Граница тьмы

– Но вот второй принцессе не повезло ещё больше.

– В смысле? – оторопела я.

– У неё вообще никакого выбора нет. Родиться, чтобы вечно прислуживать. Ну представляешь, положить себя на благо семьи, смотреть как взрослеют поколения, а она будет одна. Не удивлюсь, если в конце-концов она сбежит с каким-нибудь конюхом или садовником, вот увидишь.

Это было обидно. Я и так тяжело переживала мысли о своей судьбе и ощущала себя птицей в клетке, призванной всю жизнь услаждать своей песней слух других, не имея возможности выбраться за прутья. Возразить Нии мне было нечего. Разве что сбегать с конюхом или садовником я точно никуда не собиралась.

– Нууу, подруга, что-то ты совсем раскисла, – Ния села рядом и потрепала меня по руке. – Я понимаю, что они в какой-то степени тебе как родня, но ты-то имеешь выбор. Отучишься, да и мир посмотришь, как мечтала. Не заставят же тебя родители вечно при дворе работать.

Клубок чёрных мыслей опять закопошился в голове. Она права. Я заложница без права выбора, но так ли это плохо? Я буду с мамой и папой, Эрик женится, родятся племяшки, я буду помогать им, это моя семья, и я их люблю. А сестру, может, я и не увижу больше никогда. Но ведь и в бедных семьях так бывает, разве нет? Кто-то уезжает, кто-то всегда с семьёй. У меня важная миссия – оберегать свой род. Я не могу поддаться своим прихотям и поставить своё возможное счастье во главу угла. Для меня сделали всё, сделали тем, кем я являюсь, неужели я смогу отплатить таким отвратительным образом? Это разобьёт маме сердце, а она такого определённо не заслуживает.

Я резко встала и распахнула окно, не желая продолжать терзающую мою душу тему. Уже совсем стемнело, а с озера дул холодный ветерок. То, что нужно, чтобы проветрить голову перед сном. Огоньки в далеких домах напротив тускло мерцали. Я мысленно пожелала им спокойной ночи и пошла готовиться ко сну. Провалявшись с час, я забылась беспокойным сном, в котором то и дело убегала от стражи, мою маму убивали, а затем пытались найти меня и посадить в клетку.

Наутро я была вся разбитая, не помог даже прохладный душ. Занятия тянулись безумно медленно. Как оказалось, распознать амулет смогла где-то треть. Магистр-коршун попросила каждого максимально подробно рассказать, как он добился поставленной задачи. Остаток первого занятия прошёл в разборе ошибок с теми, кто увидеть ничего так и не смог. Я, коря себя за отвратительные манеры и неуважение к преподавателю, всё же уткнулась лбом в стол и задремала. Не сказать, что я выспалась, но мне стало немного полегче. Осталось потерпеть ещё два занятия, и на обеде я смогу выпить столько кофе, сколько в меня влезет.

Пока я нагло дремала на последней парте, все ошибки уже разобрали, поэтому мы двинулись дальше. Урок был посвящён защитным оберегам, но прежде, чем Гестия начала лекцию, я подняла руку.

– Магистр, у меня вопрос. В главе описания порядка распознавания чар на амулетах было указание про проклятые и сокрытые амулеты, а как нам понять, что перед нами проклятый амулет, особенно сокрытый?

– Хороший вопрос, Лира, – кивнула магистр, и обратилась к классу. – Хотя это материал для более старших учеников, но, пожалуй, вам полезно будет послушать. Прежде всего, никто из вас распознать проклятый артефакт не сможет никак. Кроме Винсента, конечно. Всё дело в навыках и силе. Создать мощный тёмный артефакт очень сложно. Даже если вам сейчас дать подробные инструкции, никто просто не сможет разобраться со сложным узором плетения. И даже если допустить, что у вас получится, напитать предмет достаточным количеством энергии окажется неразрешимой задачей. Следовательно, для успешного создания тёмных артефактов нужно быть очень сильным и искусным магом. Чем сильнее маг, тем мощнее можно сделать артефакт. Если напитывать будет ученик вроде вас, то при создании проклятия на смерть, максимум, чего вы сможете добиться, – это насморка. Если действие проклятого артефакта скрыто, то делается это для сокрытия силы перед столь же мощным магом. Сделать такую вещицу будет ещё сложнее. И уж в этом случае вы тем более не сможете её распознать.

– Но что же нам делать, если вдруг наткнёмся на неизвестный артефакт? – поддержали мой вопрос и другие ребята.

