Граница тьмы

– Вот, возьми, – сказала женщина, вынув из кармана ту самую брошку в виде птицы и приколола к поясу. – Она счастливая, мне на свадьбу отдала её мать. Мы прожили с твоим отцом душа в душу много лет, а теперь я передаю её тебе, милая моя.

Женщины ещё раз обнялись, и видение исчезло.

Я расплылась в улыбке. Получилось! Я не совсем неумеха, это совершенно точно радует!

– Куда это ты на ночь глядя? – спросила я у Нии, явно собравшейся уходить.

– Ну, эээ, заниматься. Я попросила Винса помочь мне с целительством. Он использует магию крови, и я хочу посмотреть, как это совмещается.

– Но он же тебя бесит.

– Да. Просто это очень удобно, почему бы не воспользоваться шансом? – затараторила она. – Ну всё, побежала. Ложись спать без меня.

Рыжие кудряшки скрылись за дверью.

Спать мне совершенно не хотелось. Я встала и пошла к Ирмис, но её не было. В комнате Моники явно проходила какая-то вечеринка. Идущая мимо с пакетом бутербродов из столовой Лана позвала меня к ним, но находиться в шумной толпе совершенно не было желания. Я отказалась, заверив, что уже иду спать, а сама свернула на пролёт и пошла вверх.

Лестница до голубятни меня почти добила. С языком через плечо я вползла на последний этаж и поднялась на ноги, держась за дрожащие колени. Что меня вообще дёрнуло прогуляться на двадцать пятый этаж? После такой физической нагрузки мне показалось, что я при смерти. Свежий воздух приятно обдувал тело, хоть как-то приводя в сознание.

Спавшие голуби, услышав моё приближение, повытягивали шеи, недовольно шелестя крыльями. Факелы тут не горели, но света луны оказалось вполне достаточно. Вид на ночную Тирру завораживал. Вдоль главных дорог горели оранжевые фонарики, и патрулировали стражники с факелами. Во многих окнах в центре города мерцали огни. Ещё бы, важные господа могли себе позволить засидеться допоздна. Но чем дальше от центра, тем темнее было. На окраинах свет не горел, горожане уже легли спать в ожидании нового рабочего дня.

Дворец был хорошо освещён, а рядом тёмным пятном зиял придворный сад. Где-то там была моя семья. Скорее всего, мы с Ами сейчас бы заперлись в одной из комнат и обсуждали прошедший день, или же строили планы на будущее. Мысленно пожелав спокойной ночи родным, я переместилась на другую сторону башни.

Озеро встретило меня гладким чёрным зеркалом. Луна так ярко отражалась в водной глади, что можно было бы спутать отражение с реальностью. Я никогда не задумывалась, какое же оно большое и, наверное, глубокое. Кромка начиналась возле Белой Башни и шла на запад до Чёрной. Последнюю было тяжело разглядеть в темноте даже при свете луны.

Лёгкий шум ветра и редкое курлыканье спящих голубей разбил едва различимый шелест. Я обернулась, но ничего не заметила. Шелест повторился с другой стороны. Медленно подойдя к парапету, я посмотрела вниз. Ничего особенного там не было, хотя… По коже скользнуло странное ощущение, как будто множество глаз внимательно следили за мной.

Резким движением я обернулась, пытаясь застать смотрящего врасплох, и ахнула. На перилах неподвижно сидело с десяток чёрных воронов. Их головы были обращены ко мне, а в глазках-бусинках мерцали красные искры.

Температура воздуха заметно опустилась, заставив вздрогнуть. Что это? Опять видение? Я сплю? Или нет… Я сделала шаг к одной из птиц, потом ещё один, и ещё… Вороны неотрывно следили за мной. Ещё шаг, а потом ещё один. Если я вытяну руку, то смогу прикоснуться… Медленно и осторожно я потянулась к птице. Ворон не шелохнулся. Почти, ещё чуть-чуть…

Мир на мгновение погрузился во тьму, и всё пропало. Я стояла у парапета с вытянутой рукой, но со мной были только спящие голуби. Морок? В душе неприятно похолодело. Нужно уходить отсюда.

Соседка ещё не вернулась. На всякий случай я поплотнее закрыла окно и задёрнула шторы. Ощущение, что за мной наблюдают, неприятно тревожило. Произошедшее не давало покоя. Как расшифровать эти видения? Я не понимаю. Если Боги хотят что-то мне сказать, то почему бы не сделать это понятнее? Одни загадки.

