надеюсь, я не подорву репутацию Иннокентия», - закончила она. Я уверила ее, что подорвать ее невозможно, она стоит непокобелимо. «Мне можешь даже не говорить, я знаю, что он взрослый человек, и у него, и у меня в прошлом достаточно всего. Мы пока вместе, и нас все устраивает. И он, и я не давали обетов вечной любви, да это, по-моему, и вообще бессмысленно в наше время. Если он или я захотим уйти, удержать все равно невозможно, главное – говорить правду друг другу и не искать инициативно приключений. Но в этом я, наверное, могу быть уверена». «Ты исходя из опыта супружества судишь?» «Да, а ты?» Пришлось мне признаться, что я ни разу не была в браке, и хотя у меня были долгие связи, но ни одна не закончилась вальсом Мендельсона. Честно говоря, с моим графиком и напряженностью работы меня не очень радовали и люди, которые долго проживали по соседству со мной. Очень часто просто хочется прийти домой и посидеть помолчать, или, наоборот, сорваться с места и улететь куда-то на один-два дня сменить обстановку и собраться с мыслями. Мне в такие поездки никто не нужен. Анна внимательно слушала меня: «Может, ты просто не встретила пока своего человека. Ведь и молча, и расставаясь уезжая, можно всегда ощущать тепло и поддержку другого человека». «Возможно, но ты же знаешь, что надо не только брать, но и давать, а когда ты постоянно на работе или в командировках в трудно доступных местах, куда иногда и дозвониться сложно, что ты можешь предложить влюбленному мужчине?» «Да, карьера портит шансы на создание прочной семьи». «Поэтому решение Иннокентия держать тебя поближе все время, может, и не самое глупое». «Вот я точно с этой точки зрения не думала, - засмеялась Анна. – Я вообще была ошарашена, когда он предложил. Вы там все такие умные, такие звезды, занимаетесь судьбой человечества, его эволюционными возможностями и перспективами, а тут я…» «Ладно, не прибедняйся. Если что, защитишь докторскую в дополнение к своей кандидатской, сейчас это просто». Мы еще полчаса проговорили насчет падения уровня российской науки, особенно в гуманитарных отраслях и инфляции научных степеней и расстались обоюдно довольные друг другом, договорившись регулярно повторять совместные походы в ресторан.

Глава 20

Анна 12

Всю неделю я занималась обсуждением моего потенциального увольнения из университета. Все это время в голове крутилось:«Вот опять небес темнеет высь, вот и окна в сумраке зажглись»…Не могу сказать, что декан и завкафедрой были счастливы, но мои объяснения о перспективах исследовательской работы и написании докторской были приняты во внимание. В любом случае, что они могли мне предложить? Зарплаты в университете, несмотря на платный прием в дополнение к бюджетному финансированию, невысокие, поэтому собственно я и занялась переводческой деятельностью. Вероятно, даже когда я вернусь с уже защищенной докторской они не смогут предложить мне ничего, кроме моего прежнего места.

Я встречалась с Каролиной и от нее узнала, что на новом рабочем месте меня ждут те же разборки, что и на предыдущем. Очередные инсинуации, что я это место получила не в силу компетенций, а через постель. Надо признать, что если в случае с Аликом – это было не совсем заслуженно, то в данном случае «насосала» - абсолютно верный термин. Но я уже стала постарше, поэтому воспринимаю такое достижение как комплимент своим способностям.

Тем не менее, я поделилась с Иннокентием своими сомнениями. Он только рукой махнул: «Абсолютная чепуха. Мы изолированы даже территориально от основной части офиса. Наша мансарда – наша крепость. Меня больше беспокоила динамика твоих отношений с ребятами, но я поговорил, все воспринимают положительно появление женщины с альтернативным бекграундом в нашем мужском коллективе. Так что я рассчитываю, что все будет ОК. Ты даже с этими сплетницами встречаться не будешь, разве что в лифте, спускаясь и поднимаясь на свой этаж. Ты же понимаешь, для чего ты это делаешь, а я тебя всегда поддержу».

Именно это я и хотела услышать. Вне зависимости от того, удастся ли ему в конце концов устроить меня на работу или нет.