Магистр глубоко вздохнула и сцепила когтистые лапы, то есть руки, явно недовольная отклонением от заданной темы занятия, но всё же ответила:

– Не подходить и не трогать руками. Энергетикой тоже не трогать. Лучше всего уйти подальше и навсегда забыть. Если же вы столкнётесь с неким тёмным предметом и будете вынуждены обстоятельствами с ним работать, то максимально удалённо нужно его прощупать на расстоянии. Если вы понимаете, что магия тёмная, некротическая и опасная, то всю работу прекращаете. Если же вы не чувствуете практически ничего, то это или обычный предмет, или сокрытый магически. Любая магия оставляет следы, полностью убрать их невозможно. Их можно отыскать определёнными методами, которые мы сейчас разбирать не будем, мистер Джексон, не тяните руку!

Парень сник, а магистр поправила очки на крючковатом носу и продолжила:

– Как только вы находите следы и понимаете, что перед вами сокрытый артефакт, почти наверняка окажется, что он проклят. Не приближайтесь, не прикасайтесь, не работайте с такими вещами, это может стоить вам жизни. А теперь попрошу вернуться к теме урока и больше не отвлекаться, у нас очень много материала.

Магический разбор принципа действия защитных предметов оказался значительно сложнее, чем казалось на первый взгляд. Мы столько писали и зарисовывали, что у меня заболела правая рука. Ния вообще не успевала, поэтому списывала с моего пергамента. Когда мы совсем отчаялись и окончательно устали, зазвенел колокол, и мы поплелись на обед.

Столовая встретила нас потрясающими ароматами. Сегодня было жаркое из свинины с сыром и овощами, салат с маслом и приправами и наваристый свекольный суп со сметаной. Я наложила всего по чуть-чуть и взяла три кружки кофе.

– Куда тебе столько? – удивилась кудрявая. – Ты же всю ночь спать не будешь.

– У меня глаза слипаются, без кофе я просто свалюсь под стол. Еле урок отсидела.

Ния пожала плечами и повернулась к сидящим. Почти все столики были забиты, придётся к кому-то подсаживаться. Но соседка помахала рукой и чётко продвигалась к какому-то определённому. Когда мы дошли, моё лицо скривилось быстрее, чем я смогла сообразить и сделать бесстрастное выражение. За столом сидели Винсент, Аарон, Трой и ещё один парень-целитель, имя которого я не запомнила.

– Привет, мальчики, – поприветствовала она их с лучезарной улыбкой.

Рыжая поправила кудри, и так идеально лежащие у неё на плечах. Я молча села рядом на любезно пододвинутый Аароном стул, стараясь не показывать, что находиться в их обществе мне не хотелось.

Чем активнее Ния пыталась влиться в компанию однокурсников, тем дискомфортнее я себя чувствовала. При мысли о том, что моя ложь раскроется, в душе нарастало что-то мерзкое и липкое, окутывая тонкими нитями все внутренности и усиленно их сжимая на каждой опасной теме. Ещё этот Аарон со своим вниманием…

Пока все обсуждали прошедшее занятие и сравнивали углублённую программу с обычной, я молча ковырялась в тарелке, не поднимая головы. Кудрявая пару раз ткнула меня в бок, желая, чтобы я присоединилась к беседе, но мне было не по себе. Я лишь пожимала плечами и снова смотрела в тарелку. Мою безмолвную идиллию и болтовню остальных ребят внезапно прервала запыхавшаяся Ирмис:

– Вы не представляете, что я узнала!

Она плюхнулась на последний свободный стул и залпом выпила мой стакан кофе.

– Ты что, бежала? – удивилась я, глядя, как она стирает рукавом мантии пот со лба.

– Практически. В общем… – она огляделась вокруг и понизила голос: – Недалеко от Белой Башни сегодня ночью нашли труп! – Она сделала паузу, а затем добавила шёпотом: – Без единой капли крови!

– Вампиры? Опять? – ахнул Трой, а на его лице мелькнула тень испуга.

Все замолчали, нервно переглядываясь.

– А откуда ты знаешь вообще? – сощурился Аарон.

– Брат сказал, я сейчас как раз от него. Он вчера ночью дежурил в мертвецкой, как раз в это время привезли тело. Позвали магистров крови, но те ничего не сказали.

– Почему?