Глава 11

По прорицанию кое-что по своим заданиям смогли увидеть все четверо. Лучше всего получилось у меня, за что магистр от души похвалила, радуясь, как за себя саму, зато Талиса пробурчала под нос явно что-то оскорбительное.

Нам выдали новые безделушки. На этот раз мне досталась ржавая булавка. Как бы не спутать её с мусором и случайно не выкинуть.

Занятие тянулось очень уж долго. Камила вбивала в нас десятки способов очистки разума, применимые в разных ситуациях, среди которых были чуть ли не военные условия. Это было ужасно скучно и навевало тоску. Я старалась слушать и повторять, но поймала себя на мысли, что чаще просто бездумно смотрю в одну точку.

– Девочки, не расслабляться, пусть вам сейчас это кажется совершенно ненужным, но может очень помочь в будущем.

– Но у нас же не идёт война, – всплеснула руками Дарина.

Преподаватель как-то пространно на неё посмотрела:

– Верно, сейчас все королевства и народы мирно сосуществуют. Но война и смерть всегда стоят на пороге. Сумеем ли мы внять благоразумию или окунёмся в пучину отчаяния опять? Слишком много людей влияют на судьбу, слишком много вещей может пойти не так.

– Хотите сказать, что что-то знаете? – прищурилась Ирмис и перестала теребить прядь волос.

– Не могу сказать точно. Много тревожных видений в последнее время.

Тревожные видения… Может, и у меня такие? После занятия я намеренно долго копалась в сумке, укладывая вещи.

– Поторопитесь, Лира, а то не успеете на обед.

– Да, магистр. Вообще, я хотела у вас кое-что спросить.

Камила тепло улыбнулась и жестом пригласила присесть.

Я замешкалась, пытаясь сформулировать рой мыслей в вопросы поточнее.

– Магистр… Вы сказали, что видите тревожные видения. Как вы понимаете, что это именно видения, и как расшифровываете их?

– Это чисто теоретический вопрос, или вас что-то беспокоит? – спросила она спокойным тоном, но я ощутила волнение в голосе.

– Иногда я вижу… странные сны или видения, – пожевав губу, ответила я. – Они меня пугают. И я не понимаю, что это. Вчера я поднялась на вершину башни и увидела стаю воронов, но когда захотела прикоснуться к ним, то всё исчезло, испарилось… А пару дней назад мне приснился плохой сон, но я не уверена, что это был сон.

Камила нахмурилась, машинально убрав с лица выбившуюся прядь волос, которая в ту же секунду упала обратно. Некоторое время мы просидели в молчании.

– Вот что я вам скажу. Если плохие видения будут повторяться, постарайтесь их максимально подробно запомнить. Их что-то должно связывать: события, люди, ещё какие-либо детали. Они могут натолкнуть на нужные ответы. Если понадобится помощь, то приходите в любое время. Договорились?

Я коротко кивнула и быстрее отправилась на обед. К счастью, Ирмис взяла мне рагу и горячих бутербродов, и мне не пришлось стоять в длинной очереди на раздаче. Я так проголодалась, что съела всё до единой крошки.

– Любят же прорицатели всех запугивать. От них только и слышно, что про войны, да концы света, – состроила девушка недовольную гримасу. – У нас в Лорниках есть очень уважаемая прорицательница, к ней на приём очереди на месяцы вперед выстраиваются. И знаешь что? Сколько себя помню, она всё вещает про мучительную смерть и конец света. Только каждый год причина меняется.

– Например?

– Ну, – почесала она затылок, – всё не упомню, но точно было что-то про полное оледенение всего живого. Про великий пожар, который уничтожит всю сушу. Потом… Какой-то огромный камень должен упасть на нас с неба и всех убить. Но моё самое любимое, что где-то далеко в небе среди звезд живут некие существа, которые спустятся к нам и обратят в рабство.

Она это рассказывала с таким серьёзным лицом, что я не удержалась и расхохоталась.

– Да уж, вот же бред, – закатила она глаза. – Но верят же.

Я пожала плечами. Такое с нами уж вряд ли случится.

– Вы что тут расселись? – гаркнул неизвестно откуда взявшийся Трой. – Бегом на первый этаж, у нас же экскурсия в лечебницу!

Я удивлённо посмотрела на Ирмис, она ответила мне аналогичным взглядом. Не припомню, чтобы нас предупреждали. Практически бегом мы спустились в холл. Нас ждал весь курс, кроме целителей. Рядом тут же возник Аарон.

– Готовы?