– Так крови-то не было, – ответил за неё Винсент. – Магия крови потому так и называется, что для неё нужна кровь. В данном случае от самой жертвы. А раз нет крови, то и материала тоже нет. А допросить труп может либо некромант, либо высший вампир, ни одни, ни другие недоступны.

– А где нашли тело? – не унимался Аарон с явным недоверием на лице.

Ирмис пожевала губу.

– Ну… шагах в пятистах от входа в башню.

Мы с соседкой испуганно охнули. Некоторое время все молчали. У меня не укладывалось в голове, что в моём привычном спокойном мирке происходили такие страшные события. Ведь это совсем рядом! Достаточно выйти за двери, и попадёшь в открытый мир, полный опасностей. Живя во дворце, я об этом не задумывалась, да и новости такие до меня не особо часто доходили. В конце концов, там полно стражников. А тут я и другие ничего не умеющие, беззащитные люди. Поможет ли городская стража от бессмертных убийц? Да и кто вообще от них защитит…

– Не думаю, что это вампир, – продолжил уже знакомую тему Винсент. – Слишком уж странно – показательно оставлять труп. Зачем?

– Может, чтобы напугать нас? – предположил парень-целитель.

– Ну то есть знать, что есть очень быстрое, опасное и магически мощное существо, способное убить тебя множеством способов без возможности спастись, тебе недостаточно? Тебе надо посмотреть на мертвеца? – издевательским тоном поинтересовался маг, а я вздрогнула и поёжилась, надеясь, что он ошибается.

– Ну а кто тогда убивает и зачем выкачивает кровь, по-твоему? – скептически уставилась на него Ирмис.

Винсент нервно пожал плечами.

– Кто вообще знает, на что эти кровососы способны, это же поехавшие маньяки! – воскликнул чаровник.

– Осторожнее, Трой, у них хороший слух, и они определённо бывают в городе, вдруг эти кровососы тебя услышат, и следующий будешь уже ты? – прошипел чёрный маг, на что Трой поперхнулся чаем и закашлялся.

Винс удовлетворённо откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.

– Ты ими как будто восхищаешься, – не то спросила, не то утвердила я.

Маг немного склонил голову набок, размышляя над моими словами.

– В каком-то смысле – безусловно. Они идеальные убийцы. Высшие, я имею в виду. Но мы для них – ничто. Еда, развлечения, игрушки. Человеческая жизнь для вампира значит не больше, чем для тебя жизнь надоедливой мухи, летающей по комнате. Они могут убить просто ради развлечения, могут пытать, наслаждаясь твоей болью. Если встретишь их, беги со всех ног и не оглядывайся. А если останешься, то никогда не имей с ними дел. Тебя очаруют, а затем в лучшем случае бросят. Даже водя с ними дружбу, не забывай, что ты лишь игрушка, живущая, пока им не надоест. И вообще, никогда не стоит недооценивать врага.

– Откуда ты столько знаешь? – удивилась рыжая. Судя по растерянному выражению лица, предостережение её впечатлило не меньше меня.

– Я же говорил, что имел с ними дело. Не только в том случае, который я описывал в субботу.

– Расскажи! – потребовала она, придвинувшись почти вплотную.

– Не сейчас, – резко отказал он, вызвав вспышку негодования у соседки.

Ния обиделась, но обратно не отодвинулась. У меня сложилось впечатление, что на моих глазах происходило что-то, чего я пока не до конца осознавала.

– Я уточню у отца, что слышно в совете про эти случаи, – пожевав губу, решил Аарон. – Он хорошо знаком с начальником стражи Тирры, может, всплывут какие-то подробности.

Глава 10

Новость про бескровный труп облетела башню быстрее, чем мы покончили с обедом. О страшной находке доносилось из каждого угла. Почти все решили, что это были вампиры, некоторые всерьёз заговорили о войне. Всеобщая истерия давила на нервы, и в голове непроизвольно крутились даже самые неадекватные из услышанных версии.

Все были так возбуждены, что магистр так и не смогла успокоить адептов. В продолжение темы про защитные заклинания мы получили ещё по несколько амулетов, которые должны были подробно изучить, определить конкретный вид защитной магии и по возможности нарисовать плетение, отмечая места самых ярких всполохов.

После занятий мы сразу отправились в сад на свежий воздух. Старшие ученики собирали последний урожай трав и перекапывали землю к зиме. Мы нашли солнечное местечко за малиной, удачно закрывающее нас от заходящих в сад. Солнце приятно пригревало, делать ничего не хотелось, поэтому мы занялись любимым делом – пустой болтовнёй.

– А, вот вы где, – вынырнула из-за малины Ирмис, – можно я тут с вами посижу?

– Да, конечно.

– На самом деле я хотела попрактиковаться с амулетами, но в комнате стоит такой ор, – закатила глаза девушка. – Талиса застала своего парня с какой-то девчонкой, они так ругались, я думала, каменная стена треснет. Я бы ушла к брату, но он занят.

– О, представляю, теперь наша красотка будет искать ещё какого-нибудь знатного богатея, заранее ему сочувствую, – скривилась рыжая.

Прорицательница обратилась ко мне:

– Ты знала её до башни, верно?

– Ну, не сказать, чтобы прям знала, – замялась я. – Богатый папа брал её на каждый приём, а Талиса вешалась на всех, до кого руки дотягивались. В конце концов, все её просто начали избегать. Позор для семьи. Мне казалось, что отец просто сослал её подальше от себя, но прорицания… – я покачала головой. – Никогда не слышала, чтобы она обладала каким-либо подобным даром.

– Кроме дара вертеть своим задом, – вклинилась соседка.

– Это мы все заметили, – кивнула Ирмис.

Мы даже не успели разложить задания на завтра, как Нию окликнули.

– Ой! – закрыла она рот ладонями. – Совсем забыла! Я обещала Лорин и Монике потренироваться с ними. Простите, побежала.

Она быстро побросала книги в сумку и скрылась за кустами, оставив нас с Ирмис вдвоём.

Двор постепенно наполнялся людьми, все хотели понежиться в последних тёплых лучах. Ещё совсем немного, и придут настоящие осенние дни с дождями и туманами.

До обеда оставался ещё час, а значит, было время позаниматься. Хотя к завтрашнему целительству требовалась только теория, от мысли опять себя резать начинало подташнивать. Остаток дня прошёл в чтении и практике по чарам. Успехи были незначительные, но они были. В этот раз мне понадобилось чуть меньше усилий, чтобы пробиться к узору амулета, однако осилить два подряд было уже тяжеловато. У Ирмис тоже шло неплохо. Ей было сложнее раскрыть сущность оберега, но значительно легче стабилизировать рисунок.

Кудрявая пришла под ночь страшно измотанная. Они опять тренировались заживлять на себе порезы. Судя по отсутствию кровоточащих ран, определённых успехов они всё же достигли. Брошку для прорицания я опять отложила на потом, на что моя совесть не преминула меня кольнуть. В который раз.

Как ни странно, но проснулась я бодрячком. Быстро позавтракав, я побежала в кабинет магистра Демьена. Ирмис уже сидела на привычном месте и оттирала свой рукав.

– Опять кофе?

Она протяжно вздохнула и кивнула.

– Брат говорит, что в каждом человеке сидит сущность, и в моём случае – это свинья.

– Как мило с его стороны, – хмыкнула я, в очередной раз подивившись их отношениям.

Как только магистр вошёл, все разговоры стихли.

– Итак, молодые люди. Прошлый урок по некоторым, ммм, обстоятельствам прошёл сумбурно, – смерив меня цепким взглядом, начал он. – Поэтому попрошу Ирмис подыскать себе другое место, а вас, Винсент, я попрошу сесть с нашей нежной барышней и проследить, чтобы она не упала снова и не разбила себе голову.

Только после речи магистра я заметила, что тёмный маг в этот раз пришёл с нашей группой. Прорицательница отсела, бросив мне явно недовольный взгляд, зато вот Винсента это вполне позабавило. Сев рядом со мной, он мерзенько улыбнулся, на что я наградила его взглядом, полным презрения.

– Что ты вообще тут делаешь? Ты должен быть с целителями, – фыркнула я.

– Да, но меня попросили за тобой приглядеть, магистру некогда сидеть рядом с тобой, опасаясь обморока.

– Но почему тебя-то? – прошипела я.

Из всех людей башни выбрали самого ненавистного мне человека, будто нарочно.

– Нууу, наверное, потому что среди вас я единственный полноценный маг?

Я открыла рот, готовя язвительный ответ, но меня прервали.

– Прошу внимания, – постучал по столу магистр, – сегодня мы уделим часть занятия заживлению ран, а затем начнём курс анатомии. Зачем он нужен, спросите вы? Заживлять порезы и прочие дефекты довольно легко. Я всегда начинаю именно с них, а не с голой теории, чтобы вы прочувствовали направление приложения силы. Это значительно упростит вам изучение работы с внутренними органами.