– А где остальные? – растерянно озираясь, спросила я у него. Нии не было видно с прошлого вечера.

– А… – махнул он рукой, – ну так они уже с утра там.

К нам вышла Верховная жрица и жестом призвала к тишине.

– Адепты, наша созидательная деятельность неразрывно связана с помощью людям. Вы неоднократно будете проводить занятия в лечебнице, занимаясь каждый по своей специальности. Сегодня мои послушники проведут вам экскурсию и подробно расскажут, как будут проходить подобные уроки.

Она махнула рукой в сторону, и к ней подошли два послушника – щупленькая девушка и огромный бугай. Белая роба смотрелась на нём крайне странно. Увидев его на улице, я бы подумала, что он обмотался простынёй, которая оказалась мала.

– Мы с вами разумные взрослые люди, – продолжила Верховная жрица, – поэтому я надеюсь на ваше адекватное поведение. Не уходите далеко от послушников и магистров, не сбегайте, чтобы потом вас не приходилось искать.

– Да уж, от такого сбежишь, – послышалось откуда-то сзади, вызвав многочисленные смешки.

– Зато прям там и вылечат. Если успеют, – прозвучало в ответ.

Толпа снова захихикала. Щупленькая девочка недовольно на нас смотрела, а бугай даже ухом не повёл.

– Это Нура и Бобби. Прошу следовать за ними.

Послушники вышли в парадные двери и мы, всё ещё хихикая, двинулись следом. Погода оказалась чудесная. Это был один из тех осенних дней, когда хотелось просто валяться в траве и поедать сворованные с кухни вкусняшки. Мы с сестрой часто так и делали. В центре сада рос живой лабиринт, который мы, конечно же, знали от и до. В его сердце находился прекрасный фонтан из белого мрамора, изображающий пару взлетающих лебедей. А вокруг него садовник всегда высаживал бордовые розы. Это был какой-то особый, жутко редкий сорт с крупными бутонами и лепестками изумительного бархата. Мы с сестрёнкой могли часами там сидеть, а когда недовольная гувернантка шла искать, то прятались от неё в закоулках лабиринта. Каждый раз она блуждала и не могла найти выход, и каждый раз ей приходилось звать на помощь.

На воротах башни стояла охрана, по двое с каждой стороны. Это что-то новенькое. Нет, ну конечно, башня охранялась, но стража обычно просто ходила по маршрутам, тем более на стены были наложены древние охранные заклинания.

– Смотри, – ткнула я Ирмис в бок и кивнула на ворота, – охранников понаставили. Неужели из-за того убийства?

Прорицательница неопределённо пожала плечами.

– Начальник стражи удвоил людей в патрулях и на воротах, – подтвердил мои догадки Аарон, – отец написал.

– Лишняя охрана нам в любом случае не повредит, – сказала Ирмис и потуже затянула ленту в волосах.

– Но что это за охрана-то? – не унималась я. – Это не дворцовые и не городские, смотри, у них нет гербов и нашивок.

– Это личная охрана Верховного магистра, – шепнул сзади Трой.

– Откуда ты знаешь?

– Услышал в разговоре послушников.

– Ты хотел сказать, подслушал? – выгнула бровь Ирмис.

– Да какая разница, – закатил глаза Трой, – не суть. А суть в том, что магистр-то тёмный!

Теперь закатили глаза уже мы.

– Ты ещё скажи, что это он кровь из тел выкачивает и пьёт по ночам. Ну что за предрассудки! – фыркнула я.

– Не удивлюсь, – ответил за него Аарон, удостоившись моего самого сердитого взгляда, на который я была способна.

Оооох, как же раздражает! Магистр столько сделал для королевства, да и для меня лично, что за всякий подобный бред хотелось кидаться в говорившего тяжёлыми предметами. Магистр помог мне справиться с даром в детстве, наставлял меня всё это время, именно он организовал максимально возможное в стенах дворца магическое обучение, пусть и теоретическое. Если он поставил охрану, значит, так надо. И он как никто другой понимал, как опасны вампиры.

Много лет назад из-за них он потерял любимую. Во время поездки с беременной женой из загородного дома в столицу на повозку напали вампиры, магистр после схватки потерял сознание, а когда пришёл в себя, то застал любимую мёртвой с младенцем на руках. Пока он был в обмороке, она погибла от потери крови. Но и девочка прожила недолго. Лет в пять подхватила какую-то болезнь, спасти тоже не успели. С тех пор он одинок.

– Эй, не злись, – поздно спохватился парень, поняв, что ляпнул что-то не то.

Я сверкнула глазами, взяла Ирмис под руку и быстро потащила её в начало группы.

Мы обогнули сад и двинулись вдоль берега озера. Хотя один раз я уже была в лечебнице, рассмотреть её снаружи и тем более внутри времени не было, да и охранник осмотру достопримечательностей не способствовал. Шли мы не спеша. Лёгкий ветерок доносил запахи увядающей листвы, озёрной сырости и несобранного подгнивающего урожая. Бугай Бобби старался нас подогнать, но выходило крайне плохо. Всем хотелось погулять и подышать свежим воздухом.

Через полчаса мы были уже на месте. Лечебница оказалась простым двухэтажным зданием из невзрачного серого камня, не знаю, насколько сильные целители помогали внутри, но внешний вид строения на выздоровление никак не настраивал. На входе стояли теперь уже городские стражники, на левой стороне доспехов на груди виднелся герб с белой лисицей на изумрудном фоне.

Тяжёлые деревянные двери встретили нас неприятным полумраком коридора. На стенах прохода горели факелы, слабо освещая широкие коридоры. Недлинный коридор выводил в более просторное помещение, вроде зала регистрации или чего-то такого. Я тут раньше не была, наверное, меня вывели через чёрный вход.

Наши послушники остановились, и Бобби заговорил таким басом, что я подпрыгнула на месте.

– Мы находимся в главной зале лечебницы, она соединяет все отделения здания, кроме того, в любое время суток тут сидят дежурные, – он кивнул головой на широкий, заваленный бумагами стол, за которым сидело ещё двое послушников, мрачно смотрящих в нашу сторону.

К моему удивлению, один из них был в тёмно-серой, почти чёрной мантии. Хотя, чему удивляться-то, магических башен две, и, собственно, в каждой есть свой Верховный жрец и его послушники. Но эта мысль никогда не приходила мне в голову ранее.

– А почему на приёме сидят не маги, а послушники? И почему один из них тёмный? – задала, скорее всего, волнующий многих вопрос высокая симпатичная травница с короткими каштановыми волосами.

– Магам некогда заниматься дежурствами на входе, – пропищала тонким голоском Нура, – кроме того, для старших адептов целителей и магов крови – это хорошая практика. Обязательная.

В моей картине мира жрецы и послушники Наисветлейшей Ино должны олицетворять собой добро, но тон голоса и взгляд Нуры явно излучали презрение, которое прекрасно подошло бы какому-нибудь тёмному магу, но не ей. Перед посвящением в жрецы все послушники проходят долгий и сложный ритуал, уверена, что Нура его завалит. Пока я размышляла, Бобби уже продолжил свою экскурсию.

– За колонной, у которой сидят послушники, слева идёт лестница вверх. Весь второй этаж занимают хозяйственные помещения и кабинеты, больные туда не допускаются. Там готовятся все необходимые зелья, а иногда даже артефакты, если запас базовых закончился. Комнаты отдыха целителей тоже располагаются сверху, как и их кабинеты. Справа за колонной идёт лестница вниз в мертвецкую. Туда мы тоже не пойдём! – спешно добавил бугай, видя, как возбудилась толпа.

– А почему? – с грустью в голове хором протянуло половина группы.

– Делать вам там нечего, – отрезал Бобби ещё более басовитым басом, если такое возможно. – В мертвецкую допускаются только старшие курсы, и то не всех специальностей. Когда-то давно мертвецкой заведовали некроманты, теперь это основная обитель магистров крови. Нечего вам на трупы смотреть, и точка.

За спиной послышались печальные вздохи. Создалось впечатление, что радуюсь запрету похода к мертвецам одна я. Хотя трупы я никогда и не видела, смотреть на них не было никакого желания.

– Справа и слева от коридора, из которого мы пришли, есть небольшие молельни, можете сходить посмотреть, потом возвращайтесь сюда.

Народ так быстро разбежался в разные стороны, что я потеряла Ирмис из виду. Пожав плечами, я пошла к алтарю Ино.

В небольшом помещении оказалось довольно темно. На стенах тускло горели магические светильники, создавая атмосферу уединения. Алтарь со статуей Богини стоял прямо напротив входа. Сама статуя была идентична нашей из башни, но меньше раза в три. По бокам и перед ней горели свечи, а в воздухе витал лёгкий запах благовоний. А вот скамеек в помещении было всего две, они стояли друг за другом, и я полагала, что предназначались они для больных.