– Но зачем нам вообще анатомия? Мы же не целители, уж на себе почувствуем, если что-то не так.

– Не обязательно. Если у вас ничего не болит – это ещё не значит, что вы здоровы, – пояснил он. – К тому же самодиагностика крайне важна. Поняв, какая система повреждена, вы трезво сможете оценить свои силы, рассчитать энергию или же понять, что сил вам не хватит, и срочно требуется помощь извне. Приступайте пока к практической части, а после обеда будет теория.

Все закопошились и двинулись за кинжалами к шкафчику. Я в ужасе застыла.

– А вы, Лира, возьмите, пожалуйста, иглу. С вас этого хватит.

Талиса со своей подружкой нашли это очень забавным, заливисто смеясь на весь кабинет.

Заставить себя встать и пойти за иглой оказалось сложной задачей. Меня уже начало мутить от одной мысли, и я испугалась, что упаду в обморок уже сейчас. Но показать всем свою слабость и дать повод смеяться я не могла. Ещё этот самодовольный наёмник тут зачем-то, будто поиздеваться надо мной решили. Глубоко вздохнув, я кое-как встала и поковыляла к шкафчику за иглой.

Когда я вернулась обратно на своё место, сбоку от нас уже сидели Трой и Аарон. Да, да, давайте дружно посмеёмся, как я расшибла голову об угол стула, просто обхохотаться. Я так резко села, что стол зашатался. Винс выгнул бровь.

– Эй, расслабься, – протянул он, – если упадёшь в обморок – я тебя поймаю, обещаю, – он поднял руку, как будто давал клятву.

– Очень смешно, – злобно пробубнила я.

– Ничего, рана в голове не сильно помешает тебе продолжать мыть туалет, – шепнула Талиса.

Её подружка-прихвостень сотряслась от беззвучного смеха.

От злости к лицу прилила кровь, мои уши горели огнём, очень хотелось сказать ей какую-нибудь гадость, но ничего не приходило в голову. Я никогда не сталкивалась с таким открытым хамством, что на это может вообще ответить служанка, вдруг я ляпну что-то не то?

Окрылённая пакостной победой она отвернулась и нарочито громким шёпотом обсуждала с травницей неразборчивость в приёме на учёбу всякой рванины. Ничего, ничего, когда-нибудь ты придёшь во дворец, а там мы ещё посмотрим, кто из нас рванина.

Винсент сделал вид, что ничего не слышал, и предложил начать.

– Смотри и учись, – он взял серебряный кинжал и резко полоснул им по ладони. Мгновенно проступила кровь. Меня замутило, с огромным трудом я заставила себя смотреть, хотя это давалось мне так тяжело, что в глазах снова начало двоиться. Он повернул ко мне руку, и спустя секунду рана затянулась.

– Так нечестно, ты маг крови, у тебя преимущество, – грустно вздохнула я, надеясь, что меня не стошнит прямо на стол.

Его губы растянулись в улыбке.

– Нет, это не магия крови. Вот магия крови. – Он посмотрел на руку, и струйки крови, стекающие по руке, словно закипели и испарились. – Твоя очередь.

Я глубоко вздохнула и посмотрела на иглу, лежащую на столе. Она тоже была сделана из серебра и имела мелкую гравировку. Кончик выглядел очень острым. Сдерживая тремор в руке, я взяла её и занесла над пальцем. Помимо Винсента, на меня неотрывно смотрели Трой и Аарон. Ну ладно…

Я долго сидела и просто смотрела на палец, пока наконец Винсу это не надоело и он не сказал уже начинать, иначе урок закончится. Глубоко вздохнув, я закрыла глаза и резко вонзила иглу себе в ладонь. От резкой боли я скривилась, меня замутило ещё сильнее, в глазах зарябило и поплыло. Я почувствовала, что кто-то держит меня за плечи и не даёт упасть.

– Глубоко дыши, – донеслось сквозь противный звон в ушах, – слышишь меня? Всё хорошо, просто сделай вдох.

Я судорожно вздохнула. Потом ещё и ещё. Стало немного легче. Изображение постепенно прояснилось. Когда я разглядела иглу, торчащую из ладони, к горлу подкатила новая волна тошноты. Пришлось собрать все силы в кулак, чтобы не отключиться.

– Не думай об игле и продолжай глубоко дышать, – медленно проговорил Винсент и слегка сжал руки на моих плечах. – Я тебя держу.

Наконец кое-как совладав с дурнотой, я резко выдернула иглу, охнув от очередной вспышки боли. Выступила кровь. Бордовая капля набухла и покатилась по руке.

– Пусти поток энергии в себя и найди место выброса энергии в пространство.

Я кивнула, стараясь вообще не смотреть на руку. Сосредоточиться было нелегко, тошнота мешала работать. Как только я подбиралась в нужное место, меня выбивало. Казалось, что я сделала миллион попыток, прежде чем смогла закрыть рану, но всё-таки смогла!

– Тебе очень идёт зелёный цвет лица, – Талиса смерила меня жалящим взглядом.

Я опять промолчала. И вообще я боялась, что как только открою рот, меня стошнит на стол.

Спустя минуту она завизжала на весь кабинет и вскочила, вытирая лицо. До меня не сразу дошло, в чём дело. Её кожа и волосы были в крови.

– Прошу вас, успокойтесь, дайте я посмотрю, – подбежал магистр, – он осмотрел её перекошенное злобой лицо и порезанную руку. – Вы очень глубоко резанули, давайте я залечу вам рану и идите приведите себя в порядок.

Талиса убежала, громко хлопнув дверью. Все были удивлены не меньше меня. Все, кроме Винсента, сидящего с самодовольной ухмылкой. Меня осенило.

– Это ты сделал? – прошептала я так тихо, как могла.

Он кивнул и злобно улыбнулся.

– Но так нельзя! Ты применил тёмную магию к человеку!

– И что с того? Я проучил её, ты ведь не смогла.

– Это моё дело, не надо было так делать, это подло. Она хоть и дура, но так с людьми поступать нельзя, – процедила я, буравя его осуждающим взглядом.

Хотя к какой совести я взываю у наёмника? У него её просто нет.

Он пожал плечами, но ничего не ответил. Аарон и Трой показывали ему большие пальцы. Отвратительно. Я демонстративно покачала головой, не веря своим глазам.

– Прошу не отвлекаться. Кто справился с заданием, могут начать читать вступление в курс анатомии, – громко сообщил магистр и уткнулся в книгу.

На теоретическом занятии тёмного мага, к счастью, отправили к своей группе. Аарон порывался сесть рядом, но Ирмис опередила его, показав чудеса скорости. Я рассказала девушке о поступке Винсента, к моему удивлению, она его тоже одобрила. Да что с вами всеми такое? Нельзя желать зла человеку, пусть даже такому вредному, как Талиса.

– Я росла со старшим братом, – пожала плечами Ирмис, – я и не такое видела. Некоторых действительно стоит проучить спорными методами.

Я не нашлась, что на это ответить, в очередной раз подивившись тем, кто меня окружает. А ведь Ирмис была из благородной семьи!

Анатомия оказалась сущим кошмаром. Картинки внутренностей казались мне отвратительными, а теоретического материала было столько, что непонятно, как это всё запомнить. В завершении занятия магистр обрадовал тем, что в наш курс включены обязательные занятия в мертвецкой. Вот уж радость, так радость! Но зато, когда я свалюсь там в обморок, меня не придётся далеко нести.

На следующий день все занятия по гербологии мы разбирали собранные травы. Магистр Сайлас проверил наши успехи в сборе и попытках засушить растения, попутно разбирая ошибки. Все необходимые травы не нашёл никто, кроме, конечно, нашего чёрного мага, ну и Троя с Аароном, которым он помог. Мы с Нией справились достаточно хорошо. А вот Талису преподаватель отчитал, порекомендовав в следующий раз заняться сбором трав, а не сплетен.

В субботу при хорошей погоде мы опять должны были ехать за лечебными растениями и собрать оставшиеся. Дорисовывать осталось совсем немного, мы управились за пару часов, и я наконец смогла заняться брошкой по прорицанию.

– Боги, какая ты красивая, доченька!

В глазах пожилой женщины стояли слёзы, но она улыбалась, глядя на молодую девушку в белом платье простого покроя. В руках невеста держала букет белых ромашек, а на голове красовалась длинная фата, слегка пожелтевшая, явно долго пролежавшая в сундуке. Женщина улыбнулась ещё шире, от чего морщины на лице углубились.

– Спасибо, мама, не плачь, пожалуйста, а то я тоже заплачу, – девушка крепко обняла старушку и поцеловала в щёку.